Поделиться
Деян., 18 зач., VIII, 5-17.
Глава 8.
5 Так Филипп пришел в город Самарийский и проповедовал им Христа.
6 Народ единодушно внимал тому, что говорил Филипп, слыша и видя, какие он творил чудеса.
7 Ибо нечистые духи из многих, одержимых ими, выходили с великим воплем, а многие расслабленные и хромые исцелялись.
8 И была радость великая в том городе.
9 Находился же в городе некоторый муж, именем Симон, который перед тем волхвовал и изумлял народ Самарийский, выдавая себя за кого-то великого.
10 Ему внимали все, от малого до большого, говоря: сей есть великая сила Божия.
11 А внимали ему потому, что он немалое время изумлял их волхвованиями.
12 Но, когда поверили Филиппу, благовествующему о Царствии Божием и о имени Иисуса Христа, то крестились и мужчины и женщины.
13 Уверовал и сам Симон и, крестившись, не отходил от Филиппа; и, видя совершающиеся великие силы и знамения, изумлялся.
14 Находившиеся в Иерусалиме Апостолы, услышав, что Самаряне приняли слово Божие, послали к ним Петра и Иоанна,
15 которые, придя, помолились о них, чтобы они приняли Духа Святаго.
16 Ибо Он не сходил еще ни на одного из них, а только были они крещены во имя Господа Иисуса.
17 Тогда возложили руки на них, и они приняли Духа Святаго.
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
История из сегодняшнего чтения звучит для нашего слуха странно: как можно быть крещёным — но при этом не получить Духа Святого? В нашем сознании действие Духа не является столь очевидным, как это было во времена апостолов: гораздо больше внимания мы уделяем внешней, формальной стороне совершения религиозных действий, чем собственно внутренней, содержательной. В этом нет ничего удивительного — ведь когда учат ребенка языку, прежде всего внимание уделяется правильному написанию букв и произнесению звуков. А буквы потом слагаются слова, слова — в предложения, предложения — в текст. Но — согласитесь, было бы странным видеть, как ученик старшей школы всё также продолжает по прописям рисовать палочки и кружочки вместо того, чтобы изложить свои мысли в сочинении! Более того: если юношу продолжать заставлять заниматься только этим — скорее всего, никакого интереса к чтению и сочинительству у него не проявится, он быстро перегорит, и в душе сформируется устойчивый комплекс отторжения и неприятия всего, что связано с набившими оскомину палочками и кружочками прописей!
В духовной жизни у каждого есть тоже свои «прописи», без которых мало кто сможет стать «духовно грамотным». Это, прежде всего, то богатейшее наследие Церковного Предания, которое пронизано бесценным опытом наших предшественников — святых — тех, кто смог найти максимальную гармонию между формой и содержанием, между словом и Духом, между действием и его отражением в душе. Каждый раз, прикасаясь к этим поистине духовным нотам — мы не можем не ощутить Божественную мелодию, струящуюся между буквами, музыкальными знаками, линиями изображений — всего, что и составляет собой «ткань» богослужения. Всё это воспитывает в нас своего рода «духовный вкус» — которому, однако, надо ещё найти применение!
Вот мы и подошли к самому главному. В Древней Церкви крещение предварялось продолжительным процессом катехизации — научения основам христианской жизни. Заметим — здесь в первую очередь шла речь не об интеллектуальном образовании, развитии способности отличать одну ересь от другой и выстраивать стройную систему аргументации. Всё это — удел очень немногих, тех, кто получит в дальнейшем особое служение в Церкви — служение учителей, наставников. Но большинство же оглашаемых научались не теории, но именно практике христианского жительства. Отцы признавали оглашаемых уже христианами — но отличающимися от «верных» — уже крещёных: они сравнивали катехуменат с процессом вызревания плода в утробе матери, а собственно крещение — с рождением. Отметим, что согласно апостольским постановлениям предписывался трехлетний катехуменат, а Эльвирский собор увеличивал его до пяти лет и более для тех, кто уже будучи оглашаемым, впадал в тяжкие грехи. Вот насколько тщательными были занятия «духовными прописями», перед тем, как полноценно родить христианина от воды и Духа в Таинстве Крещения!
Но почему это было так важно? Потому, что настоящая духовная жизнь ничем не отличается от творческой деятельности — где сначала надо отработать технику настолько, чтобы даже не задумываться над тем, при какой ноте какой палец должен нажимать на какую клавишу — и вот только тогда начнёт открываться простор для подлинного вдохновения! И как же много мы теряем, когда выдаём не умеющему даже держать правильно ручку в пальцах новообращённому — целые богословские энциклопедии для реферирования! Как может человек, насквозь пропитанный привычками и обычаями мира сего вмиг проникнуться всем многообразием христианского веро- и нравоучения?
Поэтому если вы хотите, чтобы близкий вам человек действительно, а не только в своём воображении, получил дар Святого Духа — в первую очередь помогите ему научиться жить по-христиански ещё задолго до крещения — и тогда, без всяких сомнений, Духу точно найдётся место в душе хорошо подготовленного человека!
Искусство создания шпалер
Поделиться
Фото: Baraa Obied / Pexels
В крупных российских и европейских музеях на стенах в экспозиции посетители могут увидеть большие гладкие ковры, похожие на картины, с изображением евангельских, исторических, пейзажных и других сюжетов. Такие изделия называют шпалерами (или гобеленами). Их создавали из шерстяных и шелковых нитей для украшения и утепления стен в специальной безворсовой технике путём переплетения продольных и поперечных нитей.
Искусство изготовления таких ковров появилось ещё до Рождества Христова и было известно древним грекам, римлянам и египтянам. После распространения христианства в Европе шпалеры стали использовать в храмовых пространствах для украшения стен: на них изображали сюжеты из жизни Христа, Пречистой Девы и святых. Вскоре подобные ковры с религиозными и светскими сюжетами стали проникать во дворцы и зажиточные дома для декорирования интерьеров. Настоящей популярности и расцвета шпалерное искусство достигло в Средневековье. Тогда одним из основных центров создания безворсовых ковров стала Фландрия — регион, находящийся сейчас на территории современных Нидерландов, Франции и Бельгии.
В мастерских над созданием ковров трудилась целая команда специалистов. Художники рисовали эскиз будущей шпалеры, который назывался картоном. Красильщики окрашивали нити в необходимые цвета, а ткачи по картону воссоздавали необходимый рисунок. Каждый мастер ткал ту часть шпалеры, на которой специализировался: одни ткачи трудились над созданием лиц, другие — фигур, третьи занимались пейзажами или бордюрами — так называли узоры, которые по краям обрамляли шпалеру наподобие рамы. Часто ковры ткались по эскизам с картин известных художников.
В начале XVI века во Фландрии по заказу папы Льва X были изготовлены знаменитые шпалеры для украшения Сикстинской капеллы в Ватикане. Картоны с изображением сюжетов из Деяний Апостолов для них создал художник Рафаэль и его ученики.
В XVII веке одним из центров шпалерного искусства стала парижская Королевская мануфактура, расположенная в поместье семьи Гобелен — известных красильщиков и ткачей. Ковры, которые там создавали, быстро прославились своим качеством, и название «гобелен» закрепилось за всеми подобными изделиями.
В 1717 году русский император Пётр I заказал французской мануфактуре серию гобеленов, посвящённых событиям Северной войны, по итогам которой Россия получила выход к Балтийскому морю. В том же году Пётр основал шпалерную мануфактуру в Санкт-Петербурге, где французские ткачи обучили своему искусству русских мастеров. С тех пор в России стали создавать безворсовые ковры с изображением евангельских сюжетов и событий отечественной истории, портретов царственных особ и аристократов. В течение ста сорока лет изделия Петербургской мануфактуры украшали дворцы и отправлялись за границу в качестве дипломатических подарков. Однако в 1850-м году русская мастерская была закрыта из-за упадка спроса на шпалерное искусство.
Сейчас о существовании мануфактуры напоминает Шпалерная улица в Петербурге, где раньше располагались мастерские с ткацкими станками. Увидеть отечественные и иностранные шпалеры из собрания русских императоров можно в петербургском Русском музее, Эрмитаже и Пушкинском музее в Москве.
Все выпуски программы Открываем историю
22 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Когда в жилище вносят новорождённого младенца, все домочадцы, от мала до велика, затихают, начинают двигаться бесшумно и общаться между собой полушёпотом — только бы не потревожить дитя, не разбудить его, если оно уже почивает сладким сном. Подобным образом должен бы вести себя всегда и со всеми каждый из нас, чад Церкви. В каком смысле и почему? В сердцах крещёных людей почивает Богомладенец Христос, предназначивший нас быть сосудами Его благодати. Благоговейное и деликатное обращение с людьми свойственно тем, у кого «Христос за пазухой», по русскому выражению.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
22 марта. О пребывании в молитве как приобретении
Поделиться
О чистосердечной молитве как приобретении — исполняющий обязанности настоятеля московского храма во имя равноапостольных князя Владимира и княгини Ольги в Черёмушках протоиерей Владимир Быстрый.
Само пребывание в молитве уже есть приобретение. Почему не стоит ждать результатов от разговора с Богом? В жизни каждого верующего однажды наступает момент усталости. Мы приходим к Богу с просьбами, читаем правила, выстаиваем службы, но внутри возникает горький вопрос: а есть ли результат? Грехи те же, чудес нет, настроение не поднимается. Зачем тогда всё это?
Мы с вами привыкли жить логикой мира. Если я вложил труд, должен получить зарплату. И ту же логику мы переносим на молитву, ожидая от Бога оплаты эмоциями или сверхспособностями. И здесь нас поджидает главное заблуждение. Святые отцы предупреждали: человек, не очистивший сердце от гордости, не выдержит дара чудотворения. Он тут же присвоит его себе и падёт.
Именно поэтому преподобный Иоанн Лествичник оставил нам удивительное наставление. Он говорит: «Долго пребывая в молитве и не видя плода, не говори "я ничего не приобрёл”, ибо само пребывание в молитве уже есть приобретение». Состояние, когда нам сухо и скучно, а мы всё равно стоим перед Богом, это и есть высшая школа веры.
Святые стремились не к способностям, а к одному — жить с Господом. Когда мы приходим к любящему отцу, нам не нужен подарок каждую минуту. Нам нужно побыть с ним рядом.
Существует и смертельная опасность — ждать от молитвы только сладости. В православии это называется прелестью, самообманом. Бог приходит к нам не как анестезиолог, чтобы дать приятные эмоции, а как хирург. Ему важно исцелить нашу душу, часто через боль и скуку молитвы. Потому что именно в этой тишине рождается настоящая любовь, которая говорит: «Я здесь, потому что люблю Тебя, а не потому что жду награды».
Все выпуски программы Актуальная тема:
