«Игуменьи Руфина (Кокорева) и Ариадна (Мичурина)». Екатерина Котельникова, Ирина Трофимова

(05.05.2026)

Гостьи программы «Светлый вечер»: руководитель проекта «Путь домой. Зарубежье» Екатерина Котельникова, руководителем проекта «Путь домой. Зарубежье» и директор Чердынского краеведческого музея имени А. С. Пушкина Ирина Трофимова.

Разговор посвящён судьбе игуменьи Руфины (Кокоревой) и схиигуменьи Ариадны (Мичуриной) — монахинь Чердынского Иоанно-Богословского монастыря. В годы Гражданской войны они прошли путь от Чердыни через Новониколаевск, Читу и Владивосток, а в 1923 году покинули Россию. В Харбине и Шанхае матушки продолжили монашеское и социальное служение: устраивали обители и приюты, заботились о детях русских эмигрантов, помогали тем, кто остался без дома и поддержки.

Отдельной темой стал проект «Путь домой. Зарубежье», посвящённый изучению их жизни и наследия. Екатерина Котельникова и Ирина Трофимова рассказали об экспедициях по следам матушек Руфины и Ариадны: от Чердыни до Владивостока, Харбина и Шанхая, где удалось найти места, связанные с монастырём, приютами, храмами и русской эмиграцией.

Также речь шла о духовной связи матушек с преподобномученицей Елизаветой Фёдоровной и святителем Иоанном Шанхайским, о воспитанницах приютов, разъехавшихся по миру, о женском служении, милосердии, памяти и о том, почему такие истории помогают современному человеку не терять надежду.

Ведущая: Кира Лаврентьева

К. Лаврентьева

— Добрый вечер, дорогие наши слушатели. Меня зовут Кира Лаврентьева. Это «Светлый вечер» на Радио ВЕРА. И я с радостью представляю наших сегодняшних гостей. В студии Светлого радио Екатерина Котельникова, руководитель проекта «Путь домой. Зарубежье», эксперт в области теологии, кандидат наук, доцент, сотрудник Чердынского краеведческого музея имени Пушкина, представитель фонда «Чердынь. Новое время»; и Ирина Трофимова, участник проекта «Путь домой. Зарубежье», директор Чердынского краеведческого музея имени Пушкина, эксперт по музейному менеджменту и проектированию. Здравствуйте, Екатерина. Здравствуйте, Ирина.

Е. Котельникова

— Добрый вечер.

И. Трофимова

— Здравствуйте.

К. Лаврентьева

— Хочу сразу нашим слушателям сказать, что у нас тема просто потрясающая. Екатерина и Ирина занимаются памятью удивительных женщин, удивительных монахинь, которые спасали, кормили, грели, выводили в жизнь людей, детей в Шанхае. Вот такой вот неожиданный поворот. И не только в Шанхае. Всё это непосредственно связано с Елизаветой Фёдоровной Романовой, всё это непосредственно связано со святителем Иоанном Шанхайским. И обо всём об этом нам сейчас расскажут наши дорогие гости. Екатерина, давайте начнём, наверное, с вас. С чего всё началось? Что это за проект? Давайте прям поступенчато пойдём.

Е. Котельникова

— Началась эта история довольно давно, более десяти лет назад. Я занималась изучением истории самого древнего на Урале и в Сибири Чердынского Иоанно-Богословского мужского монастыря, основанного в середине XV века. Это был первый миссионерский монастырь. И его история, документы, связанные с ним, к счастью, в значительной степени сохранились. И меня удивил тот случай, что в начале XX века монастырь возрождают как женский. И игуменией назначают Ольгу Андреевну Кокореву, в игуменстве Руфину. И когда я познакомилась с её историей жизни, она меня поразила тем, что она была необыкновенной. Она прожила долгую, очень насыщенную жизнь. И в переломные времена, в годы Гражданской войны, из Чердыни она отправилась на Дальний Восток, по пути останавливалась вместе с сёстрами монастыря в Новониколаевске, в Чите. И где бы она ни была, она пыталась возродить монастырскую жизнь.

И где бы она ни была, она основывала приюты, брала под опеку детские ясли. То есть в сложные для страны, для людей времена, она заполняла нишу и заботилась о детях. То есть она, будучи монахиней, которая вообще в юношестве стремилась к отшельничеству, к затворничеству, стала фактически матерью для огромного количества детей, которые остались без попечения родителей.

К. Лаврентьева

— А время было страшное. Таких детей было немало.

Е. Котельникова

— Да. И когда я встретила эту историю, она, конечно, меня поразила. Мне захотелось об этом узнать побольше. И так появился первый проект, который мы с Ириной также реализовывали в 2023 году. Мы занимались исследованием, сбором всевозможных документов, сохранившихся свидетельств о жизни игумении Руфины и сподвижниц. И также мы отправились в экспедицию до Владивостока. Находясь в Чердыне, нам, к сожалению, не удалось в полной мере собрать все сохранившиеся артефакты и свидетельства. Мы писали запросы коллегам в музеи. Мы сами удалённо искали на интернет-ресурсах какие-то следы, просто буквально какие-то ускользающие следы той эпохи, и поняли, что без экспедиционного опыта нам не обойтись. Мы написали заявку проектную. И Фонд наследия русского зарубежья её поддержал. Мы из Чердыни, повторяя маршрут наших героинь, отправились на поезде. Мы выходили в Новосибирске, работали день в музеях и в городе, искали места, упомянутые в воспоминаниях, находили их, садились вечером в поезд, ехали дальше. Так же было в Чите и так же было во Владивостоке. То есть в первую часть проекта мы добрались до Владивостока и оттуда вернулись домой. Мы выпустили книгу-путеводитель по следам эмиграции игумений Руфины и Ариадны.
Она называется «Путь домой. Диалог через столетие». Потому что мы ехали в 2023 году, а в 1923 году они покинули Россию. То есть это было ровно через сто лет. И получилось так, поскольку мы много об этом говорили, что проект дальше стал жить самостоятельной жизнью. К счастью, в нашем музее есть подразделение — это Музей истории веры. И к его 25-летию мы обновляли экспозицию. И мы построили целую выставку, посвящённую истории монастыря. И очень важной точкой в этом стала история игумений Руфины и Ариадны, их значение для города, и их судьба после эмиграции. И поскольку эта тема оказалась настолько живой, в общем, в прошлом году все ждали продолжения: когда же вы поедете дальше? И в прошлом году мы написали снова заявку, и снова Фонд наследия русского зарубежья нас поддержал. И вот мы буквально вчера прилетели из Шанхая. Мы в этом году стартовали во Владивостоке.

К. Лаврентьева

— Шок! По свежим следам, значит, мы с вами.

Е. Котельникова

— Да, мы горяченькие к вам приехали в эфир — это очень для нас ценно. Мы стартовали из Владивостока, затем мы побывали в Харбине, а после Харбина приехали в Шанхай. И если в первую часть проекта нам удалось найти следы, мы очень надеялись, что в этом году нам тоже повезёт — и нам повезло. То есть мы углубили исследование во Владивостоке. Мы нашли место, где был приют в Харбине — мы встречались с русскими харбинцами. И в Шанхае мы нашли здание приюта, где матушка Руфина с детьми жила, где были мастерские, где был домовой храм, где матушка Руфина скончалась. Побывали на месте, где было кладбище, где она похоронена, и побывали в храме, где служил владыка Иоанн Шанхайский, где они встречались. То есть места, связанные с памятью этих великих женщин и тех людей, которые им сопутствовали, которые были рядом с ними.

К. Лаврентьева

— Интересно то, что их было двое. Понятно, что им помогали, но всё-таки две ключевые фигуры: Руфина и Ариадна. И так же вас двое, и вы ездите по их следам, ищете какие-то свидетельства, которые сохранились, их добрых дел, их жизни, их подвижничества, пытаясь воскресить это спустя сто лет.

Е. Котельникова

— Да, всё верно.

К. Лаврентьева

— И вот это настолько непривычно современному человеку, который абсолютно зациклен на себе — я говорю про себя, — на своих проблемах, на собственных рефлексиях, на собственных переживаниях. Ну и ситуация в стране, даже не в стране, а в мире больше, не самая сейчас простая. И понятное дело, что люди в некоторой степени, может быть, и в тревогах тоже утопают. И тут раз — Руфина, Ариадна, сто лет назад, Шанхай, Китай, дети, приют. Первый вопрос: зачем, почему вы этим занялись?

Е. Котельникова

— Потому что сейчас очень важно, чтобы добрых историй вдохновляющих и таких высоких примеров духовного служения было больше.

К. Лаврентьева

— Такое ощущение, что вы их лично знаете.

И. Трофимова

— Ну, у нас есть такое ощущение. Мы, по крайней мере, пытаемся это постичь.

Е. Котельникова

— Да. И сейчас, действительно, время непростое. И вот лично для меня их жизнь, их подход к решению вопросов, их видение ситуации и то, как они себя реализовывали в сложных обстоятельствах, для меня является примером, непосредственным руководством к действию.

То есть вокруг Гражданская война, Россия полыхает. Они сами бесприютные, они покинули обитель, которую возродили, которую любили. Что нужно делать? Бери детей — спасай. То есть они начинают не просто какую-то такую гипотетическую деятельность, говорить о том, что вот мы такие, вот давайте будем всё вместе делать. Они просто берут и нанимаются на надомную работу стирки белья и полоскания, зарабатывают деньги, на эти деньги кормят детей. Что может делать женщина, когда вокруг полыхает страна? Она создаёт очаг, она создаёт дом, она варит еду, она стирает. Она помогает тем, кто нуждается в этом именно сейчас. А нуждаются больше всего дети, потому что они не могут пока о себе позаботиться.

К. Лаврентьева

— Ирина, теперь к вам вопрос: как вы в эту историю пришли?

И. Трофимова

— Когда Катя начала саму по себе вот эту тему, мне, во-первых, показалось, что это очень хорошая женская история.

К. Лаврентьева

— Да, это правда.

И. Трофимова

— Для меня это, наверное, приоритетное. Потому что, например, вот вы сами сказали, что Иоанн Шанхайский — все знают мужчин, которые делают какие-то важные подвижнические дела, и гораздо меньше говорят о женщинах. Хотя, вот если посмотреть на ситуацию в корне, то они ведь действительно делали очень важное дело. И сегодня это настолько актуально, когда вокруг разные происходят события, которые кого-то вгоняют в депрессию, кого-то вообще... очень сильно влияет ситуация вокруг на наше сознание. А их работа, их труд как раз показывают, что есть какие-то вещи, которые могут тебя спасти. И, спасая других, они, в том числе, спасались самостоятельно. Поэтому мне очень понравилась эта история просто по-человечески. И очень хотелось рассказать другим о том, как... Ну, мне очень нравится фраза, я её часто повторяю: как девочка, закончившая Чердынскую женскую гимназию, открыла первый женский православный монастырь в Америке. Это как будто бы звучит очень здорово.

Е. Котельникова

— Это сейчас Ирина говорит про игумению Ариадну, которая, будучи келейницей, первой помощницей матушки Руфины, приняла этот ответственный пост после кончины игумении в 1937 году и стала настоятельницей монастыря. И именно она перевезла монастырь из Шанхая в Сан-Франциско. И эта обитель была первой.

К. Лаврентьева

— Программа «Светлый вечер» на Радио ВЕРА. У нас в студии Екатерина Котельникова, руководитель проекта «Путь домой. Зарубежье», представитель фонда «Чердынь. Новое время»; и Ирина Трофимова, участник проекта «Путь домой. Зарубежье», директор Чердынского краеведческого музея имени Пушкина. Мы сейчас говорим об удивительном знакомстве Екатерины и Ирины с не менее удивительными монахинями, которые сто лет назад просто вот среди полыхающего совершенно состояния мира, в котором он тогда находился, спасали детей. Спасали детей в Шанхае, а не где-нибудь. Из Чердыни в Шанхай путь их прокладывался. И это, конечно, не менее удивительно. А потом мы сейчас слышим, что эти плоды пошли дальше — они пошли в Америку, они пошли, я так понимаю, ещё куда-то. Потому что эти девочки-воспитанницы не рассеялись. Вот что с ними стало? Известно ли что-то хотя бы о некоторых?

Е. Котельникова

— Да, и проект как раз дал нам возможность рассказать о том, что мы нашли, познакомиться с людьми. И в ходе реализации первого проекта нам удалось найти потомков, троих девчонок, воспитанных в обители. Вообще, нужно сказать, что приюты в Харбине и в Шанхае воспитали более шестисот девочек — это значимая цифра. Одновременно в приютах проживало около 50 девчонок, но они взрослели, выпускались, выходили замуж, рожали детей. И мне кажется, это самый классный результат того, что могли сделать матушки. Во-первых, в основном это были дочери русских эмигрантов. Это очень уязвимая категория на тот момент была в Китае, потому что мало кто об этом говорит, но на тот момент в Китае существовал рабовладельческий рынок русских детей.

К. Лаврентьева

— Это болезненная тема, да.

Е. Котельникова

— Да. И поэтому мы прямо говорим, что они спасали от гибели, духовной и физической. И вот нам удалось найти дочь одной из приютянок. Приютяночка Лёля Макеенко — она воспитывалась в харбинском приюте, выпустилась, вышла замуж в Харбине, и в 1956 году они с семьёй вернулись в Россию. И получилось так, что поступили они на стройку комбината в Пермском крае. Она жила в 150 километрах от Чердыни — в городе Березняки.

К. Лаврентьева

— Закольцевалась история.

Е. Котельникова

— И мы знаем, что она приезжала в Чердынь, потому что матушки рассказывали о Чердыни, показывали. Всё, что могли, они доносили — те воспоминания самые тёплые о родине, которые они сами имели. К сожалению, саму Лёлю — это Елена Забродина уже в замужестве — мы не застали в живых. Но мы общались с её дочерью, с Натальей. И она нам передала и фотографии из семейного альбома, часть которых сейчас хранится в фондах музея, и рассказала воспоминания мамины. И это, конечно, бесценно. Потому что мы теперь понимаем, что то, что сделали наши героини сто лет назад, живо сейчас. И поэтому эта история очень актуальна в наше время. Потому что мы поняли, что по всему миру живут выпускницы приютов матушек Руфины и Ариадны. Они живут в Австралии, они живут в США, они живут в России. Одну приютяночку, её следы, мы нашли в Австралии. И мы знаем, что несколько девочек были увезены в Сан-Франциско. Они тоже вышли замуж, у них тоже есть дети. И вот мы надеемся, что всё-таки ещё кто-то откликнется из потомков приютяночек.

К. Лаврентьева

— А вот эти потомки, в основном, какие воспоминания запомнили? Скорее всего, это что-то очень схожее. Или это разные совершенно истории?

Е. Котельникова

— Ну, у нас есть воспоминания одной — вот Лёли Макеенко.

К. Лаврентьева

— Да, о которой вы, собственно, рассказывали.

Е. Котельникова

— Она, как говорит её дочь Наталья, всю жизнь была человеком очень лёгким. Она была очень благодарным человеком. И она как будто, знаете, светилась изнутри, хотя всю жизнь проработала на достаточно тяжёлом производстве. И воспоминания приюта у неё очень разные. Она говорит о том, что никогда не было голода, что они всегда были сытые. А когда им хотелось чего-то особенного, они бегали на соседнее кладбище и срывали яблочки, ягоды и орехи, и лакомились. Вот мы были в Харбине на месте этого кладбища, которое, к сожалению, не сохранилось — Покровское. Каждая девочка воспитывалась по мере своего таланта. То есть кто к чему имел склонность, так и воспитывали. Кто-то рукодельничал. Вот у Лёли был хороший голос — она пела в храме. И поэтому, когда она вышла замуж, как Наталья сказала, свекровь это не оценила. Но, тем не менее, всему научилась и была очень добра к людям. А в конце жизни, ближе к концу жизни, она приняла монашеский постриг. Вот такая история.

К. Лаврентьева

— Я даже перебивать вас боюсь и вопросы задавать. Потому что кажется, что в этих историях есть какая-то жизнь, есть какая-то... знаете, как вода живая. Вот ты слушаешь — ты не знаешь этих людей. Я вообще, как ведущая этой программы, познакомилась с историей этих людей только благодаря вам, когда готовилась к программе. Я прочитала про этих монахинь, прочитала про Чердынь, прочитала про вашу экспедицию, про ваши идеи по этому поводу, намётки, открытия. Но я же не знала ничего. И вот ощущение, что добрался до такой живой воды и хочется пить и пить из этого источника. Что значит плод, который, умирая, как говорится в Евангелии, приносит во сто крат больше — оставляет столько семян и столько удивительных всходов после себя, что уже сколько лет прошло... Они же не канонизированы, я так понимаю? Е. Котельникова

— Нет.

