Светлый вечер с Ириной Мещаниновой-Межинской, Сергеем Старостиным и Татьяной Бондаренко (от 30.04.15)

Светлый вечер - Мещанинова-Межинская, Старостин, Бондаренко (эф.30.04.2015) - Часть 1
Поделиться
Светлый вечер - Мещанинова-Межинская, Старостин, Бондаренко (эф.30.04.2015) - Часть 2
Поделиться

Мещанинова-Межинская, Старостин, Бондаренко 2У нас в гостях были руководитель фонда “Наследие Севера” Ирина Мещанинова-Межинская, музыкант-фольклорист Сергей Старостин и актриса Татьяна Бондаренко.
Разговор шел о возрождении святынь русского Севера, народных традиций и сказок. В программе прозували фрагменты сказок Бориса Шергина в живом исполнении Сергея Старостина и Татьяны Бондаренко.

Ведущий: Алексей Пичугин

А. Пичугин

Здравствуйте, дорогие друзья! Наступил очередной «Светлый вечер», начинается наша программа. Меня зовут Алексей Пичугин. Рад Вас всех приветствовать. Не совсем обычная у нас программа сегодня — даже не программа, а целое действо, представление. Много народу у нас в нашей студии здесь. Начну представлять: Ирина Мещанинова-Межинская-Межинская, директор Фонда сохранения культурного наследия Каргополья (фонд называется «Наследие Севера» имени преподобного Александра Ошевенского). Здравствуйте.

И. Мещанинова-Межинская

— Добрый вечер.

А. Пичугин

— А также здесь, в этой студии — музыкант, известный российский музыкант Сергей Старостин. Здравствуйте.

С. Старостин

— Здравствуйте.

А. Пичугин

— И актриса Татьяна Бондаренко. Здравствуйте, добрый вечер.

Т. Бондаренко

— Добрый вечер.

А. Пичугин

— Ирина, расскажите нам, пожалуйста, почему именно в таком составе мы здесь сегодня собираемся.

И. Мещанинова-Межинская

— Если говорить от фонда… (Смеется.)

А. Пичугин

— Да, как представитель фонда, как главное действующее лицо нашей программы. (Смеется.)

И. Мещанинова-Межинская

— Да, мне очень радостно, во-первых, то, что мы все здесь собрались, и именно в такой компании чудесной, потому что…

А. Пичугин

— Хорошая компания.

И. Мещанинова-Межинская

— Абсолютно потрясающая! И, что самое важное, настроение, которое дают Татьяна и Сергей своими выступлениями, оно живет еще очень долго-долго. Поэтому, надеюсь, всем слушателям это очень тоже понравится, как понравилось — ну, где-то месяц назад мы познакомились с Татьяной и Сергеем, именно вот с этим проектом.

Наш фонд занимается помощью Ошевенскому. Ошевенье — это одно из таких мест в Каргополье, в Каргопольском районе Архангельской области — там есть монастырь, храмы, часовня, и, что самое главное, там есть люди, которые, по современным временам, не хотят расходиться. Они там живут, и им нужна помощь для того, чтобы эта жизнь стала немножечко лучше и интереснее, потому что сами они, конечно, очень… очень непросто им. Ну, простите, я, наверное, что-то не то говорю.

А. Пичугин

— Ну почему же не то? Все очень правильно, Вы говорите очень…

И. Мещанинова-Межинская

— Ну, тем не менее, это то, с чем мы столкнулись, когда побывали впервые в этих краях. Побывали мы там с детьми, с друзьями и поняли, что нужна помощь, нужна конкретная помощь конкретному месту, конкретным людям.

А. Пичугин

— А давайте по порядку пойдем.

И. Мещанинова-Межинская

— Да.

А. Пичугин

— Как Вы оказались в Каргополье? Я так понимаю, что Вы — житель Москвы?

И. Мещанинова-Межинская

— Абсолютно. И, более того, я родилась в Средней Азии. (Смеется.)

А. Пичугин

— И вот Русский Север настиг Вас?

И. Мещанинова-Межинская

— И поразил контрольным выстрелом просто в сердце. Вот. И если, как архитекторы говорят, деревянные храмы, деревянные дома — вот это как большие свечи, которые… не дай Бог, пожар, и он горит… Так вот лучше пожар, который в сердце появляется, когда ты там побываешь и горишь вот этим настроением и вот той жизнью, которая там есть, на этом Русском Севере.

А. Пичугин

— Как Вы там оказались?

И. Мещанинова-Межинская

— Я поехала туда по приглашению моей подруги. Это такой очень деятельный и очень замечательный человек Лена Катукова, которая уже десять лет помогает Александро-Ошевенскому монастырю. Благодаря ее усилиям появились колокола на монастыре, в колокольне, проведены ремонты. Ну, очень много — большой очень список уже работ, которые там были сделаны.

И вот мы собрались большой компанией — пять мам, двенадцать детей. Загрузились в поезд, приехали и неделю прожили там вот настоящей такой жизнью — в деревянном доме, в бане по-черному, за водой на речку, еда готовилась у нас в русских печках. И, естественно, мы общались очень много с местными людьми, с местными жителями, вот, и как-то вдохновились вот этой деятельностью, которую там необходимо сделать.

А. Пичугин

— У нас очень много монастырей. Почему именно туда? Зачем ехать полторы тысячи километров, ну, чуть меньше, от Москвы, чтобы пожить в монастыре?

И. Мещанинова-Межинская

— Вы знаете, там не совсем была жизнь именно в монастыре, потому что монастырь в таком состоянии находится разрушенном, что там даже особо не поживешь. То есть это мужской монастырь, он с XV века существует…

А. Пичугин

— Он действующий сейчас?

И. Мещанинова-Межинская

— Да, там есть… Да-да, там есть настоятель, вот. Братия… Ну, то есть она еще не определилась там. Но появились службы… Вы знаете, ну, как… Вот позвал… Может быть, преподобный Александр Ошевенский нас позвал.

А. Пичугин

— Вот Вы уже упомянули пару раз преподобного Александра Ошевенского. Я думаю, что не все слушатели знают, кто это. Вот я, например, узнал об этом святом незадолго до начала нашей программы. Кто такой Александр Ошевенский?

И. Мещанинова-Межинская

— Александр Ошевенский — это очень почитаемый русский святой Русского Севера, он из Белозерского монастыря, прибыл туда…

А. Пичугин

— Кирилло-Белозерского монастыря, да?

И. Мещанинова-Межинская

— Кирилло-Белозерского, да, монастыря. И вон вот для Русского Севера был, наверное, таким святым, чудотворцем, который вот для нас — Сергий Радонежский. Вот как мы знаем Сергия Радонежского, вот так вот Александр Ошевенский был для Севера.

А. Пичугин

— И его там действительно знают?

И. Мещанинова-Межинская

— Его действительно знают.

А. Пичугин

— Когда он жил?

И. Мещанинова-Межинская

— XV век. Да, середина XV века.

А. Пичугин

— Вы какую-то очень интересную историю рассказали перед началом нашей программы. Давайте ее для широкого круга.

И. Мещанинова-Межинская

— Да, там была… там есть такая история, легенда. Ну, легенда — и сейчас мы тоже готовим к изданию книгу «Житие, Александро-Ошевенский акафист». Туда сначала переехал, в это место, жить отец Александра Ошевенского Никифор Ошевень и говорит сыну (а он как раз в Кирилло-Белозерском монастыре уже был): «Приходи к нам сюда, нам нужен монастырь. То есть вот есть здесь люди, и нам нужен монастырь». Он пришел. А люди там, между прочим, крепостного права никогда не знали, люди свободные. И они до сих пор такие! (Смеется.)

А. Пичугин

— Да, это факт, на Севере крепостное право — оно было в гораздо меньшей степени, чем у нас, и…

И. Мещанинова-Межинская

— Да, там такие новгородские ушкуйники — это названия лодок таких. То есть они такие своенравные, очень такие добротные люди. (Смеется.) Что сказал — так и будет. Вот. И потом…

А. Пичугин

— Ну, правда, в XV веке крепостное право тоже еще было (нрзб.)…

И. Мещанинова-Межинская

— Ну, оно откуда? В общем, ну, оно там… Да, не было.

Т. Бондаренко

— Не закрепилось.

И. Мещанинова-Межинская

— Не закрепилось, да. Там просто не могло, ну, вот у таких людей… Вот. И он, значит, обходил края, деревни, которые там были, и выбрал себе место. Это вот там Малый Халуй. К сожалению, сейчас эта деревня умирает тоже. Вот. И говорит: «Вот я здесь поставлю». А жители говорят: «Ну, мы тебя уважаем, но вот здесь не надо — вот немножечко вот в стороночку, вот сюда». А он суровый был уже, монашеский подвиг. Он говорит: «Ну, хорошо. Значит, вот такие своенравные Вы — ну, вот будете жить у воды и без воды». И река уходит перед началом деревни под землю и выходит наружу, когда деревня заканчивается. (Смеется.)

А. Пичугин

— Мне кажется, только ради этого, чтобы посмотреть на такое чудо природы, стоит туда съездить.

И. Мещанинова-Межинская

— До сих пор так. (Смеется.)

А. Пичугин

— Давайте все-таки представим теперь по-настоящему Сергея Старостина, Татьяну Бондаренко. Расскажите, пожалуйста, как Вы познакомились. Почему именно эти места Вас объединили?

И. Мещанинова-Межинская

— Да, вот, и вот…

А. Пичугин

— Давайте, может быть, Татьяна или Сергей об этом расскажут?

И. Мещанинова-Межинская

— Ой, а можно, я, можно, я? Потому что…

А. Пичугин

— Рассказывайте!

С. Старостин

— Нас Север свел.

И. Мещанинова-Межинская

— Да, я расскажу просто, потому что это был… 1 февраля — это был день Бориса Викторовича Шергина. Мы устроили… Ну, мы понимаем, что нам нужно рассказывать и показывать, и собирать людей, детей. Вот. И мы 1 февраля устроили театральный праздник для детей в Царской башне. У нас показывали спектакль по сказкам про Шиша Бориса Шергина.

А. Пичугин

— Подождите, Царская башня? Я знаю Царскую башню Московского Кремля.

И. Мещанинова-Межинская

— Царская башня Казанского вокзала. (Смеется.)

А. Пичугин

— Ага! Казанского! О-о!

И. Мещанинова-Межинская

— Вот. Там галерея народного художника Дмитрия Велюкина(?).

И в этот же день наша замечательная сотрудница Лина Шидловская подходит и говорит: «А ты знаешь, в «Покровских воротах» сегодня еще Шергина будут читать?»

А. Пичугин

— Это культурный центр, да?

И. Мещанинова-Межинская

— Это в культурном центре «Покровские ворота», да. (Смеется.)

А. Пичугин

— Я расшифровываю понемногу — Царская башня, «Покровские ворота», да, культурный центр.

И. Мещанинова-Межинская

— Вот все наши явки и пароли. Вот. И, конечно же… И мы успели! Мы закончили свои мероприятия — и бегом на Покровку. Вот. И когда мы там уже услышали-увидели Татьяну и Сергея, то я вышла с единственным совершенно желанием, во-первых, это продолжить, подружиться и показывать, и показывать, и показывать, и помогать им рассказывать то, что они делают.

А. Пичугин

— А теперь, Сергей, расскажите, как с Вашей стороны это выглядело.

С. Старостин

— С моей? Раздался звонок. Вот. И было предложено: «А не хотите ли Вы поучаствовать в таком… вот в такой истории с рассказами Шергина — ну, в общем, стать ответственным за музыкальное участие этой истории?» Поскольку чтица у нас была, Татьяна Доненко(?), она уже…

Т. Бондаренко

— (Шепотом.) Чтица…

С. Старостин

— Чтица. Ну, прости, пожалуйста, да.

Т. Бондаренко

— (Шепотом.) Сказительница.

С. Старостин

— Да, может быть, такое неуклюжее слово. Вот. Рассказчица замечательная, да, которая как раз читает Шергина — ну как рассказывает, как вот в деревнях обычно делятся какими-то впечатлениями. То есть с диалектом, со всем тем, что положено в таких случаях. Вот. И мы встретились на нейтральной территории, посмотрели друг на друга, послушали друг друга и решили, что мы такую историю сделаем, и, в общем, она довольно быстро у нас сложилась. Времени было в обрез, времени, собственно, у нас не было для того, чтобы это все растягивать, и мы эту историю каким-то образом сделали. Она нам понравилась, и вторая программа не заставила себя ждать: вслед за сказами появились дневники, уже с подачи…

А. Пичугин

— А где Вы презентовали первую?

С. Старостин

— Так вот же…

Т. Бондаренко

— У «Покровских ворот».

А. Пичугин

— Вот именно там, да? Все, понял, ага.

С. Старостин

— Да, в культурном центре, да, на Покровке.

Т. Бондаренко

— Я могу добавить, как это вообще все заваривалось, как эта история… Позвонила Маша Батова, она известный тоже человек в Москве — она специалист по барочному вокалу и, по совместительству, матушка…

А. Пичугин

— Супруга Салега Батова(?) из Храма Успения?

Т. Бондаренко

— Да-да-да. Я ее знаю много-много лет, еще и по Московской консерватории, и так далее. Мы участвовали в совместных проектах. И она говорит: «Таня, а вот не хочешь ли ты вот поучаствовать — у нас есть фонд «Кислород», помогающий детям, больным муковисцидозом?»

С. Старостин

— Ну да, собственно говоря, это «Кислород», да-да-да, правда.

Т. Бондаренко

— С этого и началось, да. Я говорю: «Ну, отчего же? Конечно, — говорю. — А что нужно?» Она говорит: «Ну, что-нибудь вот веселое». Я говорю: «Ну, вот у меня есть Шергин». Она говорит: «Прекрасно». А потом пишет: «А ты не хочешь вот с Сережей Старостиным?» Я говорю: «Я была бы счастлива, если бы такая возможность была предоставлена». Ну, вот так вот мы друг друга узнали, и действительно получилась вот такая забавная история, потому что до этого я читала сказку Шергина только одну со сцены. То есть я даже записала ее, но никогда не выходила с программой с полной. И тут мы вот, так сказать, договорились и поняли, что может получиться очень интересная вещь, и взяли туда, кроме сказок, еще взяли «Пинежского Пушкина». Это вообще вещь…

А. Пичугин

— «Пинежский Пушкин» — что это такое?

Т. Бондаренко

— Да, это замечательная история. Это вот просто песня душевная. Это как жительница Архангельска пересказывает на свой лад житие Пушкина, и как она себе это представляет…

И. Мещанинова-Межинская

— Всю жизнь.

А. Пичугин

— А Вы как-то сможете это воспроизвести вкратце?

С. Старостин

— Вкратце…

А. Пичугин

— Вкратце сложно, да?

Т. Бондаренко

— Вкратце — я боюсь, что этого не стоит делать, потому что это вот…

А. Пичугин

— А услышать где можно?

Т. Бондаренко

— Ира, когда можно это услышать? (Смеется.) Ну, мы Вас позовем.

И. Мещанинова-Межинская

— Да, мы позовем!

А. Пичугин

— Хорошо, договорились. А мы расскажем нашим слушателям.

И. Мещанинова-Межинская

— Потому что уже есть заявки.

Т. Бондаренко

— Да, «Пинежский Пушкин» — это гениальная совершенно история. И, так сказать, что касается вот как бы нашего вот этого совместного проекта, так получилось, что мы пришли на этот вечер, мы с Сережей вот выполнили то, что мы обещали, для фонда «Кислород». Туда же был приглашен очень известный человек, который в свое время делал мультфильмы на эти тексты, и Вы их все знаете — это «Волшебное кольцо», там, и «Пронька Грязной», и тот же «Пинежский Пушкин» — это классика советских мультфильмов…

А. Пичугин

— Ага, вот почему!.. Вот почему я сейчас услышал, пока Вы репетировали, а я слушал… Вот откуда я знаю эти мотивы! Точно-точно!

Т. Бондаренко

— Да-да-да-да… Это все знают. Это «Маха, жалко мне Ванькиного пинжака с карманами!» — это, знаете, это Шергин. На самом деле, немножко видоизмененный, потому что для сценария мультфильма кое-что дописывали.

А. Пичугин

— Наша студия превращается потихоньку в сцену. Перед Сергеем… У Сергея в руках гусли, перед ним лежит огромное количество разных музыкальных инструментов, которые… названия которых я не знаю. А у Татьяны раскрыта папка с текстами. Поэтому, я думаю, мы сейчас услышим что-то очень интересное. Вот вступление гусельное мы уже начинаем слышать. Сергей Старостин, Татьяна Бондаренко — и сказки Шергина.

(Звучит одна из сказок Шергина, затем песня в исполнении С. Старостина.)

А. Пичугин

— Сергей Старостин, Татьяна Бондаренко — именно в их исполнении прозвучал фрагмент сказки Бориса Шергина «Волшебное кольцо». Также в этой студии, я напомню, Ирина Мещанинова-Межинская-Межинская, директор Фонда сохранения культурного наследия Каргополья «Наследие Севера» имени преподобного Александра Ошевенского. Мы продолжаем нашу программу «Светлый вечер». Друзья, расскажите, пожалуйста, немного про Бориса Шергина — почему именно его творчество мы сейчас услышали.

И. Мещанинова-Межинская

— Ну, потому что, во-первых, это очень уже известный у нас, даже для наших детей, известный писатель северный, наиболее известный. Опять же, мы через мультфильмы узнали. Ну, естественно, мы знали и из книг, читали, нам он известен. А вообще он родом из Архангельской области, родился в Архангельске. И переехал в Москву, учился он в Строгановке, он рисовал, писал, был журналистом. И все его истории-сказки, сказок, которые он записывал, он слышал в своем детстве. Это поморские рассказы своего отца, деда, людей, с которыми он был знаком. И вот он стал записывать эти истории, и вот появились книги.

А. Пичугин

— А вот у Вас книжечка в руках.

И. Мещанинова-Межинская

— Да, а это вот у меня книжечка, собственно…

А. Пичугин

— «Неслучайные слова».

И. Мещанинова-Межинская

— Да, она так и называется — «Неслучайные слова». Собственно, эта книжечка как раз и вдохновила нас на следующую программу после «Пинежского Пушкина», второй показ которого уже фонд организовал, у нас был в Скандинавском клубе, и это было в Масленицу. Но так не хотелось расставаться с Сергеем и Татьяной на длинный пост, и какие-то такие серьезные вещи не возникали из творчества Бориса Шергина, и хотелось людей познакомить с его дневниками. У меня в руках была… Как раз накануне нашей этой встречи мне привезли из Литературного музея из Архангельска книжку «Неслучайные слова». Это цикл здесь материалов из дневников 1941-1956, по-моему… 1953 годов. Из его дневников, которые хранятся в Архангельском литературном музее. И по архангельскому радио был цикл передач когда-то по этим дневникам. И когда я читала эти дневники, меня они поразили, конечно, современностью. То есть то, что там написано, то, чем человек делился, оно меня очень так вдохновило. И я предложила Татьяне и Сергею: а давайте посмотрим эти материалы. Таня, значит, так говорит: «Ну, присылайте!» (Смеется.) Вот. Мы быстренько за набор текста, набрали текст, перепроверили — и давай… и отправили тексты смотреть. И, Вы знаете, когда… ну, там, перечитываешь-перечитываешь постоянно книжечку… Там у Бориса Викторовича есть такие слова: «Пишу дневник, а для кого пишу, не знаю». Ну, то есть вот этот вопрос — я прямо чувствовала, что как будто бы он в наши времена. А самое-то ведь главное что? Самое главное — это то, что вот эти слова — они сочетают… все соединяется: мы сейчас, в XXI веке, Москва, Север, русский дух, всем как-то нужно вместе — соборность, и вот эти все переживания, которые в этих дневниках находятся, они все сейчас и все актуальны. Вот.

А. Пичугин

— Вы знаете, мне вдруг вспомнилось, что почему-то — не знаю, почему так происходит, большинство из дошедших до нас русских народных сказаний, былин, сказок — они почему-то все идут с Севера. Вот сегодня Вы принесли с собой замечательные сказки и дневники Шергина. Весь киевский цикл былин — про Илью Муромца, Алешу Поповича, Добрыню Никитича — может быть, для кого-то из слушателей это станет открытием, но тоже он не сохранился нигде более, кроме как в Архангельской губернии, когда в XIX веке начали наконец собирать вот это наше былинное наследие. Нигде больше, кроме как в Архангельской губернии, не знали про Добрыню Никитича, про Илью Муромца, про Алешу Поповича. В Киеве никто толком не знал. Все это идет именно с Севера. Замечательный еще вспоминается писатель-сказочник Пейсахов(?) — «Сказ о том, как купчиха постничала» вот, например.

И. Мещанинова-Межинская

— «Морожены песни»(?).

А. Пичугин

— Да-да-да! Вот есть у Вас какие-нибудь соображения, почему именно Север нам сохранил, у нас на Севере все сохраняется, да?

Т. Бондаренко

— Там же холодно! (Смеется.)

С. Старостин

— Ну, да, там другое вообще…

И. Мещанинова-Межинская

— Длинная ночь.

С. Старостин

— …другое существование во времени человека, абсолютно. Ну, во-первых, световое время на Севере гораздо меньше, то есть там в принципе меньше света. Ну, если не брать летний период, то в зимний период там почти отсутствует свет. То есть появляется чуть-чуть — где-то что-то забрезжило, и все, и исчезает.

А. Пичугин

— Я бывал, да, в Архангельской области зимой.

С. Старостин

— Вот. А есть же… Ну, можете себе представить — там, полгода совершенно без света. Чем-то надо…

А. Пичугин

— Что делать? Рассказывать сказки.

С. Старостин

— Чем-то надо спасаться. Но не только… Я думаю, не только это, не столько это. Во-первых, культура поморов — это колоссальная культура. Это культура тех людей, которые на долгое время уходили на судах, покидали свои родные места…

И. Мещанинова-Межинская

— Да, на добычу, на добычу, да.

С. Старостин

— …да, и уходили на промысел. И они брали с собой в лодки, на свои суда, на которых они перемещались на довольно большие расстояния (и не на один день уходили они), они брали с собой специальных людей: сказочников — не сказочников, но…

Т. Бондаренко

— Сказителей?

С. Старостин

— …сказителей, да. Сказителей, да, которые скрашивали им вот эту нудную, во-первых… нудное занятие греблей, которая там была постоянно. И долгие вот эти вечера вне дома — они, с одной стороны, их связывали с родными местами, и, с другой стороны, это была чистая терапия такая вот — человеческая, музыкальная, художественная терапия, которая позволяла сохранить свое…

Т. Бондаренко

— Передавали из поколения в поколение…

С. Старостин

— Ну, это само собой, да.

Т. Бондаренко

— Передавали из поколения в поколение. Поэтому я хочу сказать еще немножко так, вырулить на такую тему. У меня дедушка из этих мест мой — он из Пинежского уезда.

А. Пичугин

— А я как раз хотел Вас спросить, что же Вас с Севером связывает — Вас, Татьяна, Вас, Сергей. Вот Ирину уже спросили.

Т. Бондаренко

— Да. Про себя расскажу так, что дедушка мой, Иван Иванович Клевцов, 1912 года рождения, был как раз из этих мест, в которых я, к своему стыду, никогда не была. Но деда своего я обожала, и все мое детство как раз он мне рассказывал… Он был потрясающий рассказчик, невероятный рассказчик. Он замечательно много всего читал, но писать он не умел. У него был один класс образования, поэтому он писал, вот как он сам говорил, «курица лапой». Но рассказывал изумительно. И, так сказать, я считаю, что и то, что вот в актерство моя так дорога завернула, это тоже его дело, потому что он, например, совершенно изумительно мог рассказать «Отверженных» Гюго — со всеми действующими лицами, со всеми диалогами и так далее. Он это делал в несколько вечеров. То есть мы садились, я подпирала щеку рукой, и дедушка начинал рассказывать. Он говорил без говора, ничего подобного не было. Потом я уехала в Москву, дедушка там через некоторый отрезок времени умер, и мне его очень не хватает. И мне в руки попалась книжка Бориса Шергина — совершенно случайно. Я вообще не знала, кто этот писатель. Я видела когда-то мультфильм про волшебное кольцо — в этой книжке это сказки не было, я увидела сказку про Леща и Ерша, влюбилась в этот материал. Попалась она мне случайно, мне ее подарили, она 1957 года издания, «Детгиз», всего 30 тысяч экземпляров. Сейчас, на данный момент, просто раритет невозможный. И я влюбилась в эту сказку, я ее выучила, и какое-то время я ее читала со сцены.

Потом судьба сделала такую паузу на несколько лет — и появилась Маша Батова с этим предложением, появилась вот эта вот наша идея совместить это все с Сережиными чудными песнями, и появился этот проект. И тут на нас выплыли вот эти замечательные, изумительные люди с горящими глазами из «Фонда Севера», которые нас совершенно купили во этой своей искренней любовью. Это невозможно, чтобы люди вот так вот — горящие глаза, и говорят: «Мы хотим! Мы хотим, чтобы туда приехали люди, чтобы они посмотрели на этот Север!» Я никогда там не была, и теперь у меня есть мечта поехать туда и увидеть это своими глазами.

А. Пичугин

— Но ведь это не так сложно осуществить!

Т. Бондаренко

— Да!

А. Пичугин

— Север-то, на самом деле, начинается от нашей Москвы, за 500 километров. Северная часть Ярославской области — это уже Русский Север, уже вот как бы…

Т. Бондаренко

— Я знаю! Более того, я сама из Коми. Это тоже, в общем, Русский Север.

А. Пичугин

— Ну, в какой-то мере, Вы там были.

Т. Бондаренко

— Ну, так сказать, немножко другая эстетика и все, хотя это нам близко все. На самом деле я проезжаю, так сказать, и Вологду, и так далее, но это совсем… Понимаете…

А. Пичугин

— Вот. Значит, были.

Т. Бондаренко

— Ну, как — мимо. Вокзал я видела. Это я видела, да.

А. Пичугин

— Ну, Коми. Вот Архангельская область граничит с республикой Коми.

Т. Бондаренко

— Граничит.

А. Пичугин

— У меня друзья живут в деревне Веркало(?), известная очень деревня. Они из Москвы несколько лет назад уехали жить в тайгу. Вот взяли и уехали — собрали вещи и уехали.

Т. Бондаренко

— И счастливы?

А. Пичугин

— Абсолютно счастливы. Но у них через деревню Веркало(?) идет дорога: 300 километров в одну сторону — Архангельск, а чуть больше в другую сторону — как раз республика Коми начинается.

Т. Бондаренко

— Угу. Ну, вот видите, как все связалось!

А. Пичугин

— Да. Так что… Ирина, а Вам часто удается туда ездить — в Каргополь?

И. Мещанинова-Межинская

— Ну, вот относительно дорог — в Ошевец не так-то просто доехать. (Смеется.) Когда строилась железная дорога, она в Каргополь не дошла…

А. Пичугин

— А как Вы туда добираетесь?

И. Мещанинова-Межинская

— Мы добираемся либо на поезде до Няндомы, дальше на автобусе, а потом еще на машине до Ошевенской, если дорога такая хорошая там будет. Либо из Москвы на машине прямо сразу едем. Одиннадцать-двенадцать часов — две девочки, ну, в смысле, мама за рулем… (Смеется.)

А. Пичугин

— Вы говорите: «Одиннадцать-двенадцать часов». На самом деле, это не так много. Это если по пробкам, то за одиннадцать часов порой далеко от Москвы-то не уедешь.

С. Старостин

— До Владимира можно не доехать.

А. Пичугин

— Можно не доехать. Это я знаю, я часто туда езжу.

И. Мещанинова-Межинская

— Да-да-да. Ну, вот да, вот, собственно, представить если пробку, то да, то, в общем-то, едешь… Конечно. большой участок дороги едешь по трассе Москва — Архангельск, но есть кусок 200-300 километров, который ты бодрячком.

А. Пичугин

— Давайте послушаем еще Вашего… Ваше замечательное творчество. Сергей Старостин, Татьяна Бондаренко. А что мы послушаем?

Т. Бондаренко

— Это страницы из дневника Бориса Викторовича Шергина «Неслучайные слова» — оттуда, из этой книги. На самом деле дневник значительно больше, и он охватывает большой временной период. Мы взяли только этот вот конец 40-х — начало 50-х.

(Звучит песня в исполнении С. Старостина «Вольному — воля», затем отрывок из дневника Шергина «Неслучайные слова» в исполнении Т. Бондаренко, затем опять песня в исполнении С. Старостина «Грешный человече».)

А. Пичугин

— Скажите, пожалуйста, а вот часть — это дневники Бориса Шергина. А часть вот в Вашем исполнении, Сергей? «Грешный человече» — что это?

И. Мещанинова-Межинская

— Русские духовные стихи.

С. Старостин

— Ну, это русский духовный стих, да. А первая, «Вольному — воля» — это тоже, ну, своего рода духовный стих. Это мои рассуждения о жизни — ну, как бы, то, что придумалось.

И. Мещанинова-Межинская

— Авторское.

А. Пичугин

— Ага, это Ваше авторское?

С. Старостин

— Ну, да.

А. Пичугин

— Сергей Старостин, Татьяна Бондаренко, Ирина Мещанинова-Межинская-Межинская вместе с нами проводят этот «Светлый вечер». Меня зовут Алексей Пичугин. Буквально через несколько мгновений мы к Вам вернемся.

Еще раз здравствуйте! Добрый светлый вечер, дорогие друзья! Меня зовут Алексей Пичугин. Здесь, в этой студии — Ирина Мещанинова-Межинская-Межинская, директор Фонда сохранения культурного наследия Каргополья «Наследие Севера» имени преподобного Александра Ошевенского. Также вместе с нами этот вечер, «Светлый вечер», проводят известный российский музыкант Сергей Старостин и Татьяна Бондаренко, актриса. Сергей и Татьяна очень интересно нам исполняют, рассказывают. Это и личное творчество Сергея Старостина, это и дневники Бориса Шергина, сказки Бориса Шергина. В общем, такая необычная программа сегодня у нас здесь. У меня вопрос к Ирине. Скажите, пожалуйста, все же о монастыре, о том, как сейчас проходят там, я так понимаю, все-таки восстановительные работы, что Вам уже удалось сделать?

И. Мещанинова-Межинская

— Ну, с монастырем все очень непросто, потому что монастырь является объектом культурного наследия федерального значения, поэтому полная реконструкция его — она очень сложная, очень дорогостоящая, и к ней приступиться, собственно, мы даже не знаем, каким образом. Потому что очень сложно попасть в государственные программы культуры России, хотя мы пытаемся все сделать. Вот. Поэтому мы делаем — ну, как теория малых дел. Сначала самые необходимые, такие животрепещущие — чтобы дождь не заливал, дырки залатать, траву обкосить, подготовить, колокольню… Вот на колокольне… Собственно, с этого и началась вообще история и нашего фонда. Это когда-то, десять лет назад, Лена Катукова была… оказалась в этих краях, увидела колокольню, она была в разрушенном еще таком состоянии. И ей встретились слова преподобного Александра Ошевенского, что пока будут звонить колокола над Ошевенском, он будет жить. Монастырские колокола. А в колокольне колоколов не было. Естественно, обратились к священноначалию с разрешением, чтобы… Тогда еще это не было там… не велась монашеская жизнь, не восстановлена была. Вот. И она обратилась к священноначалию, чтобы разрешили колокола повесить. Ей говорят (произносит с северным «оканьем»): «Ну, колокола-то хорошо, но повесить-то куда?» А повесить-то некуда. И поэтому стали восстанавливать…

А. Пичугин

— И стали делать так, чтобы было куда вешать колокола?

И. Мещанинова-Межинская

— Да, да-да-да. Стали делать полы, стали делать перекрытия, стали делать балки — все, в общем, вот это все устраивать. Потом стали восстанавливать надвратный храм, и…

А. Пичугин

— А сколько всего там храмов?

И. Мещанинова-Межинская

— Сейчас… Ну, вот действующий — один храм, это надвратный. И… не осталось… То есть вот один такой надвратный храм.

Вот. Но самое главное — что стало происходить, когда стали этими вопросами заниматься. Значит, стали появляться иконы преподобного Александра. Причем, значит, мы стали, вот Лена, общаться с людьми, к которым попадали иконы, попадали какие-то там свидетельства, книги, бумаги. Ну, это же там же продают периодически, кто… Кому-то, наверное, что-то нужно купить, там, типа водки — и раз, из сарая какую-то доску выносят, говорят: «Ну, вот, может быть, эта доска?» Вот. И вот такие есть люди, которые чувствуют, понимают, что это за доски. И оказывается, что, например, доска, которая служила в школе доской, на которой писали, это доска XV века.

А. Пичугин

— Это икона.

И. Мещанинова-Межинская

— Это икона, да. Это икона XV века. Причем, бывали совершенно страшные, конечно, вещи, например, как крышка, извините, в туалете — она тоже была сделана из иконы, дверь в сарай…

А. Пичугин

— В свое время (наверное, может быть, и сейчас тоже) снаряжались целые экспедиции на Север вот по поиску таких школьных досок, к сожалению, крышек для туалета, которые… в свинарниках…

И. Мещанинова-Межинская

— Да-да-да. И вот, Вы знаете, к нашей большой радости, такие иконы попадали к нам. И мы находили… Мы находим, у нас есть в Москве реставраторы, которые реставрируют эти иконы. Мы собираем средства. Но, в основном, это было все среди наших друзей, то есть вот собирали. И постепенно иконы реставрируются и возвращаются на Север.

А. Пичугин

— Еще раз напомните, пожалуйста, сколько существует фонд Ваш по времени?

И. Мещанинова-Межинская

— Юридически — год, а фактически — 12 лет.

А. Пичугин

— Сергей, Вы были, конечно же, на Севере, да? В тех местах, про которые Ирина рассказывает?

С. Старостин

— Ну, нет, в этих конкретно местах не был, но я был в Архангельской области неоднократно, я был в Лешуковском, вокруг Архангельска ездил…

А. Пичугин

— Лешуковское — это Мезень, правильно?

С. Старостин

— Да, да-да. Был в Мурманске, под Мурманском, и был даже вообще за Полярным кругом — совсем недавно, на Шпицбергене.

А. Пичугин

— А на Ваше творчество это как-то оказало влияние — Русский Север оказал? Ну, судя по тому, что Вы нам сейчас исполнили, да.

С. Старостин

— Ну… Вот Вы и ответили! (Смеется.) Конечно. Ну, мимо Севера никак нельзя пройти. Дело в том, что музыкально под Север очень сложно подстроиться, потому что Север обладает своей специфической интонацией, конечно, своим особым характером музыкальным. Я пою то, что мне удалось записать, например, в Северо-Западных областях России…

А. Пичугин

— Это Карелия, да?

С. Старостин

— Ну, это не совсем Карелия — это север Тверской области, Псковская, Новгородская. Но как бы это не тот Север, о котором мы сейчас рассказываем. Но, тем не менее, он, конечно, на меня влияет — через живое слово, через общение с замечательными такими людьми, которые дышат просто вот этим и живут этим состоянием.

А. Пичугин

— А где-то сейчас можно услышать вообще результаты фольклорных экспедиций на Север?

С. Старостин

— Да очень много.

А. Пичугин

— Я вот не знаю, правда, к Вам этот вопрос правильно ли адресую или нет, но, наверняка, в Москве проводятся какие-то мероприятия, вечера, фестивали, концерты?

С. Старостин

— Да, Вы знаете, в Москве, ну, я, по крайней мере, знаю, наверное, с десяток школ-лицеев, которые практикуют выезды именно на Север, не куда-нибудь.

И. Мещанинова-Межинская

— С экспедициями.

С. Старостин

— С экспедициями, там, с проживанием, с исследовательскими какими-то задачами и так далее.

А. Пичугин

— Я даже знаю, но вот я не знаю, где можно выход найти их творчеству… не творчеству, а результат — результат их работы.

С. Старостин

— Результатов… Результатов много. Вот Ирина может, опять же, об этом сказать. Но я могу сказать только даже по поводу своей дочери — она этим летом предпочла отдыху… вот прошедшим, точнее, летом предпочла отдыху в деревне, в замечательном доме на берегу реки, вот такое вот месячное пребывание на Кольском полуострове, так сказать, в деревне, со всеми вытекающими оттуда последствиями — то есть с готовкой на огне, с банями, с походами к бабушкам, с разговорами, с восстановлением храма, так сказать, и так далее.

А. Пичугин

— Потому что ей выпала уникальная возможность побывать на Кольском полуострове. Казалось бы, Россия — Россия, ну, не так далеко, ближе, чем Байкал, а съездить на Кольский гораздо сложнее, чем слетать в Турцию.

И. Мещанинова-Межинская

— Ну, у меня дочка тоже выбрала Белое море, остров Седов. (Смеется.)

А. Пичугин

— Это где?

И. Мещанинова-Межинская

— Остров Седов — это Карелия, и тоже выбрала, чтобы лучше там… «Ну, в Крым — ладно, я съезжу в Крым, но потом. Можно, я на Седов?»

С. Старостин

— «Но потом!» (Смеется.)

И. Мещанинова-Межинская

— Да! (Смеется.)

А. Пичугин

— А Вы обещали рассказать про то, где в Москве можно услышать, увидеть…

И. Мещанинова-Межинская

— Вы знаете, на самом деле мы с этим сталкиваемся сейчас все чаще и чаще — что у людей нет информации полной, то есть, вот о том, что происходит. Что происходит по реставрации, что происходит по восстановлению храмов… Вот есть еще организация такая, большое хорошее движение «Общее дело».

А. Пичугин

— Вот, только с языка сняли — про отца Алексея Яковлева хотел спросить.

И. Мещанинова-Межинская

— Да, с отцом Алексеем мы знакомы, и встречаемся, и у нас очень много моментов, которые пересекаются, и, собственно… Ну, знаем, знаем их… Вот. И, опять же… И вот с фольклором. И мы понимаем, что сейчас мы вот занимаемся работой над нашим порталом, Интернет-порталом naslediesevera.ru. Оно… Ну, невозможно это название просто себе приватизировать. И мы решили, что мы попытаемся все-таки на портале на нашем размещать максимальную информацию о том, что происходит, кто что делает, делиться с этим… этим богатством со всеми.

А. Пичугин

— Адрес назовите, пожалуйста. Три дабл ю…

И. Мещанинова-Межинская

— Да, www.naslediesevera.ru.

А. Пичугин

— Прямо в одно слово — naslediesevera.ru?

И. Мещанинова-Межинская

— Да, да-да.

С. Старостин

— Ну, а потом я могу добавить буквально несколько слов — то, что касается, скажем, фольклорных записей, ведь они велись продолжительное время, более уже, не знаю… более пятидесяти лет, а то еще даже ранее.

Т. Бондаренко

— Раньше.

С. Старостин

— Вот. Но так уже планомерно и постоянно велись. Потому что первые записи Севера вообще относятся к началу… на фонограф еще сделаны, к началу прошлого века. Вот. И эти записи хранятся как в Пушкинском доме в Питере, они хранятся и в Консерватории имени Римского-Корсакова Санкт-Петербургской, и в Институте искусства театра и кино, и так далее. Их и в Москве достаточно, этих записей. Вообще, записей, сделанных на Севере, огромное количество. И я еще в бытностью свою, когда работал с программой «Мировая деревня» на канале РТР (он только тогда появился), буквально мы через два года после его появления, в 1993-м году, по-моему, если мне память не изменяет, поехали как раз в Лешуковское и сняли там фильм «Лешуковская госьба»(?), такой достаточно красочный, театрализованный такой вот момент.

И. Мещанинова-Межинская

— Да-да-да.

С. Старостин

— Так что с Севером, конечно, можно познакомиться, информации много. Но вот большинство фольклорных записей — они малодоступны, потому что они хранятся по архивам, и возможно, что в ближайшее время часть этого материала будет каким-то образом все-таки выкладываться для общего пользования…

И. Мещанинова-Межинская

— Да, мы очень надеемся…

С. Старостин

— …чтобы люди знали, чем они богаты.

А. Пичугин

— Итак, друзья, я напомню, что вместе с нами этот «Светлый вечер» проводят Ирина Мещанинова-Межинская-Межинская, директор Фонда сохранения Каргополья «Наследие Севера» имени преподобного Александра Ошевенского. Также здесь, в студии, известный российский фолк-музыкант Сергей Старостин и актриса Татьяна Бондаренко. Ирина, а скажите, пожалуйста, а чем вообще живут сейчас в Каргополе местные жители, чем занимаются преимущественно, и есть ли там какая-то на месте культурная составляющая, где можно познакомиться с северной жизнью?

И. Мещанинова-Межинская

— Да в Каргополе непосредственно, в самом Каргополе очень хороший краеведческий музей, там очень много дере… каменных храмов.

А. Пичугин

— Да и деревянных тоже.

И. Мещанинова-Межинская

— Деревянных… Ну, нет, в самом Каргополе нет, но там очень такая, ну, вот именно музейная составляющая — с хорошими фондами и архивами, она есть. Но, знаете, ну, конечно, у них и своих проблем там достаточно, и они решают. Но все-таки мы беспокоимся именно о деревянном зодчестве. Там буквально в 2013-м году… Недалеко от Ошевенска, в Каргопольском районе есть такое место — Ледины(?), и там случился пожар.

А. Пичугин

— Да, очень известный… Об этом много говорили.

И. Мещанинова-Межинская

— Да. В Пасхальную ночь. Да. В Пасхальную ночь случился пожар, и люди ничего не смогли сделать — они только успели немножечко вытащить иконы и смотрели просто на то, как это все полыхает. И вот здесь, конечно, это самая-самая большая боль — когда ты приезжаешь… Вот тоже в Красной Ляге(?) храм стоит. Представляете, деревянный храм — ну, наверное, все это могут себе представить, а вокруг чистое поле! Да, ну, вот самое главное — что есть люди, которые, знаете, они прикипают вот… прикипают к какому-то храму, к какому-то месту и успокаиваются только тогда, когда что-то там сделали, что-то восстановили. То есть вот в Каргополе — там все-таки это… Ну, это город. А вот здесь ты понимаешь… Ну, это как… вот как дитя, сирота. Ну как же его оставить? Его оставить невозможно. И если вот наши предки это построили, это сделали, это… оно должно существовать, и оно должно вот быть в… быть в нашей жизни.

А. Пичугин

— Не так давно мне приводили мало… ну, довольно печальную статистику. Около полутора тысяч деревянных храмов, больших деревянных храмов (сколько

маленьких, наверное, особо никто и не считал) было до революции, еще в 30-е даже годы на Русском Севере. Ну, туда входят, конечно, и Архангельская область, губерния…

И. Мещанинова-Межинская

— И Вологодская, (нрзб.)…

А. Пичугин

— Вологодская, да-да-да… Но это как мы сейчас считаем, да? Вологодская, Архангельская, Карелия. Сейчас осталось около 400 памятников федерального значения. То есть вот треть, даже больше, она просто исчезла.

И. Мещанинова-Межинская

— Так оно и есть. Так оно и есть, к сожалению.

А. Пичугин

— Н-да… Вот буквально несколько дней назад мне попалось где-то в соцсетях сообщение о том, как в Ленинградской области сейчас пытаются спасти — кажется, Красная Горбатка называется, да, это место? — уникальный деревянный храм XIX, правда, века, конца XIX века. Он стоит в чистом поле. Второго такого в мире нет. Такие вещи вообще ЮНЕСКО должно охранять, но вот, к сожалению, у нас он стоит в чистом поле и разрушается.

И. Мещанинова-Межинская

— Ну, если мы всем миром возьмемся, соборно, так что же, храмы не устоят? Нет! Призываем, приглашаем! (Смеется.)

А. Пичугин

— Ну, вот, вот, вот! Вы… Надо же с малого начинать. Вот у Вас Каргополь…

И. Мещанинова-Межинская

— Да, вот начнут к нам в Ошевенск приезжать, архангельские власти увидят, что люди ездят — «ну, негоже же с такими дорогами принимать, давайте дорогу построим!» (Смеется.) Вот так, с этого и начнется.

А. Пичугин

— Как у Вас отношения с местными властями выстраиваются?

И. Мещанинова-Межинская

— Очень хорошо! У нас уже у фонда даже заключен договор о государственно-частном партнерстве. То есть они нам всячески пытаются помочь. По документам… Мы пытаемся… вот сейчас решаем вопрос восстановления ограды вокруг Богоявленского храма.

А. Пичугин

— Денег дают?

И. Мещанинова-Межинская

— Вы знаете, не все деньгами решается, поэтому… Мне не всегда нужны деньги…

А. Пичугин

— Ну, главное — помогают?

И. Мещанинова-Межинская

— Да. У них денег на самом деле не так-то и много. Что же там вот?.. Ну, железная дорога прошла стороной, им самим не очень просто, не очень — и сельское хозяйство поднимать, и…

Т. Бондаренко

— Иногда просто какая-то подпись решает больше, чем получается (нрзб.) сумма…

И. Мещанинова-Межинская

— Да, да-да.

А. Пичугин

— …чем сумма денег. Да, это правда. А епархия? Как епархия Вам помогает?

И. Мещанинова-Межинская

— Председателем нашего попечительского совета фонда является митрополит Архангельский и Холмогорский Даниил.

А. Пичугин

— Даниил, да. И его предшественник владыка Тихон покойный, наверное, тоже как-то способствовал?..

И. Мещанинова-Межинская

— Он благословлял, да, да-да. То есть он благословлял тоже, была с ним… И владыка Даниил был у нас два раза в Ошевенске, вот. И постоянно с ним на связи, все под благословлением стараемся все делать.

А. Пичугин

— Каргополь далеко от Архангельска?

И. Мещанинова-Межинская

— Да. Ну, сколько там? Ну, километров 700, наверное. 500-700. Я до Архангельска вообще не доезжала.

А. Пичугин

— Далеко, да, очень получается?

И. Мещанинова-Межинская

— Да. Вот, то есть…

А. Пичугин

— А у нас с Вами продолжаются Пасхальные дни. Поэтому, я думаю, самым правильным финалом нашей программы — программы о Севере — была бы какая-то пасхальная… Может быть, пасхальная песня, песнопение, может быть, какое-то произведение, связанное с Воскресением Христовым. Я напомню нашим слушателям, что сегодня у нас в гостях были директор Фонда сохранения культурного наследия Каргополья «Наследие Севера» имени преподобного Александра Ошевенского Ирина Мещанинова-Межинская-Межинская, известный российский фолк-музыкант Сергей Старостин, Татьяна Бондаренко, актриса. Вот в исполнении Сергея и Татьяны и прозвучит финальное произведение. Я — Алексей Пичугин, всего доброго!

(Звучит текст в исполнении Т. Бондаренко, затем песня в исполнении С. Старостина.)

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (5 оценок, в среднем: 5,00 из 5)
Загрузка...