«Союз русских женщин». Каролина Коваль

Гостьей рубрики «Вера и дело» была историк, международник, педагог, председатель Союза русских женщин Каролина Коваль.

Мы говорили о том, как возникшее в 1907 году объединение женщин всех сословий и состояний возрождается сегодня и как это помогает сохранению русских традиций и культуры.

Наша гостья рассказала о том, как учеба и стажировка за рубежом помогли ей понять важность сохранения русских традиций, как она изучала историю «Союза русских женщин» и почему решила возродить его деятельность, кто и как может принять в этом участие.

Кроме того, разговор шел о рукоделии, кустарных производствах и других сферах, в которых как раньше, так и сегодня женщина может найти для себя интересную и творческую реализацию, о различных мероприятиях, которые организует Союз русских женщин, в частности в Музее императора Николая II в Москве в Токмаковом переулке.

Ведущая программы: кандидат экономических наук Мария Сушенцова

---

Н. Лангаммер

— Добрый вечер, дорогие радиослушатели. В эфире «Светлый вечер» и наша рубрика «Вера и дело», в которой мы говорим о христианских аспектах экономики. У микрофона Наталья Лангаммер. У нас в гостях Каролина Коваль — историк-международник, педагог, председатель Союза русских женщин. Добрый вечер, Каролина.

К. Коваль

— Добрый вечер.

Н. Лангаммер

— У нас такой инфоповод сегодня: мы хотим рассказать о ярмарке «Кустарь», которая откроется в музее Николая II, вернее, будет проходить 6-7 декабря. И я так понимаю, что она будет приурочена к празднику святой Екатерины, правильно?

К. Коваль

— Да, совершенно верно. Мы решили приурочить эту ярмарку к празднику святой Екатерины, 7 декабря.

Н. Лангаммер

— Ну, давайте со слова «кустарь» пойдём, потому что оно раскрывает многое и про вашу деятельность, и про Союз русских женщин. Расскажите про это слово, чтобы мы как-то от него оттолкнулись.

К. Коваль

— Слово «кустарь» обозначает человека, который занимается ремеслом собственноручно, в России это слово стало набирать популярность в XVIII веке. Вообще, этимологии этого слова нет однозначной. Я, наверное, имею своё какое-то представление о нём. Дело в том, что у Союза русских женщин до революции был свой журнал, который назывался «Кустарь». Он рассказывал про русских мастеров из разных губерний, что мастера делали, какое кустарное дело было более известное в той или иной губернии. И сейчас, когда мы стали возрождать Союз русских женщин, мне пришла в голову идея создать эту ярмарку и назвать её также — «Кустарь». У меня почему-то «кустарь» ассоциируется в первую очередь со словом «куст». Куст, который произрастает и даёт свои плоды. И также мне кажется, что каждый ремесленник сажает семя, которое прорастает, даёт свои плоды, и мы потом радуемся этим плодам в виде изделий, в которые кустарь вложил в свои мысли, свою любовь к Родине. Сейчас мы возобновляли логотип кустаря и сделали его в виде куста калины.

Н. Лангаммер

— Вот уже и куст появился, визуализировался.

К. Коваль

— Да, потому что куст калины — это такой символ России, который ассоциируется у нас с известной песней «Калинка», которую знают во всём мире. И ягода такого насыщенного красного цвета от слова «красивый», «красный» — мне кажется, очень символично.

Н. Лангаммер

— А как связано кустарное производство с Союзом русских женщин? Давайте предысторию расскажем, что вы возродили фактически.

К. Коваль

— Я сначала в нескольких словах расскажу, как Союз создавался. Союз русских женщин появился до революции, в ноябре 1907 года, создали его женщины, которые относились к Русскому собранию. И первоначальная цель союза была — поддержание и поднятие красоты национального духа, всех исконных творческих начал и бытовых особенностей русского народа, повсюду, где русская женщина могла иметь облагораживающую роль. Целью Союза было поддержание именно кустарного дела, потому что в начале XX века всё больше люди стали отходить от кустарного дела, то есть от мелкого производства, и переходить к крупному производству, промышленности, и вообще была мода на всё привезённое из-за границы. В принципе, это у нас повторяется вновь и вновь. И для того, чтобы отойти от этого и всё-таки поддерживать русское производство, женщины, которые состояли в Союзе, стали объезжать русские губернии, сёла, деревни, искать русские промыслы, женщин, которые ими занимались, и потихонечку как раз-таки организовывать в дальнейшем ярмарки, на которых можно было бы это всё продавать.

Н. Лангаммер

— Например, что?

К. Коваль

— Например, это деревянные изделия, особенно популярное деревянное зодчество. И стоит отметить, что в начале XX века деревянное зодчество набирало большую популярность.

Н. Лангаммер

— Это изделия женские или самые разные?

К. Коваль

— Они разнообразные, но особенно — изделия домашнего обихода.

Н. Лангаммер

— Ложки, тарелки какие-то, чаши?

К. Коваль

— Совершенно верно, и ещё были интересные предметы. В начале XX века был такой кружок творческих людей, который организовал Савва Мамонтов, известный наш меценат, — Абрамцевский кружок в усадьбе Абрамцево, в который входили известные талантливые наши люди, художники (например, Васнецов) и женщины-художницы, к сожалению, имена их не так на слуху сейчас, как мужские имена, это Мария Якунчикова, Елена Поленова. Они занимались в Абрамцевском кружке, где писали картины и изготавливали вещи для обихода из дерева. Известная такая вещица — это маленькая аптечка с росписью, деревянная.

Н. Лангаммер

— Это шкатулка такая, получается?

К. Коваль

— Нет, это такой маленький шкафчик, который вешали на стену. Кстати, у меня есть небольшая мечта приобрести такую, восстановить и повесить.

Н. Лангаммер

— А кто-то делает сейчас?

К. Коваль

— Сейчас нет, но продаются старинные, можно их восстановить и повесить дома. Мне кажется, это очень здорово, особенно для тех, кто поддерживает русский стиль.

Н. Лангаммер

— Да. И что еще тогда там делали, в Абрамцевском кружке?

К. Коваль

— Шкатулки различные, писали картины, различные произведения играли наши музыканты, то есть люди собирались вместе и занимались творчеством. Сейчас есть модное слово «коворкинг», вот это на самом деле не сейчас изобрели, а было уже в Российской империи в начале XX века. Кстати, в Cоюзе русских женщин мы тоже продолжаем так вместе работать: у нас собираются наши мастерицы, и вот даже сейчас готовятся к ярмарке «Кустарь», кто-то пишет картины, кто-то бисером выкладывает изделия, кто-то вышивает.

Н. Лангаммер

— Вот я как раз хотела спросить, что там можно будет приобрести, еще какие-то новогодние сувениры будут, да?

К. Коваль

— Да, безусловно.

Н. Лангаммер

— Еще музыка, понятно, будет, а мастер-классы будут? Очень хочется.

К. Коваль

— Будут-будут, наши мероприятия, ярмарки всегда сопровождаются мастер-классами, они абсолютно бесплатны, каждый может присоединиться. Гостей ждет мастер-класс по вышиванию гладью, дальше будет изготовление новогодней игрушки из дерева, также будет игрушка из бумаги у нас и роспись новогодних шаров.

Н. Лангаммер

— Ой, как интересно! Это жостовская тема, когда вы возите в Жостово людей?

К. Коваль

— Жостово — это отдельно, у нас были экскурсии в Жостово, мы там расписывали подносы, а после всегда наши мероприятия сопровождаются застольем или чаепитием, люди знакомятся, общаются, и потом уже встречаются как одна большая семья. Когда к нам приходят на мероприятия, часто я слышу от разных людей одни и те же слова: «У вас так по-семейному, у вас так тепло», несмотря на то что людей приходит достаточно много.

Н. Лангаммер

— Сколько, примерно?

К. Коваль

— В прошлый раз где-то 340-350 человек мы зафиксировали.

Н. Лангаммер

— Ничего себе! За два дня прошло столько людей?

К. Коваль

— Это за один день.

Н. Лангаммер

— И все как-то умещаются на мастер-классах, на чаепитиях, как это все получается?

К. Коваль

— А кто-то идет на экскурсию по музею императора Николая II — чудесная экскурсия, советую присоединиться, и кто-то идет на мастер-класс, кто-то чай пьет, кто-то по ярмарке гуляет, то есть мы распределяем время правильно заранее, у нас есть расписание, скоро мы его выложим у нас в телеграм-канале и в телеграм-канале музея императора Николая II.

Н. Лангаммер

— И не случайно ведь вы именно в музее Николая II все это проводите?

К. Коваль

— Да, мне кажется, что это сам Господь Бог привел, потому что в Союзе русских женщин попечительницей была сама Александра Федоровна до революции, и вот когда мы стали потихонечку возрождать организацию, как-то дорога привела меня в музей императора Николая II. Мне кажется, очень символично. И сейчас практически все свои основные мероприятия мы проводим там.

Н. Лангаммер

— У вас женщины только в этом Союзе?

К. Коваль

— И мужчины тоже нас поддерживают.

Н. Лангаммер

— Это было как до революции, так и сейчас?

К. Коваль

— Да, действительно. Даже можно найти в уставе дореволюционном и в отчетах, в документах мужские фамилии, имена, очень много. И сейчас нас тоже поддерживают мужчины, очень часто можно увидеть их на наших мероприятиях.

Н. Лангаммер

— Сколько человек в Союзе?

К. Коваль

— Сложно сказать. Одно количество ходит на мероприятия, а если говорить про состав именно постоянных членов Союза, то до пятнадцати — тех, которые участвуют в организационных моментах.

Н. Лангаммер

— Это люди, чем занимающиеся в жизни?

К. Коваль

— Абсолютно разные люди. Это творческие люди, художницы, мастерицы, много педагогов у нас, врачи, женщины-предпринимательницы.

Н. Лангаммер

— А что же вы еще производите? Я слышала про одежду, что Союз русских женщин и в эту сторону пошел, что это за направление?

К. Коваль

— Мы шьем одежду с русскими смыслами. Каждая одежда имеет символ нашей Родины. Вы можете увидеть различные надписи, которые откликаются русскому человеку, изображения наших русских князей, цитаты (например, Суворова).

Н. Лангаммер

— Это какие-то футболки?

К. Коваль

— Да, это футболки, толстовки, как мужские, так и женские, платья женские.

Н. Лангаммер

— В русском стиле?

К. Коваль

— С элементами, то есть это современное платье с элементом русской культуры — с русскими узорами, например, с вышивкой. Это кокошники.

Н. Лангаммер

— Вот я вижу, на вас очень красивая роспись такая, это что?

К. Коваль

— Это гжель.

Н. Лангаммер

— Очень красиво.

К. Коваль

— Спасибо.

Н. Лангаммер

— А из чего кокошник?

К. Коваль

— Это кожа натуральная.

Н. Лангаммер

— И где-то можно будет на ярмарке тоже посмотреть такие вещи?

К. Коваль

— Да, можно посмотреть. Там будут представлены все вещи, какие мы делаем. У нас единичное ручное производство, скажем так, но можно на заказ всё это сделать.

Н. Лангаммер

— А косоворотки не шьёте?

К. Коваль

— Косоворотки мы шили для ведущего телеканала «Спас» Андрея Афанасьева, можете на нем увидеть наши косоворотки с вышивкой. Вышивка с узором «орепей» на воротнике и на рукавах, очень празднично смотрится, особенно если надеть к празднику Пасхи или к Рождеству.

Н. Лангаммер

— Вот такое хотелось бы, наверное, приобретать и носить, и на платье тоже.

К. Коваль

— Да, это здорово. А идея возрождать русский стиль принадлежит Марии Николаевне Дитрих, которая была председательницей Союза русских женщин до революции. Она выпустила статью в 1916 году в газете «Новое время», в которой призывала людям вернуть национальный дух в одежде, сетовала на то, что мы подражаем западной традиции, западному стилю, но теряем всё своё, родное, русское и говорила: давайте шить в русском стиле, давайте возрождать стиль допетровской эпохи. И для этого она создала конкурс для швей и модельеров, который предполагал найти более удобную современную одежду в русском стиле, и чтобы эта одежда была доступна широкому кругу. Кстати, мы тоже это сейчас делаем, чтобы цены были доступны, акцент больше на этом, а не на коммерческом пункте. И был создан такой конкурс, в котором судьями были, например, Бенуа, Билибин, известные наши деятели культуры. А женщины, которые состояли в Союзе русских женщин, выдвинули премию для победителей этого конкурса, премия была за счёт своих собственных средств. И провели такой конкурс, в котором выбрали победителей. Среди этих рисунков, моделей, нарядов присутствовали такие виды одежды, как домашняя одежда даже в русском стиле, верхняя одежда, зимний костюм, летний наряд, то есть разнообразие было.

Н. Лангаммер

— Так интересно: сейчас ведь можно брать эти модели и возрождать. Они же есть, можно их увидеть, да?

К. Коваль

— Да, мы это всё собрали и потихоньку что-то внедряем, какие-то элементы, какие-то узоры мы берём.

Н. Лангаммер

— Ну и насколько это пользуется популярностью? Есть потребительный такой товар?

К. Коваль

— К сожалению, у нас нет большой рекламы, такого охвата, нет такого попечителя, как у Союза русских женщин был до революции. Пока рассчитано на наш круг, на Союз русских женщин, а там, как даст Бог, будем расширяться.

Н. Лангаммер

— И насчёт материалов: я знаю, что Союз русских женщин до революции пытался ориентироваться на собственное производство полностью, а сейчас как?

К. Коваль

— Сейчас это всё непросто. Не так развито у нас производство тканей в России, сложно найти. Если это лён, то проще, конечно. Лён, конопля сейчас очень пользуется спросом в шитье. Но если мы говорим про те ткани, которые нужны для толстовок и футболок, то их невозможно практически найти.

Н. Лангаммер

— Трикотаж приходится покупать?

К. Коваль

— Да. Я надеюсь, что меня услышат и, может быть, кто-то займётся этим делом в нашей стране.

Н. Лангаммер

— Ну да, вы же можете привлекать людей-энтузиастов и в этой сфере, и как-то их объединять.

К. Коваль

— Да, безусловно. Мы вообще открыты к любым предложениям и готовы поддерживать других мастеров производства.

Н. Лангаммер

— А если это производство из каких-то тоже иностранных комплектующих? Или только должно быть чисто русское, из нашего?

К. Коваль

— Хотелось бы, конечно, чтобы мы поддерживали наше производство и наших предпринимателей. Собственно, это мы и пытаемся сейчас делать. Мы сотрудничаем с женщинами-предпринимательницами, которые живут, скажем, в русской глубинке, специально, чтобы поддерживать это производство. То есть то, что мы делаем, это такой небольшой, но вклад в дело наших мастеров отечественных. Но с тканями, с деталями пока, конечно, сложнее.

Н. Лангаммер

— Каролина, а как эта идея родилась у вас? Я посмотрела вашу биографию, вы учились вообще в Китае, вы международник, и вдруг — Союз русских женщин. Как вообще к этому вы подошли?

К. Коваль

— Мне кажется, Господь Бог привёл меня ниточками моей жизни к этому, потому что путь, на самом деле, не такой лёгкий, как кажется, а тернистый. Да, я историк-международник, окончила Московский университет и занималась энергетической политикой и отношениями стран ЕС и России, когда это ещё было актуально, ездила на стажировку во Францию и сама переводила первые в России эти энергетические пакеты, мне было очень интересно. Потом поступила в аспирантуру, потому что я сразу представляла свою жизнь, связанную так или иначе с наукой.

Н. Лангаммер

— Вы были верующим человеком на тот момент?

К. Коваль

— С самого раннего детства, потому что у меня семья верующая, и я не помню себя без храма, без церкви, без веры. Это с детства шло, родители привили, слава богу.

Н. Лангаммер

— И дальше наука какая должна была быть?

К. Коваль

— Сначала я шла, соответственно, с тем посылом, что буду продолжать свою тему — энергетическая политика Евросоюза, но так получилось, что у меня поменялся научный руководитель и женщина уже была в преклонном возрасте, 85 лет, она сказала: «Мне неинтересно. А что мы будем дальше делать?» И почему-то я подумала о женщинах до революции. Но она мне дала тему о женском вопросе, начало XX века. Я начала изучать и столкнулась с феминистическими идеями левого толка, которые не были мне близки. Тем не менее, мне нужно было это всё изучать, поднимать документы, архивы, и однажды я поехала в архив в Санкт-Петербург и наткнулась на устав Союза русских женщин. А я как раз искала, думала: ну всё-таки есть консервативная патриотическая женская русская организация, и её нашла. И когда я прочитала устав, это настолько мне откликнулось, настолько было близко моему сердцу, что я подумала: нужно возрождать этот Союз. Но одной, конечно, сложной и вообще, молодой девушке как всё это начинать? Сложно представить. Тем более, я и работала, и училась в аспирантуре. И по истечении времени меня пригласили в Китай, потому что я работала в международном сотрудничестве с 27 странами, развивала отношения в сфере образования.

Н. Лангаммер

— Ничего себе! Это тоже в рамках научной работы аспирантской?

К. Коваль

— Нет, это я работала в управлении международного сотрудничества в сфере образования и развивала отношения в науке, в образовании — саммиты БРИКС, саммиты Россия-Китай, Россия-Япония в сфере образования. Мне очень нравилась моя работа. И меня пригласили на стажировку в Китай сроком на год. Я согласилась, но очень боялась, потому что совершенно другая цивилизация, другой менталитет, национальный код, и что мне с этим делать? Но в Китае мне очень понравилось, потому что везде нас, русских, принимали с большим уважением, а для меня это было очень важно. Настолько тепло, настолько гостеприимно, что это не могло, естественно, не понравиться. И я чувствовала, что я тоже, как народный дипломат, представляю свою страну.

Н. Лангаммер

— Ну, конечно, да, они считывают по человеку.

К. Коваль

— Да, и что я могу поделиться чем-то, какими-то культурными моментами. И действительно, это так пошло, скажем, и там я начала возглавлять женскую международную организацию, в которой работала, пока жила в Китае, но потом случился ковид, и уже здесь я осталась, в России.

Н. Лангаммер

— То есть вы вернулись тогда?

К. Коваль

— Я случайно, на самом деле, оказалась в России: в этот период времени я приехала на Рождество к семье с маленьким чемоданчиком.

Н. Лангаммер

— Ну так, заехать, а потом вернуться обратно.

К. Коваль

— Конечно, потому что там были проекты, как раз у нас должен был быть проект про русскую миграцию в Шанхае, про жизнь Вертинского, про то, как русские эмигранты создавали консерваторию шанхайскую, и было много планов, много интересных проектов, над которыми я работала. И тут объявляют, что ковид в Ухани. Я думала, что скоро это пройдет, но, к сожалению, это затянулось надолго.

Н. Лангаммер

— И мы снова в студии Светлого радио, в эфире программа «Светлый вечер» и рубрика «Вера и дело», в которой мы говорим о христианских аспектах экономики. В гостях у нас Каролина Коваль — историк-международник, педагог, председатель Союза русских женщин. Меня зовут Наталья Лангаммер. Поводом для сегодняшнего разговора стало открытие ярмарки «Кустарь» в Музее Николая II, которая будет проходить 6-7 декабря, там можно купить разные вещи, которые созданы в русском духе и в русской традиции. И я продолжаю раскапывать тему русского искусства, русских каких-то традиций вместе с Каролиной. Вы вернулись в Россию из Китая, сколько вы там провели времени?

К. Коваль

— В Китае я провела почти три года.

Н. Лангаммер

— А поехали на год?

К. Коваль

— Да. Потом я ещё выиграла грант и получила второе высшее образование, магистратуру окончила. После получилось так, что я вернулась на родину, и здесь уже пришла мысль возвращаться к теме Союза русских женщин, потому что там у меня была международная женская организация, а здесь надо возрождать нашу, отечественную женскую русскую организацию. И потихонечку мы начали это делать с моими соратницами.

Н. Лангаммер

— То есть вы нашли каких-то знакомых, это были сокурсницы, кто еще?

К. Коваль

— Да, это мои давние подруги, которые были со мной со времён Московского университета, и они поддержали эту идею, мы стали потихонечку вместе возрождать. Возрождение у нас началось на Сретение.

Н. Лангаммер

— И как вот это возрождать? Вы поднимали документы, изучали их, находили красивые эскизы каких-то изделий или фотографии того, что уже было сделано? С чего начинать? Вот так я представляю себя на вашем месте: куда идти-то? Что делать первым делом?

К. Коваль

— В первую очередь, конечно, я поднимала документы, устав, на что нам опираться, отчёты Союза русских женщин. Дальше я пошла глубже, и уже, как историк, стала искать информацию о председательнице Союза русских женщин Марии Николаевне Дитрих. К сожалению, мало документов есть о ней, мало информации, скажем так, доступной есть о ней. Но, тем не менее, я стала потихонечку находить документы о её семье: отце, братьях, муже. И даже не знаю, как сейчас выразить то, что произошло, но я даже нашла её потомков, которые сейчас проживают в Петербурге (часть в Петербурге, а часть во Франции) и мне удалось пообщаться с ними. Через них я нашла фотографии её, её мужа, её семьи, даже фотографии мероприятий Союза русских женщин.

Н. Лангаммер

— Вот так вот. А они не захотели поддержать Союз?

К. Коваль

— Они занимаются другой сферой общественной жизни, но иногда спрашивают, какие мероприятия мы проводим, им интересно. Но они очень благодарны за то, что, скажем, воскрешается нами имя этой женщины. Вообще, хочу отметить, как историк, что у нас много забытых женских имён сейчас. Вот я упоминала художниц, я писала о них научную статью, а другие имена не на слуху. На слуху у нас Александра Коллонтай, Инесса Арманд, такие женщины. А вот женщины, которые жили верой, которые не боролись за свои права, но выражали любовь к своему Отечеству через мягкую силу, через педагогику, через воспитание, через любовь к русскому искусству, их имена, к сожалению, у нас не на слуху, и мне кажется, что мы должны их воскрешать.

Н. Лангаммер

— Вот какие имена хотелось бы вам озвучить? Если мы говорим о русских художницах, как раз таки Мария Якунчикова — потрясающая женщина, к сожалению, умерла достаточно в молодом возрасте, но она успела так много сделать, написать великолепные картины, делать вещи по дереву в Абрамцевском кружке. И есть воспоминания её, которые мне очень понравились.. Какое-то время она с мужем и с маленьким ребёнком жила в Париже и готовилась как раз к всемирной выставке, которая была в Париже, и думала: ну что мне такого представить на этой выставке интересного? И когда она качала своего малыша в кроватке, то поняла, что ей бы хотелось на этой кроватке сделать русские узоры, так она скучает по нашей русской природе, по русским полям, русским лесам, и вот она изобразила на колыбельке эти узоры и представила свою работу на ярмарке в Париже.

Н. Лангаммер

— Какая была реакция?

К. Коваль

— Про реакцию неизвестно в мемуарах, но я думаю, что всё равно людей это восхитило, потому что всегда очень чувствуется, когда человек с трепетом, с душой что-то делает, всегда хочется приобрести и себе, а не просто какие-то коммерческие цели и выгоды.

Н. Лангаммер

— Кто ещё из женщин на память приходит, о ком хотелось бы рассказать?

К. Коваль

— Елена Поленова, Ксения Левашова-Стюнкель — очень интересная женщина с интересной судьбой. Вот как раз у нас многие говорят сейчас: как совмещать женщине карьеру, её какое-то личное дело и семью, возможно ли это или нет? Вот, кстати, у Ксении Левашовой-Стюнкель в её воспоминаниях можно найти, что ей это очень легко удавалось, потому что её супруг и родители ей помогали, они оставались с её детьми, а Ксения писала картины, то есть они её поддерживали. Изучая мемуары деятельниц культуры и искусства того времени, можно часто найти сведения о том, что семья поддерживала женщину.

Н. Лангаммер

— Ну, то есть не было никакой такой проблемы, что зажимались права, которые надо было отстаивать, всё было гармонично?

К. Коваль

— В большинстве случаев — да. Бывали, конечно, случаи, когда в семье не понимали, зачем женщине это. Допустим, у Марии Тенишевой была такая ситуация: её родители не понимали, зачем она хочет заниматься искусством, первый супруг её не понимал, а потом второй раз она вышла замуж, и её супруг как раз поддерживал и спонсировал даже её начинание, хотя он не был близок к искусству, но её поддерживал. Всё зависело от конкретной ситуации, от семьи, вот так обобщать, конечно, нельзя. Но по сведениям из источников понятно, что чаще всего женщин всё-таки поддерживала их семья и супруги. Была также художница Анна Остроумова-Лебедева, которую тоже муж поддерживал, хотя он был человеком из естественных наук, но её вдохновлял, направлял, чтобы она шла вперёд.

Н. Лангаммер

— Мы действительно не знаем произведения этих художниц, они и правда не на слуху, как с ними можно познакомиться? Может быть, вы какие-то выставки организовываете или где-то публикуете информацию о них?

К. Коваль

— У нас в доступе, к сожалению, таких картин нет, хотя я очень люблю ещё искусство художницы Елизаветы Бём, её знаменитые открытки с изображениями детей.

Н. Лангаммер

— Вот сейчас это тоже очень популярная тема.

К. Коваль

— Да. И её акварели я нашла в Петербурге у коллекционеров, тоже по любви, скажем так, всё это мне открывается, а так вот доступных картин, конечно, у Союза русских женщин, надеюсь, что пока нет, но бывают выставки замечательные в Музее русского импрессионизма, иногда там бывают представлены работы наших художниц, их можно найти.

Н. Лангаммер

— Художниц, которые были в дореволюционном Союзе?

К. Коваль

— Да, в дореволюционное время, но это не так часто. Конечно, на слуху у нас больше мужские имена.

Н. Лангаммер

— Вот как интересно, что у вас мужчины входят в Союз — как входили тогда, до революции, так и сейчас. Это супруги тех самых женщин, которые в Союзе, или это просто мужчины, которые сочувствуют этой теме, или кто эти люди?

К. Коваль

— И супруги, которые сочувствуют, видят, чем мы занимаемся, им очень нравится, они поддерживают. Например, недавно был случай: мы участвовали в мероприятии «Русское — это красиво» в Московском доме национальностей, и один из мужчин увидел, как мы вышиваем, его это очень привлекло, он захотел как-то к нам присоединиться, и говорит: «Давайте, вы будете вышивать, а я буду петь казачьи песни». И буквально недавно, дней десять назад, у нас был мастер-класс по вышиванию гладью в музее императора Николая II, и этот мужчина, Валерий его зовут, пришёл и пел казачьи песни, а женщины наши вышивали.

Н. Лангаммер

— Интересно, как влияло это на вышивание, менялись узоры как-то или что? На настроение влияло?

К. Коваль

— Ну конечно! Когда песня звучит, тем более мужчина поёт, это очень здорово. Ещё и казачьи песни, которые очень близки моему сердцу, потому что я выросла на Кубани, и у меня дух сразу захватывает от казачьих песен.

Н. Лангаммер

— Как часто у вас проходят такие мероприятия?

К. Коваль

— Мы стараемся проводить два-три раза в месяц вышивальный кружок, «вышивальный девичник», мы его так называем. Мы проводим концерты классической музыки, у нас потрясающие музыканты-пианисты из Гнесинки выступают, делают благотворительные концерты. Я отмечу, что у нас в основном благотворительные мероприятия.

Н. Лангаммер

— Для кого идут средства?

К. Коваль

— Средства идут на поддержание музея императора Николая II, также мы участвуем в благотворительных ярмарках Марфо-Мариинской обители и в других проектах, но это всегда благотворительные проекты.

Н. Лангаммер

— Коммерческая составляющая какая-то есть? Есть ли возможность поставить на поток то производство, которое вы возрождаете?

К. Коваль

— Если говорить конкретно о производстве, то, конечно, хотелось бы, но даже не с коммерческой целью, а с целью пустить в массы такую одежду с русскими орнаментами, смыслами, но пока мы сами нуждаемся в средствах, чтобы делать рекламу, потому что в современном мире, когда идёт цифровизация, без маркетинга, без рекламы невозможно привлечь массы.

Н. Лангаммер

— Ну вот я просто думаю, как это сделать. У вас есть телеграм-канал, где вы можете это всё выложить?

К. Коваль

— Да, телеграм-канал «Союз русских женщин», так и называется, с нашей эмблемой, кстати, исторической, которую мы перерисовали.

Н. Лангаммер

— А что на эмблеме?

К. Коваль

— На эмблеме — герб, и написано «Союз русских женщин», герб Союза.

Н. Лангаммер

— Герб Союза из чего состоит, если в геральдику пойти?

К. Коваль

— Там орёл, и цвета — оранжевый, чёрный и белый.

Н. Лангаммер

— А почему такие были выбраны, не знаете?

К. Коваль

— Цвета, которые, наверное, были близки цветам Российской империи.

Н. Лангаммер

— Что бы ещё хотелось возродить, Каролина? Что бы ещё хотелось найти из русского? Кого бы ещё присоединить?

К. Коваль

— Есть одна идея, которая как раз была во времена Первой мировой войны — это возрождение русской игрушки.

Н. Лангаммер

— Вот это, кстати, тоже такая тема, может быть, актуальная сейчас.

К. Коваль

— Да, русская игрушка и игрушки по мотивам русских сказок, не таких сказок, как «Красная шапочка» или «Кот в сапогах», а исконно русских сказок: «Сказка о рыбаке и рыбке», «Морозко» и так далее. Союз русских женщин как раз таки этим занимался раньше и к работе привлекал мужчин военных, которые были покалечены во время Первой мировой войны, для них как раз это дело. То есть солдаты не знали, как себя найти, и вот при Союзе русских женщин была такая мастерская, которая поддерживала военных, и они делали эти игрушки.

Н. Лангаммер

— А из чего?

К. Коваль

— Из дерева в основном. Из Союза русских женщин привлекли художника, мастера из Сергиева Посада, известного на тот момент, чтобы обучил военных этому делу. И они начали постепенно заниматься, а потом с этими игрушками делали постановки, спектакли для детей, кукольные театры по мотивам русских сказок.

Н. Лангаммер

— Можно это сейчас сделать?

К. Коваль

— Да, хотелось бы это сейчас внедрить, и нужно сказать, что это актуально в связи с нынешней обстановкой.

Н. Лангаммер

— Конечно. Каролина, а что ещё хотелось бы сделать? Я просто думаю, что нас сейчас слышат очень многие. Может быть, какие-то мастерицы захотят к вам подключиться, может быть, какие-то идеи ещё родятся. Вот поделитесь, что было тогда, и может быть, это как-то зацепится за сегодняшний день.

К. Коваль

— Мы мечтаем о своей школе иконописи, очень мечтаем, но у нас пока нет помещения для этого. Если у кого-то есть помещение в Москве и им готовы поделиться, мы были бы очень благодарны и рады этому, потому что педагог есть, который готов давать такие курсы, и женщины есть заинтересованные, о пока вопрос с помещением. Хотели бы, конечно, продолжать продвигать идею одежды с русским национальным кодом, продолжать делать концерты, мастер-классы, вообще много идей. Сейчас мы пишем книгу, у нас была первая книга — о воспитании детей в России, а сейчас вторая, и она будет называться «Союз русских женщин», про забытые имена.

Н. Лангаммер

— И там будет как раз рассказ про этих женщин?

К. Коваль

— Да, эта книга основана на исторических источниках, которые я собирала много лет, и я переплела и связала судьбы женщин, художниц, воспитательниц, женщин-музыкантов, я их познакомила в этой истории. Думаю, книга будет интересна и юным девочкам, и взрослым дамам, вообще широкому кругу людей. Там будут иллюстрации замечательные, императрицы Мария Фёдоровна и Александра Фёдоровна, и великая княгиня Елизавета Фёдоровна. Очень интересные картинки, акварели, всё сделано с большой любовью, с интересом.

Н. Лангаммер

— И те самые, наверное, изделия, какие-то изображения, которые тогда создавались?

К. Коваль

— Да, там это будет. Надеемся, что найдём спонсора, чтобы эту книгу издать в полной мере и распространить.

Н. Лангаммер

— Я напомню, что мы готовимся к открытию ярмарки «Кустарь», которая пройдёт 6 и 7 декабря в музее Николая II, которая будет представлять изделия, созданные руками, правильно я понимаю?

К. Коваль

— В основном, да.

Н. Лангаммер

— И мы сейчас как раз обсуждали, что ещё может быть, а что уже будет там. Я насчитала: роспись по дереву, что-то из одежды будет, что-то будет из вышивки представлено, игрушка новогодняя, что ещё?

К. Коваль

— Керамика.

Н. Лангаммер

— Керамика — тоже прекрасная история.

К. Коваль

— Изделия из кожи — ремни, сумочки. Также изделия из бисера, жемчуга, то есть бижутерия — женщины у нас очень любят. Угощения, что тоже немаловажно.

Н. Лангаммер

— Это тоже какая-то русская кухня будет? Пряники?

К. Коваль

— Да —пряники, пироги, булочки.

Н. Лангаммер

— Чарочка?..

К. Коваль

— Это, наверное, запрещено в музее.

Н. Лангаммер

— Ну, можно сбитень налить.

К. Коваль

— Сбитень нальём, да. Также у нас будет представлена коллекция, не наша, а тех мастеров, которых мы пригласили, детских платьев, крестильных костюмов.

Н. Лангаммер

— Тоже нежная тема такая.

К. Коваль

— Вязаные изделия будут представлены и так далее.

Н. Лангаммер

— А про вышивание крестиком я ещё слышала.

К. Коваль

— Вышивание крестиком у нас сейчас не проходит в мастер-классы. Но мы планируем создать ещё и онлайн-школу по вышивке, чтобы людям было доступно не только из Москвы, но и из других регионов. Сейчас у нас есть большие возможности, чтобы присоединяться онлайн, чтобы это было доступно, и наша мастерица, мы уже сделали запись видео, где она детально показывает, как вышивать те или иные элементы.

Н. Лангаммер

— Если возвращаться к деятельности тех женщин, которые были попечителями — Александра Фёдоровна, в первую очередь, — Союза русских женщин до революции, это же было ещё и жертвенное служение какое-то, это были благотворительные какие-то акции. Вы поддерживаете эту традицию сейчас?

К. Коваль

— Конечно, да. Я как раз упоминала о том, что средства, которые идут с ярмарки или с наших мероприятий, плата за билеты на концерт — идёт в пользу музея императора Николая II. Вот так сложилась интересно жизнь, что до революции Александра Фёдоровна поддерживала Союз русских женщин, а сейчас Союз русских женщин поддерживает музей Царской семьи.

Н. Лангаммер

— Ну вот они ещё и в больницах помогали, и цесаревны, и другие женщины, о Елизавете Фёдоровне я просто не говорю в данном случае — может быть, что-то такое у вас ещё происходит, где можно людям послужить?

К. Коваль

— У нас планируются бесплатные благотворительные мастер-классы в больницах. Вот мы сейчас планируем мастер-классы для наших военных, которые, как нам кажется, в этом нуждаются, а также у нас есть психологи в Союзе русских женщин, психологическая поддержка работает.

Н. Лангаммер

— Это участницы Союза?

К. Коваль

— Да, и они всегда готовы помочь, мы делаем такие мероприятия, лекции, мотивирующие людей, которым нужна сейчас помощь.

Н. Лангаммер

— Какие ещё активности, Каролина? Мы посчитали: это мастер-классы, это ярмарки, это вот такие выездные благотворительные мероприятия, концерты, я что-то упускаю, что-то ещё есть?

К. Коваль

— Пошив одежды, написание книг, исследования.

Н. Лангаммер

— Как можно к вам присоединиться технически? Вот сейчас наши слушательницы, хотя и слушатели тоже, может быть, захотели поддержать ваш Союз, как в него вступить?

К. Коваль

— Очень просто: подписаться на наш канал. А если хотят что-то предложить, то могут оставить комментарий, и мы свяжемся.

Н. Лангаммер

— У вас какое-то членство предусмотрено, какой-то регламент?

К. Коваль

— Пока нет, просто присоединяйтесь, мы всем рады.

Н. Лангаммер

— Сейчас очень многие, может быть, захотят попасть к вам на ярмарку, потому что это популярная тоже тема, и много православных людей участвует в ярмарках, это прямо такая сейчас тенденция, тренд — такое иностранное слово в нашей сегодняшней русской теме. Вот кто мог бы участвовать в ваших ярмарках, как туда попасть — подать заявку?

К. Коваль

— Абсолютно все желающие. У нас будет единственная регистрация на мастер-классы и на экскурсии, чтобы не было столпотворения, чтобы мы могли распределить спокойно, кто-то шестого декабря попадет, кто-то — седьмого декабря. Следите за новостями, у нас есть анонсы, которые мы делаем, и там будет ссылочка на регистрацию.

Н. Лангаммер

— Это как прийти, посмотреть и купить, а как предложить?

К. Коваль

— Это как раз про мастер-классы, а купить, посмотреть можно свободно.

Н. Лангаммер

— А предложить свою продукцию на будущие ярмарки?

К. Коваль

— Тоже можно оставить нам комментарий, мы свяжемся и с удовольствием примем человека в нашу дружную компанию, семью, можно сказать.

Н. Лангаммер

— Вы дружите, у вас такая семейная история получается, да?

К. Коваль

— Да, потому что людям очень откликается то, что мы делаем, они присоединяются. Буквально недавно была история: я познакомилась с одной женщиной, она предприниматель, и у неё есть хобби: она пишет картины, делает интересные панно. И она увидела иллюстрации, которые делала наша другая художница, это такой современный стиль: «Три девицы под окном», на русский мотив. И отдельно представлены девушки, не кукольной внешности, а самые обычные, она даже взяла наши прототипы, и одна девушка печет пироги, другая девушка сидит в науке, вот как я, а третья девушка в павлопосадском платке, задумчивая...

Н. Лангаммер

— Новая версия такая «трёх девиц под окном».

К. Коваль

— Да-да, и этой художнице очень откликнулись эти мотивы, она предложила написать картины, панно в нашем стиле. Сейчас она готовится к ярмарке и с нами в коллаборации создаёт эти картины.

Н. Лангаммер

— Они будут представлены как живописные полотна или будут в виде репродукции, открытки, что-то такое?

К. Коваль

— Это будет панно, которое можно повесить на стену, круглое, очень красиво получается. Приходите, увидите.

Н. Лангаммер

— Открытки будут рождественские?

К. Коваль

— Открытки рождественские как раз со стихотворениями поэтесс из Союза русских женщин. Например, Мария Николаевна Дитрих из её сборника стихотворение было зачитано Русскому собранию в 1915 году, и мы делаем открытку с этим стихотворением.

Н. Лангаммер

— А кто ещё были, кроме художниц и поэтесс тогда?

К. Коваль

— Балерины были, актрисы.

Н. Лангаммер

— А сейчас у нас в основном рукодельницы.

К. Коваль

— Рукодельницы и много педагогов по разным предметам, предпринимательницы.

Н. Лангаммер

— И исследование нашей истории — это тоже одно из направлений деятельности?

К. Коваль

— Конечно, потому что я продолжаю работать над этим, как историк, занимаюсь исследованиями.

Н. Лангаммер

— И у вас есть соратники, кто тоже поддерживает эту тему?

К. Коваль

— Вы знаете, честно сказать, мне кажется, в этой сфере сейчас я пока одна, но со временем, даст Бог, присоединятся люди.

Н. Лангаммер

— Как вы себе представляете в идеале вашу деятельность лет через пять? Что бы хотелось ещё реализовать, сделать, куда развиваться?

К. Коваль

— Хотелось бы, наверное, чтобы больше людей могло приходить на эти же благотворительные мероприятия, учиться делать что-то своими руками, чтобы это было доступно для широких масс по цене, по популярности (иногда мы это делаем совершенно бесплатно, безвозмездно).

Н. Лангаммер

— То есть в основном — это популяризировать всё-таки русское, наше, вернуться к корням?

К. Коваль

— Это ключевая цель, совершенно верно.

Н. Лангаммер

— Потому что, конечно, сейчас тоже время, как и до революции, когда важно это. И всё-таки ещё раз подчеркну, насколько важно, что это делается руками, что в этом есть душа — то, что вы представляете и на ярмарках. И между ярмарок тоже как-то можно приобрести эти вещицы, эти изделия?

К. Коваль

— Да, опять же, можно найти их в телеграм-канале нашем, мы там представляем мастеров, с которыми сотрудничаем.

Н. Лангаммер

— То есть можно зайти на их страницы, что-то посмотреть и заказать?

К. Коваль

— Совершенно верно. Хотелось бы в будущем и покровительствовать, скажем так, трудовую помощь организовывать мастерам, которые связаны с кустарными ремёслами.

Н. Лангаммер

— Я ещё раз напомню про ярмарку, на которую мы вас приглашаем 6 и 7 декабря в музее Николая II, посвящённую уже рождественской тематике и, собственно, празднику памяти святой Екатерины. В эфире у нас был «Светлый вечер», мы час уже проговорили в этой рубрике «Вера и дело» с нашей гостьей, Каролиной Коваль — историком-международником, педагогом, председателем Союза русских женщин, который, собственно, Каролина нашла в исторических архивах и решила возродить сегодня. Сколько лет назад это было?

К. Коваль

— С 2022 года началось.

Н. Лангаммер

— И вот уже четыре года, как вы возрождаете этот союз и приглашаете к нему присоединиться всех желающих. Ну, собственно, на этом мы с вами будем прощаться, у микрофона была Наталья Лангаммер. Программа «Вера и дело» будет снова в эфире в четверг, через неделю, а сегодня мы расстаемся, всего доброго, до свидания. Спасибо, Каролина.

К. Коваль

— Всего доброго, спасибо вам.

---

Все выпуски программы Вера и дело

• «Купцы, меценаты и вера: род Вахромеевых». Священник Николай Вахромеев
• «Вера и дело». Евгений Мазур
• «Царские лампады». Тимур Носов, Арам Оганесян