Поделиться
Гостем программы был кандидат исторических наук Глеб Елисеев.
Разговор шел о личности и удивительной судьбе митрополита Антония (Храповицкого), а также о его служении в России и в эмиграции после революции 1917 года.
Ведущий: Дмитрий Володихин
Дмитрий Володихин
— Здравствуйте, дорогие радиослушатели! Это Светлое Радио, Радио ВЕРА, в эфире передачи «Исторический час». И сегодня мы поговорим об одном деятеле Русской Церкви двадцатого столетия, деятеле чрезвычайно активном в общественной, в политической части и вместе с тем об образцовом архиерее. Это его высокопреосвященство знаменитый Антоний Храповицкий. И сегодня у нас в гостях историк церкви, член редколлегии научного ежегодника «Историческое обозрение», Глеб Анатольевич Елисеев. Как специалист, он будет нас сегодня просвещать, относительно этой непростой фигуры. Глеб Анатольевич, здравствуйте.
Глеб Елисеев
— Здравствуйте.
Дмитрий Володихин
— Ну что ж, давайте по традиции дадим высокопреосвященному Антонию, своего рода визитную карточку, что надо прежде всего помнить, что должно прежде всего приходить на ум в беседах и в сетевых дискуссиях, когда о нем заходит речь.
Глеб Елисеев
— Самый известный и самый монархически настроенный иерарх конца 19-го начала XX века, а также, пожалуй, самый оклеветанный в обществе иерарх, который, тем не менее, к своей клевете относился иронически и на нее не обращал внимания, что вызывало бешенную ненависть и неприязнь к Антонию, как таковому, со стороны либеральных кругов, и создавало ему огромный авторитет среди верующих, который не иссекал с того момента, когда он взошел на архиерейское поприще, и до момента его физической кончины.
Дмитрий Володихин
— Ну что ж, я как человек, который гораздо меньше знает об этой светлой фигуре, готов с вами согласиться, во всяком случае, в литературе того времени эта персона как будто звезда, которая излучает, с одной стороны, благодатную проповедь, а с другой стороны некую чрезвычайно интенсивную полемику. На него нападают, он защищается и делает это с необыкновенной энергией. Ну что ж, давайте попробуем поговорить не о тех временах, когда он уже был вот этой самой светлой звездой Русской Церкви, а о тех временах, когда он к этому своему положению готовился, шел.
Глеб Елисеев
— Алексей Павлович Храповицкий, в миру, происходил из очень известного дворянского рода Храповицких, выезжих из Речи Посполитой, в последствии уже российских дворян. Его прадедом был статс-секретарь Екатерины II, известный Александр Храповицкий. Отец его Павел Павлович Храповицкий был помещиком Новгородской губернии, и там, в селе Ватагина, Алексей Павлович и родился. Он был третьим сыном в семье Храповицких.
Дмитрий Володихин
— Когда появился на свете?
Глеб Елисеев
— Он появился 17 марта 1863 года.
Дмитрий Володихин
— Ну что ж, благостные были времена.
Глеб Елисеев
— Да, и с глубокого детства Алексей Павлович тяготел к церкви и вот это вот тяготение, столь удивительное у ребенка, выросшего все-таки в дворянской, а не в семье духовенства, отмечали все его родственники.
Дмитрий Володихин
— С глубокого детства это когда?
Глеб Елисеев
— Ну, уже с момента пяти-шести лет он с охотой посещал церковь, его тянуло к службе, а и с самого начала, прежде чем он пошел в гимназию, он вначале изъявил желание, что он хочет пойти в духовное училище. Но отец, естественно, категорически не согласился, тем более что к тому моменту они уже переехали в Санкт-Петербург, и под давлением родителей он был отдан в достаточно известную пятую петербургскую гимназию, где, опять же, был отмечен своим интересом в первую очередь к дисциплинам, так или иначе связанным с церковью, а также особым вниманием к закону Божьему. Своей удивительной кротостью Алексей Палыч внушал уважение даже самым своим хулиганствующим одноклассником. Была одна из таких очень странных традиций в отношении младших школьников, что когда они входили первый раз в класс, второгодники делали на их засаду и били по голове их учебниками. И вот ударили несколько шедших перед Алексеем, те бросались кулаками на второгодников, начиналась драка, он вошел, ударили его, а он вместо этого обратился с такой мини-проповедью, устыдившей всех. Что же вы делаете? Мы же все люди, мы должны любить друг друга. И это произвело такое удивительное впечатление, что и второгодники и обозлившиеся его единоклассники остановили вот эту схватку, а за будущим митрополитом уже пошла слава златоуста и усмирителя.
Дмитрий Володихин
— Ну, тем не менее, подросток, который двигается по пути гимназическому, не ходит в семинарию от иерейского и тем более архиерейского звания, удаляется, а не приближается к нему. В какой-то момент, наверное, наступить слом или крутой поворот?
Глеб Елисеев
— Нет, с самого начала вот эта склонность всё-таки именно к жизни, монашествующей, к жизни, посвящённой именно духовным делам, у Алексея Павловича присутствовала. Вплоть до того, что, например, родители старались возить его в театр, в оперу развлекать, а он там совершенно не на публику, а совершенно искренне засыпал. Говоря, что ему-то крайне неинтересно, что я лучше бы пошел на службу. В пятом классе гимназии он написал службу святым Кириллу и Мефодию, которая была настолько удивительно хорошо сделана, что впоследствии вошла в дополнение к прологу официальному.
Дмитрий Володихин
— Слушайте, ну был женой на «Похищении из сераля» Моцарта и заснул. Вот, значит, я кому благоутробно уподобился.
Глеб Елисеев
— Да, это очень хорошая и правильная стезя. И эта стезя в конце концов все-таки привела туда, куда должна была привести. Несмотря на то, что в 1881 году Алексей Храповицкий заканчивает с золотой медалью гимназию, он через огромный скандал с отцом, который требовал, чтобы тот пошел в лице или университет, все что угодно на выборы, я там поддержу, обеспечу, он все же добивается того, что чтобы держать и успешно сдать вступительный экзамен в Санкт-Петербургскую духовную академию. Он становится ее слушателем.
Дмитрий Володихин
— Ну что ж, в конце концов, путь, который для него Господь предназначил, нашел его.
Глеб Елисеев
— Да, совершенно верно. Обучаясь в стенах академии будущий великий духовный церковный деятель нашей церковной истории, будущий митрополит, собрал вокруг себя кружок очень интересных сподвижников, кружок будущих заметных деятелей опять же нашей русской церковной жизни, среди которых, например, выделялся Иван Страгородский, немного не мало, наш будущий патриарх Сергий. И вот в рамках этого кружка у них происходило не только внимательное изучение самых разных проблем церковной истории, проблем богословия, проблем прикладных церковных дисциплин от гомилетики до риторики, но и очень напряженная духовная жизнь, которая была отражением вот того большого духовного напряжения, которым жила вся Россия в тот момент, в конце 19-го и потом в начале 20-го века. То, что впоследствии назовут Серебряным веком нашей культуры и то, что было связано с так называемым русским духовным возрождением.
Дмитрий Володихин
— Ну, серебряный век нашей культуры, он забирал не только христианство и в церковь, но и в язычество, и в античную философию, и в разврат. То есть, у него было много разных путей. Тут, очевидно, надо было выбирать определенный лепесток этого цветка, чтобы душу сохранить.
Глеб Елисеев
— Да, совершенно верно. И вот будущий архиерей Антоний, в тот еще момент слушатель Алексей, а он выбирает условно, если так можно выразиться, как бы правое направление русского духовного возрождения. Вот во всех трудах от публицистических-полемических до серьезно богословских трудов, которые митрополит Антоний впоследствии писал, в нем чувствовалось очень глубокое желание максимально широко донести вот истину христианства, сделать его максимально и широко понятным, не засушенным, не схоластическим, не подверженным какому-то влиянию со стороны западной, либо католической, или протестантской традиции, а вот именно русской традиции. Традиции в той форме, в которой было бы понятно максимально широко. Это, опять же, было стремление, характерное именно для этого времени, для этого периода. Другое дело, что оно могло выходить, как вы верно сказали, Дмитрий Михайлович, в самые разные совершенно дикие места уводить, а вот митрополит Антоний старался всегда на протяжении своей жизни вести в одном правильном направлении — в сторону православия, в сторону Бога.
Дмитрий Володихин
— Ну что ж, этот правильный человек достаточно быстро в раннем возрасте обретает иерейский чин.
Глеб Елисеев
— Да, совершенно верно. В 1885 году он заканчивает Санкт-Петербургскую духовную академию, принимает в мае месяцы постриг. Потом очень быстро получает иеродиаконский сан, потом иеромонашеский сан.
Дмитрий Володихин
— Когда это произошло?
Глеб Елисеев
— Это происходит летом 1885 года же.
Дмитрий Володихин
— Ну не все наши радиослушатели разбираются в церковных чинах. Иеромонах — это черный, т.е. монашествующий священник.
Глеб Елисеев
— Да. Он получает должность инспектора сначала при Санкт-Петербургской духовной академии. Но уже в 1886 году, извините, его переводят в Холмскую духовную семинарию в качестве преподавателя. В этот момент образуется Холмская отдельная епархия. Ныне город Холм находится на территории Польши. А в тот момент там происходит достаточно большой православный подъем среди местного населения. Это такой один из фронтов борьбы за православие в католическом окружении, и там митрополит Антоний знакомится с той духовной средой, с тем духовным окружением и с теми задачами, которые он на уже новом, более позднем этапе своей духовной жизни будет вынужден решать. Но о нём не забыло хорошо его знавшие и ценившее руководство собственной семинарии, и буквально через год его возвращают в Петербургскую духовную академию на должность доцента по кафедре Священного Писания и Ветхого Завета. Митрополит Антоний всю жизнь очень трепетно относился именно к Священному Писанию, был первоклассным специалистом как по Новому Завету, так и по Ветхому Завету, был автором многих трудов, в том числе и основные его вызвавшие наибольшие споры труды были связаны именно с проблематикой новозаветной истории, истории самой благой вести. Естественно, здесь он оказался очень востребованным специалистом. В 1888 году, через год, он уже получает степень магистра богословия.
Дмитрий Володихин
— Ну и достаточно быстро, чуть ли не возглавляет учреждение.
Глеб Елисеев
— Да, не это, не совсем это учреждение. Как и у нас в современном устройстве церковного образования, у нас есть духовная академия, есть духовные семинарии. Вот через два года, в 1890 году, он становится... он, получает сан архимандрита и становится ректором Санкт-Петербургской духовной семинарии. То есть образовательная структура чуть более низкого уровня. Но дальше карьера будет строиться еще более стремительно и совершенно невероятным образом.
Дмитрий Володихин
— Ну что ж, мы добрались до того места, где довольно быстро, на мой взгляд, просто стремительно происходит взлет этого человека от иерейского звания к архиерейскому.
Глеб Елисеев
— Да, этот взлет сопровождается одновременно очень резким, ну, почти невероятным даже по нынешним временам, даже, пожалуй, более всего по нынешним временам, карьерным ростом в сфере церковного образования. В 1891 году, в возрасте всего 27 лет, архимандрит Антоний Храповицкий становится ректором Московской духовной академии.
Дмитрий Володихин
— Был главой семинарии, сделался главой академии.
Глеб Елисеев — Главой академии, причем одной из известнейшей, собственно говоря, ведущей по сути дела Духовной Академии.
Дмитрий Володихин
— Бывшей славяно-греко-латинской академии, первого, собственно, русского высшего учебного заведения в стране, надо напомнить.
Глеб Елисеев
— И на этом посту больше всего ректор Антоний запомнился, как неутомимый защитник и родитель студентов. В отличие от его предшественников, которые старались наводить каким-то образом там насильственную дисциплину, давить на студентов, с самого начала своего руководства Антоний смягчал многие дисциплинарные моменты, но сумел поставить саму систему образования таким образом, что студенты активно тянулись к преподавателям, и особенно к ректору. Вот именно тогда появилась одна его характерная черта, которую отмечали все мемуаристы, которые писали когда-либо об Антонии. Вокруг него всегда было огромное количество людей, которым он не отказывал ни в просьбах, ни в беседах. Как ни зайдешь к владыке, у него сидят люди, сидят, что-то обсуждают, и владыка является центром притяжения, при котором всем с ним интересно. И, естественно, такого рода популярность, причем такого рода, опять же, молодого человека, не могла не вызвать, к сожалению, не самых лучших чувств, которые проявляются, увы, даже и в церковной среде в этом плане.
Дмитрий Володихин
— Но все мы грешны, и зависть один из грехов наших.
Глеб Елисеев
— Да, слухи начали распространяться о митрополите Антонии, далеко не лучшего свойства, связанное с тем, что он насильственно подбивает студентов к пострижению в монашество. Не становиться белым духовенством. Вот черное духовенство, идите в иночество, будьте иеромонахами и чуть ли не при помощи некоторых заговоров и принудительных действий это совершает. Хотя это глубоко противоречило самому психологическому настрою митрополита Антония.
Дмитрий Володихин
— Но пока еще не митрополит, а архимандрит Антоний.
Глеб Елисеев
— В тот момент архимандрит Антоний.
Дмитрий Володихин
— Будущий митрополит. Ну, что сказать, опять же, с точки зрения вечности. Что худого, что человек делается монахом. Понять этого я не могу, но может быть, просто общественные мнения того времени смотрело на монашество с широко закрытыми глазами.
Глеб Елисеев
— Говорили, ну, зачем нам нужно это монашество? Не забывайте, это рационалистический конец XIX века, при котором путь монашества воспринимался как некий такой совершенно чудовищный пережиток, которому нет места в мире будущего. И самое обидное в этой ситуации — это то, что по своему психологическому складу митрополит Антоний не мог просто совершать всех тех действий, в которые его обвиняла вот эта вот светская и околоцерковная молва. Не случайно есть очень стойкая легенда о том, что Алексей Карамазов Федора Михайловича Достоевского был написан именно с молодого архимандрита Антония. Он, кстати, всегда это отрицал. Он говорил, что это действительно легенда, он очень любил, уважал и ценил книги Федора Михайловича Достоевского, у него есть целый ряд статей, в которых он очень высоко оценивает творчество нашего великого русского писателя, но одно он подчёркивал. К сожалению, я никогда не был знаком с Фёдором Михайловичем Достоевским. Большинство моих знакомств в основном — это всё-таки преимущественно церковная среда, и здесь он был знаком с очень разными, очень заметными и видными людьми русской церкви того времени. Его хорошим другом был немного-немало отец Иоан Кронштадтский.
Дмитрий Володихин
— Ну что ж, лучшую характеристику вряд ли можно найти для церковного деятеля конца 19-го, начала 20-го столетия.
Глеб Елисеев
— Однако, к сожалению, даже дым без огня, он часто вызывает не очень адекватную реакцию со стороны формально бюрократических кругов.
Дмитрий Володихин
— Ну, от греха.
Глеб Елисеев
— От греха. Особенно, учитывая, что церковь у нас в тот момент управляется синодальным образом, и чиновничье влияние достаточно большое, и официальный синод ну, очень смотрит именно синодально-чиновничьи круги, очень смотрит на подобного рода слухи и скандалы с большим предубеждением. От греха подальше может быть передвинуть, может быть, убрать слишком популярного архимандрита.
Дмитрий Володихин
— Давайте проявим осторожность, давайте не будем пугать светскую публику. Ну, вот как-то так, наверное.
Глеб Елисеев
— Да, совершенно верно. И в 1895 году ректор Московской духовной академии архимандрит Антонии, становится ректором Казанской духовной академии. Его отправляют явно с таким подспудным намеком. Ну, если ты такой активный, если такой успешный, то отправляйся-ка на духовный фронт. Как известно, Казанская духовная академия и Казанская епархия в этот момент — это главный центр миссионерства Российской империи. Сама эта территория Поволжья, эта территория, где так или иначе сильно мусульманское влияние, где у нас имеются общины представителей даже языческих сообществ среди некоторых поволжских народов. И вот в этой среде, тем не менее, архимандрита Антоний в очередной раз почувствовал себя как рыба в воде. Он точно так же действуя точно такими же методами внимания, интереса и желанием пробуждать заинтересованность у студентов, стал душой и центром Казанской духовной академии на протяжении следующих пяти лет. К нему точно так же тянулись студенты, он точно так же был успешен с точки зрения постановки и подъема на очень высокий уровень образования в Казанской духовной академии. Ну а плюс этому и начал заниматься активно миссионерской деятельностью. Его полемические, причем достаточно популярные тексты, ну например, о дискуссии между христианином и мусульманином, о троичности божества, достаточно широко публикуется и широко расходятся среди интересующейся публики. И тут церковное руководство, руководство уже именно со стороны синода церковного приходит к выводу, что человека надо задействовать не только на учебном поприще, но и на поприще административном управленческом миссионерском. Что-то у нас он до сих пор является архимандритом и ректором, а у нас тут открывается новая викарная кафедра в той же самой казанской епархии. Давайте, наконец, сделаем молодого, растущего и многообещающего епископом. И вот в 1899 году он становится Чистопольским епископом, викарным архиереем. А уже через год он становится епископом Уфимским. Новообразованной епархии, он ее возглавляет.
Дмитрий Володихин
— То есть это уже правящий архиерей?
Глеб Елисеев
— Да, это уже правящий архиерей.
Дмитрий Володихин
— Полновластный?
Глеб Елисеев
— Полновластный, облаченный всеми полномочиями церковной власти на этой территории. Он, правда, одновременно остается ректором Казанской духовной академии. Ну, естественно, конечно, у него гораздо меньше возможностей исполнять свои обязанности непосредственно. Это скорее такое почетное звание, но это показатель того, насколько его ценили и уважали все — от преподавателей до студентов и простых служащих академии. Деятельность на Уфимской кафедре. Она привлекла, опять же, внимание Святейшего Синода. Она привлекла внимание как его церковной части, так и свето-административной. Успехи именно в миссионерской деятельности вызвали большой интерес и желание, опять же, использовать таланты, особенно таланты полемически-публицистические. Именно с этого момента уже митрополит Антоний становится заметным церковным публицистом. И в первую очередь записи его проповедей широко начинают расходиться в народе среди церковной публики. Вот эти его таланты решили использовать на очередном фронте противостояния православия с его такими духовными конкурентами. С восточной части Европейской России епископа Антония отправляют в западную часть. С 1902 года он становится епископом Волынским и Житомирским.
Дмитрий Володихин
— Ну Казанская его одиссея, это еще не восточные пределы, а скажем, срединная часть империи. А вот что касается перевода на запад, это да, там в общем придется бороться с неприятелем, который «ухищрен» всякими приёмами полемической борьбы и куда как более опасен, чем простодушное население поволжских районов.
Глеб Елисеев
— Совершенно верно. Именно на Волынской кафедре Антоний превратился в того самого общеизвестного во всей Руси иерарха Антония Волынского, который стал жупелом и чуть ли не проклятием для всей либеральной и леволиберальной прессы. Просто благодаря тому, что епископ Антоний активно выполняет свои... Через некоторое время он уже становится архиепископом Антонием, выполняет свои обязанности по защите православия и по борьбе с католичеством, и особенно с униатами.
Дмитрий Володихин
— Ну то есть он не подходит под слова: «Не люблю тебя, ибо ты ни холоден, ни горяч, а тёпел.» И он, по всей видимости, как архиерей был именно горяч.
Глеб Елисеев
— Да, и горячность эта проявлялся в том числе и в его собственных политических взглядах. Митрополит Антоний был членом русского собрания. Когда возник Союз русского народа, он становится одним из заметных его деятелей.
Дмитрий Володихин
— Ну, монархические взгляды.
Глеб Елисеев
— Да, монархические взгляды, национальные взгляды. Это было для него в высшей степени характерно. При этом, владыка всегда ненавидел жесткость и жестокость в проявлении любых политических действий. Даже в период жестких конфликтов на национальной почве, на территории как раз Украины перед Русской революцией, особенно в начале первой Русской революции, владыка благодаря своему авторитету, например, на территории своей епархии не допустил ни одного еврейского погрома.
Дмитрий Володихин
— То есть, иначе говоря, владыка Антоний — консерватор, но не радикал.
Глеб Елисеев
— Консерватор, но не радикал, он это любил подчеркивать и всегда говорил, что христианин силен своим примером, своей деятельностью, а вовсе не насилием.
Дмитрий Володихин
— Пока еще мы дошли до того места, когда он архиепископ Антоний Храповицкий и находимся в непосредственной близости от страшного переломного времени, а именно 1917 года.
Глеб Елисеев
— Да, в период до революции 1917 года митрополит Антоний вырастает в обще русски значимую фигуру, сравнимую в духовной нашей жизни во многом с положением отца Иоанна Кронштадтского в более ранний период, почти непререкаемый авторитет, который подкрепляется не только его активными богословскими и полемическими выступлениями, но и конкретной практической деятельностью в епархии. Он не только восстанавливает, например, Почаевскую лавру, он активно работает над просвещением местного населения, активно борется с униатским влиянием на территории Волынской епархии.
Дмитрий Володихин
— И даже с католическим.
Глеб Елисеев
— Да, и с католическим, естественно, тоже непосредственно католическим. Но в тот момент униатская опасность, она была даже более значимая. Всё-таки, когда католицизм проходит в общество в православным обличии, это приводит к гораздо большим результатам такого рода обман. Вот этот обман митрополит Антоний активно разоблачал. Именно тогда у него формируется вот такой, ну, жесткий подход к церкви, за который его впоследствии критиковали другие, ну, может быть, более политичные, более гибкие деятели нашей церковной жизни, как в России, так и за его пределами. А митрополит Антоний говорил, есть только одна церковь, церковь православная, все остальное ересь и уклоны. А папа римский вообще ваш, он просто простой мужик. Иногда он был очень резок в своих высказываниях.
Дмитрий Володихин
— Ну, вспоминается знаменитое произведение Хомякова, старшего славянофила, «Церковь одна».
Глеб Елисеев
— Совершенно верно. И труды Хомякова, которые митрополит Антоний тоже любил и крайне уважал, во многом, я думаю, его вдохновляли на эти полемические выпады. И вот эта резкая деятельность, она тоже не добавляла ему доброжелателей, а увеличило количество врагов. И за его спиной тоже стали возникать разнообразного рода интриги, связанные с тем, ну не слишком ли активен архиепископ Антоний на подвесной ему кафедре. Не составят ли он нам проблемы, в том числе в рамках возможных внешнеполитических какого-то рода действий. Хотя деятельность, например, на почве межцерковной дипломатии митрополита Антония была очень и очень успешной. А благодаря его влиянию, личному авторитету в тот момент у нас устанавливаются очень хорошие взаимоотношения с главами других православных церквей. Дошло до поразительной, парадоксальной, вот в наше время вообще непредставимой ситуации, при которой Константинопольский патриарх назначил его архиепископа другой церкви экзархом среди русинов на территории Австро-Венгрии. Он был именно экзархом константинопольского патриархата галицийским. То есть он обеспечивал просвещение и церковное окормление русинских народов на территории соседнего государства.
Дмитрий Володихин
— Ну что ж, вот 1917 год начинается знаменитый собор, который решил очень многое в судьбе и в жизни Русской Православной Церкви и высокопреосвященный Антони оказался, можно сказать, в самом сердце работы этого собора.
Глеб Елисеев
— Совершенно верно. При этом к началу работы собора Антоний уже приходит в несколько ином качестве. В 1914 году его все-таки благодаря недоброжелателям перемещают с Волынской кафедры на Харьковскую, но это его нисколько не останавливает, авторитет его даже увеличивается. Более того, уж народная любовь к Антонию возрастает неимоверно. Когда в 1918 году его переводят митрополитом киевским, харьковские прихожане его не хотели отпускать. Они сказали, что сейчас лошадей украдем, карету сломаем, владыка никуда не уедет. И когда, опять же, в 1917 году, уже после Февральской революции, местная украинская националистическая власть пыталась изгнать русского националиста с Харьковской кафедры...
Дмитрий Володихин
— С Киевской уже кафедры.
Глеб Елисеев
— Нет, с Харьковской пока еще, до собора. В 1917 году местные автономисты украинские, они уже активно там действовали, они пытались его изгнать, он сказал, не хотите я, конечно, уеду. Он уехал в Валаамский монастырь к своему другу Сергию, который в тот момент епископ Финляндский. И там спокойно уже... Он всю жизнь, во второй половине своей жизни, он на самом деле стремился уйти на покой в монастыре. Он устал, честно перенапрягся от административной деятельности. Он стремился к тому, чтобы спокойно уйти в монастырь, спокойным келейным монахом писать богословские труды. И там вот он был счастлив, он написал свой самый большой, крупный, известный труд догмат искуплений. А тем временем его прихожане требовали и говорили, верните нам владыку в Харьков. И они в конце концов этого добились, прогнули местную власть.
Дмитрий Володихин
— Как жизнь показала, уставать было рано.
Глеб Елисеев
— Да, уставать было рано. Именно уже как харьковский архиерей он направляется на всероссийский поместный собор, и несмотря на сомнения, которые, хотя большую, опять же, часть своей богословской публицистической жизни архиепископ Антоний выступал за восстановление патриаршества в России. Но как раз в период Первой мировой войны он говорил, что сейчас это не ко времени, давайте дождёмся успокоения. Успокоения не дождались, и наоборот, в катастрофических событиях, в которые Россия всё более и более погружалась в 1917 году, он выступил среди тех, кто начал говорить о том, что патриаршество должно быть восстановлено, что у нас нет одной духовной опоры, у нас уже нет царя, давайте восстановим патриарха. И естественно, столь авторитетная фигура, она оказалась в числе самых главных кандидатов на этот патриарший престол. Хотя сам архиепископ Антоний еще ни в коем случае к этому не стремился. Но, тем не менее, и во время первого голосования он получил наибольшее количество голосов, и во время второго решающего итогового голосования он получил почти в два раза больше голосов, чем митрополит Тихон, который стал нашим первым патриархом.
Дмитрий Володихин
— Ну, все решил жребий, и через жребий решил Господь, кому какая судьба все-таки определяется на небесах.
Глеб Елисеев
— Совершенно верно. И митрополит Антоний был первым, кто поддержал и благословил своего будущего в тот момент патриарха, будущего владыку без всяких амбиций и какой-то зависти. Вот совершенно искренне это чувствуется из той стенограммы, с той речи, с которой митрополит Антони обратился с ободряющей речью к патриарху, к святейшему патриарху Тихону.
Дмитрий Володихин
— Ну что ж, а вот с этого момента он и должен отправиться в Киев.
Глеб Елисеев — Да, вот с этого момента его отправляют митрополитом в Киев, и начинается тот крестный путь митрополита Киевского и Галецкого Антония Храповицкого, который завершится только в 1936 году. Почему? Потому что уже...
Дмитрий Володихин
— Путь, надо сказать, мучительный, и очень несоответствовавший желаниями самого высокопреосвященного Антония, он искал отдыха. Бог ему дал бремя.
Глеб Елисеев
— Совершенно верно. Бремя активное. При этом ему напрямую сказали, владыка. Мы вас зовем к терновому винцу, уж простите нас. Владыка сказал, ну, вы зовете, а я иду. Он приехал в Киев. Пока еще существовал оккупационный германский режим и власть Гетмана Скоропадского, можно было нормально, несмотря уже на наличие украинского раскола, нормально осуществлять деятельность русской церкви. Но когда в декабре 1918 года украинская националистическая партия захватывает в Киеве власть. Одно из первых ее деяний — это арест московского глав иерарха. Митрополита Антония арестовывают, ссылают в Бучач, в Униатский монастырь, и оттуда вообще отправляют к полякам в Краков, где он находится в заключении. И только благодаря активной позиции что нашей церкви, что других церквей восточных, особенно православных церквей, и даже неправославных церквей добиваются в конце концов освобождения митрополита Антония уже после того, как добровольцы освобождают Киев. Он огромным сложным кружным путем через Константинополь возвращается на территорию России. Но в Киев он приезжает, но потом из Киева, учитывая ту сложность, которая в принципе возникла с управлением русской церкви в период гражданской войны, когда на территории, которая контролируется белыми войсками, особенно в европейской части России, пришлось создать отдельную специальную административно-религиозную структуру, так называемая высшее временное церковное управление, в его деятельности митрополит Антоний был вынужден принимать участие, поскольку по тому статусу, который одобрил сам патриарх Тихон, временное высшее церковное управление должен возглавлять старейший из иерархов, которые действуют в тот момент на территории, контролирующейся этим управлением.
Дмитрий Володихин
— Это и есть Антоний.
Глеб Елисеев
— Автоматически, да, это был митрополит киевский, это был Антоний по всем регалиям. И он был вынужден отправиться в Новочеркасск на съезд, на совещание вот этого высшего церковного управления. В тот момент Киев захвачен красными. Он остается на юге России.
Дмитрий Володихин
— Ну, что тут скажешь? Уберёг его Господь.
Глеб Елисеев
— Да, совершенно верно. Он находится на территории, которая контролируют белые части, но эта территория все больше и больше уменьшается. Он вынужден переехать в Екатеринодар, а в Ставрополе он участвует в очередной работе высшего временного церковного управления. Вот то Ставропольское совещание считается, ну и является на самом деле зародышем возникновения будущего зарубежного церковного управления, зародышем будущей русской православной церкви за рубежом. Оттуда он вынужден вместе с отступающими белыми частями отправиться в Новороссийск, и в Новороссийске митрополит Антоний сказал, дальше я никуда не поеду. Все, хотят убивать, пусть убивают здесь. Все на воле Божьей. Его ближайшие друзья, ученики и его коллеги сумели при помощи достаточно хитрой по сути дела шутки заманить на борт греческого корабля, сказав, что там будет сейчас проходить благодарственный молебен по поводу того, что греки захватили Константинополь и сейчас восстановили крест на Святой Софии. Владыка обязательно участвовать, а то мы греков обидим. Владыка сказал, ну конечно, по такому поводу вообще приду, посвящу, его подвели, завели в каюты и сказали, быстро-быстро, тихо, уходим вообще и пароход ушел, и владыка обнаружил себя уже в Черном море, что его уже везут в Константинополь в этой ситуации. То есть его эвакуировали уже в тот момент, когда красные части ворвались в Новороссийск, уже убивали и расстреливали людей на улицах. В Константинополе он пробыл небольшое количество времени, хотел уехать на Афон, но оттуда его, в тот момент командующий русской армии, генерал Врангель, попросил приехать в Крым, для того чтобы возглавить высшее церковное управление в новых условиях. Но там владыка пробыл только 40 дней, русский Крым пал, и в составе отступающей русской армии митрополит Антоний возвращается вновь в Константинополь в изгнание.
Дмитрий Володихин
— Скорее в составе уплывающей русской эскадры. Напомним, что это ноябрь 1920 года, это последний месяц в жизни высокопреосвященного Антония, который он провел на территории России. Больше на русскую землю не вернется, о чем, в общем, он сам говорил с большой печалью. Ну вот, наступает последний период его жизни. Ему предстоит еще 16 лет, он смертельно устал, очень огорчен тем, что происходит в России, еще более тем, что он не там.
Глеб Елисеев
— Да. В ноябре 1920 года после эвакуации не только перед владыкой Антонием, но и перед другими иерархами русской церкви, оказавшимися в эмиграции, возникает очень сложная дилемма. Как дальше поступать? Должны ли русские эмигранты рассеяться и в духовном плане, то есть перейти под окормление церквей православных, в которых они окажутся, или всё-таки русская церковь должна сохранить некое единство за рубежом, связь с русской церковью в советской России, и остаться структурой, которой будет привязана вот эта огромная масса, 2,5-миллионная масса русских эмигрантов в качестве соединяющего центра.
Дмитрий Володихин
— Хочется напомнить то, что к началу XX века русская церковь владела за границей колоссальными земельными участками, храмами, которые располагались в Европе, на Святой Земле, в Америке и в значительной степени выполняли миссионерскую функцию или окормляли учреждения Российской империи, духовно рассеянные по всему миру. То есть, иными словами, под контролем церковных властей находилась достаточно большая материальная база в виде храмов, в виде разного рода земельных участков, запасов и так далее. Тут речь идет не только о том, что церковь решает, рассеется ли ей вместе с эмиграцией или духовно руководить ей, отдавать ли безбожной власти вот все это или нет.
Глеб Елисеев
— Совершенно верно. Ну, можно было бы передать вот это церковное имущество опять же другим там братским православным церквям. Но вот здесь любопытно, опять-таки, посмотрите, какой контраст с нынешними церковными нестроениями, то, что православные церкви, балканские православные церкви, восточные, они от этого отказываются. А митрополит Антоний получает благословение от тогдашнего константинопольского патриарха на сохранение церковного русского единства за рубежом и на связи русской православной церкви с московской патриархией. Несмотря на то, что в этот момент тут гонение, через некоторое время патриарх Тихон арестован, русская православная церковная иммиграция пользуется поддержкой, духовной поддержкой своих братьев. Это совершенно невероятная картина по нынешним, к сожалению, трагическим взаимоотношениям, которые существуют между некоторыми православными церквями. А в тот момент церковь получает особенно активную поддержку со стороны наших сербских православных братьев. Решено сохранить структуру высшего российского церковного управления за рубежом, которая в первую очередь должна управлять территориями Западноевропейской епархии. У нас существует отдельная епархия, отдельная административная структура в тот момент в Западной Европе, возглавляющаяся митрополитом Евлогием и Северо-Американской епархией, которую возглавляет митрополит Платон Рождественский. Плюс к тому у нас есть епархии на Дальнем Востоке, у нас есть достаточно большие общины, которые ещё больше увеличились вследствие иммиграции на Дальнем Востоке, в других территориях стран того, что мы сейчас называем глобальным югом. Всё это высшее российское церковное управление за рубежом принимает под свой омофор и начинает контролировать. Для контроля деятельности возникает специальная структура, постоянно работающий синод высшего церковного управления, который созывает достаточно часто архиерейские соборы, достаточно, опять же, представительные высшего церковного управления, которые созываются в одном конкретном месте, которые знают все, кто когда-либо интересовался историей русской церкви в XX веке, в городе Сремски-Карловци на территории Югославии. Именно там митрополит Антоний получает резиденцию в дворце бывшего так называемого Карловацкого патриарха.
Дмитрий Володихин
— Мне приходилось там бывать, это величественное здание, выглядит оно прекрасно и поистине у него действительно патриарший вид. Но очень важно проговорить сейчас одну вещь. Допустим, отношение советских властей к деятельности русской церкви за рубежом однозначно отрицательное. Враг, который должен быть уничтожен, а вот отношение русской патриаршей церкви значительно более сложная и вокруг него огромное количество дискуссий. Ну давайте назовем вещи своими именами.
Глеб Елисеев
— Дискуссии в основном были связаны с тем, что находясь в неволе иногда под непосредственным прямым давлением, угрозами вплоть до угрозы физического расстрела не самого патриарха Тихона. Вот этим его напугать, кстати, никогда не удавалось. Он говорил: «Надо? Расстреливайте». А сколько угроза его ближайших сподвижников, угроза другим духовным деятелям, угроза простым верующим. Иногда удавалось заставить его подписывать двусмысленные документы, а некоторые документы откровенно фальсифицированы. Во всяком случае, когда патриарху Тихону удавалось действовать вполне относительно свободно, он оказывал разумную поддержку так Карловацкому Синоду. И Карловацкий Синод, как в отношении самого патриарха Тихона, в отношении его преемника, местоблюстителя патриаршего престола Петра Полянского, всегда демонстрировал максимальную степень лояльности. Они говорили, что мы — русская церковь заграницей, но мы — русская церковь. Мы часть русской церкви, и мы подчиняемся воле святейшего патриарха.
Дмитрий Володихин
— Это понятно. Просто той власти, которая была, пришла к правлению России в 1917 году. С ней ничего честно и прямо делать было невозможно, потому что она во многих своих деяниях прямо шла против Бога и еще прямее против Его церкви.
Глеб Елисеев
— Совершенно верно. Не надо забывать, что в этот момент русскую церковь на территории советского государства терзает обновленческий раскол. Обновленческий раскол, который пытается оказывать свое воздействие, в том числе и при помощи достаточно хитрых политических интриг через, например, Константинопольский патриархат и на состояние Русской Православной Церкви за рубежом. У Русской Православной Церкви за рубежом возникает масса своих проблем, но, в частности, проблемы, связанные с неурегулированностью того, кто должен на самом деле возглавлять Русскую Православную Церковь за рубежом. Были документы, в котором назначался митрополит Антоний. А были документы и послания, в которых главой русской православной церкви за рубежом назначался митрополит Евлогий, глава как раз Западноевропейской епархии. И это приводило опять же к достаточно большой напряженности. Напряженности, связанной с тем, что прихожанами опять же храмов, которые как раз находились на территории Западной Европы, а уж тем более на территории Северной Америки, были не только русские люди. И прихожане, не относившиеся к представителям русской эмиграции, но являвшись православными, являвшись частью этих епархий, говорили, ну зачем нам вмешиваться в эти неустроения русской церкви? Пусть там, в советской России все утрясется, пусть они окончательно вот эти вот проблемы решат каким-то образом, а мы временно от этого устранимся. Ну вот как вот совершила это финляндская церковь, которая временно ушла под покровительство константинопольского патриархата. Так сначала в 1924 году поступают верующие на территории североамериканской епархии, которые объявляют о своей временной автономии, а потом и провозглашают автокефалию американской православной церкви. И митрополит Платон это поддерживает. А через некоторое время похожим образом выступает и митрополит Евлогий. А в 1931 году, чуть позже, он вообще переходит большую часть. В 1931 году он переводит большую часть своих приходов под покровительство Константинопольского Патриархата. Временно, правда, в 44 году он вернётся опять-таки в состав Московского Патриархата. Но вот такого рода неустроения были. И в этих условиях как раз именно авторитет и воля митрополита Антония привела к тому, что русская православная церковь за границей всё-таки сохранилась. Она все-таки сохранилась именно в рамках традиции богословской, религиозной, богослужебной, культурной русской традиции. Соблазн расколов, соблазн возможного растворения в другой среде, он был преодолен. Он был преодолен, хотя и сопровождался опять-таки большой напряженностью, большими трагедиями, трагедиями, которые проходили даже между близкими друзьями. В 1927 году, например, произошел жесткий разрыв между хорошими друзьями со времен учебы в духовные семинарии, между тогдашним митрополитом Сергием и митрополитом Антонием.
Дмитрий Володихин
— Ну, а что тут поделаешь? Сама ситуация такова, что страна погрузилась во тьму. Эта тьма на все влияет.
Глеб Елисеев
— Совершенно верно. И когда вынужденно митрополит Сергий пишет такой известный документ, как декларацию о лояльности советской власти, это вызывает жесткую и болезненную реакцию в архиерейском синоде Русской Православной церкви за рубежом. Все-таки и митрополит Антоний, все его ближайшие сподвижники оставались верные своим политическим взглядом, своим религиозно-богословским взглядом. Они были ультраконсервативные ультраправославные и промонархически настроенные люди, и документ, в который вписали слова, что радости советской власти — это наши радости, а ее горести — это наши горести, что мы будем всегда ей лояльны и всегда будем за нее выступать, не мог не вызвать, естественно, жесткую реакцию со стороны верующих за рубежом.
Дмитрий Володихин
— Ну а с другой стороны, много ли знали в зарубежной церкви, со всем к ней почтением, о том, что в стране творится? Один из архиереев написал о ситуации двадцатых годов: «Мы как будто куры в курятнике, и заходит время от времени кто-нибудь, забирает одного из нас, чтобы прирезать, остальные продолжают работу.» То есть, в общем понимание того, насколько страшно положение русской церкви в самой России, оно не могло быть получено никак людьми, которые находятся за ее пределами. Очевидно, все-таки издалека все выглядело не так ужасно.
Глеб Елисеев
— Да, и плюс к тому не надо забывать, что митрополита Антоний и его сподвижники ни в коем случае не собирались порывать с русской православной церковью. Все это воспринималось как некий временный акт, пока ситуация не прояснится.
Дмитрий Володихин
— Вот это вот, мне кажется, было главным настроением того времени. А митрополит Антоний человек уже немолодой, в 1930 году, ему исполняется 67 лет. Конечно, архиерея в Русской Православной Церкви может добираться своей судьбе и до очень почтенного возраста, но в общем, ему было очень тяжело. Он тащил на себе груз, на который никогда в жизни не рассчитывал, и этот груз с каждым годом становился все тяжелее.
Глеб Елисеев
— Совершенно верно. И последние годы митрополита Антония, конечно, были омрачены тем, что он достаточно тяжело болел, у него наступил паралич обоих ног, но он по мере возможности продолжал служить, не прекращал писать и публицистически выступать. И одно из его последних выступлений было о том, что чем дольше я живу, тем больше я люблю наш великий русский народ. И когда настанет конец времен и русский народ будет сидеть у подножия Спасителя, все будут понимать его духовное величие, которое прошло через такие подвиги. Митрополит Антоний скончался 10 августа 1936 года в городе Сремски-Карловци.
Дмитрий Володихин
— Ну что ж, опустим занавес печали над кончиной этой светлой личности, и завершая передачу мне хотелось бы только сказать, что этот человек сделал для Русской Церкви очень много. Заслуги его огромные. Какие-то колебания в настроениях архиереев, испытанные в основном под влиянием жестких действий советской власти, это временно, это уйдет. А вот отстаивание идеала православия во всей его чистоте — это навсегда. И все это в двадцатом веке связано с фигурой высокопреосвященного Антония. Время нашей передачи подошло к концу. Дорогие радиослушатели, мне осталось поблагодарить от вашего имени Глеба Анатольевича Елисеева и сказать вам спасибо за внимание, до свидания.
Глеб Елисеев
— До свидания
Все выпуски программы Исторический час
- «Василий Никифоров-Волгин». Анастасия Чернова
- «Историк Владимир Иванович Герье». Татьяна Агейчева
- «Николай Николаевич Машуков». Константин Залесский
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
22 августа. «Горное безмолвие»
ПоделитьсяКогда за ночь утихли все движения ветров в глубоких ущельях, с утренними лучами солнца наступает время великой тишины в природе — горы наслаждаются особым покоем. Кажется, сама вечность вступила в свои права, и ничто суетное и преходящее уже никогда не нарушит установившегося безмолвия... Таков и плод постоянной, сокровенной молитвы боголюбивого христианина: под незаметным воздействием благодати исчезают помыслы и мечтания, из глубин духа исходит светлая тишина, заполняющая всё внутреннее пространство сердца. Святые отцы называют этот дар священной исихией.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Божественная литургия. 23 августа 2026г.
Поделиться
Неде́ля 12-я по Пятидеся́тнице.
Попра́зднство Преображе́ния Госпо́дня.
Мч. архидиак. Лаврентия.
Глас 3.
Боже́ственная литурги́я святи́теля Иоа́нна Златоу́стого
Литургия оглашенных:
Диакон: Благослови́ влады́ко.
Иерей: Благослове́но Ца́рство Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Вели́кая ектения́:
Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.
О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.
О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.
О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.
О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Пе́рвый антифо́н, псало́м 102:
Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ благослове́н еси́ Го́споди./
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́./ Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и не забыва́й всех воздая́ний Его́,/ очища́ющаго вся беззако́ния твоя́,/ исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́,/ избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой,/ венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами,/ исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́:/ обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́./ Творя́й ми́лостыни Госпо́дь,/ и судьбу́ всем оби́димым./ Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови,/ сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́:/ Щедр и Ми́лостив Госпо́дь,/ Долготерпели́в и Многоми́лостив./ Не до конца́ прогне́вается,/ ниже́ в век вражду́ет,/ не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам,/ ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам./ Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́,/ утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́./ Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад,/ уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша./ Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны,/ уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́./ Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше,/ помяну́, я́ко персть есмы́./ Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́,/ я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т,/ я́ко дух про́йде в нем,/ и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́./ Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́,/ и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́./ Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой,/ и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет./ Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́,/ си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́./ Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́,/ слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́./ Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́./
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́.// Благослове́н еси́, Го́споди.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Второ́й антифо́н, псало́м 145:
Хор: Хвали́, душе́ моя́, Го́спода./ Восхвалю́ Го́спода в животе́ мое́м,/ пою́ Бо́гу моему́, до́ндеже есмь./ Не наде́йтеся на кня́зи, на сы́ны челове́ческия,/ в ни́хже несть спасе́ния./ Изы́дет дух его́/ и возврати́тся в зе́млю свою́./ В той день поги́бнут вся помышле́ния его́./ Блаже́н, ему́же Бог Иа́ковль Помо́щник его́,/ упова́ние его́ на Го́спода Бо́га своего́,/ сотво́ршаго не́бо и зе́млю,/ мо́ре и вся, я́же в них,/ храня́щаго и́стину в век,/ творя́щаго суд оби́димым,/ даю́щаго пи́щу а́лчущим./ Госпо́дь реши́т окова́нныя./ Госпо́дь умудря́ет слепцы́./ Госпо́дь возво́дит низве́рженныя./ Госпо́дь лю́бит пра́ведники./ Госпо́дь храни́т прише́льцы,/ си́ра и вдову́ прии́мет/ и путь гре́шных погуби́т./ Воцари́тся Госпо́дь во век,// Бог твой, Сио́не, в род и род.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Единоро́дный Сы́не:
Единоро́дный Сы́не и Сло́ве Бо́жий, Безсме́ртен Сый/ и изво́ливый спасе́ния на́шего ра́ди/ воплоти́тися от Святы́я Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и,/ непрело́жно вочелове́чивыйся,/ распны́йся же, Христе́ Бо́же, сме́ртию смерть попра́вый,/ Еди́н Сый Святы́я Тро́ицы,// спрославля́емый Отцу́ и Свято́му Ду́ху, спаси́ нас.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко благ и человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Тре́тий антифо́н, блаже́нны:
Хор: Во Ца́рствии Твое́м помяни́ нас, Го́споди, егда́ прии́деши, во Ца́рствии Твое́м.
На 12: Блаже́ни ни́щии ду́хом, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Блаже́ни пла́чущии, я́ко ти́и уте́шатся.
На 10: Блаже́ни кро́тции, я́ко ти́и насле́дят зе́млю.
Воскресные, глас 3:
Тропарь: Отве́ргша, Христе́, за́поведь Твою́,/ пра́отца Ада́ма из рая́ изгна́л еси́:/ разбо́йника же ще́дре испове́давша Тя на кресте́,/ вонь всели́л еси́, зову́ща:// помяни́ мя, Спа́се, во ца́рствии Твое́м.
Блаже́ни а́лчущии и жа́ждущии пра́вды, я́ко ти́и насы́тятся.
Тропарь: Согре́шших нас сме́ртною осуди́л еси́ кля́твою, Живода́вче и Го́споди,/ те́лом же Твои́м, безгре́шне Влады́ко, пострада́в,/ сме́ртныя оживи́л еси́ зову́щия:// помяни́ и нас во ца́рствии Твое́м.
На 8: Блаже́ни ми́лостивии, я́ко ти́и поми́ловани бу́дут.
Тропарь: Воскре́с из ме́ртвых, совоскреси́л еси́ нас от страсте́й/ воскресе́нием Твои́м, Го́споди:/ сме́ртную же всю си́лу погуби́л еси́, Спа́се./ Сего́ ра́ди ве́рою Ти зове́м:// помяни́ и нас во ца́рствии Твое́м.
Блаже́ни чи́стии се́рдцем, я́ко ти́и Бо́га у́зрят.
Тропарь: Тридне́вным Твои́м погребе́нием,/ и́же во а́де умерщвле́нныя, я́ко Бог, оживотвори́вый, совоздви́гл еси́,/ и нетле́ние всем, я́ко Благ, источи́л еси́ нам, ве́рою зову́щим всегда́:// помяни́ и нас во ца́рствии Твое́м.
На 6: Блаже́ни миротво́рцы, я́ко ти́и сы́нове Бо́жии нареку́тся.
Тропарь: Мироно́сицам жена́м пе́рвее яви́лся еси́,/ воскре́с из ме́ртвых, Спа́се,/ возопи́в: е́же ра́дуйтеся,/ и те́ми друго́м Твои́м возвеща́еши воста́ние Твое́, Христе́./ Сего́ ра́ди ве́рою Ти зове́м:// помяни́ и нас во ца́рствии Твое́м.
Блаже́ни изгна́ни пра́вды ра́ди, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Тропарь: На горе́ Моисе́й ру́це распросте́р,/ прообразова́ше крест, Амали́ка победи́вый:/ мы же ве́рою того́ на бе́сы ору́жие кре́пкое прие́мше, вси зове́м:// помяни́ и нас во ца́рствии Твое́м.
На 4: Блаже́ни есте́, егда́ поно́сят вам, и изжену́т, и реку́т всяк зол глаго́л на вы, лжу́ще Мене́ ра́ди.
Преображения Господня, глас 4:
Тропарь: Пред лице́м Твои́м го́ры уклони́шася,/ свет бо и пред нога́ми, неботе́чныя лучи́, Христе́, со́лнца прии́де,// зрак зе́млен я́ко прия́ти благоволи́л еси́.
Ра́дуйтеся и весели́теся, я́ко мзда ва́ша мно́га на Небесе́х.
Тропарь: Се Спас, —/ вопия́ху Моисе́й и Илия́ ученико́м,/ на горе́ святе́й Фаво́рстей оглаша́емым, —// Христо́с, Его́же дре́вле провозвести́хом Су́щаго Бо́га.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Преображения Господня, глас 8:
Тропарь: И́же рука́ми неви́димыми созда́в по о́бразу Твоему́, Христе́, челове́ка,/ началообра́зную Твою́ в созда́нии добро́ту показа́л еси́,/ не я́ко во о́бразе, но я́ко Сам Сый по существу́,// Бог был еси́ и Челове́к.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: Сраствори́вся неслия́нно, угль горя́щ показа́л еси́ нам Божества́,/ попаля́ющ у́бо грехи́, ду́ши же просвеща́ющ, на Фаво́рстей горе́,// Моисе́я со Илие́ю, ученико́в же старе́йшия удиви́л еси́.
Ма́лый вход (с Ева́нгелием):
Диакон: Прему́дрость, про́сти.
Хор: Прииди́те, поклони́мся и припаде́м ко Христу́. Спаси́ ны, Сы́не Бо́жий, Воскресы́й из ме́ртвых, пою́щия Ти: аллилу́иа.
Тропари́ и кондаки́ по вхо́де:
Е́сли храм Госпо́дский:
Тропа́рь воскре́сный, глас 3:
Да веселя́тся небе́сная,/ да ра́дуются земна́я;/ я́ко сотвори́ держа́ву мы́шцею Свое́ю Госпо́дь,/ попра́ сме́ртию смерть,/ пе́рвенец ме́ртвых бысть;/ из чре́ва а́дова изба́ви нас,// и подаде́ ми́рови ве́лию ми́лость.
Тропа́рь Преображе́ния Госпо́дня, глас 7:
Преобрази́лся еси́ на горе́, Христе́ Бо́же,/ показа́вый ученико́м Твои́м сла́ву Твою́,/ я́коже можа́ху,/ да возсия́ет и нам, гре́шным,/ Свет Твой присносу́щный/ моли́твами Богоро́дицы,// Светода́вче, сла́ва Тебе́.
Тропа́рь мч. архидиак. Лавре́нтия, глас 4:
Му́ченик Твой, Го́споди, Лавре́нтий/ во страда́нии свое́м вене́ц прия́т нетле́нный от Тебе́, Бо́га на́шего,/ име́яй бо кре́пость Твою́,/ мучи́телей низложи́,/ сокруши́ и де́монов немощны́я де́рзости./ Того́ моли́твами// спаси́ ду́ши на́ша.
Конда́к воскре́сный, глас 3, подо́бен: «Де́ва днесь...»:
Воскре́сл еси́ днесь из гро́ба, Ще́дре,/ и нас возве́л еси́ от врат сме́ртных;/ днесь Ада́м лику́ет, и ра́дуется Е́ва,/ вку́пе же и проро́цы с патриа́рхи воспева́ют непреста́нно// Боже́ственную держа́ву вла́сти Твоея́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Конда́к мч. архидиак. Лавре́нтия, глас 2, подо́бен: «Вы́шних ища́...»:
Огне́м Боже́ственным распали́в се́рдце твое́,/ огнь страсте́й до конца́ испепели́л еси́,/ страда́льцев утвержде́ние, Богоно́се му́чениче Лавре́нтие,/ и в страда́ниих вопия́л еси́ ве́рно:// ничто́же мя разлучи́т любве́ Христо́вы.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к Преображе́ния Госпо́дня, глас 7, самогла́сен:
На горе́ преобрази́лся еси́,/ и я́коже вмеща́ху ученицы́ Твои́,/ сла́ву Твою́, Христе́ Бо́же, ви́деша,/ да егда́ Тя у́зрят распина́ема,/ страда́ние у́бо уразуме́ют во́льное,/ ми́рови же пропове́дят,// я́ко Ты еси́ вои́стинну О́тчее сия́ние.
Е́сли храм Богоро́дицы или свято́го:
Тропа́рь воскре́сный, глас 3:
Да веселя́тся небе́сная,/ да ра́дуются земна́я;/ я́ко сотвори́ держа́ву мы́шцею Свое́ю Госпо́дь,/ попра́ сме́ртию смерть,/ пе́рвенец ме́ртвых бысть;/ из чре́ва а́дова изба́ви нас,// и подаде́ ми́рови ве́лию ми́лость.
Тропа́рь Преображе́ния Госпо́дня, глас 7:
Преобрази́лся еси́ на горе́, Христе́ Бо́же,/ показа́вый ученико́м Твои́м сла́ву Твою́,/ я́коже можа́ху,/ да возсия́ет и нам, гре́шным,/ Свет Твой присносу́щный/ моли́твами Богоро́дицы,// Светода́вче, сла́ва Тебе́.
Тропа́рь хра́ма.
Тропа́рь мч. архидиак. Лавре́нтия, глас 4:
Му́ченик Твой, Го́споди, Лавре́нтий/ во страда́нии свое́м вене́ц прия́т нетле́нный от Тебе́, Бо́га на́шего,/ име́яй бо кре́пость Твою́,/ мучи́телей низложи́,/ сокруши́ и де́монов немощны́я де́рзости./ Того́ моли́твами// спаси́ ду́ши на́ша.
Конда́к воскре́сный, глас 3, подо́бен: «Де́ва днесь...»:
Воскре́сл еси́ днесь из гро́ба, Ще́дре,/ и нас возве́л еси́ от врат сме́ртных;/ днесь Ада́м лику́ет, и ра́дуется Е́ва,/ вку́пе же и проро́цы с патриа́рхи воспева́ют непреста́нно// Боже́ственную держа́ву вла́сти Твоея́.
Конда́к хра́ма
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Конда́к мч. архидиак. Лавре́нтия, глас 2, подо́бен: «Вы́шних ища́...»:
Огне́м Боже́ственным распали́в се́рдце твое́,/ огнь страсте́й до конца́ испепели́л еси́,/ страда́льцев утвержде́ние, Богоно́се му́чениче Лавре́нтие,/ и в страда́ниих вопия́л еси́ ве́рно:// ничто́же мя разлучи́т любве́ Христо́вы.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к Преображе́ния Госпо́дня, глас 7, самогла́сен:
На горе́ преобрази́лся еси́,/ и я́коже вмеща́ху ученицы́ Твои́,/ сла́ву Твою́, Христе́ Бо́же, ви́деша,/ да егда́ Тя у́зрят распина́ема,/ страда́ние у́бо уразуме́ют во́льное,/ ми́рови же пропове́дят,// я́ко Ты еси́ вои́стинну О́тчее сия́ние.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Я́ко Свят еси́, Бо́же наш и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно.
Диакон: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Хор: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Диакон: И услы́ши ны.
Хор: И услы́ши ны.
Диакон: И во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Трисвято́е:
Хор: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Мир всем.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Проки́мен воскре́сный, глас 3:
Чтец: Проки́мен, глас тре́тий: По́йте Бо́гу на́шему, по́йте,/ по́йте Царе́ви на́шему, по́йте.
Хор: По́йте Бо́гу на́шему, по́йте,/ по́йте Царе́ви на́шему, по́йте.
Чтец: Вси язы́цы восплещи́те рука́ми, воскли́кните Бо́гу гла́сом ра́дования.
Хор: По́йте Бо́гу на́шему, по́йте,/ по́йте Царе́ви на́шему, по́йте.
Проки́мен Преображе́ния Госпо́дня, глас 4:
Чтец: Проки́мен, глас четве́ртый: Я́ко возвели́чишася дела́ Твоя́, Го́споди,/ вся Прему́дростию сотвори́л еси́.
Хор: Я́ко возвели́чишася дела́ Твоя́, Го́споди,/ вся Прему́дростию сотвори́л еси́.
Чте́ние Апо́стола:
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: К Кори́нфяном посла́ния свята́го апо́стола Па́вла чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние дня (1Кор., зач.158: гл.15, стт.1-11):
Чтец: Бра́тие, сказу́ю вам, Благовествова́ние, е́же благовести́х вам, е́же и прия́сте, в не́мже и стоите́, и́мже и спаса́етеся, ка́цем сло́вом благовести́х вам, а́ще содержите́, ра́зве а́ще не всу́е ве́ровасте. Преда́х бо вам испе́рва, е́же и прия́х, я́ко Христо́с у́мре грех на́ших ра́ди, по Писа́нием, и я́ко погребе́н бысть, и я́ко воста́ в тре́тий день, по Писа́нием, и я́ко яви́ся Ки́фе, та́же единона́десятим. Пото́м же яви́ся бо́ле пяти́ сот бра́тиям еди́ною, от ни́хже мно́жайшии пребыва́ют досе́ле, не́ции же и почи́ша. Пото́м же яви́ся Иа́кову, та́же Апо́столом всем. Последи́ же всех, я́ко не́коему и́звергу, яви́ся и мне. Аз бо есмь мний Апо́столов, и́же несмь досто́ин нарещи́ся Апо́стол, зане́ гони́х це́рковь Бо́жию. Благода́тию же Бо́жиею есмь, е́же есмь, и благода́ть Его́, я́же во мне, не тща бысть, но па́че всех их потруди́хся, не аз же, но благода́ть Бо́жия, я́же со мно́ю. А́ще у́бо аз, а́ще ли они́, та́ко пропове́дуем, и та́ко ве́ровасте.
Напоминаю вам, братия, Евангелие, которое я благовествовал вам, которое вы и приняли, в котором и утвердились,
которым и спасаетесь, если преподанное удерживаете так, как я благовествовал вам, если только не тщетно уверовали.
Ибо я первоначально преподал вам, что и сам принял, то есть, что Христос умер за грехи наши, по Писанию,
и что Он погребен был, и что воскрес в третий день, по Писанию,
и что явился Кифе, потом двенадцати;
потом явился более нежели пятистам братий в одно время, из которых бо́льшая часть доныне в живых, а некоторые и почили;
потом явился Иакову, также всем апостолам;
а после всех явился и мне, как некоему извергу.
Ибо я наименьший из апостолов, и недостоин называться апостолом, потому что гнал церковь Божию.
Но благодатию Божиею есмь то, что есмь; и благодать Его во мне не была тщетна, но я более всех их потрудился: не я, впрочем, а благодать Божия, которая со мною.
Итак я ли, они ли, мы так проповедуем, и вы так уверовали.
Иерей: Мир ти.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Аллилуа́рий воскре́сный, глас 3:
Чтец: Аллилу́иа, глас тре́тий: На Тя, Го́споди, упова́х, да не постыжу́ся во век.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Чтец: Бу́ди ми в Бо́га Защи́тителя, и в дом прибе́жища, е́же спасти́ мя.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Аллилуа́рий Преображе́ния Госпо́дня, глас 8:
Чтец: Глас осмы́й: Твоя́ суть небеса́, и Твоя́ есть земля́.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Диакон: Благослови́, влады́ко, благовести́теля свята́го Апо́стола и Евангели́ста Матфе́я.
Иерей: Бог, моли́твами свята́го, сла́внаго, всехва́льнаго Апо́стола и Евангели́ста Матфе́я, да даст тебе́ глаго́л благовеству́ющему си́лою мно́гою, во исполне́ние Ева́нгелия возлю́бленнаго Сы́на Своего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́.
Диакон: Ами́нь.
Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим свята́го Ева́нгелия.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: От Матфе́я свята́го Ева́нгелия чте́ние.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Чте́ние Ева́нгелия:
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние дня (Мф., зач.79: гл.19, стт.16-26):
Диакон: Во вре́мя о́но, ю́ноша не́кий приступи́ ко Иису́су, кла́няяся Ему́ и глаго́ля: Учи́телю благи́й, что бла́го сотворю́, да и́мам живо́т ве́чный? Он же рече́ ему́: что Мя глаго́леши бла́га? Никто́же благ, то́кмо еди́н Бог. А́ще ли хо́щеши вни́ти в живо́т, соблюди́ за́поведи. Глаго́ла Ему́: ки́я? Иису́с же рече́: е́же не убие́ши, не прелюбы́ сотвори́ши, не укра́деши, не лжесвиде́тельствуеши, чти отца́ и ма́терь, и возлю́биши и́скренняго твоего́ я́ко сам себе́. Глаго́ла Ему́ ю́ноша: вся сия́ сохрани́х от ю́ности моея́, что есмь еще́ не доконча́л? Рече́ ему́ Иису́с: а́ще хо́щеши соверше́н бы́ти, иди́, прода́ждь име́ние твое́ и даждь ни́щим, и име́ти и́маши сокро́вище на небеси́, и гряди́ вслед Мене́. Слы́шав же ю́ноша сло́во, оты́де скорбя́, бе бо име́я стяжа́ния мно́га. Иису́с же рече́ ученико́м Свои́м: ами́нь глаго́лю вам, я́ко неудо́бь бога́тый вни́дет в Ца́рствие Небе́сное. Па́ки же глаго́лю вам: удо́бее есть вельбу́ду сквозе́ иглины́ у́ши проити́, не́же бога́ту в Ца́рствие Бо́жие вни́ти. Слы́шавше же ученицы́ Его́, дивля́хуся зело́, глаго́люще: кто у́бо мо́жет спасе́н бы́ти? Воззре́в же Иису́с рече́ им: у челове́к сие́ не возмо́жно есть, у Бо́га же вся возмо́жна.
И вот, некто, подойдя, сказал Ему: Учитель благой! что сделать мне доброго, чтобы иметь жизнь вечную?
Он же сказал ему: что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог. Если же хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди.
Говорит Ему: какие? Иисус же сказал: не убивай; не прелюбодействуй; не кради; не лжесвидетельствуй;
почитай отца и мать; и: люби ближнего твоего, как самого себя.
Юноша говорит Ему: всё это сохранил я от юности моей; чего еще недостает мне?
Иисус сказал ему: если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною.
Услышав слово сие, юноша отошел с печалью, потому что у него было большое имение.
Иисус же сказал ученикам Своим: истинно говорю вам, что трудно богатому войти в Царство Небесное;
и еще говорю вам: удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие.
Услышав это, ученики Его весьма изумились и сказали: так кто же может спастись?
А Иисус, воззрев, сказал им: человекам это невозможно, Богу же всё возможно.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Ектения́ сугу́бая:
Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и о всей во Христе́ бра́тии на́шей.
Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.
Еще́ мо́лимся о бра́тиях на́ших, свяще́нницех, священномона́сех, и всем во Христе́ бра́тстве на́шем.
Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных святе́йших патриа́рсех правосла́вных, и созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.
Прошения о Святой Руси: [1]
Еще́ мо́лимся Тебе́, Го́споду и Спаси́телю на́шему, о е́же прия́ти моли́твы нас недосто́йных рабо́в Твои́х в сию́ годи́ну испыта́ния, прише́дшую на Русь Святу́ю, обыше́дше бо обыдо́ша ю́ врази́, и о е́же яви́ти спасе́ние Твое́, рцем вси: Го́споди, услы́ши и поми́луй.
Еще́ мо́лимся о е́же благосе́рдием и ми́лостию призре́ти на во́инство и вся защи́тники Оте́чества на́шего, и о е́же утверди́ти нас всех в ве́ре, единомы́слии, здра́вии и си́ле ду́ха, рцем вси: Го́споди, услы́ши и ми́лостивно поми́луй.
Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.
Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.
Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Моли́тва о Свято́й Руси́: 2
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Го́споди Бо́же Сил, Бо́же спасе́ния на́шего, при́зри в ми́лости на смире́нныя рабы́ Твоя́, услы́ши и поми́луй нас: се бо бра́ни хотя́щии ополчи́шася на Святу́ю Русь, ча́юще раздели́ти и погуби́ти еди́ный наро́д ея́. Воста́ни, Бо́же, в по́мощь лю́дем Твои́м и пода́ждь нам си́лою Твое́ю побе́ду.
Ве́рным ча́дом Твои́м, о еди́нстве Ру́сския Це́ркве ревну́ющим, поспе́шествуй, в ду́хе братолю́бия укрепи́ их и от бед изба́ви. Запрети́ раздира́ющим во омраче́нии умо́в и ожесточе́нии серде́ц ри́зу Твою́, я́же есть Це́рковь Жива́го Бо́га, и за́мыслы их ниспрове́ргни.
Благода́тию Твое́ю вла́сти предержа́щия ко вся́кому бла́гу наста́ви и му́дростию обогати́.
Во́ины и вся защи́тники Оте́чества на́шего в за́поведех Твои́х утверди́, кре́пость ду́ха им низпосли́, от сме́рти, ран и плене́ния сохрани́.
Лише́нныя кро́ва и в изгна́нии су́щия в до́мы введи́, а́лчущия напита́й, [жа́ждущия напои́], неду́гующия и стра́ждущия укрепи́ и исцели́, в смяте́нии и печа́ли су́щим наде́жду благу́ю и утеше́ние пода́ждь.
Всем же во дни сия́ убие́нным и от ран и боле́зней сконча́вшимся проще́ние грехо́в да́руй и блаже́нное упокое́ние сотвори́.
Испо́лни нас я́же в Тя ве́ры, наде́жды и любве́, возста́ви па́ки во всех страна́х Святы́я Руси́ мир и единомы́слие, друг ко дру́гу любо́вь обнови́ в лю́дех Твои́х, я́ко да еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем испове́мыся Тебе́, Еди́ному Бо́гу в Тро́ице сла́вимому. Ты бо еси́ заступле́ние и побе́да и спасе́ние упова́ющим на Тя и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ об оглаше́нных:
Диакон: Помоли́теся, оглаше́ннии, Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: Ве́рнии, о оглаше́нных помо́лимся, да Госпо́дь поми́лует их.
Огласи́т их сло́вом и́стины.
Откры́ет им Ева́нгелие пра́вды.
Соедини́т их святе́й Свое́й собо́рней и апо́стольстей Це́ркви.
Спаси́, поми́луй, заступи́ и сохрани́ их, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Оглаше́ннии, главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Да и ти́и с на́ми сла́вят пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Литургия верных:
Ектения́ ве́рных, пе́рвая:
Диакон: Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те, оглаше́ннии, изыди́те. Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те. Да никто́ от оглаше́нных, ели́цы ве́рнии, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва, честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ ве́рных, втора́я:
Диакон: Па́ки и па́ки, ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко да под держа́вою Твое́ю всегда́ храни́ми, Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Херуви́мская песнь:
Хор: И́же Херуви́мы та́йно образу́юще и животворя́щей Тро́ице Трисвяту́ю песнь припева́юще, вся́кое ны́не жите́йское отложи́м попече́ние.
Вели́кий вход:
Диакон: Вели́каго господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имярек, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Иерей: Преосвяще́нныя митрополи́ты, архиепи́скопы и епи́скопы, и весь свяще́ннический и мона́шеский чин, и при́чет церко́вный, бра́тию свята́го хра́ма сего́, всех вас, правосла́вных христиа́н, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Я́ко да Царя́ всех поды́мем, а́нгельскими неви́димо дориноси́ма чи́нми. Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Испо́лним моли́тву на́шу Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О предложе́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем, и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Щедро́тами Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Возлю́бим друг дру́га, да единомы́слием испове́мы.
Хор: Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха,/ Тро́ицу Единосу́щную/ и Неразде́льную.
Диакон: Две́ри, две́ри, прему́дростию во́нмем.
Си́мвол ве́ры:
Люди: Ве́рую во еди́наго Бо́га Отца́ Вседержи́теля, Творца́ не́бу и земли́, ви́димым же всем и неви́димым. И во еди́наго Го́спода Иису́са Христа́, Сы́на Бо́жия, Единоро́днаго, И́же от Отца́ рожде́ннаго пре́жде всех век. Све́та от Све́та, Бо́га и́стинна от Бо́га и́стинна, рожде́нна, несотворе́нна, единосу́щна Отцу́, И́мже вся бы́ша. Нас ра́ди челове́к и на́шего ра́ди спасе́ния сше́дшаго с небе́с и воплоти́вшагося от Ду́ха Свя́та и Мари́и Де́вы и вочелове́чшася. Распя́таго же за ны при Понти́йстем Пила́те, и страда́вша, и погребе́нна. И воскре́сшаго в тре́тий день по Писа́нием. И возше́дшаго на небеса́, и седя́ща одесну́ю Отца́. И па́ки гряду́щаго со сла́вою суди́ти живы́м и ме́ртвым, Его́же Ца́рствию не бу́дет конца́. И в Ду́ха Свята́го, Го́спода, Животворя́щаго, И́же от Отца́ исходя́щаго, И́же со Отце́м и Сы́ном спокланя́ема и ссла́вима, глаго́лавшаго проро́ки. Во еди́ну Святу́ю, Собо́рную и Апо́стольскую Це́рковь. Испове́дую еди́но креще́ние во оставле́ние грехо́в. Ча́ю воскресе́ния ме́ртвых, и жи́зни бу́дущаго ве́ка. Ами́нь.
Евхаристи́ческий кано́н:
Диакон: Ста́нем до́бре, ста́нем со стра́хом, во́нмем, свято́е возноше́ние в ми́ре приноси́ти.
Хор: Ми́лость ми́ра,/ же́ртву хвале́ния.
Иерей: Благода́ть Го́спода на́шего Иису́са Христа́ и любы́ Бо́га и Отца́ и прича́стие Свята́го Ду́ха, бу́ди со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Иерей: Горе́ име́им сердца́.
Хор: И́мамы ко Го́споду.
Иерей: Благодари́м Го́спода.
Хор: Досто́йно и пра́ведно есть/ покланя́тися Отцу́ и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху,// Тро́ице Единосу́щней и Неразде́льней.
Иерей: Побе́дную песнь пою́ще, вопию́ще, взыва́юще и глаго́люще.
Хор: Свят, свят, свят Госпо́дь Савао́ф,/ испо́лнь не́бо и земля́ сла́вы Твоея́;/ оса́нна в вы́шних,/ благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне,// оса́нна в вы́шних.
Иерей: Приими́те, яди́те, сие́ есть Те́ло Мое́, е́же за вы ломи́мое во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Пи́йте от нея́ вси, сия́ есть Кровь Моя́ Но́ваго Заве́та, я́же за вы и за мно́гия излива́емая, во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Твоя́ от Твои́х Тебе́ принося́ще, о всех и за вся.
Хор: Тебе́ пое́м,/ Тебе́ благослови́м,/ Тебе́ благодари́м, Го́споди,// и мо́лим Ти ся, Бо́же наш.
Иерей: Изря́дно о Пресвяте́й, Пречи́стей, Преблагослове́нней, Сла́вней Влады́чице на́шей Богоро́дице и Присноде́ве Мари́и.
Задосто́йник Преображе́ния Госпо́дня:
Припев: Велича́й, душе́ моя́,/ на Фаво́ре преобрази́вшагося Го́спода.
Ирмос, глас 4: Рождество́ Твое́ нетле́нно яви́ся:/ Бог из боку́ Твое́ю про́йде,/ я́ко Плотоно́сец яви́ся на земли́/ и с челове́ки поживе́.// Тя, Богоро́дице, тем вси велича́ем.
Иерей: В пе́рвых помяни́, Го́споди, Вели́каго Господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, и́хже да́руй святы́м Твои́м це́рквам, в ми́ре, це́лых, честны́х, здра́вых, долгоде́нствующих, пра́во пра́вящих сло́во Твоея́ и́стины.
Хор: И всех, и вся.
Иерей: И даждь нам еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем сла́вити и воспева́ти пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: И да бу́дут ми́лости вели́каго Бо́га и Спа́са на́шего Иису́са Христа́ со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Вся святы́я помяну́вше, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О принесе́нных и освяще́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
Я́ко да человеколю́бец Бог наш, прие́м я́ во святы́й и пренебе́сный и мы́сленный Свой же́ртвенник, в воню́ благоуха́ния духо́внаго, возниспо́слет нам Боже́ственную благода́ть и дар Свята́го Ду́ха, помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Соедине́ние ве́ры и прича́стие Свята́го Ду́ха испроси́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: И сподо́би нас, Влады́ко, со дерзнове́нием, неосужде́нно сме́ти призыва́ти Тебе́, Небе́снаго Бо́га Отца́ и глаго́лати:
Моли́тва Госпо́дня:
Люди: О́тче наш, И́же еси́ на небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Благода́тию и щедро́тами и человеколю́бием Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Свята́я святы́м.
Хор: Еди́н свят, еди́н Госпо́дь, Иису́с Христо́с, во сла́ву Бо́га Отца́. Ами́нь.
Прича́стны воскре́сный и Преображе́ния Госпо́дня:
Хор: Хвали́те Го́спода с Небе́с,/ хвали́те Его́ в Вы́шних.
Го́споди, во све́те Лица́ Твоего́ по́йдем/ и о И́мени Твое́м возра́дуемся во ве́ки.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Прича́стие:
Диакон: Со стра́хом Бо́жиим и ве́рою приступи́те.
Хор: Благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне, Бог Госпо́дь и яви́ся нам.
Иерей: Ве́рую, Го́споди, и испове́дую, я́ко Ты еси́ вои́стинну Христо́с, Сын Бо́га жива́го, прише́дый в мир гре́шныя спасти́, от ни́хже пе́рвый есмь аз. Еще́ ве́рую, я́ко сие́ есть са́мое пречи́стое Те́ло Твое́, и сия́ есть са́мая честна́я Кровь Твоя́. Молю́ся у́бо Тебе́: поми́луй мя и прости́ ми прегреше́ния моя́, во́льная и нево́льная, я́же сло́вом, я́же де́лом, я́же ве́дением и неве́дением, и сподо́би мя неосужде́нно причасти́тися пречи́стых Твои́х Та́инств, во оставле́ние грехо́в и в жизнь ве́чную. Ами́нь.
Ве́чери Твоея́ та́йныя днесь, Сы́не Бо́жий, прича́стника мя приими́; не бо враго́м Твои́м та́йну пове́м, ни лобза́ния Ти дам, я́ко Иу́да, но я́ко разбо́йник испове́даю Тя: помяни́ мя, Го́споди, во Ца́рствии Твое́м.
Да не в суд или́ во осужде́ние бу́дет мне причаще́ние Святы́х Твои́х Та́ин, Го́споди, но во исцеле́ние души́ и те́ла.
Во время Причащения людей:
Хор: Те́ло Христо́во приими́те, Исто́чника безсме́ртнаго вкуси́те.
После Причащения людей:
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
По́сле Прича́стия:
Иерей: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́, и благослови́ достоя́ние Твое́.
Хор: Ви́дехом свет и́стинный,/ прия́хом Ду́ха Небе́снаго,/ обрето́хом ве́ру и́стинную,/ неразде́льней Тро́ице покланя́емся,// Та бо нас спасла́ есть.
Иерей: Всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Да испо́лнятся уста́ на́ша/ хвале́ния Твоего́ Го́споди,/ я́ко да пое́м сла́ву Твою́,/ я́ко сподо́бил еси́ нас причасти́тися/ Святы́м Твои́м, Боже́ственным, безсме́ртным и животворя́щим Та́йнам,/ соблюди́ нас во Твое́й святы́ни/ весь день поуча́тися пра́вде Твое́й.// Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ заключи́тельная:
Диакон: Про́сти прии́мше Боже́ственных, святы́х, пречи́стых, безсме́ртных, небе́сных и животворя́щих, стра́шных Христо́вых Та́ин, досто́йно благодари́м Го́спода.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: День весь соверше́н, свят, ми́рен и безгре́шен испроси́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Ты еси́ освяще́ние на́ше и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: С ми́ром изы́дем.
Хор: О и́мени Госпо́дни.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Заамво́нная моли́тва:
Иерей: Благословля́яй благословя́щия Тя, Го́споди, и освяща́яй на Тя упова́ющия, спаси́ лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, исполне́ние Це́ркве Твоея́ сохрани́, освяти́ лю́бящия благоле́пие до́му Твоего́: Ты тех возпросла́ви Боже́ственною Твое́ю си́лою, и не оста́ви нас, упова́ющих на Тя. Мир ми́рови Твоему́ да́руй, це́рквам Твои́м, свяще́нником, во́инству и всем лю́дем Твои́м. Я́ко вся́кое дая́ние бла́го, и всяк дар соверше́н свы́ше есть, сходя́й от Тебе́ Отца́ све́тов и Тебе́ сла́ву и благодаре́ние и поклоне́ние возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)
Псало́м 33:
Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и́./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода не лиша́тся вся́каго бла́га./ Прииди́те, ча́да, послу́шайте мене́,/ стра́ху Госпо́дню научу́ вас./ Кто есть челове́к хотя́й живо́т,/ любя́й дни ви́дети бла́ги?/ Удержи́ язы́к твой от зла,/ и устне́ твои́, е́же не глаго́лати льсти./ Уклони́ся от зла и сотвори́ бла́го./ Взыщи́ ми́ра, и пожени́ и́./ О́чи Госпо́дни на пра́ведныя,/ и у́ши Его́ в моли́тву их./ Лице́ же Госпо́дне на творя́щия зла́я,/ е́же потреби́ти от земли́ па́мять их./ Воззва́ша пра́веднии, и Госпо́дь услы́ша их,/ и от всех скорбе́й их изба́ви их./ Близ Госпо́дь сокруше́нных се́рдцем,/ и смире́нныя ду́хом спасе́т./ Мно́ги ско́рби пра́ведным,/ и от всех их изба́вит я́ Госпо́дь./ Храни́т Госпо́дь вся ко́сти их,/ ни еди́на от них сокруши́тся./ Смерть гре́шников люта́,/ и ненави́дящии пра́веднаго прегреша́т./ Изба́вит Госпо́дь ду́ши раб Свои́х,/ и не прегреша́т// вси, упова́ющии на Него́.
Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.
Хор: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (Трижды) Благослови́.
Отпу́ст:
Иерей: Воскресы́й из ме́ртвых Христо́с, И́стинный Бог наш, моли́твами Пречи́стыя Своея́ Ма́тере, и́же во святы́х...
Многоле́тие:
Хор: Вели́каго Господи́на и Отца́ на́шего Кири́лла,/ Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́,/ и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к,/ епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его,/ богохрани́мую страну́ на́шу Росси́йскую,/ настоя́теля, бра́тию и прихо́жан свята́го хра́ма сего́/ и вся правосла́вныя христиа́ны,// Го́споди, сохрани́ их на мно́гая ле́та.
[1] Прошения и молитва о Святой Руси размещены на сайте «Новые богослужебные тексты», предназначеном для оперативной электронной публикации новых богослужебных текстов, утверждаемых для общецерковного употребления Святейшим Патриархом и Священным Синодом.
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Часы воскресного дня. 23 августа 2026г.
Поделиться
Неде́ля 12-я по Пятидеся́тнице.
Попра́зднство Преображе́ния Госпо́дня.
Мч. архидиак. Лаврентия.
Глас 3.
Иерей: Благослове́н Бог наш всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Сла́ва Тебе́, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Царю́ Небе́сный, Уте́шителю, Ду́ше и́стины, И́же везде́ сый и вся исполня́яй, Сокро́вище благи́х и жи́зни Пода́телю, прииди́ и всели́ся в ны, и очи́сти ны от вся́кия скве́рны, и спаси́, Бла́же, ду́ши на́ша.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (12 раз)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 16:
Услы́ши, Го́споди, пра́вду мою́, вонми́ моле́нию моему́, внуши́ моли́тву мою́ не во устна́х льсти́вых. От лица́ Твоего́ судьба́ моя́ изы́дет, о́чи мои́ да ви́дита правоты́. Искуси́л еси́ се́рдце мое́, посети́л еси́ но́щию, искуси́л мя еси́, и не обре́теся во мне непра́вда. Я́ко да не возглаго́лют уста́ моя́ дел челове́ческих, за словеса́ усте́н Твои́х аз сохрани́х пути́ же́стоки. Соверши́ стопы́ моя́ во стезя́х Твои́х, да не подви́жутся стопы́ моя́. Аз воззва́х, я́ко услы́шал мя еси́, Бо́же, приклони́ у́хо Твое́ мне и услы́ши глаго́лы моя́. Удиви́ ми́лости Твоя́, спаса́яй упова́ющия на Тя от проти́вящихся десни́це Твое́й. Сохрани́ мя, Го́споди, я́ко зе́ницу о́ка, в кро́ве крилу́ Твое́ю покры́еши мя. От лица́ нечести́вых остра́стших мя, врази́ мои́ ду́шу мою́ одержа́ша. Тук свой затвори́ша, уста́ их глаго́лаша горды́ню. Изгоня́щии мя ны́не обыдо́ша мя, о́чи свои́ возложи́ша уклони́ти на зе́млю. Объя́ша мя я́ко лев гото́в на лов и я́ко ски́мен обита́яй в та́йных. Воскресни́, Го́споди, предвари́ я́ и запни́ им, изба́ви ду́шу мою́ от нечести́ваго, ору́жие Твое́ от враг руки́ Твоея́. Го́споди, от ма́лых от земли́, раздели́ я́ в животе́ их, и сокрове́нных Твои́х испо́лнися чре́во их, насы́тишася сыно́в, и оста́виша оста́нки младе́нцем свои́м. Аз же пра́вдою явлю́ся лицу́ Твоему́, насы́щуся, внегда́ яви́ти ми ся сла́ве Твое́й.
