Поделиться
Всю свою семейную жизнь мы с женой постоянно куда-то переезжаем. То с квартиры на квартиру, то из гостиницы в гостиницу. Редко, где мы жили дольше года.
Поначалу это воспринималось просто как случайные обстоятельства. Но однажды в путешествии, когда мы ехали по какой-то незнакомой дороге и любовались видом за окном, я поймал себя на странном ощущении лёгкости и свободы. Наш дом — там, где мы, а все остальное — важные, но временные места пребывания. Гостиницы.
Когда живёшь на одном месте, это сложно почувствовать. Привычный угол, привычный маршрут, привычный вид из окна. Всё это постепенно становится фоном. Вещи перестают бросаться в глаза, ощущение устроенности начинает казаться нормой, а норма со временем начинает казаться постоянством. Как будто это навсегда. Как будто здесь и есть твоё настоящее место. О какой гостинице может идти речь?
А между тем, именно как пребывание в гостинице нас и призывает воспринимать нашу жизнь святоотеческая традиция. «В настоящем веке ты поставлен путником, а не господином. Мы проходим в этом мире, пользуясь им, как гостиницей», — пишет святитель Иоанн Златоуст. И эти всегда завораживавшие меня слова совершенно по-новому раскрываются, когда ты действительно долго живешь «в гостинице».
Вот ты собираешь в очередной раз вещи для переезда и обнаруживаешь, как мало на самом деле тебе нужно. Вся жизнь умещается в двух чемоданах. Вот разбираешь то, что накопилось, и учишься расставлять приоритеты. Вот решаешь, что взять, что оставить, а что можно и отдать. И понимаешь, что не стоит привязываться к вещам. Вот — обустраиваешься на новом месте и осознаешь — здесь ты не навсегда.
И от всех этих открытий даже в чем-то легче становится: не так страшно потерять, отпустить, уехать. Потому что точно знаешь: с Богом «всякая чужая страна есть отечество, и всякое отечество — чужая страна».
Все эти переживания были бы, наверное, невозможны, без такого количества переездов. И хотя мы все же надеемся как-нибудь обрести свой земной дом, полученный опыт хочется навсегда оставить себе.
Автор: Алексей Шириков
Все выпуски программы Частное мнение
«Вера и дело». Михаил Парнев
Поделиться
Гостем рубрики «Вера и дело» был директор Государственной транспортной лизинговой компании Михаил Парнев.
Разговор шел о роли православных ценностей в экономике.
Гость программы рассказал о своем карьерном пути, истории взаимоотношений с Богом, как на это повлияла Троице-Сергиева Лавра, и о том, как вера стала неотъемлемой частью его жизни, в том числе профессиональной.
Михаил Львович говорил о том, как православие помогает в ведении бизнеса и выстраивании рабочих процессов. Также он размышлял о значении веры в своей жизни и о том, какое влияние она оказывает на его решения и отношение к работе.
Ведущая программы: кандидат экономических наук Мария Сушенцова
Феодоровский Государев Собор
ПоделитьсяФеодоровский Государев Собор — это мечта Царя Николая II в Царском Селе, где его предшественники, российские императоры и императрицы, возводили дворцы и храмы в европейских традициях, создать Церковь и городок рядом с ней в древне-русском стиле. В этом Соборе все, от его архитектуры до росписи и отделки стен, было выполнено лучшими мастерами того времени характерно для русской культуры. Государь любил этот храм, расположенный рядом с царской резиденцией — Александровским Дворцом. Сюда ходила молиться вся царская семья и охрана царской семьи, Собственный Его Императорского Величества Конвой и лейб-гвардии Сводный Его Императорского Величества пехотный полк. В нижнем пещерном храме был освящен предел в честь Святого Преподобного Серафима Саровского, где совершались службы только для членов семьи последнего русского монарха, помазанника Божия. Рядом с алтарем расположена молельня царицы, где Государыня Александра Феодоровна любила уединяться для сугубой молитвы.
20 августа 1912 года в день освящения Собора
перед подъемом колокола на звонницу Собора
Все выпуски программы Места и люди
Л. Монтгомери «Рилла из Инглсайда» — «Дела любви несут утешение»
Поделиться
Фото: Nika Benedictova / Unsplash
Иногда совершённый с любовью поступок, — обнять плачущего ребёнка, сказать доброе слово, отложить свои дела ради другого — становится для нас утешением в час испытаний. Для кого? Так происходит с Энн, героиней повести «Рилла из Инглсайда» канадской писательницы прошлого столетия Люси Монтгомери. Начало Первой Мировой войны. Сын Энн, Джем, отправляется на фронт. Мать собирает его вещи и вспоминает, как когда-то много лет назад, новорождённый малыш Джем расплакался. Энн тогда, преодолевая усталость, взяла его на руки. Сейчас, собирая вещи Джема накануне его отъезда на фронт, Энн говорит:
— Если бы я не пошла к Джему той ночью, двадцать один год назад и не взяла его на руки, я бы не смогла выдержать завтрашний день.
Почему же этот, казалось бы, обычный эпизод так важен для Энн? Дело не в том, что он был уникальным или героическим. Напротив, он ценен именно потому, что был одним из многих. И сейчас, отпуская Джема на войну, Энн черпает утешение в осознании: её любовь к сыну была цельной и постоянной. Это воспоминание даёт ей опору. Ведь любовь, писал святитель Лука Войно-Ясенецкий, подвижник девятнадцатого-двадцатого столетий, сильнее всякой другой силы — она побеждает всё.
Все выпуски программы ПроЧтение:
