«Фестиваль «Русское поле — 2020». Маргарита Железнова, Алексей Аверьянов.

У нас в гостях были руководитель Оргкомитета фестиваля «Русское поле» Маргарита Железнова и Генеральный директор Федоскинской фабрики миниатюрной живописи Алексей Аверьянов.

Мы говорили об особенностях проведения фестиваля «Русское поле» в 2020 году и о том, как фестиваль помогает сохранять традиции народов России.

Ведущий: Алексей Пичугин

---

А. Пичугин

– Здравствуйте, дорогие слушатели. «Светлый вечер» на светлом радио. Меня зовут Алексей Пичугин, рад вас приветствовать. С удовольствием представляю собеседников. Сегодня здесь, в этой студии, вместе с нами и с вами этот час ближайший проведут Маргарита Железнова, руководитель организационного комитета фестиваля «Русское поле». Здравствуйте, добрый вечер.

М. Железнова

– Добрый вечер.

А. Пичугин

– Алексей Аверьянов, генеральный директор Федоскинской фабрики миниатюрной живописи. Здравствуйте.

А. Аверьянов

– Добрый день.

А. Пичугин

– Мы с вами здесь собираемся, в нашей студии, чтобы поговорить о замечательном фестивале, который вот уже совсем скоро пройдет... В который раз пройдет? Маргарита, напомните, пожалуйста.

М. Железнова

– Уже в девятый раз.

А. Пичугин

– Уже в девятый раз – 29 августа, в последние дни такого странного лета, которое, я думаю, что мало кто подобные летние месяцы может вспомнить. Ну ничего, самое главное, что лето было, пускай даже какое-то такое карантинное, неважно. Как, кстати, карантин повлиял ваш фестиваль и на формат его проведения в этом году?

М. Железнова

– Ну массовые мероприятия до сих пор запрещены, а у нас фестиваль не просто массовый, к нам приезжают со всей России участники, практически все регионы. Поэтому, конечно, мы не можем принять и провести фестиваль в том же формате. А гостей приходит – помимо участников, гости приходят, там больше 150 тысяч к нам на фестиваль, люди.

А. Пичугин

– В течение одного дня.

А. Пичугин

– В течение одного дня, да, посещаемость фестиваля, более 150 тысяч. В один из годов недавно даже было больше 300 тысяч, вот по рамкам проверяли. Поэтому интерес к фестивалю очень большой. И, соответственно, так как нельзя проводить массовые мероприятия, так как нельзя обеспечить на таком фестивале санитарной дистанции, то было принято решение провести в этом году фестиваль в онлайн-формате. Ну даже, может быть, правильнее сказать, в частичном онлайн-формате, такой будет смешанный формат. Ну, во-первых, да, гостей не будет на фестивале – те кто обычно, люди приходят к нам в Коломенское или в Царицыно. Но все смогут посмотреть, и даже больше людей, это уже вся страна будет с нами на связи, мы будем транслировать наш фестиваль в прямом эфире целый день с 11.30 утра – на телеканалах, на сайте и в нашей группе ВКонтакте.

А. Пичугин

– А сам фестиваль, как и проходил в прошлые годы, в Коломенском, в Царицыно, где в этом году? Или у вас какая-то маленькая площадочка, где просто будет сменяемость участников, а трансляция, соответственно, как вы рассказали?

М. Железнова

– Это будет Театр танца «Гжель», который предоставил нам свои стены. Мы будем оттуда вести трансляцию, артисты будут московские.

А. Пичугин

– А Театр танца «Гжель» находится в Гжели, соответственно?

М. Железнова

– А Театр танца «Гжель» находится – метро «Тушинская».

А. Пичугин

– А, вот это важно.

М. Железнова

– В Москве. Но, к сожалению, вот сейчас многие регионы даже находятся на карантине. И некоторые участники, проблема с ними тоже вышла и с тем, что они никак не могут с нами выйти на связь. Но мы решили всех участников поставить в одно как бы условие, чтобы все выходили с нами на прямую связь, с нашей студией, которая будет находиться 29 августа в Театре танца «Гжель».

А. Пичугин

– А вот такой формат фестиваля – я понимаю, что это вынужденная история, что, естественно, если бы не все обстоятельства, фестиваль прошел бы, как обычно он проходит – массово, красочно, в Москве, под открытым небом. Но как вы думаете, насколько такой формат, он актуален, адекватен даже вот в сложившейся ситуации? Не проще ли было просто в этом году ничего не делать?

М. Железнова

– Ну я думаю, что не проще. Фестиваль ежегодный, и фестиваль, если он объявлен, он должен происходить каждый год. Формат может немножко поменяться. Но для людей, которые являются участниками фестиваля, для них на самом деле очень важно быть участниками фестиваля каждый год, принимать участие в конкурсной программе, получить свои призы и общаться с другими участниками – у кого-то учиться, может быть, даже у кого-то набираться опыта, но это все должно происходить ежегодно. Тем более что в следующем году нас ожидает встреча уже на юбилейном, десятом фестивале, поэтому девятый отменять нельзя.

А. Пичугин

– Кстати, да, я же думаю, что вы уже начали готовиться к десятому фестивалю, соответственно, продумываются какие-то ходы, да, тогда логично, что он должен пройти. Конечно, если бы вы его отменили, я думаю, все бы тоже поняли, но хорошо, что все это проходит в своем ключе, своеобразно, но проходит.

М. Железнова

– Нет, нет, мы уже готовимся к десятому фестивалю. Единственное, что я могу сказать сейчас, вот на данный момент, что в следующем году он будет посвящен очень большой дате – 800-летию князя Александра Невского.

А. Пичугин

– Алексей, мы вас представляем как генерального директора Федоскинской фабрики миниатюрной живописи. Федоскинская миниатюра – это то, с чем мы, по-моему, с раннего детства все знакомы, хотя бы понаслышке, по картинкам, но многие еще и в руках держали произведения вашего предприятия. Расскажите, как вы участвуете в фестивале. Ну и вообще, конечно, поговорим сейчас обязательно про саму федоскинскую миниатюру, про ее историю, о том, как она возникла и насколько она востребована сейчас.

А. Аверьянов

– Еще раз хотелось поприветствовать всех слушателей. Значит, наша фабрика принимает участие в фестивале впервые в этом году. Значит, для нас это очень важное мероприятие. Достаточно такой широкой, во-первых, направленности, и формат самого мероприятия соответствует нашей, скажем так, продукции. В этом фестивале мы, как и все, принимаем участие, конечно, в урезанном формате, это онлайн-формат. Хотелось бы принять участие в открытом фестивале, как он проходил.

А. Пичугин

– Таким образом можно свою продукцию представлять.

А. Аверьянов

– Конечно.

А. Пичугин

– А в онлайн-формате я даже не очень представляю, как это можно сделать.

А. Аверьянов

– К сожалению, онлайн-формат не передаст всей прелести того, что мы делаем. Но все-таки какая-то информация поступит. И, в общем-то, я думаю, что все желающие смогут приехать непосредственно к нам на фабрику.

А. Пичугин

– Фабрика где находится?

А. Аверьянов

– Фабрика находится в селе Федоскино – это Дмитровское шоссе, 18 километров от Москвы. Это недалеко совсем.

А. Пичугин

– Историческое место, где всегда существовал, ну как всегда – это громко сказано, но последние два с половиной столетия существовал соответствующий промысел.

А. Аверьянов

– 225 лет.

А. Пичугин

– Кстати, мы очень плохо себе представляем. Мы знаем, что есть Федоскино, знаем несколько таких мест, которые исторически сохранили вот эту преемственность, где этот промысел продолжает развиваться. Я знаю, что в Палех даже готовятся специально на факультетах мастера в Иванове и в Шуе. Готовили, по крайней мере до недавнего времени, не знаю, как сейчас, специально мастеров, это было высшее образование. Мне несколько лет назад попалась книжка про Подольский район, и в этой книжке была история Подольского района, была карта, где значились промыслы. Каждое село чем-то занималось: кто-то делал фетровые шляпы, кто-то валял валенки, кто-то изготавливал всякие интересные вещи. Это то, что у нас было совсем недавно, до революции, в первые годы после, где-то после нэпа все это закончилось. И мы уже плохо себе представляем, что в тех коттеджных поселках, которые выросли на месте... вернее в тех деревнях, на месте которых выросли коттеджные поселки, существовали эти промыслы. Федоскино сохранилось, поэтому это такая неординарная история. Тем более что там этот промысел перерос в фабрику, которую вы возглавляете. Расскажите, пожалуйста, про историю.

А. Аверьянов

– Ну на самом деле федоскинский промысел, он всегда находился там, раньше деревня называлась Данилково, и началось это в 1795 году. Купец Коробов был такой, и он занимался производством лакированных козырьков, то есть лакированные козырьки для армии...

А. Пичугин

– Для головных уборов.

А. Аверьянов

– Да такие черные лакированные козырьки делались. Потом в какой-то период он поехал в Германию, в Брауншвейг, там увидел технологию папье-маше и уже, вернувшись, организовал производство как раз модных тогда табакерок, бисерниц и так далее. Вот оттуда все пошло. После начало развиваться, при Лукутиных фабрика началась очень хорошо развиваться. То есть Лукутиным фабрика досталась уже после Коробова, после его смерти. И в это период, конечно, стали делать уже другие изделия, более интересные, шкатулки, перешли уже к своим каким-то работам художественным, стали создавать сюжеты собственные. Поскольку раньше копировали малых голландцев, а после этого уже стали делать свои сюжеты. Это сюжеты были из русской жизни, это архитектура – очень часто пишутся и до сих пор храмы, такие известные какие-то архитектурные объекты.

А. Пичугин

– А есть какой-то своеобразный федоскинский стиль, ни на что непохожий?

А. Аверьянов

– Да, здесь есть один очень важный нюанс. Ведь федоскинская живопись, она необычная, она уникальная поскольку это она называется «скво́зная» – то есть живопись многослойная, то есть она делается не в один прием, скажем так, да, а в несколько слоев – это минимум три-четыре слоя живописи, ну и лака там огромное количество, поэтому Федоскино читается родиной русских лаков. После Федоскина пошли и остальные, в общем-то промыслы, которые стали делать шкатулки, такие как Холуй и Мстера. Ранее они занимались иконописью, а после революции уже как бы пришлось перестроиться.

А. Пичугин

– Насколько я понимаю, что и Холуй, и Мстера – ну иконописная история, она была основной, но все равно были какие-то мастера, которые делали светскую продукцию.

А. Аверьянов

– Ну я так глубоко, честно говоря, не знаю, что делали.

А. Пичугин

– А федоскинские мастера в свою очередь писали иконы или расписывали храмы?

А. Аверьянов

– Мастера, которые работают в Федоскино, они, безусловно, умеют писать и иконы, многие. Но у нас живопись классическая, поэтому пишутся разные абсолютно произведения, создаются. Сейчас более современные бывают, и сохраняются традиционные в том числе, сказки там и так далее. То есть мы в Федоскино можем делать любую абсолютно живопись, то есть ту, какая сейчас актуальна или та, которая нравится, может быть, заказчик попросит что-то делать, мы можем это сделать тоже.

А. Пичугин

– Я напомню, что сегодня в этой студии мы беседуем с Маргаритой Железновой, руководителем оргкомитета фестиваля «Русское поле», который 29 августа пройдет в таком урезанном, неурезанном, но в специальном формате, так как массовые мероприятия у нас остаются под запретом пока еще. И фестиваль пройдет, но пройдет он в театре «Гжель», а уже трансляцию из театра «Гжель» можно будет смотреть везде. Алексей Аверьянов, генеральный директор Федоскинской фабрики миниатюрной живописи, у нас в студии. И мы говорим и о фестивале, и о том, что на этом фестивале представлено, кто это представляет. О федоскинской миниатюре говорим с директором фабрики, Алексеем Аверьяновым. Маргарита, а скажите, пожалуйста, ну давайте тоже про историю фестиваля поговорим, как он начинался? Следующий год, Бог даст, будет юбилейный – соответственно, десять лет, и с 2011 года вы начали.

М. Железнова

– С 2012, да. Департамент национальной политики и межрегиональных связей в 2012 году как бы стоит у истоков этого фестиваля. И в 2012 году первый раз в Коломенском прошел этот фестиваль, было очень мало участников еще в то время. Но с каждым годом интерес к фестивалю увеличивался, участники прибавлялись. Ну, соответственно, по мере увеличения участников и продукции, которую они привозили, и выступления творческих коллективов, увеличивалось, конечно, и количество посетителей нашего фестиваля. Каждый год что-то в программе меняется, каждый год программа обновляется, расширяется. И очень многие ждут именно фестиваль из посетителей, чтобы увидеть вот эту разницу, чтобы прикоснуться к истории нашей страны.

А. Пичугин

– А как вы этим начали заниматься и почему это для вас было важно? Фестивалей проходит много, с каждым годом их становится больше. Я думаю, что если бы не карантин, в этом году мы бы увидели еще энное количество новых фестивалей и по всей России, и в Москве в том числе. А почему для вас именно был важен фестиваль русской традиции?

М. Железнова

– Ну я, наверное, начинала не как руководитель оргкомитета, я вначале начинала просто как главный режиссер-постановщик программ фестиваля. И постепенно вот меня приглашали, а потом уже, последние три года я уже руководитель оргкомитета фестиваля.

А. Пичугин

– А само направление, оно для вас важно? Когда вы этим начинали заниматься, то есть я правильно понимаю, это была просто профессиональная деятельность, вас пригласили как режиссера-постановщика?

М. Железнова

– Да.

А. Пичугин

– А, соответственно, это мог быть фестиваль рок-музыки, это мог быть фестиваль популярной музыки, классической музыки – вы просто профессионально к этому подошли и сделали свою работу. Но вы начали этим заниматься, и вы сегодня приходите, рассказываете про этот фестиваль уже как практически про собственное детище – и, значит, это в вас отзывается, значит, это для вас важно, что это именно русская культура?

М. Железнова

– Это уже детище, да, на протяжении многих лет. Потому что ты знакомишься с участниками, и ты поддерживаешь с ними связь, и ты познаешь, открываешь для себя какие-то уголки нашей необъятной родины, откуда приезжают наши участники и с ними всегда на связи. И это уже становится ну постоянно, то есть мы уже не занимаемся фестивалем вот непосредственно день в день, ты этим фестивалем уже живешь на протяжении всего года. Потому что заканчивается один фестиваль, сразу начинается для нас, для организаторов, другой фестиваль. Потому что сначала нужно придумать что-то интересное, чем будет наполнен следующий год, ты связываешься с участниками, мы принимаем заявки, мы что-то придумываем интересное. И вот так, из года в год – уже все как одна семья стали.

А. Пичугин

– Я помню, что в 90-е годы, когда в Москве несколько раз в течение всего года отмечались какие-то праздничные мероприятия – будь то День города, День лета, День меда (Юрий Михайлович Лужков любил всякие праздники, связанные с медом) – у нас всегда это была традиция: на всех открытых площадках было что-то русское народное. Как одна моя приятельница и хорошая коллега в свое время сказала: у меня от этого, знаешь, кокошник начинает прорастать, я чувствую. И это был такой сарказм, потому что к русской культуре на самом деле все это отношения практически не имело. Это были действительно кокошники такие псевдонадуманные, сарафаны, балалайка, танцующий медведь и гармошка. А если задуматься, то все вместе это к русской культуре никакого отношения не имело, это был какой-то просто такой ну квит. Насколько я могу судить, ваш фестиваль, по крайней мере сейчас, последние годы это уже нечто другое. И к нам постоянно приходят люди, которые занимаются разными аспектами русской культуры, и я понимаю, что разговор уже сейчас идет на другом уровне. И что вот эти «кокошники» все, которые там торжественно «прорастают», им уже нет места. И, слава Богу, это был тот период, через который надо было пройти, чтобы прийти к чему-то настоящему. Вот как вы можете это прокомментировать?

М. Железнова

– Вот если правильно, наш фестиваль называется «Межрегиональный творческий фестиваль славянского искусства «Русское поле». Приезжают к нам разные регионы – это не только русские коллективы, это татарские коллективы, башкирские коллективы, Якутия, Дальний Восток в этом году тоже к нам в участники постучался и участвует – и вот смесь, ну все мы жители одной многонациональной нашей родины. В этом году у нас, можно сказать, уже международные участники, потому что к нам в участники подали заявки, и они даже прошли финал фестиваля, это коллективы из Австрии – русский коллектив фольклорный «Калинка», из Эстонии, из Армении коллектив. То есть вот география нашего фестиваля, она расширяется с каждым годом так же, как и его известность. Соответственно, мы стараемся, что так как у нас конкурсная программа на фестивале и работает профессиональное жюри, то это не просто фольклорный коллектив, который вот ну выступает на любой площадке, да, все-таки у нас делегация, которая направляются Министерствами культуры региона, а там идет свой отбор. И поэтому мы можем говорить о том, что те участники, которые приезжают к нам, это лучшее, что есть в регионе.

А. Пичугин

– Я ни в коем случае не ставлю под сомнение качество австрийского коллектива, мне просто вспомнилось, что там лет шесть, наверное, назад, правда, в Германии, в Дрездене, я наблюдал такую картину, как на улице стоят два казачка таких, в возрасте, с аккордеоном, поют что-то такое, не помню... а, «Ой то да не вечер», естественно, да. И вот они поют красиво, я стою, слушаю, смотрю. И вот появляется полицейский наряд, который просто шел мимо, и вот они, подхватив этот аккордеон, так быстро бежали по улице от них. Не знаю, почему и что они сделали, потому что ну как бы если просто стояли и пели, наверное, ничего бы и не было. Но вот забавно. И еще вот у меня такое воспоминание: две недели назад я участвовал, там выступали мои знакомые, я тоже был на Дне села – День села во Владимирской области – такое есть село Гнездилово, неподалеку от Суздаля. И мы туда приехали, и там со сцены, которую установили посреди села, все красиво – тоже, я не знаю, может быть, там какие-то татарские общины, какие-то марийские общины недалеко проживают, но вот День села – и там представлены разные традиции. В том числе это было очень красивое долгое выступление татарского народного коллектива и длинное-длинное стихотворение – рецепт приготовления чак-чака. Я правильно понимаю, что вот по принципу того, что у нас в России, конечно же, очень много различных соединений и слияний культур, взаимопроникновения разных культур, это все у вас тоже будет и в этом году тоже представлено?

М. Железнова

– Конечно, все будет представлено. У нас же направление фестивалей и номинации нашего фестиваля это и творческие номинации, коллективы борются у нас на сцене, и в то же время у нас мастера и товаропроизводители, которые привозят свою продукцию. Мастера и товаропроизводители, испокон веков они корнями уже вот на своей территории сохраняют эти традиции народных промыслов. Соответственно, все привозится в Москву и самое лучшее показывается. Если у нас творческий коллектив – ну как без танца своей народности или без песни свой народности. Поэтому мы, конечно, принимаем и русское исполнение там фольклора, и в то же время национального фольклора. Это тоже очень важно, потому что это передает в любом случае колорит нашей страны, нашей России. И для людей, которые вот постоянно участвуют, а у нас есть такие регионы, которые присылают всегда больше всего заявок, и они очень массово участвуют, и всегда хотят попасть на фестиваль, традиционно уже очень-очень много как бы участников, которые ну не на одном, не на двух, а даже там на пяти фестивалях приезжают к нам в Москву и стараются попасть в Москву, чтобы представить либо свой промысел, либо коллектив.

А. Пичугин

– Ну давайте вернемся еще и к разговору с Алексеем Аверьяновым, директором Федоскинской фабрики миниатюрной живописи. Мы с вами, Алексей, сейчас вот, до этого говорили про историю, дореволюционную историю, как появилась Федоскинская фабрика, как сама традиция федоскинская развивалась. Я так понимаю, что после революции действовала артель, до 60-х годов она и была артелью – хотя мне даже очень сложно представить, как у нас во второй половине 30-х, в 40–50-е работала именно артель – это были местные жители, которые сохраняли традиции федоскинские.

А. Аверьянов

– Ну немножко не так. После революции, когда не стало фабрики, да, соответственно, то есть часть мастеров...

А. Пичугин

– Была национализирована?

А. Аверьянов

– Ну национализирована не была, наверное, сразу. Ну то есть просто прекратилась деятельность фабрики, Лукутин не стал этим заниматься. И часть работников, которые самые сильные были художники и так далее, они на этом фоне решили организоваться самостоятельно и создали как раз ту самую артель, которая продолжила свою работу. Ну и поскольку была очень сложная, конечно, судьба у федоскинского промысла, но несмотря ни на что, даже в годы Великой Отечественной войны был специальный указ, которым охранялись художники да, то есть их не разрешали направлять на какие-то работы, если там тяжелые, специальные и так далее.

А. Пичугин

– А направление это было как раз тем самым, направление Дмитровское шоссе – это же вот как раз одно из тех мест, куда почти дошли немцы.

А. Аверьянов

– Почти дошли, да, до города Лобня они практически дошли. И даже вот именно в годы Великой Отечественной войны был специальный указ, направленный на сохранение промысла, поскольку это вещь уникальная, во всем мире нет аналогов на сегодняшний день того, что делаем мы. И я считаю, что это очень важно, это на самом деле наша культурное и историческое наследие. И это нужно сохранять, это нужно показывать людям, чтобы каждый знал, что у нас есть такие вещи.

А. Пичугин

– А что уникального? Я представляю, потому что я видел, но не уверен, что видели все. Если я сейчас буду описывать, у меня вот тут в Википедии написано, в чем уникальность изготовления. Но я думаю, что лучше и проще расскажете, конечно, вы.

М. Железнова

– Нет, вы не видели, на самом деле. Простите, что я...

А. Пичугин

– А как, почему не видел?

М. Железнова

– Простите, что я как бы... Вы понимаете, понять всю красоту и уникальность федоскинской росписи, федоскинской лаковой миниатюры можно, только побывав там.

А. Пичугин

– А, на самой фабрике.

М. Железнова

– На самой фабрике. Увидеть именно реально настоящие изделия федоскинской живописи.

А. Пичугин

– Нет, ну я держал в руках изделия.

М. Железнова

– А вот для сравнения вы можете купить шкатулку на вернисаже, приехать на Федоскинскую фабрику и понять, что это вы купили не Федоскино.

А. Пичугин

– А сделал кто-то под Федоскино.

М. Железнова

– Конечно.

А. Пичугин

– Ну точно так же, как под Палех, как под Мстеру, как под ростовскую финифть.

М. Железнова

– Да, вот именно. Потому что когда ты смотришь на роспись федоскинской шкатулки, особенно когда туда вживлен натуральный перламутр – и вот этот вот свет, который, знаете, вот это ощущение объема, света, которое вот ощущение, что это светится прямо изнутри – это совершенно другая технология, это совершенно другое впечатление от федоскинской шкатулки, от вот этой живописи.

А. Пичугин

– Сейчас мы про Федоскино поговорим подробнее, через минуту. Я напомню, что сегодня у нас в гостях генеральный директор Федоскинской фабрики миниатюрной живописи Алексей Аверьянов, руководитель организационного комитета фестиваля «Русское поле», Маргарита Железнова. 29 августа – к сожалению, в таком полу-онлайн-формате этот фестиваль. Ну просто потому, что такая ситуация у нас сейчас в стране и в мире, карантинная и полукарантинная – пройдет фестиваль «Русское поле» 29 августа все равно. Участники будут собираться в театре «Гжель» – это в Москве. Туда попасть будет – просто прийти – нельзя. Обычно этот фестиваль, я напомню, он проходит в Коломенском, в Царицыно, но вот теперь он будет, в этом году вот так вот пройдет. Мы надеемся, что в следующем году десятый, юбилейный фестиваль уже состоится по всем правилам. Но мы продолжаем говорить о фестивале, о Федоскинской фабрике через минуту.

А. Пичугин

– Возвращаемся в студию светлого радио. Дорогие слушатели, я напомню, что сегодня здесь руководитель организационного комитета фестиваля «Русское поле», Маргарита Железнова, генеральный директор Федоскинской фабрики миниатюрной живописи, Алексей Аверьянов. Алексей, вот до перерыва мы начали говорить о том, в чем уникальность Федоскина, и в чем заключается сама технология производства.

А. Аверьянов

– Уникальность технологии, в общем-то, во всем у нас. Поскольку и весь процесс – в первую очередь это ручная работа от начала и до конца, то есть у нас минимальная механизация. Несмотря на то, что многие спрашивают, говорят: а как вы в сейчас, современное время работаете, может быть, что-то у вас появилось, какие-то технологии? Нет, никаких технологий не появилось, не потому что мы этого не хотим...

А. Пичугин

– А зачем?

А. Аверьянов

– Потому что это просто невозможно применить, да, вот в нашем процессе. Ну там, конечно, минимальная какая-то есть, но это совсем чуть-чуть. Уникальность начинается с самого начала, с изготовления непосредственно самой шкатулки: шкатулка делается не из дерева, она делается из папье-маше. Я думаю, что многие понимают, что такое папье-маше – в школе оклеивали тарелку, скорее всего, на уроках труда – вот по такой технологии создаются как раз наши шкатулки. Далее они проходят специализированную обработку, есть профессиональные секреты. И благодаря тому, что шкатулки делаются как раз папье-маше и специальным образом обрабатываются, эти изделия служат более 150 лет. То есть можно пользоваться, не бояться, что сломается.

А. Пичугин

– А гарантию на 150 лет даете?

А. Аверьянов

– Ну мы, конечно, гарантию не можем дать, потому что 150 лет кто из нас проживет. Но у нас есть масса примеров – у нас есть и в музее экспонаты, и люди привозят на реставрацию нам периодически какие-то работы, которые нужно немножечко обновить, лак там, еще что-то. Они сохраняются прекрасно, благодаря как раз той самой технологии. Далее есть уникальная технология как раз живописи самой, вот как я говорил, многослойной и миниатюрной. Поскольку миниатюрная живопись сама по себе достаточно сложная, и маленькие там у нас есть такие примеры, когда шкатулка минимального размера и совсем малюсенькая – она меньше спичечного коробка – при этом на ней нарисован сюжет, нарисован очень четко, детально и так далее. Это такая своеобразная, как подковали блоху немножко мы у себя, да. И вот благодаря тому что живопись «сквозная», получается, как говорила уже Маргарита Николаевна, глубина свечения изнутри, выглядит это очень красиво. То есть все, кто приезжал к нам на фабрику, ни один человек не остался равнодушным. Все, кто увидели, были просто в восторге от того, что они видят, что они держат в руках. Потому что шкатулки, они не просто картинками поражают, они тактильно, ну и в это вложено очень много души. Каждый художник, который у нас работает, это продолжатель династии, еще с тех самых старых времен у нас династия.

А. Пичугин

– То есть у вас, вы не набираете художников после окончания?

А. Аверьянов

– Набираем, конечно. У нас есть тоже училище, в котором обучают как раз непосредственно...

А. Пичугин

– В Федоскино?

А. Аверьянов

– В Федоскино, да, находится училище. Но это очень редкая профессия –миниатюрист. И, насколько я знаю, что выпуск бывает приблизительно восемнадцать там, двадцать человек – из этого выпуска миниатюристов может быть всего один-два.

А. Пичугин

– А, то есть это выпуск всего училища.

А. Аверьянов

– Всего училища, да, то есть там выходят станковики-художники, которые могут писать на холсте, а вот миниатюры – это немножко другая история, там все гораздо сложнее гораздо, тоньше, то есть к этому надо иметь такую вот страсть, расположенность.

А. Пичугин

– Правильно понимаю, что большинство художников, вообще людей, которые работают у вас на фабрике, непосредственно задействованных в творческом процессе, это люди – отцы там, не знаю, матери, в общем, поколениями эти люди работали в Федоскино?

А. Аверьянов

– Да, все правильно. Это, династии, династии и династии.

А. Пичугин

– У человека уже будущее предопределено.

А. Аверьянов

– Во многих случаях – да. Ну в наше время, конечно, немножко изменилась ситуация, по-разному происходит. Кто-то уже не идет учиться в художественное училище, кто-то хочет чего-то другого, но все-таки династии сохраняются. И сейчас у нас есть молодые мастера очень талантливые, то есть они делают прекрасные работы. Поскольку у нас уже рыночное время, то есть я могу сказать сразу, что это успешные работы, поскольку, как только они делаются, они тут же продаются. Не успевают даже попасть некоторые в магазин к нам.

А. Пичугин

– Ну то есть когда я где-то в дьюти-фри или еще где-то вижу шкатулки, где написано «Федоскино», это не обязательно вы, это может быть, вот как Маргарита сказала, сделано где угодно, под Федоскино.

А. Аверьянов

– К сожалению, да, есть такая проблема. Она очень такая серьезная, она касается не только федоскинского промысла, она касается всех промыслов.

А. Пичугин

– Ну да, всех промыслов, которые ассоциируются в том числе с русской культурой.

А. Аверьянов

– И больше всего меня расстраивает то, что в тех местах, где это представлено, во многих случаях это места, где приезжают у нас иностранные туристы. И когда они видят, что предлагают, у них создается, естественно, ложное впечатление о том же самом нашем Федоскине, таким образом каким-то.

А. Пичугин

– Ну как деревянная расписанная ложка.

А. Аверьянов

– Некрасивым, не каким-то таким.

А. Пичугин

– Ложку может расписать, наверное, ну не хочу никого обидеть, да, но расписывание ложки – это, наверное, не самый сложный процесс. А получается, что вот эти подделки под Федоскино, они по уровню своему выглядят как расписанная ложка.

А. Аверьянов

– Да, выглядит это отвратительно, если уж говорить честно. И мы активно боремся сейчас с этим. И я призываю всех, да, то есть и руководителей других промыслов...

А. Пичугин

– А как человек может отличить?

А. Аверьянов

– Есть определенные маркировки, которые мы ставим. Это в обязательном случае товарный знак – товарный знак в виде тройки, он наносится под крышкой шкатулки. Если мы открываем шкатулку, под крышкой должен быть товарный знак. Всю эту информацию можно увидеть на нашем сайте, мы всю эту информацию представляем, для того чтобы те люди, которые заинтересованы купить настоящее, только знакомятся, чтобы они понимали, где настоящее, как это отличить, чтобы их не обманули ни в коем случае. Потому что бывает, что обманывают очень серьезно, да, то есть продают дорого, то что стоит... ну, в общем-то, и не стоит ничего, те самые подделки, которые на коленке там, картинки приклеивают бумажные, лаком покрывают – это даже не живопись. А продают достаточно дорого и людей вводят в заблуждение, обманывают, по большому счету. Поэтому мы стараемся и предупредить всех наших покупателей и вообще любителей лаковой миниатюры о том, что вот есть некоторые отличительные особенности, которые можно проверить.

А. Пичугин

– А вы сами попали в Федоскино – это тоже какая-то семейная история или просто так вот вышло?

А. Аверьянов

– Все гораздо прозаичней, я попал в Федоскино ну как – это работа. Я пришел на работу, я знал предприятие, потому что я живу недалеко, в городе Лобне. И я как бы пришел на работу туда, на фабрику, заместителем директора. Естественно, тоже не остался равнодушен от того, что там делается и как это все происходит, заразился, скажем так, этим делом. И вот сейчас я полностью погружен в этот процесс, я им болею, я им живу. Точно так же, как вот Маргарита Николаева живет фестивалем. И, в общем-то, стою на страже, на защите того, что у нас есть. И, в общем-то, надеюсь, не позволю никому это разрушить и потерять. Потому что это очень важно.

А. Пичугин

– Безусловно, важно. Потому что во я сейчас смотрю, настоящее Федоскино – картины, которые есть на вашем сайте, и понимаю, что это же все миниатюры, и как это изображается на небольшой поверхности – это кропотливейшая работа. И опять же, да, вот в продолжение того, о чем вы говорите, часто за Федоскино действительно выдают что-то такое, очень низкого качества. Скажите, пожалуйста, а в рамках фестиваля, который будет в этом году, в рамках почти онлайн-фестиваля, как Федоскино принимает участие?

А. Аверьянов

– Ну мы принимаем участие в качестве партнера фестиваля. Ну опять же у нас есть такой вот подарочный фонд, мы создали специально для того, чтобы награждать победителей фестиваля – это наши изделия федоскинские. Я думаю, что всем награжденным будет очень приятно, им понравится то, что мы им дарим, потому что это уникальная вещь и оригинальная вещь. То есть я думаю всем понравится, все будут довольны. К юбилейному фестивалю мы, конечно, подготовим еще кое-что, более интересное – сейчас не хотелось бы сразу анонсировать, а сохранить интригу. С Маргаритой Николаевой мы будем знать об этом вдвоем сейчас пока еще, не будем с поля, так сказать, запускать. Но в следующем году это будет достаточно грандиозная вещь. Вот я думаю, что мы удивим всех и порадуем любителей того, что делается у нас. И, в общем-то, порадуем всех участников предстоящего вот юбилейного десятого фестиваля в том числе. В этом году ну вот в урезанном формате, широко мы представить не сможем, конечно, нашу продукцию, но, в общем-то, будем рассказывать, рассказывать, показывать на пальцах, скажем так.

А. Пичугин

– Маргарита, расскажите, пожалуйста, что следует ожидать? Вот мы можем подключиться к трансляции фестиваля с вашего сайта, правильно – http://polerusskoe.ru/?

М. Железнова

– Да, http://polerusskoe.ru/ или в Яндексе просто: фестиваль «Русское поле». У нас на сайте будет вестись прямая трансляция нашего фестиваля – это марафон, почти десять часов, он будет проходить так же, как он обычно проходит у нас в Коломенском. Также будет вестись трансляция в одной из наших соцсетей – это в группе нашей ВКонтакте и также будет на двух телеканалах.

А. Пичугин

– Ну можно посмотреть, на каких.

А. Аверьянов

– Да, это все можно увидеть непосредственно на нашем сайте, там и программа работы фестиваля, и все.

А. Пичугин

– В любом поисковике можете забить: фестиваль «Русское поле» или перейти по адресу: http://polerusskoe.ru/.

М. Железнова

– Да, но самое сложное было сделать в этом году фестиваль, чтобы вот не просто как онлайн – кто-то из дома, кто-то что-то. У нас творческие коллективы, у нас мастера, у нас конкурсная программа. Кстати говоря, в этом году у нас новая туристическая номинация по нашей России, у нас сказочные персонажи. И мы думали, как же сделать так, чтобы все-таки для участников вот это вот немножко тревоги и радости добавить. Поэтому у нас жюри после окончания приема заявок выбрало топ-десятку по каждой из шести номинаций. И вот в нашем прямом эфире, когда жюри будет находиться в театре танца «Гжель», а участники фестиваля не приезжают, но все будут выходить с нами на прямую связь – мы работаем телемостом с регионами, то есть и мы все попадаем именно в тот регион, который представляет наш участник. И это вот в этом, конечно, очень большая сложность прямого эфира, чтобы связь была хорошей, и чтобы участник смог выйти. Мы уже связь эту вот несколько дней тестировали и решаем с нашими участниками вот эти сложные вопросы. Ну а завершится фестиваль, когда жюри отсмотрит все шесть номинаций, когда выберет победителей, завершится фестиваль небольшим гала-концертом, в котором примут участие наравне с нашими звездами, с артистами нашими и победители нашего фестиваля по всем шести номинациям.

А. Пичугин

– Я напомню, что сегодня в студии светлого радио мы беседуем с Маргаритой Железновой, руководителем организационного комитета фестиваля «Русское поле», с Алексеем Аверьяновым, генеральным директором Федоскинской фабрики миниатюрной живописи. 29 августа в онлайн-формате, ну почти в онлайн-формате фестиваль «Русское поле» все же состоится. Те наши слушатели, которые с нами уже не первый год, наверное, знают про этот фестиваль, да и, может быть, просто знают, потому что фестиваль всегда очень громко и широко проходит в Москве, в конце лета – в Царицыно или в Коломенском. Ну вот теперь, к сожалению, в этом году в таком виде. Но надеемся, что в следующем году все вернется на круги своя, то есть грядет десятый, юбилейный фестиваль. А скажите, пожалуйста, Маргарита, кого бы вы сами выделили из участников фестиваля, что ни в коем случае нельзя пропустить, кого?

М. Железнова

– Ну я бы, наверное, обратила внимание слушателей и зрителей нашего фестиваля на новые номинации две, которые действительно удивляют своей новизной, своим интересом – это у нас есть такая номинация новая: «Лучшее сказочное посольство региона».

А. Пичугин

– А что это такое?

М. Железнова

– Это сказочные персонажи, это музеи сказок – это вот те, которые есть в регионах. Ну, например, все мы знаем нашего новогоднего дорого и любимого...

А. Пичугин

– Деда Мороза.

М. Железнова

– Деда Мороза из Великого Устюга. Но к нам приезжают и в участниках – Кыш Бабай, Тол Бабай, Паккайне, Дед Хала – это все Деды Морозы, только из разных регионов.

А. Пичугин

– Это все из наших регионов.

М. Железнова

– Из наших российских регионов. И вот они как раз и вышли, кстати говоря, некоторые из них вышли в финал фестиваля в этой номинации – это Татарстан, это Карелия, с Дедом Хала, это Удмуртия, и другие регионы – вот те персонажи, именно посольства, которые прошли в финал. У нас на фестивале в этой же номинации несколько любимейших персонажей наших детей – это Баба Яга – ну как вот без нее представить, да, русскую сказку, народную сказку. И вот они все разные, каждый по-своему интересен – разные Снегурочки, разные персонажи, разные авторские какие-то сказочные персонажи. Поэтому вот эта номинация, она ну как-то уже вызывает очень большой интерес. Также очень интересны туристические этно-маршруты по нашей России, которые тоже представлены на фестивале. Вы знаете, в этом году даже храмы и монастыри, которые обычно принимают участие – вот у нас целая площадка есть на нашем фестивале, называлась «Монастырский двор», мы не отошли как бы от этой традиции. И в этом году некоторые монастыри и храмы представили нам туристический маршрут такой, ну паломническая поездка куда-то. И вот мы надеемся, вот это направление, очень хотим его развивать, потому что оно на самом деле интересное и у многих вызывает определенный интерес, у людей.

А. Пичугин

– То есть это просто люди, которые предлагают разные варианты подобных маршрутов, они участвуют в вашем фестивале.

М. Железнова

– Ну это даже не просто люди, это организации – это и Министерство туризма, это туроператоры, которые предлагают, это и монастыри. Вот в этом году Тверь, она представила нам паломническую поездку к в Нило-Столобенскую пустынь –да, ну это сам монастырь, непосредственно оттуда, это от истоков. Прямо крестный ход у них проходит регулярно. И это очень интересно. Потому что когда туристические агентства, вот которые представляют свой этно-маршрут, то есть люди могут получить у нас на сайте непосредственно информацию про это агентство, посмотреть этот маршрут. И, если они заинтересовались, то можно уже будет, они уже знают, с кем связываться и где заказывать вот именно свою поездку. Напрямую, без посредников можно заказать и поехать, увидеть нашу родину.

А. Пичугин

– А это еще и производители разных товаров, которые приезжают к вам на фестиваль. А вот этот отсев... Помните, мы говорили с вами где-то в середине программы о том, что в 90-е годы русская культура, представленная на больших фестивалях – это выглядело все достаточно печально, потому что это были именно кокошники и сарафаны, и ничего больше. Сейчас же отбор происходит очень серьезный. Как вы отбираете участников, в первую очередь участников, которые какой-то товар представляют? Соответственно люди, которые этот товар покупают, должны быть уверены, что это действительно что-то, соотносящееся с коренной русской культурой.

М. Железнова

– Ну мы в этом году начали прием заявок на участие 2 марта – а это очень рано, при условии, что в конце лета проходит фестиваль. И уже на момент приема заявок у нас некоторые члены жюри сразу отсматривают присланные материалы – а мы заявку принимаем не просто с описанием и с историей своего производства, там и видеоматериалы, и фотоматериалы – и членам жюри достаточно легко посмотреть и увидеть, насколько это интересно, уникально. Ну и в то же время и современно. Потому что народные промыслы, как сказал вот Алексей Васильевич, они все равно тоже развиваются, и приспосабливаются, и что-то берут от нашей современности, от нашего вот сегодняшнего дня. А дальше мы уже допускаем до участия и размещаем на нашем сайте в разделе «Участники». Ну вот в этом году из присланных почти пятисот заявок более там ста было с лишним отсеяно участников, то есть мы их не допустили – это не только мастера, ну и как бы другие направления. Некоторых уже снимали, например, то что мы допустили и разместили среди участников. Но по протоколу, по решению жюри, когда уже топ-десять отсматривали члены жюри, уже там был отсев определенный.

А. Пичугин

– А почему, что должен представить участник, чтобы его отсеяли?

М. Железнова

– Вы понимаете, ну очень сложно разговаривать с участниками, которые знают наш фестиваль и хотят приехать в Москву. На самом деле очень сложно. Они все хотят. Но если ты просто, ну вот если мы берем народных мастеров и то, за что мы с Департаментом национальной политики все время это обсуждаем и ставим во главу угла: нам фестиваль нужно вывести на определенный уровень, чтобы это не была ярмарка народных промыслов, а чтобы это были изделия действительно уникальных народных промыслов России – чтобы люди, которые приходят на фестиваль, что они знали, что они пришли на «Русское поле» и они увидят действительно народные промыслы, а не подделку под них. Потому что иногда привозят: ну как, мы народные промыслы, ну вот посмотрите – мы взяли китайскую заготовку, провели по ней несколько раз лаком и привезли.

А. Пичугин

– Так мы же сами здесь провели по ней.

М. Железнова

– Конечно. Или: мы выпиливаем досточки для кухни. Ну хорошо, выпиливают много, выпиливают все досточки, вон и в магазинах они продаются – это одна и та же технология, это станочек взял и выпилил. Но что уникального и традиционного и чем это народный промысел?

А. Пичугин

– И где история этого промысла.

М. Железнова

– И где история этого промысла, а где сохранение традиций? И в то же время вот у нас есть мастера, например, которые керамика, да, очень много керамистов, гончарного дела к нам привозят. Но у каждого, вот вы посмотрите если на них, и вы увидите, что на Псковщине своя керамика, свое гончарное вот это направление, Нижегородская область – свое, там свое, тут свое. Или, например, взять Калининградскую область – изделия из янтаря, и изделия из камня и того же янтаря там, например, в глубинке да, российской там, из сибирского региона – это все разные вещи. И свое направление, и ты вот чувствуешь, вот эту вот тенденцию сохранения тех старинных традиций, которые были присущи именно этому региону в разные времена. И вот это мы хотим: пусть будет меньше людей, пусть будет меньше участников, но мы зато...

А. Пичугин

– Вы гарантируете.

М. Железнова

– Да, как организаторы фестиваля мы хотим стать определенными гарантами, что это действительно тот народный промысел, о котором всегда знала Россия и которым Россия славилась.

А. Пичугин

– Вот такой вопрос, Алексей: сколько минимально может стоить ваша шкатулка?

А. Аверьянов

– Минимально может стоить пять тысяч. Это самая недорогая работа.

А. Пичугин

– Ну пять тысяч – это уже такая сумма, о которой можно говорить. Потому что я понимаю, люди покупают за любые деньги. Но я представляю, что многие наши слушатели, для которых вещи, выполненные вот в такой стилистике, более того, люди наученные, что вот такие подделки стоят недорого, могут зайти в интернет-магазин на ваш сайт и увидеть там шкатулки за 80, за 90 – и я понимаю, что это работа человека, который это делал, что это работа художника, и она стоит дорого, что это штучная работа. Но, естественно, вопрос, он никуда не денется, что это стоит недешево.

А. Аверьянов

– Почему так дорого?

А. Пичугин

– Нет, я не спрашиваю, я надеюсь, что я это понимаю и понимают люди, которые нас слушают. А еще раз: вот штучная работа, и художник в нее и вкладывает и вкладывается, и я понимаю составляющую цены – еще и бренд к тому же.

А. Аверьянов

– Ну на самом деле это же каждая работа это не просто там шкатулка некая, это же произведение искусства. И как всякое произведение искусства, естественно, это стоит недешево. У нас часто бывает, знаете, такая история, когда к нам приезжают люди на экскурсии, мы принимаем на экскурсии людей, показываем производство, рассказываем, как это все делается, конечно, всех секретов не раскрываем. Но когда люди приезжают впервые к нам, они попадают сначала в магазин фирменный, потом начинается экскурсия.

А. Пичугин

– Логично наоборот: заканчивается в фирменном магазине.

А. Аверьянов

– И заканчивается тоже она в фирменном магазине. Так вот, когда они приходят первый раз сначала в фирменный магазин, значит, их встречает там экскурсовод, в это время они могут посмотреть изделия, которые были на фабрике созданы.

А. Пичугин

– Ахнуть: как же так, это сто тысяч стоит!

А. Аверьянов

– И очень часто они говорят: вот это цены, вот как дорого! После этого они идут на экскурсию и, возвращаясь с экскурсии, они уже смотрят на это другими глазами и некоторые говорят: нет, это не дорого, это еще дешево, надо дороже продавать. Понимаете, вот такая вот есть вещь.

А. Пичугин

– А у вас есть – я не знаю, уместно ли здесь слово «конкуренция» – но какая-то здоровая конкуренция между фабриками, предприятиями, артелями, которые занимаются народными промыслами: Жостово, Федоскино?

А. Аверьянов

– Ну вы знаете, такой конкуренции нет, потому что ну мы не можем конкурировать, поскольку мы абсолютно разные. Да, там если у нас там шкатулки – ну делает шкатулки еще Палех и там Холуй, и Мстера – но у них совсем другая технология, у них совсем другая живопись. Да, похожесть только в коробочках на самом деле, а все остальное разное. Поэтому конкуренция в этом случае, я думаю, она исключена. Здесь вопрос...

А. Пичугин

– Но конкуренция – ведь не только эта шкатулка похожа на ту, а та вот на эту. И поэтому сейчас мы посмотрим, что из этого выгоднее предлагается, сравним и купим. Тут же еще и конкуренция...

А. Аверьянов

– Ну это очень субъективно на самом деле. Потому что каждому человеку –одному нравится одно, другому другое. И, в общем-то, каждый производитель предлагает в своей нише то, что он делает. И есть люди, которым более близка, допустим, живопись, которую делает Палех, да, то есть вот именно иконописная школа, именно та подача, тот формат – и они покупают, соответственно, Палех себе. Те кто любит другую живопись, более классическую, как у нас, скажем, или другую технику, они, конечно, приезжают к нам и покупают. Потому что люди, которые приезжают, они, в общем, знакомы со всеми промыслами, вот достаточно подготовленные уже люди приезжают. И они говорят: а, вот здесь вот так делают, а тут вот так – тут уже выбор каждого, кому что нравится, как говорится, на вкус и цвет.

А. Пичугин

– А можете сказать, что целевая аудитория, и что вот вы заметили, что больше всего приезжают покупать иностранцы, что уходит за границу?

А. Аверьянов

– Нет. Целевая аудитория у нас очень широкая. И иностранцы в том числе, то есть у нас есть очень много покупают наши соотечественники, и по всей стране, в общем-то, мы отправляем часто и в дальние регионы. То есть бывает так, что человек приехал отдыхать, например, в дом отдыха какой-то у нас там, в Подмосковье, приехал на экскурсию, увидел – и дальше он уже покупает и, я надеюсь, что хвалится этим приобретением. Приезжают иностранцы, целенаправленно приезжает некоторые. У нас есть такие, скажем так, клиенты, наши друзья, кто приезжают непосредственно к нам, каждый раз для того, чтобы купить именно федоскинскую шкатулку.

А. Пичугин

– Спасибо вам большое. Наше время уже истекает. Я напомню, что мы сегодня говорили про фестиваль «Русское поле», который 29 августа в этом году в онлайн-формате пройдет, девятый, и вот надеемся, что десятый, в следующем году состоится уже полноценно вновь, как он происходил годы до этого. Но вы можете тоже принять участие в этом фестивале в качестве зрителей. К сожалению, прийти нельзя, но можно присоединиться к трансляции – 29 августа на сайте http://polerusskoe.ru/ или в любом поисковике набираете: фестиваль «Русское поле» – вам появляется этот сайт, переходите на него и там находите трансляцию, смотрите. Будет очень интересно. Сегодня о фестивале мы говорили с Маргаритой Железновой, руководителем организационного комитета фестиваля «Русское поле». Спасибо большое. Алексей Аверьянов, гендиректор Федоскинской фабрики миниатюрной живописи, был с нами. Мы очень интересно поговорили сегодня про народные промыслы традиционные, про Федоскино. Это стоит посмотреть. Федоскинские народные промыслы – это многолетний участник фестиваля «Русское поле». Ну и мы надеемся, что через год это все вернется в привычный формат. Спасибо большое, что были с нами. Я Алексей Пичугин, прощаюсь. Всего доброго. До свидания.

М. Железнова

– До свидания.