Поделиться
Андрей Рублев. Апостол Павел, 1410
1 Кор., 138 зач., VII, 24-35.
24 В каком звании кто призван, братия, в том каждый и оставайся пред Богом.
25 Относительно девства я не имею повеления Господня, а даю совет, как получивший от Господа милость быть Ему верным.
26 По настоящей нужде за лучшее признаю, что хорошо человеку оставаться так.
27 Соединен ли ты с женой? не ищи развода. Остался ли без жены? не ищи жены.
28 Впрочем, если и женишься, не согрешишь; и если девица выйдет замуж, не согрешит. Но таковые будут иметь скорби по плоти; а мне вас жаль.
29 Я вам сказываю, братия: время уже коротко, так что имеющие жен должны быть, как не имеющие; 30 и плачущие, как не плачущие; и радующиеся, как не радующиеся; и покупающие, как не приобретающие; 31 и пользующиеся миром сим, как не пользующиеся; ибо проходит образ мира сего.
32 А я хочу, чтобы вы были без забот. Неженатый заботится о Господнем, как угодить Господу; 33 а женатый заботится о мирском, как угодить жене. Есть разность между замужнею и девицею: 34 незамужняя заботится о Господнем, как угодить Господу, чтобы быть святою и телом и духом; а замужняя заботится о мирском, как угодить мужу.
35 Говорю это для вашей же пользы, не с тем, чтобы наложить на вас узы, но чтобы вы благочинно и непрестанно служили Господу без развлечения.
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Комментирует протоиерей Павел Великанов.
Слова апостола Павла о преимуществах девства перед супружеством требуют пояснения: иначе, вырванные из контекста, они скорее всего будут неверно поняты. Не так часто мы встречаем у апостола чёткое, им же самим озвученное, различение своих утверждений: вот, это я вам говорю своё мнение, а вот это — уже не моё, но повеление Господне. Без сомнения, апостол хорошо понимал, насколько тонкой и неоднозначной является озвученная им позиция превосходства девства — и поэтому он сразу же оговаривается: это не более, чем моя позиция — но не воля Божия.
На самом деле, апостол вовсе не подрывает изначальный, Богом установленный, институт брака. В иудаизме семья — и всё, что предваряет её образование — были важнейшими вехами жизни каждого человека. Неженатый мужчина — подозрителен; незамужняя женщина — несчастна. Бездетные супруги — отвержены Богом. В такой, традиционной для иудаизма, системе взглядов слова апостола звучат революционно. Он не отрицает святость брака, не упраздняет замысел Божий о мужчине и женщине — но открывает иную, неведомую ранее, перспективу — выводя состояние девства из категории «несостоятельности» в новую — категорию исключительного служения Богу.
Там, где раньше было только две позиции — «хорошо» и «плохо», или «единственно правильно» и «недопустимо», появляется третья — «лучше». Хорошо и благословенно быть в законном браке; плохо и предосудительно — распутство и измена. Но девство — лучше. Апостол разворачивает ситуацию в духе Евангелия: ведь вся нагорная проповедь — именно о том, что «лучше». Хорошо и правильно не нарушать верность брачных уз — но лучше даже похотливого взгляда не допускать. Хорошо и правильно прощать врагов — но лучше научиться их любить. Хорошо и правильно не мстить обидчикам — но лучше найти силы их благословлять. Хорошо и правильно не быть жадным — но лучше отдать нуждающемуся и то, чего он не просит. Христос не разрушает границы закона Моисея, но показывает новое измерение, устремляясь к которому человек освобождается от ловушки законнической праведности.
Но с девством — ситуация исключительная. Я бы предложил посмотреть вот через какой образ. Хорошо и правильно — ходить в туристические походы и лазить по горам. Плохо — залипнуть на годы перед экраном монитора в виртуальных баталиях. И разве кто-то будет спорить, что ещё лучше — не просто ходить в походы, но и стать мастером спорта по альпинизму? Лучше-то оно несомненно — лучше — да только не каждому дано. А теперь представьте, что опытные, матёрые альпинисты начнут с презрением относиться к обычным туристам и каждый раз их укорять, что они — неполноценные, слабаки и лентяи! Ибо настоящий турист — только тот, кто покорил пятитысячник, и никак не меньше! Что будет дальше — вполне предсказуемо: кто-то и правда поверит, вдохновится, рванёт брать новые вершины — и не выдюжит, сорвётся, а то и погибнет. А другие скажут: ну, раз настоящий турист — это только альпинист и мастер спорта — тогда зачем нам ходить в походы и слушать эти нескончаемые упрёки, лучше будем дома на диване валяться!
Вот чтобы подобного не произошло между «хорошо» — быть в браке и «лучше» — хранить девство — апостол и говорит: тот, кто может стать «духовным альпинистом» — молодец, пусть берёт свои вершины; но и тот, кто соизмеряя свои силы и способности, усердно тренируется на обычных туристических маршрутах — тоже молодец, и ничем не хуже!
11 сентября. О добродетели трезвости
Поделиться
Сегодня 11 сентября — Всероссийский День Трезвости.
О добродетели трезвости — руководитель просветительских проектов издательского Совета Русской Православной Церкви священник Захарий Савельев.
Православный день трезвости установлен решением Священного Синода. В этот день совершается молебен о тех людях, которые страдают от таких недугов, как наркомания, пьянство и табакокурение.
Противоположный трезвости недуг — пьянство, наркомания, какое-то вот опьяняющее увеселение порождают сначала легкомысленность, а затем жестокость. И как следствие, большое горе для того человека, который переступил через эту черту, а иногда по его вине могут страдать и невинные. Поэтому каждый раз, когда человек переступает через вот этот порог недуга, он должен опомниться и постараться удержать себя от этого неправильного поступка.
Трезвение испрашивается в молитве. Духовное трезвение порождает физическое трезвение. А когда эти обе добродетели сочетаются в человеке, то всё — его жизнь складывается правильным образом.
Все выпуски программы Актуальная тема:
11 сентября. О духовных смыслах праздника
Поделиться
Сегодня 11 сентября — Усекновение главы Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна.
О духовных смыслах праздника — клирик московского храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста священник Николай Конюхов.
Этот день тяжело назвать праздником, потому что он был таким днём для Ирода Великого, поскольку был день рождения. Но для христиан это трагический день, в который усекли одного из величайших пророков, величайшего мужа, рождённого женой — Крестителя Господня Иоанна.
И это произошло из-за того, что человек, который в целом не был лишён некоего духовного поиска, не был совсем отпетым негодяем. Мы знаем, что он любил даже Иоанна Предтечу и хотел его слушать, и какие-то проповеди ему нравились, и даже где-то он специально его вызывал для того, чтобы в сладость послушать его. И не собирался совсем его убивать. Тем не менее, пал жертвой собственных привычек дурных, собственных зависимостей.
И это очень так, знаете, для нас поучительно, потому что мы очень любим слушать разных батюшек, проповеди и так покиваем головами: как батюшка сказал, как замечательно. Пересылаем другим своим знакомым, чтобы они тоже приобщились к мудрости. Ну а стоит нам просто вернуться к своим обычным зависимостям — все эти слова улетают в трубу. И мы можем быть предателями именно из-за того, что мы неплохие люди, но мы не умеем и не хотим бороться со своими зависимостями, и это может сыграть злую шутку над нами.
Поэтому такой поучительный пример царя Ирода и поучительный пример Иоанна Предтечи должен для нас быть серьёзным уроком в жизни, что мало только слушать правильные слова, нужно их как-то реализовывать в своей жизни.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Псалом 136. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА священник Стефан Домусчи. О том, каким должен быть настрой христианина можно услышать разное. Одни вспоминают апостола Павла, который призывал всегда радоваться, другие говорят о заповеди блаженства, по которой блаженны плачущие. Но как же нам быть на самом деле? Отчасти помогает ответить на этот вопрос 136-й псалом, который, согласно уставу, может читаться сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Псалом 136.
[Давида.]
1 При реках Вавилона, там сидели мы и плакали, когда вспоминали о Сионе;
2 на вербах, посреди его, повесили мы наши арфы.
3 Там пленившие нас требовали от нас слов песней, и притеснители наши — веселья: «пропойте нам из песней Сио́нских».
4 Как нам петь песнь Господню на земле чужой?
5 Если я забуду тебя, Иерусалим, — забудь меня десница моя;
6 прилипни язык мой к гортани моей, если не буду помнить тебя, если не поставлю Иерусалима во главе веселия моего.
7 Припомни, Господи, сынам Едомовым день Иерусалима, когда они говорили: «разрушайте, разрушайте до основания его».
8 Дочь Вавилона, опустошительница! блажен, кто воздаст тебе за то, что ты сделала нам!
9 Блажен, кто возьмёт и разобьёт младенцев твоих о камень!
В романе Достоевского «Братья Карамазовы» есть рассказ о жене извозчика, которая приходит к старцу Зосиме и говорит с ним о своём умершем сыне. Схоронив трёх первых детей, она утешалась, а после смерти последнего утешиться уже не смогла. И хотя старец говорил ей о посмертной участи и призывал не быть совсем безутешной, глядя на её слезы, он вспомнил о плаче Вифлеемских женщин, плакавших о своих погибших детях, вспомнил слова Евангелия о Рахили, которая не хочет утешиться, потому что её детей нет. Вспомнив всё это, старец сказал ей: «И не утешайся, и не надо тебе утешаться, не утешайся и плачь, только каждый раз, когда плачешь, вспоминай неуклонно, что сыночек твой — есть единый от ангелов Божиих — оттуда на тебя смотрит и видит тебя, и на твои слёзы радуется, и на них Господу Богу указывает. И надолго ещё тебе сего великого материнского плача будет, но обратится он под конец тебе в тихую радость». Считается, что этот эпизод взят писателем из собственного опыта общения с оптинским старцем Амвросием.
Псалом, который мы сейчас услышали, — это скорбная песнь иудеев, которые находятся в плену. Они вспоминают родину и в первую очередь Иерусалим, который был для них не просто столицей, но воплощением их веры, сердцем всей религии Завета, ведь на вершине горы Сион стоял единственный храм, в котором по закону можно было приносить жертвы. Сегодня мы привыкли воспринимать единство народа культурно или генетически, но иудеи понимали Его в первую очередь религиозно. И хотя они говорили о себе как о потомках Авраама, Исаака и Иакова — подразумевалось, что они потомки той же веры, дети того же Завета. И вот эти люди, глубоко скорбящие о потере родины, слышат от язычников предложение спеть песнь Господню, песню сионскую, причём спеть радостно и весело, то есть так, как будто бы они были дома, в родной земле. Спеть её успокоившись, без скорби. Песни — это ведь просто песни, а земля — это просто земля, какая разница, где и что петь? Но для иудеев подобное пение оказалось чем-то кощунственным и было равно измене не только родной земле, но и, как будто бы самому Завету. Они были готовы умереть, но радоваться в плену были не готовы.
В христианской традиции ветхозаветные образы чужой земли и плена всегда понимались в связи с идеей плена греховного. В отличие от иудеев, верующие во Христа никогда не были ограничены любовью к какому-то одному народу или одной земле, ведь все люди — дети Божии и вся земля — Господня. Но если говорить о рабстве греховном, окажется, что оно может настигнуть любого человека, кем бы он ни был, к какому бы народу себя ни относил и в какой бы стране ни жил. Тогда, в Ветхом Завете, иудеи только ждали Мессию и поэтому радоваться во всей полноте не могли. Сегодня мы знаем, что Господь Иисус Христос открывает нам путь к свободе от греха и помогает нам по нему идти. Этому мы призваны всегда радоваться, ведь Его любовь и Его победа неизменны. Однако пока мы падаем в грех, пока пленяемся им и боремся, нам рано успокаиваться, ведь мы только на пути домой, на пути в Царствие Божие.
Псалом 136. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 136. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
