Поделиться
Ах, этот неудобный разговор. Сколько раз в жизни мы сталкиваемся с ожиданием неминуемого события, которое ждёшь с потеющими от тревоги руками. И как мучительно это ожидание и как мы всё равно сами, насколько можем, оттягиваем начало этого очень неудобного момента.
В моей детской комнате на подоконнике рос огромный, до потолка, кактус. Он был с длинными колючками, которые мы с сестрой любили отламывать и вставлять в пластилин. И вот однажды при очередной попытке оторвать пару колючек этот кактус свалился прямо на меня. Сам сломался, горшок разбился, а земля щедро рассыпалась по полу. Я пыталась собрать всё руками, прятала осколки под стол, но только ещё больше развезла чёрную влажную землю по гладкому паркету.
Целый день я не говорила о случившемся маме. Бежала к ней в кухню по первому зову, выполняла её поручения! Лишь бы только она не вошла в комнату и не увидела сломанный кактус. Но, если с мамой мне удава́лось оттянуть момент неудобного разговора, то ожидание отца с работы наводило на меня ужас! Я настолько не хотела говорить ему о случившемся, что не придумала ничего более подходящего, чем подпереть стульями дверь.
Надо ли говорить, какую взбучку я получила после сорока минут затворничества в комнате? Когда отец за дверью кричал: «Что случилось?!». А я сидела на столе в совершенной растерянности, безысходности и всё оттягивала и оттягивала минуту, когда мне придётся сказать, что огромный кактус с длинными колючками, больше никогда не вернётся на своё прежнее место. В этот момент меня совершенно не волновало, о чём думали родители.
Сейчас мне понятны их мысли со всеми деталями: я сама мама и сталкиваться с подобными ситуациями в качестве «объекта страха» иногда приходится. Дети – мастера оттягивать неудобные моменты. Прячут фантики от конфет, недогрызенные яблоки, дневники с двойками. Молчат до последнего о родительских собраниях, когда знают, что на них нажалуются. О разбитых нечаянно тарелках и ещё о многих мелочах, которые им на момент детства кажутся ужасными проблемами. Сейчас я очень хорошо понимаю, почему мой неудобный разговор о судьбе многолетнего кактуса состоялся с ремнём в руках и всхлипами «я больше так не буду». Потому что он произошёл на пике максимального напряжения. И его разряд получил такую силу, что в родителях взорвался тугоначинённый замес из негативных эмоций, усмирить который под силу только духовно-опытным, психологически сильным людям.
Скажи я тогда о случившемся сразу, маме, никакого пожара из эмоций не возникло бы. Мы бы просто вязли с ней веник, убрали землю и сгребли на совок черепки разбитого горшка. Отец не то, что не спросил бы ничего. Он даже и не заметил бы.
Взрослым очень хорошо видно, когда дети что-то скрывают. Когда не хотят о чём-то говорить, от стыда или просто от нежелания. Но мы-то всё видим. И нам даже иногда кажутся смешными их ужимки и переживания. Всё потому что сами через это прошли и выучили бабушкину поговорку «честное признание облегчает наказание». Как актуальную на все времена.
Но люди на земле живут в постоянном взаимодействии друг с другом и поговорка хоть и на слуху, но реализуется не всегда. И ожидания неудобных разговоров бывает настолько мучительными, что нередко мы задаёмся вопросом: «А не оттягиваем ли мы э́тим встречи с собой?». Ведь именно в моменты каких-то решений, признаний, принятия правды человек на время сбрасывает с себя внешнюю оболочку из манер, правил и созидает себя в настоящем образе. Без масок.
Если православный человек отбросит эмоции и посмотрит на неудобный разговор философски, то увидит в нём нечто ценное для себя. Он увидит, как оголяются подводные камни из оправданий, жалоб, ухода от ответственности.
Гордости. И других грехов, которые мы в повседневности за собой замечаем. И тут собрать бы в горсть эти оголённые грехи, пока они опять не скрылись в водовороте событий, да снести все до одного к аналою под епитрахиль. И делай так каждый, совесть бы наша чище стала и неудобных разговоров бы поубавилось. Только к исповеди… подготовиться надо. Попоститься три дня. Вымыть нос, уши. Юбку купить, чтобы пяток не видать было. Ну и тогда уже… А с кондачка на исповедь – неудобно как-то.
27 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Ashkan Forouzani/Unsplash
Есть в Священном Писании как будто пугающие слова о младенцах: «Блажен, — сказано Духом Святым о дочери Вавилонской, — кто возьмёт и разобьёт младенцев твоих о камень». О ком и о чём идёт речь? Конечно, не о младенцах человеческих! «Дщерь Вавилоня» — по-славянски — это любая греховная страсть: гнев или гордыня, например. Её младенцами именуются первые проявления страсти в душе — греховные помыслы или образы. Блажен будет христианин, если немедля разрушит прилоги, первые греховные мысли, о камень имени Христова, отгоняя страсть горячей молитвой ко Господу Иисусу.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Гнев или кротость. Ольга Шушкова
Поделиться
Я часто заказываю продукты с доставкой на дом. Это экономит силы и время. И вот, однажды вечером, придя поздно с работы, спохватилась, что продуктов на завтра нет. Ни масла, ни яиц, ни творога. Остался только хлеб и маленький кусочек сыра. Но я так устала, что заказывать продукты сейчас и ждать доставку уже не было сил. Что осилила, так это сложить в виртуальную корзину в приложении магазина всё необходимое, чтобы утром время не тратить. Выбрала время доставки на 9 утра. И, наконец, легла спать.
Встала в 8:20. Выходить из дома на работу нужно в 10:15. На всё про всё меньше двух часов. В 8:30 в приложении торговой сети отобразилось, что заказ доставят в течение 30 минут. Это меня устраивало. Начала спокойно собираться.
Включила Радио ВЕРА. В эфире шла программа о гневе и кротости. Говорилось о том, что гнев изначально дан нам Богом для борьбы со своими грехами. И как важно уметь сдержать неправедный гнев, когда он направлен на других людей.
На часах пробило девять утра. Заказ ещё не привезли. Я начала нервничать. Почти голодной идти на работу не хотелось. В 9:10 написала в поддержку. Они ответили: «Ждите, будем разбираться».
Прошло 10 минут, но никакой новой информации о доставке не приходило. Я была готова разразиться тем самым неправедным гневом, о котором только что рассказывали по радио. Но подумала: «А ведь не зря мне сейчас Господь дал услышать именно про гнев. Может, попробую сдержаться?». Я помолилась, попросила у Бога сил, чтобы побороть свою ярость, даровать мне терпение и смирение. Потом, насколько могла спокойно, ещё раз написала в поддержку. В 9:25 мне ответили, что заказ утерян, извинились и вернули деньги.
Тут мой гнев был уже практически неудержим. Времени на поиски продуктов на другой торговой площадке уже не было. Я поняла, что прохожу испытание на кротость. Молясь про себя, изо всех сил сдерживаясь, попыталась все же вежливо спросить, нельзя ли повторить заказ. Мне ответили, что можно, надо всего лишь нажать на одну стрелку в приложении. Я решила рискнуть. Простить и довериться ещё раз тем, кто меня подвёл.
И о чудо! В 9:40 курьер уже звонил в дверь. Как быстро получилось во второй раз! В 9:45 приехал ещё один курьер с таким же заказом. Я поняла, что первый курьер нашёлся и доставил-таки мой заказ, хотя его уже отменили. Написала в поддержку, что в результате получила два заказа, хотя за первый деньги уже вернули. Они ответили: «Такого не может быть, первый заказ отменён. Будем разбираться».
Я поела и побежала на работу. Поздно вечером, вернувшись домой, снова зашла в чат поддержки. И была приятно удивлена. Мне написали, что первый заказ оставили в подарок, за то, что не привезли его вовремя.
Стало так хорошо на душе, что я сумела всё же совладать со своими дурными чувствами, по-доброму отнеслась к людям. И они ответили тем же. Моя сдержанность была вознаграждена и морально, и материально.
Теперь я попробовала со стороны посмотреть на эту ситуацию. И даже улыбнулась: смешно бы я выглядела, отчитывая продавцов, разъярившись просто из-за еды. А курьер! Я даже не подумала о нем. Что случилось, почему он не добрался по моему адресу? В тот момент я зациклилась на себе. И как хорошо, что Господь помог мне повернуться от своего эгоизма к людям. Не гневаться, а простить, дать шанс все исправить. Гнев поддается укрощению с помощью Божьей. Теперь я точно знаю, как выбирать между ним и кротостью — надо обращаться с молитвой к Всевышнему.
Автор: Ольга Шушкова
Все выпуски программы Частное мнение
Светлая полоса
Поделиться
Фото: Vitali Adutskevich / Pexels
Хмурым зимним утром Дима спешил в новую жизнь. Ещё две станции метро, пару кварталов пешком. На собеседование просили не опаздывать — организация серьёзная и приглашения он ждал целый год.
Людской поток вынес Диму на одну из центральных улиц города. Морозный воздух освежил после душной поездки.
— Вроде бы, сейчас направо? — задумался молодой человек.
Дыхание от волнения сбилось. Дима достал телефон: уточнить адрес и взглянуть на карту, но тот внезапно разрядился. Видимо из-за мороза. Ком в горле опустился в грудь и там пульсировал. Дима нажал кнопку перезапуска — телефон по-прежнему не включался.
Исторические особняки и огромные сталинки молчаливо провожали Диму, спешащего по незнакомым переулкам. Он вспоминал маршрут по памяти, вчера вечером он изучал его, но город оказывался хитрее: запутывал, кружил. Вдруг среди кирпичных исполинов Дима увидел храм — небольшой, приземистый, но такой праздничный, как пасхальное яйцо. Молодой человек потянул за ручку двери и оказался в другом мире. В робком свете свечей на него смотрел образ Николая Чудотворца. Дима приложился к нему, прося помощи и утешения.
— Неужели всё пропало?
На выходе из храма в кармане что-то зазвенело. Дима достал телефон.
— Включился! Ещё успеваю!
Радостный он поспешил на важную встречу, а под его ногами начиналась новая, светлая полоса.
Текст Татьяна Котова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