К. Лаврентьева

— То есть они ещё и не канонизированы. Но при этом святость их жизни свидетельствует о себе даже в ходе этого разговора.

Е. Котельникова

— Вы озвучили моё внутреннее ощущение, потому что когда действительно близко узнаёшь о настроениях, о поступках конкретных, ты понимаешь, что ты прикасаешься к святости. Это действительно так.

К. Лаврентьева

— Простите за этот личный вопрос, но я его задаю не из праздного любопытства: были ли какие-то, может быть, свидетельства или какой-то ваш личный опыт? Я не прошу его рассказывать. Просто, скорее, хочется понять о связи нашей с ними, вашего взаимодействия с ними, когда попросил — и понял, что пришёл ответ, поговорили — поняли, что через каких-то людей или через обстоятельства монахини ответили. То есть просто такое общение со святым, которое, собственно, есть, наверное, у нас у всех с разными святыми. В принципе, это наша реальность верующих людей. О ней тоже нельзя не говорить, мы свидетельствуем об этом. Имеется ли какое-то такое общение у вас с ними, с этими монахинями? Почему спрашиваю? Может быть, кто-то из наших слушателей тоже сможет к ним обратиться и тоже сможет им помолиться, пусть они не канонизированные. И за них помолиться, может быть, подать панихиду, записки, сорокоусты, и к ним обратиться как-то так, по-простому.

Е. Котельникова

— Да, такая живая связь есть. В ходе экспедиций бывают разные ситуации. Мы с Ириной иногда — прости, Ирина, что я за двоих отвечаю.

И. Трофимова

— Нет, у меня ответ простой был.

К. Лаврентьева

— Какой вопрос, такой ответ. Было? Было.

Е. Котельникова

— Бывают ситуации, когда ты понимаешь, что земными инструментами не решить вопрос. И мы так, посмотрев с Ириной друг на друга, говорим: «Ну, мать Руфина, давай, решай, как-то уже помогай нам!» И всегда очень такой, знаете, деликатный, по-женски, но очень твёрдый, по-монашески, ответ приходит — ну, в чём-то, в обстоятельствах.

К. Лаврентьева

— Безэмоциональный.

Е. Котельникова

— Нет, именно тёплый, но твёрдый — в плане на то, что можно опереться.

К. Лаврентьева

— Ну, знаете, есть такой момент, что характер, который у нас был при жизни, и свойства души, в том числе характер святого, он же и туда с ним уходит в некоторой степени. И ты по общению со святым понимаешь, какой у него был характер при жизни.

Е. Котельникова

— Конечно, да. То есть, когда к святителю Николаю обращаешься, то тут сразу всё понятно. Когда к Александру Невскому — тоже понятно. К Божией Матери — это само собой, да. А здесь матушка Руфина прям столб была такой духовный, и очень многие на неё опирались. У неё очень такая была несокрушимая вера в милосердие Божие. И она очень любила обращаться к Богородице. Ну, как любила? Она к ней постоянно взывала. И нам удалось найти значительное количество литературы, изданной монастырём. И там повсюду упоминания о том, что молитесь, молитесь к Божией Матери. И там слова матушки Руфины приводятся, как она молилась, и она эту молитву завещала сёстрам. Поэтому есть такое.

К. Лаврентьева

— Программа «Светлый вечер» на Радио ВЕРА. У нас в студии Екатерина Котельникова, руководитель проекта «Путь домой. Зарубежье», эксперт в области теологии, кандидат наук, доцент, сотрудник Чердынского краеведческого музея имени Пушкина, представитель фонда «Чердынь. Новое время»; Ирина Трофимова, участник проекта «Путь домой. Зарубежье», директор Чердынского краеведческого музея имени Пушкина, эксперт по музейному менеджменту и проектированию. Меня зовут Кира Лаврентьева. Мы очень скоро вернёмся к этому — не знаю даже, как сказать — трепетному разговору. Пожалуйста, не переключайтесь, оставайтесь с нами.

К. Лаврентьева

— Программа «Светлый вечер» на Радио ВЕРА. И у нас в студии сегодня Екатерина Котельникова, руководитель проекта «Путь домой. Зарубежье», представитель фонда «Чердынь. Новое время»; Ирина Трофимова, участник проекта «Путь домой. Зарубежье», директор Чердынского краеведческого музея имени Пушкина. Меня зовут Кира Лаврентьева. Мы сегодня, благодаря Екатерине и Ирине, знакомимся с удивительными монахинями, удивительными личностями чердынскими Руфиной и Ариадной, которые принесли огромный плод, уехали в Шанхай и занимались с детьми. Эти дети рассеялись по всему миру, и некоторые из них, их потомки, до сих пор здравствуют. Екатерина и Ирина не так давно с ними познакомились, и знакомятся дальше, и продолжают. Они буквально вчера прилетели из Шанхая. Ирина, но вот прежде, чем мы к Шанхаю перейдём, я хотела вас спросить. Вы сказали удивительную вещь, что обычно о каких-то удивительных подвигах, поступках, проявлениях себя мы слышим от мужчин и про мужчин. И женщина тоже должна и может проявлять себя, в духовном смысле, на поприще Церкви, в том числе, на поприще какой-то духовной жизни. И жизнь монахинь удивительных — этому яркое подтверждение. И вы тоже в некоторой степени решили вот таким образом себя проявить.
И вы знаете, мне эта тема невероятно близка, потому что тема женщин в Церкви как-то немножко у нас размыта. Мы говорим о ней по-разному, с разных сторон к ней подступаем, смотрим, думаем: а вообще, что такое женщина? Ведь об этом очень много можно говорить. Мне кажется, XX век настолько размыл это представление. Он, во-первых, превратил женщину в элемент строительства коммунизма, когда наши бабушки просто вынуждены были быть в некоторой степени мужчинами, и детей в ясли отдавали в три месяца, если не с кем было оставить, и шли опять поднимать целину. И этот подвиг тоже нельзя умолять, ведь они были людьми своего времени, они делали великие дела. Мы слышим сейчас о монахинях, мы слышим о новомучениках, среди которых были женщины. Мы слышим о Елизавете Фёдоровне и её келейнице Варваре, а также о насельницах Марфо-Мариинской обители, и о многих и многих прекрасных и удивительных подвижницах XX века. Матушка Мария (Скобцева). Можно бесконечно вспоминать, перечислять, но я к чему спрашиваю?
Вот сейчас, когда женщины пытаются вновь найти себя, я вижу такую качающуюся какую-то историю, такой маятник между «я у себя одна», «я должна сама себе только», «я у себя на первом месте» — вот эти все лозунги, мы же их слышим, мы их знаем, они на каждом шагу, — «я должна позаботиться о себе», «я самая лучшая» и так далее и какому-то тотальному отсутствию самоуважения, которое почему-то очень часто путается со смирением, когда человек вообще сам себя просто теряет: и занимается не тем, и делает не то, и ему кажется, что он занимается каким-то подвигом. И цельная личность, что мужчина, что женщина, очень же видна — цельная во Христе. И вот, конечно, отдельную программу этому бы посвятить. Но, пока вы здесь, очень хочется вас спросить: что такое женщина для вас? Кто она? Какая должна быть, в принципе, её жизнь? Как она должна себя проявлять? Я не говорю, что это какие-то должны быть шаблонные списки, как ей надо себя проявлять. Но просто для вас это что? Как вы себя раскрыли в этом предназначении быть женщиной?

И. Трофимова

— Это, правда, с одной стороны, тема, которая должна озвучиваться и обсуждаться. И, на мой взгляд, здесь очень хорошо сказали, что нужна отдельная программа.

К. Лаврентьева

— Абсолютно.

И. Трофимова

— У меня по этому вопросу очень много мыслей. Вообще, история Руфины и Ариадны меня как раз цепляет именно тем, что они, как монахини, должны были вроде как отречься от того, что является важной женской составляющей — быть матерью, женой и то, что называется «хранительницей очага». Но при этом в своём подвиге они, по сути, этим занимались. Они были абсолютно вот такими женщинами-женщинами. Потому что они воспитывали и поднимали детей, они заботились о тех, кто рядом, они умели делать всё, что только можно вообще делать для того, чтобы сохранять жизнь. То есть их рабочие навыки, назовём их так: стирка, стёжка одеял, вышивка и всё остальное — это вроде бы такие женские виды деятельности, но они все были направлены ровно для того, чтобы создавать основу жизни для других. То есть для зарабатывания денег для приютов, для помощи тем, кому она необходима. И в этом смысле, мне кажется, отличительная черта вообще женщины — это созидание жизни в разных форматах. Это не только рождение физическое, наличие возможности родить ребёнка, но и сохранение жизни абсолютно такими бытовыми, скажем так, вещами. Начиная от того, чтобы накормить, обогреть. И это то, что у женщины, как мне кажется, получается абсолютно естественным образом. То есть они не были внутри этой жизни, но по факту они были матерями.

К. Лаврентьева

— Елизавета Фёдоровна — у неё же детей не было. И скольким она стала матерью, настоящей матерью, с большой буквы «М»?

Е. Котельникова

— И здесь совершенно справедливая будет параллель, потому что матушка Руфина в бытность открытия первого приюта ещё в Чердыне, с началом Первой мировой войны, ездила к Елизавете Фёдоровне сюда, в Марфо-Мариинскую обитель, в Москву, для того, чтобы перенять опыт ухода за теми, кто в этом уходе нуждается. И их дружба духовная сохранялась на протяжении всей жизни оставшейся. И, может быть, такое немножко отступление от этой темы, но я не могу об этом не сказать. Потому что они даже шли, двигались одним путём. После 1917 года матушка Руфина ехала на восток в теплушках 25-го Тобольского полка, двигаясь, следуя движению линии фронта. А тем же путём в то же самое время наш чердынский игумен, архимандрит Серафим (Кузнецов), вёз гробы с останками алапаевских мучеников. И они встретились в Чите. То есть матушка Руфина прибыла с сёстрами в Читу. Сёстры заболели тифом, поэтому она их оставила на попечении игумении Покровского Читинского монастыря Анастасии. В том же монастыре в келье жил игумен Серафим (Кузнецов), и под его кельей была выкопана огромная яма, где стояли гробы алапаевских мучеников. То есть они оба были из Чердыни — игумен Серафим писал устав для Чердынского женского монастыря. То есть, понимаете, когда мы к этой истории прикоснулись настолько глубоко, нам стало понятно, что вот есть история мира, а есть история духа. И вот когда люди, которые живут и мыслят категориями духа, для них мир вообще един, он открыт.
К. Лаврентьева

— Преград нет.

Е. Котельникова

— Да. То есть они постоянно рядом. Игумен Серафим также двигается до Иерусалима — он выполняет духовное завещание Елизаветы Фёдоровны. Она его попросила похоронить по-человечески — она ему лично это сказала. И он знал, что она хотела бы быть похороненной на Елеонской горе. И он выполнил её завещание, и до конца жизни жил у её гроба. И матушка Руфина встречается в Китае с Иоанном Шанхайским — тоже такая духовная глыба. И они идут параллельным путём, помогая и поддерживая друг друга. Иоанн Шанхайский причащал матушку последний раз. То есть, понимаете, с одной стороны мы вроде бы изучаем и рассматриваем подробно жизнь двух женщин, одна из которых родилась на стыке веков, другая в конце XIX века. Но через их жизнь проступает та мощная духовная составляющая, которая тогда была. И мы понимаем, что это живо сейчас. То есть через историю жизни людей мы говорим не только о милосердии, мы говорим о том, кто такие русские люди.

К. Лаврентьева

— Комиссия по канонизации сейчас не занимается этим вопросом?

Е. Котельникова

— Нет. Но каждый раз, когда мы рассказываем о жизни наших героинь, один или два человека, а то и больше, из зала говорят: «Но они же прославлены в лике святых?» Мы такие: «Нет». — «Почему?» То есть у людей возникает справедливое ощущение того, что так должно быть.

К. Лаврентьева

— Да, есть такое ощущение, но мы всегда знаем, что Господь напрямую занимается этим вопросом. Поэтому, когда придёт время, даст Бог, если будет Его воля, они, конечно, будут прославлены. Я на программу пришла с вопросом: зачем вы это делаете? Думаю, спрошу: зачем? И почему это нам, современным людям, надо и должно быть интересно? А вот в течение разговора вообще вопрос отпал. Потому что есть язык какой-то Божий, совершенно не человеческий. Есть язык духовный. И вот он нужен для того, чтобы нас за макушку брать и выдёргивать из моря житейских бурь, страстей, переживаний, которые нас утягивают просто как болото. Мы проживаем жизнь, как во сне, в какой-то иллюзии. Мы не понимаем, куда годы уходят. Оборачиваемся и думаем: надо же, сколько времени уже прошло. А что я успел сделать за это время? И вот, наверное, это самое страшное чувство, когда доживаешь до определённого возраста и понимаешь, что, в общем-то, ты мало что успел сделать. Но и тут не надо отчаиваться, потому что можно за три дня сделать то, что ты не сделал за всю жизнь. То есть мы всегда, пока мы живы, можем поднять голову и послужить ближнему. Ведь суть в этом, об этом сегодняшний разговор — о служении ближнему.

Е. Котельникова

— Да, и эта история, конечно, очень приподнимает. Отрезвляет.

К. Лаврентьева

— Да, отрезвляет, приподнимает.

Е. Котельникова

— Поэтому мы стараемся говорить об этом как можно более широкой аудитории на понятном, простом языке. То есть что такое воспитывать детей — всем вроде бы понятно.

К. Лаврентьева

— Да ничего не понятно. Чем дольше живу, тем больше...

И. Трофимова

— Есть же определённые инструкции на этот счёт.

К. Лаврентьева

— У нас была, знаете, кто? Татьяна Склярова — она вообще профессор педагогики, невероятная женщина, автор множества учебников по воспитанию детей. И в итоге в конце программы я спрашиваю: «Ну так как детей воспитывать?» Она говорит: «Вы знаете, вообще не знаю. Может быть, я к правнукам разберусь. Вот у меня были внучки, все выходные они врубали очень странную музыку попсовую, и мы с дедушкой это слушали. И вот мы думаем, что не знаем, как воспитывать детей. Вот с детьми я как-то имела представление, но оно оказалось ошибочным. С внуками чуть более понятно. Может быть, к правнукам пойму». То есть это настолько тёмная история. Но не об этом речь. Вы знаете, я миллион раз уже в эфире упоминала одну историю, которую нам рассказал сотрудник Свято-Тихоновского гуманитарного университета, который занимается новомучениками и исповедниками российскими, их подвигом. И он как-то рассказывал об их мучениях, страданиях, допросах. В общем, всё это известно, можно почитать, узнать, послушать — всё более и более новые свидетельства открываются. И я, естественно, задаю ему вопрос: а как это вообще возможно выдержать? Как не смалодушничать на таком допросе, когда тебе спать не дают, когда иголки под ногти (это ещё пёрышки, по сравнению с тем, что делали на допросах с новомучениками? Он говорит: «Вы знаете, а подвиг копится в мирное время». И меня это тогда так потрясло, мне так это в душу запало. Он говорит, что сила на подвиг копится в мирное время, пока ещё ничего нет. Вот о жизни чердынских монахинь до Шанхая что известно, Ирина?

И. Трофимова

— Вообще, очень хорошая фраза. Почему? Потому что игумении Руфине приходилось быть и за стенкой, и перед стенкой — вот эти все истории тоже были в её жизни. Но как будто бы в рассказе о ней это отходит на второй план. И вот то, что она сделала для детей, это как будто бы всё равно сильно больше, чем те страдания и мучения, которые были. Поэтому, конечно, приходилось ей быть на допросах за решёткой. Но вот любовь к ближним и попытка помочь всем, кто рядом, как будто бы сильно больше, чем вот эти какие-то переживания, страдания физические.

Е. Котельникова

— Расскажи про Ариадну — откуда она появилась на исторической карте.

