Евангелие от Марка, Глава 15, стихи 22,25,33-41
Поделиться
Читает и комментирует протоиерей Павел ВеликановЗдравствуйте, с вами протоиерей Павел Великанов.
И сегодня в храмах звучит отрывок из 15-й главы Евангелия от Марка, где описываются последние часы земной жизни Христа Спасителя.
У Евангелиста Марка Распятие Христа описано так, как будто весь мир сжимается до нескольких вещей: дерева, гвоздей, ткани, таблички с надписью, тьмы, крика — и затем разрыва завесы. Почти нет «пояснений», зато много знаков. И каждый знак — двойственен: враги смеются — но произносят правду; судят Его — но на деле судятся сами; считают Его бессильным — а именно здесь открывается такая неимоверная сила Божия, перед которой отступают и ад, и сама смерть.
Давайте внимательнее всмотримся в эти парадоксальные детали — так тщательно прорисованные евангелистом.
Первый парадокс — сама Голгофа. Место, где происходила не просто казнь, а публичный позор, предельное унижение человеческого достоинства. Ведь приговорённых не только подвергали жесточайшей муке медленного умирания на глазах у толпы, но и раздевали догола — тем самым превращая человека в обесчещенное, лишённое хотя бы какой-то «прикрытости» жалкое существо. Такой бесчеловечной казнью власть говорила подданным: если вы посмеете идти против меня — вы будете растоптаны!
И тут вдруг на этом месте — вершине человеческого стыда — где человек публично «обнуляется» — открывается, Кто Он, этот безвинный Страдалец — в смерти Которого с трепетом замирает всё мироздание? Место позора становится местом триумфа.
То, что палачи делят оставшиеся от смертников вещи, было нормой: ведь там, на крестах, уже не люди — а обезличенные, обесчещенные преступники. Им одежды уже не понадобятся. С одной стороны, это выглядит как жест «права победителя» — но в действительности оказывается точным исполнением пророчества: «и распявшие ... делили одежды Его, бросая жребий!»
Ко Кресту Пилат повелел приколотить табличку, на которой должна была быть написана вина, за которую и несёт наказание преступник. То, что было над Иисусом — задуманное как издёвка над еврейским народом, но фактически — чёткая декларация, не допускающая перетолкований, того, Кем на самом деле и являлся Иисус.
В самый разгар дня — примерно от полудня до трёх пополудни — землю окутывает тьма. Только что были насмешки, издёвки, звучавшие в адрес Распятого, спектакль шёл полным ходом — и вдруг, в один миг, представление заканчивается и вместо хохота и гогота — на лицах ужас, испуг, предвкушение чего-то непоправимого и жуткого. Словно бы Сам Творец одним движением «выключает свет» во всём театре — настолько Ему невыносимо видеть происходящее!
И вот, звучит последний крик умирающего Иисуса — Которого убивали — но Он Сам «испустил дух». Разрывается завеса в Иерусалимском храме, трещат и распадаются камни — словно в глубине земли произошёл тектонический сдвиг —и отныне вся история человечества пойдёт в новом, никогда ранее неведомом, направлении.
Всё сегодняшнее чтение Евангелия — о том, до какого предела самоумаления готов опуститься Бог, чтобы дать каждому человеку надежду спасения!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов