Поделиться
«Иисус Навин».
Эфраим Моше Лилиен
После смерти пророка Моисея его преемником, возглавившим израильский народ, стал вождь по имени Иисус, сын Навина.
Призывая Иисуса к совершению великого деяния — завоеванию Ханаана, Бог заверил его, что Он будет с ним, как был с Моисеем, лишь бы сам Иисус оставался твёрд и мужественен и не уклонялся от Закона ни направо, ни налево.
Первый город, захваченный Иисусом Навином в Ханаане, — Иерихон — в библейские времена находился в восьми километрах западнее Иордана. Прежде чем напасть на этот хорошо укреплённый город, Иисус Навин послал в него соглядатаев, чтобы высмотреть городские укрепления. Имена разведчиков священный автор не называет, но подробно описывает историю их спасения жительницей города Иерихона, по имени Раав. Почему же она помогла врагам? Оказывается, как она сама призналась соглядатаям, ей было открыто, что Господь отдал эту землю израильскому народу. Раав исповедует перед пришельцами веру в единого Бога: Господь Бог ваш есть Бог на небе вверху и на земле внизу.
В Новом Завете поступок Раав был осмыслен как пример веры и добрых дел. Раав не только вошла в общество Израиля, но стала причастна к прародителям Мессии: она упоминается в родословии Господа Иисуса Христа. Накануне завоевания города Иисус, находясь близ Иерихона, взглянул и видит, и вот стоит перед ним человек, и в руке его обнажённый меч. Иисус подошёл к нему и сказал ему: «Наш ли ты, или из неприятелей наших? Он сказал: нет; я вождь воинства Господня, теперь пришёл сюда». Иисус пал лицом своим на землю и поклонился, и сказал ему: «Что господин мой скажет рабу своему?» Вождь воинства Господня сказал Иисусу: «Сними обувь с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, свято». Иисус так и сделал.
Это явление имеет очевидные параллели с богоявлением пророку Моисею на Синае. Оно должно было убедить Иисуса: как Господь был с Моисеем, так Он будет и с ним.
При взятии Иерихона произошло новое чудо. По велению Божию израильтяне шесть дней обходили город вокруг, а в седьмой день обошли его семь раз, затрубили в трубы и закричали, после чего стены города обрушились.
Несмотря на то что Иисус Навин вёл настоящие военные действия, священный автор всякий раз подчёркивает, что Земля Обетованная досталась израильтянам не силою оружия, а является Божиим даром, ибо Сам Господь сражался за Израиль.
Программа подготовлена по материалам проекта «Ступени веры» издательства «Никея».
28 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Kendra Wesley/Unsplash
«Явление словес Твоих просвещает младенцев», — обращался к Богу царь и пророк Давид.
Как успокаиваются малые дети при звуках колыбельной песни или сказа в устах ласковой няни, так благодатно воздействуют на нас, новозаветных христиан, богодухновенные слова из Писаний пророческих или апостольских. Они суть «серебро, семь раз очищенное», — питают не столько слух, сколько дух человеческий, просвещая его светоносной и живительной благодатью Христовой.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Как в катакомбах. Наталия Лангаммер
Поделиться
Наталия Лангаммер
Представьте себе: ночная литургия, в храме темно, только теплятся лампадки и горят свечи, блики играют на каменных стенах, подсвечивая изображение Христа — Пастыря Доброго. Как почти две тысячи лет назад, в катакомбах, где первые христиане совершали литургии.
Там они могли укрыться от гонителей и ночью молиться о претворении хлеба в плоть христову, а вина — в кровь. На стенах не было икон, только символические изображения как пиктограммы, как тайнопись, Виноградная лоза, агнец, колосья в снопах — это тот самый хлеб тела Христова. Птица — символ возрождения жизни. Рыба — ихтис — древний акроним, монограмма имени Иисуса Христа, состоящий из начальных букв слов: Иисус Христос Божий Сын Спаситель на греческом.
В стенах — углубления — это захоронения тел первых христианских мучеников. Над этими надгробиями и совершается преломление хлебов. Служат на мощах святых. Вот и сегодня, сейчас так же. На престоле — антиминс, плат, в который зашиты частицы мощей. Священники в алтаре, со свечами. В нашем храме — ночная литургия. Поет хор из прихожан. Исповедь проходит в темном пределе.
Все это есть сейчас, как было все века с Пасхи Христовой. Литургия продолжается вне времен. В небесной церкви, и в земной. Стоишь, молишься, так искренне, так глубоко. И в душе — радость, даже ликование от благодарности за то, что Господь дает возможность как будто стоять рядом с теми, кто знал Христа,
«Верую во единого Бога Отца, вседержителя...» — поём хором. Все, абсолютно все присутствующие единым гласом. «Христос посреди нас» — доносится из алтаря. И есть, и будет — говорим мы, церковь.
Да, Он здесь! И мы, правда, как на тайной вечерееи. Выносят Чашу. «Верую, Господи, и исповедую, что Ты воистину Христос, Сын Бога живого, пришедший в мир грешников спасти, из которых я — первый».
Тихая очередь к Чаше. Причастие — самое главное, таинственное! Господь входит в нас, соединяя нас во единое Тело Своё. Непостижимо!
Слава Богу, Слава!
Выходишь на улицу, кусаешь свежую просфору. Тишина, темно. Ничто не отвлекает. И уезжаешь домой. А душа остаётся в катакомбах, где пастырь добрый нарисован на стене, якорь, колосья в снопах, в которые собрана Церковь, где Господь присутствует незримо.
Ночная литургия — особенная для меня, удивительная. Такая физическая ощутимая реальность встречи в Богом и благодать, которую ночная тишь позволяет сохранить как можно дольше!
Автор: Наталия Лангаммер
Все выпуски программы Частное мнение
Первый снег
Поделиться
Фото: Melisa Özdemir / Pexels
Это утро было похоже на сотни других. Я вскочил с кровати от срочного сообщения в рабочем чате. Совещания, отчёты, созвоны...
Одной рукой я привычно крепил телефон на штатив. Другой — делал сыну омлет. Ещё не проснувшийся с взъерошенной чёлкой он неторопливо мешал какао, как вдруг неожиданно закричал:
— Папа! Первый снег!
Я вздрогнул, едва удержав тарелку:
— Угу! Ешь, остынет!
Звук на телефоне никак не хотел подключаться. Я спешно пытался всё исправить. Сейчас уже начнётся онлайн-совещание. А мне ещё надо успеть переодеться.
— Папа! Всё белое, посмотри! — сын заворожённо стоял у окна, а я не отрывал глаз от телефона.
Пять минут до созвона. Микрофон всё так же хрипел.
— Это же зимняя сказка! Папа, пошли туда! — сын тянул меня за руку, а я повторял под нос тезисы доклада.
— Ты где, почему не подключаешься? — коллеги в чате стали волноваться.
А я поднял глаза и увидел в окне настоящее нерукотворное чудо. Вчерашний серый и хмурый двор укрылся снежным одеялом. Как хрустальные серьги висели на домах крупные сосульки, а деревья принарядились пушистой белой шалью.
— Я в сказке, — ответил я в рабочем чате, и крепко обнял сына.
Текст Татьяна Котова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