И. Трофимова

— Ариадна вообще абсолютно интересный персонаж. Она закончила Чердынскую женскую гимназию — сейчас это одно из музейных зданий. И практически сразу же после выпуска она оказалась руководителем детского приюта, который Руфина основала при Иоанно-Богословском монастыре. И вот, кстати, к вопросу о взаимодействии с царской династией — наш Чердынский детский приют был единственный из Пермской губернии, который получал финансирование от Императорского дома.

Е. Котельникова

— У него было название «Романовский». Сам государь собственноручно на прошении написал «благодарю» и «согласен». Монастырь именовали в народе «царский», а игумению Руфину — «царской игуменией». Потому что она и ездила ко двору, и знали её, и переписка в виде телеграмм сохранилась.

И. Трофимова

— Вот опять же к вопросу о географии и о том, как на самом деле физическое расстояние абсолютно не играет роли, когда есть какие-то более важные вещи. Вот Ариадна, только закончив в миру... это Августа Мичурина, купеческая дочь.

Е. Котельникова

— Ей на тот момент было 17 лет — она 1900 года рождения.

И. Трофимова

— Да, она осталась к 1917 году без родителей. И, уходя в монастырь, она уходила именно как учитель-педагог, поскольку у неё это профильное образование. И, говоря современным языком, она вроде как сделала даже хорошую карьеру. Получается, что после окончания гимназии она сразу же начинает руководить детским приютом, работать по профилю. И практически сразу она находит там дом. И мне кажется — я вот рассуждала сама с собой на тему того, как она решила остаться в монастыре. Мне кажется, она нашла там дом, она нашла там семью. И, благодаря этому она, скажем так, прикрепилась к этой монашеской жизни и стала правой рукой игумении Руфины. И в дальнейшем они уже шли рука об руку. И какие-то вопросы, которые возникали, я всё-таки предполагаю, что она к ней именно как к матери больше относилась. И это тоже имеет какой-то свой вот этот сюжет женский, про который мы говорили.

К. Лаврентьева

— Есть момент. Только хотела вас спросить. Но мы сейчас к этой теме вернёмся.

К. Лаврентьева

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА. В студии у нас Екатерина Котельникова, руководитель проекта «Путь домой. Зарубежье»; и Ирина Трофимова, участник проекта «Путь домой. Зарубежье», директор Чердынского краеведческого музея имени Пушкина. С одной стороны, мать и дочь, Руфина и Ариадна, а с другой стороны, вот такая тонкая духовная женская дружба. Сколько анекдотов про женскую дружбу, которая наполнена завистью, соперничеством, чем угодно. Но сколько прекрасных примеров есть женской дружбы, когда мы смотрим на женщину в Церкви. Да даже вот Елизавета Фёдоровна и игумения Варвара — разве не назовёшь это дружбой? Назовёшь. Просто это такая духовная, тонкая очень. Она плетётся так, что страшно разрушить её каким-то неосторожным шагом, движением. Какая культура в этом всё-таки есть. Они же всё время были вместе. Они не надоедали друг другу, они не ссорились, я так понимаю, по-крупному — миловал Господь. То есть это такое вот проявление Марфы и Марии, то есть проявление каких-то таких исключительно евангельских качеств.

И. Трофимова

— Даже когда игумения Руфина уже была очень слаба, то, по сути, можно сказать, что сквозь города её Ариадна услышала, как зов. И она поехала из Харбина в Шанхай к ней. И действительно, на тот момент Руфина была совсем уже слаба. То есть если бы она этот зов не услышала, может быть, они и не встретились при жизни. Но, видимо, это как раз к вопросу об этой связи, которая существовала. Она, видимо, и позвала.

Е. Котельникова

— Да, Ариадна описывает этот случай, что она осталась заведовать приютом в Харбине. Матушка Руфина на тот момент уже обосновалась в Шанхае. И сквозь ночь она услышала зов: «Гутя! Гутя!» Гутя — это сокращённое домашнее имени Августа. Её так матушка только звала. И она без промедления встала с постели, приехала и, что называется, застала мать Руфину при дверях, то есть только-только успев благословение получить. А сама игумения Руфина, конечно, исключительной судьбы женщина. Она пришла в Успенский Пермский монастырь сама, когда ей было восемь с половиной лет, совсем ребёнком.

К. Лаврентьева

— В восемь с половиной в монастырь?

Е. Котельникова

— Да. Это был её выбор. Она в миру — Ольга Андреевна Кокарева, дочь крупного уральского промышленника Андрея Тимофеевича Кокорева.

К. Лаврентьева

— Как же её отпустили?

И. Трофимова

— Это случай, когда не оправдала ожидания родителей.

Е. Котельникова

— Она сбегала через форточку. Она сама это описывает, что родители очень хотели её благополучно выдать замуж. И поэтому до совершеннолетия не давали благословения на принятие даже иночества. И довольно долго она жила в монастыре как послушница. Описывается очень много случаев снов, которые в дальнейшем сбылись, каких-то промыслительных сюжетов. Она встречалась с людьми, которые на сегодняшний день канонизированы. То есть её жизнь — это отдельный, очень большой объёмный рассказ. И одна, кстати, из целей нашей экспедиции этого года была в том, чтобы харбинцам и шанхайцам рассказать о том, как она пришла к тому, какой она приехала к ним. То есть они её увидели уже закалённую, уже всё умеющую, всё знающую, уже очень твёрдой веры человеком, уже знающим, куда идти, что делать и как решать сложные духовные вопросы. Но они ничего не знали о том, какой она была, и как это выросло. Взрастала она в обители Верхотурской Покровской женской, в Соликамском Красносельском монастыре. Когда она в 1911 году была назначена начальницей женской обители в Чердыне для возрождения монастыря, она была уже зрелой монахиней, ей было 39 лет. Она уже знала и умела всё, что обязана была знать и уметь монахиня того времени. И вот, кстати, Ирина рассказала про игумению Ариадну — в 17 лет она стала начальницей приюта, в котором на тот момент уже было более 70 детей, а большей части из них не было и двух лет. То есть это было очень сложное послушание для 17-летней девочки. Наверное, оно было предельно сложным. Но мы понимаем, что она сама, будучи сиротой... и никто, как сирота, мог бы понять сирот. То есть она была настолько, как сейчас говорят, погружена в среду, что она была лучшим руководителем и лучшей заботливой матерью для них. Хотя она была ещё и совсем юной.

И. Трофимова

— По сути, она была ещё сама ребёнком.

Е. Котельникова

— Наверное, да.

И. Трофимова

— Потому что, если особенно с современной ситуацией провести параллель, то 17 лет — это совсем дети. Конечно, тогда человек взрослел совсем с другой скоростью. Но в любом случае, если мы посмотрим разные воспоминания её одноклассниц, если можно так сказать — у нас есть такие свидетельства, хотя это совсем другая среда, — то это, правда, всё равно ещё ребёнок.

Е. Котельникова

— С одной стороны. С другой стороны, игумения Руфина ей доверила такое поприще.

К. Лаврентьева

— То есть увидела в ней потенциал.

Е. Котельникова

— Видимо, да.

Е. Котельникова

— И ещё, говоря об игумении Руфине, то она за рубежом, конечно, в большей степени известна как человек, основавший монастыри, создавший Россию в Харбине и в Шанхае. Ну, в прямом смысле этого слова. У неё было очень важное социальное служение. То есть она объединяла русских эмигрантов.

К. Лаврентьева

— Вот давайте как раз об этом поговорим. Вы вернулись вчера из Шанхая. Мы обещали нашим слушателям, что вы нам об этом расскажете. Давайте исполнять обещание. Что было интересного? Что запомнилось больше всего? Что удивило, поразило прямо в самое сердце? Е. Котельникова

— Для меня это был очень важный духовно-эмпирический опыт. Потому что я ехала и в уме держала ситуацию, которая была у матушек. То есть они ехали в незнакомую страну, там нет языка, там вообще другая планета. И сейчас это так же. То есть мы поехали — мы не знали языка, у нас не было переводчика. Мы очень долго готовились к экспедиции. То есть установка разных мессенджеров, регистрация в WeChat. То есть там закрытый интернет. То есть невозможно...

К. Лаврентьева

— Ну, понятно, известно сейчас, как Китай живёт.

Е. Котельникова

— И поэтому я смотрела ещё через эту призму — обретение личного опыта. То есть как они ехали и как мы ехали. И в этом тоже были параллели, потому что нас встречал Русский клуб в Харбине. Мы три дня провели в Харбине и полтора дня в Шанхае. То есть там есть русские, наши соотечественники, которые живут общинно. И матушки, когда приехали в Харбин, тоже встретили учителя словесности, который преподавал в Чердынской гимназии. Ну, история повторяется.

И. Трофимова

— Шарик планеты очень маленький, как оказывается. И это тоже очень сильно удивляет. Для меня в эту поездку был очень важный сюжет, когда мы пришли на набережную реки Сунгари. Почему так получилось? Есть история, что в Харбине были организованы ночные моления — как способ помочь тем, кто совсем уже ослаб духом. Потому что, когда человек находится в чужой стране, когда у него нет рядом семьи и поддержки, ему становится больно, страшно. И было большое количество самоубийств. И вот именно матушки начали такую практику, когда ночью собирали людей вокруг себя на ночные моления. И мне показалось, с точки зрения социальной, что это очень хорошая практика. Потому что когда ты один, тебе ещё страшнее. И твои какие-то базовые настройки человека, который закрывается, когда вокруг плохо, усиливаются. А здесь, когда есть рядом люди, которые готовы тебя поддержать, это помогло снизить количество таких трагических историй. И есть воспоминания, что многие бросались с моста, с камней как раз в Сунгари. И я, когда стояла на берегу, хотя воды как таковой и не было, то есть там всё лёд, но, стоя на берегу реки, я тоже об этом прям задумалась, что эта река очень такая мощная. То есть ты краёв не видишь — она далеко распростирается, очень широкая. И ты понимаешь, что, действительно, такая стихия сама по себе даже подо льдом довольно сильно пугает. И насколько люди были на грани, что со своей жизнью они прощались именно там. И благодаря тому, что матушке Руфине пришло в голову именно такое решение, очень многие остались живы. Мне эта история кажется в современных реалиях, когда очень непростые происходят процессы, такой жизнеутверждающей.

Е. Котельникова

— В общем, всем ходить на всенощные бдения.

К. Лаврентьева

— И на ночные, по возможности, богослужения. Они сейчас, кстати, стали всё больше и больше появляться в разных монастырях, храмах. В Москве, по крайней мере, сейчас это стало уже такой популярной историей.

Е. Котельникова

— И, конечно, отдельное впечатление от посещения тех мест... то есть мы нашли с помощью, опять же, русских харбинцев и шанхайцев те места, где жили и служили наши героини. То есть в Харбине мы нашли место, где стоял приют — само здание, к сожалению, не сохранилось. Мы нашли место, где первая церковь была основана матушкой в Харбине. Это то место, где было чудо обновления иконы Богородицы «Владимирская», которая стала чудотворной, которая стала путеводной звездой монастыря и вообще русского зарубежья. Мы стараемся тоже об этом говорить достаточно много. И вот мы, когда посещали встречи, организованные в Харбине и в Шанхае, мы привезли с собой фотографию этой иконы. Долгое время её изображение даже считалось утраченным. А вообще, сама фотография у нас появилась благодаря тому, что в 2023 году к нам в руки попал конверт, который пришёл в Пермь из Австралии, из семьи бывшей приютяночки Валентины Виноградовой. И в конверте были фотографии подписанные, и была фотография этой чудотворной иконы с надписью на обратной стороне. И, изучив этот архив, мы пришли к выводу, что где бы ни находились приютяночки, они все поддерживали связь с монастырём, всё время. Потому что в Австралии были фотографии, сделанные в Сан-Франциско, с подписями соответствующими. И вот таким образом у нас появилась фотография чудотворной иконы Богородицы «Владимирская». И мы её, получается, спустя век, вернули в Шанхай. И, к счастью, кстати, в Покровском храме — если бы не поехали туда, мы бы не узнали — изготовлена, усердием русских харбинцев, копия этой иконы.

К. Лаврентьева

— Слушайте, сколько всего интересного. Вот что главное вы вынесли из этой поездки, пока впечатления ещё свежи?

И. Трофимова

— Что некоторые исследования невозможно сделать, сидя в кабинете.

К. Лаврентьева

— То есть надо ехать непосредственно на место событий.

И. Трофимова

— Да. Потому что один раз увидеть собственными глазами и прочувствовать своей кожей, особенно в таких проектах исследовательских, где важно прочувствовать — это прям то, что необходимо.

Е. Котельникова

— Я с Ириной абсолютно согласна. Для меня главное впечатление, что вечная жизнь — это реально.

К. Лаврентьева

— И времени нет. Вот прошло сто лет, а нет ощущения, что это было там когда-то.

Е. Котельникова

— Да. Что то, что сделано с духом, то бессмертно.

К. Лаврентьева

— То живёт. Хочется сказать: аминь!

Е. Котельникова

— Аллилуйя, аллилуйя, аллилуйя!

К. Лаврентьева

— Да. «Царство Небесное!» — пока мы можем сказать монахине Руфине, монахине Ариадне, попросить их молитв. Спасибо вам огромное за этот удивительный час, который вы нам сегодня подарили, который Господь нам подарил.

Е. Котельникова

— Спасибо вам.

К. Лаврентьева

— Спасибо вам большое, что вы к нам приехали сегодня, дорогие Екатерина, Ирина. Дорогие наши слушатели, в студии Светлого радио были: Екатерина Котельникова, руководитель проекта «Путь домой. Зарубежье», эксперт в области теологии, кандидат наук, доцент, сотрудник Чердынского краеведческого музея имени Пушкина, представитель фонда «Чердынь. Новое время»; и Ирина Трофимова, участник проекта «Путь домой. Зарубежье», директор Чердынского краеведческого музея имени Пушкина, эксперт по музейному менеджменту и проектированию. Спасибо вам, дорогие.

Е. Котельникова

— Спасибо вам.

И. Трофимова

— Спасибо вам большое.

К. Лаврентьева

— Будем ждать встречи.

Е. Котельникова

— До свидания, уважаемые слушатели.

К. Лаврентьева

— Да, до свидания.

И. Трофимова

— До свидания.

Все выпуски программы Светлый вечер

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Другие программы

Духовные этюды

19 августа. «Головокружительная высота»

Скачать

Фото: Jake Ingle/Unsplash

Новичкам, впервые совершающим восхождение по склону отвесной горы, не рекомендовано смотреть вниз, по причине слабости их вестибулярного аппарата. Иной, почувствовав головокружение и поддавшись панике, может потерять самообладание и свершить непоправимые действия, опасные для него самого и окружающих, особенно если человек идёт в связке. Так и нам, ученикам Христовым, заповедано не «оглядываться назад», не опускать духовный взор вниз, на оставленную нами греховную жизнь, что чревато обуреванием демоническими помыслами и даже «кораблекрушением в вере», по действию князя тьмы, привыкшему смущать неопытных своими кознями.

Автор: Протоиерей Артемий Владимиров

Все выпуски программы Духовные этюды

Читать полностью

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 19 августа (вечер 18 августа) 2026г.

Среда́ 12-й седми́цы по Пятидеся́тнице.

Преображе́ние Го́спода Бо́га и Спа́са на́шего Иису́са Христа́.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 4:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры Преображения Господня, глас 4, самогласны:

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Пре́жде Креста́ Твоего́, Го́споди,/ гора́ Небеси́ подо́бящися,/ и о́блак, я́ко сень, протяза́шеся,/ Тебе́ преобразу́ющуся,/ от Отца́ же свиде́тельствуему:/ та́мо бе Петр со Иа́ковом и Иоа́нном,/ я́ко хотя́ху бы́ти с Тобо́ю и во вре́мя преда́ния Твоего́,/ да, ви́девше чудеса́ Твоя́,/ не устраша́тся страда́ний Твои́х,/ и́мже поклони́тися нам в ми́ре сподо́би,// вели́кия ра́ди Твоея́ ми́лости.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: Пре́жде Креста́ Твоего́, Го́споди,/ пои́м ученики́ на го́ру высо́ку,/ преобрази́лся еси́ пред ни́ми,/ луче́ю си́лы озаря́я их,/ отсю́ду у́бо человеколю́бием,/ отону́ду вла́стию,/ показа́ти хотя́ воскресе́ния све́тлость,/ его́же и нас, Бо́же, в ми́ре сподо́би,// я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Гора́, я́же, иногда́ мра́чна и ды́мна,/ ны́не же честна́ и свята́ есть,/ на не́йже но́зе Твои́ стоя́сте, Го́споди,/ преве́чное бо сокрове́нное та́инство/ напосле́док явле́но сотвори́,/ стра́шное Твое́ преображе́ние,/ Петру́, и Иоа́нну, и Иа́кову./ И́же, такова́ сия́ния лица́ Твоего́ не терпя́ще/ и све́тлости риз Твои́х,/ ниц на лице́ земли́ покрыва́хуся,/ и́же и у́жасом одержи́ми, дивля́хуся,/ ви́дяще Моисе́я и Илию́, глаго́люща с Тобо́ю,/ хотя́щая приключи́тися Тебе́;/ и глас от Отца́ свиде́тельствоваше, глаго́ля:/ Сей есть Сын Мой возлю́бленный,/ о Не́мже благоизво́лих,/ Того́ послу́шайте,// И́же и да́рует ми́рови ве́лию ми́лость.

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: На горе́ высо́це преобра́жся, Спас,/ верхо́вныя име́я ученики́,/ пресла́вно облиста́л есть,/ показу́я, я́ко высото́ю доброде́телей облиста́вше/ и Боже́ственней сла́ве сподо́бятся./ Глаго́лющии со Христо́м Моисе́й и Илия́ пока́зоваху,/ я́ко живы́ми и ме́ртвыми облада́ет/ и и́же дре́вле зако́ном и проро́ки глаго́лавый есть Бог,/ Ему́же и глас Оте́чь из о́блака све́тла послу́шествоваше, глаго́лющий:/ Того́ послу́шайте,/ И́же Кресто́м а́да плени́вша// и ме́ртвым да́рующа живо́т ве́чный.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира Преображения Господня, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Прообразу́я воскресе́ние Твое́, Христе́ Бо́же,/ тогда́ поя́т три Твоя́ ученики́,/ Петра́, и Иа́кова, и Иоа́нна,/ на Фаво́р возше́л еси́./ Тебе́ же, Спа́се, преобразу́ющуся,/ Фаво́рская гора́ Све́том покрыва́шеся,/ ученицы́ Твои́, Сло́ве,/ поверго́ша себе́ до́лу на земли́,/ не терпя́ще зре́ти неви́димаго зра́ка,/ А́нгели служа́ху стра́хом и тре́петом,/ небеса́ убоя́шася,/ земля́ вострепета́,// ви́дяще на земли́ сла́вы Го́спода.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен дня (во вто́рник ве́чера), глас 1:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас пе́рвый: Ми́лость Твоя́, Го́споди,/ пожене́т мя вся дни живота́ моего́.

Хор: Ми́лость Твоя́, Го́споди,/ пожене́т мя вся дни живота́ моего́.

Стих: Госпо́дь пасе́т мя, и ничто́же мя лиши́т, на ме́сте зла́чне, та́мо всели́ мя.

Хор: Ми́лость Твоя́, Го́споди,/ пожене́т мя вся дни живота́ моего́.

Диакон: Ми́лость Твоя́, Го́споди

Хор: Пожене́т мя вся дни живота́ моего́.

Парими́и Преображе́ния Госпо́дня:

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Исхо́да чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из главы 24)

Чтец: Рече́ Госпо́дь к Моисе́ю: взы́ди ко Мне на го́ру и ста́ни та́мо, и дам ти скрижа́ли ка́менныя, зако́н и за́поведи, я́же написа́х взако́нити им. И воста́в Моисе́й и Иису́с, предстоя́й ему́, взыдо́ша на го́ру Бо́жию. И ста́рцем рече́: безмо́лвствуйте та́мо, до́ндеже возврати́мся к вам, и се Ааро́н и Ор с ва́ми, а́ще кому́ прилучи́тся суд, да и́дут к ним. И взы́де Моисе́й на го́ру, и покры́ о́блак го́ру. И сни́де сла́ва Бо́жия на го́ру Сина́йскую, и покры́ ю о́блак шесть дней, и призва́ Госпо́дь Моисе́я в день седмы́й из среды́ о́блака. Виде́ние же сла́вы Госпо́дни, я́ко огнь, паля́ на версе́ горы́, пря́мо сыно́в Изра́илевых. И вни́де Моисе́й посреде́ о́блака, и взы́де на го́ру, и бе та́мо, на горе́ четы́редесять дней и четы́редесять ноще́й.

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Исхо́да чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из глав 33-34)

Чтец: Во днех о́нех, глаго́ла Госпо́дь к Моисе́ю лице́м к лицу́, я́ко а́ще бы кто возглаго́лал к своему́ дру́гу, и отсыла́шеся в полк; слуга́ же Иису́с, сын Нави́н, ю́ноша не исхожда́ше из ски́нии. И рече́ Моисе́й ко Го́споду: се Ты мне глаго́леши, изведи́ лю́ди сия́, Ты же не яви́л ми еси́, его́же по́слеши со мно́ю. Ты же мне рекл еси́: вем тя па́че всех, и благода́ть и́маши у Мене́. А́ще у́бо обрето́х благода́ть пред Тобо́ю, яви́ ми Сама́го Тебе́ разу́мно, да ви́жу Тя: я́ко да обре́т бу́ду благода́ть пред Тобо́ю, и да разуме́ют, я́ко лю́дие Твои́ язы́к сей. И глаго́ла ему́ Госпо́дь: Аз Сам предыду́ пред тобо́ю и упоко́ю тя. И рече́ к Нему́ Моисе́й: а́ще Сам Ты не ше́ствуеши с на́ми, да не изведе́ши мя отсю́ду. И ка́ко ве́домо бу́дет вои́стинну, я́ко обрето́х благода́ть у Тебе́, аз же и лю́дие Твои́, то́чию иду́щу Ти с на́ми? И просла́влен бу́ду аз же и лю́дие Твои́ па́че всех язы́к, ели́цы суть на земли́. Рече́ же Госпо́дь к Моисе́ю: сие́ сло́во твое́, е́же рекл еси́, сотворю́, обре́л бо еси́ благода́ть предо Мно́ю, и вем тя па́че всех. И глаго́ла Моисе́й: покажи́ ми сла́ву Твою́. И рече́: Аз предыду́ пред тобо́ю сла́вою Мое́ю и воззову́ о и́мени Мое́м, Госпо́дь пред тобо́ю. И поми́лую, его́же а́ще ми́лую, и уще́дрю, его́же а́ще ще́дрю. И рече́: не возмо́жеши ви́дети лице́ Мое́: не бо у́зрит челове́к лице́ Мое́, и жив бу́дет. И рече́ Госпо́дь: се ме́сто у Мене́, и ста́неши на ка́мени, до́ндеже у́бо пре́йдет сла́ва Моя́, и положу́ тя в разсе́лине ка́мене, и покры́ю руко́ю Мое́ю над тобо́ю, до́ндеже мимоиду́. И отыму́ ру́ку Мою́, и тогда́ у́зриши за́дняя Моя́, лице́ же Мое́ не яви́т ти ся. И у́треневав, Моисе́й зау́тра взы́де на го́ру Сина́йскую, я́коже глаго́ла ему́ Госпо́дь. И сни́де Госпо́дь во о́блаце, и предста́ Ему́ та́мо Моисе́й, и призва́ и́менем Госпо́дним. И мимои́де Госпо́дь пред лице́м его́, и призва́: Госпо́дь Бог Щедр и Ми́лостив, Долготерпели́в, и Многоми́лостив, и И́стинен. И потща́вся Моисе́й, прини́к на зе́млю, поклони́ся Го́сподеви.

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Ца́рств тре́тиих чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из главы 19)

Чтец: Во днех о́нех, прии́де Илия́ в Вирсави́ю, я́же есть земля́ Иу́дова, и оста́ви о́трочища своего́ та́мо. И сам по́йде в пусты́ню путь дне, и прии́де, и се́де под сме́рчием, и у́спе, и сон ви́де та́мо, под са́дом. И се не́кий прикосну́ся ему́, и рече́ ему́: воста́ни, яждь и пий. И воззре́ Илия́, и се при возгла́вии его́ опресно́к ячме́нный и корча́г воды́; и воста́, и яде́, и пит, и, обра́щся, у́спе. И обра́щся А́нгел Госпо́день втори́цею, и косну́ся его́, и рече́ ему́: воста́ни, яждь и пий, я́ко мног от тебе́ путь. И воста́, и яде́, и пит, и и́де в кре́пости я́ди тоя́ четы́редесять дней и четы́редесять ноще́й до горы́ Хори́вския. И вни́де та́мо в пеще́ру, и всели́ся в ней. И се глаго́л Госпо́день к нему́, и рече́ ему́ Госпо́дь: изы́ди и ста́ни на горе́ пред Го́сподем. И се Госпо́дь мимои́дет, и дух ве́лий и кре́пок разоря́я го́ры, и сокруша́я ка́мение пред Го́сподем: не в ду́се Госпо́дь. И по ду́се трус, и не в тру́се Госпо́дь. И по тру́се огнь, и не во огни́ Госпо́дь. И по огни́ глас хла́да то́нка, и та́мо Госпо́дь. И бысть, я́ко услы́ша Илия́, покры́ лице́ свое́ ми́лотию свое́ю, и изы́де, и ста близ пеще́ры. И рече́ Госпо́дь к нему́: иди́ и возврати́ся в путь твой, и по́йдеши в путь пусты́ни Дама́сковы, и пома́жеши Елиссе́я, сы́на Асафа́това, вме́сто тебе́ проро́ка.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́:

Стихиры Преображения Господня, глас 2, самогласны:

Стихира: И́же Све́том Твои́м всю вселе́нную освяти́в,/ на горе́ высо́це преобрази́лся еси́, Бла́же,/ показа́в ученико́м Твои́м си́лу Твою́,/ я́ко мир избавля́еши от преступле́ния./ Те́мже вопие́м Ти:// Милосе́рде Го́споди, спаси́ ду́ши на́ша.

Стихира: И́же на горе́ Фаво́рстей преобра́жся во сла́ве, Христе́ Бо́же,/ и показа́в ученико́м Твои́м сла́ву Твоего́ Божества́,/ озари́ и нас све́том Твоего́ разуме́ния/ и наста́ви на стезю́ за́поведей Твои́х,// я́ко еди́н Благ и Человеколю́бец.

Стихира: И́же пре́жде со́лнца Свет Христо́с/ теле́сне на земли́ жи́тельствуя/ и пре́жде Креста́ вся, я́же стра́шнаго смотре́ния, соверши́в боголе́пно,/ днесь на Фаво́рстей горе́,/ та́йно Тро́ицы о́браз показу́я,/ изя́щныя три ученики́,/ Петра́, и Иа́кова, и Иоа́нна, на ню возве́л еси́ наедине́/ и, ма́ло скрыв пло́ти восприя́тие,/ преобрази́лся еси́ пред ни́ми,/ явля́я началообра́зныя добро́ты благоле́пие/ и то не всесоверше́нно:/ о́во известву́я ты́я, вку́пе и щадя́,/ да не ка́ко со зра́ком и е́же жи́ти погубя́т,/ но я́ко можа́ху вмеща́ти, теле́сныма очи́ма стерпя́ще./ И проро́ков верхо́вныя, Моисе́я и Илию́, приве́л еси́,/ непрекосло́вне свиде́тельствующия Его́ Божество́/ и я́ко Той есть и́стинное Оте́ческаго Существа́ сия́ние,/ госпо́дствуяй живы́ми и ме́ртвыми./ Тем и о́блак, я́коже сень, объя́т их,/ и глас свы́ше Оте́чь/ из о́блака шу́мно предсвиде́тельствующ и глаго́лющ:/ Сей есть, Его́же нетле́нно из чре́ва пре́жде денни́цы роди́х,/ Сын возлю́бленный Мой,/ Его́же посла́х спасти́/ во Отца́ и Сы́на и Ду́ха Свята́го креща́емыя/ и испове́дающия ве́рно,/ я́ко неразде́льна есть еди́на держа́ва Божества́,/ Того́ послу́шайте./ Сам у́бо, Человеколю́бче Христе́ Бо́же,/ и нас озари́ Све́том непристу́пныя Твоея́ сла́вы/ и досто́йны покажи́ насле́дники// безконе́чнаго Ца́рствия Твоего́, я́ко Пребла́г.

Стихиры Преображения Господня, глас 5:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Прииди́те, взы́дем на го́ру Госпо́дню/ и в дом Бо́га на́шего/ и у́зрим сла́ву преображе́ния Его́,/ сла́ву я́ко Единоро́днаго от Отца́,/ све́том прии́мем Свет/ и, возвы́шени бы́вше Ду́хом,// Тро́ицу Единосу́щную воспои́м во ве́ки.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Зако́на и проро́ков/ Тя, Христе́, Творца́ и Испо́лнителя свиде́тельствоваша,/ зря́ще во о́блаце,/ Моисе́й Богови́дец и Илия́ огнеколесни́чник/ и неопа́льный небоше́ственник/ в преображе́нии Твое́м./ С ни́миже и нас Твоего́ просвеще́ния сподо́би, Влады́ко,// пе́ти Тя во ве́ки.

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х; мо́лим Тя, Многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х Твои́х, благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры Преображения Господня, глас 1, самогласны:

Стихира: И́же дре́вле с Моисе́ом глаго́лавый на горе́ Сина́йстей о́бразы,/ Аз есмь, глаго́ля, Сый,/ днесь на горе́ Фаво́рстей преобра́жся пред ученики́,/ показа́ началообра́зную добро́ту зра́ка,/ в Себе́ восприи́м челове́ческое существо́,/ и таковы́я благода́ти свиде́тели поста́вль — Моисе́я и Илию́,/ о́бщники творя́ше весе́лия,/ провозвеща́ющия сла́вное Креста́ ра́ди// и спаси́тельное воскресе́ние.

Стих: Твоя́ суть небеса́,// и Твоя́ есть земля́.

Стихира: Твоего́ Единоро́днаго Сы́на прови́дев Ду́хом/ плотско́е к челове́ком прише́ствие,/ Богооте́ц Дави́д издале́ча к весе́лию созыва́ет тварь/ и проро́чески взыва́ет:/ Фаво́р и Ермо́н о И́мени Твое́м возра́дуются./ На сию́ бо возше́д го́ру, Спа́се, со ученики́ Твои́ми,/ очерне́вшее Ада́мово естество́,/ преобра́жся, облиста́ти па́ки сотвори́л еси́,/ претвори́в е в Твоего́ Божества́ сла́ву же и све́тлость./ Те́мже вопие́м Ти:// Соде́телю вся́ческих, Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Фаво́р и Ермо́н// о И́мени Твое́м возра́дуетася.

Стихира: Неодержи́мое Твоего́ светоли́тия,/ и непристу́пное Божества́,/ зря́ще апо́столов лу́чшии,/ на горе́ преображе́ния, Безнача́льне Христе́,/ Боже́ственным измени́шася у́жасом/ и, о́блаком осия́вшеся све́тлым,/ глас слы́шаху Оте́ч, известву́ющ та́инство Твоего́ вочелове́чения,/ я́ко еди́н еси́ и по воплоще́нии,/ Сын Единоро́дный// и Спас ми́ра.

Стихира Преображения Господня, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Петру́, и Иа́кову, и Иоа́нну,/ лу́чшим ученико́м Твои́м, Го́споди,/ днесь показа́л еси́ на горе́ Фаво́рстей/ сла́ву Боже́ственнаго Твоего́ зра́ка:/ ви́дяху бо ри́зы Твоя́, облиста́вшия, я́ко свет,/ и лице́ Твое́ па́че со́лнца,/ не терпя́ще зре́ти нестерпи́мое Твоего́ сия́ния,/ на зе́млю низпа́даху,/ ника́коже зре́ти могу́ще./ Глас же слы́шаху, свиде́тельствующ свы́ше:/ Сей есть Сын Мой возлю́бленный,// прише́дый в мир спасти́ челове́ка.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь Преображе́ния Госпо́дня, глас 7:

Хор: Преобрази́лся еси́ на горе́, Христе́ Бо́же,/ показа́вый ученико́м Твои́м сла́ву Твою́,/ я́коже можа́ху,/ да возсия́ет и нам, гре́шным,/ Свет Твой присносу́щный/ моли́твами Богоро́дицы,// Светода́вче, сла́ва Тебе́. (Трижды)

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода// не лиша́тся вся́каго бла́га.

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия