«Поэзия и поэтические переводы». Олег Скляров, Владимир Макаров

(23.04.2024)

У нас в гостях были доктор филологических наук, профессор кафедры славянской филологии Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета Олег Скляров и кандидат филологических наук, доцент Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, сопредседатель Шекспировской комиссии Российской академии наук Владимир Макаров.

Мы говорили о значении поэзии и поэтических переводов произведений классиков для современных людей, а также о том, как поэзия связана с духовным развитием человека.

Ведущая: Алла Митрофанова

А. Митрофанова

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА. Дорогие друзья, здравствуйте. Я Алла Митрофанова. И в нашей студии два удивительных гостя — люди, о которых, наверное, большинство из нас сказали бы: ну это, наверное, какие-то инопланетяне, уж слишком высокими материями они занимаются — поэзия, поэтические переводы. А я должна вам сказать, друзья, что и поэзия, и искусство переводов, и искусство чтения переводов и выбора переводов ко всем к нам имеет, как мне кажется, самое прямое отношение. Вспоминаю слова замечательного Дмитрия Петровича Бака, директора Государственного музея истории русской литературы, который однажды сказал: «Восемь строк Фета изменят ваш мозг». В том смысле, что чем более сложные и насыщенные, и концентрированные по смыслам тексты мы с вами в состоянии распознавать, тем больше мы живем свою собственную жизнь, а не ту, которую нам, так сказать, кто-то пожелает со стороны навязать. Тем больше мы отдаем отчет в том, что мы делаем, что слышим, что говорим, тем лучше мы фильтруем поступающую в наш мозг информацию. Иными словами, тем более мы самостоятельны и принадлежим сами себе и надеюсь, что и Господу Богу, а не каким-нибудь другим силам. И поэзия в этом смысле это, как мне кажется, лучшее упражнение в том, чтобы такую чистоту сознания сохранять. В нашей студии Олег Николаевич Скляров, доктор филологических наук, профессор кафедры славянской филологии Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Олег Николаевич, здравствуйте.

О. Скляров

— Здравствуйте.

А. Митрофанова

— Владимир Сергеевич Макаров, доктор филологических наук, доцент ПСТГУ и сопредседатель Шекспировской комиссии Академии наук. Регалий у Владимира Сергеевича, также как у Олега Николаевича, очень много, мы выбрали вот такие краткие формы, потому что очень уж хочется сегодня именно о поэзии, о славянской филологии и о переводах поговорить. Тем более что есть инфоповод — Второй переводческий конкурс, организованный ПСТГУ, сейчас проходит, и много желающих принять в нем участие. И языки самые разные, не только европейские, но, например, и арабский есть язык, и еще арамейский, если не ошибаюсь, да, Олег Николаевич?

О. Скляров

— Да.

А. Митрофанова

— Зачем все это нужно? Заявки люди присылают и много. Молодые люди присылают заявки, чтобы принять участие в переводческом конкурсе. Как это все работает, что людям дает и так далее — вот об этом попробуем поговорить. И для начала предлагаю все-таки разобраться в феномене поэзии. Идут века, а эта форма выражения чувств, мыслей, рефлексий, переживаний своей актуальности не утрачивает. При том что сейчас у нас огромное количество самых разных форм взаимодействия друг с другом. Олег Николаевич, в чем секрет, как вы думаете?

О. Скляров

— Ну наверное, нужно начать издалека, с разговора о том, что такое поэзия вообще. Потому что разговор о переводе предполагает такую некую преамбулу. Дело в том, что, к сожалению, у нас зачастую бытуют вот такие рутинные представления о том, что такое поэзия, и это достаточно распространено, скажем среди абитуриентов, среди ребят, которые начинают, вот пытаются, да, приобщаться к этому. И я много раз сталкивался с тем, что для новичков, для начинающих поэзия — это что-то вот такое или сентиментальное, или что-то такое приукрашенное, нарядное, или что-то похожее на то, что считается поэтичным. В то время как поэзия — здесь я мог бы очень долго об этом говорить, но начну с коротких каких-то вот сентенций. Поэзия — это прежде всего нарушение инерции речи, нарушение вот того автоматизма речевого, среди которого мы существуем большую часть времени, вот этой механичности, которая касается не только речи, но и всего нашего существования. И вот поэзия как раз, на мой взгляд, сопротивляется этой механичности, этому автоматизму.

А. Митрофанова

— Интересно. Поэзия как противоядие от автоматизма жизни и ускорения. Ну то есть, иными словами, поэзия нас возвращает к большей осмысленности.

О. Скляров

— Безусловно. И вот мне, в связи с этим, вспоминается вот формула Виктора Борисовича Шкловского о том, что художественное восприятие начинается тогда, когда начинается ощущение формы, когда возникает переживание формы. Дело в том, что львиная доля нашего общения обыденного не предполагает внимания к форме, и общение носит в основном прагматический характер. Но эстетическое восприятие, эстетическое ощущение начинается там, где перед нами не просто рассказ о событии, а перед нами высказывание как событие, когда само высказывание превращается в событие. И для того, чтобы создать поэтическое высказывание, недостаточно просто что-то сообщить, призвать, сформулировать и так далее. Нужно так организовывать свое высказывание, чтобы оно ощущалось как эстетический факт, как эстетический феномен, и разумеется, это ведет естественным образом к более глубокому осмыслению того, что с нами происходит. Это как бы позволяет нам очнуться, проснуться посреди вот этой вот чертовщины будней, говоря словами Пастернака. И как бы перезапускает наше сознание, происходит вот такое как бы пробуждение от спячки. И опять же мне вспоминаются разные цитаты, в том числе из Пастернака — «и как от обморока ожил». Вот всякий раз, когда мы соприкасаемся с поэтическим текстом по-настоящему, происходит как бы некое пробуждение от обморока вот такое.

А. Митрофанова

— «Всю ночь читал я Твой Завет и как от обморока ожил». Тут, извините, не просто так это пробуждение происходит. Пастернак описывает религиозное такое, как это, озарение что ли.

О. Скляров

— Безусловно, да, в пастернаковском контексте здесь речь идет о Священном Писании. Но я думаю, что вот этот алгоритм, о котором идет речь, он в достаточной мере универсален, и в какой-то мере его можно распространить и на восприятие поэзии. Потому что любая поэзия, настоящая поэзия, подлинная поэзия, она пробуждает некие духовные возможности человека, раздвигает эти рамки, расширяет, углубляет это духовное зрение. Или, я бы даже сказал, формирует некий орган духовного восприятия в человеке.

А. Митрофанова

— Потрясающе. Владимир Сергеевич, вопрос к вам тогда в связи с переводами. Мы знаем блестящие переводы того же Бориса Пастернака, причем и с немецкого, и с английского они виртуозны совершенно. У нас есть переводы Жуковского, переводы Лозинского, у нас вообще есть множество авторов, которые переводами занимались и имена которых сейчас широко известны. Вот в первую те, наверное, которые я назвала, к ним можно еще прибавить целую плеяду имен. Вот какой момент, как сказал — по-моему, это Кшиштоф Занусси сказал, что в искусстве главное «кто» — феномен «я», автора, вот чуть ли не на первый план выходит. Когда мы имеем дело с переводами, автору приходится, автору перевода, пропускать вперед себя автора оригинала, что это за процесс? И что мы сегодня, простые читатели... Хотя вы, конечно, совсем не простой читатель, вы эксперт.

В. Макаров

— Да, мы оба тут собрались не очень простые читатели.

А. Митрофанова

— Что вот я, как простой читатель, могу для себя почерпнуть, знакомясь с переводом того или иного классика? Например, Шекспира.

В. Макаров

— Ну во-первых, много столетий ведутся дискуссии о том, каков должен быть перевод. Я думаю, что сейчас мы уже в мировой культуре дозрели до той стадии, чтобы понять, что переводы, конечно, должны быть разные. Возвращаясь к опыту того же самого Пастернака, у него есть перевод «Ромео и Джульетты» в детской адаптации, с некоторыми снятыми, да, какими-то, может быть, довольно острыми и детям неподходящими шутками Шекспира. И есть тот перевод, который мы обычно читаем, и есть какие-то бесконечные еще вариации, которые издавались, переиздавались, снимались, добавлялись в текст. Поэтому точно так же, как любой поэтический текст, он, с одной стороны, закончен и имеет вот эту строгую форму, о которой говорил Олег Николаевич. С другой стороны, этот текст потенциально всегда не закончен — в нем есть какие-то отброшенные фрагменты, что-то недописанное, да, что-то начатое, но потом отложенное. И по-разному, но это появляется и в оригинале, и в переводе. Поэтому думаю, что переводы, конечно, должны быть разные. Есть то, что мне самому ближе всего, ну как — еще раз, да, мы все здесь собрались не простые читатели, нам, наверное, в какой-то степени, как специалистам, ближе всего такой исторический, как говорили раньше, буквалистский, может быть, в какой-то степени перевод — максимально точный, максимально внимательный, сохраняющий очень важные для шекспировского зрителя, но, может быть, не очень важные для современного читателя, к сожалению, какие-то моменты. Но, с другой стороны, мы все понимаем, что, конечно, нужен и перевод более вольный, перевод, в котором автор позволяет себе побыть немного Шекспиром — в том смысле, чтобы тоже подняться, да, вот над пустыней автоматизированной реальности на каких-то таких крыльях поэтического, и может быть, полететь куда-то немного не в ту сторону. Огромное количество читателей, читательский опыт и филологический опыт — это очень разные опыты, но мы не должны совершать ошибку в том смысле, чтобы отменять какой-то из этих опытов, то есть все эти опыты важны. Нужен такой перевод, который совсем, может быть, ничего не знающего об этом поэте, об этом авторе читателя взял бы за руку...

А. Митрофанова

— А зачем?

В. Макаров

— Просто чтобы взять за руку и привлечь его к этому автору, чтобы вот сказать: пойдем, это и для тебя тоже. Чтобы открыть ему этого автора, чтобы привести его туда, откуда потом, может быть, начнется какой-то такой длинный, интересный путь. Может быть, кто-то прочитает вначале, условно, Пастернака, восхитится высокой поэзией Шекспира или Гете. А потом прочитает, как сейчас часто говорят, несколько более скучный, академичный перевод и, может быть, кто-то станет филологом, кто-то из наших слушателей, и пойдет по нашему пути. И будет говорить, что ну Пастернак — это, конечно, хорошо, но это вот для первоначального знакомства или вы действительно хотите, чтобы ожить от обморока. От какого-то перевода, может быть, не оживешь, как от обморока, но зато окажешься очень близко к автору, и это тоже очень важно. То есть тут очень сложная проблема, да, насколько переводчик может быть конгениален, как любят сейчас говорить, автору. Но ведь не только путем великого поэтического дара автора и попытки его как-то имитировать можно прийти к этому автору. Можно восхититься какой-то тонкостью, я не знаю, сочетания проблем, каких-то образов сложных, которые заложены в это произведение. А чтобы их передать, может быть, не сто процентов так нужно иметь уровень шекспировского, гетевского и пастернаковского, то есть тут возможны разные пути. И я всегда прошу всех быть очень осторожными в этом смысле, чтобы не возникла ситуация, когда какие-то подходы к переводам, как это было, например, в советскую эпоху, просто бы громились, объявлялись бы неправильными, ненужными, да, закрывались и так далее. Вот здесь нужно быть очень острожным, помня о том, что дорог в правильном направлении очень много.

А. Митрофанова

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА продолжается. Напомню, у нас в гостях сегодня два удивительных ученых. Доктор филологических наук, профессор кафедры славянской филологии ПСТГУ, Олег Николаевич Скляров и кандидат филологических наук, доцент ПСТГУ, сопредседатель Шекспировской комиссии Российской академии наук, Владимир Сергеевич Макаров. Мы говорим о феномене поэзии и поэтических переводах. Конечно, каждая, наверное, из этих тем заслуживает отдельного большого разговора, а то и целой серии и тем не менее, поскольку сейчас как раз в ПСТГУ проходит Второй переводческий конкурс, куда присылают работы самые разные молодые люди, упражняются в попытках интерпретировать классиков на русский язык, носителями которого они являются, вот поэтому мы такой разговор и затеяли. Возвращаясь все-таки вот этому хлесткому тезису, который мне нравится, по правде говоря: «Восемь строк Фета изменят ваш мозг». Дмитрий Петрович Бак. Как вы относитесь к этому тезису, что думаете о нем — давайте попробуем об этом поговорить. Олег Николаевич.

О. Скляров

— Ну безусловно, формулировка очень яркая, и с ней прежде всего хочется сразу согласиться. Но проблема здесь, конечно, гораздо сложнее. Дело в том, что я бы начал с того, что восприятие поэзии — это не какой-то механический акт, не восприятие чего-то готового, не восприятие чего-то, что гарантированно, так сказать, окажет на нас некое предусмотренное влияние, воздействие. Восприятие поэзии — это всегда коммуникативный акт, это всегда диалог с поэтом, с автором. И хорошо это или нет, и как бы не было это горько и обидно, вот такое благотворное, облагораживающее воздействие поэзии гарантировать никогда невозможно. И здесь все зависит не только от поэта, от гения, здесь очень многое зависит от реципиента, от адресата. И смогут ли восемь строк Фета, или Пушкина, или Тютчева изменить наш мозг, зависит и от нас тоже — от нашей установки, от нашей оптики, от нашей способности вместить и воспринять то, что говорят нам наши великие поэты. И, естественно, здесь речь должна идти о том, а с каким сердцем, с каким сознанием мы должны подходить к поэзии, к литературе и к искусству вообще.

А. Митрофанова

— С каким?

О. Скляров

— Опять же я бы вот чуточку, так сказать, начал издалека. Мне очень нравится рассуждение — по-моему, это рассуждение Григория Померанца, о том, что воздействие искусства, влияние воздействие — это не скорая помощь, а медленная помощь. Вот, по-моему, Галич первым, так сказать, вот употребил эту формулу, потом Померанц ее подхватил. И нам не стоит ждать от искусства какого-то мгновенного воздействия. И то насколько мы способны будем вместить и воспринять воздействие искусства, зависит вот как бы от некоего целостного образа нашей жизни, нашего сознания. Наша способность воспринять искусство — это как бы плод, продукт, результат всей предшествующей жизни. И здесь это, конечно, воспитуемо, это достигается трудом, упорством. Эта способность воспринимать искусство, она формируется постепенно, трудно, долго. И здесь нужно приложить немало усилий для того, чтобы вот это восприятие — полноценное, полнокровное восприятие поэзии оказалось возможным. В том числе и духовные усилия.

А. Митрофанова

— Сижу и думаю, есть замечательный вопрос, который звучит вот так: зачем? Если все так сложно и нужно так напрягаться и прочее. И поток сознания, простите, да, особенность менталитета такая, вспоминаю сцену из замечательного фильма «Побег из Шоушенка», где в абсолютно безнадежной ситуации оказавшийся герой внезапно слышит — осужденный за убийство, которое он не совершал, да, там по ложному обвинению и так далее, все это несправедливо, и на его месте сломаться бы мог кто угодно. Что делает он? У него в голове звучит музыка. Постоянно звучит музыка, как синоним или как символ надежды. Он говорит: меня могут там лишить свободы, меня могут посадить в карцер, мне там могут что-то еще, но надежды и вот этой музыки из моей головы никто не может отнять. То есть, когда человек это усвоил, сделал своим, получается, он сделал важнейшую инвестицию в себя. В таких критических ситуациях искусство — музыка, поэзия, что угодно, кому что ближе здесь, — может нам очень здорово помочь. Просто стать костылями, если не крыльями, и помочь удержаться. Простите, разболталась. Владимир Сергеевич, «Восемь строк Фета изменят ваш мозг» — вы бы как прокомментировали эту мысль?

В. Макаров

— Это очень такая заманчивая мысль. Но мы все понимаем, что восемь строк Фета и любого другого поэта, и не восемь, а может быть, восемьдесят или восемьсот — это не магическая формула, которая может что-то, подействовав на что-то в нашем мозге, внезапно там что-то включить. Действительно, воздействие этих восьми строк, во-первых, непонятно, какое оно будет. Во-вторых, конечно, оно должно быть постоянным, и у человека должен быть какой-то читательский опыт, и жизненный опыт, чтобы оно как-то подействовало. Но здесь я еще хочу, конечно, сказать о том, что ведь поэзия, да, словесное искусство в целом — ну нельзя это воспринимать как исключительно такая прекрасная, чудодейственная, замечательная вещь, после приема которой приходит скорая помощь или медленная помощь. Ее воздействие может быть ведь, особенно на неподготовленного человека, в какой-то степени иногда непредсказуемым, возможно, даже разрушительным. И в этом смысле важно понимать, что поэзия, особенно драматическая, например, поэзия, она ведь дает сцену злодеям, она дает злодеям возможность рассказать о своих планируемых злодействах — шекспировскому Ричарду III, Макбету, да кому угодно...

А. Митрофанова

— Яго.

В. Макаров

— Яго. Она, возможно, покажет что-то такое, от чего человеку будет дискомфортно страшно, неприятно. Ну понятно, что это что-то, что в жизни тоже существует, и от чего мы не можем отгородиться, как мы не можем отгородиться от страдания и от сострадания, и от понимания какого-то. В этом смысле мне кажется, что восемь строк Фета или любая другая вот такая хорошая поэзия — ну мы не будем сейчас говорить о филологических и эстетических аспектах, я сознательно скажу наиболее, как сказать, в грубом варианте, — это некий концентрированный опыт восприятия жизни, который, возможно, никогда не придет в голову и никогда не будет испытан человеком, которой не прочитает восьми строк Фета. То есть это действительно нечто концентрированное, но это не концентрированная формула того, что у нас что-то в жизни после этого будет хорошо. Это концентрированная формула того, что наша жизнь будет шире, интереснее, важнее. Возможно, осмысленнее. Специально как раз говорю о том, что доступно любому читателю, да, конкретному человеку, любому читателю, вне зависимости от степени его какой-то профессиональной подготовки. Главное, чтобы у него был какой-то жизненный опыт, и главное, чтобы у него по крайней мере начала формироваться привычка думать о жизни: как я живу, зачем я живу, для чего все это. И в этом смысле, конечно, вот заключительная реплика Олега Николаевича о духовном опыте тоже, я здесь хотел бы полностью с этим согласиться. То есть все это, конечно, может не всегда быть напрямую связано с духовными устремлениями человека в таком, более конкретном православном понимании, скажем, религиозном. Но это все равно неотделимо. То есть опыт чтения, опыт принятия этого опыта — это одна из ступеней к духовному такому, самому важному человеческому опыту в жизни.

А. Митрофанова

— Ну кстати говоря, сижу сейчас и думаю: а кто же были первые зрители шекспировских постановок? Это же не только были рафинированные аристократы, занимавшие почетные места в ложах, это были люди с улицы — торговцы, матросы. Думаю, что не все они умели читать, и были у них свои традиции зрительского поведения — могли и кричать с места, и разнообразными предметами бросаться на сцену, и все остальное. И, кстати, на мой взгляд, подвиг совершали — ведь партер-то был стоячим. Это сейчас у нас партер — самые привилегированные места и самые высокие цены на билеты. А в шекспировские времена партер стоял. И люди, получается, стояли по несколько часов, чтобы посмотреть спектакль. И вот эти люди тоже ведь многое в Шекспире понимали. Не будучи подготовленными, не имея какой-то специальной базы, и, наверное, не обладая той высокой степенью рефлексии, которой обладаете вы, обладает Олег Николаевич, обладают сегодняшние эксперты. Но все равно они что-то в Шекспире слышали — что это было, что это за магия такая? Простите за неуместное слово.

В. Макаров

— Ну да, я очень со всем согласен с тем, что вы говорите. Только я не согласен с тем, что вы себя, конечно, отделяете от вот этих вот профессиональных читателей. Судя уже по вашим вопросам, вы абсолютно на нашей стороне в этом смысле.

О. Скляров

— Мне радостно это слышать.

В. Макаров

— Но тем не менее мы все на той же самой стороне, что и зрители шекспировского театра. Потому что в этом вызов, в этом сверхзадача, в этом сложность театрального искусства. С одной стороны, казалось бы, было бы очень легко напихать в пьесу каких-нибудь умных богословских идей и всего того, что там образованные люди, которые были, допустим, в основном драматургами, могли бы сделать — ну сделать эту пьесу каким-то очень высоким, таким сверхважным рассуждением о важнейших вопросах жизни. Но, с другой стороны, вызов искусства именно в том, чтобы сделать это доступным для обычного человека, который заплатит самую мелкую монетку, положит ее в глиняную копилку, да, которую, как мы традиционно считаем, держали скорее всего женщины на входе в театр, и после этого пройдет в этот стоячий партер. Если он придет рано, он обопрется на сцену, которая, как известно, не в виде же вот этого вот ящика с занавесом, да, она выдвинута в зал, занавеса в шекспировском театре нет. Поэтому герои обязательно вначале приходят, в конце уходят. И если ему неинтересно, он больше не придет, и театр, соответственно, этот, труппа, прогорит. То есть писать нужно, сочинять это все нужно в сотворчестве с актерами. Нужно это делать именно так, чтобы это было в какой-то хотя бы степени действительно доступно самому базовому зрителю. Но ведь здесь-то как раз и открываются самые базовые основы культуры, и в том числе религиозной культуры общества. Можно как раз спокойно опираться на какую-то моральную рефлексию, понятную людям, которые являются христианами, скажем, в случае конкретно шекспировского театра. Не такими христианами, как мы, но тем не менее, совершенно бесспорно, все равно христианами. И в этом смысле искусство и состоит в том, чтобы не сделать это просто еще одним каким-то вот таким моралистическим рассуждением, ради которого никто бы не пошел в театр. В театр нужно идти для того, чтобы прожить этот опыт, посмотреть на этот опыт со стороны — во всей его прекрасности, во всей его пагубности и опасности. Если мы говорим о Макбете, который поддается этому внутреннему соблазну, убивает короля и потом из героя и защитника страны превращается в тирана, все более и более жестокого, который все более и более теряет контроль над тем, что происходит вокруг него, несмотря на все свое тиранство. То есть это тоже очень важный опыт. Понятно, что простые зрители не будут это переносить, я не знаю, на свою семейную, домашнюю жизнь, но это тоже часть важного взгляда на мир. И понимания, в том числе и духовного понимания, тех опасностей, которые грозят человеку на его вот этом вот очень сложном пути, по которому он идет всю жизнь. И как раз искусство, еще раз повторю, и состоит в том, чтобы заставить это прожить. На какую-то секунду забыть, впасть вот в это, то что мы научным словом называем иммерсия, да, — поддаться вот этому втягивающему в себя театральному вихрю. И какое-то время, может быть, даже и побыть Макбетом, и Ричардом III, но, к счастью, без всякого вреда для самого себя. Понимая, что, во-первых, это всего лишь театр, а во-вторых, если пойти по этому пути, вот можно прийти к такому, весьма пагубному результату. Это очень важно. И, конечно, вот к вопросу о близости зрителям разных эпох, это остается близким зрителям любой эпохи, в том числе и современности.

А. Митрофанова

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА. Дорогие друзья, буквально на пару минут мы сейчас прервемся. Напомню, что в студии Радио ВЕРА сегодня Олег Николаевич Скляров, доктор филологических наук, профессор кафедры славянской филологии Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, и Владимир Сергеевич Макаров, кандидат филологических наук, доцент ПСТГУ, сопредседатель Шекспировской комиссии Российской академии наук. Я Алла Митрофанова. Скоро будем снова с вами.

А. Митрофанова

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА продолжается. Дорогие друзья, напоминаю, что в нашей студии Олег Николаевич Скляров, доктор филологических наук, профессор кафедры славянской филологии Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Владимир Сергеевич Макаров, кандидат филологических наук, доцент ПСТГУ, сопредседатель Шекспировской комиссии Российской академии наук. Мы говорим о значении поэзии и значении поэтических переводов для нас с вами, простых смертных, к тому же жителей XXI века, к тому же людей, обладающих доступом к такому несметному количеству информации. Если взять лет двести назад, да, что вот в качестве вариантов обогащения себя, да даже и развлечения, было у людей? Поэзия, проза, театр, балет, опера, — пожалуй, что все. А, ну спеть всем вместе, сыграть всем вместе — это тоже очень важно. Сейчас у нас с вами все эти формы досуга — капля в море, по сравнению с альтернативами. И вопрос актуальности поэзии, тем более такого удивительного труда, боговдохновенного, мне кажется, во многом труда, как поэтические переводы, это вопрос, который вот и пытаемся раскрыть, понять, зачем нам сегодня читать стихи, зачем нам знакомиться с переводами, да еще и с разными вариантами переводов. Вот, кстати, Владимир Сергеевич по поводу Шекспира. Наиболее поэтичные переводы чьи, и наиболее близкие к оригиналу, самые вот такие скрупулезные, чьи, кого бы вы советовали?

В. Макаров

— Ну это очень сложный вопрос. Здесь сначала я хочу сказать, что, конечно, для каждого поколения нужен свой перевод Шекспира. То есть я большой сторонник того, что называется пере-переводы — то есть заново когда люди садятся и переводят текст, уже давно и очень хорошо, возможно, переведенный великими мастерам прошлого. Да, мы традиционно говорим про поэтические переводы Пастернака. Несколько более сухие, но значительно более точные переводы Михаила Леонидовича Лозинского. Но возникает одна проблема — и тот, и этот перевод выполнены ну много десятилетий назад. Скоро мы будем праздновать, видимо, 100-летие этих текстов.

А. Митрофанова

— 100-летие Лозинского.

В. Макаров

— И Пастернака через некоторое время тоже. Лозинский чуть пораньше сделал свой перевод. Ну ведь это серьезная проблема для русской культуры. Потому что любой перевод со временем устаревает. Неизбежно проходит время, люди начинают немножко по-другому говорить на своем родном языке, немножко по-другому воспринимать вот то, как жизнь в этом языке живет. И, конечно, нам нужны, постоянно нам нужны новые и новые переводы. То есть, с одной стороны, мы обречены на восхищенное такое, может быть, с каким-то даже оттенком поклонения отношение к переводам прошлого. Но, с другой стороны, это не должно отнимать дерзновения у переводчиков современности, которые прекрасно должны понимать, что сейчас в мир пришли новые люди, целые поколения новых людей — то, что они говорят на немножко другом языке, это естественно.

А. Митрофанова

— Вы знаете, иногда у меня возникает ощущение, что, например, студентам, которым сейчас по 17–18 лет, требуются переводы с русского на русский и обратно.

В. Макаров

— Им нужен новый Шекспир, это несомненно.

А. Митрофанова

— Шекспир-то не меняется. Язык Шекспира я имею в виду, он-то остается неизменным. То есть современные англичане, они его читают тоже в адаптации или настраивают ухо?

В. Макаров

— Я знаю, такая есть легенда. Нет, большинство англичан все-таки понимают шекспировский язык.

А. Митрофанова

— Вот, в том-то и дело.

В. Макаров

— Но он, конечно, очень архаичен. Поэтому так же, как существуют постановки, осовременивающие костюмы Шекспира, также существуют множество постановок, особенно школьных, осовременивающих язык Шекспира. Ну для англичан это, понятно, что такой, отчасти культурно-кощунственный акт. Чтобы решиться на это, нужно серьезно решиться на это, скажем так. Но для носителей других культур — русской, французской, китайской любой другой, для них-то этой проблемы нет. Ну потому что Шекспир писал на живом языке своего времени, на языке, который был понятен тем матросам и прочим зрителям, о которых вы говорили. То есть давайте тогда, может быть, сделаем такого Шекспира, который, как был Лозинский и Пастернак понятен матросам 30–40-х годов, пусть будет понятен современному зрителю, зашедшему в театр посмотреть шекспировское представление. То есть архаизация, с одной стороны, приобщает нас к былым стадиям великой русской культуры, но, с другой стороны, она создает некую стену между этой культурой и современным человеком. А этой стены нам, вообще говоря, не надо. Нам нужно, чтобы культура продолжала жить, чтобы она оставалась всегда актуальной, и чтобы слова Гамлета, Макбета, Лира, любого другого персонажа любого другого старинного автора продолжали бы брать за сердце людей. Точно так же, как восемь строк Фета, с которым у нас, слава Богу, пока не такая большая культурная дистанция.

А. Митрофанова

— О да. Но мне кажется, что и Гамлет, и Лир, и Макбет, они так берут за сердце. Я говорю, мы с вами вот сейчас, перед началом программы, общались, и чего стоит только монолог «Быть или не быть» — может быть, самый банальный пример, поскольку самый известный. И тем не менее вот этот самый проклятый гамлетовский вопрос — преддверие проклятых достоевских вопросов, по сути, быть или не быть, жить или не жить. Как мне поступить, чтобы соответствовать своему предназначению, замыслу о себе? Как мне попасть в замысел Бога о себе? И этот призрак, который мне явился, как мне его оценить, да, откуда он ко мне пришел, какой он природы? Слушать ли мне его — а здесь любовь к отцу. Или отнестись к нему с соответствующей долей трезвомыслия, поскольку призраки просто так не выходят, по своему собственному желанию, да, и, может быть, совсем не божественная его природа. Что мне здесь делать и как мне попасть в самого себя, не промахнуться, не совершить переступание, то есть грех. Вот этот вопрос, мне кажется, он настолько насущный, и чем дальше в века, тем более остро, мне кажется, он перед нами стоит. Какие-то другие вещи, может быть, в Гамлете уже микшируются, отходят на второй план. А вот этот вопрос, он просто самый настоящий, как это сказать, прямо номер один, верно же?

