Поделиться
Фото: Yury Strukau/Unsplash
Современный учёный, доктор исторических наук, профессор МГУ и писатель Дмитрий Володихин признался однажды, что в своих книгах пытается «охранять» историю. Не секрет, что в художественных произведениях даже таких признанных мастеров, как Вальтер Скотт или Дюма, соответствие реальным событиям часто приносилось в жертву затейливым сюжетным перипетиям. Автор нескольких исторических романов, Володихин всегда старался строго следовать исторической правде. Но однажды, решив написать о Москве и скрупулёзно изучая фактологический материал, писатель понял интереснейшую вещь: древнейшая история Белокаменной — не просто совокупность фактов, а настоящий лиричный и поэтический... миф! Первые московские письменные документы — летописи — появились лишь спустя два века после того, как «град Москов» стал заметен на политической карте древней Руси. А это значит, что взгляд на возникновение древнего города на семи холмах уже тогда имел необыкновенную широту и, кто знает, — возможно, даже художественную. На эту любопытную тему Дмитрий Володихин решил поразмышлять в своей книге, которую так и озаглавил: «Московский миф».
Нужно заметить, что слово «миф» здесь не означает «неправда». В большей степени это — указание на уникальную форму исторического материала, который в самый ранний период существования Москвы складывался из древних легенд, былин и сказаний. Вот и своё произведение автор характеризует как «сборник вольных эссе о метафизике Москвы». И вместо традиционного сухого академического повествования читатель вдруг обнаруживает яркие художественные образы! Писатель рисует Москву-личность. Вот она — юная лесная красавица, только что посаженная на трон и побаивающаяся своего нового высокого положения. Вот — княгиня Петровских времён, потягивающая кофе в гостиной на европейский манер выстроенного особняка. Менялось с эпохами лицо Москвы — дородная купчиха, испуганная мещаночка, седая мать, провожающая сыновей на войну...
Но есть у Москвы нечто незыблемое, неколебимое в веках — уверен Дмитрий Володихин. То, что оставит Первопрестольную узнаваемой, даже если бы вдруг исчез метрополитен, Университет, Арбат и даже Кремль. Это — московские монастыри: Данилов, Новодевичий, Спасо-Андроников, Донской. Автор анализирует события истории и приходит к выводу, что не только политическая мудрость московских князей, но и их искренняя вера и следование Евангельским идеалам сыграли ключевую роль в становлении и расцвете Московского княжества.
Взгляд на историю Москвы — от древности и до современности — автор излагает в изящной художественно-повествовательной манере, с юмором, живо и увлекательно. Из той поры, когда на месте Никольской улицы и Ильинки шумела рожь и бегали зайцы до нынешней суеты Площади Трёх вокзалов читатель пройдётся лёгкой походкой. И вместе с автором, Дмитрием Володихиным, почувствует душу Москвы, благодаря которой прекрасный и особенный Московский миф продолжает жить и сегодня.
«Душе моя, восстани, что спиши?» (песнопение канона Андрея Критского)
Поделиться
Фото: Elina Volkova / Pexels
Среди богослужебных песнопений есть несколько особенных — молящийся в них обращается к собственной душе. К таким молитвословиям, например, относятся песнопения, которые звучат в начале каждой Литургии — они начинаются словами «Благослови, душе моя, Господа» и «Хвали, душе моя, Господа». Об этих песнопениях я рассказываю в других выпусках программы «Голоса и гласы». Есть и ещё одна молитва, текст которой представляет собой обращение молящегося к душе. Это песнопение исполняется только Великим постом и начинается словами «Душе моя, восстани, что спиши?»
Давайте поразмышляем над его текстом и послушаем отдельными фрагментами в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери Орской епархии.
Текст первой строчки песнопения в переводе на русский язык такой: «Душа моя, душа моя, восстань, что ты спишь? Конец приближается, и ты смутишься». По-церковнославянски фрагмент звучит так: «Душе моя, душе моя, востани, что спиши? Конец приближается, и имаши смутитися...» Послушаем первый фрагмент песнопения:
Вторая строчка песнопения на русском языке звучит так: «Пробудись же, чтобы пощадил тебя Христос Бог, Вездесущий и всё наполняющий». Вот как этот фрагмент звучит по-церковнославянски: «Воспряни убо, да пощадит тя Христос Бог, везде сый и вся исполняяй».
Давайте послушаем вторую часть.
Песнопение «Душе моя, восстани, что спиши» входит в состав покаянного канона, названного именем своего автора — святого Андрея Критского, архиепископа острова Крит. Канон — это большое духовное поэтическое произведение, которое исполняется на вечерней службе и состоит из нескольких песен. В первую неделю Великого поста покаянный канон разбивается на четыре части и читается по частям с понедельника по четверг на вечернем богослужении. На пятой неделе поста, в среду вечером, весь текст канона прочитывается полностью.
Андрей Критский написал покаянный канон в 8 веке. Однако при жизни святого понятия «канон» ещё не существовало, и его творение называлось стихирой или стихами святоградца. Святоградцем Андрея называли потому, что в начале своего духовного пути он служил в монашеской обители недалеко от «святого града» Иерусалима. Перу Андрея Критского принадлежит около 70 канонов. Покаянный — пожалуй, его главное гимнографическое произведение. И хотя Андрей писал его не для церковного использования, уже в 9 веке его покаянный канон вошёл в церковный устав.
Великопостные службы с их тихими пронзительными песнопениями и покаянными молитвами и в наши дни любимы верующими. Это время сосредоточения, внутреннего покоя, тишины, возможности внимательно посмотреть в глубину своей души и призвать её к покаянию.
В Русской Церкви с песнопением «Душе моя, восстани, что спиши» связана очень трогательная традиция. Во время тихого и протяжного его исполнения священник и прихожане встают на колени. Так выражается чувство глубокого раскаяния перед Богом о наших грехах и ошибках.
Давайте послушаем песнопение «Душе моя, восстани, что спиши» полностью в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери.
Все выпуски программы: Голоса и гласы
Будённовск. Епископ Герман (Осецкий)
Поделиться
Фото: Dmitry Alexandrovich / Pexels
В истории города Будённовска, что в Ставропольском крае, особую роль сыграл епископ Герман (Осецкий). Он возглавлял церковь на Кавказе во второй половине девятнадцатого века. Владыке принадлежала идея создать православный монастырь в городе Святой Крест — это прежнее название Будённовска. По благословению епископа Германа обитель основали близ древнего городища Мамайские Маджары. В том самом месте, где в четырнадцатом веке произошло чудо — явления огненного креста над телом благоверного князя Михаила Тверского, убиенного татаро-монголами. Мамай-Маджарский Воскресенский монастырь стал оплотом христианства в городе. Добродетельная жизнь насельников вдохновляла многих проживавших здесь иноверцев принять крещение. Именно этого и чаял епископ Герман (Осецкий). К сожалению, обитель прекратила своё существование после революции 1917 года. Но православные в Будённовске надеются, что Воскресенский монастырь ещё будет возрождён.
Радио ВЕРА в Будённовске можно слушать на частоте 101,1 FM
18 февраля. «Смирение»
Поделиться
Фото: Eve Maier/Unsplash
Часто наша молитва напоминает птицу с переломанным крылом, которая и рада была бы подняться в небо, но лишь зарывается клювом в песок, беспомощно распластывая оперенье на земле. «Дам молитву молящемуся», — утешает нас Бог, призывая учеников не унывать в этом святом трудничестве. «В смирении нашем помянет нас» Господь, по уверению царя Давида, и окрылит благодатной молитвой. Тогда, воспарив духом в небеса, будем ещё более смиряться, сознавая себя незаслуженно помилованными от Господа.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
