«Апостолы Петр и Павел». Светлый вечер с прот. Андреем Рахновским (11.07.2018)

Апостолы Петр и Павел (11.07.2018) - Часть 1
Поделиться
Апостолы Петр и Павел (11.07.2018) - Часть 2
Поделиться

У нас в гостях был настоятель храма Ризоположения в Леонове, преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии протоиерей Андрей Рахновский.

Накануне дня памяти апостолов Петра и Павла мы говорили о том, что известно о них, об их служении, взаимоотношениях и почему именно они именуются «первоверховными апостолами».


Л. Горская

— Здравствуйте, дорогие радиослушатели! В эфире радио «Вера», программа «Светлый вечер». И здесь с Вами в студии Лиза Горская и протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леоново и преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии. Здравствуйте, отец Андрей!

Протоиерей А. Рахновский

— Добрый вечер, здравствуйте!

Л. Горская

— Мы празднуем память святых первоверховных апостолов Петра и Павла, и вот первый вопрос такой: почему именно Петра и именно Павла в один день празднует Церковь? Апостолов двенадцать, Иоанн Богослов — любимый апостол Христа, любимый ученик, да, как доносит до нас традиция. Почему Петр и Павел?

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, здесь все просто. Я сторонник всегда излагать те сведения — пусть даже минимальные, но те сведения, которые все-таки нам хорошо известны.

Л. Горская

— Достоверны.

Протоиерей А. Рахновский

— Достоверны, да. А известно нам немногое. А немногое заключается в том, что древние памятники, прежде всего, памятники Римской церкви, ну, или тех церквей, которые находились под влиянием Рима, церкви Северной Африки, они однозначно свидетельствуют о том, что был единый праздник Петра и Павла, и 12 июля он в новом стиле и 29 июня по старому стилю. Вот, собственно, и все, что мы знаем. То есть церковная как бы древность, церковная богослужебная практика просто фиксирует наличие вот этого совместного праздника.

Л. Горская

— А как он возник, неизвестно?

Протоиерей А. Рахновский

— Да. То есть мы как бы никаких, скажем, мелких деталей установления этого праздника, я повторяю, основанных на исторических источниках, приближенных к тому времени, не знаем. Но есть основания предполагать, опять-таки, основываясь на определенных текстах, что у апостолов Петра и Павла мученическая кончина была не в один год, но в один день. возможно, это и послужило поводом к этому единому празднику. Вот, в частности, есть отдельное упоминание, ну, больше всего, у римских писателей. Ну, в частности, Блаженный Августин про это упоминает вскользь. Вот есть этот момент. возможно, их мученическая кончина в один день, подчеркиваю, но, скорее всего, не в один год, она и дала повод к этому празднику. Здесь, конечно, то, что если рассуждать дальше, можно тут немножечко пофантазировать. В каком смысле? В том смысле, что если кто-то видел в апостолах Петре и Павле неких антагонистов, возможно, чтобы снять здесь ненужные вопросы, и их память совершалась вместе. Потому что, действительно, апостолы Петр и Павел отличаются по своему языку, с помощью которого они излагают Божественное Откровение. Но, конечно, у них нет отличия по духу. Но иногда люди делают неверный вывод, как бы не всегда анализируя смысл слов, а анализируя сами слова, возможно, основываясь на каких-то свидетельствах Священного Писания, например, как о споре между Павлом и Петром, который был в Антиохии и о котором упоминает сам апостол Павел, о том, как апостол Павел обличил апостола Петра в недолжном поведении и в лицемерии. Кто-то видит в словах апостола Петра, который говорит, что, «как излюбленный наш брат Павел написал, правда, в его писаниях есть нечто неудобовразумительное, что невежды обращают к своей собственной погибели, как и прочие писания»… Но здесь следует заметить, что интересно апостол Петр ставит Послания Павла наряду с Писанием, а Писанием называлось Священное Писание Ветхого Завета в тот период, то есть придает им очень высокий статус. Ну, и, все-таки, в русском языке слово «неудобовразумительно» имеет определенное, что ли, звучание. Если мы говорим, что кто-то говорит «неудобовразумительно», то есть, получается, что виноват именно говорящий или пишущий, в то время как…

Л. Горская

— Ну, это как синоним «невнятно» сейчас…

Протоиерей А. Рахновский

— Да, да. Но все-таки то слово, которое употреблено в греческом Новозавете, оно позволяет понимает это слово следующим образом — что в Посланиях Павла есть нечто трудное для понимания. А вот когда мы говорим «трудное для понимания», здесь уже вопрос к нам, к тем, кто пытается понять, а не вопрос к апостолу Павлу. (Смеется.)

Л. Горская

— «Неудобно понять», да.

Протоиерей А. Рахновский

— Да, трудное, нечто объективно трудное для понимания.

Л. Горская

— И поэтому каждый, кто не может понять, понимает по-своему.

Протоиерей А. Рахновский

— Да. И кто-то вот просто вот в этих словах Петра, опять-таки, основываясь на споре Петра и Павла, мог делать выводы, что они в богословском смысле этого слова противостоят друг другу. В более позднее время появились такие теории, что вообще Петр и Павел представляют такие свои версии христианства — петризм и павлинизм. Да, и мы имеем христианство Петра, мы имеем христианство Павла, но есть еще некое, как «икс», искомое — учение Самого Иисуса Христа, которое они интерпретировали и передали неверно. Но я сразу говорю, что я так не считаю, но, мне кажется, их празднование в один день — оно очень актуально в этом смысле для всех времен.

Л. Горская

— Мы к этому мнимому антагонизму, я думаю, еще вернемся не раз в течение нашей программы — и когда будем говорить о миссии, и… А я вот сейчас хотела просто пояснить термин «первоверховные». Ну, так как я вот лично автоматически произношу, а что это значит?

Протоиерей А. Рахновский

— «Первоверховные»? Ну, на современный язык можно перевести так: «отмеченные особым образом». То есть первые апостолы. Ну, из Евангелия, вроде как, явствует, и, кстати, из «Книги деяний», что апостол Петр был как бы первый среди равных между апостолами, главой апостолов в этом смысле, а, вроде как, Павел сам о себе свидетельствует, что он больше всех потрудился. (Смеется.) Ну, и вот как-то, очевидно, Церковь особым образом отмечая их труды миссионерские, присвоила им такое название.

Л. Горская

— Так привычно думать, что Петр проповедовал, в основном, внутри иудейской общины, а Павел — язычникам.

Протоиерей А. Рахновский

— Совершенно верно. Да, но это как бы если «крупными мазками», это так, да.

Л. Горская

— Широкими… (Смеется.)

Протоиерей А. Рахновский

— Широкими мазками, да, это так. Если говорить про некий вектор проповеди такой основополагающий, то да, можно говорить о том, что Павел, прежде всего, проповедовал язычникам. Но это произошло не сразу. Все-таки когда Павел стал встречать непонимание в иудейской общине, в том числе и в общине христиан из иудеев, то он переключился совершенно естественным образом на проповедь язычникам. Но надо сказать, что когда Христос явился по пути в Дамаск апостолу Павлу, в момент Его явления Господь ему предсказал, что он будет проповедовать именно язычникам. И информация об этом, правда, содержится не в первом описании видения Господа Павлу, в 9-й главе «Книги деяний», а в 22-й и 26-й. Поэтому если Вы этих там слов не найдете, то не нужно этим смущаться. То есть эта миссия среди язычников — она была предопределена как бы Самим Христом, и Павел получил об этом откровение. Да, действительно, и сам Павел свидетельствует, что Петру «вверено благовестие, то есть проповедь Евангелия среди обрезанных». То есть он, по преимуществу, действовал в иудейской среде. Хотя, если быть более точным, все равно, что апостол Петр, что апостол Павел, когда они приходили в какой-то город для проповеди, куда они шли, в первую очередь? В синагогу. То есть начинали все равно проповедь именно с иудейской среды. Но тут просто это очень важно, мне кажется, добавить, что апостол Павел, в силу широты своего кругозора и объема проповеди, дает очень точные характеристики как языческому мировоззрению, пытается провести такой анализ причин языческих заблуждений, как бы вот понять истоки язычества, определить их, и, в общем-то, дает очень четкие характеристики иудейского мировоззрения и иудействующих и проводит, на мой взгляд, очень глубокий, верный и точный анализ слабых сторон этих двух точек зрения, в общем-то, двух аудиторий, с которыми ему приходилось иметь дело.

Л. Горская

— Вы знаете, о чем я хотела бы предложить поговорить подробнее? О том, как они жили. Для нас, во всяком случае, для меня, апостолы — это какая-то привычная картинка, точнее, икона. А вот по-человечески что происходило после Распятия, Пятидесятницы? Расскажите.

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, если представить это с человеческой точки зрения, ну, давайте, наверное, начнем тогда, может быть, сначала с апостола Петра. Интересно, что в целом как бы вот жизнь Петра и его служение представлены в Священном Писании в таком динамическом виде, а не статическом. То есть он начинает как ревностный последователь Христа, еще в момент евангельских событий, переживает тяжелейший момент предательства, когда он сам предает Христа, очень непростой момент возвращения и покаяния Христу. Но интересно, что, даже пережив сошествие Духа Святого в Пятидесятницу, апостол Петр продолжает испытывать необходимость вразумления от Бога. То есть он не предстает перед нами в некоем таком законченном, совершенном виде. Вот, например, Господь его вразумляет, что нужно все-таки пойти и покрестить язычника Корнилия, что для того времени было необычно. Кстати, это…

Л. Горская

— Сотника?

Протоиерей А. Рахновский

— Да, Корнилия-сотника. И в данном случае я здесь не то, что какое-то свое мнение высказываю, а преподобный Максим Исповедник замечает этот момент, что Петр нуждался во вразумлении от Бога — как именно распорядиться тем даром, тем откровением, которое он получил в день Пятидесятницы. То есть опять мы видим вот эту удивительную динамику развития Петра, которая, между прочим, не была чужда и ошибок, о чем свидетельствует «Послание апостола Павла галатам», где Петр все-таки проявил некую такую непоследовательность.. И я, может быть, совсем кратко напомню, что он поступил несколько двоедушно, поскольку христиане из иудеев продолжали часто соблюдать иудейский закон, Закон Моисеев, и считали это особым проявлением благочестия, и поэтому всячески принуждали к этому и христиан-язычников. Но, по сути, не было необходимости в том, чтобы христиане язычников(?) соблюдали Закон Моисеев. Но поскольку это была очень влиятельная партия, очень влиятельная среда внутри христианской общины, то вот Петр, в данном случае, пытался как-то лавировать между теми и другими, но не всегда это получалось ловко, за что Павел обвинил Петра в лицемерии. То есть мы видим ошибку со стороны апостола. И, в общем-то, даже и толкователи святых отцов прямо признают, что Петр здесь допустил ошибку. Что касается личности Павла, мы видим здесь тоже вот эту картину и падений, и восстаний. Да, с одной стороны — да, это гонитель христиан. С другой стороны, потом — ревностный проповедник христианства. Но это такой проповедник, который при этом очень глубоко переживал не только свое прошлое, как он гнал Христа, но и мог сам себе признаться в своих немощах, и, как он пишет, «бедный я человек — что не хочу, то делаю, а чего хочу, то не делаю». И в этом смысле мы видим такую удивительную откровенность Павла о самом себе, о своей борьбе с грехом, о своем подвижничестве, о своей аскезе.

Л. Горская

— Я напоминаю нашим радиослушателям, что в эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». Здесь с Вами в студии Лиза Горская и протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения, что в Леоново, и преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии. Мы встречаемся в канун, можно сказать, уже в праздник святых первоверховных апостолов Петра и Павла, о которых мы говорим. А я вот, пользуясь случаем, что у нас в студии такой замечательный специалист, пытаюсь выяснить, как жили апостолы, что произошло, как они ходили… Вот мы выяснили, что, приходя в город, первым делом они направлялись в синагогу. Что происходило в городе в этот момент? Распространялась каким-то образом весть, что пришел апостол и будет проповедовать, или нет?

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, поскольку все-таки синагога была средоточием жизни не только иудейской общины конкретного города, но и так называемых прозелитов… Кто такие прозелиты? То есть это язычники, либо принявшие иудаизм, либо был другой разряд прозелитов, которые принимали, фактически, иудейскую веру как мировоззрение, как единобожие, но не принимали обрезание и вот еще не становились в полноценном смысле этого слова членами народа Божия. И, конечно же, через среду иудеев и такую медиальную среду христиан из… точнее, еще не христиан, а вот этих не определившихся язычников, и происходила, и распространялась весть потом о проповеди апостолов, в частности, апостола Павла.

Л. Горская

— И это каждый раз в каждом город происходило по-разному. Могли где-то препятствовать, где-то могли приветствовать?

Протоиерей А. Рахновский

— Да, интересно, что, по большей части, проповедь апостола Павла большей частью иудейской среды воспринималась негативно. И… Чаще всего, один из ярких примеров — это, например, город Антиохия Писидийская, которая находится как бы в центре Малоазийского полуострова. То есть там прямо говорится о том, что, в общем-то, именно язычники, пришедшие в синагогу, именно они с радостью слушали Павла в то время, как большая часть иудеев отвергла его проповеди. И там есть такие удивительные слова — если вдуматься, то это какой-то просто парадокс, что иудеи, подстрекнув набожных и почетных женщин, изгнали апостолов из города. Возникает вопрос, а что это за «набожные» такие женщины, с помощью которых можно как бы, их «накрутив», выражаясь таким языком, выгнать апостолов из города? (Смеется.)

Л. Горская

— Интересно!

Протоиерей А. Рахновский

— То есть, очевидно, ревность и благочестие без рассудительности и без, в общем-то, опыта, не всегда помогают человеку в духовной жизни.

Л. Горская

— Ну, да-да-да.

Протоиерей А. Рахновский

— Есть, конечно, такие интересные, может быть, бытовые подробности жизни апостолов. Их очень непмного, но можно о них упомянуть.

Л. Горская

— Вот интересно.

Протоиерей А. Рахновский

— Например, апостол Павел в одном Послании просит, чтобы ему с оказией передали его верхнюю одежду, его фелонь. Ну, интересная такая деталь. Чтобы не забыли взять для него его книги, «особенно кожаные». Ну, понятно, что кожаные — дороже, чем папирусные. Такие бытовые заметки, да. Ну, потом, например, ну вот элемент такого дружеского общения, дружеского совета. Вы знаете, что когда друзья общаются, разные советы дают друг другу. Ну, вот, в том числе, мы любим давать советы друг другу, как надо лечиться, да? Ну, одна из излюбленных тем разговора. (Смеется.) Вот апостол Павел дает Тимофею такой совет, что «в воду добавляй немного вина по причине твоего больного желудка». Ну, есть вот, их совсем немного, но вот такие интересные зарисовки, которые как-то приоткрывают для нас бытовую жизнь апостолов, их общение друг с другом, вот их переживания не только о Небесном, но и о каких-то земных вещах.

Л. Горская

— А насколько далеко они были друг от друга в плане географическом?

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, если брать, в общем-то, ареал проповедей апостолов Петра и Павла, можно так вот с точностью утверждать на материале Священного Писания, что это Палестина, севернее — Сирия, затем, на северо-запад — это Малоазийский полуостров, и, фактически, ну, наверное, большинство провинций Малоазийского полуострова были охвачены апостольской проповедью. То есть это и юго-восток — например, Киликия, дальше центр — Галатия, провинция Азия, это город Эфес, чуть на север — это город Троада. Европейская часть — это то, что тогда называлось Македонией, с городом Филиппы. Это районы Фессалоник. Это южнее — весь, фактически, Балканский… Ну, не весь Балканский полуостров, но его, наверное, восточная половина Балканского полуострова, дальше, там, южнее, Пелопоннес… Ну, как — наверное, все-таки апостол Павел остался на границе между Балканами и Пелопоннесом, это город Коринф. И, конечно, итог проповеди Павла — это Рим. Есть еще упоминания в самих апостольских посланиях о том, что Павел намеревается быть в Испании. Был он там или нет, не знаю, не могу на это ответить, потому что никаких дополнительных сведений здесь нет.

Л. Горская

— Испанцы, наверное, считают. что да.

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, конечно. Так же, как мы считаем, что апостол Андрей непременно был у нас.

Л. Горская

— Конечно. А что, не был?

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, в общем-то, опять-таки, исторических источников того времени об этом, аутентичных греческих, нету. Свидетельств о том, что апостол… То есть известно, что он проповедовал в Скифии. Мы сейчас уходим от темы… Это отдельная серьезная тема.

Л. Горская

— Ну, ничего-ничего. Интересно.

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, и на основании упоминания о Скифии уже дальше идут различного рода…

Л. Горская

— Скифия — понятие растяжимое.

Протоиерей А. Рахновский

— Да, растяжимое. Ну, в общем, это все, что вот… То, что… Те земли, которые неизвестны очень хорошо грекам.

Л. Горская

— «Там, за холмом». (Смеется.)

Протоиерей А. Рахновский

— «Где-то там», да.

Л. Горская

— Очень обширно географически проповедь распространялась. Вот Вы сейчас описали. Как коммуникации осуществлялись — с гонцами, со слухами? Как? Вот это…

Протоиерей А. Рахновский

— Угу, угу. Если говорить о перемещениях апостола Павла, я в процентном соотношении не пытался считать, но, большей частью, это морские путешествия. Учитывая то, что апостол Павел бывал в кораблекрушениях, то есть вот совсем когда вот все уже, то есть когда он оказался в открытом море…

Л. Горская

— Когда пора по воде уже идти.

Протоиерей А. Рахновский

— Да, да, четыре раза. Это из того, что нам известно из «Второго послания коринфянам» и из «Книги деяний». Четыре раза вот в Средиземноморье он оказывался на открытой воде и каким-то образом выбирался на берег. Потому что известно, он сам об этом напоминает, что он — сейчас боюсь ошибиться, — но он, фактически, почти более суток провел в открытом море. Вы представляете, что это такое? Держась за какую-то деревяшку…

Л. Горская

— Невозможно себе представить, что это такое.

Протоиерей А. Рахновский

— Да. Огромное количество воды соленой, хочется пить, а пить ее нельзя. Сверху палит солнце… Ну, я думаю, что и час-то тяжело пробыть в таком состоянии, риск переохлаждения и так далее… Ну, путешественник опытный лучше об этом расскажет, чем я.

Л. Горская

— А вот Вы мне скажите, как священник профану, такой сейчас вообще вопрос: как Господь попускает утонуть кораблю, на котором идет апостол, плывет апостол Павел?

Протоиерей А. Рахновский

— А вот в том-то и дело. Здесь проблема в том, что мы иногда очень, ну, скажем так, примитивно представляем себе, что такое промысел Божий. И вот как раз жизнь апостола нам показывает, что Господь, вне всякого сомнения, сопровождая апостола, иногда явно ему помогал, а иногда просто попускал событиям развиваться до их как бы… ну, в их естественном раскрытии, да? И не без пользы. Потому что сам апостол Павел во «Втором Послании коринфянам» говорит, что «у нас была такая скорбь в Азии, что мы и не надеялись остаться в живых», и что «мы (я сейчас немножечко по-другому синодальный перевод пересказываю) уже сами себя приговорили к смерти, то есть мы уже решили, что нам не выжить, но надеялись на Бога, Который и мертвых воскрешает». И все-таки они… Что это были за обстоятельства, мы не знаем. Апостол Павел упоминает, в том числе, как он и попадался разбойникам, как его грабили, как его и подвергали суду, как его били. В общем, множество, скажем так, он скорбей претерпел. Но, наверное, среди вот этих скорбей и более остро и явственно чувствуется помощь Божия. И у нас есть такое представление, что апостолы — такие святые люди, и вот с ними Господь чуть ли не как вот по расписанию разговаривает. Иногда читаешь какие-то повествования о якобы современных старцах, которым Господь чуть ли не каждый день является по первому желанию…

Л. Горская

— Отец Андрей показал такие кавычки руками.

Протоиерей А. Рахновский

— Но у апостолов так не было. Да, да, у апостолов такого не было. И вот есть очень интересный эпизод, когда апостол Павел очень волновался, куда пропал Тит, один из его ближайших учеников. И апостол Павел предпринимает путешествие из Эфеса на много километров на Север, в Троаду, там ищет, не находит, переправляется в Европу, и вот там он наконец находит одного из своих любимых и ближайших учеников. А вот, спрашивается, а почему Господь не открыл апостолу Павлу местонахождения Тита? А как вот мы узнали, что этот человек способен преодолеть сотни километров, только чтобы узнать, что случилось с его другом?

Л. Горская

— Ну да, кстати.

Протоиерей А. Рахновский

— И пешком, и по горам, и по дорогам, и морским путем, и так далее, и тому подобное.

Л. Горская

— Я напоминаю нашим радиослушателям, что в эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». Здесь, в студии протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леоново, преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии. Лиза Горская. Оставайтесь с нами, мы вернемся в студию через минуту.

В эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». Здесь, с Вами в студии Лиза Горская и протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леоново, преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии. Мы встречаемся в канну, ну, можно сказать, уже в праздник святых первоверховных апостолов Петра и Павла. Была уже, в большинстве храмов закончилась Всенощная, завтра состоится праздничная литургия. Закончился Петров пост. Как-то нехорошо радоваться концу Поста. Пост — дело хорошее, но он закончился. Мы говорим о жизни святых первоверховных апостолов. Вот мы остановились на том, каким образом происходили коммуникации между ними, как они перемещались, вот скитались, ходили из города в город, тонули, испытывали разного рода скорби, говорили о том, как апостол Павел искал своего ученика Тита.

Протоиерей А. Рахновский

— Да, да. Ну, и нужно учитывать то, что нельзя было, например, прийти в порт и по расписанию сесть на…

Л. Горская

— «Пожалуйста, билет на ближайший»… (Смеется.)

Протоиерей А. Рахновский

— …да, на триеру и куда-то уплыть. Надо понимать, что, насколько мы знаем, опять-таки, из исторических источников, что, я не знаю, как сейчас, но в древности навигация на Средиземном море начиналась, по-моему, где-то с середины весны, во второй половине весны, и заканчивалась в октябре приблизительно. То есть это все-таки не так много месяцев, когда можно было передвигаться удобным морским путем. Чаще всего, это пешие путешествия. И все это создавало, конечно, определенные сложности.

Л. Горская

— Как это происходило? Вот то же «Послание к галатам» при каких обстоятельствах возникло? Вот до Павла дошел слух, что Петр там что-то не то, не так? Или как?

Протоиерей А. Рахновский

— Нет, не совсем так. Тут отдельный вопрос, кто такие… кому адресовано «Послание к галатам», потому что, в данном случае, галаты — это этноним, название народа, или это название провинции малоазийской? Это географически немного разные места, одно на севере, другое на юге. Но в данном случае это не важно. Но до Павла именно дошел слух, что галатов кто-то убедил, как он пишет: «Кто Вас прельстил?». (Смеется.) Вот да, есть даже перевод такой: «Галаты, кто Вас сглазил?». Но там просто такое слово употреблено очень многозначное. То есть… Даже несколько: «Кто Вас сбил с толку?», то есть именно «кто Вас как бы задурил?» — да, таким образом…

Л. Горская

— Угу, «заморочил». (Смеется.)

Протоиерей А. Рахновский

— …да, «заморочил Вам голову, что Вы опять возвращаетесь как бы к необходимости соблюдения Моисеева Закона?». Конечно, соблюдение Моисеева Закона было понятно для христиан, которые раньше исповедовали иудаизм. Ну, все-таки нельзя сказать, что это было что-то плохое в их жизни, поэтому они, как бы в силу инерции некоей, продолжали его соблюдать. Но навязывать его соблюдение как бы христианам из язычников не было никакого смысла, тем более, что апостольский собор ясно дал понять, что Ветхозаветный закон, Закон Моисеев — его исполнение не нужно для Спасения. А иудействующие — они, в данном случае, ставили вопрос именно так: что если Вы не обрежетесь, не примете обрезание, то Вы не можете спастись. И вот здесь вот дальше шла очень такая важная как бы логическая цепочка: что Христос умер, воскрес для нашего Спасения. И в Крещении, соответственно, когда мы погружаемся и выходим из воды, мы как бы символически погребаемся, то есть умираем и воскресаем со Христом. То есть в этом смысле Крещение — оно связано таинственно вот с этими искупительными действиями Христа. Значит, следовательно, если нельзя спастись без обрезания. то и Крещение бесполезно, ну, и логическое следствие какое дальше? Что и Подвиг Христа не имеет силы без обрезания, что вообще ставило под вопрос в целом все Евангелие, весь Подвиг Христа, и, в общем-то, в таком случае христианство — это был такой, ну, немножко отформатированный, отреформированный иудаизм, в лучшем случае. И вот у галатов возник такой как бы соблазн. Кто-то все-таки сумел им доказать, что, «Вы знаете, ну как же — все-таки нельзя, это же Ветхий Завет, там тоже Господь, вроде, говорил, и как Вы теперь это оставите?». И вот они этим смутились. И Павел пишет им Послание. Его надо, конечно, читать целиком. Он там выстраивает такую историческую аргументацию. Она очень простая, на самом деле. Он говорит, что Авраам — он поверил Богу, пошел за Богом, эта вера вменилась ему в праведность, он был назван отцом всех верующих, и ему было дано обетование, что «в семени, то есть в потомке твоем, то есть в Иисусе Христе, получат благословение все племена земные, то есть все люди». И вот это обещание, что все получат благословение через потомка Авраама, то есть через Иисуса Христа, оно было дано до обрезания и до закона. Поэтому Павел и говорит, что «смотрите сами, что важнее». Вот. (Смеется.) Ну, это я сейчас, опять-таки, очень так пунктиром обозначаю линию его рассуждений. И поэтому он и говорит, что даже завещание, которое люди пишут, никто не отменяет, а завещание Божие разве можно отменить? Поэтому и спасаемся верой в Иисуса Христа, то есть в Того Самого обещанного потомка Авраама, а не исполнением Закона Моисеева, который послужил в свое время, как апостол Павел говорил, «был педагогом ко Христу», дословно там — «детоводителем», то есть кто вел ко Христу, все, но его время прошло. Поэтому, «неразумные, за что Вы пытаетесь сейчас цепляться, зачем возвращаться к старому, когда есть новое?». (Смеется.)

Л. Горская

— Возвращаясь к человечески-бытовой стороне вопроса, как они ходили, апостолы? По одиночке, в окружении учеников? У них были помощники?

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, можно установить из апостольских посланий и из «Книги деяний», что апостол Павел путешествовал часто не один. У него было несколько спутников. Это Тимофей, Тит, Силуан, из самых известных — Лука, тот, которого мы, в общем-то, считаем, автором «Книги деяний» и третьего Евангелия. Где-то, возможно, Павел и пребывал в одиночестве. Но материал Нового Завета позволяет нам говорить о том, что апостол Павел путешествовал не один. Есть вот небольшой промежуток — это путешествия апостола Павла из города Пирея в Афины. Вот известно, что он путешествовал один и в Афинах уже ждал своих спутников. Но, в общем-то, было безопасней, понятно, путешествовать не одному. Вот. Так вот.

Л. Горская

— Такой детский вопрос: если они первоверховные, то почему они не написали Евангелия?

Протоиерей А. Рахновский

— А потому что канон Нового Завета, то есть священные книги Нового Завета, они, как Вам объяснить… складывались не по идеологическим соображениям («вот есть у нас апостол Петр — ну, должно быть Евангелие его, а как же!»).

Л. Горская

— «Пускай пишет». (Смеется.)

Протоиерей А. Рахновский

— Да, вот есть у нас Павел — должно быть Евангелие! А почему нет Евангелия Андрея, там, еще кого-нибудь, да? А канон Нового Завета складывался от жизни Церкви. Вот написал Лука — он даже не был ни евреем, он был греком, он не знал Христа при жизни, но он, подробно исследовав вопрос, как он сам об этом говорит, да, получив все необходимые сведения, а иногда и документы, которые он просто «под копирку» цитирует в своих описаниях, вот он излагает Евангелие Христа и «Книгу деяний». И Церковь принимает его текст, его описание как то, что полностью отвечает правде и жизни Христа, и апостольской традиции. И этот текст принимается всей Церковью. Поэтому, опять-таки, Церковь шла от реальной жизни, а не от неких схем, которые, в общем-то, скорее всего, мы должны были ожидать. Поэтому — да, вот есть Евангелие от Матфея, бывшего мытаря, да, но есть и Евангелие от Иоанна, конечно, но другие апостолы… Нет их Евангелий, потому что они их не писали. Вот и все. И, кстати, «Послания апостола Павла», их 14, супротив двух «Посланий апостола Петра». То есть мы видим здесь просто естественно сложившуюся традицию. Вот эти тексты остались, эти тексты Церковь опознала как свое предание, как Слово Божие, и включила в Канон. То есть не действуя из заранее придуманных каких-то установок.

Л. Горская

— Регламентов.

Протоиерей А. Рахновский

— Угу.

Л. Горская

— А мы можем говорить о цивилизационном значении именно апостольских посланий, про которые мы сейчас вспоминали?

Протоиерей А. Рахновский

— Что Вы имеете в виду под цивилизационным значением?

Протоиерей А. Рахновский

— Ну вот что я имею в виду… Они же влияли даже на политику, мне кажется. Я не такой уж и историк того периода, но они же имели колоссальное значение и для культуры.

Протоиерей А. Рахновский

— Это абсолютно правильный вопрос. Я скажу так, что их влияние, если говорить о влиянии на цивилизацию, оно перспективно. То есть да, Слово Божие, которое они нам оставили, оно повлияло, оно постепенно меняло мир. Да, это был очень сложный процесс, когда язычники, ставшие христианами, язычники древних времен или более поздних, как мы, например, русские, как человеческая цивилизация постепенно изживала из себя языческое начало, и, конечно, не без влияния писаний апостолов. Ну, мы прекрасно знаем, что гладиаторские бои были отменены, да, хотя, наверное, по-моему, это был уже, если мне не изменяет память, даже V век. Но, тем не менее, они были отменены именно под влиянием христианского мировоззрения. И да… Но нельзя сказать, что именно в то время им удалось сильно повлиять на какую-то политическую обстановку. Это не так. Были какие-то частные случаи влияния, когда ко Христу обращались какие-то римские чиновники — так, как, например, один из… проконсул, который правил Кипром. Может быть. ряд других. Апостол Павел приветствует некоторых крестьян, как он их называет, «из кесарева дома». То есть имеются в виду люди — как бы не простой народ, в данном случае. То есть какие-то обращенные из знати. Но нельзя пока говорить о таком мощном влиянии, когда бы какие-то решения государственные принимались так вот. Все-таки Римская империя, Римская администрация — она свысока смотрела на христиан. К иудеям было уважение, поскольку это древнейшая религия, а христианство — кто такие? Их сначала даже, в общем-то, римляне не отличали от иудейской веры. Они считали, что это просто какое-то течение внутри иудаизма, только потихонечку, в связи с определенными историческими событиями, да, сама Римская империя стала отличать христианскую веру от иудейской. Но это произошло далеко не сразу.

Л. Горская

— Но все же их знали? Знали, что вот есть Петр, Павел есть, вот они путешествуют, проповедуют? Они известные персонажи были для своего времени?

Протоиерей А. Рахновский

— А каковы исторические источники? Их нет. То есть если мы, там, и имеем якобы переписку Сенеки с апостолом, извините, боюсь сейчас ошибиться… да, с апостолом Павлом, кажется, да? Но это, конечно, материалы, вне всякого сомнения, исторически недостоверные. Но и о жизни Христианской церкви каких-то источников именно I века — их, фактически, нет. Это Новый завет, это Иосиф Флавий, но Иосиф Флавий писал свои труды — это были 80 — 90-е годы I века.

Л. Горская

— Да, тот еще «достоверный» источник. В кавычках.

Протоиерей А. Рахновский

— Да. То есть, ну, в общем-то, есть то, что есть, и как бы нельзя принижать его значение, но, тем не менее, как таковых, источников у нас мало. И если говорить о каком-то будущем, о каких-то новых открытиях, то они, скорее всего, уже в области, может быть, не текстов, а, наверное, в области археологии, да, вот, наверное, так. Но это уже не моя область, тут уже Вам надо специалиста звать.

Л. Горская

— А Вы, кстати… А я вот как раз хотела сказать: может быть, Вы сможете все равно нам рассказать пару слов относительно археологической части вопроса? Сейчас же продолжаются исследования.

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, одно из таких — для кого-то, может быть, покажется, мелких — открытий: была найдена, условно говоря, монета, на которой были надписи, которые повлияли на датировку путешествия апостола Павла, например.

Л. Горская

— Каким образом?

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, они немножко сместили датировку… То есть мы считали, что апостол Павел прибывает в Рим где-то в 60-м году, а все-таки этот памятник — он позволяет датировать… ну, сдвигать на три-четыре года как бы назад и немножечко делает более ранней дату смены правителя в Иудее — Порция Феста и Феликса. И, соответственно, от этого зависит и хронология событий жизни апостола Павла. Вот за какими-то такими… Но это я, в данном случае, здесь делюсь своими впечатлениями как дилетант в этой области. Это то, что мне известно. Ну вот какие-то такие находки — они, может быть, будут позволять делать наши сведения о той эпохе более точными.

Л. Горская

— Три-четыре года для столь от стоящих от нас во времени событий — это, вообще, достаточно точная датировка.

Протоиерей А. Рахновский

— Ну есть в Новом Завете все-таки точные даты, их немного совсем, Действительно, которые мы можем верифицировать по другим историческим источникам. То есть, например, это смерть Ирода Агриппы, того самого. который казнил апостола Иакова Зеведеева. И, соответственно, мученический год кончины апостола Иакова — это 44-й год нашей эры. Ну, это одна из самых таких вот точных дат Нового Завета.

Л. Горская

— А какие еще по этому событию источники дополнительные, перекрестные?

Протоиерей А. Рахновский

— Перекрестные — ну, уже набивший оскомину Корнелий Тацит, Гай Светоний Транквилл, Иосиф Флавий, отчасти Дион Кассий. И вот археология — она, прежде всего, конечно, помогает. Здесь вот упоминаемый в «Книге деяний» проконсул Ахайи Галлион, да? Опять-таки, мы о нем узнаем именно из археологических открытий — соответствующие надписи, которые свидетельствуют о времени его правления. Вот так.

Л. Горская

— Вот интересно: люди ходили, голодали, общались, монеты какие-то в руках держались, а мы вот празднуем их праздник. Для нас во многом уже это достаточно абстрактные фигуры. Да что уж там говорить, абстрактные! Давайте вернемся к традиции этого праздника святых первоверховных апостолов Петра и Павла. Мы в начале программы говорили — он первый раз упоминается как совместный праздник двух апостолов…

Протоиерей А. Рахновский

— Где-то IV-V века фиксируют мартирологи, то есть списки мучеников и календари, именно эту дату.

Л. Горская

— А возможно, он возник и раньше?

Протоиерей А. Рахновский

— Мы не знаем.

Л. Горская

— Блаженный Августин говорил о том, что они приняли мученическую кончину в один день?

Протоиерей А. Рахновский

— Один из свидетелей, да. Ну, в один день — в смысле, скорее всего, в одно и то же число, имеется в виду, да.

Л. Горская

— В разные года?

Протоиерей А. Рахновский

— Да. Раз нас не так могут понять, что как будто бы один день — в смысле, вот одновременно.

Л. Горская

— Нет-нет.

Протоиерей А. Рахновский

— Но год кончины — есть определенный, конечно, вопрос. Потому что все иногда связывают их мученическую кончину с правлением императора Нерона. Но Нерон умирает в 68-м году. Те самые знаменитые гонения Нерона на христиан — это 64-й год. Но для смерти апостола Павла это слишком, это еще очень рано. То есть, может быть, это конец правления Нерона, может быть, позже. Но если, опять-таки, возвращаться к археологии, все-таки известный собор Апостола Павла в Риме и Собор Апостола Петра, или, как он раньше назывался, Базилика Константина, они основаны, скорее всего, на месте погребения этих апостолов. И есть, в общем-то, интересные исследования и собора Святого Апостола Павла, и там действительно были найдены о станки того времени, и исследования под собором Апостола Петра… Поэтому, скорее всего, мы имеем вполне четко определяемые их могилы.

Л. Горская

— А когда Церковь решила установить Пост перед днем памяти этих апостолов? Петров Пост?

Протоиерей А. Рахновский

— Да, об апостольском… Апостольский пост — кстати, интересно, что, фактически, упоминания о нем возникают в памятниках примерно тех же веков, что и упоминания об этом празднике. Связано как-то было это, не связано, сейчас не могу сказать. Вполне возможно, что достоверная версия, что этот пост был как бы постом компенсационным, то есть для тех, кто не постился в Великий Пост по тем или иным причинам. Но я вот всем как бы советую, кто интересуется подробно историей, обратиться к нашей «Православной энциклопедии». Там замечательные статьи, в том числе касающиеся и Апостольского поста. Там приводятся очень разные, как бы очень точные ссылки на конкретные свидетельства, и для себя можно составить более определенную картину.

Л. Горская

— Ну, в любом случае, Пост закончился, завтра у нас будет праздничная литургия, богослужение, будем, да уже празднуем память святых первоверховных апостолов Петра и Павла.

Протоиерей А. Рахновский

— Да. Но вот мне бы очень хотелось нашим слушателям пожелать, чтобы мы не только прикладывались к иконе апостолов Петра и Павла, но все-таки попытались прочитать то, что они нам оставили.

Л. Горская

— Напоминаю нашим радиослушателям, что в эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер», и у нас в гостях протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леоново, преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии. А что, кстати, в Академии, в первую очередь? Там же, наверное, прямо наизусть студенты знают и всю аналитику проводят всех Посланий, всех произведений, которые оставили нам апостолы? Или нет? И на чем акцент?

Протоиерей А. Рахновский

— Да не обидятся на меня студенты, но, к сожалению, прилежание их оставляет желать лучшего. И в связи с этим был такой курьезный случай — я его вспоминаю, теперь каждый год его рассказываю, очень часто в начале учебного года, когда наши ребята, семинаристы поехали на такой богословский диспут — тире — общение с евангельскими христианами-баптистами. Две группы молодых людей, и они приехали. И я спрашиваю их: «Ну вот как прошли у Вас эти собеседования, как прошел диспут, как прошло общение?». И тогда они мне сказали, что, «Вы знаете, мы поняли, как важно знать Священное Писание». Я говорю: «Слава Богу! То, что я Вам не могу объяснить и доказать целый год, Вам евангельские христиане-баптисты объяснили за два часа!». (Смеется.)

Л. Горская

— Ну вот интересно, да, именно знание текста у некоторых протестантских деноминаций?..

Протоиерей А. Рахновский

— Да, можно так назвать.

Л. Горская

— …деноминаций, да, оно гораздо лучше, а у нас зачастую хромает, даже у самых прилежных людей. Я сейчас не священниках говорю, естественно. Не о священнослужителях.

Протоиерей А. Рахновский

— Да, это парадокс. Почему, можно сказать и священниках. (Смеется.) Это парадокс, потому что как раз-то христианская традиция… Более того, мы постоянно, как уже заученные такие фразы, говорим: «Мы верны святым отцам, мы слышим святых отцов», и т.д., и т.п.

Л. Горская

— Ортодоксы!

Протоиерей А. Рахновский

— Да, да. Но если внимательно присмотреться, то мы как раз их не слушаем. Потому что есть такой, в общем-то, общий момент христианской специфической практики святых отцов, он назывался «поучения в словесах» — в словесах Писания. Это когда монах, например, брал, утром он читал Священное Писание… Например, утром читал небольшой отрывок — это мог быть один… ну, то, что мы сейчас называем одним стихом Писания, и весь день поучался в этом стихе. То есть он весь день ходил и размышлял над прочитанным, пытался извлечь для себя урок. И, например, в некоторые древние монастыри не принимали без знания наизусть Псалтири, например, или одного из четырех Евангелий. И, таким образом, усваивая Священное Писание и размышляя над ним ежедневно, святые отцы, да ну и просто даже подвижники, монахи, обычные монахи очень хорошо знали Священное Писание. Вот в пример можно привести преподобного Серафима Саровского. Вот все мы помним — во всех житиях святого есть и его свидетельство о самом себе, что он за неделю прочитывал весь Новый Завет. Первые четыре дня — четыре Евангелия, а в оставшиеся дни — остальную часть Нового Завета. Ежедневно. Он сам говорил о том, что он, христианин, должен как бы плавать в словах Священного Писания. Это не просто ведь информация — это Слово Божие, через чтение которого мы освящаемся, которое очищает наш ум, очищает нашу совесть, которое формирует какое-то направленное христианское мироощущение. Чтение Священного Писания, соединенное с молитвой, обостряет духовное восприятие, восприятие добра и зла, помогает различать добро и зло нам лучше. И как бы многие неудачи в нашей духовной жизни — они именно из-за этого. Поэтому очень хочется, чтобы не на словах вот верность отцам декларировали, а все-таки делали то, что они нам говорят. Поэтому Евангелие — оно родилось в Церкви, в Христианской, Православной церкви. Евангелие принадлежит ей. И кому, как не нам, знать Священное Писание. Поэтому это парадокс, прискорбный парадокс, что люди, не находящиеся в Православной церкви, настолько прилежно изучают Священное Писание и знают его очень близко к тексту, многие, скажу там, большие объемы наизусть. Я один раз ехал с таксистом, который наизусть знает «Послание к галатам» и к римлянам. Наизусть!

Л. Горская

— Ого!

Протоиерей А. Рахновский

— Да. Понятно, что он был не православный, но тем не менее. Кто-то скажет: «Зато у нас истинная вера». Ну, прямо как у Лескова: «А наши книги толще», да? (Смеется.) Ну, может быть, это и хорошо, но давайте не ориентироваться на кого-то. Нельзя делать что-то против других. Надо что-то делать просто потому, что так Господь велел. А вот нельзя так говорить, что «протестанты знают Священное Писание, а мы вот, православные, вот не будем знать»…

Л. Горская

— «Нам не обязательно, мы не так».

Протоиерей А. Рахновский

— «…и поэтому будем православными», да.

Л. Горская

— Какую же внутреннюю дисциплину нужно иметь, чтобы каждый день читать кусок из Нового Завета и?..

Протоиерей А. Рахновский

— Скажите, а сколько нужно времени, чтобы прочитать один или два стиха из Евангелия? Десять секунд. Поэтому мы едем, там, в метро — да, можно читать. Едем в автобусе. Даже едем в автомобиле — можно ведь слушать Евангелие.

Л. Горская

— А потом еще весь день думать.

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, лучше за рулем, конечно, послушать, а вот размышлять — когда не ведешь автомобиль. Но хоть иногда мыслями возвращаться к прочитанному. Почему бы и нет? Мы всякую ерунду в голову пускаем на протяжении дня, поддаемся беспочвенным то страхам, то волнениям, то мыслям о том, что мы не всегда можем и изменить… Но вот Священного Писания в нашей голове нет.

Л. Горская

— Я вот утром, когда еду на работу, всегда слушаю совершенно потрясающую программу «Евангелие дня» на радио «Вера» на нашем. А вот с размышлениями, конечно, у меня не очень хорошо дело обстоит.

Протоиерей А. Рахновский

— Ну, это правило любого чтения. Прочитал — и поразмыслил над тем, что прочитал. Это касается и учебников, это касается книг, и это касается… Понятно, что жевательная резинка в виде некоторой такой литературы — тире — макулатуры — да, сюда это не подходит. Но Священное Писание — прочитал и поразмышлял, подумал, запомнил.

Л. Горская

— Вот интересно, неврологи говорят, что вот, с медицинской точки зрения, лучший способ обеспечить себе старость в ясном рассудке — это каждый день вечером вспоминать, что ты сделал за день. Прямо вот просто вспоминать, как ты, с какими мыслями встал, что сделал, как ты прожил этот день. Анализировать, осознавать. И думать о том, что ты планируешь сделать завтра. Но главное — каждый вечер вспоминать, что ты сделал за день. Речь идет просто как бы о рассудке, о способности мыслить, с неврологической точки зрения. Но почему-то когда Вы стали говорить о необходимости каждый день читать Новый Завет и анализировать свою жизнь с точки зрения проекции прочитанного, я почему-то вот именно этот совет невролога вспомнила. Вот, может быть, Вы мне объясните, почему?

Протоиерей А. Рахновский

— Знаете, эти поучения, которые приписывают преподобному Антонию Великому, который говорил, что «возьмите пример с верблюдов — вот как он жует, жует-жует постоянно, пока все его естество не усвоит пищу, и поэтому он долго может ходить по пустыне, вот так и мы должны «пережевывать Священное Писание в себе, чтобы у нас были и дух, и силы для нашей духовной жизни».

Л. Горская

— И удивительно, что получается, что дисциплина, какая-то регулярность имеет чуть ли не первостепенное значение.

Протоиерей А. Рахновский

— Ну да. Ну вот я говорю, что вот здесь, в общем-то, даже можно не звать таким громким словом, как «дисциплина» — оно кого-то, может быть, испугает… Но иметь карманного формата Евангелие и утром прочитать два стиха… Да, действительно, традиция, которая идет от Оптинских старцев, там, в их письмах — да, «читай главу из Евангелия и две главы из «Апостола», это тоже хорошо. Но иногда, когда у людей не получается прочитать целую главу, они вообще ничего не читают. Но если им разумно вернуться к практике уже существовавшей, к практике древних отцов. И — ну, читайте по одному стиху. Это три-четыре секунды — прочитать, а потом в течение дня повспоминать, подумать.

Л. Горская

— И обязательно слушайте программу «Евангелие дня» на радио «Вера». Я поздравляю еще раз наших радиослушателей с праздником, с Днем памяти святых первоверховных апостолов Петра и Павла. Завтра состоится праздничная литургия. Петров пост подошел к концу. И сегодня у нас в гостях — протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леоново, преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии. Программу для Вас провела Лиза Горская, всего доброго!

Протоиерей А. Рахновский

— До свидания!

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (10 оценок, в среднем: 5,00 из 5)
Загрузка...