В. Макаров

— Да, жизненный вопрос, конечно. Ну здесь еще одна важная вещь, о которой нужно сказать. Чем прекрасен перевод? Там опыт перевода, и опыт выполнения перевода, и опыт, что мы сталкиваемся с переводом — где-то придя в театр или открыв книгу, ведь это какой-то очень давний человеческий опыт, возникший в другой культуре, преображенный в текст для блага других зрителей и читателей. И поэтому, когда мы через несколько столетий с этим сталкиваемся, мы начинаем задавать себе очень какие-то интересные и нетривиальные вопросы. И, конечно, почему важно, чтобы переводы были разные. Вот этот вот сложный вопрос, он может быть построен из разных фрагментов, так чтобы какие-то элементы их были выдвинуты на передний план или, наоборот, скрыты, куда-то убраны немножко на задний план. Понятно, что для нас и нашей аудитории, я уверен, вот этот вот религиозный опыт Гамлета, он чрезвычайно важен. И конечно, такого Гамлета мы хотим читать, такого Гамлета мы хотим видеть на сцене. Но для какой-то другой аудитории возможна сама острота этого вопроса и возможно какое-то толкование призрака, которое существует в рамках какой-то другой совсем, не нашей культуры, но тоже очень интересной культуры. Какой-нибудь, не знаю, далекой культуры тихоокеанских островов и какой-нибудь другой страны. Никого, разумеется, не хочу обидеть, поэтому с уважением отношусь ко всем таким возможным восприятиям. Понятно, что эта культура немножко переделает Гамлета под себя, это неизбежно, то есть перевод, он даст такой культурный сдвиг. Но если человек, во-первых, имеет какое-то профессиональное гуманитарное образование или хотя бы интерес к гуманитарным вещам, и человеку просто интересно, как это было там, вот в начале, да, тогда он будет, преодолевая препятствия, в том числе и какой-то собственной инертности и косности, будет пытаться понять, как было для Шекспира. А Шекспир ведь это делает чрезвычайно интересно, и в этом смысле хочется добрым словом вспомнить наших переводчиков советского времени, которые в абсолютно атеистической остановке в обществе, смогли передать очень важную для знающих людей, конечно, шекспировскую вещь. Ведь Гамлет-старший, являющийся Гамлету-младшему в виде призрака, находится в чистилище. Но чистилище — это элемент католической доктрины. Лондон шекспировского времени — это протестантский Лондон в значительной степени, процентов на, скажем, около семидесяти. Там есть, конечно, какие-то люди, которые еще остаются верны и старой религии, вере, которая после Реформации не очень, мягко говоря, приветствуется в Англии, но они, конечно, этот культурный контекст, как и сторонники чистилища, так и не верящие в чистилище, очень легко считывают. И вот призрак говорит этому Гамлету. Но Гамлет приехал из Виттенберга, а Виттенберг — это центр протестантской религии.

А. Митрофанова

— Столица Реформации.

В. Макаров

— Да, столица Реформации. Гамлет учился, возможно, у Лютера, если вдуматься в эту систему. Есть, кстати, современная пьеса, где это прямо так и есть.

А. Митрофанова

— А, серьезно?

В. Макаров

— Да, есть такая пьеса, где у Гамлета один учитель Лютер, а другой — доктор Фауст...

А. Митрофанова

— Понятно.

В. Макаров

— Который, как известно, тоже работал в Виттенберге.

А. Митрофанова

— И в то же самое время.

В. Макаров

— Ну условно.

А. Митрофанова

— При том что Гамлет у нас, в каком, XI веке Эльсинор у нас был столицей...

В. Макаров

— Ну это совершенно неважно, ни для лондонского зрителя, ни для современного российского зрителя.

А. Митрофанова

— Ни для кого. Понятно.

В. Макаров

— Совсем другой Эльсинор, все это в значительной степени воображаемо, условно, сконструировано. Но вот то, что религиозный конфликт в Лондоне шекспировской эпохи еще очень силен и важен, и когда приходит призрак, который говорит, я пришел из чистилища. А я, может быть, как Гамлет в это чистилище не верю, тогда кто прислал ко мне этого призрака? Мой ли это отец или это действительно какой-то другой дух, которого нужно познать по каким-то другим плодам? И плюс, конечно, огромная традиция трагедии мести — очень популярного жанра. Жанра, который конструируется так, что мститель обречен на месть. У Гамлета нет выхода, Гамлет отомстит и погибнет, по-другому невозможно. Невозможно сломать эту жанровую систему, зрители к ней слишком привыкли. Но мы можем взять любую устоявшуюся жанровую систему современности — военный фильм. В военном фильме всегда один из героев должен быть убит. Не может быть такого, что... Да даже фильм, который начинается как что-то прекрасное, смешное — ну таких фильмов снято много. Знаменитый фильм, где летчики поют хором, он начинается как набор довольно смешных инцидентов, но заканчивается он крайней трагически. И «Гамлет» тоже должен закончиться трагически. У Шекспира в этом смысле нет выбора в сюжетном отношении. Но у него есть выбор, как это все мотивировать, как это все построить. И вот в том, как автор это строит, в том и есть вот интерес и заманчивость постижения вот этой вот совсем другой культуры. А потом перевод этого не только на русский язык, но и на миропонимание современного человека. Да, может быть, мы не верим в то, что нам явится призрак, но у нас тоже есть какие-то труднообъяснимые вещи, которые заставляют нас задуматься о каких-то очень серьезных проблемах.

А. Митрофанова

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА продолжается. Напоминаю, что в гостях у нас сегодня Олег Николаевич Скляров, доктор филологических наук, профессор кафедры славянской филологии Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, Владимир Сергеевич Макаров, кандидат филологических наук, доцент ПСТГУ, сопредседатель Шекспировской комиссии Российской академии наук. Мы говорим сегодня о феномене переводов, о феномене поэзии, о том, как на самом деле нас всех обогащает это сокровище, и возможность на родном языке читать стихи, а кому-то и писать стихи. Как вот, кстати, Бродский говорил, что поэт — это инструмент языка. Не наоборот, именно поэт инструмент языка. И когда к этому добавляются еще и возможности безграничные, благодаря переводам, открывать для себя поэтическую культуру других стран, наших соседей по планете, по правде говоря, действительно вырастают крылья. И с таким багажом, я думаю, что человек в любой, самой даже критической ситуации может иметь от поэзии мощнейшую поддержку. Мощнейшую поддержку. Олег Николаевич, к вам вопрос. По поводу Бродского сейчас я сказала, поэт инструмент языка.

О. Скляров

— Там другая цитата сразу вспоминается. Сейчас расскажу.

А. Митрофанова

— У вас другая цитата, я так и поняла. Расскажите, да.

О. Скляров

— Вспоминается другая формула о том, что поэзия, по Бродскому, это высшая форма существования языка. И он в Нобелевской речи, по-моему, даже говорит о том, что поэзия — наша видовая цель как биологического вида. И я вот очень внимательно слушал Владимира Сергеевича, и как бы вот так вот, по ходу дела, рефлексируя над нашим разговором, вспоминаю еще о замечательной небольшой статье Сергея Сергеевича Аверинцева, которая называется «Ритм как теодицея». Мы, как правило, разбираем ее со студентами, потому что она маленькая, она очень интересная. И там есть одна мысль, потрясающая совершенно, о том, что, он приводит такой пример, он говорит, вот возьмем, например, «Евгения Онегина» — что там, в этом романе, может вдохновить или послужить каким-то благим примером добродетели там, я не знаю, еще чего-то? Практически, если брать только сюжет, только событийный ряд, только фабулу, если брать только основных геров, то есть там мы видим почти сплошную вот неудачу, скуку, разочарование, какие-то трагические или рутинные какие-то сценарии, что называется, вот глазу не на чем отдохнуть. И он задается вопросом. Вот как раз вы сказали, употребили фразу, вырастают крылья. И Аверинцев как раз задается вопросом: так что же в таком случае при чтении романа «Евгений Онегин» вызывает у нас вот это чувство вырастающих крыльев, вот это чувство одухотворенности и какого-то расширения легких, вот этого катарсиса? И мне очень нравится, как он отвечает на этот вопрос. Я сейчас своими словами пересказываю его мысль. Он говорит о том, что в то время как мы следим за вот этим унылыми и, может быть, где-то какими-то тоскливыми, неудачными, обреченными какими-то вот перипетиями судьбы героев, в это же самое время музыка стиха, его ритм (недаром статья называется «Ритм как теодицея»), его форма, его мелодия, его акустика стиха, оказывает на нас такое воздействие, что происходит вот это, то что Аристотель когда-то назвал катарсисом, а мы теперь, расширив, так сказать, это понятие на другие жанры и роды. И действительно мы очень часто сталкиваемся с тем, что очень часто в поэтических произведениях материал нам говорит как бы одно, а музыка стиха, ритм, форма стиха говорит другое. Здесь можно приводить очень много примеров. Можно взять, например, такое всем известное стихотворение Лермонтова «Утес» — «Ночевала тучка золотая». И если брать только событийный ряд, только сюжет этого стихотворения — вот все мрачно, все безнадежно, все обречены, все плохо, все ужасно и все трагично. Но ритм этого стихотворения таков, его музыкальная оболочка, этого стихотворения, такова, что как бы вопреки сюжету, вопреки фабуле, вопреки событийному ряду, мы чувствуем облегчение, мы чувствуем вот то самое очищение. Мы чувствуем, мы как будто вот распрямляемся, мы вырастаем. И в этом один из самых удивительных парадоксов воздействия поэзии на человеческую душу, на мой взгляд.

А. Митрофанова

— Согласна, согласна с вами. Но «Евгений Онегин», по-моему, вот на каждой странице как будто Божие дыхание.

О. Скляров

— Вот да, и как раз вот за счет этой совершенно невероятной, волшебной музыки, которую Пушкину удалось произвести.

А. Митрофанова

— Даже если он там пишет: «Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей» — ой, пусть пишет. «Блажен, кто смолоду был молод, блажен кто вовремя созрел».

О. Скляров

— У меня есть опыт чтения «Евгения Онегина» дошкольникам вообще.

А. Митрофанова

— Так.

О. Скляров

— Да. И как выяснилось — для меня самого это было неожиданностью, — они с огромным интересом и удовольствием воспринимают текст, несмотря на то что девяносто процентов содержания им непонятно. Именно благодаря вот, так сказать, ритму, музыке, вот этому совершенно волшебному звучанию.

А. Митрофанова

— Кстати, к слову, об архаичности, о том, что все-таки язык меняется у нас. Понятно, Шекспир от нас на линейке времени от нас отстоит дальше, чем Александр Сергеевич Пушкин, и тем не менее. «Бразды пушистые взрывая, летит кибитка удалая». Кто-то провел эксперимент и первоклассникам прочитал, попросив их объяснить, что они поняли. Ну ассоциативный ряд у детей богатый, поэтому кто там только ни летел в небе у них, да: «Бразды пушистые взрывая, летит кибитка удалая». А примерно все слова детям были непонятны. С этим нужно что-то делать, как думаете?

О. Скляров

— Безусловно.

А. Митрофанова

— Что? Пушкина адаптировать или детей дотягивать?

В. Макаров

— Нет, Пушкина не адаптировать. Ну как сказать, может, конечно, кто-то и хочет Пушкина адаптировать, но это то же самое, как в Англии адаптировать Шекспира. Здесь очень серьезная культурная инерция, пойти против которой, значит, обречь себя на очень сложные отношения не только с людьми, но и с окружающей реальностью. Поэтому, я не знаю, как не посоветовал бы англичанам адаптировать Шекспира, так я не посоветую своим согражданам адаптировать Пушкина. В этом смысле перевод — это вот прекрасный выход, это такая дверка в прекрасный сад, которой можно легко ускользнуть. Потому что перевод, он как раз требует приведения, по возможности, к близкому и современному опыту. Но вот что вообще я хотел бы по этому поводу сказать. Конечно, читатель должен в себе воспитывать вкус к тому, чтобы понимать и ценить в языковом и культурном смысле отдаленный от себя опыт. У меня есть такое, как сказать, хобби — я собираю вот разную информацию о том, какие там книги нужно прочитать за свою жизнь и так далее. Я вижу, по мере того как это становится все ближе к современности, эти советы чаще всего хронологически все сильнее сужаются. То есть если мы возьмем что-то написанное сейчас — не список Бродского, условно, да, а то, что написано в последние пять лет, там будут в основном произведения, написанные за последние сто лет. То есть таким образом мы вычеркиваем из своего потенциального какого-то такого арсенала, да, вот этого внутреннего, да, огромный опыт человечества, накопленный за тысячелетия. И мне как человеку, который профессионально занимается Шекспиром, конечно, очень это обидно. Потому что это, в общем, такое самообеднение, оснований для которого, по сути, никаких нет. Тексты доступны, информационная среда, о которой вы упоминали, она у кончиков пальцев каждого человека, только нужно знать, что там искать. В этом смысле, конечно, современный человек имеет огромные возможности прочитать практически все что угодно, на каком ему интересно языке. Но, к сожалению, очень мало кто этой возможностью пользуется.

А. Митрофанова

— Почему? Что с нами не так?

В. Макаров

— Ну просто должны быть выработаны какие-то такие рефлексивные механизмы внутри каждого из нас — то есть мы должны знать, что это существует, и мы должны забредать на эту территорию, хотя бы в виде переводов. Это хорошо разработано у филологов. Потому что филологов учат как — да, у них есть курс истории зарубежной литературы. По крайней мере европейские литературы, что тоже не очень хорошо. Конечно, нужно включать не только европейские литературы — мы живем в очень большом, очень интересном мире. Но по крайней мере сама вот эта практика того, что есть еще что-то какие-то огромные кладовые, не отделенные от нас даже стенкой, в которые можно просто просунуть руку и что-то там найти. Я понимаю, что у людей, конечно, нет времени у многих на это, но хотя бы не так трудно сформировать какой-то базовый опыт, хотя бы какое-то базовое желание к этому стремиться. Особенно учитывая то, что сейчас все это можно найти, не отходя от своего смартфона.

А. Митрофанова

— В этом смысле мне радостно, что Свято-Тихоновский университет проводит переводческий конкурс, и проводит уже второй раз, и проводит с большим успехом. И целый ряд языков представлен на выбор — пожалуйста, — для студентов, для преподавателей. Любой язык, который они знают хорошо, можно взять, я так понимаю, любой период, да?

В. Макаров

— Да, абсолютно любой.

А. Митрофанова

— Из любого периода можно взять автора и представить на конкурс свой перевод на русский язык. И дальше, конечно, это то самое же воспитание вкуса, глубины восприятия, да массы всего разного. Первый-то конкурс с какими результатам был, насколько он вас порадовал? Олег Николаевич.

О. Скляров

— Первый конкурс, который был в прошлом году, нас приятно удивил. Очень-очень обрадовал. Потому что отклик и желание в нем участвовать превзошли все ожидания. Собственно, поэтому этот проект, теперь он как бы разрастается, расширяется, и конкурс стал международным, и в нем участвуют преподаватели и студенты других вузов, и количество участников растет. И огромный и очень такой хороший резонанс у этого проекта. И я убежден, что это проект будет долгосрочным, и будет иметь самые замечательные и творческие, и учебные последствия. Я как раз хотел порассуждать о том, почему это так важно именно для студентов. Потому что, во-первых, на мой взгляд, это уникальная возможность прикоснуться к литературоведческим категориям не теоретически, а изнутри. Постигая как бы художественный текст непосредственно, да, не в виде каких-то теоретических описаний. Во-вторых, очень часто молодые люди, абитуриенты, студенты, испытывают вот такие творческие устремления — стремление что-то сочинять, писать, они часто приносят что-то, у них очень много энергии такой творческой, иногда даже способности. Но им очень часто не хватает, для того чтобы действительно успешно что-то творить, им не хватает кругозора, им не хватает эрудиции, им не хватает вот некоей планки такой, культурной планки. И, на мой взгляд, вот эта возможность поработать с мировой поэзией, с произведениями поэтов самых разных стран и самых разных регионов земного шара — это уникальная возможность поднять вот эту культурную планку, уникальная возможность для них прикоснуться, приобщиться вот к этому, так сказать, ни с чем не сравнимому опыту мировой поэзии и мировой культуры. Я бы еще к этому добавил, что вообще ведь перевод с языка на язык — это только как бы частный случай, это одна из форм, так сказать, я бы сказал, одна из форм понимания. Дело в том, что практически все наше общение — это перевод в каком-то смысле.

А. Митрофанова

— О да.

О. Скляров

— Да. Потому что вот мы уже упомянули Пушкина, который во многом непонятен, и там приходится какие-то слова пояснять, залезать в словари и так далее. Дело в том, что когда мы читаем великих классиков прошлого, когда мы читаем произведения прошлых веков, мы, по сути дела, тоже занимаемся переводом. Потому что мы занимаемся перекодировкой, мы переводим с одного шифра на другой. Мы переводим сокровища мировой культуры в систему понятий, терминов нашей культуры, нашей эпохи и нашего времени. И как бы задаваясь вопросом, зачем нам вообще нужны переводы, я бы сказал так, что дело в том, что, на мой взгляд, открытие многоязычия мира — это одно из самых важных открытий вообще мировой истории. Вот это продолжавшееся и копившееся веками осознание того, что мир многообразен, что мир многоязычен. И благодаря этому у нас появляется возможность осознать и почувствовать вот эту категорию, замечательную философскую категорию философии XX века, как «другой». Мы открываем для себя другого, начинаем понимать, что такое быть другим. Потому что на протяжении долгих веков человечество мыслило в модели «свой — чужой». Вот этой архаической дихотомии «свой — чужой». И понадобились века для того, чтобы осознать, что человек может быть не чужим, а другим. Другим. И вот это открытие другого — это невероятно ценное расширение нашего мира, расширение нашего сознания, расширение наших духовных возможностей. И, возвращаясь к конкурсу, мне кажется, что это невероятно удачный проект, и мне хотелось бы пожелать всем, кто в нем участвует, вот действительно извлечь максимум пользы из этого занятия. И хочется пожелать всем, кто в нем участвует, успехов, вдохновения, сил и творческих достижений.

А. Митрофанова

— Присоединяюсь всем сердцем к вашим пожеланиям. Внезапно закончился наш эфир. У меня ощущение, что мы только-только начали разговаривать.

В. Макаров

— А мы только начали.

А. Митрофанова

— Да, поэтому буду очень рада, если вы снова к нам придете. Мы продолжим разговор и о поэзии, и об опыте поэтических переводов. Напоминаю, что в гостях у нас сегодня были Олег Николаевич Скляров, доктор филологических наук, профессор кафедры славянской филологии Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. Владимир Сергеевич Макаров, кандидат филологических наук, доцент ПСТГУ, сопредседатель Шекспировской комиссии Российской академии наук. И надеюсь, в следующем году будет третий переводческий конкурс в ПСТГУ, потом четвертый, пятый. Ну и чтобы этот опыт накапливался, и чтобы интерес студентов не иссякал. Спасибо вам большое за этот разговор и за ваши труды.

В. Макаров

— Спасибо вам большое.

О. Скляров

— Спасибо.

А. Митрофанова

— Прощаюсь с вами. До свидания.

В. Макаров

— До свидания.

О. Скляров

— До свидания.

Все выпуски программы Светлый вечер

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Другие программы

Богослужения утра

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Божественная литургия. 19 июля 2026г.

Неде́ля 7-я по Пятидеся́тнице.

Прп. Афана́сия Афо́нского (перенос службы с 18.07 н.ст./05.07 ст.ст).

Глас 6.

Боже́ственная литурги́я святи́теля Иоа́нна Златоу́стого

Литургия оглашенных:

Диакон: Благослови́, влады́ко.

Иерей: Благослове́но Ца́рство Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их, Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Пе́рвый антифо́н, псало́м 102:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ благослове́н еси́ Го́споди./

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́./ Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и не забыва́й всех воздая́ний Его́,/ очища́ющаго вся беззако́ния твоя́,/ исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́,/ избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой,/ венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами,/ исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́:/ обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́./ Творя́й ми́лостыни Госпо́дь,/ и судьбу́ всем оби́димым./ Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови,/ сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́:/ Щедр и Ми́лостив Госпо́дь,/ Долготерпели́в и Многоми́лостив./ Не до конца́ прогне́вается,/ ниже́ в век вражду́ет,/ не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам,/ ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам./ Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́,/ утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́./ Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад,/ уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша./ Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны,/ уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́./ Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше,/ помяну́, я́ко персть есмы́./ Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́,/ я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т,/ я́ко дух про́йде в нем,/ и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́./ Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́,/ и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́./ Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой,/ и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет./ Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́,/ си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́./ Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́,/ слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́./ Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́./

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́.// Благослове́н еси́, Го́споди.

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Второ́й антифо́н, псало́м 145:

Хор: Хвали́, душе́ моя́, Го́спода./ Восхвалю́ Го́спода в животе́ мое́м,/ пою́ Бо́гу моему́, до́ндеже есмь./ Не наде́йтеся на кня́зи, на сы́ны челове́ческия,/ в ни́хже несть спасе́ния./ Изы́дет дух его́/ и возврати́тся в зе́млю свою́./ В той день поги́бнут вся помышле́ния его́./ Блаже́н, ему́же Бог Иа́ковль Помо́щник его́,/ упова́ние его́ на Го́спода Бо́га своего́,/ сотво́ршаго не́бо и зе́млю,/ мо́ре и вся, я́же в них,/ храня́щаго и́стину в век,/ творя́щаго суд оби́димым,/ даю́щаго пи́щу а́лчущим./ Госпо́дь реши́т окова́нныя./ Госпо́дь умудря́ет слепцы́./ Госпо́дь возво́дит низве́рженныя./ Госпо́дь лю́бит пра́ведники./ Госпо́дь храни́т прише́льцы,/ си́ра и вдову́ прии́мет/ и путь гре́шных погуби́т./ Воцари́тся Госпо́дь во век,// Бог твой, Сио́не, в род и род.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Единоро́дный Сы́не:

Единоро́дный Сы́не и Сло́ве Бо́жий, Безсме́ртен Сый/ и изво́ливый спасе́ния на́шего ра́ди/ воплоти́тися от Святы́я Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и,/ непрело́жно вочелове́чивыйся,/ распны́йся же, Христе́ Бо́же, сме́ртию смерть попра́вый,/ Еди́н Сый Святы́я Тро́ицы,// спрославля́емый Отцу́ и Свято́му Ду́ху, спаси́ нас.

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко благ и человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тре́тий антифо́н, блаже́нны:

Хор: Во Ца́рствии Твое́м помяни́ нас, Го́споди, егда́ прии́деши, во Ца́рствии Твое́м.

На 12: Блаже́ни ни́щии ду́хом, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.

Блаже́ни пла́чущии, я́ко ти́и уте́шатся.

На 10: Блаже́ни кро́тции, я́ко ти́и насле́дят зе́млю.

Воскресные, глас 6:

Тропарь: Помяни́ мя, Бо́же Спа́се мой,/ егда́ прии́деши во Ца́рствии Твое́м,// и спаси́ мя, я́ко Еди́н Человеколю́бец.

Блаже́ни а́лчущии и жа́ждущии пра́вды, я́ко ти́и насы́тятся.

Тропарь: Дре́вом Ада́ма прельсти́вшагося,/ дре́вом кре́стным па́ки спасл еси́ и разбо́йника, вопию́ща:// помяни́ мя, Го́споди, во Ца́рствии Твое́м.

На 8: Блаже́ни ми́лостивии, я́ко ти́и поми́ловани бу́дут.

Тропарь: А́дова врата́ и вереи́ сокруши́вый, Жизнода́вче,/ воскреси́л еси́ вся, Спа́се, вопию́щия:// сла́ва воста́нию Твоему́.

Блаже́ни чи́стии се́рдцем, я́ко ти́и Бо́га у́зрят.

Тропарь: Помяни́ мя, и́же смерть плени́вый погребе́нием Твои́м,// и воскресе́нием Твои́м ра́дости вся испо́лнивый, я́ко Благоутро́бен.

На 6 Блаже́ни миротво́рцы, я́ко ти́и сы́нове Бо́жии нареку́тся.

Тропарь: Мироно́сицы ко гро́бу прише́дша,/ а́нгела зову́ща слы́шаху:// Христо́с воскре́се, просвети́вый вся́ческая.

Блаже́ни изгна́ни пра́вды ра́ди, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.

Тропарь: На дре́ве кре́стнем пригвозди́вшагося,/ и мир от пре́лести изба́вльшаго,// согла́сно вси Христа́ воспои́м.

На 4: Блаже́ни есте́, егда́ поно́сят вам, и изжену́т, и реку́т всяк зол глаго́л на вы, лжу́ще Мене́ ра́ди.

Прп. Афанасия Афонского, глас 8:

Тропарь: Ум страсте́й влады́ку творя́,/ и Боже́ственными зако́ны наставля́емь, и за́поведьми Бо́жиими уверя́емь,/ младе́нец бесе́дования, и скве́рных со́нмища, и пляса́ния бесо́в благоче́стно возрази́,// я́ко прему́др лу́чшее избира́я.

Ра́дуйтеся и весели́теся, я́ко мзда ва́ша мно́га на Небесе́х.

Тропарь: Прие́м ле́гкое Спа́са и́го, и Боже́ственным стра́хом составля́емь,/ и очи́щ те́ло и ду́шу, был еси́ чистоты́ и целому́дрия вина́,// и преде́л воздержа́ния, и печа́ть безстра́стия, и любве́ о́браз, Афана́сие.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Тропарь: Проше́д е́же по нас, и вне́шнее ты наказа́ние любому́дрия, прозяба́тельное и реши́тельное,/ ко́еждо прохожда́л еси́, пра́вдою огражда́емь,// му́дростию и разсужде́нием, смире́нием и ра́зумом и ине́ми кра́сными дарова́нии.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Плещми́ Херуви́мскими стра́шными носи́м Влады́ка на престо́ле я́коже о́гненне,/ в Твою́, Чи́стая, всели́ся утро́бу и пло́ти прия́тием челове́ческое обожи́ существо́,// я́ко учи́т изря́дный в преподо́бных Афана́сий, еди́на Всепе́тая.

Ма́лый вход (с Ева́нгелием):

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Хор: Прииди́те, поклони́мся и припаде́м ко Христу́. Спаси́ ны, Сы́не Бо́жий, Воскресы́й из ме́ртвых, пою́щия Ти: аллилу́иа.

Тропари́ и кондаки́ по вхо́де:

Е́сли храм Госпо́дский:

Тропа́рь воскре́сный, глас 6:

А́нгельския Си́лы на гро́бе Твое́м,/ и стрегу́щии омертве́ша;/ и стоя́ше Мари́я во гро́бе,/ и́щущи Пречи́стаго Те́ла Твоего́./ Плени́л еси́ ад, не искуси́вся от него́;/ сре́тил еси́ Де́ву, да́руяй живо́т.// Воскресы́й из ме́ртвых, Го́споди, сла́ва Тебе́.

Тропа́рь прп. Афана́сия Афо́нского, глас 3:

Е́же во пло́ти житию́ твоему́/ удиви́шася а́нгельстии чи́ни:/ ка́ко с те́лом к неви́димым сплете́нием изше́л еси́, присносла́вне,/ и уязви́л еси́ де́монския полки́./ Отону́дуже, Афана́сие,/ Христо́с тебе́ воздаде́ бога́тыми дарова́ньми,/ сего́ ра́ди, о́тче, моли́// спасти́ся душа́м на́шим.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Конда́к прп. Афана́сия Афо́нского, глас 8, подо́бен: «Взбра́нной...»:

Я́ко невеще́ственных суще́ств зри́теля изря́дна/ и де́ятельна сказа́теля всеи́стинна,/ взыва́ет тя ста́до твое́, Богоглаго́льниче:/ не оскуде́й, моля́ о рабе́х твои́х,/ изба́витися напа́стей и обхожде́ний, вопию́щим ти:// ра́дуйся, о́тче Афана́сие.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Конда́к воскре́сный, глас 6:

Живонача́льною дла́нию/ уме́ршия от мра́чных удо́лий,/ Жизнода́вец воскреси́в всех Христо́с Бог,/ воскресе́ние подаде́ челове́ческому ро́ду:/ есть бо всех Спаси́тель,// Воскресе́ние и Живо́т, и Бог всех.

Е́сли храм Богоро́дицы:

Тропа́рь воскре́сный, глас 6:

Тропа́рь хра́ма.

Тропа́рь прп. Афана́сия Афо́нского, глас 3:

Конда́к воскре́сный, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Конда́к прп. Афана́сия Афо́нского, глас 8, подо́бен: «Взбра́нной...»:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Конда́к хра́ма.

Е́сли храм свято́го:

Тропа́рь воскре́сный, глас 6:

Тропа́рь хра́ма.

Тропа́рь прп. Афана́сия Афо́нского, глас 3:

Конда́к воскре́сный, глас 6:

Конда́к хра́ма.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Конда́к прп. Афана́сия Афо́нского, глас 8, подо́бен: «Взбра́нной...»:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Конда́к Богоро́дицы, глас 6:

Предста́тельство христиа́н непосты́дное,/ хода́тайство ко Творцу́ непрело́жное,/ не пре́зри гре́шных моле́ний гла́сы,/ но предвари́, я́ко Блага́я,/ на по́мощь нас, ве́рно зову́щих Ти;/ ускори́ на моли́тву и потщи́ся на умоле́ние,// предста́тельствующи при́сно, Богоро́дице, чту́щих Тя.

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Я́ко Свят еси́, Бо́же наш и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно.

Диакон: Го́споди, спаси́ благочести́выя.

Хор: Го́споди, спаси́ благочести́выя.

Диакон: И услы́ши ны.

Хор: И услы́ши ны.

Диакон: И во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Трисвято́е:

Хор: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.

Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Чтец: И ду́хови твоему́.

Диакон: Прему́дрость.

Проки́мен воскре́сный, глас 6:

Чтец: Проки́мен, глас шесты́й: Спаси́, Го́споди, лю́ди Твоя́,/ и благослови́ достоя́ние Твое́.

Хор: Спаси́, Го́споди, лю́ди Твоя́,/ и благослови́ достоя́ние Твое́.

Чтец: К Тебе́, Го́споди, воззову́, Бо́же мой, да не премолчи́ши от мене́.

Хор: Спаси́, Го́споди, лю́ди Твоя́,/ и благослови́ достоя́ние Твое́.

Проки́мен прп. Афана́сия Афо́нского, глас 7:

Чтец: Проки́мен, глас седмы́й: Честна́ пред Го́сподем/ смерть преподо́бных Его́.

Хор: Честна́ пред Го́сподем/ смерть преподо́бных Его́.

Чте́ние Апо́стола:

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: К Ри́мляном посла́ния свята́го апо́стола Па́вла чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

Чте́ние дня (Рим., зач.116: гл.15, стт.1-7):

Чтец: Бра́тие, до́лжни есмы́ мы си́льнии не́мощи немощны́х носи́ти и не себе́ угожда́ти. Ки́йждо же вас бли́жнему да угожда́ет во благо́е к созда́нию. И́бо и Христо́с не Себе́ угоди́, но я́коже есть пи́сано: поноше́ния понося́щих Тебе́ нападо́ша на мя. Ели́ка бо преднапи́сана бы́ша, в на́ше наказа́ние преднаписа́шася, да терпе́нием и утеше́нием Писа́ний упова́ние и́мамы. Бог же терпе́ния и утеше́ния, да даст вам то́жде му́дрствовати друг ко дру́гу о Христе́ Иису́се; да единоду́шно еди́ными усты́ сла́вите Бо́га и Отца́ Го́спода на́шего Иису́са Христа́. Те́мже прие́млите друг дру́га, я́коже и Христо́с прия́т вас во сла́ву Бо́жию.

Мы, си́льные, должны́ сноси́ть не́мощи бесси́льных и не себе́ угожда́ть.

Ка́ждый из нас до́лжен угожда́ть бли́жнему, во бла́го, к назида́нию.

И́бо и Христо́с не Себе́ угожда́л, но, как напи́сано: «злосло́вия злосло́вящих Тебя́ па́ли на Меня́».

А всё, что пи́сано бы́ло пре́жде, напи́сано нам в наставле́ние, что́бы мы терпе́нием и утеше́нием из Писа́ний сохраня́ли наде́жду.

Бог же терпе́ния и утеше́ния да дару́ет вам быть в единомы́слии ме́жду собо́ю, по уче́нию Христа́ Иису́са,

да́бы вы единоду́шно, еди́ными уста́ми сла́вили Бо́га и Отца́ Го́спода на́шего Иису́са Христа́.

Посему́ принима́йте друг дру́га, как и Христо́с при́нял вас в сла́ву Бо́жию.

Чте́ние прп. Афана́сия Афо́нского (Гал., зач.213: гл.5, ст. 22 — гл.6, ст.2):

Бра́тие, плод духо́вный есть любы́, ра́дость, мир, долготерпе́ние, бла́гость, милосе́рдие, ве́ра, кро́тость, воздержа́ние: на таковы́х несть зако́на. А и́же Христо́вы суть, плоть распя́ша со страстьми́ и похотьми́. А́ще живе́м ду́хом, ду́хом и да хо́дим. Не быва́им тщесла́вни, друг дру́га раздража́юще, друг дру́гу зави́дяще. Бра́тие, а́ще и впаде́т челове́к в не́кое прегреше́ние, вы духо́внии исправля́йте такова́го ду́хом кро́тости: блюды́й себе́, да не и ты искуше́н бу́деши. Друг дру́га тяготы́ носи́те, и та́ко испо́лните зако́н Христо́в.

Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера,

кротость, воздержание. На таковых нет закона.

Но те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями.

Если мы живем духом, то по духу и поступать должны.

Не будем тщеславиться, друг друга раздражать, друг другу завидовать. Братия! если и впадет человек в какое согрешение, вы, духовные, исправляйте такового в духе кротости, наблюдая каждый за собою, чтобы не быть искушенным.

Носи́те бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов.

Иерей: Мир ти.

Чтец: И ду́хови твоему́.

Диакон: Прему́дрость.

Аллилуа́рий воскре́сный, глас 6:

Чтец: Аллилу́иа, глас шесты́й: Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га Небе́снаго водвори́тся.

Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Чтец: Рече́т Го́сподеви: засту́пник мой еси́, и прибе́жище мое́, Бог мой, и упова́ю на Него́.

Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилуа́рий прп. Афана́сия Афо́нского, глас 6:

Чтец: Глас то́йже: Блаже́н муж, боя́йся Го́спода, в за́поведех Его́ восхо́щет зело́.

Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Диакон: Благослови́, влады́ко, благовести́теля свята́го Апо́стола и Евангели́ста Луки́.

Иерей: Бог, моли́твами свята́го, сла́внаго, всехва́льнаго Апо́стола и Евангели́ста Луки́, да даст тебе́ глаго́л благовеству́ющему си́лою мно́гою, во исполне́ние Ева́нгелия возлю́бленнаго Сы́на Своего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́.

Диакон: Ами́нь.

Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим свята́го Ева́нгелия.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: От Матфе́я свята́го Ева́нгелия чте́ние.

Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.

Чте́ние Ева́нгелия:

Диакон: Во́нмем.

Чте́ние дня (Мф., зач.33: гл.9, стт.27-35):

Диакон: Во вре́мя о́но, преходя́щу Иису́сови, по Нем идо́ста два слепца́, зову́ща и глаго́люща: поми́луй ны, Иису́се сы́не Дави́дов. Прише́дшу же Ему́ в дом, приступи́ста к Нему́ слепца́, и глаго́ла и́ма Иису́с: ве́руета ли, я́ко могу́ сие́ сотвори́ти? Глаго́ласта Ему́: ей, Го́споди. Тогда́ прикосну́ся о́чию их, глаго́ля: по ве́ре ва́ю бу́ди ва́ма. И отверзо́стася о́чи и́ма, и запрети́ и́ма Иису́с, глаго́ля: блюди́та, да никто́же уве́сть. О́на же изше́дша просла́виста Его́ по всей земли́ той. Те́ма же исходя́щема, се приведо́ша к Нему́ челове́ка не́ма бесну́ема. И изгна́ну бе́су, проглаго́ла немы́й. И диви́шася наро́ди, глаго́люще, я́ко николи́же яви́ся та́ко во Изра́или. Фарисе́е же глаго́лаху: о кня́зе бесо́встем изго́нит бе́сы. И прохожда́ше Иису́с гра́ды вся и ве́си, учя́ на со́нмищах их, и пропове́дая Ева́нгелие Ца́рствия, и целя́ всяк неду́г и вся́ку я́зю в лю́дех.

Когда Иисус шел оттуда, за Ним следовали двое слепых и кричали: помилуй нас, Иисус, сын Давидов!

Когда же Он пришел в дом, слепые приступили к Нему. И говорит им Иисус: веруете ли, что Я могу это сделать? Они говорят Ему: ей, Господи!

Тогда Он коснулся глаз их и сказал: по вере вашей да будет вам.

И открылись глаза их; и Иисус строго сказал им: смотрите, чтобы никто не узнал.

А они, выйдя, разгласили о Нем по всей земле той.

Когда же те выходили, то привели к Нему человека немого бесноватого.

И когда бес был изгнан, немой стал говорить. И народ, удивляясь, говорил: никогда не бывало такого явления в Израиле.

А фарисеи говорили: Он изгоняет бесов силою князя бесовского.

И ходил Иисус по всем городам и селениям, уча в синагогах их, проповедуя Евангелие Царствия и исцеляя всякую болезнь и всякую немощь в людях.

Чте́ние му́чеников (Лк., зач.24: гл.6, стт.17-23):

Во вре́мя о́но, ста Иису́с на ме́сте ра́вне, и наро́д учени́к Его́, и мно́жество мно́го люде́й от всея́ Иуде́и и Иерусали́ма, и помо́рия Ти́рска и Сидо́нска, и́же приидо́ша послу́шати Его́ и исцели́тися от неду́г свои́х, и стра́ждущии от дух нечи́стых, и исцеля́хуся. И весь наро́д иска́ше прикаса́тися Ему́, я́ко си́ла от Него́ исхожда́ше, и исцеля́ше вся. И той возве́д о́чи свои́ на ученики́ своя́, глаго́лаше: блаже́ни ни́щии ду́хом, я́ко ва́ше есть Ца́рствие Бо́жие. Блаже́ни, а́лчущии ны́не, я́ко насы́титеся. Блаже́ни, пла́чущии ны́не, я́ко возсмее́теся. Блаже́ни бу́дете, егда́ возненави́дят вас челове́цы, и егда́ разлуча́т вы и поно́сят, и пронесу́т и́мя ва́ше я́ко зло, Сы́на Челове́ческаго ра́ди. Возра́дуйтеся в той день и взыгра́йте, се бо мзда ва́ша мно́га на небеси́.

И, сойдя с ними, стал Он на ровном месте, и множество учеников Его, и много народа из всей Иудеи и Иерусалима и приморских мест Тирских и Сидонских,

которые пришли послушать Его и исцелиться от болезней своих, также и страждущие от нечистых духов; и исцелялись.

И весь народ искал прикасаться к Нему, потому что от Него исходила сила и исцеляла всех.

И Он, возведя очи Свои на учеников Своих, говорил: Блаженны нищие духом, ибо ваше есть Царствие Божие.

Блаженны алчущие ныне, ибо насытитесь. Блаженны плачущие ныне, ибо воссмеетесь.

Блаженны вы, когда возненавидят вас люди и когда отлучат вас, и будут поносить, и пронесут имя ваше, как бесчестное, за Сына Человеческого.

Возрадуйтесь в тот день и возвеселитесь, ибо велика вам награда на небесах. Так поступали с пророками отцы их.

Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и о всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о бра́тиях на́ших, свяще́нницех, священномона́сех, и всем во Христе́ бра́тстве на́шем.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных святе́йших патриа́рсех правосла́вных, и созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Прошения о Святой Руси: ^{^[1]}

Еще́ мо́лимся Тебе́, Го́споду и Спаси́телю на́шему, о е́же прия́ти моли́твы нас недосто́йных рабо́в Твои́х в сию́ годи́ну испыта́ния, прише́дшую на Русь Святу́ю, обыше́дше бо обыдо́ша ю́ врази́, и о е́же яви́ти спасе́ние Твое́, рцем вси: Го́споди, услы́ши и поми́луй.

Еще́ мо́лимся о е́же благосе́рдием и ми́лостию призре́ти на во́инство и вся защи́тники Оте́чества на́шего, и о е́же утверди́ти нас всех в ве́ре, единомы́слии, здра́вии и си́ле ду́ха, рцем вси: Го́споди, услы́ши и ми́лостивно поми́луй.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Моли́тва о Свято́й Руси́: ²

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Бо́же Сил, Бо́же спасе́ния на́шего, при́зри в ми́лости на смире́нныя рабы́ Твоя́, услы́ши и поми́луй нас: се бо бра́ни хотя́щии ополчи́шася на Святу́ю Русь, ча́юще раздели́ти и погуби́ти еди́ный наро́д ея́. Воста́ни, Бо́же, в по́мощь лю́дем Твои́м и пода́ждь нам си́лою Твое́ю побе́ду.

Ве́рным ча́дом Твои́м, о еди́нстве Ру́сския Це́ркве ревну́ющим, поспе́шествуй, в ду́хе братолю́бия укрепи́ их и от бед изба́ви. Запрети́ раздира́ющим во омраче́нии умо́в и ожесточе́нии серде́ц ри́зу Твою́, я́же есть Це́рковь Жива́го Бо́га, и за́мыслы их ниспрове́ргни.

Благода́тию Твое́ю вла́сти предержа́щия ко вся́кому бла́гу наста́ви и му́дростию обогати́.

Во́ины и вся защи́тники Оте́чества на́шего в за́поведех Твои́х утверди́, кре́пость ду́ха им низпосли́, от сме́рти, ран и плене́ния сохрани́.

Лише́нныя кро́ва и в изгна́нии су́щия в до́мы введи́, а́лчущия напита́й, [жа́ждущия напои́], неду́гующия и стра́ждущия укрепи́ и исцели́, в смяте́нии и печа́ли су́щим наде́жду благу́ю и утеше́ние пода́ждь.

Всем же во дни сия́ убие́нным и от ран и боле́зней сконча́вшимся проще́ние грехо́в да́руй и блаже́нное упокое́ние сотвори́.

Испо́лни нас я́же в Тя ве́ры, наде́жды и любве́, возста́ви па́ки во всех страна́х Святы́я Руси́ мир и единомы́слие, друг ко дру́гу любо́вь обнови́ в лю́дех Твои́х, я́ко да еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем испове́мыся Тебе́, Еди́ному Бо́гу в Тро́ице сла́вимому. Ты бо еси́ заступле́ние и побе́да и спасе́ние упова́ющим на Тя и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Ектения́ об оглаше́нных:

Диакон: Помоли́теся, оглаше́ннии, Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: Ве́рнии, о оглаше́нных помо́лимся, да Госпо́дь поми́лует их.

Огласи́т их сло́вом и́стины.

Откры́ет им Ева́нгелие пра́вды.

Соедини́т их святе́й Свое́й собо́рней и апо́стольстей Це́ркви.

Спаси́, поми́луй, заступи́ и сохрани́ их, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Оглаше́ннии, главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Да и ти́и с на́ми сла́вят пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Литургия верных:

Ектения́ ве́рных, пе́рвая:

Диакон: Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те, оглаше́ннии, изыди́те. Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те. Да никто́ от оглаше́нных, ели́цы ве́рнии, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Прему́дрость.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва, честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Ектения́ ве́рных, втора́я:

Диакон: Па́ки и па́ки, ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Прему́дрость.

Иерей: Я́ко да под держа́вою Твое́ю всегда́ храни́ми, Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Херуви́мская песнь:

Хор: И́же Херуви́мы та́йно образу́юще и животворя́щей Тро́ице Трисвяту́ю песнь припева́юще, вся́кое ны́не жите́йское отложи́м попече́ние.

Вели́кий вход:

Диакон: Вели́каго господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имярек, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Иерей: Преосвяще́нныя митрополи́ты, архиепи́скопы и епи́скопы, и весь свяще́ннический и мона́шеский чин, и при́чет церко́вный, бра́тию свята́го хра́ма сего́, всех вас, правосла́вных христиа́н, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Я́ко да Царя́ всех поды́мем, а́нгельскими неви́димо дориноси́ма чи́нми. Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О предложе́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем, и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Щедро́тами Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Возлю́бим друг дру́га, да единомы́слием испове́мы.

Хор: Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха,/ Тро́ицу Единосу́щную/ и Неразде́льную.

Диакон: Две́ри, две́ри, прему́дростию во́нмем.

Си́мвол ве́ры:

Люди: Ве́рую во еди́наго Бо́га Отца́ Вседержи́теля, Творца́ не́бу и земли́, ви́димым же всем и неви́димым. И во еди́наго Го́спода Иису́са Христа́, Сы́на Бо́жия, Единоро́днаго, И́же от Отца́ рожде́ннаго пре́жде всех век. Све́та от Све́та, Бо́га и́стинна от Бо́га и́стинна, рожде́нна, несотворе́нна, единосу́щна Отцу́, И́мже вся бы́ша. Нас ра́ди челове́к и на́шего ра́ди спасе́ния сше́дшаго с небе́с и воплоти́вшагося от Ду́ха Свя́та и Мари́и Де́вы и вочелове́чшася. Распя́таго же за ны при Понти́йстем Пила́те, и страда́вша, и погребе́нна. И воскре́сшаго в тре́тий день по Писа́нием. И возше́дшаго на небеса́, и седя́ща одесну́ю Отца́. И па́ки гряду́щаго со сла́вою суди́ти живы́м и ме́ртвым, Его́же Ца́рствию не бу́дет конца́. И в Ду́ха Свята́го, Го́спода, Животворя́щаго, И́же от Отца́ исходя́щаго, И́же со Отце́м и Сы́ном спокланя́ема и ссла́вима, глаго́лавшаго проро́ки. Во еди́ну Святу́ю, Собо́рную и Апо́стольскую Це́рковь. Испове́дую еди́но креще́ние во оставле́ние грехо́в. Ча́ю воскресе́ния ме́ртвых, и жи́зни бу́дущаго ве́ка. Ами́нь.

Евхаристи́ческий кано́н:

Диакон: Ста́нем до́бре, ста́нем со стра́хом, во́нмем, свято́е возноше́ние в ми́ре приноси́ти.

Хор: Ми́лость ми́ра,/ же́ртву хвале́ния.

Иерей: Благода́ть Го́спода на́шего Иису́са Христа́ и любы́ Бо́га и Отца́ и прича́стие Свята́го Ду́ха, бу́ди со все́ми ва́ми.

Хор: И со ду́хом твои́м.

Иерей: Горе́ име́им сердца́.

Хор: И́мамы ко Го́споду.

Иерей: Благодари́м Го́спода.

Хор: Досто́йно и пра́ведно есть/ покланя́тися Отцу́ и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху,// Тро́ице Единосу́щней и Неразде́льней.

Иерей: Побе́дную песнь пою́ще, вопию́ще, взыва́юще и глаго́люще.

Хор: Свят, свят, свят Госпо́дь Савао́ф,/ испо́лнь не́бо и земля́ сла́вы Твоея́;/ оса́нна в вы́шних,/ благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне,// оса́нна в вы́шних.

Иерей: Приими́те, яди́те, сие́ есть Те́ло Мое́, е́же за вы ломи́мое во оставле́ние грехо́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Пи́йте от нея́ вси, сия́ есть Кровь Моя́ Но́ваго Заве́та, я́же за вы и за мно́гия излива́емая, во оставле́ние грехо́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Твоя́ от Твои́х Тебе́ принося́ще, о всех и за вся.

Хор: Тебе́ пое́м,/ Тебе́ благослови́м,/ Тебе́ благодари́м, Го́споди,// и мо́лим Ти ся, Бо́же наш.

Иерей: Изря́дно о Пресвяте́й, Пречи́стей, Преблагослове́нней, Сла́вней Влады́чице на́шей Богоро́дице и Присноде́ве Мари́и.

Досто́йно есть:

Хор: Досто́йно есть я́ко вои́стинну блажи́ти Тя, Богоро́дицу, Присноблаже́нную и Пренепоро́чную и Ма́терь Бо́га на́шего. Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу Тя велича́ем.

Иерей: В пе́рвых помяни́, Го́споди, Вели́каго Господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, и́хже да́руй святы́м Твои́м це́рквам, в ми́ре, це́лых, честны́х, здра́вых, долгоде́нствующих, пра́во пра́вящих сло́во Твоея́ и́стины.

Хор: И всех, и вся.

Иерей: И даждь нам еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем сла́вити и воспева́ти пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: И да бу́дут ми́лости вели́каго Бо́га и Спа́са на́шего Иису́са Христа́ со все́ми ва́ми.

Хор: И со ду́хом твои́м.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Вся святы́я помяну́вше, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О принесе́нных и освяще́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.

Я́ко да человеколю́бец Бог наш, прие́м я́ во святы́й и пренебе́сный и мы́сленный Свой же́ртвенник, в воню́ благоуха́ния духо́внаго, возниспо́слет нам Боже́ственную благода́ть и дар Свята́го Ду́ха, помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Соедине́ние ве́ры и прича́стие Свята́го Ду́ха испроси́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: И сподо́би нас, Влады́ко, со дерзнове́нием, неосужде́нно сме́ти призыва́ти Тебе́, Небе́снаго Бо́га Отца́ и глаго́лати:

Моли́тва Госпо́дня:

Люди: О́тче наш, И́же еси́ на небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Благода́тию и щедро́тами и человеколю́бием Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Свята́я святы́м.

Хор: Еди́н свят, еди́н Госпо́дь, Иису́с Христо́с, во сла́ву Бо́га Отца́. Ами́нь.

Прича́стны воскре́сный и прп. Афана́сия Афо́нского:

Хор: Хвали́те Го́спода с Небе́с,/ хвали́те Его́ в Вы́шних.

В па́мять ве́чную бу́дет пра́ведник,/ от слу́ха зла не убои́тся.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Прича́стие:

Диакон: Со стра́хом Бо́жиим и ве́рою приступи́те.

Хор: Благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне, Бог Госпо́дь и яви́ся нам.

Иерей: Ве́рую, Го́споди, и испове́дую, я́ко Ты еси́ вои́стинну Христо́с, Сын Бо́га жива́го, прише́дый в мир гре́шныя спасти́, от ни́хже пе́рвый есмь аз. Еще́ ве́рую, я́ко сие́ есть са́мое пречи́стое Те́ло Твое́, и сия́ есть са́мая честна́я Кровь Твоя́. Молю́ся у́бо Тебе́: поми́луй мя и прости́ ми прегреше́ния моя́, во́льная и нево́льная, я́же сло́вом, я́же де́лом, я́же ве́дением и неве́дением, и сподо́би мя неосужде́нно причасти́тися пречи́стых Твои́х Та́инств, во оставле́ние грехо́в и в жизнь ве́чную. Ами́нь.

Ве́чери Твоея́ та́йныя днесь, Сы́не Бо́жий, прича́стника мя приими́; не бо враго́м Твои́м та́йну пове́м, ни лобза́ния Ти дам, я́ко Иу́да, но я́ко разбо́йник испове́даю Тя: помяни́ мя, Го́споди, во Ца́рствии Твое́м.

Да не в суд или́ во осужде́ние бу́дет мне причаще́ние Святы́х Твои́х Та́ин, Го́споди, но во исцеле́ние души́ и те́ла.

Во время Причащения людей:

Хор: Те́ло Христо́во приими́те, Исто́чника безсме́ртнаго вкуси́те.

После Причащения людей:

Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

По́сле Прича́стия:

Иерей: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́, и благослови́ достоя́ние Твое́.

Хор: Ви́дехом свет и́стинный,/ прия́хом Ду́ха Небе́снаго,/ обрето́хом ве́ру и́стинную,/ неразде́льней Тро́ице покланя́емся,// Та бо нас спасла́ есть.

Иерей: Всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Да испо́лнятся уста́ на́ша/ хвале́ния Твоего́ Го́споди,/ я́ко да пое́м сла́ву Твою́,/ я́ко сподо́бил еси́ нас причасти́тися/ Святы́м Твои́м, Боже́ственным, безсме́ртным и животворя́щим Та́йнам,/ соблюди́ нас во Твое́й святы́ни/ весь день поуча́тися пра́вде Твое́й.// Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Ектения́ заключи́тельная:

Диакон: Про́сти прии́мше Боже́ственных, святы́х, пречи́стых, безсме́ртных, небе́сных и животворя́щих, стра́шных Христо́вых Та́ин, досто́йно благодари́м Го́спода.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: День весь соверше́н, свят, ми́рен и безгре́шен испроси́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Ты еси́ освяще́ние на́ше и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: С ми́ром изы́дем.

Хор: О и́мени Госпо́дни.

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Заамво́нная моли́тва:

Иерей: Благословля́яй благословя́щия Тя, Го́споди, и освяща́яй на Тя упова́ющия, спаси́ лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, исполне́ние Це́ркве Твоея́ сохрани́, освяти́ лю́бящия благоле́пие до́му Твоего́: Ты тех возпросла́ви Боже́ственною Твое́ю си́лою, и не оста́ви нас, упова́ющих на Тя. Мир ми́рови Твоему́ да́руй, це́рквам Твои́м, свяще́нником, во́инству и всем лю́дем Твои́м. Я́ко вся́кое дая́ние бла́го, и всяк дар соверше́н свы́ше есть, сходя́й от Тебе́ Отца́ све́тов и Тебе́ сла́ву и благодаре́ние и поклоне́ние возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и́./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода не лиша́тся вся́каго бла́га./ Прииди́те, ча́да, послу́шайте мене́,/ стра́ху Госпо́дню научу́ вас./ Кто есть челове́к хотя́й живо́т,/ любя́й дни ви́дети бла́ги?/ Удержи́ язы́к твой от зла,/ и устне́ твои́, е́же не глаго́лати льсти./ Уклони́ся от зла и сотвори́ бла́го./ Взыщи́ ми́ра, и пожени́ и́./ О́чи Госпо́дни на пра́ведныя,/ и у́ши Его́ в моли́тву их./ Лице́ же Госпо́дне на творя́щия зла́я,/ е́же потреби́ти от земли́ па́мять их./ Воззва́ша пра́веднии, и Госпо́дь услы́ша их,/ и от всех скорбе́й их изба́ви их./ Близ Госпо́дь сокруше́нных се́рдцем,/ и смире́нныя ду́хом спасе́т./ Мно́ги ско́рби пра́ведным,/ и от всех их изба́вит я́ Госпо́дь./ Храни́т Госпо́дь вся ко́сти их,/ ни еди́на от них сокруши́тся./ Смерть гре́шников люта́,/ и ненави́дящии пра́веднаго прегреша́т./ Изба́вит Госпо́дь ду́ши раб Свои́х,/ и не прегреша́т// вси, упова́ющии на Него́.

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.

Хор: Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (Трижды) Благослови́.

Отпу́ст:

Иерей: Воскресы́й из ме́ртвых Христо́с, И́стинный Бог наш, моли́твами Пречи́стыя Своея́ Ма́тере, и́же во святы́х...

Многоле́тие:

Хор: Вели́каго Господи́на и Отца́ на́шего Кири́лла,/ Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́,/ и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к,/ епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его,/ богохрани́мую страну́ на́шу Росси́йскую,/ настоя́теля, бра́тию и прихо́жан свята́го хра́ма сего́/ и вся правосла́вныя христиа́ны,// Го́споди, сохрани́ их на мно́гая ле́та.

^{^[1]} Прошения и молитва о Святой Руси размещены на сайте «Новые богослужебные тексты», предназначеном для оперативной электронной публикации новых богослужебных текстов, утверждаемых для общецерковного употребления Святейшим Патриархом и Священным Синодом.

Читать полностью

Другие программы

Богослужения утра

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Часы воскресного дня. 19 июля 2026г.

Неде́ля 7-я по Пятидеся́тнице.

Прп. Афана́сия Афо́нского (перенос службы с 18.07 н.ст./05.07 ст.ст).

Глас 6.

Тре́тий час

Иерей: Благослове́н Бог наш всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Чтец: Ами́нь. Сла́ва Тебе́, Бо́же наш, сла́ва Тебе́.

Царю́ Небе́сный, Уте́шителю, Ду́ше и́стины, И́же везде́ сый и вся исполня́яй, Сокро́вище благи́х и жи́зни Пода́телю, прииди́ и всели́ся в ны, и очи́сти ны от вся́кия скве́рны, и спаси́, Бла́же, ду́ши на́ша.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Чтец: Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (12 раз)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Псало́м 16:

Услы́ши, Го́споди, пра́вду мою́, вонми́ моле́нию моему́, внуши́ моли́тву мою́ не во устна́х льсти́вых. От лица́ Твоего́ судьба́ моя́ изы́дет, о́чи мои́ да ви́дита правоты́. Искуси́л еси́ се́рдце мое́, посети́л еси́ но́щию, искуси́л мя еси́, и не обре́теся во мне непра́вда. Я́ко да не возглаго́лют уста́ моя́ дел челове́ческих, за словеса́ усте́н Твои́х аз сохрани́х пути́ же́стоки. Соверши́ стопы́ моя́ во стезя́х Твои́х, да не подви́жутся стопы́ моя́. Аз воззва́х, я́ко услы́шал мя еси́, Бо́же, приклони́ у́хо Твое́ мне и услы́ши глаго́лы моя́. Удиви́ ми́лости Твоя́, спаса́яй упова́ющия на Тя от проти́вящихся десни́це Твое́й. Сохрани́ мя, Го́споди, я́ко зе́ницу о́ка, в кро́ве крилу́ Твое́ю покры́еши мя. От лица́ нечести́вых остра́стших мя, врази́ мои́ ду́шу мою́ одержа́ша. Тук свой затвори́ша, уста́ их глаго́лаша горды́ню. Изгоня́щии мя ны́не обыдо́ша мя, о́чи свои́ возложи́ша уклони́ти на зе́млю. Объя́ша мя я́ко лев гото́в на лов и я́ко ски́мен обита́яй в та́йных. Воскресни́, Го́споди, предвари́ я́ и запни́ им, изба́ви ду́шу мою́ от нечести́ваго, ору́жие Твое́ от враг руки́ Твоея́. Го́споди, от ма́лых от земли́, раздели́ я́ в животе́ их, и сокрове́нных Твои́х испо́лнися чре́во их, насы́тишася сыно́в, и оста́виша оста́нки младе́нцем свои́м. Аз же пра́вдою явлю́ся лицу́ Твоему́, насы́щуся, внегда́ яви́ти ми ся сла́ве Твое́й.

Псало́м 24:

К Тебе́, Го́споди, воздвиго́х ду́шу мою́, Бо́же мой, на Тя упова́х, да не постыжу́ся во век, ниже́ да посмею́т ми ся врази́ мои́, и́бо вси терпя́щии Тя не постыдя́тся. Да постыдя́тся беззако́ннующии вотще́. Пути́ Твоя́, Го́споди, скажи́ ми, и стезя́м Твои́м научи́ мя. Наста́ви мя на и́стину Твою́, и научи́ мя, я́ко Ты еси́ Бог Спас мой, и Тебе́ терпе́х весь день. Помяни́ щедро́ты Твоя́, Го́споди, и ми́лости Твоя́, я́ко от ве́ка суть. Грех ю́ности моея́, и неве́дения моего́ не помяни́, по ми́лости Твое́й помяни́ мя Ты, ра́ди бла́гости Твоея́, Го́споди. Благ и прав Госпо́дь, сего́ ра́ди законоположи́т согреша́ющим на пути́. Наста́вит кро́ткия на суд, научи́т кро́ткия путе́м Свои́м. Вси путие́ Госпо́дни ми́лость и и́стина, взыска́ющим заве́та Его́, и свиде́ния Его́. Ра́ди и́мене Твоего́, Го́споди, и очи́сти грех мой, мног бо есть. Кто есть челове́к боя́йся Го́спода? Законоположи́т ему́ на пути́, его́же изво́ли. Душа́ его́ во благи́х водвори́тся, и се́мя его́ насле́дит зе́млю. Держа́ва Госпо́дь боя́щихся Его́, и заве́т Его́ яви́т им. О́чи мои́ вы́ну ко Го́споду, я́ко Той исто́ргнет от се́ти но́зе мои́. При́зри на мя и поми́луй мя, я́ко единоро́д и нищ есмь аз. Ско́рби се́рдца моего́ умно́жишася, от нужд мои́х изведи́ мя. Виждь смире́ние мое́, и труд мой, и оста́ви вся грехи́ моя́. Виждь враги́ моя́, я́ко умно́жишася, и ненавиде́нием непра́ведным возненави́деша мя. Сохрани́ ду́шу мою́, и изба́ви мя, да не постыжу́ся, я́ко упова́х на Тя. Незло́бивии и пра́вии прилепля́хуся мне, я́ко потерпе́х Тя, Го́споди. Изба́ви, Бо́же, Изра́иля от всех скорбе́й его́.

Псало́м 50:

Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мое́. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя; я́ко беззако́ние мое́ аз зна́ю, и грех мой предо мно́ю есть вы́ну. Тебе́ Еди́ному согреши́х и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х, и победи́ши внегда́ суди́ти Ти. Се бо, в беззако́ниих зача́т есмь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо, и́стину возлюби́л еси́; безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся; омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие; возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́ и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́нныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́; возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо: всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н; се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския. Тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая; тогда́ возложа́т на олта́рь Твой тельцы́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Тропа́рь воскре́сный, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Тропа́рь прп. Афана́сия Афо́нского, глас 3:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богоро́дице, Ты еси́ лоза́ и́стинная, возрасти́вшая нам Плод живота́, Тебе́ мо́лимся: моли́ся, Влады́чице, со святы́ми апо́столы поми́ловати ду́ши на́ша.

Госпо́дь Бог благослове́н, благослове́н Госпо́дь день дне,/ поспеши́т нам Бог спасе́ний на́ших, Бог наш, Бог спаса́ти.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Чтец: Ами́нь.

Конда́к воскре́сный, глас 6:

Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Окончание часа:

И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.

И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.

Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.

Чтец: Ами́нь. Влады́ко Бо́же О́тче Вседержи́телю, Го́споди Сы́не Единоро́дный Иису́се Христе́, и Святы́й Ду́ше, Еди́но Божество́, Еди́на Си́ла, поми́луй мя, гре́шнаго, и и́миже ве́си судьба́ми, спаси́ мя, недосто́йнаго раба́ Твоего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.

Шесто́й час

Чтец: Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Псало́м 53:

Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя, и в си́ле Твое́й суди́ ми. Бо́же, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ глаго́лы уст мои́х. Я́ко чу́ждии воста́ша на мя и кре́пции взыска́ша ду́шу мою́, и не предложи́ша Бо́га пред собо́ю. Се бо Бог помога́ет ми, и Госпо́дь Засту́пник души́ мое́й. Отврати́т зла́я враго́м мои́м, и́стиною Твое́ю потреби́ их. Во́лею пожру́ Тебе́, испове́мся и́мени Твоему́, Го́споди, я́ко бла́го, я́ко от вся́кия печа́ли изба́вил мя еси́, и на враги́ моя́ воззре́ о́ко мое́.

Псало́м 54:

Внуши́, Бо́же, моли́тву мою́ и не пре́зри моле́ния моего́. Вонми́ ми и услы́ши мя: возскорбе́х печа́лию мое́ю и смято́хся от гла́са вра́жия и от стуже́ния гре́шнича, я́ко уклони́ша на мя беззако́ние и во гне́ве враждова́ху ми. Се́рдце мое́ смяте́ся во мне и боя́знь сме́рти нападе́ на мя. Страх и тре́пет прии́де на мя и покры́ мя тьма. И рех: кто даст ми криле́, я́ко голуби́не? И полещу́, и почи́ю. Се удали́хся бе́гая и водвори́хся в пусты́ни. Ча́ях Бо́га, спаса́ющаго мя от малоду́шия и от бу́ри. Потопи́, Го́споди, и раздели́ язы́ки их: я́ко ви́дех беззако́ние и пререка́ние во гра́де. Днем и но́щию обы́дет и́ по стена́м его́. Беззако́ние и труд посреде́ его́ и непра́вда. И не оскуде́ от стогн его́ ли́хва и лесть. Я́ко а́ще бы враг поноси́л ми, претерпе́л бых у́бо, и а́ще бы ненави́дяй мя на мя велере́чевал, укры́л бых ся от него́. Ты же, челове́че равноду́шне, влады́ко мой и зна́емый мой, и́же ку́пно наслажда́лся еси́ со мно́ю бра́шен, в дому́ Бо́жии ходи́хом единомышле́нием. Да прии́дет же смерть на ня, и да сни́дут во ад жи́ви, я́ко лука́вство в жили́щах их, посреде́ их. Аз к Бо́гу воззва́х, и Госпо́дь услы́ша мя. Ве́чер и зау́тра, и полу́дне пове́м, и возвещу́, и услы́шит глас мой. Изба́вит ми́ром ду́шу мою́ от приближа́ющихся мне, я́ко во мно́зе бя́ху со мно́ю. Услы́шит Бог и смири́т я́, Сый пре́жде век. Несть бо им измене́ния, я́ко не убоя́шася Бо́га. Простре́ ру́ку свою́ на воздая́ние, оскверни́ша заве́т Его́. Раздели́шася от гне́ва лица́ Его́, и прибли́жишася сердца́ их, умя́кнуша словеса́ их па́че еле́а, и та суть стре́лы. Возве́рзи на Го́спода печа́ль твою́, и Той тя препита́ет, не даст в век молвы́ пра́веднику. Ты же, Бо́же, низведе́ши я́ в студене́ц истле́ния, му́жие крове́й и льсти не преполовя́т дней свои́х. Аз же, Го́споди, упова́ю на Тя.

Псало́м 90:

Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га Небе́снаго водвори́тся. Рече́т Го́сподеви: Засту́пник мой еси́ и Прибе́жище мое́, Бог мой, и упова́ю на Него́. Я́ко Той изба́вит тя от се́ти ло́вчи и от словесе́ мяте́жна, плещма́ Свои́ма осени́т тя, и под криле́ Его́ наде́ешися: ору́жием обы́дет тя и́стина Его́. Не убои́шися от стра́ха нощна́го, от стрелы́ летя́щия во дни, от ве́щи во тме преходя́щия, от сря́ща и бе́са полу́деннаго. Паде́т от страны́ твоея́ ты́сяща, и тма одесну́ю тебе́, к тебе́ же не прибли́жится, оба́че очи́ма твои́ма смо́триши, и воздая́ние гре́шников у́зриши. Я́ко Ты, Го́споди, упова́ние мое́, Вы́шняго положи́л еси́ прибе́жище твое́. Не прии́дет к тебе́ зло и ра́на не прибли́жится телеси́ твоему́, я́ко А́нгелом Свои́м запове́сть о тебе́, сохрани́ти тя во всех путе́х твои́х. На рука́х во́змут тя, да не когда́ преткне́ши о ка́мень но́гу твою́, на а́спида и васили́ска насту́пиши, и попере́ши льва и зми́я. Я́ко на Мя упова́ и изба́влю и́, покры́ю и́, я́ко позна́ и́мя Мое́. Воззове́т ко Мне и услы́шу его́, с ним есмь в ско́рби, изму́ его́ и просла́влю его́, долгото́ю дней испо́лню его́ и явлю́ ему́ спасе́ние Мое́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Тропа́рь воскре́сный, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Тропа́рь прп. Афана́сия Афо́нского, глас 3:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Я́ко не и́мамы дерзнове́ния за премно́гия грехи́ на́ша, Ты и́же от Тебе́ Ро́ждшагося моли́, Богоро́дице Де́во, мно́го бо мо́жет моле́ние Ма́тернее ко благосе́рдию Влады́ки. Не пре́зри гре́шных мольбы́, Всечи́стая, я́ко ми́лостив есть и спасти́ моги́й, И́же и страда́ти о нас изво́ливый.

Ско́ро да предваря́т ны щедро́ты Твоя́, Го́споди, я́ко обнища́хом зело́; помози́ нам, Бо́же, Спа́се наш, сла́вы ра́ди И́мене Твоего́, Го́споди, изба́ви нас и очи́сти грехи́ на́ша, И́мене ра́ди Твоего́.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Чтец: Ами́нь.

Конда́к прп. Афана́сия Афо́нского, глас 8, подо́бен: «Взбра́нной...»:

Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Окончание часа:

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.

Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.

Чтец: Ами́нь. Бо́же и Го́споди сил и всея́ тва́ри Соде́телю, И́же за милосе́рдие безприкла́дныя ми́лости Твоея́ Единоро́днаго Сы́на Твоего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́, низпосла́вый на спасе́ние ро́да на́шего, и честны́м Его́ Кресто́м рукописа́ние грех на́ших растерза́вый, и победи́вый тем нача́ла и вла́сти тьмы. Сам, Влады́ко Человеколю́бче, приими́ и нас, гре́шных, благода́рственныя сия́ и моле́бныя моли́твы и изба́ви нас от вся́каго всегуби́тельнаго и мра́чнаго прегреше́ния и всех озло́бити нас и́щущих ви́димых и неви́димых враг. Пригвозди́ стра́ху Твоему́ пло́ти на́ша и не уклони́ серде́ц на́ших в словеса́ или́ помышле́ния лука́вствия, но любо́вию Твое́ю уязви́ ду́ши на́ша, да, к Тебе́ всегда́ взира́юще и е́же от Тебе́ све́том наставля́еми, Тебе́, непристу́пнаго и присносу́щнаго зря́ще Све́та, непреста́нное Тебе́ испове́дание и благодаре́ние возсыла́ем, Безнача́льному Отцу́ со Единоро́дным Твои́м Сы́ном и Всесвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в, ами́нь.

Читать полностью

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 19 июля (вечер 18 июля) 2026г.

Неде́ля 7-я по Пятидеся́тнице.

Прп. Афана́сия Афо́нского (перенос службы с 18.07 н.ст./05.07 ст.ст).

Глас 6.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Хор: Ами́нь.

Блаже́н муж:

Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 6:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры воскресные, глас 6:

На 10. Стих: Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́,// испове́датися и́мени Твоему́.

Стихира: Побе́ду име́я, Христе́, ю́же на а́да,/ на Крест возше́л еси́:/ да во тьме сме́рти седя́щия воскреси́ши с Собо́ю,/ И́же в ме́ртвых Свобо́дь,/ Источа́яй живо́т от Своего́ све́та,// Всеси́льне Спа́се, поми́луй нас.

Стих: Мене́ ждут пра́ведницы,// до́ндеже возда́си мне.

Стихира: Днесь Христо́с смерть попра́в,/ я́коже рече́, воскре́се,/ и ра́дование ми́рови дарова́,/ да вси взыва́юще, песнь та́ко рцем:/ Исто́чниче жи́зни, Непристу́пный Све́те,// Всеси́льне Спа́се, поми́луй нас.

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Тебе́, Го́споди, Су́щаго по всей тва́ри,/ гре́шнии ка́мо бежи́м?/ На Небеси́ Сам живе́ши,/ во а́де попра́л еси́ смерть./ Во глубины́ морски́я?/ Та́мо рука́ Твоя́, Влады́ко./ К Тебе́ прибега́ем,/ Тебе́ припа́дающе мо́лимся:// Воскресы́й из ме́ртвых, поми́луй нас.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

Стихира: Кресто́м Твои́м, Христе́, хва́лимся,/ и воскресе́ние Твое́ пое́м и сла́вим:/ Ты бо еси́ Бог наш,// ра́зве Тебе́ ина́го не ве́мы.

Стихиры прп. Афанасия Афонского, глас 2, подобен: «Ки́ими похва́льными...»:

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: Ки́я похва́льныя по́чести/ принесе́м Афана́сию?/ Преиспещре́нному дея́ньми изоби́льному благода́тьми,/ богосия́нна светоли́тия мече́м посе́кшему страсте́й стремле́ния,/ столпу́, Боговиде́ньми сия́ющу,/ воздержа́ния свети́льнику,/ на све́щнице душе́внем зарю́ испуща́ющу Бо́жия веле́ния,// всем жизнь даю́щаго.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Ки́ими похва́льными венцы́/ Афана́сия венча́ем словесы́?/ Свяще́ннаго тече́ния рачи́теля,/ небе́сным уче́нием взя́таго/ Боговиде́ния крилы́ Боже́ственными,/ столпа́ смире́ния необори́маго,/ сте́ну разсужде́ния непоколеби́мую,/ нра́вом украше́ния честно́е благоле́пие,/ о ча́дех свои́х Христа́ Бо́га моля́щаго,// еди́наго Благосе́рдаго.

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: У́тро присносве́тлое, преподо́бне, показа́лся еси́,/ луча́ми благода́тными:/ страсте́й мгло́ю ослепева́ющих/ приве́л еси́ к Све́ту невече́рнему,/ о́тче Афана́сие Богому́дре./ Отню́дуже, я́ко возрасти́вша тала́нт,/ душа́м тя цели́теля Христо́с предлага́ет,/ неисце́льным стру́пом согни́вшим,/ мече́м слове́с посека́юща// и здра́вие при́сно и спасе́ние всем подаю́ща.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира прп. Афанасия Афонского, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Я́ко Боже́ственная жизнь Твоя́/ и всеосвяще́нный твой коне́ц,/ о́тче Афана́сие,/ в той бо всея́ горы́ мно́жество сне́мшеся,/ я́ко ви́де без дыха́ния на одре́ тя,/ глаго́лы велегла́сными вопия́ше:/ даждь коне́чное сло́во рабо́м твои́м, свя́те,/ научи́, где оставля́еши ча́да твоя́, о́тче,/ и́хже уще́дри, я́ко оте́ц,/ пои́стинне ми́лостив и любе́зен./ Оба́че а́ще и зде гроб покрыва́ет,/ но горе́ тя вси бога́тна и́мамы предста́теля/ и моли́твенника к Бо́гу,/ любо́вию чту́щии тя.

Догматик, глас 6:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Догматик: Кто Тебе́ не ублажи́т, Пресвята́я Де́во?/ Кто ли не воспое́т Твоего́ Пречи́стаго Рождества́?/ Безле́тно бо от Отца́ Возсия́вый Сын Единоро́дный,/ То́йже от Тебе́, Чи́стыя, про́йде,/ неизрече́нно вопло́щься,/ естество́м Бог сый,/ и естество́м быв Челове́к нас ра́ди,/ не во двою́ лицу́ Разделя́емый,/ но во Двою́ Естеству́ несли́тно Познава́емый./ Того́ моли́, Чи́стая, Всеблаже́нная,// поми́ловатися душа́м на́шим.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен воскре́сный, глас 6:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас шесты́й: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся.

Хор: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся. (На каждый стих)

Диакон: Облече́ся Госпо́дь в си́лу, и препоя́сася.

Стих 2: И́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится.

Стих 3: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.

Диакон: Госпо́дь воцари́ся.

Хор: В ле́поту облече́ся.

Парими́и прп. Афана́сия Афо́нского:

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Прему́дрости Соломо́новы чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из главы 3)

Чтец: Пра́ведных ду́ши в руце́ Бо́жией, и не прико́снется их му́ка./ Непщева́ни бы́ша во очесе́х безу́мных умре́ти,/ и вмени́ся озлобле́ние исхо́д их./ И е́же от нас ше́ствие — сокруше́ние,/ они́ же суть в ми́ре./ И́бо пред лице́м челове́ческим а́ще и му́ку прии́мут,/ упова́ние их безсме́ртия испо́лнено./ И вма́ле нака́зани бы́вше, вели́кими благоде́тельствовани бу́дут,/ я́ко Бог искуси́ я и обре́те их досто́йны Себе́./ Я́ко зла́то в горни́ле, искуси́ их/ и, я́ко всепло́дие же́ртвенное, прия́т я./ И во вре́мя посеще́ния их возсия́ют/ и, я́ко и́скры по сте́блию, потеку́т./ Су́дят язы́ком и облада́ют людьми́,/ и воцари́тся Госпо́дь в них во ве́ки./ Наде́ющиися Нань разуме́ют и́стину/ и ве́рнии в любви́ пребу́дут Ему́,/ я́ко благода́ть и ми́лость в преподо́бных Его́// и посеще́ние во избра́нных Его́.

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Прему́дрости Соломо́новы чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из главы 5)

Чтец: Пра́ведницы во ве́ки живу́т, и в Го́споде мзда их,/ и попече́ние их у Вы́шняго./ Сего́ ра́ди прии́мут Ца́рствие благоле́пия и вене́ц добро́ты от руки́ Госпо́дни,/ зане́ десни́цею покры́ет я и мы́шцею защити́т их./ Прии́мет всеору́жие рве́ние свое́/ и вооружи́т тварь в месть враго́м./ Облече́тся в броня́ пра́вды/ и возложи́т шлем — суд нелицеме́рен./ Прии́мет щит непобеди́мый преподо́бие,/ поостри́т же напра́сный гнев во ору́жие,/ спобо́рет же с ним мир на безу́мныя./ По́йдут праволу́чныя стре́лы мо́лниины/ и, я́ко от благокру́гла лу́ка облако́в, на наме́рение полетя́т./ И от каменоме́тныя я́рости испо́лнь паду́т гра́ды,/ вознегоду́ет на них вода́ морска́я,/ ре́ки же потопя́т я на́гло./ Сопроти́в ста́нет им дух си́лы/ и, я́ко ви́хор, разве́ет их, и опустоши́т всю зе́млю беззако́ние,/ и злоде́йство преврати́т престо́лы си́льных./ Слы́шите у́бо, ца́рие, и разуме́йте,/ навы́кните, судии́ конце́в земли́./ Внуши́те, держа́щии мно́жества/ и гордя́щиися о наро́дех язы́к,/ я́ко дана́ есть от Го́спода держа́ва вам// и си́ла от Вы́шняго.

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Прему́дрости Соломо́новы чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из главы 4)

Чтец: Пра́ведник а́ще пости́гнет сконча́тися, в поко́и бу́дет./ Ста́рость бо честна́ не многоле́тна,/ ниже́ в числе́ лет исчита́ется./ Седи́на же есть му́дрость челове́ком,/ и во́зраст ста́рости житие́ нескве́рное./ Благоуго́ден Бо́гови быв, возлю́блен бысть/ и живы́й посреде́ гре́шник преста́влен бысть./ Восхище́н бысть, да не зло́ба измени́т ра́зума его́/ или́ лесть прельсти́т ду́шу его́./ Раче́ние бо зло́бы помрача́ет до́брая/ и паре́ние по́хоти пременя́ет ум незло́бив./ Сконча́вся вма́ле, испо́лни ле́та до́лга,/ уго́дна бо бе Го́сподеви душа́ его́,/ сего́ ра́ди потща́ся от среды́ лука́вствия./ Лю́дие же ви́девше и не разуме́вше,/ ниже́ поло́жше в помышле́нии таково́е,/ я́ко благода́ть и ми́лость в преподо́бных Его́// и посеще́ние во избра́нных Его́.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́: (В приходской традиции может опускаться)

Поется стихира храма ^{^[1]} , затем:

Стихира прп. Афанасия Афонского, глас 1, самогласна:

Стихира: Незаходи́маго свети́льника вселе́нныя,/ воспое́м вси Афана́сия:/ па́че со́лнца бо возсия́ в тверды́ни ве́ры/ и ве́рных соста́вы к доброде́тели наста́ви,/ о́во у́бо Богодохнове́нными уче́нии/ и спаси́тельными глаго́л ввожде́нии/ и́же незави́стными и оби́льными, от усте́н источа́ше,/ о́во же де́телию чу́дною и равноа́нгельным житие́м/ к ре́вности привлача́я,/ и обоя́ — житие́ и сло́во пресве́тло,/ я́коже вождь изря́ден, богоподо́бно показу́я./ Того́ моли́твами, Христе́ Бо́же наш,/ сие́ ста́до соблюди́ и правосла́вных ве́ру утверди́,// я́ко Человеколю́бец.

Стихира прп. Афанасия Афонского, глас 2:

Стихира: Христо́ва рачи́теля, тезоимени́таго безсме́ртию,/ и́стиннаго таи́нника Спа́сова,/ и красоту́, и хвалу́ единообра́зным всем и наста́вником,/ освяще́ннаго от младе́нства Го́сподеви,/ ли́цы оте́ц, соше́дшеся, восхва́лим:/ сей бо, жела́ние Боже́ственное в себе́ прие́м,/ мирску́ю у́бо оста́ви пре́лесть,/ взят же яре́м Христо́в на ра́мо/ и полки́ бесо́в победи́ му́жески,/ показа́в нам де́тельно Боже́ственныя любве́ изря́дный путь,/ и́бо и той сий прете́к во тща́нии,/ пости́же свет и́стинный Тро́ицы Вседе́тельныя./ О, чудесе́ ужа́снаго/ и ве́щи богоподо́бныя!/ Я́ко зе́мен сый естество́м,/ ра́вен бысть мы́сленным существо́м,/ сла́ву и честь Бо́жию восприе́мля,/ и моли́твенник нам быва́ет,// я́ко да улучи́м ве́чных благ в День су́дный.

Стихира прп. Афанасия Афонского, глас 4:

Стихира: Удиви́ мы́сленных, ужаси́ и земны́я/ пречу́дны труды́ воздержа́ния твоего́ жития́:/ я́коже бо безпло́тен отню́д, во пло́ти ста́ростне,/ враги́ неви́димыя пребори́л еси́./ Ро́ди у́бо тя вси пою́т благочести́вых,/ изря́днее же твое́ честно́е ста́до,/ све́тлость твои́х боле́зней,/ столпописа́ние, е́же показа́л еси́,/ я́ко град, в пусты́ни красе́н,/ и́же жили́ще собо́ром мона́шеским богоподо́бно соста́вил еси́,/ и е́же, я́коже оде́ждами многочестны́ми,/ твои́ми красу́ется чудесы́ и до́блественными страда́нии,/ и твои́ми мольба́ми, Афана́сие, и моли́твами испроша́ет/ ко Христу́ соблюсти́ся,// иму́щему ве́лию ми́лость.

Стихира прп. Афанасия Афонского, глас 5:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Востру́бим трубо́ю пе́сней,/ благода́ть бо Ду́ха, вся́кия трубы́ благоле́пнейши,/ всех к пе́нию созыва́ет Богоно́снаго отца́:/ мона́си и прости́и да чудя́тся всех Царя́ и́скреннему рабу́,/ и́же мироде́ржца нача́ла и вла́сти/ Ду́ха Боже́ственнаго все́ми ору́жии победи́вшаго./ Па́стырие и учи́телие/ изря́днаго вои́стинну пра́вила же и о́браза па́стве да восхва́лят,/ и́же в повеле́ниих све́тлаго и в ве́ре до́бляго,/ и́же в виде́ниих высо́каго,/ в дея́ниих вы́ше о́блак,/ во уче́ниих пи́щу пото́ка,/ наста́вника заблу́ждшим,/ подпо́ру преклоне́нным,/ всех боля́щих ми́лующаго,/ Афо́ну вели́кое украше́ние,/ похваля́юще, вси рцем:/ отце́м верхо́вне Афана́сие,/ предста́ни твои́м рабо́м всегда́, о́тче наш,// и спаси́ ста́до твое́ моли́твами твои́ми.

Богородичен из Минеи, глас 5:

И при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Востру́бим трубо́ю пе́сней,/ прекло́нши бо ся свы́ше Всецари́ца Ма́ти Де́ва/ благослове́ньми венчава́ет воспева́ющих Ю./ Мона́си и прости́и да стеку́тся/ и Цари́це да воспле́щут в пе́снех, Царя́ ро́ждшей,/ сме́ртию одержи́мыя пе́рвее/ разреши́ти человеколю́бно благоизво́лившаго./ Па́стыри и учи́тели, до́браго Па́стыря Пречи́стую Ма́терь,/ соше́дшеся, восхва́лим,/ све́щник златоза́рный,/ светоно́сный о́блак,/ небе́с простра́ннейшу,/ одушевле́нный же киво́т,/ огнезра́чный Влады́чень престо́л,/ манноприе́мную злату́ю ста́мну,/ затворе́нную Сло́ва дверь,/ всех христиа́н прибе́жище,/ пе́сньми богогла́сными похваля́юще, си́це рцем:/ пала́то Сло́ва,/ сподо́би смире́нных нас Небе́снаго Ца́рствия,// ничто́же бо невозмо́жно хода́тайству Твоему́.

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, мо́литвами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою честна́го и животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Ми́хаила, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, ми́трополита Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святых (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х имяре́к (его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х; мо́лим Тя, Многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, мо́литвами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Ми́хаила, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, ми́трополита Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святых (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х Твои́х, благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры воскресные, глас 6:

Стихира: Воскресе́ние Твое́, Христе́ Спа́се,/ а́нгели пою́т на Небесе́х,/ и нас на земли́ сподо́би,/ чи́стым се́рдцем// Тебе́ сла́вити.

Стих: Госпо́дь воцари́ся,// в ле́поту облече́ся.

Стихира: Врата́ сокруши́в ме́дная,/ и вереи́ а́довы сотры́й,/ я́ко Бог Всеси́лен,/ род челове́ческий па́дший воскреси́л еси́./ Сего́ ра́ди и мы согла́сно вопие́м:// Воскресы́й из ме́ртвых, Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: И́бо утверди́ вселе́нную,// я́же не подви́жится.

Стихира: Тле́ния нас дре́вняго Христо́с испра́вити хотя́,/ на Кресте́ пригвожда́ется,/ и во гро́бе полага́ется./ Его́же мироно́сицы жены́ со слеза́ми иска́ху, пла́чуща глаго́лаху:/ увы́ нам, Спа́се всех,/ ка́ко изво́лил еси́ во гро́бе всели́тися?/ Всели́выйся же хотя́, ка́ко укра́ден был еси́?/ Ка́ко преложи́лся еси́?/ Ко́е же ме́сто Твое́ Живоно́сное сокры́ Те́ло?/ Но, Влады́ко, я́ко обеща́лся еси́ нам яви́ся,/ и утоли́ от нас рыда́ние слез./ Пла́чущимся же им, а́нгел к ним возопи́:/ от пла́ча преста́вша Апо́столом рцы́те, я́ко воскре́се Госпо́дь,// ми́рови да́руя очище́ние и ве́лию ми́лость.

Стих: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня,// Го́споди, в долготу́ дний.

Стихира: Распны́йся я́ко восхоте́л еси́, Христе́,/ и смерть погребе́нием Твои́м Плени́вый,/ тридне́вен воскре́сл еси́, я́ко Бог, со сла́вою,/ ми́рови да́руя безконе́чную жизнь,// и ве́лию ми́лость.

Стихира прп. Афанасия Афонского, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Оте́ческую добро́ту,/ по́стников украше́ние,/ исто́чника чуде́с и к Бо́гу моли́твенника непосты́дна,/ сте́кшеся, о празднолю́бцы,/ пе́сненными похвала́ми воспое́м, глаго́люще:/ ра́дуйся, мона́шескаго жития́ пра́вило,/ и о́браз, и печа́ть изве́стная./ Ра́дуйся, свети́льниче пресве́тлый,/ озаря́яй вся́ку доброде́тель светлостьми́./ Ра́дуйся, и́же в беда́х вели́кий уте́шителю/ и те́плый засту́пниче печа́льным./ Тем у́бо, Афана́сие,/ не преста́й моля́ Христа́ Бо́га/ о ста́де твое́м сем и всех ве́рных,// почита́ющих всечестно́е твое́ успе́ние.

Богородичен воскресный, глас 6:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Творе́ц и Изба́витель мой, Пречи́стая,/ Христо́с Госпо́дь из Твои́х ложе́сн проше́д,/ в мя оболки́йся,/ пе́рвыя кля́твы Ада́ма свободи́./ Те́мже Ти, Всечи́стая,/ я́ко Бо́жии Ма́тери же и Де́ве, вои́стинну/ вопие́м немо́лчно:/ ра́дуйся а́нгельски, ра́дуйся, Влады́чице,/ предста́тельство и покро́ве,// и спасе́ние душ на́ших.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь, глас 4:

Хор: Богоро́дице Де́во, ра́дуйся,/ Благода́тная Мари́е, Госпо́дь с Тобо́ю:/ благослове́на Ты в жена́х/ и благослове́н Плод чре́ва Твоего́,// я́ко Спа́са родила́ еси́ душ на́ших. (Трижды)

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия