Поделиться
Гал., 215 зач., VI, 11-18.
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
В какой момент человек становиться христианином? Сразу после принятия Крещения? Или тогда, когда начинает участвовать в таинствах Церкви? Ответ на этот вопрос находим в отрывке из 6-й главы послания апостола Павла к Галатам, который читается сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Глава 6.
11 Видите, как много написал я вам своею рукою.
12 Желающие хвалиться по плоти принуждают вас обрезываться только для того, чтобы не быть гонимыми за крест Христов,
13 Ибо и сами обрезывающиеся не соблюдают закона, но хотят, чтобы вы обрезывались, дабы похвалиться в вашей плоти.
14 А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира.
15 Ибо во Христе Иисусе ничего не значит ни обрезание, ни необрезание, а новая тварь.
16 Тем, которые поступают по сему правилу, мир им и милость, и Израилю Божию.
17 Впрочем никто не отягощай меня, ибо я ношу язвы Господа Иисуса на теле моем.
18 Благодать Господа нашего Иисуса Христа со духом вашим, братия. Аминь.
Первые четыре века истории христианства последователей Спасителя преследовали. И самые жестокие преследования были не со стороны иудеев, а со стороны Римской империи. Римские власти считали, что христианство — это зловредная секта, участники которой пошли против собственной религиозной и культурной традиции. А традиции и наследие предков в Риме ценили очень высоко.
Поэтому нет ничего удивительного, что с особым ожесточением гнали христиан именно те императоры, которые с точки зрения благоустройства жизни сделали много хорошего для своего государства. Так, самые сильные гонения были в эпоху династии Антонинов. Это были выдающиеся общественные и культурные деятели, к числу, которых принадлежал, например, выдающийся философ-стоик Марк Аврелий. Время их правления отличалось стабильностью. Римская империя достигла тогда точки своего наивысшего расцвета. Однако Церковь была для них вне закона. В проповеди Евангелия они видели угрозу государственности, которая основывалась на языческом культе.
А вот официальную иудейскую религию римляне поддерживали. В их глазах, это был тот столп, на который опиралась культура целой нации. Поэтому некоторые христиане принимали обрезание для того, чтобы избежать преследований со стороны властей. Перед лицом римского закона обрезание делало их иудеями и являлась своего рода гарантией безопасности. Против таких и выступает сегодня апостол Павел. Он упрекает их в том, что они «хвалятся по плоти» и бегают от креста Христова.
Смерть на кресте была ужасной. Тот, кто на нём оказался, терял всякую опору. И в буквальном, и в переносном смысле. Казнь через отсечение головы или через принятие яда была прерогативой благородных. Это было великой милостью по сравнению с дикой, нечеловеческой пыткой креста. Крест ставил на человеке печать изгоя. Он словно подчёркивал, что тебя никогда и не было. Ты просто ошибка, недоразумение. И это состояние тотального одиночества усиливало предсмертную агонию. Ведь людей той эпохи страшила не столько смерть, сколько отсутствие определённого статуса в глазах окружающих. Поэтому даже некоторые христиане принимали обрезание, чтобы ощущать, что они вписаны в общий поток жизни. В культурный контекст. В социальную общину.
И вот на этом фоне звучат слова Павла: «А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа». Он словно заявляет: а я и хочу быть никем. Я хочу выпасть из всех тех связей и отношений, которыми я некогда был связан. Я хочу обнулиться для этого мира. Я хочу висеть в пустоте. То, от чего у многих людей волосы вставали дыбом, для апостола было желанным. Очевидно, что Павлу открылась какая-то важная тайна. Он на собственном опыте познал, что порой непростое и тяжкое состояние одиночества и изгнания — это не путь в небытие. Это необходимая прелюдия к великому таинству нового рождения. Лишь тогда, когда человек умирает для мира, превращается для него в ничто, Дух Божий открывает в его сердце новое измерение. И это происходит уже здесь, в этой жизни, будучи ещё в этом теле. Поэтому Павел и говорит: «я ношу язвы Господа Иисуса на теле моём».
Важную духовную истину открывает нам апостол сегодня. Быть христианином — это не просто принадлежать к какому-то сообществу. Это не просто иметь определённый культурный статус. Всё это вторично. Быть христианином — это в первую очередь познать тайну креста Христова. То есть не стараться казаться кем-то в глазах окружающих. Не пытаться удержаться на плаву этой жизни подыгрывая и заискивая перед людьми. Но жить по закону той новой реальности, которую описывает Евангелие. По тем принципам, которое оно предлагает. И чем самоотверженней наш труд, тем явственней ощущение, что под ногами у нас не пустота. Но Тот, Кто с избытком укрепляет наше тело, питает наш ум и наполняет благодатью наше сердце.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 41. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Богооставленность — это знакомое любому верующему человеку состояние. Знакомо оно и неверующим, но такие люди, не имея опыта общения с Богом, не могут и осознать себя отлучёнными от общения с Ним. Богооставленность — это, пожалуй, самое тяжёлое и страшное состояние, с которым нам доводиться сталкиваться в нашей духовной жизни. Как его понять? Как его пережить? Как сделать так, чтобы мы вновь начали жить в присутствии Божием? Ответы на эти вопросы пытается дать 41-й псалом. Он звучит сегодня в православных храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Псалом 41.
1 Начальнику хора. Учение. Сынов Кореевых.
2 Как лань желает к потокам воды, так желает душа моя к Тебе, Боже!
3 Жаждет душа моя к Богу крепкому, живому: когда приду и явлюсь пред лицо Божие!
4 Слёзы мои были для меня хлебом день и ночь, когда говорили мне всякий день: «где Бог твой?»
5 Вспоминая об этом, изливаю душу мою, потому что я ходил в многолюдстве, вступал с ними в дом Божий со гласом радости и славословия празднующего сонма.
6 Что унываешь ты, душа моя, и что смущаешься? Уповай на Бога, ибо я буду ещё славить Его, Спасителя моего и Бога моего.
7 Унывает во мне душа моя; посему я воспоминаю о Тебе с земли Иорданской, с Ермона, с горы Цоар.
8 Бездна бездну призывает голосом водопадов Твоих; все воды Твои и волны Твои прошли надо мною.
9 Днём явит Господь милость Свою, и ночью песнь Ему у меня, молитва к Богу жизни моей.
10 Скажу Богу, заступнику моему: для чего Ты забыл меня? Для чего я сетуя хожу от оскорблений врага?
11 Как бы поражая кости мои, ругаются надо мною враги мои, когда говорят мне всякий день: «где Бог твой?»
12 Что унываешь ты, душа моя, и что смущаешься? Уповай на Бога, ибо я буду ещё славить Его, Спасителя моего и Бога моего.
Не только лань, упомянутая в прозвучавшим псалме, но и всякое иное живое существо нуждается в воде, а потому всем нам прекрасно знакома жажда, и мы знаем, с какой силой в знойный день хочется припасть к прохладному источнику чистой воды. Этот образ псалмопевец использует для того, чтобы рассказать о стремящейся к Богу душе. Если человек жаждет и жаждет сильно, то ни о чём ином он думать не в состоянии, вода человеку жизненно необходима, без неё он умрёт очень быстро, так и оставшаяся вне Бога душа стремится к Нему, она знает, что без Бога ей не жить. Но можно сколь угодно сильно стремиться к воде в пустыне и при этом не находить её, так и стремление к Богу в периоды богооставленности не заменяет собой общение с Ним. Об этом и сказал псалмопевец: «Слёзы мои были для меня хлебом день и ночь, когда говорили мне всякий день: „где Бог твой?“» (Пс. 41:4).
После этих слов псалмопевец занялся тем, чем поневоле занимается любой жаждущий человек: он начал вспоминать то, как раньше наслаждался общением с Богом. Точно так же и нуждающийся в воде человек вспоминает время, когда он не испытывал жажду.
А дальше в псалме начинается самая важная его часть: всё же, Бог — не вода, и наша жизнь — не безводная пустыня. Да, в пустыне можно погибнуть от жажды, но Бог не оставит человека, рано или поздно богооставленность пройдёт, и общение с Богом вернётся, а потому псалом как некий рефрен повторяет обращение к своей душе: «Уповай на Бога, ибо я буду ещё славить Его, Спасителя моего и Бога моего» (Пс. 41:12). Сейчас пустота и тишина, сейчас душа не чувствует присутствия Божия, но нужно помнить, что такое состояние не будет вечным, а потому вера в Бога не должна гаснуть, Бог должен оставаться для души прибежищем, и если будет так, то она пройдёт период богооставленности, она окрепнет, и в конечном итоге достигнет предела своих стремлений — Бога.
Любопытно, что псалом ничего напрямую не говорит о причинах богооставленности. Однако из контекста можно сделать о них вывод: богооставленность — это своего рода закалка души, некое испытание, ведь человек по-настоящему ценит лишь то, что ему далось трудом. Так и общение с Богом мы в полной мере сможем оценить лишь тогда, когда за него придётся побороться.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Тарас Бульба». Наталья Иртенина
Поделиться
Гостьей программы «Исторический час» была писатель, исторический публицист Наталья Иртенина.
Разговор шел о повести Николая Васильевича Гоголя «Тарас Бульба», как она была написана, как встречена современниками и насколько достоверно в ней отражены исторические события первой половины 17-го века.
Ведущий: Дмитрий Володихин
Все выпуски программы Исторический час
- «Тарас Бульба». Наталья Иртенина
- «Соборное уложение царя Алексея Михайловича». Дмитрий Володихин
- «Святитель Нестор (Анисимов)». Григорий Елисеев
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Преподобный Никон Радонежский». Иеромонах Гурий (Гусев)
Поделиться
Гостем программы «Лавра» был насельник Троице-Сергиевой Лавры, настоятель подворья Лавры на источнике преподобного Сергия Радонежского «Гремячий ключ», кандидат богословия иеромонах Гурий (Гусев).
Разговор шел о преподобном Никоне Радонежском — ученике преподобного Сергия. О том, как преподобный Никон стал игуменом монастыря после преподобного Сергия, как, сохраняя, традиции развивал монастырь, как Троицкая обитель становилась всё более значимой на Руси, как распространялось почитание преподобного Сергия Радонежского и какова в этом была роль преподобного Никона.
Ведущие: Кира Лаврентьева, архимандрит Симеон Томачинский
Все выпуски программы Лавра. Духовное сердце России
