Поделиться
Телеканал Спас; Владимир Легойда
Гость программы — Владимир Легойда, председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, член Общественной палаты РФ.
Темы беседы:
— Журнал «Фома»
— этапы развития и новые форматы;
— Современные медиа — вызовы и достижения;
— Программа «Парсуна» — как интервью раскрывает собеседника;
— Как опыт и возраст меняют взгляд на различные вопросы, в том числе духовные?
Ведущие: Константин Мацан, Марина Борисова
К. Мацан
— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА, здравствуйте, уважаемые друзья! В студии у микрофона моя коллега Марина Борисова...
М. Борисова
— И Константин Мацан.
К. Мацан
— В гостях у нас сегодня, как всегда по пятницам, в этом часе «Светлого вечера» Владимир Романович Легойда, глава Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, главный редактор журнала «Фома», профессор МГИМО, член Общественной палаты и юбиляр. Мы вас поздравляем, 8 августа у вас был день рождения...
В. Легойда
— Спасибо.
К. Мацан
— Цифру можно назвать?
В. Легойда
— Да, пожалуйста.
К. Мацан
— 50 лет.
М. Борисова
— Первый вопрос на засыпку: как вам на шестом десятке?
В. Легойда
— Прекрасно! «Акме», как говорили древние греки (можно погуглить, да).
М. Борисова
— Ощущение, что десяток-то шестой, оно пришло уже или еще впереди?
В. Легойда
— Я стесняюсь спросить, другие темы будут сегодня? (смеются) Нет, все нормально, работаем.
М. Борисова
— Мы просто подумали, что...
В. Легойда
— Мне очень приятно. (смеются)
М. Борисова
— Ну как, все-таки переоценка ценностей, такой рубеж. «Земную жизнь пройдя до половины...»
В. Легойда
— Это в 35.
М. Борисова
— Никто не уточнял, сколько. Вот очутился в «сумрачном лесу» или нет?
В. Легойда
— Думаю, что еще 50 — нет. Думаю, что милосердие Божие все-таки...
М. Борисова
— Это вот такая бравада молодого человека.
В. Легойда
— Может быть.
М. Борисова
— Чем дальше в лес, тем больше...
В. Легойда
— ... тем толще партизаны, да.
М. Борисова
— Тем толще партизаны, тем больше хочется, вообще столько интересного впереди еще. Ну, просто интересно про переоценку, я вот тут недавно пересматривала вашу «Парсуну» с Татьяной Касаткиной, и там очень много вы рассуждали по поводу текстов, что вот для того, чтобы в чем-то разобраться хорошо быстро перечитать два раза подряд, а потом с течением времени еще перечитывать, и глядишь, там на пятый-шестой раз дочитаешься до того, что, собственно, автор хотел сказать. Так немножко вы меня озадачили. По жизни вот много приходится переоценивать?
В. Легойда
— Переоценивать — нет, перечитывать — да. Ну, с Татьяной Александровной, как известно, мы, по-моему, уже касались как-то при наших встречах этой темы, я так понимаю, такая концепция второго прочтения. Единственное, в чем я до конца не согласен, вот этот акцент на том, что автор хотел сказать, он мне понятен, но я все-таки сторонник вот этого довлатовского замечательного деления, что любая литературная материя состоит из того, что автор хотел сказать, сумел, и то, что он сказал, сам того не желая. И вот это вот высказанное и незапланированное, оно мне кажется такой же органичной частью книги, как и другие ее составляющие, поэтому нельзя автору отказывать в этом, точнее, произведению. А что касается переоценок — да нет, мне кажется, что вот те ценности, которые для жизни определяющие, они как-то не меняются. Если ты не Ницше простите, и не сошел с ума, то, в общем, что их переоценивать-то? Другое дело, что есть понимание, я тут одну смс-ку получил, раз уж вы про юбилей хотели, что «годы идут, а мы лучше не становимся».
К. Мацан
— Позитивное поздравление.
В. Легойда
— Такая она очень вдохновляющая была, да. И я, в общем, согласен, по крайней мере, насчет всех не готов говорить, но вот здесь могу. Поэтому я могу сказать, знаете, действительно понятно, что было много поздравлений, они все приятные и так далее, но два я запомнил, первое — вот это, а второе, что — «Брат, думай о душе, все остальное мелочи». И вроде оно такое простое, но как-то самое правильное.
К. Мацан
— Может быть, с упорством, достойным лучшего применения, я все-таки спрошу: хорошо, земную жизнь пройдя не до середины, а вот как вы закончите фразу: «Земную жизнь пройдя до юбилея, я оказался в...» ?
В. Легойда
— В Андреевском монастыре, как еще мне заканчивать?
М. Борисова
— Это очень-очень банально.
К. Мацан
— Так прозаично.
В. Легойда
— Нет, это очень, между прочим, тут все слова важны. Нет-нет, ну в Андреевском монастыре, конечно. Я много лет в Андреевском монастыре.
М. Борисова
— Радиослушатели подумают, что вы уже в постриге.
В. Легойда
— Ну, те, кто знают, что такое постриг, думаю, не подумают, а те, кто не знают, тоже не подумают. Нет, конечно, это место работы-служения, так что без особого пафоса оно многое определяет.
М. Борисова
— А ощущение места служения меняется с переездом с места на место? Вот позволю себе ретроспекцию такую: я помню три разных места пребывания журнала «Фома», редакции, и каждая по своему эмоциональному настрою немножко отличалась друг от друга, я имею в виду там на Электрозаводской...
В. Легойда
— Я уже испугался, что замаячило слово «энергетика», вот «по энергетике», шучу-шучу.
М. Борисова
— Ни в коем случае. У вас ведь это тоже были какие-то ступени роста: рост личный, рост проекта, переоценка возможностей, там же такие были знаковые вещи. Вот когда я пришла в «Фому» уже после переезда на Краснопресненскую, там как раз шел переход от такого альманахового варианта издания к большому, ежемесячному, толстому журналу.
В. Легойда
— Но поскольку ты спрашиваешь сейчас про субъективные мои эти?..
М. Борисова
— Конечно.
В. Легойда
— Мне очень не нравился офис на Красной Пресне в киноцентре, потому что он был меньше, а я люблю просторные помещения. Офис-то на Бауманской, я не знаю, кому это интересно, но он был большой, а на Краснопресненской, там как-то все было так скукожено.
М. Борисова
— Зато все были рядом.
В. Легойда
— Мне кажется, и так все были рядом. Там не то, что мы же не три километра на оленях там бегали. Не знаю, мне не нравился, есть же вот нравится-не нравится, мне не нравился офис на Красной Пресне.
М. Борисова
— Ну, бывает. Зато именно тогда сложился основной костяк редакции, которая до сих пор «Фому» не покидает.
В. Легойда
— Мне кажется, уже на Бауманской у нас основной этот костяк был.
М. Борисова
— Были такие, приходящие и уходящие.
К. Мацан
— Мне тоже кажется, что когда редакция была, если быть точным, даже на Семеновской, чуть дальше, чем на Бауманской...
В. Легойда
— Тогда на Бауманской жил Владимир Александрович, поэтому где Владимир Александрович, там и «Фома».
К. Мацан
— Да, и сотрудники «Фомы» регулярно пользовались такой опцией, как совещание с первым заместителем главного редактора утром в кафе «Муму» на Бауманской, потому что очень было удобно совместить завтрак с обсуждением творческих планов.
М. Борисова
— Эта практика очень долго продолжалась, вот буквально до последних лет, и без завтрака даже.
К. Мацан
— А вот, кстати, к вопросу о помещениях: а вот пандемийные годы... Нет, месяцы, когда...
В. Легойда
— «А вот пандемийные десятилетия, помню, были, да». (смеются)
К. Мацан
— Вот была новость, что какой-то очередной новый там штамп, по поводу которого в Великобритании бьют тревогу, а в России вроде проходит спокойно и нет критического числа заражений, когда редакции вынуждены были, многие, работать удалённо, и вот этот вот контакт плечом к плечу в одном помещении потерялся, ну или, как минимум, был на время забыт, это сильно сказывается на творческой работе, как вам кажется?
В. Легойда
— Честно говоря, как вы знаете хорошо, я сейчас в такую повседневную оперативную работу не погружён редакционную, и мне сложно говорить. Пандемийные вот эти месяцы, они, конечно, очень разное ставили впечатление, потому что там есть часть этого времени, которая, иначе как трагической, не может осознаваться, это уход людей, нередко молодых людей, быстрый, и это, в общем, было самое страшное. А мне вот лично, поскольку у меня родители очень тяжело переболели, я сам дважды или трижды болел, ну, как-то довольно терпимо. Необычно, но терпимо, но я-то в этом смысле, опять же, субъективно и вне общего контекста это время вспоминаю с какой-то благодарностью даже, потому что все рабочие вопросы, они решались дистанционно, так или иначе. Лекции, — что я думал, невозможно — мы как-то приучились читать, я ни в коей мере не скучаю по лекциям дистанционным, но они как-то читались, была какая-то реакция студенческая. А вот то, что ты мог, я начал тогда слушать активно так лекции, сам слушать, потому что я гулял, была возможность, к счастью, потому что не у всех они всегда, как мы помним, она была, вот у меня была, и я, просто прогуливаясь, очень много слушал лекций, целый курс на самые разные темы, и это какие-то открывало новые горизонты, простите за клише языковое.
М. Борисова
— Вот раз уж вспомнили Владимира Александровича Гурболикова, поскольку вы вместе придумали «Фому», и вместе его в свои в четыре руки создали, и на протяжении очень большого количества лет, немыслимого в новой России для СМИ, продолжаете заниматься этим проектом, он столько преобразований пережил за это время, вы так изменились оба, и так изменилось, глядя со стороны, ваше отношение к вашему детищу, потому что был какой-то журнал, потом он начал как-то разрастаться в разные стороны, как куст, и сейчас уже трудно определить, что такое «Фома», «Фома» — это какой-то особый мир, который живет по своим законам.
В. Легойда
— Такой мини медиа-холдинг, если пытаться определить как-то.
М. Борисова
— И естественно, у вас, как у человека, который всё это придумал и создавал, должно было меняться отношение к вашей роли внутри этого проекта, и к нему самому. Вот как это происходит?
В. Легойда
— Ну, это у меня в той или иной степени отрефлексировано, я могу сказать, что долгое время это меня даже тревожило, я понимал, что если нас с Володей из проекта убрать, то он перестанет существовать, потому что мы всё равно были таким центром определяющим. Потом стало понятно, что где-то сможет всё равно, а сейчас не просто я уверен, что ничего не случится в плане содержания, выпусков и так далее, наверное, всё-таки мы что-то там корректируем, влияем, конечно, придумываем в том числе, но я могу сказать, что, конечно, скажем, выпуск журнала, причём, поймите правильно, всё равно ведь это сочетание такой ремесленной составляющей, потому что ежемесячный журнал по одним и тем же рубрикам, как мы с вами знаем, многие не выдерживают этой рутинности, вот люди проектно ориентированные, как сейчас их определяют, и они сами себя определяют: вот я проектный, я вот 2-3 месяца готов умирать, но через 3 месяца вынь да положь мне что-то новое, а как это, вот ежемесячно одно и то же, сто страниц с одинаковыми рубриками? Но это же всё равно творческий вызов, намного больший, кстати сказать, чем вызов проекта. Но это, кстати, особенность, я думал, раньше возраста, но не только, мне вот недавно один коллега мой сказал, совершенно доброжелательно, он говорит: «Ну а что вот „Парсуна“-то твоя, ты не замучился ещё? Ну сколько можно эти интервью брать, уже пятый год там, уже всё, мне кажется, подвыдохлось уже всё», он говорит, что придало мне дополнительные силы и стимул, вот я думаю, что, конечно, это не так. Так вот, в какой-то момент я вдруг понял, что вот всё хорошо — первое такое изменение, что я понимал, что что-нибудь с нами случись, он будет выходить. Потом, когда вот у нас, наконец, получилось многое помимо журнала, или стало получаться, потому что я уже признавался, что долгое время, уже в эпоху интернета, мне кажется, что интернет был слабеньким таким, и интернет-проекты, которые появились, они сильно ушли вперёд, и «Фома» их догонял, а сейчас даже я говорю «журнал «Фома», и мне как-то кажется, это неправильно, потому что, как справедливо Марин сказала, это давно не только журнал, и видео, причём это высокого уровня очень вещи, уж простите, это, наверное, нескромно будет звучать, но я просто ответственно это говорю, потому что я знаю, кого там дружески консультируют люди, которые снимают нам, вот наши ребята, которые делают «Фому», и в том числе видеопродукцию федеральных каналов они консультируют, я имею в виду подкастную и прочую, вот такую, интернет-форматную. Я думаю, что вот те специалисты, которые у нас занимаются, они относятся к тем, кто больше всего в этом понимает сегодня у нас в стране. И вот следующий этап — это не просто может существовать, а он творчески может существовать, то есть он всё-таки не в проложенной колее, при том, что журнал, вернусь и ещё раз скажу, это творческий вызов, каждый раз: сделай попробуй его интересным, но я вот всякий раз беру новый номер, который я знаю, что там будет, мы работали, я там что-то смотрел, правил, и думаю: вот опять получилось неплохо. И новые проекты придумываются, новые какие-то темы, люди возникают, новые линейки вот этих форматов, как принято сейчас говорить, и вот это я прекрасно осознаю. Но при этом всё-таки мне хотелось бы думать, что вот те какие-то внутренние, глубинные вещи, мы как-то, по-моему, говорили, у нас есть такое понятие: «фомовский» материал и не «фомовский», его можно там обосновать, но в пределе оно такое, всё равно на уровне интуиции. Знаете, как мне говорил один мой учитель про своего знакомого в советское время, редактора: он ему приносил книгу свою, тот говорил: «А вот это вот уберите». Он говорил: «Почему? Объясните мне, почему?» Он говорит: «Я не могу вам объяснить, но это место под ударом». Вот здесь не в плане ударности, а в плане того, что интуитивно где-то мы понимаем: вот это не надо, а вот это вот хорошо, а вот здесь лучше вот так поправить. И это, ну, кто-то скажет, что это вкусовые вещи, а на мой взгляд, не вполне, это именно то, что называется редакционной политикой и так далее, но она ведь тоже не всегда должна быть рационально выражена и прописана до мельчайших подробностей. Ну, вот как-то так.
К. Мацан
— Владимир Легойда, глава Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ сегодня с нами и с вами в программе «Светлый вечер».
М. Борисова
— Ну вот, возвращаясь всё-таки к той «Парсуне» с Касаткиной, там вы много говорили о тексте, сейчас мы говорим о том, что проект, придуманный как текстовой, то есть журнальный, постепенно ушёл в другие плоскости.
В. Легойда
— Прирос другими, давайте всё-таки уточним. Он не ушёл, он никуда не делся, он прирос другими, так сказать, у этого спрута появились новые щупальца. (смеется)
М. Борисова
— Но дело в том, что эти «щупальца», они уходят от бумаги.
В. Легойда
— Они новые, да.
М. Борисова
— Все-таки при том, что бумажный «Фома» существует, слава тебе, Господи, дай Бог ему здоровья на многие лета, но всё-таки он и по объёму не сравним с тем, который выходил в 2000-е годы, и надо сказать, что по качеству материалов, я не хочу сказать, что они некачественные, но просто в силу требований времени они гораздо более лаконичные, они несколько с другой подачей, а уж в интернет-варианте, который существует на сайте «Фома», он замечательный, он очень интересный, и он на очень разную аудиторию рассчитан, потому что если брать уже подкасты, то там может очень разная аудитория найти себе что-то по интересам, по своему уровню интересов, запросов. Но дело в том, что сам текст уходит на какой-то 25-й план, потому что если исходить из посыла Касаткиной, что текст требует чтения и перечитывания, вот когда я беру, скажем, из подшивки номера старые, толстые, где было много рубрик, то там есть тексты, которые я вот с удовольствием сейчас, по прошествии стольких лет перечитываю, там и авторы очень интересные, и очень интересная подача, а главное, там есть простор автору развернуться, потому что там всё-таки были достаточно объёмные тексты, и они находили читателя, сейчас на объёмный текст найти читателя очень трудно. Вот как между Сциллой и Харибдой проходить, и текстовую часть со смыслами не потерять, и всё-таки не потерять читателя?
В. Легойда
— Тут очень много вопросов и тем. Ну, в таком «строгом беспорядке», как когда-то Володя выразился, мне очень понравилось это выражение. Конечно, когда в журнале было 200 страниц, это благословенное время, тогда возможны были чуть более пространные форматы, мне кажется, что мы, так или иначе сократившись, основное смогли сохранить, и даже не в плане интереса, как было деликатно сказано, что они тоже интересны, а в плане всё-таки возможности донесения каких-то смыслов, хотя, наверное, где-то в объёме поужались, это что касается, собственно, журнала. То есть, наверное, я, честно говоря, давно не сравнивал, даже интересно посмотреть, я помню все эти дискуссии, потому что они разные были, вплоть до того, что: «а не увеличить ли объём» и так далее, но вроде сошлись на том, что 100 страниц — такая какая-то оптимальная история по разным, конечно, причинам, но это вот что касается журнала. Что касается текстов вообще, то сейчас же разнонаправленные тенденции, где-то уходит текст, где-то наоборот. Говорят, что, как принято их сейчас называть, лонгриды имеют свою преданную аудиторию, по-прежнему, простите опять за этот ужасный новояз: в тренде, их читают и так далее, так же, как смотрят и большие, кто-то говорит: вот не смотрят, только 2-3 минуты. Нет, смотрят полуторачасовые, там двухчасовые даже какие-то интервью бывают со многими просмотрами. Поэтому здесь сетовать на то, что в видеосодержании не сохраняется текст как-то контрпродуктивно, потому что его там просто нет. Текст — это то, что написано, а видео — это видео со всеми вытекающими отсюда последствиями, это другой разговор, другой формат, другой жанр, всё что угодно. Тут для меня, скорее, существует такая, не то чтобы проблема, я, по-моему, тоже про это как-то рассказывал, но она вот в чём: какое-то время назад я попросил знакомых своих проанализировать «Фому» на разных платформах, в социальных сетях разных и прочее. И мне вот люди, которые это делали, они занимаются, не к ночи будет сказано, брендингом, и они сказали, что вот у вас есть такая, ну, они как-то более мягко выразились, но сказали, что есть некая такая системно-содержательная ошибка или огрех такой, который заключается в том, что нужно, чтобы на разных платформах был один и тот же продукт. Не одинаковая подача, понятно, что там «Одноклассники» требуют своей подачи, «ВК» своей, «Telegram» своей, но это везде, условно говоря, должен быть «Фома», а вот мы, анализируя ваши соцсети, вынуждены констатировать, что это просто разный продукт и что «Фома» в этой социальной сети, это совсем не тот «Фома», который в другой. Но, как они меня уверяли, по их оценке, не просто другая подача, что неизбежно, нет, есть такие люди, которые просто один и тот же текст публикуют везде, но мы сейчас не это обсуждаем. И я сначала очень так расстроился даже, подумал: ну как же мы там не соответствуем. А потом подумал, во-первых, у меня нет такого внутреннего согласия с этим, я прекрасно понимаю, что это действительно разные вещи, есть что-то, что соединяет всех этих «Фом» на разных площадках, но это все равно фомовские тексты, как я выше говорил. Для меня это все равно фомовские тексты, что бы ни говорили брендологи, маркетологи...
М. Борисова
— Такие страшные слова вы начали употреблять, прямо ужас.
В. Легойда
— Да, да, больше ругаться не буду, и прочие социологи, что бы они ни говорили. Наверное, на эту тему полезно периодически подумать, но коль скоро я вижу там решение тех задач, которые мы перед собой ставим, связанных с просвещением, с какой-то миссией христианской катехизации, и поскольку так или иначе это решается, то мне кажется, что даже если с этой оценкой полностью согласиться, то она должна какую-то тревогу у нас вызывать.
К. Мацан
— Я бы вот с какой стороны к этому подошёл: не только есть вопрос о том, что в видеоформате отсутствует текст, это понятно. Мы знаем про различия устного и письменного слова, что письменное слово всегда глубже, основательней, особенно печатное слово, оно выверено, как предполагается, а любой видеоформат это, скорее, больше про обмен эмоциями, чем про интеллектуальное содержание, это не плохо, не хорошо, это просто факт. Люди, которые много лет работают на телевидении, они понимают, что они занимаются жанром, в кавычках, более поверхностным, чем, допустим, газета, журнал, тем более книга. Вот с точки зрения донесения миссии «Фомы», с точки зрения того, что «Фома» все эти годы для себя видел как цель — показать красоту православия, какая тут перемена? Может быть, даже более жёстко сейчас некоторую гипотезу сформулирую: вот я могу себе представить человека, которого перевернула книга или текст, потому что это очень интимное, глубокое соприкосновение с темой, и я ни разу не слышал, чтобы человека перевернуло видео — вот посмотрел интервью человеком, и что-то такое случилось, что всё. Что вы об этом думаете?
В. Легойда
— Ну, я не согласен. Просто, Кость, я сейчас, конечно, запрещенный приём использую, но, смотрите, вот мы возьмём ваш новый проект «Голосовое сообщение».
К. Мацан
— Ну, это не запрещенный приём.
В. Легойда
— Нет, в том смысле, что, как говорят: «Ваше Величество, можно я вам правду скажу? Вы гений, да?» Но это никакой не обмен энергиями, это вполне себе... То есть вот то клише, которое вы сейчас воспроизвели, это клише эпохи Гуттенберга плюс наступившей эпохи телевидения, а мы говорим не про телевидение. Мне не очень это нравится, но где-то это уже было, до меня, что чуть ли не во времена античности мы возвращаемся, конечно, мы не возвращаемся во времена античности, но вот то слово, которое не текст, и которое звучит сегодня в проектах, подобных вашему «Голосовому сообщению», оно, конечно, никакого отношения к телевидению, как к обмену энергиями не имеет. Это точно так же, как, скажем, лотмановские лекции, да? Хотя это даже, может быть, странно прозвучит, но это даже больше в каком-то смысле, чем лотмановские лекции, потому что там всё-таки действительно был телеформат, и он как-то немножко... вот его не спрячешь. А сейчас это именно... Ну, потому что вот то, что вы сказали, что «текст, это глубже...» Ну как, вот Платон с Аристотелем так не считали, да? Уж не говоря о Сократе, судя по всему.
М. Борисова
— Им не повезло, они жили до Гуттенберга.
В. Легойда
— Да, они просто считали как раз наоборот.
К. Мацан
— Не читали, поэтому не записывали текст.
В. Легойда
— Ну, записывали, там уже... В общем, не будем в это углубляться, там все по-разному, но, насколько я знаю, в том числе и даже ещё Аристотель, конечно, там было понимание того, что только живое слово, диалог, вот в этом смысле мы можем проводить параллель, условную, как любая историческая параллель, что то, что сегодня рождается вот в этом пространстве, прости господи, подкастов и прочего — это, конечно, попытка именно смыслового разговора, вот содержательного, в котором что-то рождается, в котором производятся смыслы, они формулируются и так далее. И, конечно, эти клише, которые я сам часто говорил, что телевидение — это про обмен энергиями, они здесь уже перестают работать с той строгостью, с которой они, может быть, ещё недавно работали, хотя, опять же, мы их себе придумали, мы так это охарактеризовали, но это всё равно тоже плоско. Потому что, когда я сам говорил, что «телевидение — это про обмен энергиями», конечно, имеется в виду, что есть люди, которые на телевидении ну не звучат, вот они не звучат. Знаете, вы наверняка с этим сталкивались, это интересно, у меня вышел подкаст сейчас на «Первом» новый, про историю — «что такое история: строгая наука или пророчество о прошлом?» с великой, выдающейся Викторией Ивановной Уколовой и Фёдором Александровичем Гайдой, два доктора исторических наук, вот ваш покорный слуга, мы там разминаем эту тему. И я рассылаю ссылки друзьям, знакомым, и вот реакции же разные, и вот я давно уже обратил внимание, кто-то пишет: «Спасибо, посмотрю», а кто-то говорит: «Спасибо, послушаю». То есть, и тут уже ломается это клише, потому что вот то телевидение, которое не про смысл, а про обмен энергиями, о котором вы сказали, оно предполагает смотрение. А человек пишет: «Спасибо, послушаю», а я даже сначала возмущался: «что он послушает? Смотреть надо, не слушать, а смотреть, это же телевидение!» Но это можно послушать.
К. Мацан
— Ну, поэтому радио посерединке между этими двумя условными крайностями, это, в общем-то, не текст, то есть можно слушать и к эмоциям подключаться, но при этом на радио всегда возможен такой более интимный, глубокий, неспешный разговор.
В. Легойда
— Да, но радио, видите, стало прирастать вот этими, опять же, подкастами. Точнее, как: радио породило подкасты, как разговор в аудио формате, но сейчас любое уважающее себя радио себя еще снимает, выкладывает на платформы видео, параллельно выкладывает на аудио... Это, знаете, кстати, интересно, я сейчас читаю книжку Жана-Клода Ларше, французского богослова православного, который, безусловно, заслуживает интереса, «Обратная сторона медийного...» как это называется? «Обратная сторона медиа...» Ну, вот к вопросу о шестом десятке, вот уже... В общем, как-то она называется, недавно издана Сретенским монастырем, понятно, что там вышла в переводе, то есть какое-то время назад она была написана.
К. Мацан
— «Обратная сторона новых медиа».
В. Легойда
— А, «новых медиа», конечно, спасибо большое, «Обратная сторона новых медиа». Так вот, впервые я начинаю там видеть, что нащупан ответ на вопрос, который мы, в том числе и в этой студии, не раз поднимали: вот можем ли мы к новым технологиям применять отношение, которое испокон веков существует, о том, что технология есть нечто нейтральное, технологии суть нейтральны, вопрос только в том, как ты их применяешь, вот святоотеческое «хресис-парахресис» — использование злоупотребления, нож, который может порезать хлеб, убить человека и так далее, и, в общем, мы вроде бы всегда, как мы не пытались сказать что-то иное, всегда приходили к этому. А вот здесь впервые, по крайней мере для меня, вот оговорюсь, я впервые нашел попытку рассуждения иную, я ее не встречал, по крайней мере, это выражено так, что я понял. Там сказано, что существующие форматы нас меняют... Мысль, конечно, не новая, но она как-то там: они начинают нас менять и говорить о том, что это только технология, уже невозможно, потому что там даже... Ларше, правда, цитирует, это не его фраза, какого-то французского современного автора, а ее в канале «Ум чужой» даже разместил, он говорит: «А где же было-то неконтролируемое стремление поделиться со всеми чем-то, пока не появились смартфоны, соцсети и прочее». То есть, условно говоря, о чем он говорит? О том, что вот это наше, простите, словесное недержание сегодня, оно связано не с тем, что мы веками... Из нас вырывалось слово, и вот появились смартфоны, и мы, наконец, стали говорить, а появились смартфоны, которые нас заставили стать болтунами. Это интереснейшее и очень точное наблюдение.
М. Борисова
— Как хорошо тем, кто не пользуется смартфонами.
К. Мацан
— Вернемся к этому разговору (после слова «болтуны», конечно, звучит очень обязывающе) после небольшой паузы. У нас сегодня в гостях Владимир Романович Легойда, глава Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, главный редактор журнала «Фома» профессор МГИМО. Не переключайтесь.
К. Мацан
— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА продолжается. У нас сегодня в гостях Владимир Романович Легойда, глава Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, главный редактор журнала «Фома», профессор МГИМО, член Общественной палаты. Мы продолжаем наш интереснейший разговор о том, почему мы так много говорим.
М. Борисова
— Кстати, о том, о чём мы говорим: вот вы упомянули, что пять лет вы ведёте на телевидении свой проект «Парсуна», через эту студию прошла масса очень интересных умных людей. Пять лет общения такого плотного с людьми, с которыми...
В. Легойда
— Мы сейчас говорим про эту студию или про «парсунную»?
М. Борисова
— Нет, про «парсунную».
В. Легойда
— Но через эту студию прошло ещё больше интересных людей.
М. Борисова
— Насколько общение вот такое плотное с таким количеством умных людей меняет или не меняет в вас что-то, восприятие каких-то очень важных вещей для вас?
В. Легойда
— Меняет, конечно, по крайней мере, хочется надеяться на это. Есть, правда, такой психологический эффект, который я не осознавал, пока одна коллега это не сформулировала, я даже над этим посмеялся, она мне сказала: «А вы замечали, что интервью закончилось, и ты вообще ничего не помнишь, о чём вы говорили?» Я подумал: «ну как, я-то помню всё». А потом стал вспоминать, вот просто в день записи... Другое дело, что, я уж не знаю, маленькие секреты кухни: поскольку мы четыре программы подряд снимаем, весь месячный цикл за один раз, то к четвёртой программе ты уже забываешь, как тебя зовут, это определённые сложности несёт, видимо, и для мозга нагрузка тоже. Но есть вещи, во-первых, я благодарен этим людям, слава богу, они есть, мне это очень помогает, те, кто за программой следят и смотрят, они видят, что я часто обращаюсь к тому, что говорили гости, потому что есть вот эта структура, которую присутствующий здесь Константин Михайлович придумал для программы «Парсуна» по окончанию молитвы Оптинских старцев, за что мы ему все благодарны.
К. Мацан
— Было дело, спасибо вам.
В. Легойда
— Да, да. Она ведь, с одной стороны, очень так структурирует и направляет, а с другой стороны, ты всё время внутри психологически думаешь: «а как бы, чтобы вопросы там не повторялись», что тоже странно, потому что — почему они не могут повторяться, люди-то разные, ответы не будут повторяться никогда, но тебе нужно тут вот всё это, простите за выражение, опять же, креативить всякий раз, придумывая сценарий, ну, а там уже как пойдёт, что называется, но всё равно, когда накапливается какой-то массив ответов внутри темы, то ты уже можешь оперировать, вот навскидку — тема смирения, одна из первых программ, Николай Николаевич Лисовой (Царство Небесное), обращает моё внимание на то, что этимология слова «смирение» связана не со словом «мир», это так называемая народная этимология, а со словом «мера», и я там в порыве лингвистического несогласия заглядываю в фасмерский словарь и вижу, что он прав (ну, не во время программ, конечно, заглядываю, а потом). Это знаменитый этимологический словарь, собственно, главный, наверное, четырёхтомник, которым пользуются лингвисты. И я к этому часто возвращаюсь, потому что это целая линия такая, вот у меня в теме «терпение» есть постоянно тема: «что такое смирение для вас, как оно соотносится с кротостью, с терпением?», потому что я, собственно, исходил из того, когда всё это начиналось, что смирение — это просто очень большое терпение, вот если ты будешь много терпеть, то ты станешь смиренным, а это вообще разные вещи. Конечно, можно сейчас подискутировать было бы, можно ли быть смиренным и нетерпеливым? Но, опять же, наверное, это допустимо, и уж точно совершенно можно быть очень терпеливым и совершенно не смиренным. А есть вопрос, который рождается и становится, знаете, таким центральным, я даже подумывал иногда: не придумать ли мне, не сделать ли мне для каждой темы какой-то один завершающий вопрос, который будет повторяться, но пока всё-таки эта идея не находит во внутреннем диалоге, так сказать, отклика. Но вот, скажем, вопрос, который где-то на третьем году, наверное, программы появился: насколько человек хорошо себя знает? Вот в начале его не было, а сейчас, причём интересно: вот я когда сценарий пишу, он всё время возникает, именно возникает в разных темах, то есть у кого-то я могу спросить в теме «вера» — «насколько вы себя хорошо знаете?», у кого-то в теме «надежды», и оно очень органично. У кого-то обязательно спрошу, но в какой из пяти тем я понимаю только, когда я пишу сценарий. Ну, вот какие-то такие вещи, которые, конечно, запоминаются, и ответы запоминаются. Или, допустим, вот Алексей Павлович Козырев, хорошо известный нашей аудитории, это я к вопросу, вот «что меняет?» В теме «прощения» мы с ним беседуем, и он говорит: «Понимаешь, простить, не простить, ведь даже понять, ответить на вопрос: «ты простил или нет?» даже сложнее, чем ответить на вопрос: «любишь или нет?» Вот я никогда бы так не подумал, не сформулировал. Я начинаю думать, и мне начинает казаться, что он прав, потому что, может быть, в силу, там, я не знаю... в силу силы (простите за невольную тавтологию) любви, там действительно яснее, а вот с прощением... Вроде бы, простил, и тут же у меня цепляется сразу Андрей Сергеевич Кончаловский, который говорит: «Вот друг тебе жизнь спас на фронте, и ты его любишь, и простил там за что-то, а потом он у тебя раз, и жену увёл — ты его опять не любишь, и не простил». В общем, интересная программа для меня.
К. Мацан
— А вот то, что вы упомянули, это вопрос, который часто стали задавать: насколько человек себя хорошо знает? Ведь имплицитно подразумевается, что знаем мы себя, в общем-то, не очень хорошо, но мне так кажется, что в этом вопросе эта мысль заложена, что, на самом деле, не скрыт ли от нас тот факт, что мы себя плоховато знаем, а вот почему это важно, что это дальше для вас значит?
В. Легойда
— Я думаю, что вот в таком бытовом прочтении вроде бы заложено, но мне действительно интересна человеческая оценка знаний себя, то есть, грубо говоря, даже, может быть, это вопрос о человеческой психологии, потому что совершенно разные ответы, вплоть до того, что от одного человека какого-то супер, как мне казалось, скромного, смиренного, кроткого и так далее, я вдруг получил не без кокетства, как мне показался ответ: «в общем, неплохо, но не скрою, я хотел бы знать себя лучше», и это как-то так прозвучало, что я настолько интересен сам себе, что я бы и хотел бы с этим товарищем и поближе познакомиться. Для меня сейчас вот нет этого заложенного ответа, что — «нет, конечно, мы себя знаем плохо», это открытый совершенно вопрос, мне интересно, когда человек говорит: «да, конечно, нет», и дальше у меня есть продолжение: «а когда вы себя удивляли в последний раз?» И вот, опять же, не ожидая, сидит человек, который, как мне кажется, при каком-то уровне саморефлексии, человек не может ответить, что давно себя не удивлял, он говорит: «да нет, мне, мол, всё с собой понятно», и дальше у меня неотрефлексированно...
К. Мацан
— Скучно жить на этом свете, господа...
В. Легойда
— Да. То есть, грубо говоря, я возвожу этот вопрос внутри себя, естественно, к греческому «познай самого себя», но не к тому смыслу, который появился с Сократа, как рассказывают нам антиковеды, вот это вот написанное на храме Аполлона в Дельфах одно из речений мудрецов древности: «Познай самого себя» с эпохи Сократа, прочитывается, как мы сегодня его прочитываем, что ты должен узнать, кто ты такой, но ведь изначально, как нам объясняют специалисты по античности, оно означало, что человек, подходивший к храму, он должен был понимать, ему указывалось на его место, то есть, по большому счёту, это было: «знай себя», «знай своё место», вот ты пришёл тут общаться с богами, а ты человек, вот ты знай своё место. И вот для меня, когда я задаю этот вопрос, для меня это вопрос на стыке вот этих двух смыслов, первого и второго.
М. Борисова
— Прямо как-то тень «знай своё место»...
В. Легойда
— Отца Гамлета. (смеются)
К. Мацан
— А вы себя сами хорошо знаете?
В. Легойда
— Вот это удар, под дых такой! Я, конечно, в каких-то вещах себя знаю очень неплохо, и более того, я прекрасно знаю, как мне кажется... Знаете, есть такое, кто-то брал у Никиты Сергеевича интервью, чуть ли не известный блогер...
К. Мацан
— У Михалкова?
М. Борисова
— Ну, не у Хрущёва же.
В. Легойда
— Да, я не сказал, простите, это важное уточнение, да, потому что у Хрущёва тоже всё-таки брали, но блогеры и не брали, да, у Михалкова. И пытался его там задеть, что: «а как вы, с мигалкой ездили» и прочее. А Никита Сергеевич сказал: «А вы бы не ездили?» Он говорит: «Конечно, нет». А он говорит: «А вам предлагали?» Ну, это вот знаменитое: «Я не продаюсь! — «А вас покупали?» Вот я очень хорошо знаю, что мне очень важно не попадать в какие-то ситуации, где предложат, потому что я, зная себя, понимаю, что могу дрогнуть, так сказать, я не буквально сейчас, конечно, говорю... У Занусси я когда-то прочитал, и это прямо мне показалось таким выстраданным, выстраданным совершенно, он сказал, что «я благодарен Богу...» Это в книге «Пора умирать» у Кшиштофа Занусси есть такая мысль, что «я благодарен Богу за то, что Он не ставил меня в ситуации выбора между моей верой и моей семьёй». Я сейчас не цитирую, но мысль была такая, то есть он там говорит об эпохе социалистической в Польше, в мире, и когда там много через что приходилось проходить, и что всё-таки по мягкому варианту с ним обошлись при его христианских взглядах и прочем. И я очень хорошо понимаю, о чём он говорит.
К. Мацан
— Владимир Легойда, глава Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, сегодня с нами и с вами в программе «Светлый вечер».
В. Легойда
— Если можно, я просто, чтобы закончить: что я, конечно, надеюсь, что если вот какое-то испытание, они постоянно есть, но вот какое-то такое обострённое, то мне удастся с достоинством его пройти, ну как, даже не с достоинством, с каким достоинством, просто удастся пройти без полной потери лица, но вот именно надеюсь, знаете, как вот цепляясь за хитон Божий из последних сил. Это я к вопросу опять, видите, насчёт того, влияет «Парсуна», не влияет...
М. Борисова
— «Впрочем, и последние спасутся, но как бы из огня».
В. Легойда
— Да. Вот я сразу вспоминаю «Парсуну» Александра Сергеевича Ходаковского, который говорил, что вот «я, конечно, думаю, что если там какое-то испытание...», я сейчас точно не помню, но вот по контексту, мне кажется, он имел в виду: если там, не дай бог, какой-то плен, пытки, что я вот, как он говорит, «я знаю примерно предел своих там возможностей», поскольку человек сидел в окопе под бомбёжкой и, собственно, и находится там много лет, он примерно свои возможности человеческие понимает, он говорит «я надеюсь, что Бог даст силы, если что». Но именно так я, конечно, не могу повторить, у меня такого опыта нет, но вот где-то мне это очень понятно, потому что я тоже надеюсь, но я понимаю, что в моём случае я вот надеюсь не на себя совершенно точно. Знаете, мне вот мой первый учитель, как-то мы с ним гуляли, и какой-то человек идёт, я тогда даже не понял, он говорит: «Вот видишь, какой важный идёт человек, вот с важным видом таким?» Я говорю: «Да». Он говорит: «Вот если ему палец прищемить, интересно, он так же будет выглядеть или нет?» И я подумал, что садистская какая-то история, потом понял, что вот нам чуть-чуть даже там...
М. Борисова
— У нас в институте по-другому предлагали, когда было очень скучно на лекциях, говорили: «Представь себе лектора, говорящего то же самое, только сидя верхом на осле».
В. Легойда
— Какие у вас высокоинтеллектуальные были, я уже замер, думаю, что же там будет после «представь себе», но это вполне себе такие, практически сократовские сравнения у вас были от скуки.
К. Мацан
— Поскольку у нас сегодня разговор так или иначе вокруг...
В. Легойда
— Сократа?
К. Мацан
— Вокруг Сократа и вашего юбилея, вы как-то сказали в одной из «парсун», как я эту мысль услышал и запомнил: что «с возрастом всё больше и больше тема благодарности проявляется и проступает», вот насколько это так для вас?
В. Легойда
— Это безусловно так, и здесь у меня было как раз, поскольку мы сегодня пытались говорить о каких-то там осознаниях и этапах. Первый, наверное, этап — это когда прошло вот это юношеско-молодёжное «я всё сам, сам-сам-сам», вот это вот селф-мейд такой идиотский, и я понимаю, что сколько мне дали родители, которые, когда-то мне казалось, что моё там интеллектуальное взросление вообще без них проходит, потому что мы с ними не обсуждали книжки... Я просто помню, однажды у меня папа спросил: «У нас есть эта книжка?» Я сказал: «А ты что, хочешь почитать?» И потом я там всем рассказывал, как у нас диалог с отцом состоялся, ну, то есть, что я уже отвечал за семейную библиотеку и прочее (я название, с вашего позволения, опущу, книги, которой он вдруг заинтересовался). А потом ты понимаешь, что какие-то поездки с отцом, часто он брал меня просто в машине там по городу или куда-то он уезжал за город, там, где мы жили в Казахстане, я с ним ездил, и я сидел, вроде уткнувшись в книгу, к счастью, смартфонов-то не было, а куда-то надо было утыкаться, но вот я смотрел, как он «здрасьте-до свидания», с кем-то общается, там, не знаю, на заправке, а мы приезжали с какими-то людьми, там пасеки какие-то, и я потом это всё обнаружил в себе, в этом благодарность, это первое осознание. А второе, как раз вот тоже, замыкая круг с «парсунами», одна гостья замечательно сказала в теме как раз «надежды», когда мы говорили традиционно про уныние, она сказала, что это от неблагодарности. Уныние от неблагодарности, потому что когда человек благодарен, вот эти два чувства, они не могут существовать вместе. Если ты благодарен, ты не можешь унывать, а если ты унываешь, значит, ты неблагодарен. Ну, это так и есть. Это Анисимова была, Екатерина Владимировна.
К. Мацан
— А я ещё помню, что, мне кажется, похожую мысль высказывала уже упомянутая сегодня Татьяна Александровна Касаткина, почему-то мне запомнилось...
В. Легойда
— Она была позже Анисимовой, и скорее всего, я спросил её об этом, и она могла это развить уже как-то.
К. Мацан
— Может быть, это ложные воспоминания, как нас учат психологи, что такие есть, меня зацепила фраза: «если ты унываешь, то ты забыл поблагодарить». Вот слово «забыл», оно очень многозначное, то есть мы исходим с того, что эта память, она как бы и должна быть, забыть можно то, что вообще-то есть, что ты помнил, что в тебе присутствует, то есть, оно было, оно тебе даётся всё время как некий такой постоянный, если угодно, императив внутренний, а ты его отверг, ты его убрал, ты его забыл, должен был бы, но забыл. Мне кажется, это очень точно.
В. Легойда
— Да.
М. Борисова
— Не знаю, вот из всего вышеизложенного, вы пока тут так с жаром всё это обсуждали, я вспоминала, где же я помню с детства мысль вот эта, что «смирение — это не очень сильное терпение», меня преследовала вспомнить, где я это читала? Ну, конечно, «наше всё», «Евгений Онегин», самое начало: «Но боже мой, какая скука с больным сидеть и день и ночь не отходя, ни шагу прочь! Какое низкое коварство полуживого забавлять, ему подушки поправлять, с печалью подавать лекарства, вздыхать и думать про себя: когда же чёрт возьмёт тебя!» Вот, пожалуйста — терпение огромное, а смирения никакого. Это я возвращаюсь к тексту, потому что мы читаем всю жизнь, не рефлексируя. Мы воспринимаем очень многие тексты на эмоциональном уровне.
В. Легойда
— Я думаю, что здесь нет составляющей смирения в этом. А в чём здесь?.. Ну, может быть, и есть, конечно... Нет, всё-таки смирение...
М. Борисова
— Смирение — это принять, принять ситуацию и её...
В. Легойда
— Ну, может быть, так, да, но смирение — это понимание того, что больше, чем ты сейчас делаешь, ты сделать не можешь, вот в этом во многом. То есть, опять, смирение — это мера, вот как это сказал Лисовой, лучше я не скажу, могу лишь повторить. Он сказал, что «ты только в свою меру можешь принимать и радость мира, и боль мира», то есть, грубо говоря, сидеть у подушки больного и говорить: «а почему же я вот там не рыдаю сейчас у постели умирающего», вот такая парадоксальная вещь — это не смирение. Вот ты не рыдаешь. Это не в смысле, что ты должен говорить: «какой я молодец, что я не рыдаю», но вот к вопросу о самопознании.
К. Мацан
— А вот тема самопознания, раз уж мы в такие выси забрались, вы как-то тоже так впроброс сказали, что фразу апостола Павла «Я себя не сужу и никого не сужу, и для меня мало значит, как судите обо мне вы, потому что судья мне Христос», вот это вот центральный момент этой фразы: «я себя не сужу», вы об него спотыкаетесь, почему?
В. Легойда
— Ну, потому что я понимаю, что это очень тяжело. Я отчасти согласен с тем, что это где-то приходит и обретается возрастом, и с возрастом, но у всех по-разному, и возраст никогда не является, как мне сейчас кажется, по крайней мере сегодня, не является единственной причиной, это всегда, простите за выражение, совокупность факторов. Но, конечно, возраст плюс... ну, какое-то вот... Ну, грубо говоря, что будет говорить княгиня Марья Алексеевна, конечно, в какой-то момент тебя начинает волновать меньше, то есть, условно говоря, мы с вами прекрасно знаем, что под размещенным каким-то материалом видео всегда появится, помимо отзывов, просто там «спасибо», или «как это здорово», или «интересно», ну, более-менее, всегда появится: «какое дерьмо» там, «что вы из пустого в порожнее, пошли бы лучше там что-нибудь выкопали, построили, а то сидят, трещат». И я понимаю, что вот я когда-то на это очень сильно обращал внимание. Сейчас меня это забавляет как-то даже иногда.
М. Борисова
— Не знаю, нас всегда учили, что если ругают, это очень хорошо, это тебе три плюса в твоем табеле, потому что если ругают, значит, за дело. Значит, что-то, что-то вот раздражительное...
В. Легойда
— Ну, тут много всего. Иногда, ну, допустим: «а вот ведущему хотелось бы посоветовать не перебивать собеседников», да? И ты понимаешь, что бедный человек, то есть, как бедный, он, я его совершенно понимаю, но он не понимает, вот он мой подкаст смотрит, что вот у меня есть 35 минут, мне сказали: «за 35 минут надо все записать», и я перебиваю собеседников не потому, что я не хочу им дать сказать, а потому что я слежу за ходом программы, я должен эту тему сейчас закончить, выйти на другую, да, конечно, я субъективно делаю этот переход, но я его должен сделать. А если просто мне не перебивать, сказать «здравствуйте!» и в конце сказать «до свидания!», но тогда ведущий в принципе не нужен в студии, а это так не бывает, в общем.
М. Борисова
— А вообще, зачем нужен ведущий? Я имею в виду не в студии, а по жизни. У вас просто столько всего сошлось в перечислении ваших регалий, что все они тянут на роль ведущего, и в административной деятельности, и в институте, и везде вы как-то в роли ведущего. Вот насколько это важно для вас, для вашей жизни, для вашего формирования внутри себя?
В. Легойда
— Не знаю, я себя в разных ролях чувствую комфортно, хотя это слово тоже не очень люблю, но бывают ситуации, когда нужно просто организовывать пространство.
К. Мацан
— Спасибо огромное за наш сегодняшний разговор. Мы вас ещё раз от души поздравляем с днём рождения, с юбилеем, я думаю, что все наши радиослушатели присоединяются, и я от лица команды Радио ВЕРА вас поздравляю, желаю вам помощи Божьей на многая и благая лета (не знаю, правильно я сейчас проспрягал это выражение), в общем, многая и благая лета, Владимир Романович! Мы вас очень любим, мы очень ценим, очень дорожим нашим общением с вами и по жизни, и на волнах нашей радиостанции.
М. Борисова
— Живите долго и с удовольствием.
К. Мацан
— Помощи Божьей во всех делах.
В. Легойда
— Спасибо большое.
К. Мацан
— Владимир Легойда, глава Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, главный редактор журнала «Фома», профессор МГИМО, член Общественной палаты, был сегодня с нами и с вами в программе «Светлый вечер». В студии у микрофона была моя коллега Марина Борисова, я Константин Мацан. До свидания.
М. Борисова
— До свидания.
Все выпуски программы Светлый вечер
30 мая. «Цветущие каштаны»
Поделиться
Фото: Anna Zakharova/Unsplash
Не обойдём вниманием, мои дорогие собеседники, этой весной и величественные каштаны, бело-розовые соцветия которых напоминают мне высокие бокалы из цветного матового итальянского стекла. Они мерно покачиваются на ветвях, в такт дуновениям ветра, привлекая к себе как взоры людские, так и озабоченных сбором нектара хлопотливых пчёл. Мне кажется, что эти прекрасные цветы учат нас всегда сохранять мирное устроение души, мудрую неторопливость в речах и неизменную доброжелательность, визитную карточку христианина.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Туча
Поделиться
Фото: Тимофей Овчинников / Pexels
Еду в новый офис нашей компании знакомиться с коллективом. Маршрут незнакомый. Состояние сосредоточенное, много вопросов нужно решить, да и кадровыми перестановками, наверно, будут довольны не все. Небо в унисон мыслям пасмурное, не торопится весна, запаздывает.
Внимательно слежу за указателями, чтобы не пропустить свой поворот. Завершив манёвр, неожиданно оказываюсь свидетелем редкого зрелища. Край плотной серой тучи рассёк небосвод точно пополам. Левая его часть оказалась выкрашенной в яркий цвет лазури. Солнечный свет мощным потоком льётся с этой части на фасады высоток, графикой теней выделяя выступы и балконы. Правая часть неба осталась под плотным серым покровом, и дома угрюмо увязли в тусклом свете, будто спят.
Еду по шоссе прямо под каёмкой тучи. Навигатор предупреждает занять крайнюю левую полосу и подготовиться к повороту. И уже через минуту я оказываюсь на за́литой солнцем половине района. Моё внутреннее состояние само собой просветляется. Ведь на самом деле, даже если настроение у коллег в новом офисе будет «темнее тучи», всё поправимо. Постараемся найти общий язык, выстроим пути объезда спорных ситуаций. Ведь туча — временное явление, а за ней, скорее всего, яркая лазурь неба.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение Пятидесятницы и воскресного дня. 31 мая (вечер 30 мая) 2026г.
Поделиться
Неде́ля 8-я по Па́схе. День Свято́й Тро́ицы. Пятидесятница.
По древней традиции, в День Святой Троицы на праздничном аналое лежит икона Пятидесят-ницы («Сошествие Святаго Духа на Апостолов»). Начиная с великой вечерни в сам день праздника
(с коленопреклонными молитвами), на аналое находится икона Пресвятой Троицы. В Понедельник Святаго Духа вечером (перед вечерней) опять полагается икона Пятидесятницы, которая оста-ется на аналое до отдания праздника в субботу.
ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ
Диакон: Воста́ните!
Хор: Благослови́.
Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Священнослужители в алтаре:
Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.
Псало́м 103, предначина́тельный:
Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Вели́кая ектения́:
Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.
О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.
О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.
О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.
О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Блаже́н муж:
Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Го́споди, воззва́х, глас 1:
Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.
Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.
Стихиры Пятидесятницы, глас 1:
На 10. Стих: Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́,// испове́датися и́мени Твоему́.
Стихира: Пятдеся́тницу пра́зднуим,/ и Ду́ха прише́ствие,/ и предложе́ние обеща́ния,/ и наде́жди исполне́ние,/ и та́инство ели́ко,/ я́ко вели́ко же и че́стно./ Те́мже вопие́м Ти:// Соде́телю всех Го́споди, сла́ва Тебе́.
Стих: Мене́ ждут пра́ведницы,// до́ндеже возда́си мне.
Стихира: Пятдеся́тницу пра́зднуим,/ и Ду́ха прише́ствие,/ и предложе́ние обеща́ния,/ и наде́жди исполне́ние,/ и та́инство ели́ко,/ я́ко вели́ко же и че́стно./ Те́мже вопие́м Ти:// Соде́телю всех Го́споди, сла́ва Тебе́.
На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.
Стихира: Язы́ками иноро́дных/ обнови́л еси́ Христе́, Твоя́ ученики́,/ да те́ми Тя пропове́дят/ безсме́ртнаго Сло́ва и Бо́га,// подаю́щаго душа́м на́шим ве́лию ми́лость.
Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.
Стихира: Вся подае́т Дух Святы́й,/ то́чит проро́чествия, свяще́нники соверша́ет,/ некни́жныя му́дрости научи́,/ ры́бари богосло́вцы показа́,/ весь собира́ет собо́р церко́вный./ Единосу́щне и сопресто́льне Отцу́ и Сы́ну,// Уте́шителю, сла́ва Тебе́.
Стихиры Пятидесятницы, глас 2:
На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.
Стихира: Ви́дехом свет и́стинный,/ прия́хом Ду́ха Небе́снаго,/ обрето́хом ве́ру и́стинную,/ неразде́льней Тро́ице покланя́емся:// Та бо нас спасла́ есть.
Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.
Стихира: Ви́дехом свет и́стинный,/ прия́хом Ду́ха Небе́снаго,/ обрето́хом ве́ру и́стинную,/ неразде́льней Тро́ице покланя́емся:// Та бо нас спасла́ есть.
На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.
Стихира: Во проро́цех возвести́л еси́ нам путь спасе́ния,/ и во апо́столех возсия́ Спа́се наш, благода́ть Ду́ха Твоего́:/ Ты еси́ Бог пе́рвый, Ты и по сих,// и во ве́ки Ты еси́ Бог наш.
Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.
Стихира: Во дво́рех Твои́х воспою́ Тя Спа́са ми́ра,/ и прекло́нь коле́на, поклоню́ся Твое́й непобеди́мей си́ле,/ ве́чер, и у́тро, и полу́дне,// и на вся́кое вре́мя благословлю́ Тя Го́споди.
На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.
Стихира: Во дво́рех Твои́х, Го́споди, ве́рнии/ коле́на душ и теле́с прекло́нше,/ воспева́ем Тя безнача́льнаго Отца́,/ и собезнача́льнаго Сы́на,/ и соприсносу́щнаго и Пресвята́го Ду́ха,// просвеща́ющаго и освяща́ющаго ду́ши на́ша.
Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.
Стихира: Тро́ицу Единосу́щную песносло́вим,/ Отца́ и Сы́на, со Святы́м Ду́хом:/ та́ко бо пропове́даша вси проро́цы,// и апо́столи с му́ченики.
Стихира Пятидесятницы, глас 8:
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Догматик: Прииди́те лю́дие,/ триипоста́сному Божеству́ поклони́мся,/ Сы́ну во Отце́, со Святы́м Ду́хом:/ Оте́ц бо безле́тно роди́/ Сы́на соприсносу́щна и сопресто́льна,/ и Дух Святы́й бе во Отце́ с Сы́ном прославля́емь:/ еди́на си́ла, еди́но существо́, еди́но Божество́./ Ему́же покланя́ющеся вси глаго́лем:/ Святы́й Бо́же, вся соде́явый Сы́ном, соде́йством Свята́го Ду́ха./ Святы́й Кре́пкий, И́мже Отца́ позна́хом,/ и Дух Святы́й прии́де в мир:/ Святы́й Безсме́ртный, уте́шительный Ду́ше,/ от Отца́ исходя́й, и в Сы́не почива́яй:// Тро́ице Свята́я, сла́ва Тебе́.
Вход с кади́лом:
Диакон: Прему́дрость, про́сти.
Све́те Ти́хий:
Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Проки́мен воскре́сный, глас 6:
Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас шесты́й: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся.
Хор: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся. (На каждый стих)
Диакон: Облече́ся Госпо́дь в си́лу, и препоя́сася.
Стих 2: И́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится.
Стих 3: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.
Диакон: Госпо́дь воцари́ся.
Хор: В ле́поту облече́ся.
Парими́и Пятидеся́тницы:
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: Числ чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
(Из главы 11)
Чтец: Рече́ Госпо́дь Моисе́ю: собери́ Ми се́дмьдесят муже́й от ста́рец изра́илевых, и́хже ты сам ве́си, я́ко си́и суть ста́рцы люде́й, и кни́жники их: и приведе́ши их в сень свиде́ния, и ста́нут ту с тобо́ю. И сни́ду, и возглаго́лю та́мо с тобо́ю, и отыму́ от Ду́ха су́щаго в тебе́, и возложу́ на них, и посо́бствуют с тобо́ю стремле́ния люде́й, и не пово́диши их ты еди́н. И собра́ Моисе́й се́дмьдесят муже́й от ста́рец люде́й, и поста́ви их о́крест се́ни. И сни́де Госпо́дь во о́блаце, и глаго́ла Моисе́ю, и взят от Ду́ха И́же в нем, и положи́ на седми́десяти муже́й ста́рец: а я́коже почи́ Дух на них, и прореко́ша в стану́, и ктому́ не приложи́ша. И оста́ша два му́жа в стану́, и́мя еди́ному Елда́д, и и́мя второ́му Мода́д, и почи́ на них Дух: и сия́ бе́ста от напи́санных, и не приидо́ста в сень, и проро́чествоваста в стану́. И прите́к ю́ноша возвести́ Моисе́ю, и рече́ ему́, глаго́ля: Елда́д и Мода́д проро́чествуета в стану́. И отвеща́в Иису́с сын Нави́н, предстоя́й Моисе́ю, избра́нный его́, рече́: го́споди Моисе́е, возбрани́ и́ма. И рече́ ему́ Моисе́й: не ревну́еши ли ты мне? И кто даст всем лю́дем Госпо́дним бы́ти проро́ки, егда́ даст Госпо́дь Ду́ха Своего́ на них?
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: Проро́чества Ио́илева чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
(Из главы 2)
Чтец: Та́ко глаго́лет Госпо́дь: ча́да Сио́нова ра́дуйтеся, и весели́теся о Го́споде Бо́зе ва́шем, я́ко даде́ вам бра́шна в пра́вду, и одожди́т вам дождь ра́нный и по́здный, я́коже пре́жде. И напо́лнятся гу́мна пшени́цы, и излию́тся точи́лия вина́ и еле́а. И вдам вам вме́сто лет, и́хже поядо́ша пру́зи и гу́сеницы, и ржа, и хру́стове, си́ла Моя́ вели́кая, ю́же посла́х на вы. И сне́сте яду́ще и насытите́ся, и похва́лите и́мя Го́спода Бо́га ва́шего, И́же сотвори́ свы́ше чудеса́: и не постыдя́тся лю́дие Мои́ в век. И разуме́ете, я́ко посреде́ Изра́иля Аз есмь, и Аз Госпо́дь Бог ваш, и несть ино́го, ра́зве Мене́: и не постыдя́тся ктому́ лю́дие Мои́ в век. И бу́дет по сих, излию́ от Ду́ха Моего́ на вся́кую плоть, и прореку́т сы́нове ва́ши и дще́ри ва́ша, и ста́рцы ва́ши со́ния ви́дят, и ю́ноши ва́ши виде́ния у́зрят. И́бо на рабы́ Моя́, и на рабы́ни Моя́ во дни о́ны излию́ от Ду́ха Моего́, и прореку́т. И дам чудеса́ на небеси́ горе́, и зна́мения на земли́ ни́зу, кровь и огнь, и куре́ние ды́ма. Со́лнце преложи́тся во тьму, и луна́ в кровь, пре́жде прише́ствия дне Госпо́дня вели́каго и стра́шнаго. И бу́дет всяк, и́же а́ще призове́т и́мя Госпо́дне, спасе́тся.
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: Проро́чества Иезеки́илева чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
(Из главы 36)
Чтец: Та́ко глаго́лет Госпо́дь: прииму́ вас от язы́к, и соберу́ вы от всех язы́к стра́нных, и введу́ вы в зе́млю ва́шу, и окроплю́ на вы чи́стую во́ду, и очи́ститеся от всех нечисто́т ва́ших, и от всех и́дол ва́ших, и очи́щу вы. И дам вам се́рдце но́вое, и дух но́вый дам вам, и отыму́ се́рдце ка́менное от пло́ти ва́шея, и дам вам се́рдце пло́тяное, и Дух Мой дам в вас. И сотворю́, да во оправда́ниих Мои́х хо́дите, и судьбы́ Моя́ сохраните́, и сотворите́. И вселите́ся в зе́млю, ю́же дах отце́м ва́шим, и бу́дете Ми в лю́ди, и Аз бу́ду вам в Бо́га.
Ектения́ сугу́бая:
Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.
Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.
Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.
Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.
Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.
Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Сподо́би, Го́споди:
Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.
Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.
Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Лития́:
Стихиры Пятидесятницы, глас 2, самогласны:
Стихира: Во проро́цех возвести́л еси́ нам путь спасе́ния,/ и во апо́столех возсия́ Спа́се наш, благода́ть Ду́ха Твоего́./ Ты еси́ Бог пе́рвый, Ты и по сих,// и во ве́ки Ты еси́ Бог наш.
Стихира: Во дво́рех Твои́х воспою́ Тя, Спа́са ми́ра,/ и прекло́нь коле́на, поклоню́ся Твое́й непобеди́мей си́ле,/ ве́чер, и у́тро, и полу́дне,// и на вся́кое вре́мя благословлю́ Тя Го́споди.
Стихира: Во дво́рех Твои́х Го́споди, ве́рнии/ коле́на душ и теле́с прекло́нше,/ воспева́ем Тя безнача́льнаго Отца́,/ и собезнача́льнаго Сы́на,/ и соприсносу́щнаго и Пресвята́го Ду́ха,// просвеща́ющаго и освяща́ющаго ду́ши на́ша.
Стихира Пятидесятницы, глас 8:
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Стихира: Егда́ Ду́ха Твоего́ посла́л еси́ Го́споди,/ седя́щим апо́столом,/ тогда́ евре́йския де́ти зря́ще ужаса́хуся у́жасом:/ слы́шаху бо я́ веща́юща/ ины́ми стра́нными язы́ки, я́коже Дух подава́ше им./ Неве́жди бо су́ще умудри́шася,/ и язы́ки в ве́ру улови́вше,/ боже́ственная вети́йствоваху./ Те́мже и мы вопие́м Ти:/ И́же на земли́ явле́йся, и от пре́лести спасы́й нас,// Го́споди сла́ва Тебе́.
Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день), и всех святы́х. Мо́лим Тя, многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.
Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.
Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)
Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день) и всех святы́х. благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.
Хор: Ами́нь.
Стихи́ры на стихо́вне:
Стихиры Пятидесятницы, глас 6, самогласны:
Стихира: Не разуме́юще язы́цы Го́споди, Пресвята́го Ду́ха/ на апо́столы Твоя́ бы́вшия си́лы,/ измене́ние язы́к пия́нство бы́ти мня́ху./ Мы же утверди́вшеся от них,/ непреста́нно си́це глаго́лем:/ Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от нас,// мо́лим Ти ся Человеколю́бче.
Стих: Се́рдце чи́сто сози́жди во мне Бо́же/ и Дух прав обнови́ во утро́бе мое́й.
Стихира: Го́споди, Свята́го Ду́ха наше́ствие,/ апо́столы Твоя́ испо́лнившее,/ ины́ми язы́ки глаго́лати устро́и./ Те́мже пресла́вное,/ неве́рным у́бо пия́нство мня́шеся,/ ве́рным же хода́тайственно спасе́ния:/ его́же сия́ния и нас сподо́би,// мо́лим Ти ся Человеколю́бче.
Стих: Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́/ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́.
Стихира: Царю́ Небе́сный,/ Уте́шителю, Ду́ше и́стины,/ И́же везде́ сый/ и вся исполня́яй,/ Сокро́вище благи́х/ и жи́зни Пода́телю,/ прииди́ и всели́ся в ны,/ и очи́сти ны от вся́кия скве́рны,// и спаси́, Бла́же, ду́ши на́ша.
Стихира Пятидесятницы, глас 8:
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Стихира: Язы́цы иногда́ размеси́шася,/ де́рзости ра́ди столпотворе́ния:/ язы́цы же ны́не умудри́шася,/ сла́вы ра́ди богове́дения./ Та́мо осуди́ нечести́выя погреше́нием:/ зде просвети́л есть Христо́с ры́бари Ду́хом./ Тогда́ упраздни́ся безгла́сие к муче́нию:/ ны́не обновля́ется согла́сие// ко спасе́нию душ на́ших.
Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:
Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Тропа́рь Пятидеся́тницы, глас 8:
Хор: Благослове́н еси́, Христе́ Бо́же наш,/ И́же прему́дры ловцы́ явле́й,/ низпосла́в им Ду́ха Свята́го,/ и те́ми уловле́й вселе́нную,// Человеколю́бче, сла́ва Тебе́. (Трижды)
Благослове́ние хле́бов:
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)
Псало́м 33:
Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода// не лиша́тся вся́каго бла́га.
Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Шестопса́лмие:
Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)
Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)
Псало́м 3:
Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.
Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.
Псало́м 37:
Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.
Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от Мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.
Псало́м 62:
Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.
На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Псало́м 87:
Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.
Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.
Псало́м 102:
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.
На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.
Псало́м 142:
Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.
Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.
Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.
Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
После Шестопсалмия
Вели́кая ектения́:
Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.
О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.
О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.
О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.
О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Бог Госпо́дь, глас 8:
Диакон: Бог Госпо́дь, и яви́ся нам, благослове́н Гряды́й во И́мя Госпо́дне.
Стих 1: Испове́дайтеся Го́сподеви, я́ко благ, я́ко в век ми́лость Его́.
Хор: Бог Госпо́дь, и яви́ся нам, благослове́н Гряды́й во И́мя Госпо́дне.
(И далее на каждый стих)
Стих 2: Обыше́дше обыдо́ша мя, и И́менем Госпо́дним противля́хся им.
Стих 3: Не умру́, но жив бу́ду, и пове́м дела́ Госпо́дня.
Стих 4: Ка́мень, Его́же небрего́ша зи́ждущии, Сей бысть во главу́ у́гла, от Го́спода бысть Сей, и есть ди́вен во очесе́х на́ших.
Тропа́рь Пятидеся́тницы, глас 8:
Благослове́н еси́, Христе́ Бо́же наш,/ И́же прему́дры ловцы́ явле́й,/ низпосла́в им Ду́ха Свята́го,/ и те́ми уловле́й вселе́нную,// Человеколю́бче, сла́ва Тебе́. (Дважды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Благослове́н еси́, Христе́ Бо́же наш,/ И́же прему́дры ловцы́ явле́й,/ низпосла́в им Ду́ха Свята́го,/ и те́ми уловле́й вселе́нную,// Человеколю́бче, сла́ва Тебе́.
Кафи́змы: (В приходской традиции могут сокращаться или опускаться)
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Кафи́зма втора́я:
Псало́м 9:
Испове́мся Тебе́, Го́споди, всем се́рдцем мои́м, пове́м вся чудеса́ Твоя́. Возвеселю́ся и возра́дуюся о Тебе́, пою́ и́мени Твоему́, Вы́шний. Внегда́ возврати́тися врагу́ моему́ вспять, изнемо́гут и поги́бнут от лица́ Твоего́. Я́ко сотвори́л еси́ суд мой и прю мою́, сел еси́ на Престо́ле, судя́й пра́вду. Запрети́л еси́ язы́ком, и поги́бе нечести́вый, и́мя его́ потреби́л еси́ в век и в век ве́ка. Врагу́ оскуде́ша ору́жия в коне́ц, и гра́ды разруши́л еси́, поги́бе па́мять его́ с шу́мом. И Госпо́дь во век пребыва́ет, угото́ва на суд Престо́л Свой, и Той суди́ти и́мать вселе́нней в пра́вду, суди́ти и́мать лю́дем в правоте́. И бысть Госпо́дь прибе́жище убо́гому, помо́щник во благовре́мениих, в ско́рбех. И да упова́ют на Тя зна́ющии и́мя Твое́, я́ко не оста́вил еси́ взыска́ющих Тя, Го́споди. По́йте Го́сподеви, живу́щему в Сио́не, возвести́те во язы́цех начина́ния Его́, я́ко взыска́яй кро́ви их помяну́, не забы́ зва́ния убо́гих. Поми́луй мя, Го́споди, виждь смире́ние мое́ от враг мои́х, вознося́й мя от врат сме́ртных, Я́ко да возвещу́ вся хвалы́ Твоя́ во врате́х дще́ре Сио́ни, возра́дуемся о спасе́нии Твое́м. Углебо́ша язы́цы в па́губе, ю́же сотвори́ша, в се́ти сей, ю́же скры́ша, увязе́ нога́ их. Зна́емь есть Госпо́дь судьбы́ творя́й, в де́лех руку́ свое́ю увязе́ гре́шник. Да возвратя́тся гре́шницы во ад, вси язы́цы забыва́ющии Бо́га. Я́ко не до конца́ забве́н бу́дет ни́щий, терпе́ние убо́гих не поги́бнет до конца́. Воскресни́, Го́споди, да не крепи́тся челове́к, да су́дятся язы́цы пред Тобо́ю. Поста́ви, Го́споди, законоположи́теля над ни́ми, да разуме́ют язы́цы, я́ко челове́цы суть. Вску́ю, Го́споди, отстоя́ дале́че, презира́еши во благовре́мениих, в ско́рбех? Внегда́ горди́тися нечести́вому, возгара́ется ни́щий, увяза́ют в сове́тех, я́же помышля́ют. Я́ко хвали́мь есть гре́шный в по́хотех души́ своея́, и оби́дяй благослови́мь есть. Раздражи́ Го́спода гре́шный, по мно́жеству гне́ва своего́ не взы́щет, несть Бо́га пред ним. Оскверня́ются путие́ его́ на вся́ко вре́мя, отъе́млются судьбы́ Твоя́ от лица́ его́, все́ми враги́ свои́ми облада́ет. Рече́ бо в се́рдце свое́м, не подви́жуся от ро́да в род без зла, его́же кля́твы уста́ его́ по́лна суть, и го́рести и льсти, под язы́ком его́ труд и боле́знь. Приседи́т в лови́тельстве с бога́тыми в та́йных, е́же уби́ти непови́ннаго, о́чи его́ на ни́щаго призира́ете. Лови́т в та́йне я́ко лев во огра́де свое́й, лови́т е́же восхи́тити ни́щаго, восхи́тити ни́щаго, внегда́ привлещи́ и́ в се́ти свое́й. Смири́т его́, преклони́тся и паде́т, внегда́ ему́ облада́ти убо́гими. Рече́ бо в се́рдце свое́м: забы́ Бог, отврати́ лице́ Свое́, да не ви́дит до конца́. Воскресни́, Го́споди Бо́же мой, да вознесе́тся рука́ Твоя́, не забу́ди убо́гих Твои́х до конца́. Чесо́ ра́ди прогне́ва нечести́вый Бо́га? Рече́ бо в се́рдце свое́м: не взы́щет. Ви́диши, я́ко Ты боле́знь и я́рость смотря́еши, да пре́дан бу́дет в ру́це Твои́, Тебе́ оста́влен есть ни́щий, си́ру Ты бу́ди помо́щник. Сокруши́ мы́шцу гре́шному и лука́вому, взы́щется грех его́ и не обря́щется. Госпо́дь Царь во век и в век ве́ка, поги́бнете, язы́цы, от земли́ Его́. Жела́ние убо́гих услы́шал еси́, Го́споди, угото́ванию се́рдца их внят у́хо Твое́. Суди́ си́ру и смире́ну, да не приложи́т ктому́ велича́тися челове́к на земли́.
Псало́м 10:
На Го́спода упова́х, ка́ко рече́те души́ мое́й: превита́й по гора́м, я́ко пти́ца? Я́ко се, гре́шницы наляко́ша лук, угото́ваша стре́лы в ту́ле, состреля́ти во мра́це пра́выя се́рдцем. Зане́ я́же Ты соверши́л еси́, они́ разруши́ша, пра́ведник же что сотвори́? Госпо́дь во хра́ме святе́м Свое́м. Госпо́дь, на Небеси́ Престо́л Его́, о́чи Его́ на ни́щаго призира́ете, ве́жди Его́ испыта́ете сы́ны челове́ческия. Госпо́дь испыта́ет пра́веднаго и нечести́ваго, любя́й же непра́вду ненави́дит свою́ ду́шу. Одожди́т на гре́шники се́ти, огнь и жу́пел, и дух бу́рен часть ча́ши их. Я́ко пра́веден Госпо́дь, и пра́вды возлюби́, правоты́ ви́де лице́ Его́.
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Хор: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Псало́м 11:
Спаси́ мя, Го́споди, я́ко оскуде́ преподо́бный, я́ко ума́лишася и́стины от сыно́в челове́ческих. Су́етная глаго́ла ки́йждо ко и́скреннему своему́, устне́ льсти́выя в се́рдце, и в се́рдце глаго́лаша зла́я. Потреби́т Госпо́дь вся устны́ льсти́выя, язы́к велере́чивый, ре́кшия: язы́к наш возвели́чим, устны́ на́ша при нас суть, кто нам Госпо́дь есть? Стра́сти ра́ди ни́щих и воздыха́ния убо́гих ны́не воскресну́, глаго́лет Госпо́дь, положу́ся во спасе́ние, не обиню́ся о нем. Словеса́ Госпо́дня словеса́ чи́ста, сребро́ разжже́но, искуше́но земли́, очище́но седмери́цею. Ты, Го́споди, сохрани́ши ны и соблюде́ши ны от ро́да сего́ и во век. О́крест нечести́вии хо́дят, по высоте́ Твое́й умно́жил еси́ сы́ны челове́ческия.
Псало́м 12:
Доко́ле, Го́споди, забу́деши мя до конца́? Доко́ле отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Доко́ле положу́ сове́ты в души́ мое́й, боле́зни в се́рдце мое́м день и нощь? Доко́ле вознесе́тся враг мой на мя? При́зри, услы́ши мя, Го́споди Бо́же мой, просвети́ о́чи мои́, да не когда́ усну́ в смерть, да не когда́ рече́т враг мой, укрепи́хся на него́. Стужа́ющии ми возра́дуются, а́ще подви́жуся. Аз же на ми́лость Твою́ упова́х, возра́дуется се́рдце мое́ о спасе́нии Твое́м, воспою́ Го́сподеви благоде́явшему мне и пою́ и́мени Го́спода Вы́шняго.
Псало́м 13:
Рече́ безу́мен в се́рдце свое́м: несть Бог. Растле́ша и омерзи́шася в начина́ниих, несть творя́й благосты́ню. Госпо́дь с Небесе́ прини́че на сы́ны челове́ческия, ви́дети, а́ще есть разумева́яй или́ взыска́яй Бо́га. Вси уклони́шася, вку́пе неключи́ми бы́ша: несть творя́й благосты́ню, несть до еди́наго. Ни ли́ уразуме́ют вси де́лающии беззако́ние, снеда́ющии лю́ди моя́ в снедь хле́ба? Го́спода не призва́ша. Та́мо убоя́шася стра́ха, иде́же не бе страх, я́ко Госпо́дь в ро́де пра́ведных. Сове́т ни́щаго посрами́сте, Госпо́дь же упова́ние его́ есть. Кто даст от Сио́на спасе́ние Изра́илево? Внегда́ возврати́т Госпо́дь плене́ние люде́й Свои́х, возра́дуется Иа́ков, и возвесели́тся Изра́иль.
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Хор: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Псало́м 14:
Го́споди, кто обита́ет в жили́щи Твое́м? Или́ кто всели́тся во святу́ю го́ру Твою́? Ходя́й непоро́чен и де́лаяй пра́вду, глаго́ляй и́стину в се́рдце свое́м. И́же не ульсти́ язы́ком свои́м и не сотвори́ и́скреннему своему́ зла, и поноше́ния не прия́т на бли́жния своя́. Уничиже́н есть пред ним лука́внуяй, боя́щия же ся Го́спода сла́вит, клены́йся и́скреннему своему́ и не отмета́яся. Сребра́ своего́ не даде́ в ли́хву и мзды на непови́нных не прия́т. Творя́й сия́ не подви́жится во век.
Псало́м 15:
Сохрани́ мя, Го́споди, я́ко на Тя упова́х. Рех Го́сподеви: Госпо́дь мой еси́ Ты, я́ко благи́х мои́х не тре́буеши. Святы́м, и́же суть на земли́ Его́, удиви́ Госпо́дь вся хоте́ния Своя́ в них. Умно́жишася не́мощи их, по сих ускори́ша: не соберу́ собо́ры их от крове́й, ни помяну́ же име́н их устна́ма мои́ма. Госпо́дь часть достоя́ния моего́ и ча́ши моея́, Ты еси́ устроя́яй достоя́ние мое́ мне. У́жя нападо́ша ми в держа́вных мои́х, и́бо достоя́ние мое́ держа́вно есть мне. Благословлю́ Го́спода, вразуми́вшаго мя, еще́ же и до но́щи наказа́ша мя утро́бы моя́. Предзре́х Го́спода предо мно́ю вы́ну, я́ко одесну́ю мене́ есть, да не подви́жуся. Сего́ ра́ди возвесели́ся се́рдце мое́, и возра́довася язы́к мой, еще́ же и плоть моя́ всели́тся на упова́нии. Я́ко не оста́виши ду́шу мою́ во а́де, ниже́ да́си преподо́бному Твоему́ ви́дети истле́ния. Сказа́л ми еси́ пути́ живота́, испо́лниши мя весе́лия с лице́м Твои́м, красота́ в десни́це Твое́й в коне́ц.
Псало́м 16:
Услы́ши, Го́споди, пра́вду мою́, вонми́ моле́нию моему́, внуши́ моли́тву мою́ не во устна́х льсти́вых. От лица́ Твоего́ судьба́ моя́ изы́дет, о́чи мои́ да ви́дита правоты́. Искуси́л еси́ се́рдце мое́, посети́л еси́ но́щию, искуси́л мя еси́, и не обре́теся во мне непра́вда. Я́ко да не возглаго́лют уста́ моя́ дел челове́ческих, за словеса́ усте́н Твои́х аз сохрани́х пути́ же́стоки. Соверши́ стопы́ моя́ во стезя́х Твои́х, да не подви́жутся стопы́ моя́. Аз воззва́х, я́ко услы́шал мя еси́, Бо́же, приклони́ у́хо Твое́ мне и услы́ши глаго́лы моя́. Удиви́ ми́лости Твоя́, спаса́яй упова́ющия на Тя от проти́вящихся десни́це Твое́й. Сохрани́ мя, Го́споди, я́ко зе́ницу о́ка, в кро́ве крилу́ Твое́ю покры́еши мя. От лица́ нечести́вых остра́стших мя, врази́ мои́ ду́шу мою́ одержа́ша. Тук свой затвори́ша, уста́ их глаго́лаша горды́ню. Изгоня́щии мя ны́не обыдо́ша мя, о́чи свои́ возложи́ша уклони́ти на зе́млю. Объя́ша мя я́ко лев гото́в на лов и я́ко ски́мен обита́яй в та́йных. Воскресни́, Го́споди, предвари́ я́ и запни́ им, изба́ви ду́шу мою́ от нечести́ваго, ору́жие Твое́ от враг руки́ Твоея́, Го́споди, от ма́лых от земли́, раздели́ я́ в животе́ их, и сокрове́нных Твои́х испо́лнися чре́во их, насы́тишася сыно́в, и оста́виша оста́нки младе́нцем свои́м. Аз же пра́вдою явлю́ся лицу́ Твоему́, насы́щуся, внегда́ яви́ти ми ся сла́ве Твое́й.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Седа́лен Пятидеся́тницы, глас 4, подо́бен: «Удиви́ся Ио́сиф...»:
Попра́зднственный ве́рнии,/ и коне́чный пра́здник пра́зднуим све́тло,/ сей есть Пятдеся́тница,/ обеща́ния исполне́ние и предложе́ния:/ в сей бо огнь Уте́шителев сни́де на зе́млю, я́ко в ви́де язы́к,/ и ученики́ просвети́, и сия́ неботаи́нники показа́.// Свет прии́де Уте́шителя, и мир просвети́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Попра́зднственный ве́рнии,/ и коне́чный пра́здник пра́зднуим све́тло,/ сей есть Пятдеся́тница,/ обеща́ния исполне́ние и предложе́ния:/ в сей бо огнь Уте́шителев сни́де на зе́млю, я́ко в ви́де язы́к,/ и ученики́ просвети́, и сия́ неботаи́нники показа́.// Свет прии́де Уте́шителя, и мир просвети́.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Кафи́зма тре́тья:
Псало́м 17:
Возлюблю́ Тя, Го́споди, кре́посте моя́. Госпо́дь утвержде́ние мое́, и прибе́жище мое́, и Изба́витель Мой, Бог мой, Помо́щник мой, и упова́ю на Него́, Защи́титель мой, и рог спасе́ния моего́, и Засту́пник мой. Хваля́ призову́ Го́спода и от враг мои́х спасу́ся. Одержа́ша мя боле́зни сме́ртныя, и пото́цы беззако́ния смято́ша мя, боле́зни а́довы обыдо́ша мя, предвари́ша мя се́ти сме́ртныя. И внегда́ скорбе́ти ми, призва́х Го́спода, и к Бо́гу моему́ воззва́х, услы́ша от хра́ма Свята́го Своего́ глас мой, и вопль мой пред Ним вни́дет во у́ши Его́. И подви́жеся, и тре́петна бысть земля́, и основа́ния гор смято́шася и подвиго́шася, я́ко прогне́вася на ня Бог. Взы́де дым гне́вом Его́, и огнь от лица́ Его́ воспла́менится, у́глие возгоре́ся от Него́. И приклони́ небеса́, и сни́де, и мрак под нога́ма Его́. И взы́де на Херуви́мы, и лете́, лете́ на крилу́ ве́треню. И положи́ тму закро́в Свой, о́крест Его́ селе́ние Его́, темна́ вода́ во о́блацех возду́шных. От облиста́ния пред Ним о́блацы проидо́ша, град и у́глие о́гненное. И возгреме́ с Небесе́ Госпо́дь и Вы́шний даде́ глас Свой. Низпосла́ стре́лы и разгна́ я́, и мо́лнии умно́жи и смяте́ я́. И яви́шася исто́чницы водни́и, и откры́шася основа́ния вселе́нныя, от запреще́ния Твоего́, Го́споди, от дохнове́ния ду́ха гне́ва Твоего́. Низпосла́ с высоты́, и прия́т мя, восприя́т мя от вод мно́гих. Изба́вит мя от враго́в мои́х си́льных и от ненави́дящих мя, я́ко утверди́шася па́че мене́. Предвари́ша мя в день озлобле́ния моего́, и бысть Госпо́дь утверже́ние мое́. И изведе́ мя на широту́, изба́вит мя, я́ко восхоте́ мя. И возда́ст ми Госпо́дь по пра́вде мое́й и по чистоте́ руку́ мое́ю возда́ст ми. Я́ко сохрани́х пути́ Госпо́дни и не нече́ствовах от Бо́га моего́. Я́ко вся судьбы́ Его́ предо мно́ю и оправда́ния Его́ не отступи́ша от мене́. И бу́ду непоро́чен с Ним, и сохраню́ся от беззако́ния моего́. И возда́ст ми Госпо́дь по пра́вде мое́й и по чистоте́ руку́ мое́ю пред очи́ма Его́. С преподо́бным преподо́бен бу́деши, и с му́жем непови́нным непови́нен бу́деши, и со избра́нным избра́н бу́деши, и со стропти́вым разврати́шися. Я́ко Ты лю́ди смире́нныя спасе́ши и о́чи го́рдых смири́ши. Я́ко Ты просвети́ши свети́льник мой, Го́споди, Бо́же мой, просвети́ши тму мою́. Я́ко Тобо́ю изба́влюся от искуше́ния и Бо́гом мои́м прейду́ сте́ну. Бог мой, непоро́чен путь Его́, словеса́ Госпо́дня разжже́на, Защи́титель есть всех упова́ющих на Него́. Я́ко кто бог, ра́зве Го́спода? или́ кто бог, ра́зве Бо́га на́шего? Бог препоясу́яй мя си́лою, и положи́ непоро́чен путь мой. Соверша́яй но́зе мои́, я́ко еле́ни, и на высо́ких поставля́яй мя. Науча́яй ру́це мои́ на брань, и положи́л еси́ лук ме́дян мы́шца моя́. И дал ми еси́ защище́ние спасе́ния, и десни́ца Твоя́ восприя́т мя, и наказа́ние Твое́ испра́вит мя в коне́ц, и наказа́ние Твое́ то мя научи́т. Ушири́л еси́ стопы́ моя́ подо мно́ю, и не изнемого́сте плесне́ мои́. Пожену́ враги́ моя́, и пости́гну я́, и не возвращу́ся, до́ндеже сконча́ются. Оскорблю́ их, и не возмо́гут ста́ти, паду́т под нога́ма мои́ма. И препоя́сал мя еси́ си́лою на брань, спял еси́ вся востаю́щия на мя под мя. И враго́в мои́х дал ми еси́ хребе́т, и ненави́дящия мя потреби́л еси́. Воззва́ша, и не бе спаса́яй: ко Го́споду, и не услы́ша их. И истню́ я́ я́ко прах пред лице́м ве́тра, я́ко бре́ние путе́й погла́жду я́. Изба́виши мя от пререка́ния люде́й, поста́виши мя во главу́ язы́ков. Лю́дие, и́хже не ве́дех, рабо́таша ми. В слух у́ха послу́шаша мя. Сы́нове чужди́и солга́ша ми. Сы́нове чужди́и обетша́ша и охромо́ша от стезь свои́х. Жив Госпо́дь, и благослове́н Бог, и да вознесе́тся Бог спасе́ния моего́. Бог дая́й отмще́ние мне и покори́вый лю́ди под мя. Изба́витель мой от враг мои́х гневли́вых, от востаю́щих на мя вознесе́ши мя, от му́жа непра́ведна изба́виши мя. Сего́ ра́ди испове́мся Тебе́ во язы́цех, Го́споди, и и́мени Твоему́ пою́: велича́яй спасе́ния царе́ва, и творя́й ми́лость христу́ Своему́ Дави́ду, и се́мени его́ до ве́ка.
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Хор: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Псало́м 18:
Небеса́ пове́дают сла́ву Бо́жию, творе́ние же руку́ Его́ возвеща́ет твердь. День дни отрыга́ет глаго́л, и нощь но́щи возвеща́ет ра́зум. Не суть ре́чи, ниже́ словеса́, и́хже не слы́шатся гла́си их. Во всю зе́млю изы́де веща́ние их и в концы́ вселе́нныя глаго́лы их. В со́лнце положи́ селе́ние Свое́, и Той, я́ко Жени́х исходя́й от черто́га Своего́, возра́дуется, я́ко Исполи́н тещи́ путь. От кра́я небесе́ исхо́д Его́, и сре́тение Его́ до кра́я небесе́, и несть и́же укры́ется теплоты́ Его́. Зако́н Госпо́день непоро́чен, обраща́яй ду́ши, свиде́тельство Госпо́дне ве́рно, умудря́ющее младе́нцы. Оправда́ния Госпо́дня пра́ва, веселя́щая се́рдце, за́поведь Госпо́дня светла́, просвеща́ющая о́чи. Страх Госпо́день чист, пребыва́яй в век ве́ка: судьбы́ Госпо́дни и́стинны, оправда́ны вку́пе, вожделе́нны па́че зла́та и ка́мене че́стна мно́га, и сла́ждша па́че ме́да и со́та. И́бо раб Твой храни́т я́, внегда́ сохрани́ти я́, воздая́ние мно́го. Грехопаде́ния кто разуме́ет? От та́йных мои́х очи́сти мя, и от чужди́х пощади́ раба́ Твоего́, а́ще не облада́ют мно́ю, тогда́ непоро́чен бу́ду и очи́щуся от греха́ вели́ка. И бу́дут во благоволе́ние словеса́ уст мои́х, и поуче́ние се́рдца моего́ пред Тобо́ю вы́ну, Го́споди, Помо́щниче мой и Изба́вителю мой.
Псало́м 19:
Услы́шит тя Госпо́дь в день печа́ли, защи́тит тя и́мя Бо́га Иа́ковля. По́слет ти по́мощь от Свята́го и от Сио́на засту́пит тя. Помяне́т вся́ку же́ртву твою́, и всесожже́ние твое́ ту́чно бу́ди. Даст ти Госпо́дь по се́рдцу твоему́ и весь сове́т твой испо́лнит. Возра́дуемся о спасе́нии твое́м и во и́мя Го́спода Бо́га на́шего возвели́чимся. Испо́лнит Госпо́дь вся проше́ния твоя́. Ны́не позна́х, я́ко спасе́ Госпо́дь христа́ Своего́, услы́шит его́ с Небесе́ Свята́го Своего́, в си́лах спасе́ние десни́цы Его́. Си́и на колесни́цах, и си́и на ко́нех, мы же во и́мя Го́спода Бо́га на́шего призове́м. Ти́и спя́ти бы́ша и падо́ша, мы же воста́хом и испра́вихомся. Го́споди, спаси́ царя́ и услы́ши ны, во́ньже а́ще день призове́м Тя.
Псало́м 20:
Го́споди, си́лою Твое́ю возвесели́тся царь и о спасе́нии Твое́м возра́дуется зело́. Жела́ние се́рдца его́ дал еси́ ему́, и хоте́ния устну́ его́ не́си лиши́л его́. Я́ко предвари́л еси́ его́ благослове́нием благосты́нным, положи́л еси́ на главе́ его́ вене́ц от ка́мене че́стна. Живота́ проси́л есть у Тебе́, и дал еси́ ему́ долготу́ дний во век ве́ка. Ве́лия сла́ва его́ спасе́нием Твои́м, сла́ву и велеле́пие возложи́ши на него́. Я́ко да́си ему́ благослове́ние во век ве́ка, возвесели́ши его́ ра́достию с лице́м Твои́м. Я́ко царь упова́ет на Го́спода, и ми́лостию Вы́шняго не подви́жится. Да обря́щется рука́ Твоя́ всем враго́м Твои́м, десни́ца Твоя́ да обря́щет вся ненави́дящия Тебе́. Я́ко положи́ши их я́ко пещь о́гненную во вре́мя лица́ Твоего́, Госпо́дь гне́вом Свои́м смяте́т я́, и снесть их огнь. Плод их от земли́ погуби́ши, и се́мя их от сыно́в челове́ческих. Я́ко уклони́ша на Тя зла́я, помы́слиша сове́ты, и́хже не возмо́гут соста́вити. Я́ко положи́ши я́ хребе́т, во избы́тцех Твои́х угото́виши лице́ их. Вознеси́ся, Го́споди, си́лою Твое́ю, воспое́м и пое́м си́лы Твоя́.
Чтец: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Хор: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Чтец: И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Псало́м 21:
Бо́же, Бо́же мой, вонми́ ми, вску́ю оста́вил мя еси́? Дале́че от спасе́ния моего́ словеса́ грехопаде́ний мои́х. Бо́же мой, воззову́ во дни, и не услы́шиши, и в нощи́, и не в безу́мие мне. Ты же во Святе́м живе́ши, хвало́ Изра́илева. На Тя упова́ша отцы́ на́ши, упова́ша и изба́вил еси́ я́. К Тебе́ воззва́ша, и спасо́шася, на Тя упова́ша, и не постыде́шася. Аз же есмь червь, а не челове́к, поноше́ние челове́ков и уничиже́ние люде́й. Вси ви́дящии мя поруга́ша ми ся, глаго́лаша устна́ми, покива́ша главо́ю: упова́ на Го́спода, да изба́вит его́, да спасе́т его́, я́ко хо́щет его́. Я́ко Ты еси́ исто́ргий мя из чре́ва, упова́ние мое́ от сосцу́ ма́тере моея́. К Тебе́ приве́ржен есмь от ложе́сн, от чре́ва ма́тере моея́ Бог мой еси́ Ты. Да не отсту́пиши от мене́, я́ко скорбь близ, я́ко несть помога́яй ми. Обыдо́ша мя тельцы́ мно́зи, юнцы́ ту́чнии одержа́ша мя. Отверзо́ша на мя уста́ своя́, я́ко лев восхища́яй и рыка́яй. Я́ко вода́ излия́хся, и разсы́пашася вся ко́сти моя́, бысть се́рдце мое́ я́ко воск, та́яй посреде́ чре́ва моего́. И́зсше я́ко скуде́ль кре́пость моя́, и язы́к мой прильпе́ горта́ни моему́, и в персть сме́рти свел мя еси́. Я́ко обыдо́ша мя пси мно́зи, сонм лука́вых одержа́ша мя, ископа́ша ру́це мои́ и но́зе мои́. Исчето́ша вся ко́сти моя́, ти́и же смотри́ша и презре́ша мя. Раздели́ша ри́зы моя́ себе́, и о оде́жди мое́й мета́ша жре́бий. Ты же, Го́споди, не удали́ по́мощь Твою́ от мене́, на заступле́ние мое́ вонми́. Изба́ви от ору́жия ду́шу мою́, и из руки́ пе́сии единоро́дную мою́. Спаси́ мя от уст льво́вых и от рог единоро́жь смире́ние мое́. Пове́м и́мя Твое́ бра́тии мое́й, посреде́ це́ркве воспою́ Тя. Боя́щиися Го́спода, восхвали́те Его́, все се́мя Иа́ковле, просла́вите Его́, да убои́тся же от Него́ все се́мя Изра́илево. Я́ко не уничижи́, ниже́ негодова́ моли́твы ни́щаго, ниже́ отврати́ лице́ Свое́ от мене́, и егда́ воззва́х к Нему́, услы́ша мя. От Тебе́ похвала́ моя́, в це́ркви вели́цей испове́мся Тебе́, моли́твы моя́ возда́м пред боя́щимися Его́. Ядя́т убо́зии и насы́тятся, и восхва́лят Го́спода взыска́ющии Его́, жива́ бу́дут сердца́ их в век ве́ка. Помяну́тся и обратя́тся ко Го́споду вси концы́ земли́, и покло́нятся пред Ним вся оте́чествия язы́к. Я́ко Госпо́дне есть ца́рствие, и Той облада́ет язы́ки. Ядо́ша и поклони́шася вси ту́чнии земли́, пред Ним припаду́т вси низходя́щии в зе́млю, и душа́ моя́ Тому́ живе́т. И се́мя мое́ порабо́тает Ему́, возвести́т Го́сподеви род гряду́щий. И возвестя́т пра́вду Его́ лю́дем ро́ждшимся, я́же сотвори́ Госпо́дь.
Псало́м 22:
Госпо́дь пасе́т мя, и ничто́же мя лиши́т. На ме́сте зла́чне, та́мо всели́ мя, на воде́ поко́йне воспита́ мя. Ду́шу мою́ обрати́, наста́ви мя на стези́ пра́вды, и́мене ра́ди Своего́. А́ще бо и пойду́ посреде́ се́ни сме́ртныя, не убою́ся зла, я́ко Ты со мно́ю еси́, жезл Твой и па́лица Твоя́, та мя уте́шиста. Угото́вал еси́ предо мно́ю трапе́зу сопроти́в стужа́ющим мне, ума́стил еси́ еле́ом главу́ мою́, и ча́ша Твоя́ упоява́ющи мя, я́ко держа́вна. И ми́лость Твоя́ пожене́т мя вся дни живота́ моего́, и е́же всели́ти ми ся в дом Госпо́день, в долготу́ дний.
Псало́м 23:
Госпо́дня земля́, и исполне́ние ея́, вселе́нная и вси живу́щии на ней. Той на моря́х основа́л ю есть, и на река́х угото́вал ю есть. Кто взы́дет на го́ру Госпо́дню? или́ кто ста́нет на ме́сте святе́м Его́? Непови́нен рука́ма и чист се́рдцем, и́же не прия́т всу́е ду́шу свою́, и не кля́тся ле́стию и́скреннему своему́. Сей прии́мет благослове́ние от Го́спода, и ми́лостыню от Бо́га, Спа́са своего́. Сей род и́щущих Го́спода, и́щущих лице́ Бо́га Иа́ковля. Возми́те врата́ кня́зи ва́ша, и возми́теся врата́ ве́чная, и вни́дет Царь сла́вы. Кто есть сей Царь сла́вы? Госпо́дь кре́пок и си́лен, Госпо́дь си́лен в бра́ни. Возми́те врата́ кня́зи ва́ша, и возми́теся врата́ ве́чная, и вни́дет Царь сла́вы. Кто есть сей Царь сла́вы? Госпо́дь сил, Той есть Царь сла́вы.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Седа́лен Пятидеся́тницы, глас 4, подо́бен: «Удиви́ся Ио́сиф...»:
Ду́ха исто́чник прише́д на зе́млю,/ во о́гненныя ре́ки разделя́яся мы́сленно,/ апо́столы ороша́ше просвеща́я:/ и бысть им о́блак ороша́яй огнь,/ просвеща́яй тех, и одождя́яй пла́мень,/ и́миже мы прия́хом благода́ть, огне́м же и водо́ю.// Свет прии́де Уте́шителя, и мир просвети́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Ду́ха исто́чник прише́д на зе́млю,/ во о́гненныя ре́ки разделя́яся мы́сленно,/ апо́столы ороша́ше просвеща́я:/ и бысть им о́блак ороша́яй огнь,/ просвеща́яй тех, и одождя́яй пла́мень,/ и́миже мы прия́хом благода́ть, огне́м же и водо́ю.// Свет прии́де Уте́шителя, и мир просвети́.
После кафизм:
Полиеле́й:
Хор: Хвали́те И́мя Госпо́дне, хвали́те, раби́ Го́спода.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Благослове́н Госпо́дь от Сио́на, живы́й во Иерусали́ме.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Испове́дайтеся Го́сподеви, я́ко Благ, я́ко в век ми́лость Его́.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Испове́дайтеся Бо́гу Небе́сному, я́ко в век ми́лость Его́.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Велича́ние Пятидеся́тницы и избра́нный псало́м:
Духовенство: Велича́ем Тя,/ Живода́вче Христе́,/ и чтим Всесвята́го Ду́ха Твоего́,/ Его́же от Отца́ посла́л еси́// Боже́ственным ученико́м Твои́м.
Хор поет первый стих Избранного псалма:
Хор: Небеса́ пове́дают сла́ву Бо́жию, творе́ние же руку́ Его́ возвеща́ет твердь./
Затем хор поет Величание:
Хор: Велича́ем Тя,/ Живода́вче Христе́,/ и чтим Всесвята́го Ду́ха Твоего́,/ Его́же от Отца́ посла́л еси́// Боже́ственным ученико́м Твои́м.
И далее хор продолжает чередовать стихи Избранного псалма и Величание:
Хор: Ду́хом уст Его́ вся си́ла их./ С небесе́ призре́ Госпо́дь, ви́де вся сы́ны челове́ческия./ Огнь пред Ним предъи́дет, и о́крест Его́ бу́ря зе́льна./ У́глие возгоре́ся от Него́, и приклони́ небеса́ и сни́де./ От облиста́ния пред Ним о́блацы проидо́ша./ Помяну́тся, и обратя́тся ко Го́споду все концы́ земли́./ И покло́нятся пред Ним вся оте́чествия язы́к./ Свиде́тельство Госпо́дне ве́рно, умудря́ющее младе́нцы./ Земля́ потрясе́ся, и́бо небеса́ ка́нуша от лица́ Бо́га Сина́ина./ Дождь во́лен отлучи́ши Бо́же, достоя́нию Твоему́./ Поста́виши их кня́зи по всей земли́./ Во всю зе́млю изы́де веща́ние их, и в концы́ вселе́нныя глаго́лы их./ По́слеши Ду́ха Твоего́, и сози́ждутся, и обнови́ши лице́ земли́./ Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву./ Се́рдце чи́сто сози́жди во мне Бо́же, и Дух прав обнови́ во утро́бе мое́й./ Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́, и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́./ Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́, и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя./ Госпо́дь даст глаго́л благовеству́ющим си́лою мно́гою./ Госпо́дь кре́пость лю́дем Свои́м даст, Госпо́дь благослови́т лю́ди Своя́ ми́ром.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа,// сла́ва Тебе́, Бо́же. (Два́жды)
Духовенство: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа,// сла́ва Тебе́, Бо́же. (Единожды)
Велича́ем Тя,/ Живода́вче Христе́,/ и чтим Всесвята́го Ду́ха Твоего́,/ Его́же от Отца́ посла́л еси́// Боже́ственным ученико́м Твои́м.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Благослови́ся И́мя Твое́ и просла́вися Ца́рство Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Седа́лен Пятидеся́тницы, глас 8, подо́бен: «Повеле́нное та́йно...»:
По воста́нии Христе́, е́же от гро́ба,/ и е́же к высоте́ Небе́сной Боже́ственном Вознесе́нии,/ богови́дцем сла́ву Твою́ низпосла́л еси́ Ще́дре,/ Ду́ха пра́ваго обнови́вый ученико́м./ Те́мже я́ко гусль мусики́йская, всем уясни́ся// боже́ственным бряца́лом та́йно Спа́се глаше́ния, и смотре́ние Твое́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
По воста́нии Христе́, е́же от гро́ба,/ и е́же к высоте́ Небе́сной Боже́ственном Вознесе́нии,/ богови́дцем сла́ву Твою́ низпосла́л еси́ Ще́дре,/ Ду́ха пра́ваго обнови́вый ученико́м./ Те́мже я́ко гусль мусики́йская, всем уясни́ся// боже́ственным бряца́лом та́йно Спа́се глаше́ния, и смотре́ние Твое́.
Степе́нна, глас 4:
1 антифо́н:
Хор: От ю́ности моея́/ мно́зи бо́рют мя стра́сти,/ но Сам мя заступи́// и спаси́, Спа́се мой.
Ненави́дящии Сио́на,/ посрами́теся от Го́спода,/ я́ко трава́ бо огне́м// бу́дете изсо́хше.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Святы́м Ду́хом/ вся́ка душа́ живи́тся,/ и чистото́ю возвыша́ется,// светле́ется Тро́йческим еди́нством, священнота́йне.
Проки́мен и чте́ние Ева́нгелия Пятидеся́тницы:
Диакон: Во́нмем. Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас четве́ртый: Дух Твой Благи́й/ наста́вит мя на зе́млю пра́ву.
Хор: Дух Твой Благи́й/ наста́вит мя на зе́млю пра́ву.
Диакон: Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́.
Хор: Дух Твой Благи́й/ наста́вит мя на зе́млю пра́ву.
Диакон: Дух Твой Благи́й/
Хор: Наста́вит мя на зе́млю пра́ву.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Я́ко Свят еси́ Бо́же наш, и во святы́х почива́еши, и Тебе́ сла́ву воссыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Диакон: Вся́кое дыха́ние да хва́лит Го́спода.
Хор: Вся́кое дыха́ние да хва́лит Го́спода.
Диакон: Хвали́те Бо́га во святы́х Его́, хвали́те Его́ во утверже́нии си́лы Его́.
Хор: Вся́кое дыха́ние да хва́лит Го́спода.
Диакон: Вся́кое дыха́ние.
Хор: Да хва́лит Го́спода.
Диакон: И о сподо́битися нам слы́шанию Свята́го Ева́нгелия, Го́спода Бо́га мо́лим.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим Свята́го Ева́нгелия.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Иерей: От Иоа́нна Свята́го Ева́нгелия чте́ние.
Хор: Сла́ва, Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Диакон: Во́нмем.
Ева́нгелие у́треннее Пятидеся́тницы (Ин., зач.65: гл.20, стт.19-23):
Иерей: Су́щу по́зде в день той, во еди́ну от суббо́т, и две́рем затворе́нным, иде́же бя́ху ученицы́ Его́ со́брани, стра́ха ра́ди иуде́йска, прии́де Иису́с и ста посреде́, и глаго́ла им: мир вам. И сие́ рек, показа́ им ру́це и но́зе и ре́бра Своя́. Возра́довашася же ученицы́, ви́девше Го́спода. Рече́ же им Иису́с па́ки: мир вам. Я́коже посла́ Мя Оте́ц, и Аз посыла́ю вы. И сие́ рек, ду́ну и глаго́ла им: приими́те Дух Свят. И́мже отпустите́ грехи́, отпу́стятся им: и и́мже держите́, держа́тся.
В тот же первый день недели вечером, когда двери дома, где собирались ученики Его, были заперты из опасения от Иудеев, пришел Иисус, и стал посреди, и говорит им: мир вам!
Сказав это, Он показал им руки и ноги и ребра Свои. Ученики обрадовались, увидев Господа.
Иисус же сказал им вторично: мир вам! как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас.
Сказав это, дунул, и говорит им: примите Духа Святого.
Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся.
Хор: Сла́ва, Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
«Воскресе́ние Христо́во...» не поется.
Псало́м 50:
Чтец: Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мое́. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя. Я́ко беззако́ние мое́ аз зна́ю и грех мой предо мно́ю есть вы́ну. Тебе́ Еди́ному согреши́х, и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х и победи́ши, внегда́ суди́ти Ти. Се бо в беззако́ниих зача́т есмь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо и́стину возлюби́л еси́, безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся, омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие, возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х, и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́, и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́, и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́нныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́, возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо, всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н, се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския, тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая: тогда́ возложа́т на олта́рь Твой тельцы́.
После 50 псалма:
Глас 6:
Хор: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху./ Моли́твами апо́столов,/ Ми́лостиве, очи́сти// мно́жество согреше́ний на́ших.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь./ Моли́твами Богоро́дицы,/ Ми́лостиве, очи́сти// мно́жество согреше́ний на́ших.
Поми́луй мя, Бо́же,/ по вели́цей ми́лости Твое́й,/ и по мно́жеству щедро́т Твои́х// очи́сти беззако́ние мое́.
Стихира Пятидесятницы, глас 6:
Стихира: Царю́ Небе́сный,/ Уте́шителю, Ду́ше и́стины,/ И́же везде́ сый/ и вся исполня́яй,/ Сокро́вище благи́х/ и жи́зни Пода́телю,/ прииди́ и всели́ся в ны,/ и очи́сти ны от вся́кия скве́рны,// и спаси́, Бла́же, ду́ши на́ша.
Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день) и всех святы́х. Мо́лим Тя, многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.
Хор: Го́споди, поми́луй. (12 раз)
Иерей: Ми́лостию и щедро́тами и человеколю́бием единоро́днаго Твоего́ Сы́на, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Кано́н: (Обычно читается в сокращении)
Песнь 1:
Кано́н Пятидеся́тницы пе́рвый, глас 7:
Ирмос: По́нтом покры́/ фарао́на с колесни́цами/ сокруша́яй бра́ни мы́шцею высо́кою,// пои́м Ему́, я́ко просла́вися. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Де́лом, я́коже дре́вле ученико́м обеща́л еси́,/ Уте́шителя Ду́ха посла́вый Христе́,// возсия́л еси́ ми́ру свет Человеколю́бче. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Зако́ном дре́вле пропове́данное и проро́ки, испо́лнися:// Боже́ственнаго бо Ду́ха днесь всем ве́рным благода́ть излия́ся. (Трижды)
Кано́н Пятидеся́тницы второ́й, глас 4:
Ирмос: Боже́ственным покрове́н/ медленоязы́чный мра́ком,/ извити́йствова богопи́санный зако́н:/ ти́ну бо отря́с очесе́ у́мнаго,/ ви́дит Су́щаго,/ и науча́ется Ду́ха ра́зуму,// хваля́ Боже́ственными пе́сньми. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Реко́ша чи́стая и честна́я уста́:/ разлуче́ния вам не бу́дет, о дру́зи!/ Аз бо на О́тчем вы́шнем престо́ле соседя́, излию́ Ду́ха,// возсия́ти жела́ющим благода́ть незави́стную. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Преде́л преше́дшее и́стиннейшее Сло́во,/ тихообра́зно соверша́ет се́рдце:/ де́ло бо сконча́в, возвесели́ дру́ги,/ дыха́нием ну́жным и о́гненными язы́ки,// пода́в Ду́ха Христо́с, я́коже обеща́ся.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Преде́л преше́дшее и́стиннейшее Сло́во,/ тихообра́зно соверша́ет се́рдце:/ де́ло бо сконча́в, возвесели́ дру́ги,/ дыха́нием ну́жным и о́гненными язы́ки,// пода́в Ду́ха Христо́с, я́коже обеща́ся.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: Преде́л преше́дшее и́стиннейшее Сло́во,/ тихообра́зно соверша́ет се́рдце:/ де́ло бо сконча́в, возвесели́ дру́ги,/ дыха́нием ну́жным и о́гненными язы́ки,// пода́в Ду́ха Христо́с, я́коже обеща́ся.
Катава́сия Пятидеся́тницы:
Глас 7:
По́нтом покры́/ фарао́на с колесни́цами/ сокруша́яй бра́ни мы́шцею высо́кою,// пои́м Ему́, я́ко просла́вися.
Глас 4:
Боже́ственным покрове́н/ медленоязы́чный мра́ком,/ извити́йствова богопи́санный зако́н:/ ти́ну бо отря́с очесе́ у́мнаго,/ ви́дит Су́щаго,/ и науча́ется Ду́ха ра́зуму,// хваля́ Боже́ственными пе́сньми.
Песнь 3:
Кано́н Пятидеся́тницы пе́рвый, глас 7:
Ирмос: С высоты́ си́лою,/ ученико́м Христе́, до́ндеже облеце́теся, рекл еси́,/ седи́те во Иерусали́ме:/ Аз же я́ко Мене́, Уте́шителя ино́го,/ Ду́ха Моего́ же и О́тча послю́,// в Не́мже утвердите́ся. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Боже́ственнаго Ду́ха наше́дшая си́ла,/ разде́льшийся дре́вле глас/ зле согласи́вшихся/ во еди́но прили́чие боже́ственне совокупи́,/ ве́дением Тро́ицы вразумля́ющи ве́рныя,// в Не́йже утверди́хомся. (6 раз)
Кано́н Пятидеся́тницы второ́й, глас 4:
Ирмос: Разве́рзе утро́бы неча́дствовавшия у́зы,/ доса́ду же неудоботерпи́му благоча́дствующия,/ еди́на моли́тва проро́чицы дре́вле А́нны,/ нося́щия дух сокруше́н,// к си́льному и Бо́гу ра́зумов. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Непостижи́ма есть Богонача́льнейшая:/ вети́я бо изъяви́ безкни́жныя, ры́бари прему́дрыя,/ зауша́ющия сло́вом, и от глубо́кия но́щи изыма́ющия лю́ди безчи́сленны,// блиста́нием Ду́ха. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Бя́ше исхо́ден от нерожде́нна Све́та,/ всеси́льный сия́ющий Свет,/ Его́же Сы́ном Оте́ческия вла́сти,/ ны́не явля́ет сра́сленное озаре́ние,// о́гненный глас в Сио́не язы́ком.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Бя́ше исхо́ден от нерожде́нна Све́та,/ всеси́льный сия́ющий Свет,/ Его́же Сы́ном Оте́ческия вла́сти,/ ны́не явля́ет сра́сленное озаре́ние,// о́гненный глас в Сио́не язы́ком.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: Бя́ше исхо́ден от нерожде́нна Све́та,/ всеси́льный сия́ющий Свет,/ Его́же Сы́ном Оте́ческия вла́сти,/ ны́не явля́ет сра́сленное озаре́ние,// о́гненный глас в Сио́не язы́ком.
Катава́сия Пятидеся́тницы:
Глас 7:
С высоты́ си́лою,/ ученико́м Христе́, до́ндеже облеце́теся, рекл еси́,/ седи́те во Иерусали́ме:/ Аз же я́ко Мене́, Уте́шителя ино́го,/ Ду́ха Моего́ же и О́тча послю́,// в Не́мже утвердите́ся.
Глас 4:
Разве́рзе утро́бы неча́дствовавшия у́зы,/ доса́ду же неудоботерпи́му благоча́дствующия,/ еди́на моли́тва проро́чицы дре́вле А́нны,/ нося́щия дух сокруше́н,// к си́льному и Бо́гу ра́зумов.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Ты еси́ Бог наш и Тебе́ сла́ву воссыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Седа́лен Пятидеся́тницы, глас 8, подо́бен: «Повеле́нное та́йно...»:
Спа́совы рачи́тилие ра́дости испо́лнишася,/ и дерзнове́ние прия́ша, пре́жде боя́щиися:/ я́ко Дух Святы́й днесь свы́ше сни́де на дом учени́ческий,/ и ин ина́я глаго́лаше к лю́дем./ Язы́цы бо разсе́яшася, ви́дими я́ко огнь:// и сих не опали́, но па́че ороси́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Спа́совы рачи́тилие ра́дости испо́лнишася,/ и дерзнове́ние прия́ша, пре́жде боя́щиися:/ я́ко Дух Святы́й днесь свы́ше сни́де на дом учени́ческий,/ и ин ина́я глаго́лаше к лю́дем./ Язы́цы бо разсе́яшася, ви́дими я́ко огнь:// и сих не опали́, но па́че ороси́.
Песнь 4:
Кано́н Пятидеся́тницы пе́рвый, глас 7:
Ирмос: Смотря́яй проро́к/ в после́дняя Твое́ Христе́ прише́ствие, вопия́ше:/ Твою́ услы́шах Го́споди си́лу,// я́ко вся спасти́ пома́занныя Твоя́ прише́л еси́. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Во проро́цех глаго́лавый,/ и зако́ном пропове́данный пе́рвее несоверше́нным,/ Бог И́стинный Уте́шитель,// Сло́ва служи́телем и свиде́телем познава́ется днесь. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Зна́мение Божества́ нося́й,/ апо́столом во огни́ Дух раздели́ся,/ и стра́нными язы́ки явля́шеся,// я́ко Оте́ческая Боже́ственная си́ла гряду́щая есть, самоповели́тельная. (Трижды)
Кано́н Пятидеся́тницы второ́й, глас 4:
Ирмос: Царю́ царе́й,/ яковы́й от якова́го еди́н Сло́ве произше́дый/ от Отца́ безвино́внаго,/ равномо́щнаго Твоего́ Ду́ха/ апо́столом и́стинно посла́л еси́,/ я́ко Благоде́теля пою́щим:// сла́ва держа́ве Твое́й Го́споди. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Ба́ню Боже́ственную пакибытия́ сло́вом раствори́в,/ ссложе́нное естество́, дождоточи́ши ми струю́/ от нетленнопрободе́ннаго Твоего́ ребра́, о Бо́жий Сло́ве,// запечатле́я теплото́ю Ду́ха. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Преклоня́ют вся Уте́шителю коле́на,/ Сы́ну же О́тчу, Отцу́ сра́сленному,/ в Ли́цех бо ви́деша трегу́бых Существо́ и́стинное,/ неприкоснове́нное, безле́тное, еди́ное:// возсия́ бо свет благода́ть Ду́ха. (Дважды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Да испо́лнятся вси Богонача́льнейшим,/ ели́цы служи́телие Трисве́тлаго Существа́:/ па́че естества́ бо соверша́ет я́ко благоде́тель,/ и огнесве́тит Христо́с во спасе́ние,// всю дая́ благода́ть Ду́ха.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: Да испо́лнятся вси Богонача́льнейшим,/ ели́цы служи́телие Трисве́тлаго Существа́:/ па́че естества́ бо соверша́ет я́ко благоде́тель,/ и огнесве́тит Христо́с во спасе́ние,// всю дая́ благода́ть Ду́ха.
Катава́сия Пятидеся́тницы:
Глас 7:
Смотря́яй проро́к/ в после́дняя Твое́ Христе́ прише́ствие, вопия́ше:/ Твою́ услы́шах Го́споди си́лу,// я́ко вся спасти́ пома́занныя Твоя́ прише́л еси́.
Глас 4:
Царю́ царе́й,/ яковы́й от якова́го еди́н Сло́ве произше́дый/ от Отца́ безвино́внаго,/ равномо́щнаго Твоего́ Ду́ха/ апо́столом и́стинно посла́л еси́,/ я́ко Благоде́теля пою́щим:// сла́ва держа́ве Твое́й Го́споди.
Песнь 5:
Кано́н Пятидеся́тницы пе́рвый, глас 7:
Ирмос: Стра́ха ра́ди Твоего́/ зача́тый Го́споди во чре́ве проро́ков,/ и рожде́нный на земли́ Дух спасе́ния,/ апо́стольская сердца́ созида́ет чи́ста/ и в ве́рных пра́вый обновля́ется:// свет бо и мир зане́ Твоя́ повеле́ния. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Наше́дшая си́ла днесь сия́, Дух Благи́й,/ Дух прему́дрости Бо́жия, Дух от Отца́ исходя́й,/ и Сы́ном ве́рным нам явле́йся подава́телен,// в ни́хже вселя́ется естество́м святы́ни, в не́йже зри́тся. (6 раз)
Кано́н Пятидеся́тницы второ́й, глас 4:
Ирмос: Реши́тельное очище́ние грехо́в,/ огнедухнове́нную приими́те Ду́ха ро́су,/ о ча́да светообра́зная церко́вная:/ ны́не от Сио́на бо изы́де зако́н,// языкоогнеобра́зная Ду́ха благода́ть. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Я́коже благоволи́ самовла́стно,/ необлада́нный исхо́дит Дух от Отца́,/ умудря́я в язы́цех апо́столы,/ печатле́я живоно́сное Сло́во,// Отчеси́льное, сообра́зное, Его́же Спас рече́. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Да исцели́т у́бо смы́слы от греха́,/ и се устроя́ше апо́столов, Бог Сло́во всенача́льное, пречи́стый дом,// в не́мже единомо́щнаго же и ссу́щественнаго ны́не вселя́ется Ду́ха свет.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Да исцели́т у́бо смы́слы от греха́,/ и се устроя́ше апо́столов, Бог Сло́во всенача́льное, пречи́стый дом,// в не́мже единомо́щнаго же и ссу́щественнаго ны́не вселя́ется Ду́ха свет.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: Да исцели́т у́бо смы́слы от греха́,/ и се устроя́ше апо́столов, Бог Сло́во всенача́льное, пречи́стый дом,// в не́мже единомо́щнаго же и ссу́щественнаго ны́не вселя́ется Ду́ха свет.
Катава́сия Пятидеся́тницы:
Глас 7:
Стра́ха ра́ди Твоего́/ зача́тый Го́споди во чре́ве проро́ков,/ и рожде́нный на земли́ Дух спасе́ния,/ апо́стольская сердца́ созида́ет чи́ста/ и в ве́рных пра́вый обновля́ется:// свет бо и мир зане́ Твоя́ повеле́ния.
Глас 4:
Реши́тельное очище́ние грехо́в,/ огнедухнове́нную приими́те Ду́ха ро́су,/ о ча́да светообра́зная церко́вная:/ ны́не от Сио́на бо изы́де зако́н,// языкоогнеобра́зная Ду́ха благода́ть.
Песнь 6:
Кано́н Пятидеся́тницы пе́рвый, глас 7:
Ирмос: Пла́вающего в молве́ жите́йских попече́ний/ с корабле́м потопля́ема грехи́,/ и душетле́нному зве́рю примета́ема,/ я́ко Ио́на Христе́, вопию́ Ти:// из смертоно́сныя глубины́ возведи́ мя. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: От Ду́ха Твоего́ на плоть вся́кую,/ я́коже рекл еси́, бога́тно излия́л еси́,/ и испо́лнишася вся́ческая Твоего́ ве́дения Го́споди,/ я́ко из Отца́ Сын нетле́нно роди́лся еси́,// и Дух Неразде́льный изы́де. (6 раз)
Кано́н Пятидеся́тницы второ́й, глас 4:
Ирмос: Очище́ние нам Христе́/ и спасе́ние Влады́ко,/ возсия́л еси́ от Де́вы,/ да я́ко проро́ка/ от зве́ря морска́го пе́рсей Ио́ну,// от тли исхити́ши, всего́ Ада́ма всеро́дна па́дшаго. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: И́стинный нам пра́вый во утро́бах ве́чно прии́мшим Дух,/ да обнови́ши Отчеисхо́дный, и всесовокупле́нно,/ вещества́ ненави́стнаго Пали́тельный скверн,// ка́ла же смы́слов Чисти́тельный, Вседержи́телю. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Жела́тельное достоя́ние апо́столом,/ сио́няном ча́ющим Твоего́ прише́ствия,/ позна́ние Дух Отчерожде́нна Сло́ва,// речь жесто́кую язы́ческих ласка́тельств ско́ро показа́в, огнедохнове́нно утвержда́еши.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Жела́тельное достоя́ние апо́столом,/ сио́няном ча́ющим Твоего́ прише́ствия,/ позна́ние Дух Отчерожде́нна Сло́ва,// речь жесто́кую язы́ческих ласка́тельств ско́ро показа́в, огнедохнове́нно утвержда́еши.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: Жела́тельное достоя́ние апо́столом,/ сио́няном ча́ющим Твоего́ прише́ствия,/ позна́ние Дух Отчерожде́нна Сло́ва,// речь жесто́кую язы́ческих ласка́тельств ско́ро показа́в, огнедохнове́нно утвержда́еши.
Катава́сия Пятидеся́тницы:
Глас 7:
Пла́вающего в молве́ жите́йских попече́ний/ с корабле́м потопля́ема грехи́,/ и душетле́нному зве́рю примета́ема,/ я́ко Ио́на Христе́, вопию́ Ти:// из смертоно́сныя глубины́ возведи́ мя.
Глас 4:
Очище́ние нам Христе́/ и спасе́ние Влады́ко,/ возсия́л еси́ от Де́вы,/ да я́ко проро́ка/ от зве́ря морска́го пе́рсей Ио́ну,// от тли исхити́ши, всего́ Ада́ма всеро́дна па́дшаго.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Ты бо еси́ Царь ми́ра и Спас душ на́ших, и Тебе́ сла́ву воссыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Конда́к Пятидеся́тницы, глас 8:
Егда́ снизше́д язы́ки слия́,/ разделя́ше язы́ки Вы́шний,/ егда́ же о́гненныя язы́ки раздая́ше,/ в соедине́ние вся призва́,// и согла́сно сла́вим Всесвята́го Ду́ха.
И́кос:
Ско́рое и изве́стное даждь утеше́ние рабо́м Твои́м Иису́се,/ внегда́ уныва́ти духо́м на́шим,/ не разлуча́йся от душ на́ших в ско́рбех,/ не удаля́йся от мы́слей на́ших во обстоя́ниих,/ но при́сно нас предвари́./ Прибли́жися нам, прибли́жися везде́ Сый,/ я́коже со апо́столы Твои́ми всегда́ еси́,/ си́це и Тебе́ жела́ющим соедини́ Себе́ Ще́дре:/ да совоку́плени Тебе́ пое́м,// и славосло́вим Всесвята́го Ду́ха Твоего́.
Песнь 7:
Кано́н Пятидеся́тницы пе́рвый, глас 7:
Ирмос: В пещь о́гненную/ вве́ржени преподо́бнии о́троцы,/ огнь в ро́су преложи́ша,/ воспева́нием си́це вопию́ще:// благослове́н еси́ Го́споди Бо́же оте́ц на́ших. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Вету́ющим Боже́ственная вели́чия апо́столом,/ Ду́ха де́йство непщева́шеся пия́нство неве́рствующим,// и́мже Тро́ица познава́ется, еди́н Бог оте́ц на́ших. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Неразде́льное естество́ правосла́вно богосло́вим/ Бо́га Отца́ Безнача́льнаго,/ тоя́жде вла́сти Сло́ва и Ду́ха,// благослове́н еси́, зову́ще, Бо́же оте́ц на́ших. (Трижды)
Кано́н Пятидеся́тницы второ́й, глас 4:
Ирмос: Согла́сная возшуме́ орга́нская песнь,/ почита́ти златосотворе́нный безду́шный истука́н:/ Уте́шителева же светоно́сная благода́ть почеству́ет,/ е́же вопи́ти:// Тро́ице Еди́ная, Равноси́льная, Безнача́льная, благослове́на еси́. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Гла́са пророковеща́тельнаго не разуме́вше,/ глаго́лаху безу́мнии виносотворе́нное пия́нство,/ ре́чи я́ко стра́нны слы́шаша апо́столов:/ благочести́вии же Тебе́ вопие́м боже́ственно:// Богоде́телю всех, благослове́н еси́. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Боже́ственное уче́ние возгреме́/ ви́дяй виде́ния боже́ственный Ио́иль,/ Богонача́льнейшаго, и́мже излию́, рек, я́коже Сло́ва, Ду́ха Моего́ свозопию́щим:// Естество́ Тривеща́нное Све́тлое, благослове́н еси́. (Дважды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропарь: Тро́ичную у́бо раздели́ зря благода́ть,/ я́ко да яви́т три Ипоста́си, почита́ти в простоте́ вла́сти,/ но во еди́ном ны́не дни Госпо́дском,// Сын, Оте́ц и Дух благослове́н.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: Тро́ичную у́бо раздели́ зря благода́ть,/ я́ко да яви́т три Ипоста́си, почита́ти в простоте́ вла́сти,/ но во еди́ном ны́не дни Госпо́дском,// Сын, Оте́ц и Дух благослове́н.
Катава́сия Пятидеся́тницы:
Глас 7:
В пещь о́гненную/ вве́ржени преподо́бнии о́троцы,/ огнь в ро́су преложи́ша,/ воспева́нием си́це вопию́ще:// благослове́н еси́ Го́споди Бо́же оте́ц на́ших.
Глас 4:
Согла́сная возшуме́ орга́нская песнь,/ почита́ти златосотворе́нный безду́шный истука́н:/ Уте́шителева же светоно́сная благода́ть почеству́ет,/ е́же вопи́ти:// Тро́ице Еди́ная, Равноси́льная, Безнача́льная, благослове́на еси́.
Песнь 8:
Кано́н Пятидеся́тницы пе́рвый, глас 7:
Ирмос: Неопа́льная огню́ в Сина́и прича́щшаяся купина́,/ Бо́га яви́ медленноязы́чному и гугни́вому Моисе́ови,/ и о́троки ре́вность Бо́жия/ три непребори́мыя во огни́ певцы́ показа́:/ вся дела́ Госпо́дня Го́спода по́йте,// и превозноси́те во вся ве́ки. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Живо́тну свы́ше бу́рну носи́му гласо́вне,/ Ду́ха Всесвята́го дыха́нию рыбаре́м,/ о́гненных ви́дом язы́к вели́чия Бо́жия вети́йствоваху:// вся дела́ Го́спода по́йте, и превозноси́те во вся ве́ки. (Трижды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Я́ко на некаса́емую превосходя́ще го́ру,/ не боя́щеся огня́ страша́ща,/ прииди́те и ста́нем на горе́ Сио́нской, во гра́де Жива́го Бо́га,/ духоно́сным ученико́м ны́не слику́юще:// вся дела́ Го́спода по́йте, и превозноси́те во вся ве́ки. (Трижды)
Кано́н Пятидеся́тницы второ́й, глас 4:
Ирмос: Разреша́ет у́зы и ороша́ет пла́мень/ трисве́тлый богонача́лия о́браз,/ пою́т о́троцы,/ благослови́т же Еди́наго Спа́са и Вседе́теля,/ я́ко Благоде́теля,// сотворе́нная вся́ческая тварь. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Па́мять Христо́с человекоспаси́тельных слове́с,/ я́же от Отца́ слы́шав апо́столом рече́,/ Дух устроя́ет языкоо́гненным виде́нием,/ посажда́я благослове́нно усвое́нную,// учуже́нная же пое́т Тя тварь. (Дважды)
Припев: Пресвята́я Тро́ице, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропарь: Спаси́тельно самовлады́чный Еди́н, Свет самосия́тельный,/ и пода́тельный све́та сый, прише́л еси́ исполня́я апо́столы,/ честны́й я́ко верх Твои́м рабо́м,// насыти́тельный же Дух подава́еши. (Дважды)
Благослови́м Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, Го́спода.
Тропарь: Поя́ху проро́к духонасыще́нная уста́,/ Твое́ теле́сное, о Царю́, прише́ствие,/ и Дух от недр О́тчих произше́дший,/ несозда́нный, зданноде́телен, сопресто́лен Тебе́,// еди́наго вочелове́чения ве́рным честь.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Тропарь: Поя́ху проро́к духонасыще́нная уста́,/ Твое́ теле́сное, о Царю́, прише́ствие,/ и Дух от недр О́тчих произше́дший,/ несозда́нный, зданноде́телен, сопресто́лен Тебе́,// еди́наго вочелове́чения ве́рным честь.
Катава́сия Пятидеся́тницы:
Хор: Хва́лим, благослови́м, покланя́емся Го́сподеви, пою́ще и превознося́ще во вся ве́ки.
Глас 7:
Неопа́льная огню́ в Сина́и прича́щшаяся купина́,/ Бо́га яви́ медленноязы́чному и гугни́вому Моисе́ови,/ и о́троки ре́вность Бо́жия/ три непреобори́мыя во огни́ певцы́ показа́:/ вся дела́ Госпо́дня Го́спода по́йте,// и превозноси́те Его́ во вся ве́ки.
Глас 4:
Разреша́ет у́зы и ороша́ет пла́мень/ трисве́тлый богонача́лия о́браз,/ пою́т о́троцы,/ благослови́т же Еди́наго Спа́са и Вседе́теля,/ я́ко Благоде́теля,// сотворе́нная вся́ческая тварь.
На 9-й песни «Честнейшую» не поем.
Диакон: Апо́столи, соше́ствие Уте́шителя зря́ще, удиви́шася, ка́ко в ви́де о́гненных язы́к яви́ся Дух Святы́й.
Хор поет ирмосы, припевы и катавасию, чтец читает тропари:
Песнь 9:
Кано́н Пятидеся́тницы пе́рвый, глас 7:
Ирмос: Не тле́ния искуше́нием ро́ждшая,/ и Всехитрецу́ Сло́ву плоть взаимода́вшая,/ Ма́ти Неискусому́жная Де́во Богоро́дице,/ прия́телище Нестерпи́маго,/ село́ Невмести́маго Зижди́теля Твоего́,// Тя велича́ем.
Припев: Апо́столи, соше́ствие Уте́шителя зря́ще, удиви́шася, ка́ко в ви́де о́гненных язы́к яви́ся Дух Святы́й.
Ирмос: Не тле́ния искуше́нием ро́ждшая,/ и Всехитрецу́ Сло́ву плоть взаимода́вшая,/ Ма́ти Неискусому́жная Де́во Богоро́дице,/ прия́телище Нестерпи́маго,/ село́ Невмести́маго Зижди́теля Твоего́,// Тя велича́ем.
Припев: Апо́столи, соше́ствие Уте́шителя зря́ще, удиви́шася, ка́ко в ви́де о́гненных язы́к яви́ся Дух Святы́й.
Тропарь: На паля́щей дре́вле о́гненной колесни́це,/ ревни́тель и огнедохнове́нный ра́дуяся носи́м,/ е́же ны́не возсия́вшее дохнове́ние свы́ше апо́столом явля́ше:// от него́же освяти́вшеся, Тро́ицу всем сказа́ша. (Трижды, с припевом)
Припев: Апо́столи, соше́ствие Уте́шителя зря́ще, удиви́шася,// ка́ко в ви́де о́гненных язы́к яви́ся Дух Святы́й.
Тропарь: Зако́на есте́ств кроме́, стра́нное слы́шашеся ученико́в:/ еди́ному бо гла́су глася́щу Ду́ха благода́тию,/ разли́чне оглаша́хуся лю́дие, племена́ и язы́ки боже́ственная вели́чия,// Тро́ицы ве́дению науча́юще. (Трижды, с припевом)
Кано́н Пятидеся́тницы второ́й, глас 4:
Припев: Апо́столи, соше́ствие Уте́шителя зря́ще, удиви́шася,// ка́ко в ви́де о́гненных язы́к яви́ся Дух Святы́й.
Ирмос: Ра́дуйся, Цари́це,/ Матероде́вственная Сла́во,/ вся́ка бо удобообраща́тельная благоглаго́ливая уста́/ вити́йствовати не мо́гут,/ Тебе́ пе́ти досто́йно,/ низумева́ет же ум всяк Твое́ Рождество́ разуме́ти.// Те́мже Тя согла́сно сла́вим. (Дважды, с припевом)
Припев: Апо́столи, соше́ствие Уте́шителя зря́ще, удиви́шася,// ка́ко в ви́де о́гненных язы́к яви́ся Дух Святы́й.
Тропарь: Пе́ти подоба́ше естественножи́зненную Отрокови́цу:/ еди́на бо во чре́ве скры Сло́во,/ тая́щееся неду́гующаго челове́ческаго естества́./ И́же в десны́х страна́х ны́не седя́й О́тчих,// посла́ благода́ть Ду́ха. (Трижды, с припевом)
Припев: Апо́столи, соше́ствие Уте́шителя зря́ще, удиви́шася,// ка́ко в ви́де о́гненных язы́к яви́ся Дух Святы́й.
Тропарь: Ели́цем дхну богото́чная благода́ть,/ светя́щеся, блиста́юще,/ изменя́еми стра́нным измене́нием благоле́пнейшим,/ равноси́льствующую несеко́мую уве́девше прему́дрость,// Трисве́тлое существо́ сла́вим. (Трижды, с припевом)
Катава́сия Пятидеся́тницы:
Глас 7:
Не тле́ния искуше́нием ро́ждшая,/ и Всехитрецу́ Сло́ву плоть взаимода́вшая,/ Ма́ти Неискусому́жная Де́во Богоро́дице,/ прия́телище Нестерпи́маго,/ село́ Невмести́маго Зижди́теля Твоего́,// Тя велича́ем.
Глас 4:
Ра́дуйся, Цари́це,/ Матероде́вственная Сла́во,/ вся́ка бо удобообраща́тельная благоглаго́ливая/ уста́ вити́йствовати не мо́гут,/ Тебе́ пе́ти досто́йно,/ низумева́ет же ум всяк Твое́ Рождество́ разуме́ти.// Те́мже Тя согла́сно сла́вим.
После канона:
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Тя хва́лят вся си́лы небе́сныя и Тебе́ сла́ву воссыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
«Свят Госпо́дь Бог наш» не возглашается.
Ексапостила́рии Пятидеся́тницы, подо́бен: «Не́бо звезда́ми...»:
Всесвяты́й Ду́ше, исходя́й из Отца́,/ и Сы́ном прише́дый к безкни́жным ученико́м,// Тебе́ Бо́га позна́вших спаси́ и поми́луй всех. (Дважды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Свет — Оте́ц, Свет — Сло́во, Свет и Святы́й Дух,/ И́же во язы́цех о́гненных апо́столом посла́ся,// и Тем весь мир просвеща́ется Тро́ицу почита́ти Святу́ю.
Хвали́тны псалмы́, глас 4:
Хор: Вся́кое дыха́ние да хва́лит Го́спода./ Хвали́те Го́спода с небе́с,/ хвали́те Его́ в вы́шних.// Тебе́ подоба́ет песнь Бо́гу.
Хвали́те Его́ вси А́нгели Его́,/ хвали́те Его́ вся си́лы Его́.// Тебе́ подоба́ет песнь Бо́гу.
Стихиры Пятидесятницы, глас 4, самогласны:
На 6. Стих: Сотвори́ти в них суд напи́сан:// сла́ва сия́ бу́дет всем преподо́бным Его́.
Стихира: Пресла́вная днесь/ ви́деша вси язы́цы во гра́де Дави́дове,/ егда́ Дух сни́де Святы́й во о́гненных язы́цех,/ я́коже богоглаго́ливый Лука́ повеству́ет,/ глаго́лет бо:/ со́бранным ученико́м Христо́вым,/ бысть шум, я́коже носи́му дыха́нию бу́рну,/ и испо́лни дом, иде́же бя́ху седя́ще:/ и вси нача́ша глаго́лати стра́нными глаго́лы,/ стра́нными уче́нии,// стра́нными повеле́нии Святы́я Тро́ицы.
Стих: Хвали́те Бо́га во святы́х Его́,/ хвали́те Его́ во утверже́нии си́лы Его́.
Стихира: Пресла́вная днесь/ ви́деша вси язы́цы во гра́де Дави́дове,/ егда́ Дух сни́де Святы́й во о́гненных язы́цех,/ я́коже богоглаго́ливый Лука́ повеству́ет,/ глаго́лет бо:/ со́бранным ученико́м Христо́вым,/ бысть шум, я́коже носи́му дыха́нию бу́рну,/ и испо́лни дом, иде́же бя́ху седя́ще:/ и вси нача́ша глаго́лати стра́нными глаго́лы,/ стра́нными уче́нии,// стра́нными повеле́нии Святы́я Тро́ицы.
На 4. Стих: Хвали́те Его́ на си́лах Его́,// хвали́те Его́ по мно́жеству вели́чествия Его́.
Стихира: Дух Святы́й бе у́бо при́сно, и есть, и бу́дет:/ ниже́ начина́емь, ниже́ престая́й,/ но при́сно Отцу́ и Сы́ну счине́н и счисля́емь:/ Живо́т, и животворя́й,/ Свет, и све́та пода́тель,/ самоблаги́й и исто́чник благосты́ни:/ И́мже Оте́ц познава́ется, и Сын прославля́ется,/ и от всех познава́ется,/ еди́на си́ла, еди́но счета́ние,// еди́но поклоне́ние Святы́я Тро́ицы.
Стих: Хвали́те Его́ во гла́се тру́бнем:// хвали́те Его́ во псалти́ри и гу́слех.
Стихира: Дух Святы́й бе у́бо при́сно, и есть, и бу́дет:/ ниже́ начина́емь, ниже́ престая́й,/ но при́сно Отцу́ и Сы́ну счине́н и счисля́емь:/ Живо́т, и животворя́й,/ Свет, и све́та пода́тель,/ самоблаги́й и исто́чник благосты́ни:/ И́мже Оте́ц познава́ется, и Сын прославля́ется,/ и от всех познава́ется,/ еди́на си́ла, еди́но счета́ние,// еди́но поклоне́ние Святы́я Тро́ицы.
На 2. Стих: Хвали́те Его́ в тимпа́не и ли́це,// хвали́те Его́ во стру́нах и орга́не.
Стихира: Дух Святы́й Свет и Живо́т,/ и живы́й исто́чник у́мный,/ Дух прему́дрости, Дух ра́зума,/ благи́й, пра́вый, у́мный: облада́яй,/ очища́яй прегреше́ния:/ Бог и боготворя́й,/ Огнь от Огня́ происходя́й:/ глаго́ляй, де́яй, разделя́яй дарова́ния,/ И́мже проро́цы вси,/ и боже́ственнии апо́столи с му́ченики венча́шася,/ стра́нное слы́шание,/ стра́нное виде́ние,// огнь разделя́яйся в подая́ние дарова́ний.
Стих: Хвали́те Его́ в кимва́лех доброгла́сных, хвали́те Его́ в кимва́лех восклица́ния.// Вся́кое дыха́ние да хва́лит Го́спода.
Стихира: Дух Святы́й Свет и Живо́т,/ и живы́й исто́чник у́мный,/ Дух прему́дрости, Дух ра́зума,/ благи́й, пра́вый, у́мный: облада́яй,/ очища́яй прегреше́ния:/ Бог и боготворя́й,/ Огнь от Огня́ происходя́й:/ глаго́ляй, де́яй, разделя́яй дарова́ния,/ И́мже проро́цы вси,/ и боже́ственнии апо́столи с му́ченики венча́шася,/ стра́нное слы́шание,/ стра́нное виде́ние,// огнь разделя́яйся в подая́ние дарова́ний.
Стихира Пятидесятницы, глас 6:
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Царю́ Небе́сный,/ Уте́шителю, Ду́ше и́стины,/ И́же везде́ сый/ и вся исполня́яй,/ Сокро́вище благи́х/ и жи́зни Пода́телю,/ прииди́ и всели́ся в ны,/ и очи́сти ны от вся́кия скве́рны,// и спаси́, Бла́же, ду́ши на́ша.
Иерей: Сла́ва Тебе́, показа́вшему нам свет.
Славосло́вие вели́кое:
Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. Хва́лим Тя, благослови́м Тя, кла́няем Ти ся, славосло́вим Тя, благодари́м Тя, вели́кия ра́ди сла́вы Твоея́. Го́споди Царю́ Небе́сный, Бо́же О́тче Вседержи́телю, Го́споди, Сы́не Единоро́дный, Иису́се Христе́, и Святы́й Ду́ше. Го́споди Бо́же, А́гнче Бо́жий, Сы́не Оте́чь, взе́мляй грех ми́ра, поми́луй нас; взе́мляй грехи́ ми́ра, приими́ моли́тву на́шу; седя́й одесну́ю Отца́, поми́луй нас. Я́ко Ты еси́ еди́н Свят, Ты еси́ еди́н Госпо́дь, Иису́с Христо́с, в сла́ву Бо́га Отца́. Ами́нь.
На всяк день благословлю́ Тя, и восхвалю́ И́мя Твое́ во ве́ки, и в век ве́ка.
Сподо́би, Го́споди, в день сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено И́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.
Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя.
Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. (Трижды)
Го́споди, прибе́жище был еси́ нам в род и род. Аз рех: Го́споди, поми́луй мя, исцели́ ду́шу мою́, я́ко согреши́х Тебе́. Го́споди, к Тебе́ прибего́х, научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой: я́ко у Тебе́ исто́чник живота́, во све́те Твое́м у́зрим свет. Проба́ви ми́лость Твою́ ве́дущим Тя.
Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Тропа́рь Пятидеся́тницы, глас 8:
Хор: Благослове́н еси́, Христе́ Бо́же наш,/ И́же прему́дры ловцы́ явле́й,/ низпосла́в им Ду́ха Свята́го,/ и те́ми уловле́й вселе́нную,// Человеколю́бче, сла́ва Тебе́.
Ектения́ сугу́бая:
Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.
Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.
Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.
Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.
Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.
Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Испо́лним у́тренюю моли́тву на́шу Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Бог ми́лости и щедро́т и человеколю́бия еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Твое́ бо есть, е́же ми́ловати и спаса́ти ны, Бо́же наш и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Диакон: Прему́дрость.
Хор: Благослови́.
Иерей: Сый благослове́н Христо́с Бог наш, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Утверди́, Бо́же, святу́ю правосла́вную ве́ру, правосла́вных христиа́н во век ве́ка.
Иерей: Пресвята́я Богоро́дице, спаси́ нас.
Хор: Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, Упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.
Хор: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (Трижды) Благослови́.
Отпу́ст.
Иерей: И́же в ви́дении о́гненных язы́к, с Небесе́ низпосла́вый Пресвята́го Ду́ха на святы́я Своя́ ученики́ и апо́столы, Христо́с, И́стинный Бог наш, моли́твами Пречи́стыя Своея́ Ма́тере, святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол, и всех святы́х, поми́лует и спасе́т нас, я́ко Благ и Человеколю́бец.
Многоле́тие:
Хор: Вели́каго Господи́на и Отца́ на́шего Кири́лла,/ Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́,/ и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к,/ епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его,/ богохрани́мую страну́ на́шу Росси́йскую,/ настоя́теля, бра́тию и прихо́жан свята́го хра́ма сего́/ и вся правосла́вныя христиа́ны,// Го́споди, сохрани́ их на мно́гая ле́та.
Чтец: Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 5:
Глаго́лы моя́ внуши́, Го́споди, разуме́й зва́ние мое́. Вонми́ гла́су моле́ния моего́, Царю́ мой и Бо́же мой, я́ко к Тебе́ помолю́ся, Го́споди. Зау́тра услы́ши глас мой, зау́тра предста́ну Ти, и у́зриши мя. Я́ко Бог не хотя́й беззако́ния, Ты еси́: не присели́тся к Тебе́ лука́внуяй, ниже́ пребу́дут беззако́нницы пред очи́ма Твои́ма: возненави́дел еси́ вся де́лающия беззако́ние. Погуби́ши вся глаго́лющия лжу: му́жа крове́й и льсти́ва гнуша́ется Госпо́дь. Аз же мно́жеством ми́лости Твоея́, вни́ду в дом Твой, поклоню́ся ко хра́му свято́му Твоему́, в стра́се Твое́м. Го́споди, наста́ви мя пра́вдою Твое́ю, враг мои́х ра́ди испра́ви пред Тобо́ю путь мой. Я́ко несть во усте́х их и́стины, се́рдце их су́етно, гроб отве́рст горта́нь их: язы́ки свои́ми льща́ху. Суди́ им, Бо́же, да отпаду́т от мы́слей свои́х, по мно́жеству нече́стия их изри́ни я́, я́ко преогорчи́ша Тя, Го́споди. И да возвеселя́тся вси упова́ющии на Тя, во век возра́дуются, и всели́шися в них, и похва́лятся о Тебе́ лю́бящии и́мя Твое́. Я́ко Ты благослови́ши пра́ведника, Го́споди: я́ко ору́жием благоволе́ния венча́л еси́ нас.
Псало́м 89:
Го́споди, прибе́жище был еси́ нам в род и род. Пре́жде да́же гора́м не бы́ти и созда́тися земли́ и вселе́нней, и от ве́ка и до ве́ка Ты еси́. Не отврати́ челове́ка во смире́ние, и рекл еси́: обрати́теся, сы́нове челове́честии. Я́ко ты́сяща лет пред очи́ма Твои́ма, Го́споди, я́ко день вчера́шний, и́же мимои́де, и стра́жа нощна́я. Уничиже́ния их ле́та бу́дут. У́тро я́ко трава́ мимои́дет, у́тро процвете́т и пре́йдет: на ве́чер отпаде́т ожесте́ет и и́зсхнет. Я́ко исчезо́хом гне́вом Твои́м, и я́ростию Твое́ю смути́хомся. Положи́л еси́ беззако́ния на́ша пред Тобо́ю: век наш в просвеще́ние лица́ Твоего́. Я́ко вси дни́е на́ши оскуде́ша, и гне́вом Твои́м исчезо́хом, ле́та на́ша я́ко паучи́на поуча́хуся. Дни́е лет на́ших, в ни́хже се́дмьдесят лет, а́ще же в си́лах, о́смьдесят лет, и мно́жае их труд и боле́знь: я́ко прии́де кро́тость на ны, и нака́жемся. Кто весть держа́ву гне́ва Твоего́, и от стра́ха Твоего́, я́рость Твою́ исчести́? Десни́цу Твою́ та́ко скажи́ ми, и окова́нныя се́рдцем в му́дрости. Обрати́ся, Го́споди, доко́ле? И умоле́н бу́ди на рабы́ Твоя́. Испо́лнихомся зау́тра ми́лости Твоея́, Го́споди, и возра́довахомся, и возвесели́хомся, во вся дни на́ша возвесели́хомся, за дни в ня́же смири́л ны еси́, ле́та в ня́же ви́дехом зла́я. И при́зри на рабы́ Твоя́, и на дела́ Твоя́, и наста́ви сы́ны их. И бу́ди све́тлость Го́спода Бо́га на́шего на нас, и дела́ рук на́ших испра́ви на нас, и де́ло рук на́ших испра́ви.
Псало́м 100:
Ми́лость и суд воспою́ Тебе́, Го́споди. Пою́ и разуме́ю в пути́ непоро́чне, когда́ прии́деши ко мне? Прехожда́х в незло́бии се́рдца моего́ посреде́ до́му моего́. Не предлага́х пред очи́ма мои́ма вещь законопресту́пную: творя́щия преступле́ние возненави́дех. Не прильпе́ мне се́рдце стропти́во, уклоня́ющагося от мене́ лука́ваго не позна́х. Оклевета́ющаго тай и́скренняго своего́, сего́ изгоня́х: го́рдым о́ком, и несы́тым се́рдцем, с сим не ядя́х. О́чи мои́ на ве́рныя земли́, посажда́ти я́ со мно́ю: ходя́й по пути́ непоро́чну, сей ми служа́ше. Не живя́ше посреде́ до́му моего́ творя́й горды́ню, глаго́ляй непра́ведная, не исправля́ше пред очи́ма мои́ма. Во у́трия избива́х вся гре́шныя земли́, е́же потреби́ти от гра́да Госпо́дня вся де́лающия беззако́ние.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь Пятидеся́тницы, глас 8:
Благослове́н еси́, Христе́ Бо́же наш,/ И́же прему́дры ловцы́ явле́й,/ низпосла́в им Ду́ха Свята́го,/ и те́ми уловле́й вселе́нную,// Человеколю́бче, сла́ва Тебе́.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Что Тя нарече́м, о Благода́тная? Не́бо, я́ко возсия́ла еси́ Со́лнце Пра́вды. Рай, я́ко прозябла́ еси́ цвет нетле́ния Де́ву, я́ко пребыла́ еси́ нетле́нна. Чи́стую Ма́терь, я́ко име́ла еси́ на святы́х Твои́х объя́тиях Сы́на, всех Бо́га. Того́ моли́ спасти́ся душа́м на́шим.
Стопы́ моя́ напра́ви по словеси́ Твоему́ и да не облада́ет мно́ю вся́кое беззако́ние. Изба́ви мя от клеветы́ челове́ческия, и сохраню́ за́поведи Твоя́. Лице́ Твое́ просвети́ на раба́ Твоего́ и научи́ мя оправда́нием Твои́м.
Да испо́лнятся уста́ моя́ хвале́ния Твоего́, Го́споди, я́ко да воспою́ сла́ву Твою́, весь день великоле́пие Твое́.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Пятидеся́тницы, глас 8:
Егда́ снизше́д язы́ки слия́,/ разделя́ше язы́ки Вы́шний,/ егда́ же о́гненныя язы́ки раздая́ше,/ в соедине́ние вся призва́,// и согла́сно сла́вим Всесвята́го Ду́ха.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Бо́же, уще́дри ны и благослови́ ны, просвети́ лице́ Твое́ на ны и поми́луй ны.
Чтец: Ами́нь.
Иерей: Христе́, Све́те И́стинный, просвеща́яй и освяща́яй вся́каго челове́ка, гряду́щаго в мир, да зна́менается на нас свет лица́ Твоего́, да в нем у́зрим Свет Непристу́пный: и испра́ви стопы́ на́ша к де́ланию за́поведей Твои́х, моли́твами Пречи́стыя Твоея́ Ма́тере, и всех Твои́х святы́х, ами́нь.
Конда́к Пятидеся́тницы, глас 8:
Егда́ снизше́д язы́ки слия́,/ разделя́ше язы́ки Вы́шний,/ егда́ же о́гненныя язы́ки раздая́ше,/ в соедине́ние вся призва́,// и согла́сно сла́вим Всесвята́го Ду́ха.
Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.
Хор: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (Трижды) Благослови́.
Отпу́ст:
Иерей: Христо́с, и́стинный Бог наш, моли́твами пречи́стыя Своея́ Ма́тере, преподо́бных и Богоно́сных оте́ц на́ших и всех святы́х, поми́лует и спасе́т нас, я́ко Благ и Человеколю́бец.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)
