Поделиться
Фото: Iewek Gnos / Unsplash
Перед Великой отечественной войной в селе Большая Мурта под Красноярском появился странный ссыльный. Он устроился работать в местную больницу, и сразу стало понятно, что это очень хороший доктор. Но перед операцией — это медсестры видели своими глазами! — он широко крестился и йодом рисовал на месте разреза крест. Церкви в селе давно уже не было, и этот странный доктор уходил в соседний лесок, ставил там на пень икону и молился. По документам звали его Валентин Феликсович Ясенецкий, но рецепты он подписывал двойной подписью — с добавлением «епископ Лука». А через несколько месяцев после начала войны в село прилетел самолет, приземлился на поле за огородами и забрал доктора-епископа.
Доктор, которого прикомандировали к главному красноярскому госпиталю, вытащив из ссылки, и был святитель Лука, в миру Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий.
Священник и врач, богослов, проповедник и автор «Очерков гнойной хирургии», которые до сих пор служат учебником для хирургов. Вскоре после Великой Отечественной войны он почти одновременно становится лауреатом Сталинской премии и обладателем самой высшей церковной награды — бриллиантового креста. Уникальный человек, всю жизнь отдавший служению людям, и, наконец, святой, который помогает верующим и после своей земной жизни — по вере и молитве. Как все это соединялось в одном человеке, как это было возможно?
Родился святитель Лука 27 апреля 1877 года в Керчи. Он с детства обладал талантом к рисованию, увлекался философией и другими гуманитарными науками, но, в конце концов, решил окончить медицинский факультет. С юношеским максимализмом он считал, что сейчас важнее помогать людям и сразу же после окончания института уехал в деревню работать земским врачом.
Молодой доктор работает над диссертацией, делает серьезные научные открытия и ничто не предвещает, что он когда-либо станет священником. Но вот перед самой революцией Валентин Войно-Ясенецкий начинает писать книгу о гнойной хирургии. И однажды совершенно неожиданно у него возникает странная мысль, что когда он закончит этот труд, на титульном листе рядом с его фамилией появится слово «епископ».
Вскоре из-за болезни супруги ему приходится уехать в сухой и жаркий климат, в Ташкент. Начинается гражданская война, гонения на церковь, а он, наоборот, в церковь приходит. Посещает богослужения, выступает на собраниях верующих. Но ни о каком священстве, а тем более о сане епископа все также не думает.
Все происходит неожиданно для него самого. Однажды на епархиальном собрании он очень хорошо выступил. Он говорил о положении дел в епархии, о том, как жить верующему человеку в условиях безбожной советской власти. И после собрания правящий архиерей епископ Ташкентский и Туркестанский Иннокентий, восторгаясь его выступлением, вдруг сказал: «Доктор, Вам нужно быть священником!» И ни минуты не размышляя, Валентин Войно-Ясенецкий, неожиданно для самого себя, вдруг сказал: «Хорошо, Владыко! Буду, если так Богу угодно!» И уже в следующее воскресенье в чужом подряснике он вышел к стоящему на кафедре собора архиерею и был посвящен сначала в иподиакона, а потом, во время литургии и в сан диакона. Еще через неделю его рукоположили в иерея, он стал священником.
А наутро в понедельник уважаемый хирург появился в больничном коридоре в необычном виде...
Как оказалось, бывает! Не обращая внимания на удивленные взгляды, Войно-Ясенецкий прошел в свой кабинет, снял церковное облачение, надел халат и стал готовиться к операции. Ассистенту, который обратился к нему по имени и отчеству, сказал — что Валентина Феликсовича больше нет. Теперь есть отец Валентин.
Коллеги недоумевали, студенты пытались устроить обструкцию профессору, коммунисты впрямую издевались. Войно-Ясенецкий не обращал внимания, но уж если вступал в дискуссии, то за словом в карман не лез.
В двадцать первом году чекисты решили устроить показательный суд над коллегами Войно-Ясенецкого. Ясенецкий выступил в их защиту. С научными аргументами, убедительно и весомо. Тогда начальник Ташкентского ЧК Яков Петерс задает, как ему думается, убийственный вопрос, который должен опустить противника в глазах зрителей...
Петерс: «Скажите, поп и профессор Ясенецкий-Войно, как это вы ночью молитесь, а днем людей режете?»
Отец Валентин тогда ответил, не задумываясь: «Я режу людей для их спасения, а во имя чего режете людей Вы, гражданин общественный обвинитель?» Коллег Войно-Ясенецкого на тот момент оправдали, но чекисты впоследствии припомнили ему этот диалог.
А времена надвигались страшные. Разрушения храмов, аресты и расстрелы священников. Опасно было не то, что бы служить, — опасно было просто верить.
Но именно тогда священник Войно-Ясенецкий делает следующий шаг — он принимает сан епископа. И получает новое имя — в честь евангелиста Луки.
Это почти автоматически означало арест. От него требовали одного: отречься от веры, снять с себя сан и пожалуйста — работай, оперируй, живи, как советская элита. Он выбрал другое — тюрьмы, допросы, пытки и ссылки — в Енисейск, Архангельск, далекий Туруханск.
Работа в маленьких сельских больницах и служба в сохранившихся еще храмах. Суровые условия жизни, морозы, бедность, человеческие страдания.
Как ни странно, освобождение принесла война! Нужно было спасать огромное число раненых, и его уникальный опыт в гнойной хирургии стал жизненно необходим. И более того, он понадобился и как священник, как епископ! В тяжелое военное время Сталин вспомнил о церкви, о том, что она утешает и укрепляет, помогает пережить потери и дает силы. В стране открываются храмы, нужны священники и церковные иерархи, но почти все они уничтожены репрессиями. Войно-Ясенецкого назначают епископом Красноярским.
С утра он оперирует, осматривает раненых, консультирует. А потом — отправляется на службу, принимает по церковным делам.
После Красноярска его направили архиепископом в Тамбов, а после окончания войны — в Ялту. Везде он лечил и проповедовал, устраивал жизнь епархии и помогал людям. За научные медицинские труды ему была присуждена Сталинская премия.
Казалось, жизнь наладилась. Однако испытания его не закончились.
Он постепенно слепнет, не может уже заниматься врачебной деятельностью. В стране начинаются новые гонения на церковь, закрытие храмов и пропаганда атеизма. До самого конца своей нелегкой жизни он продолжает бороться — как с собственными недугами, так и с непростыми обстоятельствами жизни внешней. Борется за каждый храм в епархии, за каждую душу. Люди записывают его проповеди, передают друг другу простые тетрадки с записями.
Святитель Лука покинул этот мир 11 июня 1961 г. — в день празднования Всех Святых, в земле Российской просиявших.
Надпись на могильном камне он придумал заранее. Она включала все, что ему было дорого. То, что он всю жизнь пытался соединить и все-таки соединил. «АРХИЕПИСКОП ЛУКА ВОЙНО-ЯСЕНЕЦКИЙ, доктор медицинских наук, профессор хирургии. Лауреат».
Правда, прошло еще тридцать лет, прежде чем на очередном издании его «Очерков гнойной хирургии» к фамилии автора на обложке добавилось слово «епископ». Но это все-таки произошло, и, значит, все было правильно и верно.
В 1996 году были обретены нетленными его честные мощи, которые покоятся ныне в Свято-Троицком кафедральном соборе Симферополя. В 2000 году архиепископ Лука Войно-Ясенецкий был причислен к лику святых как святитель и исповедник. И до сих пор он продолжает помогать тем, кто приходит к нему с молитвой о помощи и исцелении.
Псалом 144. Богослужебные чтения
Поделиться
Почему в псалмах так часто встречается хвала Богу? Неужели таким образом человек пытается как-то воздействовать на Бога или что-то у Него заслужить? Сегодня в храмах читается 144-й псалом, который давайте послушаем и потом вернёмся к озвученному вопросу.
Псалом 144.
Хвала Давида.
1 Буду превозносить Тебя, Боже мой, Царь [мой], и благословлять имя Твое во веки и веки.
2 Всякий день буду благословлять Тебя и восхвалять имя Твое во веки и веки.
3 Велик Господь и достохвален, и величие Его неисследимо.
4 Род роду будет восхвалять дела Твои и возвещать о могуществе Твоем.
5 А я буду размышлять о высокой славе величия Твоего и о дивных делах Твоих.
6 Будут говорить о могуществе страшных дел Твоих, и я буду возвещать о величии Твоем.
7 Будут провозглашать память великой благости Твоей и воспевать правду Твою.
8 Щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостив.
9 Благ Господь ко всем, и щедроты Его на всех делах Его.
10 Да славят Тебя, Господи, все дела Твои, и да благословляют Тебя святые Твои;
11 да проповедуют славу царства Твоего, и да повествуют о могуществе Твоем,
12 чтобы дать знать сынам человеческим о могуществе Твоем и о славном величии царства Твоего.
13 Царство Твое — царство всех веков, и владычество Твое во все роды. [Верен Господь во всех словах Своих и свят во всех делах Своих.]
14 Господь поддерживает всех падающих и восставляет всех низверженных.
15 Очи всех уповают на Тебя, и Ты даешь им пищу их в свое время;
16 открываешь руку Твою и насыщаешь все живущее по благоволению.
17 Праведен Господь во всех путях Своих и благ во всех делах Своих.
18 Близок Господь ко всем призывающим Его, ко всем призывающим Его в истине.
19 Желание боящихся Его Он исполняет, вопль их слышит и спасает их.
20 Хранит Господь всех любящих Его, а всех нечестивых истребит.
21 Уста мои изрекут хвалу Господню, и да благословляет всякая плоть святое имя Его во веки и веки.
144-й псалом наполнен разными видами хвалы, адресованной Богу. Но разве Бог — как Совершенный — нуждается в том, чтобы Его хвалили? Разве потребность в похвале — не есть исключительно наш, человеческий недостаток, связанный с вполне определённой внутренней ущербностью?
Честертон писал, что самый трудный миг для атеиста наступает тогда, когда его переполняет благодарность, но ему некого благодарить. Человек смотрит на закат, на звёздное небо, на лицо любимого человека и чувствует: одного восхищения недостаточно — хочется сказать «спасибо». Но — если Бога нет — кому тогда возносить эту хвалу и благодарность? И радость тогда — застревает комом в горле. Псалом как раз и даёт этой благодарности имя и адрес: «Буду превозносить Тебя, Боже мой». Иными словами, мир перестаёт быть случайным зрелищем и становится даром, а хвала — ответом на дар. Ведь хвала не только отражает нашу радость, но и доводит её до полноты, «завершает» её. Так же, как любое музыкальное произведение без итогового аккорда, так и будет продолжать «висеть в воздухе», оставаться незавершённым — точно так же и любая радость, любое восхищение, любой восторг, если не будут превращены в славословие Творцу, Источнику всяческих благ — также «застрянут в воздухе». Хвала нужна не Богу, а нам, человекам — как исцеление, как способ перенастройки внутренней системы ценностей, как мощный инструмент возвращения Богу единственно подобающего Ему места в бытии — центрального.
Так что, дорогие друзья, сегодняшний псалом помогает нам понять очень важную практическую вещь: хочешь, чтобы радость твоя не оказалась мимолётной — направь её на славословие Бога — и её уже никто не отнимет!..
Псалом 144. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 144. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел
1 Кор., 130 зач. IV, 5-8
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Удивительно, но по мысли апостола Павла то, что мы считаем дурным в других людях, в очах Божиих может оказаться великим, славным и похвальным. Об этом апостол написал в 4-й главе своего Первого послания к Коринфянам. Отрывок из этой главы звучит сегодня во время литургии в православных храмах. Давайте его послушаем.
Глава 4.
5 Посему не судите никак прежде времени, пока не придет Господь, Который и осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения, и тогда каждому будет похвала от Бога.
6 Это, братия, приложил я к себе и Аполлосу ради вас, чтобы вы научились от нас не мудрствовать сверх того, что написано, и не превозносились один перед другим.
7 Ибо кто отличает тебя? Что ты имеешь, чего бы не получил? А если получил, что хвалишься, как будто не получил?
8 Вы уже пресытились, вы уже обогатились, вы стали царствовать без нас. О, если бы вы и в самом деле царствовали, чтобы и нам с вами царствовать!
В начале только что прозвучавшего отрывка апостол Павел повторяет прекрасно известный евангельский призыв — Павел увещевает никого не судить. Но далее апостол добавляет крайне интересные слова, которые при их внимательном рассмотрении способны помочь достичь искомой цели, то есть освободиться от греха осуждения.
Стоит обратить внимание, что Павел к уже известному «не судите» добавил некоторое условие, которое выражено так: «Не судите никак прежде времени, пока не придёт Господь, Который и осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения» (1 Кор. 4:5). Второе Пришествие Христово откроет все тайны, в том числе и тайны наших сердец; тогда известное лишь Богу станет известно всем, станут известны и мотивы наших действий. Здесь, как кажется, кроется самое интересное: сейчас мы и в своих собственных мотивах зачастую не в состоянии разобраться, а после Христова Пришествия станут явными сердечные намерения всех людей, и может оказаться, что наши сокровенные устремления значительно дальше отстоят от Бога и Его заповедей, чем устремления тех, кого мы привыкли осуждать.
А дальше апостол Павел написал нечто совершенно неожиданное: сказав о том, что Господь «осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения», он продолжил свою мысль и вместо, как кажется, естественных слов об осуждении грешников написал о похвале от Бога: «Придёт Господь, Который и осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения, и тогда каждому будет похвала от Бога» (1 Кор. 4:5).
Здесь есть над чем задуматься. Оказывается, то, что мы определяем как грех и что мы склонны осуждать, может оказаться чем-то похвальным в очах Божиих. Как такое возможно? Ответ кроется в нас самих, ведь мы используем себя как некий нравственный камертон. К примеру, нам в силу особенностей организма легко даётся пост, мы способны обходиться малым количеством растительной пищи и не испытывать при этом никаких проблем со здоровьем. Когда мы видим не соблюдающего или соблюдающего недостаточно строго пост человека, то мы оцениваем его действия исходя из своего опыта поста и нам его невоздержание кажется предосудительным. Бог же мыслит иначе. Да, кто-то и в самом деле может быть не способен соблюдать пост, но при этом он делает иные добрые дела, которые от нас сокрыты. Так, человек не постится, но помогает детям-инвалидам или же ходит кормить бездомных. Мы этого не знаем, но знает Бог, и, конечно, Бог, как написал апостол Павел, воздаст такому человеку похвалу в вечности.
Прозвучавшие сегодня слова апостола ещё раз напомнили нам, что мы существа предельно ограниченные, а потому должны всегда помнить, что наши познавательные способности слабы, и не стоит делать выводы о ком бы то ни было; наилучшим применением наших интеллектуальных и духовных сил станет исполнение повелений Божиих, ведь такое применение способно привести нас к похвале от Бога.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 144. На струнах Псалтири
Поделиться
1 Буду превозносить Тебя, Боже мой, Царь (мой), и благословлять имя Твое во веки и веки.
2 Всякий день буду благословлять Тебя и восхвалять имя Твое во веки и веки.
3 Велик Господь и достохвален, и величие Его неисследимо.
4 Род роду будет восхвалять дела Твои и возвещать о могуществе Твоем.
5 А я буду размышлять о высокой славе величия Твоего и о дивных делах Твоих.
6 Будут говорить о могуществе страшных дел Твоих, и я буду возвещать о величии Твоем
7 Будут провозглашать память великой благости Твоей и воспевать правду Твою.
8 Щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостив.
9 Благ Господь ко всем, и щедроты Его на всех делах Его.
10 Да славят Тебя, Господи, все дела Твои, и да благословляют Тебя святые Твои.
11 Да проповедуют славу царства Твоего, и да повествуют о могуществе Твоем,
12 чтобы дать знать сынам человеческим о могуществе Твоем и о славном величии царства Твоего.
13 Царство Твое — царство всех веков, и владычество Твое во все роды. (Верен Господь во всех словах Своих и свят во всех делах Своих.)
14 Господь поддерживает всех падающих, и восставляет всех низверженных.
15 Очи всех уповают на Тебя, и Ты даешь им пищу их в свое время.
16 Открываешь руку Твою, и насыщаешь все живущее по благоволению.
17 Праведен Господь во всех путях Своих и благ во всех делах Своих.
18 Близок Господь ко всем призывающим Его, ко всем призывающим Его в истине.
19 Желание боящихся Его Он исполняет, вопль их слышит и спасает их.
20 Хранит Господь всех любящих Его, а всех нечестивых истребит.
21 Уста мои изрекут хвалу Господню, и да благословляет всякая плоть святое имя Его во веки и веки.
