«Трудности и радости приемной семьи». Ольга и Илья Болтневы

(23.09.2019)

У нас в гостях были приемные родители троих детей Ольга и Илья Болтневы.

Мы говорили с нашими гостями о том, как они пришли к решению стать приемными родителями, с какими сложностями приходится сталкиваться, как удается их преодолевать и как в этом помогает вера в Бога.

Ведущая: Анна Леонтьева

А. Леонтьева

— Добрый вечер. Сегодня мы говорим о семье. С вами в студии Анна Леонтьева

К. Мацан

— И Константин Мацан, добрый вечер.

А. Леонтьева

— Сегодня у нас в гостях Ольга и Илья Бо́лтневы — приемные родители троих детей. Добрый вечер.

Болтневы

— Добрый вечер.

А. Леонтьева

— Добрый вечер, дорогие профессиональные родители. Сегодня мы хотим поговорить с вами о том, что это такое — взять в семью сразу троих детей. Но прежде мне хотелось бы немножко коснуться истории создания вашей семьи, вот мы, когда шли с вами по территории Андреевского монастыря, вы сказали, что у вас здесь было первое свидание. Расскажете, как вообще все начиналось?

И. Болтнев

— Мы познакомились на работе, довольно обычный случай. Так получилось на тот момент, что в личной жизни у каждого произошел разрыв предыдущих отношений и...

А. Леонтьева

— Такие грустные, одинокие.

И. Болтнев

— Ну немножко да, разочаровавшиеся, скажем так, люди, на тот момент. И мы как-то начали общаться больше по-дружески поначалу, и, действительно, в Нескучном саду у нас была одна из первых совместных прогулок после просмотра тогда еще фильма «Валли», только вышедшего. И вот мы сейчас шли, вспоминали, что больше десяти лет назад здесь были одни из первых встреч.

О. Болтнева

— Здесь, наверное, да, было начало начал. На самом деле все было очень интересно, добавлю к Илюше, что вроде бы начиналось вот так вот все просто, мы познакомились на работе, но ощущение, что наши отношения, они ведутся, нас просто взяли за руки и соединили, потому что, когда Илья пришел на работу, я уже работала в этой компании, и, когда я его первый раз увидела, я внутри себя услышала голос: «Это твой будущий муж». А как любая девушка, которая оценивает и присматривается, я тогда носила высокие каблуки, думаю: «Маленький. Не может быть, чтобы это будет мой будущий муж». Но голос, правда, прозвучал трижды и, спустя полгода мы уже официально признались, мы начали встречаться, то есть наши встречи здесь, на Воробьевых горах, уже через полгода мы поженились и венчались.

А. Леонтьева

— Илья, вот вы, я так поняла, человек из воцерковленной семьи?

И. Болтнев

— Да, это так.

А. Леонтьева

— Это такая большая редкость, вы с детства ходили в церковь?

И. Болтнев

— Не совсем с детства. У нас так получилось, что мне было, наверное, лет 11-12, когда мы с мамой начали вот так вот погружаться, подходить к вере, к церкви, ходить туда, познавать, как это все происходит и так далее. Поэтому да, конечно, на момент нашей встречи с Ольгой уже да, я уже был воцерковленный, и семья. Мы лет десять, наверное, ездили к нашему духовнику в Смоленскую область, поэтому не то, чтобы прямо с рождения, но где-то в юношестве.

А. Леонтьева

— Но это, наверное, ваш духовник, отец Василий вам строго сказал: «А теперь ты должен жениться на этой женщине».

И. Болтнев

— Нет, такого прямо совсем уж не было (смех)

О. Болтнев

— Мама, мама.

И. Болтнев

— Мама — да, она в какой-то момент стала четко свое мнение обрисовывать, что пора бы тебе, сынок, остепениться.

К. Мацан

— Ольга, а ваш путь к вере?

О. Болтнева

— Мой путь к вере: меня покрестили в 10 лет, у нас тогда это было, я сама с Урала. И жила в небольшом городке, тогда он назывался Свердловск-44, сейчас это Новоуральск, город закрытых систем. И у нас не было храма, был один храм разрушенный и был просто молельный дом. И у меня даже очень стертые воспоминания об этом, большой толпой просто там всех покрестили. Бабушка, мамина мама, для нее было важно, чтобы нас — нас в семье трое, чтобы нас всех покрестили. И дальше этого ничего не было, то есть меня покрестили, и на этом закончилось. Уже когда я переехала в Москву и в Москве, с переездом, у меня здесь никого не было, я испытала такое, настоящее чувство одиночества. И я, с одной стороны, поняла, что я не хочу возвращаться, с другой стороны, здесь мне было одиноко, как бы такое было распутье, на распутье стояла. И я начала искать интуитивно, куда. Я тогда смотрела всякие эти восточные направления, но все-таки православие — то, что ближе, то, что к дому оказалось ближе, я просто приходила в церковь, не понимая, приходила и уходила. И потом получилось так, что мы, когда познакомились с Ильей, я как раз была на этом...зайти в дверь.

К. Мацан

— То есть все удачно сошлось?

О. Болтнева

— Да. И тут встречается Илья, и у меня внутри не было какого-то отторжения, то есть я приняла, плюс духовник, батюшка отец Василий, который стал и моим духовником. Да, просто все удачно сошлось

К. Мацан

— Как раз об этом хотел спросить, ведь бывает такое, что начинаются отношения и воцерковленность одного и невоцерковленность другого становится проблемой, потому что люди в каком-то смысле на разных языках говорят. И зоны очевидности, что можно, что нельзя, к чем умы стремимся, расположены по-разному. Но у вас, так понимаю, прямо обратная ситуация, вы устремились к тому, чтобы появился человек, который мог, что называется, помочь и в воцерковлении, в том числе?

О. Болтнева

— Там были сложности безусловно, потому что все равно как раз вот эта история про ограничения — мне было непонятно, как там, предположим, ты вот эти дни не ешь мясо, не ешь какую-то пищу, как тебе это поможет верить или не верить в Бога? Для меня, и у нас до сих пор периодически возникают споры на вот эти темы, видимые и невидимые, что, если я сегодня поем что-то, как это мне помешает? Да, я согласна, я говорю: «Это мой отец» (просто у меня проблемы с моим отцом были, для меня может быть, эти отношения), я говорю: «Это мой отец, я знаю, что Он меня любит, и он меня не накажет, он меня простит». — «Нет, но ты же должна слушаться. Я говорю: — Ну даже если я ошиблась, Он меня поймет». И у нас на эти вещи были периодически споры, непонимание, но, я думаю, мы все равно приходили к единому, потому что, если бы мы не пришли, я не думаю, что мы так долго были бы вместе.

А. Леонтьева

— Слушайте, ну это хорошая тема для споров: не кто мусор вынесет, грубо говоря.

О. Болтнева

— Да, оно на самом деле помогает друг другу увидеть ситуацию с разных сторон и, наверное, объять ее более глубоко и понять ее более глубоко. Потому что история про приемных детей, которая у нас получилась: дети для нас стали, в том числе, на самом деле, большой проверкой наших отношений на прочность

К. Мацан

— Илья и Ольга Бо́лтневы, родители троих детей, приемных детей сегодня с нами и с вами в программе «Светлый вечер».

А. Леонтьева

— Хочется сказать, что ваш духовник, вот отец Василий, о котором вы рассказываете, он какой-то, видимо, волшебный батюшка, потому что в свое время с ребятами произошла какая-то очень божественная, как мне кажется, история: они покрестили троих детей. Расскажите, как это все начиналось

О. Болтнева

— Анна, не троих, мы покрестили двоих. Хотя, можно сказать, наверное, троих, но Стаса еще младшего не было нашего. Получилось просто да: в один из наших приездов в деревню к батюшке он попросил меня покрестить, на тот момент мы говорили с ним только об одном ребенке

К. Мацан

— А покрестить — в смысле стать крестными родителями?

О. Болтнева

— Да, стать крестной. И я говорю: «Я не могу. Стать крестным — это в общем-то, непросто пройти таинство — это ответственность». И батюшка мне сказал: «Оля, ну никто не берется, семья неблагополучная, надо просто помочь, надо просто покрестить, все, с тебя, говорит, больше ничего не надо, просто будь в храме». Хорошо. Приходит семья и крестили тогда, они планировали крестить младшего и Сашу, Саша стала нашей дочерью, но была еще третья, Катя, и резонный вопрос: а Катя уже крещеная, раз мы только про двоих говорим? Катя, оказалось, что на самом деле нет, не крещеная, но там родители как-то решили отложить, что потом. Я говорю: ну зачем потом, потом не будет. Давайте уже тогда всех сразу. Так я стала крестной для Саши и для Кати. Мы после этого попытались с ними общаться, потому что мне как-то неловко.

А. Леонтьева

— Вы ответственно подошли к этому, да?

О. Болтнева

— Да. Но у нас не получилось это общение в силу того, что мы не нашли общего языка с мамой, ну и я, честно говоря, не стала навязываться, потому что нужна та помощь, которая действительно нужна, которую принимают, а не насильно, насильно мил не будешь. И мы тогда действительно отошли в сторону и на этом, как батюшка тогда сказал: нужно просто покрестить, мы просто покрестили.

И. Болтнев

— Но промысел, он был в действии, просто мы не знали об этом.

А. Леонтьева

— Так, и что дальше?

И. Болтнев

— Прошло четыре года. Мы, в принципе, достаточно часто ездим в эту деревню, и по церковным праздникам и просто где-то летом отдохнуть.

О. Болтнева

— Особенно, когда батюшка был жив, мы раза два в месяц приезжали туда на выходные.

И. Болтнев

— Может быть, раз в месяц, два, в зависимости от сезона. И вот, проходит четыре года. Ну и, соответственно, мы общаемся в этой деревне с прихожанами, с кем-то из знакомых, кто рядом там живет, там наши контакты есть у кого-то, всегда могут найти нас. И мы здесь, в Москве — раздается звонок, и нам рассказывают, что так и так, помните, были девочки, вы были на крестинах

О. Болтнева

— Да, что вы покрестили, и сейчас они попали в беду, попали в приют и не могли бы их взять в семью?

И. Болтнев

— Да, не могли бы помочь им. И вот с этого момента начался процесс образования новой семьи, по сути.

О. Болтнева

— Тут, наверное, важно добавить, что с момента наших отношений, это нормально и естественно — мы ждали своих детей, кровных, но вот так получилось, что своих детей у нас не оказалось. Наверное, не своих, сейчас уже правильно говорить, а кровных детей, которых мы родили. И у нас были мысли о том, что, если не получится, то взять ребенка из детского дома, но мы как-то не...

И. Болтнев

— У нас были мысли взять ребенка даже если бы были свои, на самом деле.

О. Болтнева

— Да, но мы как-то эту мысль не форсировали, потому что для нас было важно решить свои финансовые вопросы, жилищный вопрос, поэтому мы пытались для себя создать комфортные внешние условия для того, чтобы можно было взять ребенка. Но и тут неожиданно раздается звонок и ребенок не один, а их двое, и они уже не маленькие, потому что на тот момент Саше было семь, а Кате было десять, и мы живем в съемной однокомнатной квартире. И тогда мы... Я думаю, когда нам задали: могли бы вы? Мы для себя уже понимали, что да. Под внешней этой оболочкой, что мы уже решали, как мы это сделаем, то есть мы не думали да или нет, да — уже было, но нам сложно было пока себе признаться, честно.

И. Болтнев

— Ну, такое внутреннее «да» было, дальше мы как бы проговорили, поняли, что это та ситуация, когда к тебе стучат. Уже, не то, что ты с молитвой стоишь, а к тебе уже ответ пришел, говорит: «Ну вот — давай, ты же со мной разговариваешь, давай, вот он я».

О. Болтнева

— И вот он, вопрос про воцерковленность и про настоящую веру: а я готов Тебе при всех своих сложностях жизненных — Тебе довериться и пойти тем путем, который Ты мне даешь? И я готов Тебе действительно открыть свои двери? Потому что: «ну Боже, почему ты мне не отвечаешь, как мне сделать так, чтобы Ты меня услышал и, главное, чтобы я Тебя услышала, что Ты мне там говоришь, что Ты хочешь?» И вот тебе дает. И ты готов это принять? И вот здесь как раз вопрос, что да, ты стал крестным, ты просто покрестил или сделал хорошее дело или ты берешь эту ношу, какая бы она ни была, ты ее берешь и несешь.

И. Болтнев

— Ну да, со всеми параметрами входящими, так скажем, что дети уже взрослые, дети знают, что у них есть мама.

О. Болтнева

— Дети травмированные.

И. Болтнев

— Дети, да, с определенным негативным воздействием, в периоде взросления.

О. Болтнева

— Они еще ждут, что они вернутся к маме.

И. Болтнев

— Да, и дети, которые, на самом деле, не хотят куда-то в другую семью, они хотят, конечно, вернуться к маме и думаю, что это абсолютно временная ситуация, сейчас все разрешиться, мама их заберет. Но поначалу это было как: поначалу мы для себя решили: ну давай будем пока что сейчас приедем, познакомимся, вспомнят-не вспомнят непонятно. Мы приехали первый раз в этот приют и была очень трогательная сложная встреча, когда дети в нас всматривались, пытаясь вспомнить или узнать, а помним вы вас или нет?

А. Леонтьева

— Было, наверное, очень страшно, да?

О. Болтнева

— Было страшно безумно, потому что мы тогда понимали, что мы им пока не будем говорить, почему мы к ним приехали, потому что тогда еще решались юридические вопросы и решение суда должно было вступить в силу и пока мы собирали здесь свои документы, нам нужно было пройти школу приемных родителей. Мы приехали сказать просто, что да — мы ваши крестные, мы узнали, что вы попали в беду, мы просто хотим вас поддержать. То есть мы изначально ехали с этой историей. Но вот опять, вы знаете, промысел Божий: вот к этим, казалось бы, удивительным каким-то моментам: мы, когда приехали в детский дом, мы ждали, когда дети придут с прогулки, пообедают. Мы договорились просто с воспитателями, что познакомимся с детьми, когда все остальные пойдут на сончас, чтобы никого не было. К нам подходит малыш маленький, и говорит: а я знаю, кто вы — вы родители. Вы знаете, этот малыш — это наш Стас, двоюродный брат Саши и Кати, и кто бы знал, что через полгода мы действительно для него станем родителями. И мы как бы: малыш, малыш — ну неудобно, потому что ты так смотришь на него: мне тебя жалко, ты вот такой бедный несчастный, но какие мы тебе родители? И вот он уходит. Потом приходят девчонки с прогулки и это удивительно, на самом деле, потому что ты все равно их узнаешь, несмотря на то, что они выросли, но какие-то эти черты остались, Катя рыжая у нас и вот эти рыжие волосы огненные, можно сразу же вычислить. Саша, хоть она и выросла, но эти черты лица, глазищи, они остались. И это было удивительно, когда мы спускались по лестнице и вот эта встреча глазами, что видят они и видим мы. Ну, мы переглянулись, и дальше девчонки побежали кушать, а мы пошли сидеть на скамеечку, ждать. Спустя время Катя мне рассказала (дети же тоже понимают, что взрослые, которые приходят в детский дом, взрослый к ребенку просто так не придет) и Катю мальчик спрашивает: «А это что, твои новые родители?». То есть тогда, когда мы первый раз приехали и после этой встречи глазами они пошли есть, и в столовой ее спрашивает паренек: «Это что, твои родители новые? Она говорит: Я не знаю». То есть это на каком-то уровне, не словесном, а вот внутреннем, чувственном. Так мы познакомились. Но получилось так, что дети уехали все-таки, мы все лето к ним проездили в детский дом.

И. Болтнев

— Раз в неделю ездили.

О. Болтнева

— Но получилось так, что мама выиграла все-таки суд, и они поехали домой. В сентябре они вернулись домой. И это был на самом деле шок, потому что ты-то уже живешь жизнью, что они с тобой, ты уже к этому готовишься, и у тебя возникают тоже твои чувства.

А. Леонтьева

— Это, наверное, какое-то страшное разочарование, да?

И. Болтнев

— Это не разочарование, но это как в том анекдоте — смешанные эмоции, потому что, с одной стороны, действительно, ты начинаешь испытывать свою привязанность уже, а, с другой стороны, ты понимаешь разумом, что какая мама бы не была — это родная мама и детям лучше с одной мамой, потому что это самые близкие отношения, которые у них есть в жизни и рвать это, ну это прямо страшно. И что, наверное, при всех обстоятельствах с мамой им будет лучше. И мы в какой-то момент даже начали помогать маме с юридическими вопросами, с тем, чтобы как-то ей помочь с обустройством, попытаться как-то ей помочь с работой. Проблема в том, что это сельская местность и работы там очень мало, там райцентр достаточно далеко относительно и это система замкнутая такая достаточно. Чтобы из нее вырваться, то есть там натуральное хозяйство и контингент, он живет натуральным хозяйством плюс алкоголем. Не все, но достаточно окружающих много. И, чтобы вырваться из этой системы, когда у тебя родственники, семья, в которой ты вырос так вот все это устроено, здесь нужен какой-то такой выход в космос, совершить прыжок, вырваться. И мы понимаем, что это трудно. И мы пытались общаться с ней, помогать ей. Нет такого, что у них были плохие жилищные условия — нормальная квартира, с обстановкой, с мебелью, с техникой. Нет такого, когда мы рассказываем, что вот мы взяли детей из неблагополучной семьи, сразу какой-то негативный образ возникает, что ничего нет, каменные стены и так далее, нет, ничего такого. Мама — довольно адекватный человек в те периоды, когда не происходит употребления. Но, к сожалению, эти периоды, они довольно частые получаются, и она еще, ко всему прочему, органы опеки ее взяли на карандаш, к ней начали часто ездить. Может быть, если бы она не попалась им на глаза, была бы вся история по-другому, но как получилось, мы всю осень действительно пытались ей помочь. Опять-таки, в сентябре дети уехали, мы помогли им с началом учебного года.

К. Мацан

— Мы к этому разговору вернемся после небольшой паузы. Я напомню: сегодня с нами и с вами в «Светлом вечере» Илья и Ольга Болтневы, приемные родители троих детей, и они рассказывают нам о том, как стали этими приемными родителями, хотя я так понимаю, что, в общем-то, слово «приемные» вы уже не употребляете. Вы просто родители троих детей. В студии Анна Леонтьева, я Константин Мацан, не переключайтесь.

А. Леонтьева

— Сегодня с нами в студии Ольга и Илья Болтневы, они рассказывают удивительную историю про то, как стали крестными и потом стали приемными родителями, как ребята говорят: просто родителями троих детей. Я поняла, что вы как-то всячески старались, с одной стороны, вы очень привязались к детям, с другой стороны, вы хотели по справедливости, как надо — оставить с мамой, это не получилось и вы получили двоих девочек.

И. Болтнев

— Немножко не так получилось

О. Болтнева

— Двоих девочек и маленького мальчика

И. Болтнев

— И маленького мальчика, да. Потому что, когда мы узнали, что детей в очередной раз, уже, по сути, в окончательный, забирают в приют...

О. Болтнева

— Да, мне Катя позвонила как раз, когда забрали их в последний раз, мне позвонила Катя и говорит: «Оля, нас опять забрали». И тогда уже стало понятно, что дети поедут к нам домой. И было важно переговорить с мамой, не делать у нее это за спиной, я созвонилась с ней и говорю: «Понимаешь, чем сейчас дело закончится, где окажутся дети? Она говорит: Понимаю, это я виновата, я сорвалась». И вот тогда состоялся разговор, что мы бы могли детей взять в семью. На что мама согласилась, и для меня это, в общем-то, благословение, это важное разрешение. И тогда она сказала, что, кроме девочек, изъяли еще ее племянника, двоюродного брата Саши и Кати и не могли бы мы его тоже взять в семью? И вот тут-то мы уже не думали: Могли бы? Да, могли. И, в общем, получилось так, что мы позвонили в органы опеки, говорим: «У вас там еще маленький мальчик есть — мы его тоже забираем» (смех)

А. Леонтьева

— Ничего себе.

О. Болтнева

— Они аккуратно просто спросили: «Вы уверены? Мы говорим: Да, да, мы уверены». Мы потом уже разбирались, насколько мы были уверены. Ну и, в общем, получилось так, что перед Новым годом, мы шутим на эту тему, что, как детям говорят, что аист принес детей, нам дед Мороз их принес, под елку. Перед Новым годом дети оказались дома.

К. Мацан

— Ну, или Святой Николай

О. Болтнева

— Да, спасибо.

А. Леонтьева

— То есть вы в одночасье оказались многодетными родителями, у вас появилось трое детей. Но это же какое-то вообще кардинальное изменение жизни.

И. Болтнев

— Мы просто для себя как-то поняли в тот момент, что разницы для нас психологически между двумя и тремя точно нет. Если решиться взять двух девочек, у нас какое-то было время на обсуждение, переваривание, принятие, планирование экономики финансов, обустройства и так далее, то на тот момент мы уже были готовы морально и всячески и, когда появилось новое вводное, что еще двоюродный братик — для нас это было уже действительно легким решением, что ну, значит, где двое, там и трое.

А. Леонтьева

— С ума сойти. Но вы не прошли никаких этапов, которые проходят, вы получили троих уже подросших детей. Что это было?

О. Болтнева

— Да, и тут мы столкнулись со всем, с чем можно было столкнуться. Мы на тот период прошли школу приемных родителей, мы прочитали невероятное количество литературы, я волонтерила в детских домах и мне казалось, что у меня представление есть и есть опыт. Но вот теория — это одно, практика — это другое. Мы понимали, что легко не будет, у нас не было розовых очков абсолютно. Но вышибало там, где ты оказывался абсолютно не готов и на самом элементарном. Лично для меня проблемой стал быт. Потому что, если раньше можно было приготовить один раз в неделю, предположим, редко, и этого хватало, то тут ты готовишь три раза в день, и ты только что приготовила, а уже ничего нет и уже гора немытой посуды, а тут еще надо постирать, и белье тоже растет какими-то невероятными горами, машинка просто не выключается стиральная.

И. Болтнев

— А еще совсем недавно было много свободного времени для себя.

О. Болтнева

— А теперь его абсолютно нет, и теперь ты не можешь позволить себе ночью посидеть и утром дать возможность себе выспаться. Все, у тебя появился режим. И вот это вот перестроение, оно было сложным. И на самом деле, не столько психологические вопросы и трудности вышибали из себя, сколько вышибал именно быт. И потребовалось три месяца на то, чтобы это выстроить и как-то хотя бы войти в эту систему.

К. Мацан

— Это очень быстро — три месяца. Вы как-то прямо экспресс-курсом все выстроили.

И. Болтнев

— Нет, это только на быт. Дальше следующие пошли.

К. Мацан

— А я вас как раз хотел спросить, потому что то, что вы рассказываете, потому что в вашей семье сразу трое детей появилось, но в принципе, любой родитель, когда появляется даже первый ребенок, понимает, что все, жизнь поменялась кардинально. У вас это просто утроилось, но с проблемами бытового характера естественно сталкивается любая семья, где появляются дети. А вот с чем вы столкнулись именно ввиду того, что это были детишки, как вы говорили, со своим прошлым, со своими травмами, вот что здесь было для вас самым сложным и главное, как вы это преодолевали?

О. Болтнева

— На первом этапе было сложным, на самом деле, вместе с детьми к нам приехала вся семья. Образно говоря, не в прямом смысле, а в переносном, потому что первое время дети стали важны для кровной семьи и у нас постоянно звонил телефон: утром, днем, вечером, звонили все родственники, разговаривали все. Дети стали вот прямо важными. Я помню наш первый новый год, новогодняя ночь — ровно в ноль-ноль звонок, то есть ты чувствуешь себя неким обслуживающим персоналом этой семьи и влияние...дети, во-первых, разрываются, потому что здесь им еще непонятно, кто и как, и есть надежда того, что они вернутся, на тот период эта надежда у них еще была, потому что там должны были начинаться еще очередные суды. А с другой стороны, там появилась любовь. И это, как сравним: тут-то, на земле, плохо, тут тебя заставляют учиться, прибираться, убираться, а там мать небесная и все, что было плохое, оно забывается и вспоминается только хорошее и вот это было очень сложно. Было сложно перестроиться. Тут твои личные чувства, все равно так или иначе возникает вот эта ревность, ты начинаешь бессознательно делить этих детей, что: ну это же мои теперь дети. И перестроиться, и отодвинуть свое «я» на задний план и понять, что не то, что они твои — они не твои. Есть прекрасный мультик на эту тему, называется «Пророк», я сейчас не вспомню режиссера, «Песнь моря» с ним еще мультик еще. И там есть прекрасная фраза...

А. Леонтьева

— Как вы хорошо в мультиках осведомлены

О. Болтнева

— Сейчас да

А. Леонтьева

— Я думаю, что недаром.

К. Мацан

— Это профессиональное.

О. Болтнева

— И это прекрасные мультики, кстати, я прямо советую посмотреть, потому что это просто эстетическое наслаждение. И вот в этом мультике есть прекрасная фраза, там как раз тоже мама говорит: «Да это же мой ребенок, как я сказала, так и она должна делать». На что ей пророк говорит, что: «А это не твой ребенок. Он через тебя пришел в этот мир, и ты должна ему сейчас помочь». И вот ты должна сейчас им помочь. И вот это принять-осознать, побороться со своим эго, это было сложно, что — да, у них две мамы. Это не только детям надо было для себя принять, это и тебе надо было принять.

А. Леонтьева

— Ольга, хотела задать вам вопрос, который мне кажется очень важным: сейчас мы говорим о том, что, когда детей усыновляют, то детям делают хорошо. Это такой хороший поступок же, да? А что происходит с родителями, что для них дети делают? Потому что я мать троих детей, знаю, что дети по сути, они меня сделали, по сути, они меня воспитали.

О. Болтнева

— Наши дети лепят сейчас нас, в хорошем смысле этого слова, потому что действительно, принято говорить о том, что вот, не знаю, делать из этого какое-то геройство, хотя тут никакого геройства, на самом деле, нет.

А. Леонтьева

— Ну, есть.

И. Болтнев

— Это может каждый, было бы желание.

О. Болтнева

— Не только ты даешь детям, но и дети на самом деле дают тебе. Просто то, что ты даешь — это можно оцифровать, материализировать. Потому что это очень много материального, в том числе. А то, что дают дети — это не посчитать, это не оценить, потому что с появлением детей возникает нечто невероятное: они вскрывают в тебе то, о чем ты даже не подозреваешь, что это у тебя есть. Ты вот такой хороший, улыбчивый, веселый, а там-то на самом деле, внутри у тебя в шкафу столько всего лежит, что мама дорогая! Я, когда начала узнавать себя настоящую, и это главное — дети тебе помогают стать настоящим, и вот этого себя, настоящего, в общем-то, принять, мне кажется. Это же нормально, что есть хорошее и плохое, все сказки у нас про добро и зло и в нас и детям об этом говорим: что у тебя и добро, и зло, борются, и что победит, и это главное. И дети помогают это зло в себе увидеть и дальше его побеждать. И это очень важно, потому что, например, я сейчас понимаю, что срывания и крики, которые периодически могут быть, причем я не ожидала от себя, что я умею так орать — это результат усталости и спасибо детям, что теперь я это знаю, что, если я кричу — значит, это я устала и мне срочно надо подумать о себе, в первую очередь. Воспитание детей — это воспитание себя, поэтому дети делают нас лучше, это правда.

К. Мацан

— Илья, роль папы какая тут?

А. Леонтьева

— Папу делают лучше?

И. Болтнев

— Папу тоже делают лучше. У нас действительно такой интересный баланс в семье: мама, она хозяйка, эмоциональная, ранимая, а папа, он такой спокойный, рассудительный, где-то флегматичный, немножко иногда бывает, даже замкнутый в себе. И изначально у нас получилось, с самого начала как-то получилось, что папа — это добрый полицейский, а мама — это злой полицейский. Ну потому что как раз эмоции яркие, они проистекали от Оли, а спокойствие, оно проистекало от меня, поэтому получилось такое невольно распределение ролей. Потом получилось так, что...

О. Болтнева

— У папы очень много работы.

И. Болтнев

— У папы много работы, но папа работает дома. Поэтому к папе легко подойти и попросить его, допустим, помочь с уроками, поиграть. Вот Стас, он у нас, скажем так, не очень любит в одиночку играть, он всегда любит играть с кем-то и львиная доля его времени сейчас пока что дошкольного — это игры с кем-то во что-то: в прятки, в машинки, во что угодно. Единственный способ, который, к сожалению, единственный пока что, который позволяет ему остаться одному — это какой-то волшебный экран: телевизор, планшет, телефон. К сожалению, влияние времени, но только это ему позволяет замереть и погрузиться во что-то.

А. Леонтьева

— Это очень знакомо, я думаю, многим родителям. Как вы решаете этот вопрос?

И. Болтнев

— Приходится находить в себе время и в своем графике на то, чтобы уделять время, причем, безусловно, это та самая работа над собой, о которой Оля тоже говорит. Потому что: ну конечно, не хочется, хочется сказать, что подожди до вечера, я занят, я пока вот работаю. Но это отторжение, ты пытаешься отталкивать человечка, который к тебе идет с чем-то. У меня много работы, которую я могу делать на ходу. Допустим, с телефона, с планшета, еще что-то. Иногда бывает, что я посреди дня беру какой-то гаджет с собой и иду на прогулку с ним, чтобы попутно кому-то написать письмо, ответить на сообщение, еще что-то. И сейчас бывает так, что Стас приходит и говорит, что: «Пап, пойдем погуляем, но только ты не бери с собой телефон или не бери с собой планшет», потому что он понимает, что тогда я с ним больше буду вовлечен в игры, я не буду говорить: подожди, я сейчас допишу письмо или отвечу на сообщение. И это действительно про то, что ты перестраиваешь себя, перестраиваешь свои привычки, перестраиваешь свое взаимоотношение с ними. Я всегда считал себя человеком с безграничным терпением, вот прям совсем безграничным. И сейчас понимаю, что оно на самом деле имеет границы. Может быть, не такие уж совсем маленькие где-то действительно, но я с удивлением обнаружил, что начинаю видеть их в какой-то момент и даже ловлю в себе, что неожиданно начинаю раздражаться, хотя мне это не свойственно.

О. Болтнева

— Десять лет тебе это было не свойственно (смех). Да, десять лет нашей совместной жизни мне это было совсем не свойственно, ну просто считанное количество раз у нас были такие моменты. Но тут начинают действительно появляться такие моменты, когда их трое, между собой могут быть сложные отношения в какой-то момент — это повышенный уровень шума, это, когда тебя пытаются растащить на трех пап одновременно.

О. Болтнева

— А еще сходи, купи молока параллельно к этому, дополнительно.

И. Болтнев

— Ну, какие-то еще бытовые вопросы. И в этот момент, когда тебя начинают на кусочки рвать ты понимаешь, что вот в тебе внутри начинает что-то уже подниматься такое, негативное и уже где-то ты начинаешь резко отвечать, ловишь себя на этом и думаешь: стоп, стоп, что-то во мне как бы не то.

О. Болтнева

— Понятно, что мы не идеальные родители и мы можем где-то накричать, где-то сорваться, но раньше как было? Покричал и ладно, и забыл. А сейчас ты вместе с ребенком понимаешь, насколько важно проговаривать, что с тобой случилось и почему это случилось. Из недавних просто историй у меня со старшей дочкой, когда я проснулась не в настроении и пошла готовить завтрак. Думаю, ладно, пока они спят, еще не проснулись, я успокоюсь и вот они придут к завтраку, все будет нормально. А Катюшка проснулась, приходит, говорит: «Мам, помочь что-то? Я говорю: Нет, оставь меня сейчас в покое». Причем говорю ей это достаточно резко, потому что я в этот момент не в покое: лучше оставь меня в покое, иначе я тут все взорву. Она уходит. В этот момент я обжигаюсь о сковородку, и сковородка меня вышибает полностью, и я в итоге всех взрываю, у меня того времени, которое я себе оставила на то, чтобы успокоиться, у меня его не было, сковородка его забрала. В итоге утром досталось всем, я вспомнила всем все, что можно было и нельзя, все разбежались по углам, сидят и плохо, всем плохо. Казалось бы — ты взрослый, ты с позиции взрослого, возможно воспользоваться этой силой — ну да, мне плохо и все, и вам всем пусть будет плохо. И как бы: ну я же старший, я могу это себе позволить. Но насколько важно понять детям, что чувствуешь ты, потому что потом дети начинают понимать, что происходит с ними и они этим делятся. И я понимаю, что я Катю обидела. И вместо того, чтобы воспользоваться своим преимуществом непонятным я прихожу к ней, говорю: «Слушай, извини меня. И я ей объясняю, что я встала не в настроении, потом я хотела успокоиться, но эта сковородка. И в итоге досталось всем вам, что вы ни при чем. И ребенок реагирует на это, она подходит, у нее текут слезы, причем я понимаю, что эти слезы вот именно: «Мам, я тебя прощаю, все нормально». И мы обнялись. И я понимаю, что эта ситуация, когда ты показываешь ребенку. И ведь это благодаря им получилось, но научиться понимать свои чувства и признавать свои чувства не только хорошие, но и плохие. Ты, когда ему это проговариваешь, в следующий раз, когда что-то случается у него, у нее — они придут к тебе и они будут понимать, что что бы ни случилось, они могут прийти и этим поделиться. И что то, что у них внутри — это намного важнее, неважно, какое оно сейчас. И к вопросу, что дали дети — это благодаря им, казалось бы, все простое на поверхности лежит, но до этого простого еще надо докопаться и это осознать.

К. Мацан

— Илья и Ольга Болтневы, родители троих детей, приемных детей сегодня с нами и с вами в программе «Светлый вечер».

А. Леонтьева

— Вы сказали замечательную вещь, что дети, они как будто нас раскрывают, как раскрывают шкафы: мы видим, как много там как хорошего, так и плохого. Продолжая как-то этот образ можно сказать, что они эти шкафы как-то вычищают.

О. Болтнева

— Безусловно, потому что...

А. Леонтьева

— Мне просто нравилось, как пошел разговор, что не только для детей, а для родителей.

О. Болтнева

— Я смотрю на то, какие мы были в самом начале и какими, пусть это два года, но мы другие, по-хорошему другие мы стали, причем с появлением детей это коснулось, в том числе, и наших отношений, потому что пройдете-не пройдете эту проверку, потому что в какой-то момент стало страшно, я говорю: «Слушай, мы не справляемся, мы друг друга перестали понимать». И благодаря опять-таки детям, а, это не благодаря им, но первый раз мы обратились за помощью к психологу, потому что мы поняли, что мы сами не справляемся и нам нужен был некий модератор, который нам позволит спокойно выяснить друг с другом отношения и друг другу высказать все, что накипело, то есть не сгладить где-то — это опять к вопросу: благодаря детям мы больше смогли научиться быть честными и больше принимать и понимать то, что есть у другого.

И. Болтнев

— Где-то приоритеты по-новому выстроить, найти новые точки взаимодействия, компромисс перестроить между собой, потому что он до появления был одним, с другими весами для тех или иных интересов, времяпрепровождения, совместных каких-то активностей, а сейчас все по-другому, сейчас есть, действительно, режим, есть приоритеты детей, под которые ты подстраиваешься, жертвуешь своим свободным временем, интересами, но и одновременно ты понимаешь, что ты должен встроиться в этот режим, потому что если ты будешь продолжать в том же духе, не оставляя себе время на восстановление, то ты выгоришь, и выгорание, оно как раз и приводит к проблемам в эмоциях, во взаимоотношениях, между родителями в том числе, конечно же. И мы эти полтора года очень довольно, скажем, непросто перенастраивали себя, перенастраивали баланс в пользу того, чтобы найти, с одной стороны, дать максимум детям, потому что, конечно же, их трое, это тройная ответственность для нас, мы не хотим оплошать, мягко говоря. А с другой стороны, мы не хотим выгореть, нам нужно распределить силы на длинную дистанцию, чтобы это было комфортно, чтобы у нас был мир и любовь с детьми, между собой и это потребовало достаточно длительного периода.

А. Леонтьева

— У вас есть мечта когда-нибудь сесть уже на берегу океана в тишине и слушать шум волн, выдохнуть?

О. Болтнева

— У нас океан, лодки прямо нас преследуют, в хорошем смысле. Потому что удивительно получилось, у нас сейчас Катя и Саша занимаются парусным спортом, я сама любитель морской стихии и теперь у нас такая мечта, на самом деле очень интересная: мы хотим в кругосветку все вместе пойти.

И. Болтнев

— Ну хотя бы не в кругосветку, хотя бы просто выбраться всей семьей в какое-то такое...

А. Леонтьева

— Тишины не будет, я поняла (смех). Океан будет, тишины нет.

О. Болтнева

— Дети уже рисуют нам картины. Саша, средняя, у нас очень любит играть в куклы, коляски, она проигрывает роль мамы и она, когда приходит, предположим, на кухню ко мне с коляской: «Мы приехали в гости к бабушке Оле. Бабушка Оля нам сейчас печет пирожки, и мы тут поживем с бабушкой Олей несколько дней», то есть ребенок уже рисует тебе, что готовься, ты дальше потом бабушкой станешь, и мы к тебе будем приезжать. Поэтому как там оно будет дальше, не знаем.

К. Мацан

— Смотрите, очень важную тему, которую вы сегодня так или иначе на протяжении почти всей программы поднимаете, мне кажется, очень понятна любому родителю — об этом эмоциональном истощении, когда начинаешь срываться, причем в разной степени это свойственно и мужчинам, и женщинам, понятно любым родителям. И, с одной стороны, каждый раз возникает логика: «Ну я же не железный, или не железная, попробуй, встань на мое место». Ну как я могу, я же не могу сказать все, с завтрашнего дня я не раздражаюсь

О. Болтнева

— Не получится.

К. Мацан

— Не получится. С другой стороны, этим можно бесконечно всегда себя оправдывать и не будет конца этому раздражению и вообще никак не меняться. Где грань, где черпать ресурс все-таки, чтобы меняться? И какое место здесь играет вера, если угодно?

О. Болтнева

— Я согласна про оправдывание — это можно себя так долго оправдывать. Первый момент — важно об этом говорить. И важно говорить это себе, важно говорить между собой, проговаривать это, важно говорить об этом детям. Потому что если ты нормальный, в адекватном состоянии, не истощении находишься, то любая сложная ситуация, которая произошла с ребенком, ты на нее можешь реагировать спокойно, без эмоций. Эмоции там, когда уже у тебя проблемы. И первое — если это случилось, то ты об этом говоришь, и ребенок понимает, что сейчас это было не потому что у него проблемы, а потому что маме сейчас плохо, и дети реагируют так, что, когда видят, что ты меняешься, они помогают, они начинают помогать. Второй момент — лично мы для себя выстроили некоторые правила, например, у меня есть утром и вечером время для прогулок в одиночестве, то есть мне важно побыть одной.

К. Мацан

— Потрясающе.

О. Болтнева

— Я начала, кстати, прогулки выискивать в течение дня еще. Например, я отвожу младшего в сад, предположим, мы уезжаем туда на машине, дальше Илья везет Сашу на машине, а я возвращаюсь пешком, вот двадцать минут, класс.

А. Леонтьева

— Вот ваша тишина, да?

О. Болтнева

— Да. Двадцать минут побыть с собой, даже музыку послушать, (я даже музыку перестала слушать), побыть с собой. То есть такие маленькие какие-то дела, которые идут именно для себя и про них не забывать важно. Поэтому это к вопросу, что помогает это истощение убирать.

А. Леонтьева

— То есть, наверное, нужно находить все-таки какие-то такие оазисы тишины.

К. Мацан

— Илья, а вам что помогает? Как папа папу спрашиваю

И. Болтнев

— Я, честно, пытаюсь себя ловить на мысли, что время быстротечно и что еще немножко и они начнут уходить от общения с родителями в общения со сверстниками, а там уже и вообще вылетят во внешний мир. И что как бы не хотелось сейчас заняться где-то, может быть, своими делами, нужно поймать этот момент, пока они еще рядом, пока они еще тянутся и даже, если это где-то идет вразрез с работой, но нужно, обязательно нужно себя перебороть и дать им того, что им так хочется, не оттолкнуть. Опять-таки, мы хорошо видим тот отпечаток, который на них оставила их предыдущая жизнь, я понимаю, что этот сценарий, опять-таки мы в себе видим с Олей отпечатки воспитания того детства, которое у нас было, нашей культуры наших семей, наших особенностей, сложностей или еще что-то, мы видим это в наших привычках, что нам стало свойственно с возрастом, как мы от этого, как от трамплина отталкивались. Мы понимаем, что вот сейчас мы точно такой же какой-то плацдарм для последующей семейной взрослой жизни закладываем им нашим отношением и взаимоотношением с ними. Поэтому — да, я тоже не идеален безусловно, я где-то увлекающаяся личность и могу с головой уйти в работу или в какое-то увлечение и в этот момент пропадаю, может быть. И появление детей, оно позволило мне начать искать баланс в этом, выныривать оттуда, более сбалансированную жизнь начать вести.

А. Леонтьева

— Искать баланс.

И. Болтнев

— Да, баланс — это важно. Вот вера в нас, она как раз и учит, что все хорошо в меру

О. Болтнева

— Это к вопросу про веру, я просто хотела добавить, как вера помогает. Просто сейчас начинаешь чувствовать, читаешь у святых отцов: «терпите, смиряйтесь». Думаю: «Как там терпят, что они смиряются?» Вот школа жизни про это и вера как раз в этом-то и помогает. Ты для себя вроде бы, когда читаешь, я просто люблю Паисия Святогорца, и, когда читаю, то: «Да как в современном мире?» — хотя он вроде бы современник — «Как это можно в современном мире вообще все применить? Нереально просто». А потом начинаешь понимать, что да нет, ну вот тебе, пожалуйста, терпение. А вот тебе — про умение прощать. А вот она, любовь-то чистая, вот она такая, это не то, что все должно быть в радужных красках. И вот ты встал и пошел. И в первую очередь, ты сам прощаешь себя. И для меня очень важны вот эти слова «Полюби ближнего, как самого себя».

И. Болтнев

— Не умея любить себя — ты не полюбишь ближнего, да. И через это, например, Оля, как очень гиперответственный человек, она поначалу ушла с головой в заботу о детях и времени на себя у нее просто не осталось, через три месяца это был выгоревший человек, у которого просто все рушилось и почему мы тогда, на тот момент и начали искать способы перенастройки нашего баланса, потому что в моменте, отдав на сто процентов все, ты не оставляешь ничего для себя, для того, чтобы восстановить в себе эту энергию. Не восстановив, ты не можешь больше ничего отдавать, у тебя у самого все начинает рушиться, поэтому, да, дети нам в этом смысле сильно помогли.

К. Мацан

— Здорово заканчивать программу словами из Евангелия о том, что возлюби ближнего, как самого себя, где важны обе части: и себя, и ближнего. Если этот баланс нарушается у одной из сторон, то возникает проблема. А вот не нарушать, как этому научиться — ну, во-первых, это дорога всей жизни, а во-вторых, наши сегодняшние гости нам подсказали лайфхаки, как это делать. Спасибо огромное. Илья и Ольга Болтневы, родители трех детей, приемных детей, сегодня были с нами и с вами в программе «Светлый вечер». В студии была Анна Леонтьева, я Константин Мацан, до свидания.

А. Леонтьева

— Спасибо вам большое.

Болтневы

— Спасибо вам, до свидания.

Другие программы

Пайдейя

«10-летие проекта «Вера и Фома». Алексей Князев, Елена Мацан

Скачать

Гостями программы «Пайдейя» были: писатель, сценарист, одна из авторов детской аудиоэнциклопедии «Вера и Фома» Елена Мацан и редактор этого проекта Алексей Князев.

Мы говорили о том, как в 2016 году начинался проект «Вера и Фома», о том, как темы о святых и о христианстве соединяются с темами о светских исторических личностях и событиях, а также о том, как появились выпуски, посвящённые темам из школьной образовательной программы.

«Вера и Фома» — проект, который помогает детям расти нравственными и социально ответственными личностями, обладающими уважением к другим людям и к своим корням.

Использованный игровой формат для передачи жизненных представлений о добре и зле позволяет детям узнать основы христианства и сформировать христианские ценностные установки и поведение. Это помогает детям легче усваивать материал, делает процесс обучения интересным и увлекательным.

«Вера и Фома» объединяет образовательную и духовную составляющие. Инновационный подход к образованию и воспитанию детей позволяет заложить в них ценности, необходимые для жизни в современном мире. Контент разработан православными педагогами и профессиональными авторами, что гарантирует его практическую значимость и актуальность.

За каждым выпуском программ стоят авторы, редакторы, режиссёры и звукорежиссёры — те, благодаря кому истории звучат по-настоящему тепло.

О команде, которая делает проект «Вера и Фома».

Ведущие: Анна Леонтьева, Сергей Платонов

Все выпуски программы Пайдейя

Читать полностью

Другие программы

Духовные этюды

15 августа. «Неспешное восхождение»

Скачать

Фото: John T/Unsplash

Опытные в освоении горных маршрутов знают, что всякая поспешность в восхождении оборачивается неприятными последствиями для здоровья и самого успеха дела. Необходимо делать частые остановки, чтобы перевести дыхание и вновь набраться сил для движения вперёд. Так и в духовной жизни равно вредны как заполошенность, так и неумение разумно распределять свои силы; и нет ничего более плодоносного, чем осознание своей немощи, соединённое с полнотой упования на Божию помощь, — добродетели, которые обеспечивают нам победу над самими собой и неспешное восхождение к благодатному бесстрастию.

Автор: Протоиерей Артемий Владимиров

Все выпуски программы Духовные этюды

Читать полностью

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 16 августа (вечер 15 августа) 2026г.

Неде́ля 11-я по Пятидеся́тнице.

Преподо́бных Исаа́кия, Далма́та и Фа́вста.

Глас 2.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Блаже́н муж:

Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 2:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры воскресные, глас 2:

На 10. Стих: Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́,// испове́датися и́мени Твоему́.

Стихира: Пре́жде век от Отца́ Ро́ждшемуся Бо́жию Сло́ву,/ Вопло́щшемуся от Де́вы Мари́и,/ прииди́те, поклони́мся:/ крест бо претерпе́в,/ погребе́нию предаде́ся, я́ко Сам восхоте́:/ и воскре́с из ме́ртвых,// спасе́ мя заблужда́ющаго челове́ка.

Стих: Мене́ ждут пра́ведницы,// до́ндеже возда́си мне.

Стихира: Христо́с Спас наш,/ е́же на ны рукописа́ние пригвозди́в на Кресте́ загла́ди,/ и сме́ртную держа́ву упраздни́:// поклоня́емся Его́ Тридне́вному Воскресе́нию.

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Со Арха́нгелы воспои́м Христо́во Воскресе́ние:/ Той бо есть Изба́витель и Спас душ на́ших,/ и в сла́ве стра́шней и кре́пцей си́ле,// па́ки гряде́т суди́ти ми́ру, его́же созда́.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

Стихира: Тебе́ Распе́ншагося и Погребе́ннаго,/ а́нгел пропове́да Влады́ку, и глаго́лаше жена́м:/ прииди́те ви́дите, иде́же лежа́ше Госпо́дь:/ воскре́се бо, я́коже рече́, я́ко Всеси́лен./ Те́мже Тебе́ поклоня́емся, Еди́ному Безсме́ртному:// Жизнода́вче Христе́, поми́луй нас.

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: Кресто́м Твои́м упраздни́л еси́,/ ю́же от дре́ва кля́тву,/ погребе́нием Твои́м умертви́л еси́ сме́рти держа́ву:/ воста́нием же Твои́м просвети́л еси́ род челове́ческий./ Сего́ ра́ди вопие́м Ти:// Благоде́телю Христе́ Бо́же наш, сла́ва Тебе́.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

Стихира: Отверзо́шася Тебе́, Го́споди,/ стра́хом врата́ сме́ртная,/ вра́тницы же а́довы ви́девше Тя, убоя́шася:/ врата́ бо ме́дная сокруши́л еси́,/ и вереи́ желе́зныя стерл еси́,/ и изве́л еси́ нас от тьмы и се́ни сме́ртныя,// и у́зы на́ша растерза́л еси́.

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Спаси́тельную песнь пою́ще, от уст возсле́м:/ прииди́те вси в дому́ Госпо́днем припаде́м, глаго́люще:/ на дре́ве Распны́йся, и из ме́ртвых Воскресы́й,/ и Сый в не́дрех О́тчих,// очи́сти грехи́ на́ша.

Стихиры преподобных, глас 8, подобен: «Му́ченицы Твои́, Го́споди...»:

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

Стихира: Преподо́бнии Твои́, Го́споди,/ подо́бящеся Безпло́тным,/ моли́твою и воздержа́нием стра́сти отгна́ша плотски́я/ и, чудоде́йствы просия́вше,/ всех сердца́ просвети́ша./ Тех моле́нием да́руй лю́дем Твои́м// ве́лию ми́лость.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: Далма́т и Исаа́кий,/ ре́вность доброде́тельную восприе́мше,/ А́риеву е́ресь и Несто́риеву разори́ша я́ве/ и, правосла́вных побо́рницы бы́вше,/ сла́ву от всех прия́ша./ Тех, Христе́, моли́твами/ да́руй лю́дем Твои́м// ве́лию ми́лость.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира: Зве́зды тве́рди воздержа́ния я́вльшеся,/ просвети́сте мона́шествующих, отцы́ преподо́бнии, ду́ши,/ тьму де́монскую отгна́вше./ Те́мже по кончи́не ублажа́етеся,/ моля́щеся спасти́ся всем,// творя́щим Боже́ственную па́мять ва́шу.

Догматик, глас 2:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Догматик: Пре́йде сень зако́нная,/ благода́ти прише́дши:/ я́коже бо купина́ не сгара́ше опаля́ема,/ та́ко Де́ва родила́ еси́,/ и Де́ва пребыла́ еси́./ Вме́сто столпа́ о́гненнаго,/ пра́ведное возсия́ Со́лнце:/ вме́сто Моисе́я, Христо́с,// спасе́ние душ на́ших.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен воскре́сный, глас 6:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас шесты́й: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся.

Хор: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся. (На каждый стих)

Диакон: Облече́ся Госпо́дь в си́лу, и препоя́сася.

Стих 2: И́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится.

Стих 3: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.

Диакон: Госпо́дь воцари́ся.

Хор: В ле́поту облече́ся.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́: (В прихдской традиции может опускаться)

Поется стихира храма ^[1] , затем:

Богородичные стихиры Павла Аморрейского, глас 6, подобен: «Отча́янная жития́ ра́ди...»:

Стихира: Я́же ненаде́жных упова́ние изве́стное,/ и согреша́ющих спасе́ние,/ Мари́е всепе́тая чи́стая Богоро́дице,/ приими́ моле́ние мое́ сие́,/ и испроси́ ми разреше́ния все́х,/ я́же согреши́х в житии́,/ Ма́терними Твои́ми моли́твами,/ и спаси́ от бе́д и бу́дущаго суда́ Влады́чице,// вели́кия ра́ди Твоея́ ми́лости.

Стихира: Лука́во вре́мя живота́ моего́,/ лука́во и испо́лнь вся́кия зло́бы,/ сатане́ лука́вому лю́те мя́ смуща́ющу,/ Ты́ мя Богороди́тельнице, изба́ви того́ па́кости,/ Ты́ мя от у́ст о́наго исто́ргни Пресвята́я:/ на Тя́ бо все́ возложи́х ча́яние мое́,// спаси́ мя Твои́ми бо́дрыми моли́твами.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Ра́дуйся, непосты́дная предста́тельнице./ Ра́дуйся, преблага́я Богоро́дице./ Ра́дуйся, очисти́лище ми́ра./ Ра́дуйся, ра́досте скорбя́щих, и приста́нище обурева́емым./ Ра́дуйся, я́же все́м помога́ющая су́щим в ну́ждах./ Ты́ у́бо сохрани́ и мене́ Де́во, все́х ско́рбных,// пренепоро́чная Влады́чице.

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х; мо́лим Тя, Многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х Твои́х, благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры воскресные, глас 2:

Стихира: Воскресе́ние Твое́, Христе́ Спа́се,/ всю просвети́ вселе́нную,/ и призва́л еси́ Твое́ созда́ние:// Всеси́льне Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Госпо́дь воцари́ся,// в ле́поту облече́ся.

Стихира: Дре́вом, Спа́се, упраздни́л еси́,/ ю́же от дре́ва кля́тву,/ держа́ву сме́рти погребе́нием Твои́м умертви́л еси́,/ просвети́л же еси́ род наш воста́нием Твои́м./ Те́мже вопие́м Тебе́:// Животода́вче Христе́ Бо́же наш, сла́ва Тебе́.

Стих: И́бо утверди́ вселе́нную,// я́же не подви́жится.

Стихира: На кресте́ я́влься, Христе́, пригвожда́емь,/ измени́л еси́ добро́ту зда́ний:/ и безчелове́чие у́бо во́ини показу́юще,/ копие́м ре́бра Твоя́ прободо́ша,/ евре́и же печа́тати гро́ба проси́ша,/ Твоея́ вла́сти не ве́дуще./ Но за милосе́рдие утро́б Твои́х,/ прие́мый погребе́ние, и тридне́вен воскресы́й// Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня,// Го́споди, в долготу́ дний.

Стихира: Животода́вче Христе́, во́лею страсть претерпе́вый сме́ртных ра́ди,/ во ад же снизше́д я́ко си́лен,/ та́мо Твоего́ прише́ствия ожида́ющия,/ исхи́тив я́ко от зве́ря кре́пкаго,/ рай вме́сто а́да жи́ти дарова́л еси́./ Те́мже и нам сла́вящим тридне́вное Твое́ воста́ние,/ да́руй очище́ние грехо́в,// и ве́лию ми́лость.

Богродичен воскресный, глас 2:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: О чудесе́ но́ваго всех дре́вних чуде́с!/ Кто бо позна́ Ма́терь без му́жа ро́ждшую,/ и на руку́ нося́щую, всю тварь Содержа́щаго?/ Бо́жие есть изволе́ние Ро́ждшееся./ Его́же, я́ко Младе́нца, Пречи́стая,/ Твои́ма рука́ма носи́вшая,/ и ма́терне дерзнове́ние к Нему́ иму́щая,/ не преста́й моля́щи о чту́щих Тя,// уще́дрити и спасти́ ду́ши на́ша.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь, глас 4:

Хор: Богоро́дице Де́во, ра́дуйся,/ Благода́тная Мари́е, Госпо́дь с Тобо́ю:/ благослове́на Ты в жена́х/ и благослове́н Плод чре́ва Твоего́,// я́ко Спа́са родила́ еси́ душ на́ших. (Трижды)

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода// не лиша́тся вся́каго бла́га.

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия