Поделиться
Апостол Павел. Мозаика
1 Кор., 126 зач., II, 6-9.
Глава 2.
6 Мудрость же мы проповедуем между совершенными, но мудрость не века сего и не властей века сего преходящих,
7 но проповедуем премудрость Божию, тайную, сокровенную, которую предназначил Бог прежде веков к славе нашей,
8 которой никто из властей века сего не познал; ибо если бы познали, то не распяли бы Господа славы.
9 Но, как написано: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его.
Комментирует священник Стефан Домусчи.
Одной из главных ценностей в современном мире считается многообразие. В пище, одежде, стилях, мнениях о самых разных вещах. При этом всегда были сферы, в которых для всех было очевидно, что истина одна. Например, физики или биологи могли спорить, но при этом они стремились выяснить ту истину, которая от них не зависела, а была отражением реальности. Они ее только искали, но не выбирали. В наши дни появилась странная тенденция пытаться оспаривать очевидные вещи, ссылаясь на собственные вкусы, как будто наука похожа на искусство, в котором можно сказать «я так вижу». В связи с этими изменениями я всегда вспоминаю историю, которая произошла в конце 90-х. На одном мероприятии в школе я познакомился с студентом, который оказался язычником. Когда мы обсуждали вопросы смерти и умирания, он сказал, что верит в переселение душ. Я знал, конечно, что христианство относится к этой идее очень плохо, но мне стали интересны его аргументы. Каково же было мое удивление, когда на вопрос о причинах собственной веры, он ответил: скучно жить один раз. Я помню, как меня это шокировало. Если тебе скучно ты можешь еще раз прослушать песню или посмотреть фильм, но как от тебя зависит возможность еще раз прожить жизнь? Мало ли, что тебе скучно?
Его ответ кажется странным, но многие уже сегодня настолько привыкли к иллюзии того, что они сами конструируют реальность, что могут сами выдумывать ответы на любые вопросы, присовокупив к ним фразу «а почему бы и нет». Сталкиваясь с подобными вещами, верующим надо понимать, что путь к Богу начинается с правильной позиции, смиренной и ученической. Я вступаю в мир, который создал и конструирую не я. Его сотворил Господь. Он существует по Его воле, а мы приходим в него и можем жить в согласии с Его замыслом, а можем жить в мире иллюзий.
Собственно, именно об этом и пишет апостол Павел. Есть две мудрости: одна мнимая, принадлежит веку сему и тем, кто в нем властвует, другая тайная — принадлежит Богу и тем, кто выбрал истину. Первая лежит на поверхности и является легким решением, вторая сокрыта в глубине и, чтобы приблизиться к ней, надо проделать определенную работу, очистить душу от наносного и временного. Она называется тайной, но не потому, что Бог ее от кого-то скрывает, а потому что доступна только ищущим, и чтобы познать ее, надо обратиться к Нему.
Мирская мудрость кажется очень привлекательной, связанной с богатством, властью, общественным признанием, но апостол говорит, что в итоге она заставляет человека противостоять мудрости Божией. Происходит это незаметно, но иначе не бывает, так как эти два подхода несовместимы. И как когда-то первосвященники, подчиняясь мудрости века сего, распяли Христа, так и всякий человек, в какую бы эпоху он ни жил, выбирая мир, противопоставляет себя Богу.
Почему же апостол пишет, что мудрость Божия проповедуется между совершенными? Если так, кто из простых людей может ее услышать. Однако дело здесь в том, что греческое слово, которое он употребляет, означает не столько нравственно совершенных людей, сколько тех, кто решил не довольствоваться суррогатами, но стать настоящим человеком. Таким, каким его задумал Бог.
28 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Kendra Wesley/Unsplash
«Явление словес Твоих просвещает младенцев», — обращался к Богу царь и пророк Давид.
Как успокаиваются малые дети при звуках колыбельной песни или сказа в устах ласковой няни, так благодатно воздействуют на нас, новозаветных христиан, богодухновенные слова из Писаний пророческих или апостольских. Они суть «серебро, семь раз очищенное», — питают не столько слух, сколько дух человеческий, просвещая его светоносной и живительной благодатью Христовой.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Как в катакомбах. Наталия Лангаммер
Поделиться
Наталия Лангаммер
Представьте себе: ночная литургия, в храме темно, только теплятся лампадки и горят свечи, блики играют на каменных стенах, подсвечивая изображение Христа — Пастыря Доброго. Как почти две тысячи лет назад, в катакомбах, где первые христиане совершали литургии.
Там они могли укрыться от гонителей и ночью молиться о претворении хлеба в плоть христову, а вина — в кровь. На стенах не было икон, только символические изображения как пиктограммы, как тайнопись, Виноградная лоза, агнец, колосья в снопах — это тот самый хлеб тела Христова. Птица — символ возрождения жизни. Рыба — ихтис — древний акроним, монограмма имени Иисуса Христа, состоящий из начальных букв слов: Иисус Христос Божий Сын Спаситель на греческом.
В стенах — углубления — это захоронения тел первых христианских мучеников. Над этими надгробиями и совершается преломление хлебов. Служат на мощах святых. Вот и сегодня, сейчас так же. На престоле — антиминс, плат, в который зашиты частицы мощей. Священники в алтаре, со свечами. В нашем храме — ночная литургия. Поет хор из прихожан. Исповедь проходит в темном пределе.
Все это есть сейчас, как было все века с Пасхи Христовой. Литургия продолжается вне времен. В небесной церкви, и в земной. Стоишь, молишься, так искренне, так глубоко. И в душе — радость, даже ликование от благодарности за то, что Господь дает возможность как будто стоять рядом с теми, кто знал Христа,
«Верую во единого Бога Отца, вседержителя...» — поём хором. Все, абсолютно все присутствующие единым гласом. «Христос посреди нас» — доносится из алтаря. И есть, и будет — говорим мы, церковь.
Да, Он здесь! И мы, правда, как на тайной вечерееи. Выносят Чашу. «Верую, Господи, и исповедую, что Ты воистину Христос, Сын Бога живого, пришедший в мир грешников спасти, из которых я — первый».
Тихая очередь к Чаше. Причастие — самое главное, таинственное! Господь входит в нас, соединяя нас во единое Тело Своё. Непостижимо!
Слава Богу, Слава!
Выходишь на улицу, кусаешь свежую просфору. Тишина, темно. Ничто не отвлекает. И уезжаешь домой. А душа остаётся в катакомбах, где пастырь добрый нарисован на стене, якорь, колосья в снопах, в которые собрана Церковь, где Господь присутствует незримо.
Ночная литургия — особенная для меня, удивительная. Такая физическая ощутимая реальность встречи в Богом и благодать, которую ночная тишь позволяет сохранить как можно дольше!
Автор: Наталия Лангаммер
Все выпуски программы Частное мнение
Первый снег
Поделиться
Фото: Melisa Özdemir / Pexels
Это утро было похоже на сотни других. Я вскочил с кровати от срочного сообщения в рабочем чате. Совещания, отчёты, созвоны...
Одной рукой я привычно крепил телефон на штатив. Другой — делал сыну омлет. Ещё не проснувшийся с взъерошенной чёлкой он неторопливо мешал какао, как вдруг неожиданно закричал:
— Папа! Первый снег!
Я вздрогнул, едва удержав тарелку:
— Угу! Ешь, остынет!
Звук на телефоне никак не хотел подключаться. Я спешно пытался всё исправить. Сейчас уже начнётся онлайн-совещание. А мне ещё надо успеть переодеться.
— Папа! Всё белое, посмотри! — сын заворожённо стоял у окна, а я не отрывал глаз от телефона.
Пять минут до созвона. Микрофон всё так же хрипел.
— Это же зимняя сказка! Папа, пошли туда! — сын тянул меня за руку, а я повторял под нос тезисы доклада.
— Ты где, почему не подключаешься? — коллеги в чате стали волноваться.
А я поднял глаза и увидел в окне настоящее нерукотворное чудо. Вчерашний серый и хмурый двор укрылся снежным одеялом. Как хрустальные серьги висели на домах крупные сосульки, а деревья принарядились пушистой белой шалью.
— Я в сказке, — ответил я в рабочем чате, и крепко обнял сына.
Текст Татьяна Котова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
