Дело во мне. Светлана Бакулина

Поделиться

Светлана Бакулина

Больше 10 лет своей жизни я посвятила работе в сфере рекламы и связей с общественностью. А несколько лет назад решила кардинально сменить профессию. Стала рассуждать: «Чтобы выбрать новое направление, надо понять, а что я собственно умею? Чему научилась за эти годы?».

Вдруг пришла мысль: «Я неплохо могу общаться с людьми. Друзья часто говорили, что в моих словах они находили утешение. Я умею поддержать, а ещё могу поговорить о вере. Стану я, пожалуй, психологом. Православным! Сейчас, как только выучусь на него, буду людям помогать и денежки зарабатывать и дело любимое делать».

Уже на следующей день я подала документы в один коммерческий институт. Выбрала, как мне показалось, достаточно модное и современное направление: гештальт-терапия.

Большинство моих однокурсников оказались людьми не верующими. На первом занятии мы поделились на пары и по очереди представляли, что один из нас клиент, а другой терапевт. Разбирали и обсуждали реальные ситуации из жизни.

Девочка рассказала мне свою историю про сложные взаимоотношения с мамой и близкими в целом. В её словах, как мне показалось, звучало очень много осуждения, бранных слов и раздражения. Тогда я разрешила себе прокомментировать её ситуацию с точки зрения заповедей и православного уклада жизни.

Но собеседница достаточно резко оборвала меня: «Слушай! Ну, не занудствуй! Я тебе говорю, что мои родные меня травмируют, а ты мне тут про церковь какую-то и исповедь. Мне это зачем?».

Я промолчала, а сама внутри уже чувствовала, как затаила обиду и раздражение. Так я столкнулась с первым сильным разочарованием. Меня не хотят слушать.

Моё иллюзорное представление о том, что быть психологом — значит просто поговорить с человеком, процитировать ему умные книжки и предложить покаяться, разбилось в одночасье. Оказалось, что ни о Боге, ни о покаянии слышать мои собеседники не хотят. А я в свою очередь не хочу слушать их и мучаюсь от того, что нет взаимопонимания.

Через год я ушла из этого учебного заведения. Но я всё ещё продолжала с раздражением вспоминать наши занятия.
Поехала поговорить об этом к священнику. поделиться своими переживаниями.

«Батюшка, что за люди? Они совсем не хотят жить по заповедям. И мои рассказы про Бога постоянно прерывают. Я не хочу с такими работать» — жаловалась я.

«Дело не в людях и не в их вере — ответил батюшка — Когда мы что-то говорим о Боге, а сами так не живём, почему кто-то должен нас понять и услышать? Лучшая проповедь — это проповедь своей Христианской жизнью. Так, чтобы не мы навязывали разговор о Господе, а люди сами захотели о Нём спросить» — подвёл итог священник.

С какими-то совершенно иными мыслями я вышла из храма. А ведь действительно, не в Боге было дело и не в людях. Дело было во мне и в моём к ним отношении. Наверное, больше всего меня задевал сам принцип, что они не слушают меня, что для них я не авторитет. И сама ожесточилась.

Христос говорил о любви, апостолы о долготерпении, а сколько трудов святых отцов посвящено теме милосердия. Вот эти три важных навыка я выделила в первую очередь для своего исправления. И с этого момента стала внимательнее относится к своей душе, а к людям снисходительнее. Такие вот маленькие шаги на пути к большому исправлению.

Автор: Светлана Бакулина

Все выпуски программы Частное мнение

• Страсть приобретения. Ольга Шушкова
• Правильные слова правильно. Алёна Боголюбова
• Почему в храме нельзя разговаривать. Алёна Боголюбова