Псало́м 24:
К Тебе́, Го́споди, воздвиго́х ду́шу мою́, Бо́же мой, на Тя упова́х, да не постыжу́ся во век, ниже́ да посмею́т ми ся врази́ мои́, и́бо вси терпя́щии Тя не постыдя́тся. Да постыдя́тся беззако́ннующии вотще́. Пути́ Твоя́, Го́споди, скажи́ ми, и стезя́м Твои́м научи́ мя. Наста́ви мя на и́стину Твою́, и научи́ мя, я́ко Ты еси́ Бог Спас мой, и Тебе́ терпе́х весь день. Помяни́ щедро́ты Твоя́, Го́споди, и ми́лости Твоя́, я́ко от ве́ка суть. Грех ю́ности моея́, и неве́дения моего́ не помяни́, по ми́лости Твое́й помяни́ мя Ты, ра́ди бла́гости Твоея́, Го́споди. Благ и прав Госпо́дь, сего́ ра́ди законоположи́т согреша́ющим на пути́. Наста́вит кро́ткия на суд, научи́т кро́ткия путе́м Свои́м. Вси путие́ Госпо́дни ми́лость и и́стина, взыска́ющим заве́та Его́, и свиде́ния Его́. Ра́ди и́мене Твоего́, Го́споди, и очи́сти грех мой, мног бо есть. Кто есть челове́к боя́йся Го́спода? Законоположи́т ему́ на пути́, его́же изво́ли. Душа́ его́ во благи́х водвори́тся, и се́мя его́ насле́дит зе́млю. Держа́ва Госпо́дь боя́щихся Его́, и заве́т Его́ яви́т им. О́чи мои́ вы́ну ко Го́споду, я́ко Той исто́ргнет от се́ти но́зе мои́. При́зри на мя и поми́луй мя, я́ко единоро́д и нищ есмь аз. Ско́рби се́рдца моего́ умно́жишася, от нужд мои́х изведи́ мя. Виждь смире́ние мое́, и труд мой, и оста́ви вся грехи́ моя́. Виждь враги́ моя́, я́ко умно́жишася, и ненавиде́нием непра́ведным возненави́деша мя. Сохрани́ ду́шу мою́, и изба́ви мя, да не постыжу́ся, я́ко упова́х на Тя. Незло́бивии и пра́вии прилепля́хуся мне, я́ко потерпе́х Тя, Го́споди. Изба́ви, Бо́же, Изра́иля от всех скорбе́й его́.
Псало́м 50:
Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мое́. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя; я́ко беззако́ние мое́ аз зна́ю, и грех мой предо мно́ю есть вы́ну. Тебе́ Еди́ному согреши́х и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х, и победи́ши внегда́ суди́ти Ти. Се бо, в беззако́ниих зача́т есмь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо, и́стину возлюби́л еси́; безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся; омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие; возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́ и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́нныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́; возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо: всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н; се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския. Тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая; тогда́ возложа́т на олта́рь Твой тельцы́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Тропа́рь воскре́сный, глас 3:
Да веселя́тся небе́сная,/ да ра́дуются земна́я;/ я́ко сотвори́ держа́ву мы́шцею Свое́ю Госпо́дь,/ попра́ сме́ртию смерть,/ пе́рвенец ме́ртвых бысть;/ из чре́ва а́дова изба́ви нас,// и подаде́ ми́рови ве́лию ми́лость.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь мч. архидиак. Лавре́нтия, глас 4:
Му́ченик Твой, Го́споди, Лавре́нтий/ во страда́нии свое́м вене́ц прия́т нетле́нный от Тебе́, Бо́га на́шего,/ име́яй бо кре́пость Твою́,/ мучи́телей низложи́,/ сокруши́ и де́монов немощны́я де́рзости./ Того́ моли́твами// спаси́ ду́ши на́ша.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богоро́дице, Ты еси́ лоза́ и́стинная, возрасти́вшая нам Плод живота́, Тебе́ мо́лимся: моли́ся, Влады́чице, со святы́ми апо́столы поми́ловати ду́ши на́ша.
Госпо́дь Бог благослове́н, благослове́н Госпо́дь день дне,/ поспеши́т нам Бог спасе́ний на́ших, Бог наш, Бог спаса́ти.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к воскре́сный, глас 3, подо́бен: «Де́ва днесь...»:
Воскре́сл еси́ днесь из гро́ба, Ще́дре,/ и нас возве́л еси́ от врат сме́ртных;/ днесь Ада́м лику́ет, и ра́дуется Е́ва,/ вку́пе же и проро́цы с патриа́рхи воспева́ют непреста́нно// Боже́ственную держа́ву вла́сти Твоея́.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Влады́ко Бо́же О́тче Вседержи́телю, Го́споди Сы́не Единоро́дный Иису́се Христе́, и Святы́й Ду́ше, Еди́но Божество́, Еди́на Си́ла, поми́луй мя, гре́шнаго, и и́миже ве́си судьба́ми, спаси́ мя, недосто́йнаго раба́ Твоего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Чтец: Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 53:
Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя, и в си́ле Твое́й суди́ ми. Бо́же, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ глаго́лы уст мои́х. Я́ко чу́ждии воста́ша на мя и кре́пции взыска́ша ду́шу мою́, и не предложи́ша Бо́га пред собо́ю. Се бо Бог помога́ет ми, и Госпо́дь Засту́пник души́ мое́й. Отврати́т зла́я враго́м мои́м, и́стиною Твое́ю потреби́ их. Во́лею пожру́ Тебе́, испове́мся и́мени Твоему́, Го́споди, я́ко бла́го, я́ко от вся́кия печа́ли изба́вил мя еси́, и на враги́ моя́ воззре́ о́ко мое́.
Псало́м 54:
Внуши́, Бо́же, моли́тву мою́ и не пре́зри моле́ния моего́. Вонми́ ми и услы́ши мя: возскорбе́х печа́лию мое́ю и смято́хся от гла́са вра́жия и от стуже́ния гре́шнича, я́ко уклони́ша на мя беззако́ние и во гне́ве враждова́ху ми. Се́рдце мое́ смяте́ся во мне и боя́знь сме́рти нападе́ на мя. Страх и тре́пет прии́де на мя и покры́ мя тьма. И рех: кто даст ми криле́, я́ко голуби́не? И полещу́, и почи́ю. Се удали́хся бе́гая и водвори́хся в пусты́ни. Ча́ях Бо́га, спаса́ющаго мя от малоду́шия и от бу́ри. Потопи́, Го́споди, и раздели́ язы́ки их: я́ко ви́дех беззако́ние и пререка́ние во гра́де. Днем и но́щию обы́дет и́ по стена́м его́. Беззако́ние и труд посреде́ его́ и непра́вда. И не оскуде́ от стогн его́ ли́хва и лесть. Я́ко а́ще бы враг поноси́л ми, претерпе́л бых у́бо, и а́ще бы ненави́дяй мя на мя велере́чевал, укры́л бых ся от него́. Ты же, челове́че равноду́шне, влады́ко мой и зна́емый мой, и́же ку́пно наслажда́лся еси́ со мно́ю бра́шен, в дому́ Бо́жии ходи́хом единомышле́нием. Да прии́дет же смерть на ня, и да сни́дут во ад жи́ви, я́ко лука́вство в жили́щах их, посреде́ их. Аз к Бо́гу воззва́х, и Госпо́дь услы́ша мя. Ве́чер и зау́тра, и полу́дне пове́м, и возвещу́, и услы́шит глас мой. Изба́вит ми́ром ду́шу мою́ от приближа́ющихся мне, я́ко во мно́зе бя́ху со мно́ю. Услы́шит Бог и смири́т я́, Сый пре́жде век. Несть бо им измене́ния, я́ко не убоя́шася Бо́га. Простре́ ру́ку свою́ на воздая́ние, оскверни́ша заве́т Его́. Раздели́шася от гне́ва лица́ Его́, и прибли́жишася сердца́ их, умя́кнуша словеса́ их па́че еле́а, и та суть стре́лы. Возве́рзи на Го́спода печа́ль твою́, и Той тя препита́ет, не даст в век молвы́ пра́веднику. Ты же, Бо́же, низведе́ши я́ в студене́ц истле́ния, му́жие крове́й и льсти не преполовя́т дней свои́х. Аз же, Го́споди, упова́ю на Тя.
Псало́м 90:
Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га Небе́снаго водвори́тся. Рече́т Го́сподеви: Засту́пник мой еси́ и Прибе́жище мое́, Бог мой, и упова́ю на Него́. Я́ко Той изба́вит тя от се́ти ло́вчи и от словесе́ мяте́жна, плещма́ Свои́ма осени́т тя, и под криле́ Его́ наде́ешися: ору́жием обы́дет тя и́стина Его́. Не убои́шися от стра́ха нощна́го, от стрелы́ летя́щия во дни, от ве́щи во тме преходя́щия, от сря́ща и бе́са полу́деннаго. Паде́т от страны́ твоея́ ты́сяща, и тма одесну́ю тебе́, к тебе́ же не прибли́жится, оба́че очи́ма твои́ма смо́триши, и воздая́ние гре́шников у́зриши. Я́ко Ты, Го́споди, упова́ние мое́, Вы́шняго положи́л еси́ прибе́жище твое́. Не прии́дет к тебе́ зло и ра́на не прибли́жится телеси́ твоему́, я́ко А́нгелом Свои́м запове́сть о тебе́, сохрани́ти тя во всех путе́х твои́х. На рука́х во́змут тя, да не когда́ преткне́ши о ка́мень но́гу твою́, на а́спида и васили́ска насту́пиши, и попере́ши льва и зми́я. Я́ко на Мя упова́ и изба́влю и́, покры́ю и́, я́ко позна́ и́мя Мое́. Воззове́т ко Мне и услы́шу его́, с ним есмь в ско́рби, изму́ его́ и просла́влю его́, долгото́ю дней испо́лню его́ и явлю́ ему́ спасе́ние Мое́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Тропа́рь воскре́сный, глас 3:
Да веселя́тся небе́сная,/ да ра́дуются земна́я;/ я́ко сотвори́ держа́ву мы́шцею Свое́ю Госпо́дь,/ попра́ сме́ртию смерть,/ пе́рвенец ме́ртвых бысть;/ из чре́ва а́дова изба́ви нас,// и подаде́ ми́рови ве́лию ми́лость.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь Преображе́ния Госпо́дня, глас 7:
Преобрази́лся еси́ на горе́, Христе́ Бо́же,/ показа́вый ученико́м Твои́м сла́ву Твою́,/ я́коже можа́ху,/ да возсия́ет и нам, гре́шным,/ Свет Твой присносу́щный/ моли́твами Богоро́дицы,// Светода́вче, сла́ва Тебе́.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Я́ко не и́мамы дерзнове́ния за премно́гия грехи́ на́ша, Ты и́же от Тебе́ Ро́ждшагося моли́, Богоро́дице Де́во, мно́го бо мо́жет моле́ние Ма́тернее ко благосе́рдию Влады́ки. Не пре́зри гре́шных мольбы́, Всечи́стая, я́ко ми́лостив есть и спасти́ моги́й, И́же и страда́ти о нас изво́ливый.
Ско́ро да предваря́т ны щедро́ты Твоя́, Го́споди, я́ко обнища́хом зело́; помози́ нам, Бо́же, Спа́се наш, сла́вы ра́ди И́мене Твоего́, Го́споди, изба́ви нас и очи́сти грехи́ на́ша, И́мене ра́ди Твоего́.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Преображе́ния Госпо́дня, глас 7, самогла́сен:
На горе́ преобрази́лся еси́,/ и я́коже вмеща́ху ученицы́ Твои́,/ сла́ву Твою́, Христе́ Бо́же, ви́деша,/ да егда́ Тя у́зрят распина́ема,/ страда́ние у́бо уразуме́ют во́льное,/ ми́рови же пропове́дят,// я́ко Ты еси́ вои́стинну О́тчее сия́ние.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Бо́же и Го́споди сил и всея́ тва́ри Соде́телю, И́же за милосе́рдие безприкла́дныя ми́лости Твоея́ Единоро́днаго Сы́на Твоего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́, низпосла́вый на спасе́ние ро́да на́шего, и честны́м Его́ Кресто́м рукописа́ние грех на́ших растерза́вый, и победи́вый тем нача́ла и вла́сти тьмы. Сам, Влады́ко Человеколю́бче, приими́ и нас, гре́шных, благода́рственныя сия́ и моле́бныя моли́твы и изба́ви нас от вся́каго всегуби́тельнаго и мра́чнаго прегреше́ния и всех озло́бити нас и́щущих ви́димых и неви́димых враг. Пригвозди́ стра́ху Твоему́ пло́ти на́ша и не уклони́ серде́ц на́ших в словеса́ или́ помышле́ния лука́вствия, но любо́вию Твое́ю уязви́ ду́ши на́ша, да, к Тебе́ всегда́ взира́юще и е́же от Тебе́ све́том наставля́еми, Тебе́, непристу́пнаго и присносу́щнаго зря́ще Све́та, непреста́нное Тебе́ испове́дание и благодаре́ние возсыла́ем, Безнача́льному Отцу́ со Единоро́дным Твои́м Сы́ном и Всесвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в, ами́нь.
