Поделиться
Симеону Гордому наследовал брат его — Иоанн Красный, прозванный так за великую свою красоту. Его называли также Добрым, так как это был князь «кроткий, тихий и милостивый». Но что служит лучшим украшением иноков, не всегда соответствует правителям. «Время Государей тихих», — говорит Карамзин, — «редко бывает спокойно, и мягкосердечие их имеет вид слабости, благоприятной для внешних врагов».
Когда князья поехали в Орду узнать, кто будет их главой, новгородцы отправили особого посла с большими деньгами на подкуп, чтобы устроить великое княжение не Москве, а суздальскому князю Константину. Однако, хан Чанибек решил дело в пользу московского князя Иоанна.
В то же время и Рязанский князь Олег дерзнул подняться на Иоанна. Он взял принадлежавший Москве город Лопасню и увел его наместника в плен. Иоанн не пошел на него войной, а удовольствовался освобождением упомянутого наместника из неволи. В свою очередь и Ольгерд Литовский тоже не замедлил воспользоваться слабостью Иоанна. Он присоединил к себе Брянск и занял было своим войском Ржев, чем открыл себе путь к Москве и Твери. Но встревоженные тверичи и жители Можайска поспешили вооружиться и сами выгнали из Ржева литовцев.
Отсутствие твердой великокняжеской руки давало себя знать и в самой Руси. В Твери, Муроме и Новгороде во время Иоанна Доброго, шли жестокие усобицы. Даже в самой Москве не было спокойно. Здесь, еще во время Симеона Гордого, важную должность тысяцкого занимал некий боярин Алексей Петрович Хвост. Он затеял крамолу против великого князя, но решительный Симеон быстро ее прекратил, изгнав Алексея Петровича из своих владений и лишив его всех волостей.
Однако, Хвост стал вновь тысяцким после смерти Симеона. Нет сомнения, что большинство остальных московских бояр, были крайне недовольны его возвышением и неоднократно высказывали это великому князю. Но слабовольный Иоанн не обращал на это внимания.
И вот, 3 февраля 1357 года, тело Алексея Петровича было найдено на площади. После этого убийства в городе стал сильный мятеж, причем многие бояре временно выехали даже из Москвы в Рязань.
Среди этих досадных нестроений все более и более возрастало значение и обаяние митрополита Алексия, отличавшегося, помимо святости жизни, также и обширнейшей образованностью.
В 1357 году, хан Чанибек потребовал его к себе для исцеления своей любимой жены Тайдулы, тяжко больной и ослепшей уже три года назад.
Перед отправлением в Орду, святитель отслужил молебен у мощей митрополита Петра. Вдруг на глазах у всех сама собой зажглась свеча при гробе чудотворца. С остатком этой свечи и освященной водой, Алексий отправился в Орду, усердно помолился над Тайдулой, окропил ее святой водой, и она чудесно прозрела. После этого, он с великой честью вернулся в Москву и заложил, в память исцеления Тайдулы, Чудов монастырь. Кроме того, в честь царицы был основан и город Тула.
Вскоре, в том же 1357 году, хан Чанибек был убит сыном своим Бердибеком, который, заодно с отцом, убил и двенадцать своих братьев.
Тревожное время настало тогда и для Русской Земли. Явился грозный посол от нового хана с требованием чрезвычайного сбора дани.
Чтобы отвратить гнев хана, митрополит Алексий вторично отправился в Орду из Москвы молить его за Русь. Он потерпел там большую тесноту, но все-таки успел, при содействии благодарной ему матери Бердибека — Тайдулы, отклонить грозившую беду и был отпущен с честью и миром.
При возвращении в Москву, Алексию была устроена торжественная встреча. Великий князь, бояре и народ встретили его как утешителя небесного. Особенно же трогательно было видеть, как восьмилетний старший сын Иоанна — Димитрий, говорил ему, проливая от волнения слезы: «О, Владыко! Ты даровал нам житие мирное. Чем можем мы изъявить тебе нашу благодарность?»
Вскоре после этого, в 1359 году, умер Иоанн Добрый, имея всего 33 года от роду. После него остались малолетние сыновья — Димитрий и Иоанн и малолетний же племянник — Владимир Андреевич.
Почти одновременно с кончиною Иоанна, был убит и хан Бердибек сыном своим — Кульпою. Это было началом ряда кровавых переворотов в Орде. Причем ханы один за другим вступали на престол через трупы своих предшественников, что сильно пошатнуло могущество Татар.
31 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Kacper G/Unsplash
Дорогие друзья, завершая наши мартовские этюды о младенчестве, обратимся с молитвой к Спасителю мiра:
«О Богомладенче Иисусе, в пречистых и непорочных теле и душе Которого обитает полнота Божества! Ты обнимаешь Своим всевидящим и премилостивым взором всех младенцев под небесами, уже рождённых и только чающих увидеть свет Божий! Сохрани их всемощной Десницей Своей, соблюди от бесовской неприязни и от злобы человеческой; сподоби их дара Духа Твоего Святого в Таинстве крещения в лоне Апостольской Церкви Твоей, да прославляется в них и чрез них Твоя неистощимая благость во веки веков! Аминь».
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Потоп. Ольга Кутанина
Поделиться
Однажды, когда я укладывала годовалого младенца на дневной сон, четырёхлетний сын Коля ворвался в спальню и сообщил: «Мама, на кухне с потолка вода капает!»
Я не сразу поняла, что происходит. Но Коля был так взволнован, что пришлось поспешить на кухню. Там я увидела младшую дочь Нину с тряпкой в руке.
Вода с потолка лилась уже струёй через отверстие для люстры, хотя прошло не более пяти минут. Я только успевала менять ёмкости. И вспоминала, куда же надо звонить в таком случае? Позвонила самому надёжному для меня человеку — мужу. Спросила, как обесточить квартиру, ведь провода проходят как раз по потолку.
Супруг вызвал аварийную службу и сам тоже срочно поехал с работы домой.
Прошло минут десять. Струи ржавой тёплой воды потекли в коридоре, в одной детской, в другой, со всех люстр, по стенам. Дети бегали из комнаты в комнату и сообщали о новых подтёках, а я спешила найти тряпки, полотенца, тазы, выливала воду из наполнившихся ёмкостей. Мысленно благодарила Бога, что вода не горячая, а теплая, ведь струйки пробивали потолок и он уже походил на душ, который брызгал нам на головы, куда бы мы ни прятались. После Коля сказал, что у нас в квартире открылся потолок и пошёл дождь.
На кухне она текла уже с такой силой, что чудом не обвалился подвесной потолок.
Прошло полчаса. Приехала аварийная служба. Оказалось, что на чердаке прорвало трубу отопления. А наш этаж как раз верхний. Трубу перекрыли, но вода не останавливалась. Приехали муж, старший сын, старшая и средняя дочери. Теперь мы трудились все вместе.
Моя душа тогда была похожа на стороннего наблюдателя. Ещё одна комната, кровать, шкаф... Что же останется? Господи, только бы не красный угол! Накрыла полки с иконами, но вода чудесным образом даже не тронула эту часть комнаты. Только бы не пианино! Мы отодвинули инструмент от стены, по которой текли струйки. И не шкаф с книгами! Ведь мы так долго собирали по крупицам нашу библиотеку! Но в комнату с библиотекой и пианино вода не пошла.
А что же в спальне? Младшие дети теперь сидели там в углу большой кровати и печально смотрели как на её середину, на простыню и одеяло, с люстры течёт вода. Я поставила тазик и сюда.
Уже поздно вечером, когда с потолка лишь капало то там, то тут, мы сели ужинать при свечах. Электричество-то отключили. И, как ни странно, после таких событий, нам было особенно тепло и радостно благодарить Бога за трапезу, за то, что все целы и невредимы, что есть сухой стол в одной из комнат, а на нём — еда, что в сохранности остались иконы, пианино и книги...
Мне вспомнилось наставление преподобного Алексия Зосимовского: «Я вам не желаю ни богатства, ни славы, ни успеха, ни даже здоровья, а лишь мира душевного. Это самое главное. Если у вас будет мир, вы будете счастливы...».
Иногда я так сильно привыкаю к тому, что имею, к самой жизни, к её радостям и даже удобствам, что не думаю о том, как легко можно всего этого лишиться. Кажется, что материальный мир вокруг меня надолго, на века. Но в день потопа я увидела, как за пятнадцать минут можно потерять имущество.
И все же, несмотря на пережитое в этот день, а может, и благодаря этому, в моей душе был мир. Будто сам Бог через потоп помог увидеть главное и оттого почувствовать радость.
Автор: Ольга Кутанина
Все выпуски программы Частное мнение
Милостыня
Поделиться
Фото: Maxim Titov / Pedels
Выхожу за пределы церковной ограды после утренней службы, под ногами легонько поскрипывает снег. День будний, на площади, что перед храмом, почти никого. Все людские пути пролегают поодаль. Там и метро, и автобусы. А здесь — тишь и мороз.
На тротуаре недалеко от калитки сидит человек в затёртой, старой одежде. Перед ним, на асфальте, бумажный стаканчик для милостыни. Нащупываю в кармане мелочь и пару некрупных купюр. «Пропьёт?» — как сквозняк проскальзывает в голове мысль.
И тут же чувствую укол совести. Я, не задумываясь, отдаю эти деньги за кофе или бутерброд в кафе. А тут... Как же превозносится моя самость над несчастной жизнью этого человека. Как так вышло, что я уже и вердикт ему вынес. Ведь я ничего о нём не знаю...
«Прости меня, Господи!», — мысленно прошу я и протягиваю деньги бедняге.
— Во Славу Божию! — говорю.
— Спаси тебя, Господь! — отвечает мужчина и крестится.
Всё ещё с понурой от стыда головой иду к машине, припаркованной неподалёку. Краем глаза вижу, что мужчина взял свои скромные пожитки и направляется в сторону трапезной, что на площади перед храмом.
«Прости, Господи!» — снова мысленно повторяю я и чувствую, как что-то горячее разливается в области сердца.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
