Поделиться
Недавно я встретила в интернете текст старинной молитвы из келейной книжки отца Иоанна Крестьянкина. Там есть такие слова: «Господи Боже мой! Удостой! Чтобы не меня утешали, но я утешал. Чтобы не меня понимали, но я других понимал. Чтобы не меня любили, но я других любил».
Только вдумайтесь — какая просьба, какое желание. Если обобщить и несколько упростить, главное — не принимать, а давать.
Помню, я совсем ещё маленькая была, пяти лет. Собиралась на день рождения к соседу Саше, которому исполнялось семь. Мы с мамой выбрали в магазине подарок — краски, цветные карандаши и две кисточки, тоненькую из беличьей шерсти и потолще — из колонка. А дома оборачивали подарок красивой бумагой, и мама предложила: «А давай ещё и альбом Саше подарим? У тебя же новый лежит, а ты свой прошлый пока не закончила!» Я пришла в замешательство: новый альбом мы покупали с папой, и он объяснил мне, какие там чудесные листы, из специальной, для акварели, бумаги... Да и парусник на обложке был замечательно красив! И вот... Отдать соседу? Но мама продолжила: «Знаешь, дарить ведь всегда приятнее, чем получать подарки!»
Мамину правоту я ощутила сполна, когда Саша развернул в свой день рождения мой подарок и засиял счастливой улыбкой, и ещё потом не раз произносил в течение вечера: «Ну, Наташ, ты даёшь! И краски, и карандаши, и альбом!..»
Дарить приятнее, чем получать подарки. Это я запомнила на всю жизнь.
Но в молитве, которую я процитировала в начале, речь идёт не подарках, но о дарах. Уметь утешать, понимать, любить — это же дар! Именно о нём и просил Господа отец Иоанн Крестьянкин. И, как мы знаем, этот дар он имел...
«Удостой, Боже!» В этом слове — удостой! — смирение перед волей Бога и осознание, что сам человек, по одной только воле собственной, ничего хорошего не сделает. А если и сотворит условное добро, то возгордится. Вот мол, я какой добрый, щедрый... Чем навредит своей душе.
Сашина восторженная благодарность ввела меня в неловкость: ведь и краски мы покупали вместе с мамой, и альбом я подарила с её подачи... Хотя очень приятно было, что человеку хорошо! И альбом уже не жалко нисколечко.
Ну а если даришь не вещь, если обладаешь способностью понять одинокого, больного, обиженного, и утешить по-настоящему? Если любить умеешь? Тем более, тут нет твоей заслуги. Всё это — дары Божии, живое проявление Христа в человеке. Ведь любовь самоотверженная — свойство нашего Спасителя. И получивший это человек не мечтает быть понятым окружающими, ему не нужны утешения от ближних, он уже с Богом...
«Ибо кто даёт — тот получает, — сказано далее в той же молитве, — Кто себя забывает — тот обретает...»
Есть о чём задуматься нам, жаждущим любви и понимания.
Молитва эта не каждому по плечу. Но знать её, как образец абсолютной решимости нести в мир свет Христов — стоит. В ней просьбы о единении с Богом, а значит и бесстрашие перед бедами мира сего, бесстрашие святости.
Автор: Наталья Разувакина
Все выпуски программы Частное мнение
22 октября. Композитор Ференц Лист
Поделиться
Сегодня 22 октября — 215 лет со дня рождения венгро-немецкого композитора и пианиста Ференца Листа.
О его духовных поисках — председатель миссионерской комиссии Белгородской епархии протоиерей Максим Горожанкин:
Когда мы всматриваемся в XIX век, то перед нами предстаёт множество людей поразительной гениальности, духовно или творчески одарённых. И одним из таких людей был Ференц Лист — величайший пианист, композитор и педагог. Человек, который в своём духовном поиске испытал и падение, и отчаяние, и вершины покаяния. Человек неординарный. Гениальность в нём сочеталась с огромной человеческой отзывчивостью и добротой.
Когда мы говорим о таком явлении, как мастер-класс в искусстве, то первым, кто делал такие мастер-классы для своих учеников, будет именно Ференц Лист. Широта его натуры не позволяла ему замыкаться только лишь на собственном творчестве и игре на музыкальных инструментах. Ему хотелось поделиться со своими учениками своим мастерством.
В его жизни произошло самое главное: он встретил одну свою знакомую, княгиню, которая была христианкой. И встреча с ней перевернула его жизнь — он встал на путь христианского исправления и покаяния.
Таким образом, всматриваясь в духовный образ Листа, великого композитора, великого пианиста, мы можем видеть, как богато человек может быть одарён. И как, по слову преподобного Силуана Афонского, «много любит нас Господь».
Лист был одарён творчески, был одарён и религиозно. И последние годы своей жизни великий пианист, великий композитор провёл как истовый христианин, стремящийся к изменению своей жизни и к покаянию во Христе.
Все выпуски программы Актуальная тема:
22 октября. Апостол Иаков Алфеев
Поделиться
Сегодня 22 октября — День памяти апостола Иакова Алфеева.
О духовном подвиге святого — настоятель московского храма святых бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке протоиерей Федор Бородин:
Память святого апостола Иакова Алфеева прежде всего сподвигает нас разобраться в именах, различных подвигах и путях трёх апостолов Иаковов.
Первым следует упомянуть апостола Иакова Заведеева, брата Иоанна Богослова, — рыбака, который был на Фаворе с Господом при воскрешении девочки. И вот этот апостол, Иаков Заведеев, был взят Господом к Себе достаточно рано. Его смерть описывается в книге Деяний: он был убит в угоду возненавидевшим учеников Христовых иудеям.
Апостол Иаков Алфеев, брат апостола Матфея, евангелиста, которого память как раз мы совершаем.
И есть ещё апостол Иаков, сродник или брат Господень, который был сыном от первого брака святого Иосифа Обручника и был первым архиереем Иерусалима. И был назван Иаковом Праведным и всеми был чрезвычайно уважаем за своё удивительное аскетичное подвижничество, за пост, за постоянную коленопреклонённую молитву. А вот апостол Иаков Алфеев — у него своя судьба и проповедь вне Иерусалима.
Когда человек благовествует, к его сердцу прикасается сила Божия, которая ведёт ко спасению самого проповедующего и тех, кому он проповедует. Когда человек проповедует, он утверждается в вере — «от веры в веру». То есть он восходит по ступеням веры.
Вера благовествующего, вера проповедующего — она необыкновенно крепка становится укреплением Божиим, потому что упоминаемая выше сила Божия приходит тому, кто говорит о Христе. Это касается не только апостолов, которые совершили свой подвиг двадцать веков назад. Это касается любого из нас.
Тем же самым путём мы идём за апостолами. И действительно это становится утешением, потому что к тому, кто благовествует, всегда поворачивается много людей, которые ему благодарны и которые тоже благовествуют. И человек утешается верой общей и укрепляется силой Божией проповеди.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Послание к Колоссянам святого апостола Павла
Поделиться
Кол., 252 зач., I, 24-29
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
В ХХ веке один из самых ярких, пронзительных по своей речи богословов — это Сергей Иосифович Фудель, человек, вера которого подвергалась множеству суровых испытаний — и выстояла до конца. В своей книге «У стен Церкви» — книге, которая многих ввела в церковную жизнь, — есть одна парадоксальная мысль, которую мне хочется «подвесить» в качестве прелюдии к чтению отрывка из 1-й главы послания апостола Павла к Колоссянам, которое сегодня звучит за богослужением в православных храмах. А мысль вот какая: боль может быть — не поверите! — «тёплой». Давайте послушаем — и вернёмся к этой мысли.
Глава 1.
24 Ныне радуюсь в страданиях моих за вас и восполняю недостаток в плоти моей скорбей Христовых за Тело Его, которое есть Церковь,
25 которой сделался я служителем по домостроительству Божию, вверенному мне для вас, чтобы исполнить слово Божие,
26 тайну, сокрытую от веков и родов, ныне же открытую святым Его,
27 Которым благоволил Бог показать, какое богатство славы в тайне сей для язычников, которая есть Христос в вас, упование славы,
28 Которого мы проповедуем, вразумляя всякого человека и научая всякой премудрости, чтобы представить всякого человека совершенным во Христе Иисусе;
29 для чего я и тружусь и подвизаюсь силою Его, действующею во мне могущественно.
Что же значит — «тёплая боль»? Для апостола это — радость в страданиях за других, за Церковь, за Христа. Ведь радость по определению — «тёплая»; как можно представить себе «леденящую душу радость»? Это же невозможно в принципе!
У Фуделя образ «тёплой боли, животворной язвы» соединяет уязвимость и жизнь. Любовь делает человека доступным для чужого горя: ведь если я люблю, значит теперь происходящее с другим касается меня изнутри, из самого моего «нутра!» А там — очень всё чуткое, болезненное. Более того: Фудель даже называет сострадание «почти сосуществованием». Любящий словно расширяет границы своей жизни, вмещая в неё другого целиком, как он есть, — включая в том числе и его боль. Так в сердце появляется место, которое болит, но не потому, что самому носителю этого сердца — плохо, а только потому, что там теперь живёт любимый человек — и его боль — тоже.
Прилагательное «тёплая» — в отношении боли — здесь очень выразительно. Пережитая боль может легко замкнуть человека в обиде; и только любовь сохраняет в раненом сердце способность согревать другого. При этом радость может сосуществовать с усталостью, слезами и отсутствием благодарности — но не переставать быть тёплой!
Любовь оставляет в сердце человека открытое место, через которое в его жизнь входит чужая боль. Так мать переживает всё, что происходит с её ребёнком; так апостол носит в сердце тех, кого приводит ко Христу. Апостол Павел радуется, даже когда находится в крайне стеснённых, мучительных обстоятельствах, — радуется, потому что среди его трудов рождается жизнь других людей. Его сердце болит за них — но и этой же любовью согревается! Он так же, как и обычные люди, может уставать, терпеть лишения, встречать непонимание — но всё же он продолжает видеть смысл своего служения: чтобы в этих людях изобразился Христос.
Так что, дорогие друзья, когда нам опять захочется «обезболить» своё сердце, давайте сначала спросим себя: а не лишим ли мы сами себя возможности расширить сердце для других, если его — заморозим?..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
