Вспоминаю одну поездку. Я была подростком, дедушка приехал за мной в Москву, чтобы забрать к ним с бабушкой в гости на лето. Жили они в небольшом городке, два с половиной часа езды на электричке. Поезда тогда были суровые, шли долго, со всеми остановками, громко стуча и скрипя.
Обычно я спала все время поездки, прикорнув на дедушкином плече. Но в это путешествие, как только поезд тронулся, я почувствовала себя плохо. Ощутила сильную боль: резался зуб, разболелась десна. Никаких обезболивающих таблеток, даже воды попить, с собой не было. Нужно было терпеть. Просто терпеть и ждать, пока мы приедем домой.
Со стуком колес, с отсчетом минут боль усиливалась. Дедушка не знал, чем мне помочь, утешал и просил потерпеть. Снова потерпеть. А я, невоцерковленный подросток, начала тихо приговаривать про себя: «Господи... Господи... Господи, помилуй...». Боль накатывала и стихала, и с очередной волной моя молитва — Иисусова молитва — шепталась все громче. Иногда я почти кричала про себя: «Господи! Господи!», терпя и страдая.
И тут дедушка внимательно посмотрел на меня. Он, конечно, ничего не знал об Иисусовой молитве, которую я творила про себя. Он тихо произнес: «Как ты похожа на мою маму!».
Портрет прабабушки был ценностью нашей семьи. С самого детства я видела ее красивую черно-белую фотографию в большой тяжелой раме, висевшую на стене. Прабабушка, молодая и нежная, тихо улыбалась, ее глаза сияли. Она была похожа на ангела своим умиротворенным видом.
Тогда я не очень поняла, почему дедушка сравнил нас. Почему именно в момент моей боли, мучений, обратил внимание на наше сходство. Ведь, как мне казалось, на моем лице было написано страдание, а лицо его мамы, наоборот, выражало спокойствие, одухотворенность... Смотря в глаза прабабушки, я часто размышляла — о чем она думает? Что дает ей силу? Она была немкой. В годы Второй Мировой войны, будучи женой русского, была депортирована фашистами обратно в Германию, но там, работая на трудовой бирже, помогала нашим пленным, оформляя медицинские документы об их нетрудоспособности и тем спасая жизни, рискуя своей. И муж, и оба сына, один из которых и был моим дедом, воевали на фронте. Она не боялась боли и трудностей.
Спустя годы, вспоминая слова деда, я поняла: наверное, именно одухотворенность, стойкость и стали нашей точкой пересечения. Я так глубоко и искренне, от совершенной безысходности, была погружена всю дорогу в молитву, что она, вероятно, как-то преобразила мое лицо, смирила перед болью, придала сил, просветлила меня. «В болезнях прежде врачей и лекарств пользуйся молитвой», — писал преподобный Нил Синайский. Я перестала бояться.
По приезде боль утихла. Молитва помогла пережить поездку. Она облегчила мое состояние.
К сожалению, порой, чтобы вспомнить о Боге, нам надо попасть в беду, претерпеть сильную боль, столкнуться с искушениями. Но молитва действительно преображает даже внешне лицо человека, его привычки, его мысли. Какие светлые лица у монашествующих! Очень хочется, чтобы и в радости, в благоденствии, мы прибегали к молитве. Не только скорбели бы, но и улыбались, разговаривая с Богом.
Автор: Ольга Цой
Все выпуски программы Частное мнение
26 июля. «Вечерние ароматы»

Фото: Rena Zhu/Unsplash
Многие летние цветы закрывают свои чашечки с лепестками при заходе солнца и наступлении сумерек, что учит и нас сохранять духовную теплоту сердца, накопленную во время молитвенного бодрствования, в вечернее время и при отходе ко сну. Замечательно, что существуют редкие садовые цветы (например, душистый табак), которые, наоборот, начинают издавать заметное благоухание при наступлении вечера. Когда наша земная жизнь уже склоняется «к вечеру», пусть широко раскроются лепестки души, чтобы издавать щедрое благоухание смирения, радости о Господе и сердечного милования ближних.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
26 июля. О служении и упоминаниях в Священном Писании Архангела Гавриила
Сегодня 26 июля — Собор Архангела Гавриила.
О служении и упоминаниях в Священном Писании Архангела Гавриила — клирик московского храма Воскресения Словущего на Арбате священник Анатолий Правдолюбов.
Архангел Гавриил — это один из числа Архангелов, особый посланник, который сам о себе свидетельствует таким образом: «Я есмь Архангел Гавриил, предстояй пред лицем Божиим».
Когда Захария, будущий отец Иоанна Предтечи, начинает сомневаться в его послании и говорит ему, что «как я узнаю, а жена моя стара уже, и вообще», — то есть демонстрирует явившемуся ему Архангелу своё маловерие и сомнение в словах Архангела, то Гавриил, видимо, даже в некоем гневе, таком праведном, говорит ему: «Я Архангел Гавриил, предстояй пред лицем Божиим, а ты мне сейчас говоришь, что этого не будет; и будешь молчать до того момента, пока этого не произойдет». То есть это не просто изъявитель воли Божией или известитель, какой-то посланник, а это непосредственный слуга, который предстоит пред лицем Божиим.
То есть это особый служитель воли Божией, который сообщает Деве Марии то, что она избрана сосудом Божиим. И как потрясающе и, что очень важно, на контрасте отвечает. Она что говорит? «Се, Раба Господня; да будет мне по словеси твоему», — являя крайнее смирение. Захария начинает объяснять и говорить, что это невозможно, о чём ты мне рассказываешь, проявляя своё крайнее несмирение.
И Архангел в обоих случаях сообщает волю Божию вот таким образом, что называется, учит Захарию воспринимать волю Божию такой, какая она есть, и накладывает на него вот это знаменитое молчание, которое разрешается только в тот момент, когда Захария берёт дощечку и пишет, что имя будет Иоанн, — именно то, как и Архангел Гавриил передал от своего Господа Бога.
Все выпуски программы Актуальная тема:
26 июля. О значении Вселенских соборов

Сегодня 26 июля — День памяти святых отцов шести Вселенских соборов.
О значении Вселенских соборов — клирик храма святителя Николая Чудотворца в городе Димитровграде в Ульяновской области иеромонах Филипп (Калинин).
Почему мы так почитаем святых отцов Вселенских Соборов? Можно сказать, что они устроители церковной ограды. В каком смысле? На Вселенских Соборах были сформулированы основные, основополагающие принципы веры, догматы. И больше нигде.
То есть те истины, которые не утверждены Вселенскими Соборами, не являются догматами, а являются максимум богословскими мнениями — верными, а может быть, какие-то и спорными, и так далее. А вот то, что святые отцы на Соборах Вселенских утвердили, то является стержнем вероучения в Церкви, и что вне этой ограды, то как раз относится к этим мнениям.
Почему это важно? Потому что святые отцы на Вселенских Соборах говорили такие слова, что мы свидетельствуем своим Собором в единомыслии, что Дух Святой говорит Церкви это и это, так и так. Так устроен мир.
Достигалось такое единомыслие, потому что даже на примере первых Вселенских Соборов из 318 отцов примерно половина были явные чудотворцы: Григорий Чудотворец Неокесарийский, святитель Иоанн Тримифунтский, святитель Николай, Афанасий Великий. Это избранные сосуды Духа Святого, которые в единомыслии приходили к формулировкам на все века. Поэтому почитаем их как основателей фактически церковного здания, церковной ограды.
Все выпуски программы Актуальная тема:











