Светлый вечер с протоиереем Владимиром Новицким (эф. 09.04.15)

Светлый вечер - прот. Владимир Новицкий (эф. 09.04.2015) - Часть 1
Поделиться
Светлый вечер - прот. Владимир Новицкий (эф. 09.04.2015) - Часть 2
Поделиться

прот. Владимир Новицкий 2В Страстной четверг в гостях у программы “Светлый вечер” был настоятель Храма Святителя Николая у Соломенной Сторожки протоиерей Владимир Новицкий.
Разговор шел об установлении Спасителем таинства Евхаристии и значении Причастия для нашего спасения. А также отец Владимир рассказал о том, как при храме Святителя Николая у Соломенной Сторожки организовано сестричество и для чего вообще нужно заниматься социальным служением.

Ведущие: Владимир Емельянов, Лиза Горская

В. Емельянов

— Здравствуйте, в эфире «Светлый вечер». С вами Владимир Емельянов и Лиза Горская. Мы приветствуем нашего сегодняшнего гостя: протоиерей Владимир Новицкий — настоятель храма Святителя Николая у Соломенной сторожки. Здравствуйте!

Наше досье:

— Протоиерей Владимир Новицкий. Родился в 1963 году в городе Химки Московской области, окончил 1-й Московский медицинский институт и работал психиатром в больнице, параллельно учился в интернатуре. В конце 90-х возглавил отделение в Химкинской психиатрической больнице. В 2000-м стал священником. Окончил заочное отделение богословского факультета Свято-Тихоновского университета. Настоятель храма Святителя Николая у Соломенной сторожки.

В. Емельянов

— Красивое название «Соломенная сторожка»! Являясь москвичом, признаюсь честно, даже не знаю, где находится!

Прот. Владимир Новицкий

— Мы находимся в парке «Дубки», у метро «Тимирязевская». Храм находится в живописном месте, храм деревянный, по проекту Фёдора Шехтеля. Некогда был построен, ещё в 16 году, но потом, к сожалению, был разрушен и заново реконструирован.

В. Емельянов

— Не так давно?

Прот. Владимир Новицкий

— Да, в 90-х годах.

В. Емельянов

— Поскольку сегодня Великий Четверг — мы сегодня празднуем установление Евхаристии, — и вот совсем недавно вышел документ, который называется «Об участии верных в Евхаристии», давайте с вами поговорим на эту тему. Вы конечно же знакомы с этим документом. Как вы можете его прокомментировать?

Прот. Владимир Новицкий

— Во-первых, хочу сказать, что документ очень своевременный и очень актуальный. Собственно, он является плодом сложившегося духовного опыта, обобщением этого опыта и долгой-долгой скрупулёзной работой, которая проводилась ещё на уровне разных комиссий в рамках Межсоборного присутствия, а также даже в открытом интернет-пространстве. Есть такой сайт Межсоборного присутствия, где верующие могут высказываться, оставлять комментарии по поводу тех или иных положений. В частности, по поводу отношения к Евхаристии. Это действительно очень нужный документ, потому что практика складывается разная. И порой верующие одних храмов относятся с удивлением, когда бывают в других — почему один батюшка говорит одно, а другой благословляет другое, — и собственно, как к этому относиться. И в конце концов, по милости Божией, мы имеем такой доктринальный документ, который был принят окончательно на Архиерейском совещании. Это было 2-3 февраля этого года. И собственно говоря, каждый и архипастырь, конечно, и пастырь, и не только, но и каждый христианин должен ознакомиться с этим документом и быть в курсе его основных положений — для того, чтобы правильно отнестись к подготовке ко Святому Причащению.

Л. Горская

— Текст его есть в интернете, например на сайте «Православие.Ru».

Прот. Владимир Новицкий

— Да, можно прочитать, он доступен. Он не такой обширный, а сжатый, ёмкий и очень полезный.

Л. Горская

— А почему он такой своевременный, батюшка?

Прот. Владимир Новицкий

— Дело в том, что Церковь развивается, верующих становится много, зачастую это разные традиции. Есть ещё традиции зарубежных приходов, других Церквей, в частности, Греческих Церквей. Чтобы сориентироваться в этом духовном пространстве и обобщить именно тот опыт, который сложился в Русской Православной Церкви, христианин должен чем-то руководствоваться. Вот как раз этот документ позволяет найти правильное направление в духовной жизни, именно в плане подготовки ко Святому Причащению. Хочется сказать очень важные слова, которые каждый раз мы повторяем, и каждый раз хочется снова и снова повторять о том, насколько важна Евхаристия в жизни каждого христианина, насколько важно участвовать в Евхаристии. Ведь Евхаристия — это самое главное таинство, которое мы имеем в Церкви, это как бы центр всей церковной жизни. Это, собственно, Сам Христос, Который даёт нам Свою Кровь, Который даёт нам Своё Тело, с Которым мы можем соединиться, общаться, приблизиться к Нему настолько, насколько это только возможно. Мы можем настолько измениться, будучи в Нём, что наша человеческая природа становится, как говорят Святые Отцы, обоженой, то есть меняет своё качество. Мы действительно преображаемся, соединяясь с Богом. И по отношению к Евхаристии можно судить насколько человек любит Христа. Господь, когда устанавливал таинство Евхаристии, — установлено оно было в Великий Четверг — Господь сказал слова, которые невозможно трактовать двусмысленно — совершенно однозначно. Он взял хлеб в присутствии учеников, благословил, преломил и сказал: «Сие есть Тело Мое, которое за вас преломляется, в оставление грехов!» Также Он взял чашу с вином и благодарил, и сказал: «Сия есть Кровь Моя Нового Завета, которая за вас изливается, в оставление грехов!» Здесь совершенно очевидные и чёткие слова. И Господь добавил также: «Если не будете есть Тело Моё и не будете пить Крови Моей, то не будете иметь вечной жизни». «Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь во Мне пребывает, и Я пребываю в нём», — так сказал Христос. Это, конечно, очень высокие слова. И для человека очень трудно воспринять — как это так: как можно есть Тело Христа и пить Кровь Его? И тогда ученики, некоторые их них, удивились и сказали: «Какие странные слова! И кто может это слушать?» Но Господь сказал, что «есть между вами некоторые неверующие». Он сказал это тогда, обращаясь к своим ученикам, и говорит это, наверное, и сейчас тоже. Продолжает говорить, потому что эти слова, это таинство и то, что мы получили от Христа — Его Тело и Кровь — они очень трудны для веры, очень. Потому что, чтобы прийти к тому, что Евхаристия — это центральный момент нашей жизни, — чтобы воспринять это таинство, как самое главное событие в христианской жизни, в церковной жизни, требуется усилие, требуется подвиг веры. И мы знаем, что немало верующих людей, которые, казалось бы, воцерковлены, которые ходят в храм, но не радеют о Причащении. Не радеют именно потому, что не понимают до конца душою; именно потому, что не могут, может быть, пока ещё воспринять этот подвиг веры — должно им далее духовно расти и расти. И вот этот документ как раз лишний раз напоминает нам о цели, к которой нужно стремиться, напоминает нам о главном: собственно, как мы относимся к Таинству Тела и Крови Христа, так мы относимся и ко Христу. Воспринимая в себя Тело и Кровь Христовы, мы соединяемся с Богом, но соединяемся не только со Христом, соединяемся ещё и друг с другом во Христе. И вот отсюда возникает ответ на многие вопросы: как преодолеть разделение, как преодолеть несогласие, как научиться любить друг друга? Потому что все мы очень разные, мы очень отличаемся друг от друга. Все мы имеем свои немощи. И как нам всем быть вместе, как сложить церковную и духовную общину? Без Причастия это практически невозможно. Но в Причастии, именно в Таинстве Евхаристии, мы все соединяемся во Христе друг с другом во единое Тело, во единое Целое — во единое Тело Христово.

Л. Горская

— В этом документе что-то говорится о том, как часто христианин должен причащаться?

Прот. Владимир Новицкий

— В целом, конечно, говорится о том, что причащение должно быть чаще. Но многое зависит от состояния человека, многое зависит от его духовного расположения, от его опытности, от его желания, от его степени воцерковлённости. И здесь частота Причастия должна решаться духовником. Такой чёткой схемы нет.

Л. Горская

— А если духовника нет?

Прот. Владимир Новицкий

— Если духовника нет, то, я думаю, можно всегда обратиться к священнику. Может быть, обращаться не один раз, завязать какой-то контакт, чтобы священник начинал человека как-то узнавать, понимал его внутреннее состояние. И постепенно складывается духовное общение, когда священнику легче понять и легче благословить как часто причащаться, как готовиться к Причастию, какие правила читать перед причащением и так далее.

В. Емельянов

— Вот цитирую документ, который мы сейчас обсуждаем, следующие строки хочется привести: «В девятнадцатом, начале двадцатого века благочестивые люди стремились причащаться хотя бы во все четыре многодневных поста. Многие святые того времени, среди которых святитель Феофан Затворник, праведный Иоанн Кронштадтский и другие, призывали приступать к Святым Тайнам ещё чаще. По словам святителя Феофана «мера в месяц однажды или два раза — самая мерная», хотя «ничего нельзя сказать неодобрительного» и о более частом причащении.

Прот. Владимир Новицкий

— Вот, да. Тут всё сказано.

В. Емельянов

— В то же самое время святитель говорит: «Святых Тайн причащайтесь почаще, как духовный отец разрешит, только старайтесь всегда с должным приготовлением».

Прот. Владимир Новицкий

— Да-да. Вот как раз то, о чём мы говорили сейчас. То есть вопрос не в механической частоте даже, а вопрос в расположении сердца человека. Если человек имеет мирное сердце, мирный дух, если сердце его горит желанием быть со Христом, если сердце его привыкло к тому, чтобы очищать свою совесть, чтобы следить за мыслями, за чувствами, за желаниями, которые возникают внутри, вот тогда такой человек может причащаться достаточно часто.

Л. Горская

— Я вот обратила своё внимание на то, что в подготовке к Причастию мера поста может быть тоже индивидуальна, с духовником определяется. И практически всё имеет какие-то нюансы и вариации, может определяться духовником. Но совершенно однозначно написано, что недопустимо причащаться в состоянии озлобленности, гнева, наличии тяжёлых неисповеданных грехов.

Прот. Владимир Новицкий

— Да, это верно. Это очень правильно.

Л. Горская

— И непрощённых обид.

Прот. Владимир Новицкий

— Конечно, да.

Л. Горская

— Давайте сейчас послушаем тропарь Великого Четверга и продолжим.

— Звучит тропарь Великого Четверга.

 

В. Емельянов

— В эфире программа «Светлый вечер». В студии Владимир Емельянов и Лиза Горская, у нас в гостях протоиерей Владимир Новицкий — настоятель храма Святителя Николая у Соломенной сторожки.

Л. Горская

— Отец Владимир, вот вы сказали, что Христос на Тайной Вечери, устанавливая, собственно, Таинство Евхаристии, о котором мы сегодня говорим в Великий Четверг, Он сказал, что среди учеников есть некто неверный — Иуду он имел в виду. Я бы хотела в контексте этого, если можно, поговорить о прощении. Христос простил Иуду или нет?

Прот. Владимир Новицкий

— Я думаю, что это такой вопрос очень отвлечённый. Насчёт Иуды тут ситуация понятная, что человек, раскаявшись, не покаялся. И вот чем отличаются грешники от святых людей — ведь все грешат на земле, и святые люди тоже совершают грехи, тоже немощи имеют. Но разница в чём? — что святые люди бегут к Богу, когда согрешают, каются благочестивые люди; а люди, далёкие от благочестия, они бегут от Бога, даже раскаявшись в чём-то, сожалея о том, что они допустили, что они сделали. Я думаю, что так. И конечно, если мы прибегаем к Богу, то Господь нас прощает — это в плане прощения как раз то, что мы хотим сказать. И возникает множество проблем с обидами. Собственно говоря, как можно простить, когда душа болит, когда есть какие-то серьёзные вещи, которые нас мучают и хотелось бы примириться, примириться с совестью и сделать так, чтобы обида изгладилась? Вот вспомни как раз этот момент: есть просто раскаяние, а есть покаяние. Когда мы переживаем за обиду, раскаиваемся в обиде и пытаемся по-человечески как-то сопротивляться или наоборот, даже ещё хуже — оправдывать себя в чём-то, пытаться как-то так…

Л. Горская

— А как его простить, если он не прав?

Прот. Владимир Новицкий

— Ничего не получается обычно. Но, если мы обижаемся и боремся с обидой, и обращаемся к Богу, каемся о своих грехах, конечно же, сокрушаем своё сердце — потому что всегда есть в чём покаяться и всегда есть то, за что нам нужно потерпеть, — и начинаем молиться Богу об обидчике. И вот когда мы в покаянии собственном, в раскаянии собственном, в сокрушении сердца собственном молимся Богу об обидчике, о том, чтобы Господь его как-то вразумил и помог изгладить эту обиду, то постепенно след обиды уходит из сердца. Вот как важно не уходить от Бога, а приходить к Богу всегда, даже в трудных обстоятельствах, даже когда мы чувствуем обиду на сердце, не можем с ней справиться. Господь поможет, было бы желание только.

Л. Горская

— А вот такая формулировка, её часто приходится слышать: «Я его простил, но разговаривать с ним больше не буду». Это вот считается, что простил или не считается? Ведь можно же простить, но не общаться. Или нельзя? Или надо общаться как прежде?

Прот. Владимир Новицкий

— В идеале, конечно, простить — это значит полностью изгладить из сердца всё нечистое, всё неприязненное, всё что мешает общаться с человеком. Это по образцу нашего общения с Богом. Ведь мы хотим, чтобы Бог нас простил. И, простив, поставил нас в прежнее христианское достоинство. И господь так и делает: Он нас прощает, да, и мы снова продолжаем или, можно сказать, начинаем духовную, церковную жизнь, получив от Бога прощение. Вот вам идеал как нужно прощать людей! Если мы простим ради Христа, с помощью Божией, ради Христа, то, конечно, в идеале надо стараться принимать человека каким он есть, в его прежнем достоинстве — именно так, как мы разговаривали, общались с ним ранее.

В. Емельянов

— Ну, вот ты простил вроде, принял, а общаться всё равно не хочется после этого — это же вовсе не значит, что ты не простил до конца? И простил до конца и…

Прот. Владимир Новицкий

— Так бывает по нашей немощи, так бывает.

В. Емельянов

— Это именно по немощи?

Прот. Владимир Новицкий

— Да, по немощи человеческой. Но у нас есть образец, есть идеал, к которому надо стремиться, а мы все находимся в разной степени удалённости от этого идеала и стараемся к нему приблизиться. Хотим, но не всегда получается — ну, будем дальше расти, дальше совершенствоваться.

Л. Горская

— А бывает так ещё: простил, но сделал выводы.

(Смеются).

Прот. Владимир Новицкий

— Ну, может быть, самый лучший вывод это: «Господи, помоги мне преодолеть мою немощь, помоги мне мою гордыню преодолеть, помоги этому человеку, который меня как-то обидел», — вот это самый лучший вывод, наверное.

Л. Горская

— Володя задумался.

В. Емельянов

— Нет, просто у меня, например, бывали такие ситуации. И, действительно, все вопросы и с этим человеком были разрешены, и мы сели, поговорили, и разговаривали долго, потому что мы общались какое-то время. Но вот, я не знаю, это прикрываясь этой фразой: «Жизнь сводит, жизнь разводит», — но просто, действительно, получилось так, что мы общаться перестали. Хотя претензий никак вообще нет больше и давно их уже нет.

Прот. Владимир Новицкий

— И то, что нет претензий, и то, что всё изгладилось из сердца, а может быть, и забылось даже — это самое лучшее состояние. Просто иногда Господь людей как-то соединяет, а иногда получается так, что немножечко дорожки расходятся по разным обстоятельствам, по разным причинам — и внешним, и, может быть, внутренним, ведь не все должны быть всегда обязательно рука об руку вместе.

В. Емельянов

— Ну, конечно!

Прот. Владимир Новицкий

— Может быть, вместе, но расстоянии. Может быть, вместе, но в молитве. Но Чаше Христовой мы все соединяемся между собой. Вот бывает так, что причастишься, и после Причастия всё изглаживается из сердца, и всех любишь, и ко всем относишься хорошо. Но, к сожалению, трудно удержать такое состояние.

В. Емельянов

— Отец Владимир, а как правильно провести время после Причастия? Вот говорят, что нужно и помалкивать, и побольше подумать, и свести общение к минимуму. Как долго этот период должен продолжаться? До следующего Причастия или через два-три дня уже?

Л. Горская

— Через два-три часа.

В. Емельянов

— Ну, это у кого как, я думаю. Кто-то, может быть, из храма выходит и уже сразу — и всё, и понеслось.

Прот. Владимир Новицкий

— Трудно всё время изолироваться от людей и молчать целый день, или сутки промолчать, или ничего не делать и только находиться вот в таком внутреннем сосредоточенном состоянии — это очень сложно. Я думаю, что после Причастия надо просто быть в духовном напряжении, не расслабляться. То есть помнить Кого мы причастились, с Кем мы находимся, Кто в нас находится. И если мы, причастившись, легко грешим то, конечно, попираем Тело и Кровь Христовы. Потому что Христос в нас, наше тело соединилось с его Телом, кровь с Его Кровью, значит, мы должны помнить о своём достоинстве христианском и не опускать это достоинство, как можно дольше помнить об этом. То есть, должно быть напряжение совести, духовное, внутреннее напряжение. Это, с одной стороны, трудновато, потому что хочется расслабиться, отдохнуть — по-человечески. С другой стороны, это очень радостно и благодатно, потому что ты чувствуешь вот эту силу Божию в тебе, ты чувствуешь эту радость, которую Господь даёт тебе, ты чувствуешь Присутствие Божие. Это те вещи, которые даже трудно пересказать, трудно передать.

В. Емельянов

— Может быть, поэтому есть смысл молчать? А, кстати, в радость может быть просто чтение святоотеческой литературы какой-то. И, возможно — в таком контексте можно говорить — может быть, это расслабление некое: прийти, сесть в своё кресло любимое, взять хорошую книгу правильную и просто почитать, будучи, как вы говорите, внутренне, духовно сосредоточенным.

Прот. Владимир Новицкий

— Мне вспоминаются слова митрополита Антония Сурожского. Он говорит, что «когда ты причастился, то помни, что Христос в тебе и действует через тебя. И поэтому пусть твои глаза будут, как глаза Христовы — смотри на мир именно с этой точки зрения, с тем, чтобы увидеть кто нуждается во Христе. Пусть твои уши будут, как уши Христовы, чтобы слышать только то, что нужно слышать, и слышать, может быть, призыв о помощи, чтобы прийти, откликнуться на этот призыв. Пусть твои руки будут, как руки Христовы, чтобы они служили Христу, чтобы Христос через эти руки помогал раздавать людям. Пусть твои ноги будут, как ноги Христовы, которые идут туда, где ты нужен, где нужен Христос». Мне кажется, это самое лучшее правило после Причастия. Немножко убрать себя. Себя убрать — вот это самое трудное, но самое полезное: убрать своё «я».

В. Емельянов

— Отец Владимир, расскажите, пожалуйста, или даже точнее, поясните: что значит социальное служение, вот пастырское, церковное?

Прот. Владимир Новицкий

— Социальное служение, оно бывает не только у пастыря, оно бывает вообще у христиан, у членов церковной общины. И, вообще, социальное служение — это не какое-то необычное, особое направление церковной деятельности, это то, что должен делать каждый человек, это служение людям. Собственно, кто такой социальный работник? Ну, священник — там понятнее как бы: пастырь, который несёт Слово Божие, совершает таинства, помогает людям, проводит духовные беседы, утешает. Но есть ещё так называемые «социальные работники». В каждом храме есть один, а то и не один, а два или несколько социальных работников. Бывают сёстры милосердия в сестричестве, бывают братства и члены братства те или иные.

Л. Горская

— А чем отличается?

Прот. Владимир Новицкий

— Чем отличаются социальные работники? Социальный работник — это человек, который несёт в себе Христову любовь, это не чиновник. Это не просто внешнее послушание, которое дали и человек должен исполнить то-то и то-то по пунктам. Это служение любви. И социальный работник должен нести эту Христову любовь. Не просто выполнять там какие-то программы социальные для отчётности, а делать это от всего сердца.

В. Емельянов

— Любой социальный работник? Вообще?

Прот. Владимир Новицкий

— Любой социальный работник. Вообще, любой, конечно, в идеале, но мы сейчас говорим о церковной структуре, о церковной социальной работе.

Л. Горская

— Потому что, да, социальный работник во многом уже стал именем нарицательным, к сожалению.

Прот. Владимир Новицкий

— Да, немножко такое слово замыленное, не очень понятное.

Л. Горская

— Ну, и что вот эти социальные работники, которые в каждом храме существуют, чем они непосредственно на практике занимаются, и как это всё устроено?

Прот. Владимир Новицкий

— Направление каждого прихода может быть своё. Здесь нет какой-то унификации.

В. Емельянов

— Вот, например, вашего прихода.

Прот. Владимир Новицкий

— Наш приход, например, имеет сестричество сестёр милосердия при нашем приходе. Мы занимаемся — сёстры милосердия, священники — занимаемся социальным окормлением, духовным окормлением, точнее сказать, психиатрической больницы. Мы ходим в интернат для детей с задержкой в развитии, мы ходим в приют для бездомных, помогаем бездомным. Помогаем не только внешне — помогаем не только продуктами, вещами, хотя и такая помощь нужна и приветствуется. Мы прежде всего помогаем вниманием, помогаем молитвами, помогаем любовью, насколько мы это можем сделать. Помогаем духовным окормлением, то есть помогаем прийти людям ко Христу разными способами. Пытаемся показывать пример…

В. Емельянов

— То есть ещё и просветительская деятельность?

Прот. Владимир Новицкий

— Просветительская деятельность, конечно, миссионерская в том числе. И вот так каждый приход занимается своими направлениями — это и больницы, и центры социального обслуживания населения, и пансионаты для престарелых, возможно, и детские дома. Есть много всяких социальных учреждений, которые окормляет Церковь. И слава Богу, сейчас практически не остаётся не охваченным ни одно социальное учреждение, в частности, по Москве. Святейший Патриарх очень внимательно за этим следит и, в общем, правильно требует, чтобы приходы следили за этими объектами и не оставляли без внимания, без окормления.

Л. Горская

— А государство разве этим не занимается?

Прот. Владимир Новицкий

— Занимается. Но государство занимается немножечко другим, у государства иные функции — помощь материальная, физическая, социальная и так далее. Но, конечно, это не может быть помощь духовная, церковная.

В. Емельянов

— Занимается, есть же специальные социальные центры, то есть, если человек, предположим, сильно пожилой и немощный при этом, то к нему придут и бесплатно уберут квартиру, например, вымоют окна, сходят за лекарствами. У них даже есть какой-то реестр, где прописано по пунктам то, что они обязаны делать. И в пределах 15 минут ходьбы от нахождения этого человека, к которому приходит социальный работник, до 5 килограммов продуктов, сели есть потребность, социальный работник обязан принести.

Л. Горская

— Давайте расскажу историю. В моём дворе живёт некая женщина-соцработник, которая регулярно бегает в панике и говорит: «Ой, у меня бабка потерялась!» Я говорю: «Что значит «бабка потерялась»?» Выясняется, что она, вместо того, чтобы ходить к пожилым людям, она просто отмечает, что она к ним ходит — ставит у себя в бумажках галочки. И в какой-то момент выясняется — ну, может, это не регулярно бывает, — что человека уже две недели никто не видел, и он не выходил ни с кем на контакт, возможно, умер. А у неё стоят галочки, что она всё это время у него была. И вот она в панике. Потому что, если окажется, что человек действительно умер, то вот этот её подлог всплывёт. Вот такая ситуация.

В. Емельянов

— Мне кажется, безответственных людей полно. Эти примеры разные, конечно. Предположим, несмотря на то, что транспорт обязан ходить по расписанию, сейчас все подвижки к этому есть, но вот собственными глазами наблюдал сегодня, пешком идя на работу: не сильно в летах, но уже и не молодая женщина с сумкой, и видно, что с одышкой, пытается успеть на троллейбус. И, конечно, её прекрасно видит водитель в зеркало заднего вида, что вот ей немножко осталось добежать… Ну подожди 20-25 секунд! Нет, он закрывает дверь, спокойно уезжает. Поэтому вот…

Л. Горская

А мы — хорошие.

Прот. Владимир Новицкий

— Об этом мы и говорим, что без Христа невозможно научиться любить по-человечески. Человек слишком немощен для этого. В человеке, конечно, есть свой потенциал душевности, бывают очень хорошие, добрые от рождения люди, бывают смиренные люди от рождения, то есть несут в себе какой-то потенциал. Но без благодатной подпитки, без благодатного развития человек оскудевает со временем. Оскудевает всё у него: и смирение оскудевает у него постепенно — вылезают амбиции; и любовь оскудевает. Есть, конечно, люди положительные и хорошие, добрые, но этого мало слишком. Потому что без Христа мы не можем делать никаких важных, глубоких, настоящих дел. Господь сказал: «Без Меня не можете творить ничесоже».

В. Емельянов

— Напоминаем, что мы беседуем сегодня с протоиереем Владимиром Новицким, настоятелем храма Святителя Николая у Соломенной сторожки. Мы сегодня в том числе говорим о церковно-социальном служении.

Л. Горская

— И перед тем, как сделать небольшой перерыв, давайте послушаем ещё одно песнопение Страстной седмицы: тропарь «Се Жених грядет в полуночи». Дорогие радиослушатели, оставайтесь с нами, мы скоро вернёмся!

 

— Звучит песнопение «Се Жених грядет в полуночи».

 

В. Емельянов

— Вы слушаете «Светлый вечер» на радио «Вера». В студии Владимир Емельянов и Лиза Горская. Мы продолжаем наш разговор с протоиереем Владимиром Новицким — настоятелем храма Святителя Николая у Соломенной сторожки. Мы сегодня говорим о Таинстве Евхаристии и говорим о церковно-социальном служении.

Л. Горская

— Отец Владимир, когда речь идёт о церковном служении социальном, у меня, я думаю, и у большинства наших радиослушателей, встаёт образ сестры милосердия. Это именно женский образ. Почему вот так? Это правда? Ведь больше женщины занимаются. Есть этому какое-то логическое объяснение?

Прот. Владимир Новицкий

— Можно сказать, что женщины больше расположены к служению милосердия по своей природе, потому что они чаще устроены тоньше, мягче и сердечнее. Если этому дать ещё духовное содержание, то и будет служение такое, особое, которое несут сёстры милосердия во Христе. Но я думаю, что не только женщины, ведь немало милосердных и мужчин — милосердных самарян, которые тоже хотят служить людям и успешно это делают. Во Христе нет ни мужского пола, ни женского, как сказано. В какой-то степени, может быть, просто женщины от природы к этому больше предрасположены. Но я бы сказал всё-таки, что социальное служение и Таинство Евхаристии имеют связь между собой. И церковно-социальное служение невозможно воспринимать оторвано от Евхаристии. Как можно служить людям и нести им любовь, где эту любовь взять? Как можно чувствовать единение с людьми? И не просто чувствовать, а быть с ними воедино?

Л. Горская

— И зачем, вообще, служить людям?

Прот. Владимир Новицкий

— Да, и ответить на вопрос: зачем, вообще, служить людям, собственно говоря? Если есть родные, близкие, если надо и о себе не забыть, например, в том числе. Вот участие в Таинстве Евхаристии отвечает на все эти вопросы. Мистически отвечает, конечно. Не по полочкам раскладывает, как нам иногда хочется всё разложить, понять и так далее, но мистически отвечает. Потому что во Христе, в Чаше Христовой, мы соединяемся все не только со Христом, но во единое целое друг с другом. И когда человек чувствует себя частичкой этого единого целого, то он не может замыкаться только на себе, ему хочется нести то, что он получил, к людям. Это как вот бывает в обычной жизни: когда человека переполняет радость, то хочется поделиться, невозможно в себе удержать. Когда у человека какое-то горе, то тоже порой хочется поделиться. Ну, не все делятся, но иногда хочется поделиться.

Л. Горская

— Радостью тоже не все делятся.

Прот. Владимир Новицкий

— Радостью тоже не все делятся, но тем не менее, это как бы нормально — поделиться. Бывает её так много, она так переполняет, что невозможно это всё в себе удержать. Но когда в тебе Христос, когда ты со Христом, это тоже трудно удержать только в себе. Ведь, смотрите, апостолы Христовы: ведь они могли бы жить всю свою жизнь тем, что они получили от Христа — вот этой любовью Христовой, богообщением, верой, которую они получили и которую они имели. Они могли бы это использовать для себя, для своей жизни, но они не могли — они шли и проповедовали Евангелие повсюду, в разных странах, и мученически пострадали за свою проповедь, все, кроме Иоанна Богослова. Так и человек, если он имеет в себе Христа, если он почувствовал Христову любовь, почувствовал Божию благодать, ему трудно это удержать в себе, ему хочется идти и нести это в люди. Он становится проводником этой Божией благодати. И вот это есть суть социального служения — когда ты не можешь у держать то, что есть в тебе, когда ты хочешь пойти к людям и передать это, когда ты хочешь быть проводником любви Божией, силы Божией. Вот это как бы идеал социального служения. И поэтому без Евхаристии социальное служение в Церкви невозможно. Это будет такая формальность. А Евхаристия всё наполняет содержимым и смыслом.

Л. Горская

— Формально это делать очень сложно. Формально это делать, наверное, вообще невозможно., потому что труд очень тяжёлый, и силы заканчиваются, и смысла нет.

Прот. Владимир Новицкий

— Конечно. Человек долго не сможет находиться на этом месте, он просто уйдёт, если ему не хватает любви, он не сможет это всё переносить.

Л. Горская

— Скажите, у вас же при храме сестричество, оно многочисленно или это всё-таки какой-то очень узкий круг людей способен вот этим заниматься?

Прот. Владимир Новицкий

— Не скажу, что оно очень уж многочисленно, но потихонечку растёт. Потому что начиналось оно с одной-двух сестёр, приходили ещё, формировался костяк. Приходят люди, которые интересуются таким служением.

Л. Горская

— А как они приходят?

Прот. Владимир Новицкий

— Приходят они через духовника. Приходят они зачастую или через меня, или смотрят как собираются сёстры на молебны, смотрят на их служение и спрашивают, подходят, просят дать им возможность познакомиться, приобщиться к этому. У нас существуют молебны. Раз в неделю, по четвергам, мы собираемся на молебен о болящих, где обязательно присутствуют все сёстры милосердия, ну, и наши прихожане в том числе. У нас бывают встречи с сёстрами милосердия, где мы обязательно вместе читаем, изучаем Священное Писание, именно применительно к нашей жизни; делаем духовные доклады на разные темы, обсуждаем эти доклады. Сёстры учатся общаться и любить друг друга. Потому что, если нет любви друг к другу, то тогда невозможно служить и другим. Когда ты учишься любить, когда ты учишься соединяться во Христе, тогда ты это понесёшь и далее. Вот так постепенно всё складывается.

Л. Горская

— Скажите, а сёстры, они незамужние все или замужние тоже есть?

Прот. Владимир Новицкий

— По-разному. Конечно, незамужним удобнее, потому что они посвободнее. Но бывают и замужние, или незамужние вдруг могут выйти замуж, это никак не связано с их служением.

В. Емельянов

— А медицинское образование у них есть?

Прот. Владимир Новицкий

— Необязательно. Это не медицинская практика, это всё-таки служение больше, я бы сказал, миссионерское, служение милосердия.

В. Емельянов

— Но если светски их интерпретировать как-то, то они младший медицинский персонал, да?

Прот. Владимир Новицкий

— Это не медицинский персонал. Мы даже намеренно отошли от красных крестиков на косынках сестринских, сделали их серебристыми или голубыми, богородичного цвета, чтобы никак не ассоциироваться с медработниками, всё-таки это другое служение социальное.

Л. Горская

— Чтобы навестить одинокую несчастную пожилую женщину дома и дать ей любовь, заботу и внимание, в принципе, не нужно медицинское образование.

Прот. Владимир Новицкий

— Конечно, не надо заканчивать медицинский институт для этого или училище медицинское. Хотя, конечно, это было бы неплохо. Любое образование хорошо, тем более медицинское.

В. Емельянов

— Помощь же может заключаться в том, что нужно сделать, например, внутривенную инъекцию какую-нибудь.

Прот. Владимир Новицкий

— Для этого есть медсёстры.

В. Емельянов

— А их не всегда дозовёшься из районной поликлиники, в том-то всё и дело. Я поэтому и поинтересовался.

Л. Горская

— То есть сёстры милосердия бывают тоже разные?

Прот. Владимир Новицкий

— Конечно.

Л. Горская

— А есть какой-нибудь устав или, не знаю, какой-нибудь документ, который как-то тоже упорядочивает эти сестринские движения, придаёт им какую-то структуру? Или каждый храм, он на усмотрение настоятеля организует у себя это социальное служение?

Прот. Владимир Новицкий

— И так тоже. И в сестричествах есть свои уставы, и есть традиции, которые складывались, сестринского движения. И каждый воспринимает именно те традиции, которые наиболее близки служению того или иного храма. Мы, например, даже намеренно взяли и включили в наш устав цели и задачи сестричества из устава Марфо-Мариинской обители времён Елизаветы Фёдоровны, в память о том сестричестве, в память о том преемстве.

Л. Горская

— Но у Елизаветы Фёдоровны сёстры как раз имели медицинское образование. Насколько я помню, они во времена Первой мировой войны оказывали медицинскую помощь раненным солдатам.

Прот. Владимир Новицкий

— И такое тоже было, да. И у нас некоторые сёстры тоже имеют медицинское образование, но это не есть главное условие. Чтобы служить людям требуется всё-таки вера и любовь, и усердие, и милосердие.

Л. Горская

— То есть, насколько я понимаю, всё зависит от обстоятельств. Если рядом с храмом, например, военный госпиталь, где и так есть врачи, и врачи в этом госпитале не нужны, а им нужна какая-то моральная поддержка, то и сестричество ориентируется на эту моральную поддержку.

Прот. Владимир Новицкий

— Да, конечно.

Л. Горская

— Или дом престарелых.

Прот. Владимир Новицкий

— Соответственно, психиатрическая больница, которая неподалёку от нас. То же самое, мы приходим туда и помогаем душевно больным людям словом, делом, молитвами. И они очень хорошо, очень чутко реагируют на нашу помощь. И заметно, что после молебнов в психиатрической больнице, с беседами, с проповедями, как-то всё успокаивается, люди становятся тише, появляется такая мирность. И врачи даже замечают, что после прихода священника, сестёр милосердия в отделении становится намного спокойнее — благодать Божия всё утишает, умиротворяет.

Л. Горская

— И сегодня, в Великий Четверг, у нас программа с музыкальными вкраплениями. Я предлагаю послушать ещё одно песнопение Страстной недели.

 

— Звучит песнопение «Чертог Твой вижду, Спасе мой, украшенный».

 

В. Емельянов

— Продолжаем наш светлый вечер и продолжаем нашу беседу с протоиереем Владимиром Новицким — настоятелем храма Святителя Николая у Соломенной сторожки. Давайте в заключение нашей программы, время её уже, к сожалению, истекает, вспомним, что сегодня Великий Четверг, и в этот день мы обрели Таинство Евхаристии — центральное таинство Церкви. И регулярное причащение необходимо человеку для спасения, в соответствии со словами Господа нашего Иисуса Христа, которые вы процитировали: «Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни». О Чём ещё нужно вспомнить в эти дни?

Прот. Владимир Новицкий

— Страстная седмица — это, конечно, особые дни, когда мы переживаем страдания Господа Иисуса Христа, когда мы сопереживаем Христу, сострадаем Ему как можем. Страстная седмица — это время сокрушения сердца. И не только оттого, что мы грешники, не только потому, что мы нуждаемся в покаянии, но и потому, что страдает Христос. Страдает за каждого из нас, страдает на кресте, чтобы искупить нас всех от проклятия, от нашей греховности, чтобы ввести нас в Царство Небесное. И мы находимся как бы рядом со Христом, рядом с Крестом Христовым. И, опять же, уходим от себя, отрешаемся от себя и открываем своё сердце навстречу Богу. И это совершенно особые дни, это дни скорби, но одновременно затаённой радости, потому что Господь нас искупает всех на Кресте. Это дни скорби, но всё-таки надежды — надежды на воскресение: на Воскресение Христово и наше воскресение. Это дни скорби, но всё-таки это дни веры — веры, что мы с помощью Божией сможем преодолеть нашу греховность. Но для этого надо умертвить свои страсти, для этого надо тоже распять себя со страстьми и похотьми, понести свой крест, чтобы наш крест как бы соединился с Крестом Христовым. И здесь наша надежда, здесь наша вера, и здесь наша скрытая пока ещё радость, которая окончательно явит себя во время Светлого Христова Воскресения. Ранее, в древности, люди особо почитали даже Страстную Пятницу. Страстная Пятница — это время искупления нашего. На Первом Вселенском Соборе было всё-таки установлено окончательно, что главным днём, главным праздником является Святая Пасха. И с тех пор это главный, поворотный праздник во всей христианской жизни, к чему мы все стремимся.

Л. Горская

— В Страстной Седмице каждый день, он особенный. Мы вспоминаем крестный путь Спасителя от предательства Иуды, от Распятия до Воскресения. И образная система внутри пространства храма, она помогает нам это очень реалистично, на самом деле, воспринимать, как сегодня. Чтение Страстных Евангелий в Великий четверг, Крест, который перемещается на середину храма, вынос Плащаницы, которая символизирует гроб. И я помню: в каком-то детстве что-то мы разгалделись в Великую Пятницу и нам женщина сделала замечание, она так сказала: «Господь на Кресте! Вы чего орёте?» Вот эти все события, которые были примерно две тысячи лет назад, воспринимаются так, как будто они происходят сейчас, несмотря на всю историческую дистанцию. Почему это важно?

Прот. Владимир Новицкий

— Это происходит и сейчас, потому что Церковь находится как бы вне времени. И церковные праздники раздвигают рамки времени перед нами. И мы погружаемся в духовные тайны, погружаемся в евангельские события, нас касаются те переживания, которые переживали апостолы. Мы сострадаем Христу, мы сострадаем Божией Матери. И, соответственно, готовим себя к воспринятию главного события — светлого Христова Воскресения.

В. Емельянов

— Ну, и коли у нас сегодня Великий Четверг, завтра Великая Пятница: в оставшиеся дни до Пасхи Христовой что нас ожидает на этом пути?

Прот. Владимир Новицкий

— Нас ожидают особые духовные переживания. Если сегодня мы переживаем значимость этого события — установления Таинства Евхаристии — и все верующие стараются причаститься в этот день. Вечером в Великий Четверток мы все слушаем Страстные Евангелия, находимся у Креста Господня в храме и сопереживаем Христу, Его страданиям. В Великую Пятницу мы приобщаемся опять же крестным страданиям Христа Спасителя, совершается вынос Плащаницы, совершается погребение Христа. В Великую Субботу день покоя. В день, когда Христос сошёл во ад своей душой святою и вывел оттуда многих праведников, которые ждали Его Пришествия, которые веровали в Него. Этот день покоя чувствуется — всё успокаивается, даже кажется, что в природе наступает какая-то особая тишина. И вот-вот уже, где-то в глубине этой тишины постепенно зарождается радость Воскресения Христова, которая как подснежник, наверное, пробивается сквозь толщу льда. Так и эта радость постепенно растёт, постепенно пробивается сквозь толщу нашей обычной, привычной жизни, сквозь все наши переживания, и, в конце концов, становится настоящей, глубокой и полной, когда наступает долгожданная Пасха.

Л. Горская

— Как это, вообще, в бытовом проявлении это как-то выражается? Как подобает готовиться к Пасхе христианину?

Прот. Владимир Новицкий

— Ну, конечно, все хотят, чтобы в доме было чисто, убрано.

Л. Горская

— Я вот слышала, что на Страстной седмице уже нельзя убираться.

Прот. Владимир Новицкий

— Понятно, что нельзя, но, к сожалению, иногда люди не находят другого времени. Всё хорошо в меру. Надо, чтобы не было излишней суеты, чтобы всё-таки духовное выходило на первый план. Не подготовить как можно большее количество куличей и покрасить как можно больше яиц — не это главное, в конце концов. А главное быть со Христом, сострадать Ему в пятницу. Побыть в покое, в мире в субботу, в ожидании Пасхи. И порадоваться с Ним Его Светлому Христову Воскресению. То есть расставить правильно акценты.

Л. Горская

— Я предлагаю в конце нашей встречи послушать песнопение «Вечери Твоея тайныя» — собственно, те слова, о которых мы сегодня столько раз вспоминали в нашей программе.

 

— Звучит песнопение «Вечери Твоея тайныя».

 

В. Емельянов

— Мы благодарим вас за сегодняшнюю передачу, что вы нашли время прийти к нам в студию! Я напомню вам, уважаемые слушатели, что у нас в гостях сегодня на «Светлом вечере» был протоиерей Владимир Новицкий — настоятель храма Святителя Николая у Соломенной сторожки. Доброго вам вечера!

Прот. Владимир Новицкий

— Спаси Христос всех!

 

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (4 оценок, в среднем: 5,00 из 5)
Загрузка...