В этом (2026) году на Петербургском международном экономическом форуме работала выездная студия Радио ВЕРА. Эта запись была сделана там.
В нашей выездной студии был председатель Комиссии по демографии Общественной палаты Российской Федерации Сергей Рыбальченко.
Разговор шел о том, какие меры поддержки семей с детьми существуют в России, как они влияют на демографическую ситуацию и почему особенное внимание уделяется поддержке многодетных семей.
Ведущая программы: кандидат экономических наук Мария Сушенцова
Мария Сушенцова
— Здравствуйте! У микрофона Мария Сушенцова и это программа «Вера и дело», в рамках которой мы рассуждаем с нашими гостями о христианских смыслах экономики. Мы находимся на Петербургском международном экономическом форуме. И сегодня у нас в гостях Сергей Игоревич Рыбальченко — кандидат экономических наук, председатель Комиссии Общественной палаты Российской Федерации по демографии, защите семьи и детей, традиционных семейных ценностей, а также генеральный директор Института научно-общественной экспертизы. Здравствуйте, Сергей Игоревич!
Сергей Рыбальченко
— Здравствуйте.
Мария Сушенцова
— Спасибо, что пришли к нам. На форуме много секций было посвящено вопросам демографии, которые стоят очень остро, — демографические вызовы перед нашей страной. Связано это с давно уже наметившимся, к сожалению, трендом на снижение рождаемости. И первое, что хотелось бы спросить: каково ваше мнение относительно факторов, которые влияют на рождаемость? Иными словами, в чём причины и каковы рычаги воздействия на повышение коэффициента рождаемости?
Сергей Рыбальченко
— Вопрос непростой, но я для себя его формулирую так: демография — это управление ожиданиями семей. Приведу пример, связанный именно с реализацией ожиданий. В этом году исполняется 20 лет новой демографической политике, которая была инициирована Президентом России Владимиром Путиным. В 2006 году, 10 мая, в ежегодном послании он объявил о внедрении программы материнского капитала и других мер, в том числе родового сертификата, поддержки родителей, воспитывающих дошкольников. Благодаря этим мерам в первые 10 лет родилось дополнительно, по оценкам разных экспертов, примерно 2,5–3 миллиона детей. Рост рождаемости мы наблюдали уже в 2007 году. В 2006 году меры были объявлены, материнский капитал должен был действовать через три года после внедрения, то есть ребёнку должно было исполниться три года. Но семьи откликнулись рождаемостью уже в 2007 году. Это значит, что управление ожиданием является главным фактором демографической политики. Если мы говорим как управленцы, с точки зрения экономики, то на управление в области рождаемости влияют несколько социологических показателей. Первый — желаемое число детей в идеальных условиях (часто его называют идеальным числом детей). По некоторым данным, которые публикует Всероссийский центр изучения общественного мнения, он находится выше трёх детей на женщину, но в любом случае выше уровня воспроизводства. По другим данным он находится чуть ниже, но всё равно достаточно высокий, то есть обеспечивает уровень воспроизводства. Второй показатель — планируемое число детей, если сохранятся такие же условия, которые существуют в настоящее время. Этот показатель уже ниже: примерно 2,2 ребёнка на женщину. Но всё равно он выше уровня воспроизводства населения — 2,1 ребёнка на женщину. А в реальности на сегодняшний день мы имеем суммарный коэффициент рождаемости по 2025 году — 1,37 ребёнка на женщину. На нынешний момент расчёты показывают, что мы находимся на уровне 1,35. Фактически мы вернулись на тот уровень, с которого стартовали в 2006 году, — тогда суммарный коэффициент рождаемости равнялся 1,34. Но это не значит, что мы пришли в исходную точку. Это значит, что у нас были периоды побед и периоды снижения, была волна, которая привела к тому, что были определённые проблемы в нашем управлении. А всё управление должно строиться к тому, чтобы разница между желаемым и планируемым, а также реальным уменьшалась в пользу желаемого, чтобы мы подрастали. Опыт других стран показывает, что как только растёт реальный суммарный коэффициент рождаемости, то и желаемое число детей тоже растёт. То есть удовлетворение ожиданий семей приводит к росту желаемого числа детей. По крайней мере, такая закономерность наблюдалась в странах, которые реализуют пронаталистскую политику.
Мария Сушенцова
— Очень интересно. Спасибо за такое краткое введение в тему демографии. Немного поясню для наших слушателей, чтобы было понятно, мы сейчас оперировали такими умными терминами: простое воспроизводство в демографии означает, что папа и мама рождают двоих детей, то есть воспроизводят самих себя. И когда мы называем цифры суммарного коэффициента рождаемости — одна целая и столько-то сотых детей рождается на одну женщину, — мы подразумеваем, что это число меньше двух, то есть пока пара себя не замещает в этом мире своим потомством. Хорошо, спасибо. Сергей Игоревич, переходя к действиям и управленческим задачам: как вы считаете, на основе опыта предпринятых мер и подсчитанных результатов их эффективности, что сейчас наше государство может предпринять, чтобы всё-таки переломить тренд понижения рождаемости?
Сергей Рыбальченко
— Прежде всего, хочу сказать, что все теории в демографии — например, теория первого и второго демографических переходов — очень часто не оправдывают себя. Даже прогнозирование суммарного коэффициента рождаемости не приводит к ожидаемому результату в ближайшие годы. Процессы сложные, но мы всегда должны опираться на реальный опыт стран или регионов, где удалось повысить рождаемость. В мире существует, из известных мне, только два опыта, когда с низких показателей суммарного коэффициента рождаемости после снижения удалось вернуться на уровень воспроизводства населения, то есть добиться суммарного коэффициента рождаемости выше 2,1 ребёнка на женщину. Это смогла сделать Франция: в 2010 году она вышла на уровень 2,07, и они считают, что вышли на уровень воспроизводства населения. Это смогла сделать Сахалинская область, которая в 2011 году имела суммарный коэффициент рождаемости даже чуть ниже общероссийского — 1,56. Но в 2016 году, благодаря комплексной поддержке многодетных семей, область вышла на уровень 2,16, то есть фактически восстановила норму воспроизводства. Нам повезло, что именно в 2016 году по заказу правительства Сахалинской области мы сделали исследование репродуктивных планов населения, определили действенность тех мер, которые привели к такому результату, а также мер, которые потенциально могли бы привести к ещё лучшему результату. Есть несколько гипотез, подтверждённых этим исследованием. В частности, концентрация мер поддержки на многодетных семьях приводит к росту рождаемости не только третьих и последующих детей, но вторых и первых. То есть меры, направленные на поддержку многодетных семей, оказались самыми востребованными даже у семей без детей, потому что очень многие молодые семьи, не имея пока детей, хотят стать многодетными. И если есть соответствующие условия, они быстрее реализуют свои репродуктивные планы.
Мария Сушенцова
— Это к вопросу о том, как работают меры воздействия на ожидание, да?
Сергей Рыбальченко
— Да, потому что меры поддержки рождения первых детей работают только на первых, меры для вторых — на вторых и первых, а меры для третьих работают на всех — и на вторых, и на первых. Второй момент связан с тем, что концентрация мер поддержки на третьих и последующих детях как раз и приводит к демографическому успеху. Эти меры должны быть универсальными, без оценки нуждаемости — тогда они носят демографический характер.
Мария Сушенцова
— Итак, меры должны быть универсальными и направленными на многодетность. А какие конкретно это меры? Их множество: денежные выплаты, жилищная помощь, ипотечная помощь — вариантов много. Что сработало на опыте Сахалина и, может быть, в целом по России?
Сергей Рыбальченко
— Здесь мы тоже должны идти от ожиданий семей. Вся политика должна снимать барьеры на пути семьи к желаемому большему числу детей. По многолетним опросам Росстата (2009, 2012, 2017 годы), самый большой барьер на первом месте — материальные трудности, на втором — неуверенность в завтрашнем дне (это сложный показатель) и на третьем — жилищные трудности. То есть материальные трудности и жильё.
Мария Сушенцова
— Если говорить о жилищном факторе, есть ли разница в эффективности мер, связанных с раздачей участков (малоэтажное жилищное строительство, индивидуальное жилищное строительство) и с покупкой жилья в городе? Я задаю этот вопрос потому, что вы выступали на секции «Малоэтажная и многодетная Россия», то есть предполагалась увязка между ИЖС, когда семья может развернуться на собственной земле, и многодетностью. У меня, как у городского и многодетного жителя, сразу возник вопрос: а как быть тем, кто из-за работы или по другим причинам вынужден жить в городе? Их эта мера с землёй обходит стороной, но тогда им нужна помощь, допустим, с ипотекой или другими льготами. Как вы считаете, нужно идти по пути горизонтального развёртывания жилищной помощи — пытаться сподвигнуть семьи переезжать из городов в сельскую местность, или лучше предоставить разнообразие жилищной поддержки, чтобы семья сама определилась, где ей жить и растить детей?
Сергей Рыбальченко
— Хотел бы начать ответ с интересного результата, который получился после внедрения инициативы о предоставлении бесплатных земельных участков. Во-первых, эта мера начала реализовываться в регионах. Помимо бесплатных земельных участков, во многих регионах вводился региональный материнский капитал. Фактически выстраивалась целая система семейного капитала, когда федеральный капитал подкреплялся ещё и региональным при рождении третьего и последующих детей, в основном. Суть идеи была в том, что многодетной семье лучше жить на своей земле. И если у государства нет возможности построить дом, то земля в России всегда была и есть. Предоставляя участок, а также дополнительную поддержку в виде федерального и регионального материнского капитала и льготной ипотеки, мы создаём ситуацию, когда семья может жить на своей земле, построить дом. А если рождается ещё один ребёнок, то дом легко расширить — можно пристроить или надстроить этаж. Например, я был в Сахалинской области, смотрел, как в Анивском районе выделены участки. К сожалению, там введён критерий нуждаемости — участки предоставляются только семьям с доходами ниже прожиточного минимума. Это сильно влияет на то, как семьи распоряжаются участками: 90% семей их продают. Но другие семьи с детьми, у которых ещё нет трёх и более детей, с удовольствием эти участки покупают, потому что они знают, что правительство области обязательно газифицирует, электрифицирует эти участки, проведёт централизованное водоснабжение и канализацию, рядом построит детский сад — всё будет с хорошей инфраструктурой. Когда приехали в этот посёлок с главой Анивского района, мы заметили большое количество детей. Я спрашиваю: «В каких домах живут многодетные?» Оказалось, 10% домов всё равно остаются за многодетными, но те семьи, которые приехали и у которых ещё не было трёх и более детей, они поэтапно тоже становились многодетными. И действительно, в городах, где доля малоэтажного строительства выше, суммарный коэффициент рождаемости выше — такая корреляция существует. Но мы должны понимать, что в мегаполисах это невозможно: в Москве, например, практически нет свободных участков. Нужно искать участки рядом с мегаполисами и организовывать там подобные посёлки. Но инструмент бесплатного предоставления земельных участков, на мой взгляд, должен сохраниться, это будет большим стимулом для семей участвовать в жилищном строительстве. Однако его нужно модернизировать: нельзя допускать массовой продажи участков. Нужно помочь семье построить жильё. Если же семья хочет получить другую форму поддержки, например субсидию, — в Ростовской области стоимость компенсации за земельный участок равна размеру материнского капитала на первого ребёнка. Это очень хорошее подспорье для приобретения жилья в городе. А в городе, я считаю, должен развиваться другой инструмент — субсидируемый найм жилья. Это когда семья, нуждающаяся в улучшении жилищных условий, снимает жильё большой площади, а государство компенсирует часть затрат. В Москве такая программа существовала: 10-15 лет назад московское правительство компенсировало 50% стоимости аренды.
Мария Сушенцова
— То есть если у семьи нет возможности купить большую жилплощадь, то государство может компенсировать хотя бы половину арендной платы за жильё, соответствующее численности семьи?
Сергей Рыбальченко
— Да. И моё предложение: распространить эту программу на все многодетные семьи, которые стоят в очереди на улучшение жилищных условий. Так мы сразу снимем вопрос о том, что многодетность — это всегда трудности, что семья не получает поддержку и десятилетиями стоит в очереди на улучшение жилищных условий, а одновременно находясь в этой очереди, необходимо иметь низкие доходы, потому что это одно из условий нахождения в очереди. Такая ловушка жилищной недостаточности и материального неблагополучия сильно затягивает людей, её нужно расшивать. Мне кажется, сейчас мы должны идти по другому пути: если в регионах такие программы будут реализованы — хотя бы для семей с большим числом детей, а потом и для тех, у кого детей меньше, — это станет не только поддержкой многодетности, но и рекламой её благополучия.
Мария Сушенцова
— Замечательно. Спасибо большое. Надеемся, что и в столичном регионе, и в Москве, и в Санкт-Петербурге эти дополнительные меры тоже будут введены.
Сергей Рыбальченко
— В Москве есть очень хорошая поддержка: если семья нуждается в улучшении жилищных условий и хотела бы получить участок вне Москвы, то предоставляется очень приличная субсидия в размере одного миллиона рублей на члена семьи.
Мария Сушенцова
— Мы сейчас много говорили об экономических мерах поддержки рождаемости, и это совершенно логично и правильно. Но всё же, находясь на нашем Светлом радио, нельзя не говорить о ценностях, и особенно о христианских ценностях, как о важнейшем источнике рождения детей и принятия решений о семье, о том, что она будет расширяться, плодиться и размножаться. Как вы считаете, нужно ли и можно ли что-то предпринимать в этой области на уровне нашего общества? Можно ли с помощью нематериальных стимулов обращаться к людям, рассказывая, что многодетность — это не только бесконечные трудности и ловушки бедности, но и радость, и вообще в этом есть большой внутренний смысл?
Сергей Рыбальченко
— В этом, конечно, и есть главный смысл. Большая семья должна быть одним из смыслов жизни человека. Если вернуться к экономическим основам, то исследования показывают, что в религиозных семьях — не только православных, но и мусульманских — желаемое число детей выше и реальное число детей тоже выше. Поэтому поддержка православных общин, поддержка многодетных семей через религиозные общины, я считаю, должна стать одним из ключевых направлений демографической политики. Для нас очень показателен опыт Израиля, где суммарный коэффициент рождаемости уже много лет превышает уровень воспроизводства — выше трёх детей на женщину. И одно из направлений политики там — поддержка больших семей именно через общины. Почему поддержка через общины важна? Потому что мы часто сталкиваемся с негативом в отношении семей, приезжающих из других стран: они рожают в молодом возрасте, рожают много, иногда даже несколько неформальных жён есть у мужчин. Получается, поддерживая многодетную семью без опоры на то, что она длительное время проживает в регионе, коренное население, можно получить перекос. Кстати, в Сахалине было введено ограничение: там поддержка предоставляется семьям, где оба родителя прожили в регионе не менее двадцати лет (сейчас порог снижен до десяти лет). Действуя через общины, я думаю, можно решить многие проблемы. Приведу пример Германии: там есть очень хороший механизм так называмых стройсберкасс — это когда семьи складываются и строится жильё. Основа этого механизма такова: Один священнослужитель, у которого прихожане испытывали жилищные трудности, сказал: «У вас у всех есть какие-то накопления, но ни у кого нет средств на дом. Под мою ответственность вы отдадите мне определённые накопления в размере одной десятой стоимости дома. И по жребию мы построим дом одной семье в этом году, в следующем — следующей семье и так, за десять лет, мы решим проблему всех семей». В результате они обеспечили жильём все семьи за пять лет. В России тоже существуют такие инструменты. Стройсберкассы, к сожалению, у нас не работают из-за высокой инфляции и обесценивания денег, но жилищно-накопительные кооперативы работают и позволяют накапливать жильё по одному квадратному метру. А поддержка через православные общины — одно из важнейших направлений демографической политики. Что такое многодетная семья? Это, во-первых, ценность. В корпорациях принята новая форма управления — управление по ценностям, это более высокая степень погружения в управленческую практику, когда поддерживают тех сотрудников, которые разделяют ценности компании. В демографической политике мы тоже должны перейти от управления по целям к управлению по ценностям. Многодетность — это та традиционная семейная ценность, которая есть у всех народов традиционных религий. Более того, все остальные традиционные семейные ценности утратят смысл через несколько поколений, если не будет поддержана главная ценность — многодетность. Опираясь на такую позицию, мы должны поддерживать те общины и организации, которые помогают многодетным семьям.
Мария Сушенцова
— Спасибо большое, Сергей Игоревич, за этот разговор, за глубокое погружение в тему и в реальный опыт, который работает на этом направлении. Я напомню, что в гостях у нас был Сергей Игоревич Рыбальченко — кандидат экономических наук, председатель Комиссии Общественной палаты Российской Федерации по демографии, защите семьи и детей, традиционных семейных ценностей, а также генеральный директор Института научно-общественной экспертизы. У микрофона была Мария Сушенцова, и это была программа «Вера и дело». Всего доброго, до свидания.
Второе послание к Фессалоникийцам святого апостола Павла

Апостол Павел. Худ.: Джованни Франческо Барбьери
2 Сол., 274 зач. I, 10 - II, 2

Комментирует священник Стефан Домусчи.
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА, священник Стефан Домусчи. Может ли человек быть достоин Бога? Ответ на этот вопрос звучит в отрывке из 1-й и 2-й глав 2-го послания апостола Павла к Фесалоникийцам, который читается сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Глава 1.
10 когда Он приидет прославиться во святых Своих и явиться дивным в день оный во всех веровавших, так как вы поверили нашему свидетельству.
11 Для сего и молимся всегда за вас, чтобы Бог наш соделал вас достойными звания и совершил всякое благоволение благости и дело веры в силе,
12 да прославится имя Господа нашего Иисуса Христа в вас, и вы в Нем, по благодати Бога нашего и Господа Иисуса Христа.
Глава 2.
1 Молим вас, братия, о пришествии Господа нашего Иисуса Христа и нашем собрании к Нему,
2 не спешить колебаться умом и смущаться ни от духа, ни от слова, ни от послания, как бы нами посланного, будто уже наступает день Христов.
Разговоры о достоинстве человеческой личности звучат в нашей речи довольно часто, хотя мы далеко не всегда это замечаем. Задумывается человек о том, что зарплата, которую он получает, не соответствует тому, сколько он трудится, и у него возникает мысль: «я достоин большего». Не нравится кому-нибудь дом, в котором он живёт, и он думает: «я достоин лучшего». И так со всем, вплоть до людей, с которыми мы соприкасаемся. Если мы присмотримся к своей жизни, мы увидим, что в нашем сознании всё время работают весы, с помощью которых мы взвешиваем всё, с чем сталкиваемся, всё, что входит в нашу жизнь. Но кто нам сказал, чего мы на самом деле достойны? Какими критериями мы пользуемся, чтобы это определить? Я понимаю, когда христиане говорят, что человек достоин чего-то высокого: они хотя бы верят, что он сотворён по образу Бога, а значит, стремится соответствовать не просто высокому, но высочайшему статусу. Однако, когда говорят, что человек появился в мире случайно и представляет собой чуть ли не особо адаптированную и мозговитую обезьяну, совершенно непонятно, чего он достоин. Жизни в саванне под деревом? Средневекового замка в горах или домика на 6 сотках? Каковы критерии? Поведение? Усилия? Кто может посчитать, как соотносятся ценности подвига и подвижничества? Кто каким наградам соответствует? В мире случайностей всё относительно.
В отрывке, который мы сегодня услышали, апостол Павел тоже говорит о достоинстве. Как человек верующий, он, конечно, говорит о христианском достоинстве учеников, то есть об их соответствии Христу. Именно Христос, Господь и Богочеловек, оказывается для верующего критерием достойной человеческой жизни. При этом апостол выражается удивительным образом. Он говорит, что Спаситель придёт прославиться во святых и явится дивным во всех уверовавших в Него. И здесь важно обратить внимание, что речь идёт не просто о прославлении святыми и верующими Того, Кто явился перед ними в виде какого-то объекта поклонения. Апостол пишет, что Господь прославится во святых и явится во всех уверовавших. Они в свою меру жили, как Христос, и во втором пришествии Он будет в них, их жизнь будет жизнью вместе с Ним и в Нём. Но разве может любой человек соответствовать Христу и быть достойным Бога? Думаю, ответ очевиден: нет. Сам человек никогда Богу соответствовать не может. Но Павел и не пишет об этом. Он говорит, что молится за фессалоникийцев, как и за всех верующих, конечно, чтобы Бог соделал их достойными, то есть соответствующими их призванию. Не они стали достойны, а Он соделал достойными их и, по выражению апостола, «совершил», то есть, говоря современным языком, «довел до совершенства» их благое и свободное стремление к добру и дело их веры, чтобы в итоге все исполнились славой и благодатью во Христе Иисусе. Что же во всей этой истории имеет отношение к современному верующему? На первый взгляд может показаться, что практически ничего, так далеки мы по своим ощущениям от апостола Павла и фессалоникийской общины. Но на самом деле всё, потому что, несмотря на без малого 2000 лет, которые нас разделяют, мы в той же Церкви, мы причастны тому же Господу Иисусу Христу и также надеемся, что Он соделает нас достойными нашего христианского призвания.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Псалом 56. Богослужебные чтения
Могут ли в жизни беда и хвала идти рука об руку? Кажется, что вроде бы как нет. Однако 56-й псалом Давида, который читается сегодня в храмах за богослужением, именно о том, что в жизни верного Богу человека — такой неожиданный «дуэт» совершенно возможен.
Псалом 56.
1 Начальнику хора. Не погуби. Писание Давида, когда он убежал от Саула в пещеру.
2 Помилуй меня, Боже, помилуй меня, ибо на Тебя уповает душа моя, и в тени́ крыл Твоих я укроюсь, доколе не пройдут беды.
3 Воззову к Богу Всевышнему, Богу, благодетельствующему мне;
4 Он пошлтё с небес и спасёт меня; посрамит ищущего поглотить меня; пошлёт Бог милость Свою и истину Свою.
5 Душа моя среди львов; я лежу среди дышущих пламенем, среди сынов человеческих, у которых зубы — копья и стрелы, и у которых язык — острый меч.
6 Будь превознесён выше небес, Боже, и над всею землею да будет слава Твоя!
7 Приготовили сеть ногам моим; душа моя поникла; выкопали предо мною яму, и сами упали в неё.
8 Готово сердце моё, Боже, готово сердце моё: буду петь и славить.
9 Воспрянь, слава моя, воспрянь, псалтирь и гусли! Я встану рано.
10 Буду славить Тебя, Господи, между народами; буду воспевать Тебя среди племён,
11 ибо до небес велика милость Твоя и до облаков истина Твоя.
12 Будь превознесён выше небес, Боже, и над всею землёю да будет слава Твоя!
Для начала вспомним контекст прозвучавшего псалма. Царь Саул ищет Давида, чтобы его убить. За царём — власть и отборное войско. У Давида тоже есть люди, но их жизнь проходит в бегстве, среди пустынных гор и временных убежищ. Пещера даёт им укрытие. И однажды именно в эту пещеру входит Саул. Теперь жизнь преследователя оказывается в руках преследуемого. Давиду предстоит решить: или убить Саула, и тем самым избавить себя от угрозы собственной жизни — или же великодушно даровать ему жизнь с надеждой, что Саул образумится и перестанет видеть в Давиде исключительно соперника, врага — каковым Давид, конечно же, не был. Давид решается на совершенно безумный с точки зрения житейской логики поступок: он... отрезает часть одежды Саула, чтобы тем самым показать ему, насколько он был близок, и... не трогает его, тем самым упуская уникальный шанс расквитаться с обидчиком.
Почему Давид так поступает? Он абсолютно, целиком доверяет Богу свою жизнь и все её обстоятельства — и учится, как бы сегодня сказали, «несимметричным ответам». Вместо мести — прощение, вместо обиды — великодушие. Оставляя в живых Саула, Давид тем самым его отдаёт на суд Божий — не дерзая самому становиться судьёй.
Что в итоге получает Давид? Это очень точно отражено в словах псалма: «готово сердце моё, Боже, готово сердце моё!» Что это означает? Великодушный поступок изымает Давида из привычной житейской повседневности; он словно бы «приподнимает» его от земли, от склок и наветов, от погони и преследования — словно бы он теперь смотрит на всё это с высоты, и перестаёт быть внутри человеческого мельтешения. Так же, как совершенно меняется восприятие окружающего мира, когда мы поднимаемся ввысь на самолёте, и мы понимаем, что нас там, на земле, теперь уже нет — мы в полёте, и можем спокойно наблюдать за происходящим внизу, словно за какой-то детской игрой, — так и Давид, уподобляясь Богу в милости, обретает возможность с распахнутым верой навстречу Господу сердцем быть внутренне свободным от обиды, злобы, гнева — всего того, чем одержим его противник.
Вот так и получается, что беда и хвала Богу в истории Давида оказались не просто переплетены воедино — но и действительно «шествуют неразлучной парой»! Так что, когда и в нашей жизни начинают сгущаться тучи, — самое время снова и снова читать 56-й псалом Давида и учиться у него, как саму безнадёжность можно переплавить верой в очень мощный и позитивный актив!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Николай Бердяев «Я и мир объектов»
В этом выпуске программы «Истоки» Константин Мацан и Максим Печенкин размышляли над смыслами философско-богословского труда выдающегося русского философа Николая Александровича Бердяева «Я и мир объектов. Опыт философии одиночества и общения», в котором автор рассматривает взаимодействие как бы двух миров: мира субъектов, связанного со свободой, духом и личностью, и мира объектов, т.е. мира вещей.
Ведущие: Константин Мацан, Максим Печенкин
Все выпуски программы Истоки
- Николай Бердяев «Я и мир объектов»
- «"Слово о законе и благодати" святителя Илариона Киевского»
- «Иван Ильин. „Аксиомы религиозного опыта“»
При грантовой поддержке международного грантового конкурса «Православная инициатива – 2026»











