"Мужчина в семье". Светлый вечер с иереем Дмитрием Березиным (10.11.2015)

Светлый вечер - Дмитрий Березин (эф.10.11.2015) - Часть 1
Поделиться
Светлый вечер - Дмитрий Березин (эф.10.11.2015) - Часть 2
Поделиться

о. Дмитрий Березин 3У нас в гостях был настоятель Казанского храма села Молоково, руководитель интернет-журнала для пап “Батя” иерей Дмитрий Березин.
Мы говорили о роли папы в семье, об отцовской любви, о разнице в воспитании мальчиков и девочек и о том, как папе находить общий язык с ребенком.

Ведущие: Алла Митрофанова, Константин Мацан

К.Мацан

— «Светлый вечер» на радио «Вера». Здравствуйте, дорогие друзья, в студии Константин Мацан и Алла Митрофанова.

А.Митрофанова

— Добрый светлый вечер!

К.Мацан

— У нас сегодня в гостях священник Димитрий Березин. Руководитель журнала для пап «Батя» и настоятель храма Казанской иконы Божьей матери в селе Молоково. Добрый вечер, батюшка.

Д.Березин

— Добрый вечер.

К.Мацан

— Позвали мы Вас потому, что завтра в храмах прозвучит Евангелие от Луки, где есть такие строчки – это слова, которые говорит Спаситель Иисус Христос: «Какой из вас отец, когда сын попросит у него хлеба, подаст ему камень? Или, когда попросит рыбы, подаст ему змею вместо рыбы?» Вот мы от этих слов решили оттолкнуться, чтобы сегодня с Вами поговорить об отцовстве, об отношении папы с детьми и детей с папой, папы с мамой и, может быть даже, чуть шире – о поиске отца, как опоры, как любви, как такого чувства уверенности, чувства, что ты не один. Но, я бы вот с чего начал, вот эта фраза из Евангелия, которую я процитировал, она все-таки об отцовстве, или она о чем-то более метафизическом?

Д.Березин

— Ну, на мой взгляд, она обо всем. Ну, прежде всего, конечно же, понимается она, как фраза о молитве, о том что мы просим у Бога и Господь, как наш небесный отец нам посылает то, что мы просим. И вот… это с одной стороны, с другой стороны мы видим совершенно спокойное использование, можно сказать, образа отца, который понятен людям и мы же когда говорим о Боге, о Боге Отце, да, в молитве Отче наш, обращаемся к нему, как к Отцу. То есть, я думаю, она с одной стороны показывает наше состояние по отношению к Богу, да, то, что мы как дети. А с другой стороны показывает, что для отца – это совершенно нормально давать ребенку просимое. Ну, естественно с оговорками. Поэтому, мне кажется, ее можно понимать и так, и так, но прежде всего – это конечно же о нашем отношении к Богу, о молитве, фраза, конечно.

А.Митрофанова

— Есть хорошее выражение, что если отец не станет для своего ребенка Богом, то Бог не станет для него отцом. По разному к этому утверждению относятся, как Вы считаете, насколько оно справедливо?

Д.Березин

— Ну, если в высокое богословие не ударяться, то…

А.Митрофанова

— А у нас исключительно практический вопрос, мы же…

К.Мацан

— Мы сейчас к практике перейдем.

Д.Березин

— Я хотел сказать то, что фраза то правильная с той точки зрения, что если мы обращаемся, как мы только что об этом говорили, к Богу, как к Отцу, то у нас должно быть представление об отец, оно должно быть полным. Это с одной стороны, мы обращаемся к Богу, мы должны понимать… у нас должны быть какие-то отношения с отцом, да, до того и положительные. Но здесь, на самом деле, верно и обратное утверждение, я даже для многих детей приводил такой пример, есть проблемные семьи, есть неполные семьи, может быть именно в этой молитве и в обращении к Богу, как к отцу, дети, которые не познали радости наличия отца, или каких-то хороших с ним взаимоотношений, воспоминаний добрых, эти дети могли именно в молитве, да, и в обращении к Богу, как к отцу этот пример отцовства впитать. Опять же, через Священное писание, где мы видим заботу Божью о людях. Я думаю, что здесь верно, как первое утверждение, да, что если у меня есть о хорошем отце воспоминания, также может быть верным и обратное, что я могу из любви к Богу познать любовь отцовскую и эту отцовскую любовь уже в своей жизни воплотить.

К.Мацан

— Но мне в этой фразе наиболее дорога именно там мысль, что есть какое-то очень глубокое содержание в отношениях ребенка и отца. Я бы к практике перешел, и Вас, как отца четверых детей хочу спросить вот о чем. Когда я помню у меня родился ребенок, он у меня пока один, меня поражала та трепетность и та некая, даже какая-то, как мне казалось, чрезмерная трепетность моей супруги в отношении новорожденного этого маленького человечка, когда мы, например, уходили из дома на час по каким-то делам и оставляли его с бабушкой, через час супруга уже места себе не находила, потому что очень скучала, как там мой ребенок. Я уезжал на целый день на работу…

А.Митрофанова

— И ничего…

К.Мацан

— Аль, не то чтобы ничего, я скучал, мне было очень приятно о них думать, но я понимал, что я не испытываю такого зуда, чтобы каждый час звонить, как там и что у вас там, как он там растет, зубик прорезался, не прорезался – это уже чуть позже. И для меня и тогда стоял вопрос, и сейчас стоит, все-таки стоит ли в такой ситуации папе упрекать себя в равнодушии? И как в этой ситуации себя самого оценивать?

Д.Березин

— Ну, я думаю, здесь никакого равнодушия нет, ну просто мы иногда немножко неправильно на мой взгляд понимаем любовь родителей к детям и прежде всего отцовскую любовь по отношению к детям. Ну вот, как иногда бывает так, любовь неправильно понимается, как разрешение всего, да, и вечная улыбка. Мы забываем, что в любви есть и элемент строгости, и он обязан быть, иначе это будет не любовь – это будет какая-то фикция, и также и здесь, мне кажется… ну я вообще за то, чтобы мы были настоящими. То есть, не нужно пытаться себя заставить. Есть очень разные отцы. Есть те, которые, прямо как мамы. Но вот этой фразой «как мамы», сразу становится понятно, что это неправильно, что-то здесь есть не то. Они пытаются копировать, или мамы от них требуют иногда – почему ты не такой, как я, с одной стороны. А с другой стороны, мне кажется, любовь мужская, мы все очень разные и мужчины все очень разные, она должна проявляться, наверное, естественным образом.

К.Мацан

— Это как?

Д.Березин

— Это сложно сказать.

К.Мацан

— Вот Вы сказали, что все разные, но тем не менее говорите, что какая-то мужская любовь, то есть, есть некое понимание о каком-то идеале хотя бы, как минимум, культурном, и может быть духовном, как эта любовь в целом у всех в идеале должна проявляться. Вот есть какие-то доминанты, константы, универсалии здесь?

Д.Березин

— Не знаю, сложно сказать. Но, наверное, есть понятие, например, строгость, такая спокойная, понятие оценочность. Но мы говорим сейчас больше об отношении, наверное, уже к более взрослым детям, да, потому что, если мы говорим о малышах, там у папы – подержать ребенка, подышать на него, положить его рядом – это тоже нормальные совершенно человеческие чувства. Но мне кажется, может быть, по-разному происходит это осознание отцовства, особенно по мере возрастания ребенка и, ну вот какой-то абсолютной доминанты такой, наверное, нет. Но я думаю, что скорее, если общими категориями говорить, да, наверное, определенная оценочность и самое главное, что может отец дать ребенку – это защиту и чувство надежности. Маленький ребенок в руках у папы, такого большого, иногда бородатого, иногда не очень. Уже подрастающий ребенок, который уже делает первые шаги – папа где-то поймает ребенка, где-то скажет: «Цыц», – это опять же в семье формируется и это должна, кстати, формировать мама. Мама учит ребенка в первую очередь, наверное, послушанию, и сама если сможет его научить послушанию, ну послушанию по отношению к папе, то тогда она же сама будет эти плоды пожинать радостные. Почему – потому что дети, они видят, как надо правильно, они же учатся у нас. И если мама слушается папу, значит папу должны слушаться все в семье. И тогда перечить нет причин, папа сказал – все, точка поставлена. Ну от отца требуется, конечно, эта вот взвешенность, которая внутри себя имеет любовь, но вот взвешенность, надежность. Вот то, что мы… то, что дает ребенку возможность, наверное, идти вперед. Я бы так это сформулировал.

А.Митрофанова

— Вот, спасибо Вам большое за это определение. Я прошу прощения, что вмешиваюсь в разговор двух пап, я тут, наверное, вообще…

К.Мацан

— Мы тебя специально пригласили.

А.Митрофанова

— Чтобы я вмешивалась? Когда Костя сказал насчет того, что Лена, его супруга, она каждый час не находит себе места, что же там с малышом и несется скорее домой, а Костя спокойно уезжает на работу. Я как раз подумала о том, что мы же действительно очень важные. Так что мне кажется, Кость, тут переживать абсолютно не о чем. Женская любовь, она такая, кормяще-заботливая, птичья, во-многом, прошу прощения за это выражение. Но мы действительно, мы другие, мы с вами разные и это абсолютно нормально. И, когда любит мама, мне кажется, что это такая безусловная любовь скорее, безусловная несмотря на то, чтобы ребенок не сделал и ребенок понимает, что можно все в жизни совершить, но в лице мамы он все равно останется этим любимым чадом. А папа здесь немножко другое, любовь папы, она такая, что он как будто бы ставит какие-то планки и за этими планками нужно расти. И тогда у папы будет такая поощряющая любовь, то есть папа своей любовью ребенка подталкивает к росту, как Вы совершенно справедливо заметили. Я когда немножечко соприкоснулась с психологией, увидела принципиальную разницу в воспитании мальчиков и девочек, поняла, что в общем, это абсолютно справедливо. Девочек мы воспитываем так, что они безусловные умницы, красавицы и это такая именно материнская безусловная любовь на них должна быть в большей степени обращена. А мальчики, их нужно хвалить не за то, что они просто есть, а в отличие от девочек, их нужно хвалить за их какие-то достижения. Вот эта принципиальная разница между мужчинами и женщинами, она выражается во всем.

К.Мацан

— А, вот эта оценочность, она к девочке тоже применима? Оценочность папиной любви?

Д.Березин

— Ну, я честно говоря, применяю.

К.Мацан

— А как это происходит на практике, Вы можете рассказать? Ну, то есть, мальчикам понятно, ну понятно, конечно, наверное, понятно тому, кто это проходил, я в силу возраста ребенка, пока, наверное, не прошел, но грубо говоря, там, давай мы сегодня с тобой отожмемся 10 раз, а завтра 15. А с девочкой что?

Д.Березин

— Ну, в принципе, ну здесь, наверное, да для мальчика нужно ставить какие-то, ну может быть не сверхзадачи, но какие-то задачи и он их будет выполнять, преодолевать, то есть, нужно какие-то препятствия создавать, в хорошем смысле, сложности и тогда это интересно становится. Для девочки, мне кажется тоже должна быть определенная, ну только в более мягкой форме… Все равно папа, он папа, он может, ну опять же, очень сильно зависит и от состава семьи, и от характера человека. Я стараюсь, конечно, больше к ним относиться с такой некоей абсолютной любовью, хвалить, поддерживать, но бываю строг, потому что надо же какие-то рамки тоже создавать, поэтому… ну на практике как это происходит. Ну я, например, мы с ними беседуем, чем вы хотите заниматься. Вот прошлый год, например, они занимались плаванием постоянно, это было сложно, шесть дней в неделю. Сейчас, вот я о старшей говорю, маленькая еще, пока рано с ней беседовать на эту тему, а сейчас мы поняли, что шесть дней в неделю плавать – это сложно, ну это и не нужно. Они пошли у меня, например, на дзюдо, да, и вот мы с ними…

А.Митрофанова

— Девочки?

Д.Березин

— Девочки, это прекрасный вид спорта для девочек, это владение, как бы гибкость, ну в том числе элементы самозащиты.

К.Мацан

— Я в детстве, когда карате занимался, там было много девочек, я помню, да, у нас на секции.

А.Митрофанова

— Ну, тогда это было в тренде, Кость.

Д.Березин

— Карате, все-таки, это ударное, а дзюдо – это все-таки, мягко приобнял, бросил, взял, перевернул, кувыркнулся. То есть, это такой приятный вид спорта. То есть, девочкам, драться как раз, я против, чтобы они… а там очень так все спокойненько. И они ходят, мы иногда с ними даже что-то отрабатываем, то есть, для них это интересно и они видят, что это мне интересно. Мне кажется, здесь тоже такой фактор, что для них важно, что мне это интересно и нам есть о чем поговорить. Вот сейчас они, например, будут какие-то пояса получать, уже будет о чем побеседовать. Можно выйти, я раньше ходил с ними на самбо, они занимались тоже маленькие дети, причем все втроем занимались старшие, мы с ними кувыркались потом, нам тренер позволял, на ковре, боролись с ними уже, так то я смотрел просто. И вот интересно, они видят, что я знаю какие-то приемы, они знают, и вот уже у нас есть некая общность. У нас есть то самое время, которое должен папа проводить с детьми, но не пытаясь из себя кого-то сделать, а, дети привязываются к отцовским интересам, к интересам взрослых и мне кажется – это совершенно хорошо и здорово.

А.Митрофанова

— Органично это получается.

Д.Березин

— Органично и нормально, да.

А.Митрофанова

— Потому что иначе, да, нужно проводить время с ребенком, да, нужно проводить время с ребенком, ну хотя бы час в день, ну что же мне…

Д.Березин

— Какая мука, да?

А.Митрофанова

— Да, пусть лучше в компьютер поиграет.

Д.Березин

— Нет, это действительно мука – пытаться придумать, что с ребенком сделать. Это ужасно, я тоже страдал, пока они маленькие были, мне очень было как-то тяжело, а сейчас, например, Федор увлекся шашками, мы с ним не страдаем – мы играем в шашки. То есть, нам не нужно придумывать, что бы нам такое вместе поделать.

К.Мацан

— То есть, с возрастом становится проще в этом смысле?

А.Митрофанова

Д.Березин

— Да, гораздо проще.

К.Мацан

— Потому что я тоже с этой проблемой сталкиваюсь, но я не хочу употреблять слово «мучаюсь», но для меня, честно говоря, другой вопрос возникает, и я просто по разговору со своими друзьями знаю, что многих пап это волнует. Я хотел бы, чтобы мы с Вами сейчас об этом поговорили, все-таки мужчина в той или иной степени живет с осознанием большой важности своего дела – профессии, работы и как-то… это то, что наполняет, то, что питает, то, что тебя вдохновляет. И, приходя домой ты так, или иначе вынужден как-то переключиться, а это не так просто. У тебя может быть какая-нибудь мысль недодуманная, какой-то проект, ты сейчас в нем, а тут нужно машинку как-то по полу покатать, Лего построить, какую-то там наклеить, порисовать и ты с ужасом понимаешь, что кипит внутреннее, пускай маленькое, но раздражение, на себя в первую очередь и вот это вот общение с ребенком превращается в долг в худшем смысле слова, что я должен… Где найти силы в себе, как перестроить, может быть внутренние какие-то рецепторы, внутреннее восприятие действительности, может быть к Вам, как к пастырю вопрос. Чтобы это был долг в высшем смысле слова, а не в таком примитивно, сейчас зубы стисну и давай поиграем, хорошо с тобой.

А.Митрофанова

— Прежде чем отец Димитрий начнет отвечать, Кость, опять от меня пять копеек комментария. У нас разное сознание и ты себя опять же в этом не кори, потому что женщины, как я это объясняю, многополосное движение в голове, мы можем параллельно думать о разных вещах и делать несколько дел одновременно. Мужское сознание, оно, насколько мне известно, тем и отличается, что вы сконцентрированы на какой-то одной задаче и в общем, довольно сложно бывает смотреть при этом по сторонам, однополосное движение. Поэтому, нормально. Но, вопрос прозвучал и он очень актуален.

Д.Березин

— Сложно, да, с одной стороны нужно как-то… ну я думаю, что это скорее всего вопрос в большей степени возраста ребенка, да, потому что, пока ребенок, еще наверное, лет до пяти, до шести, ну, где-то, наверное, пораньше, для него не важно, что думают окружающие люди. То есть, ему нужен сейчас… он живет этим моментом. Пришел папа, все, ага, у меня целый список того, что нужно ему… что он должен сделать. Ну, мне кажется, это нужно, просто пережить, может быть, отчасти. Другое дело, что бывают ситуации, когда приходя домой, мы работаем же не только на работе, бывает и дома надо что-то сделать, вот у меня это почти постоянно, то есть, не только в храме, но и дома многие дела делаются за компьютером. Я думаю, просто должно быть место и должна быть, ну, какая-то договоренность, что бывают ситуации, когда нужно папу не трогать. Просто спокойная договоренность.

А.Митрофанова

— Папа занят.

Д.Березин

— И все, а папа занят. И все должны знать, что это время, или сейчас папу никто не трогает, все, папа занимается. Такие бывают ситуации, бывает там целый день нужно, чтобы никто не трогал. И мне кажется, это нормально и для детей тоже вот это понимание того, что отец его не отталкивает ребенка, потому что мы же иногда в такой своей суете, в своих делах, просто готовы его отодвинуть, не объясняя ничего, да, просто потому что я сейчас занят – не мешай. Тогда получается у ребенка обида, что его отторгает, причем отторгает тот, кто должен давать ту самую защиту и опору. А когда дети знают, когда это некая норма и если не злоупотреблять, то мне кажется здесь все совершенно нормально и можно находить тот баланс.

К.Мацан

— Прекрасный случай у меня был, когда мой двухлетний ребенок в ответ на мою просьбу: «Мишенька, иди одевайся», – встал, повернулся, поднял в верх палец и сказал: «Секундочку», – у кого же он этому научился, подумал я…

 

К.Мацан

— Священник Димитрий Березин – руководитель журнала для пап «Батя», настоятель храма Казанской иконы Божьей матери в селе Молоково сегодня в гостях в программе «Светлый вечер».

А.Митрофанова

— Отец Димитрий, мы до сих пор говорили об идеальной ситуации, когда у нас полная семья – мама и папа, дети, или один ребенок пока еще, да, как в случае и Кости. И бывают ситуации и и другие, и они, к сожалению, в наше время не редки, когда родители в разводе и мама, как правило, остается с детьми, дети остаются жить с ней, папа забирает их на каникулы, или забирает на выходные, или появляется в какие-то иные промежутки времени. Но это всегда какое-то очень временное общение, краткосрочное. И, если мудрая мама, она конечно будет авторитет папы, несмотря на все обстоятельства в их жизни в сознании детей поддерживать. Как папе в таких ситуациях себя вести? Я наблюдаю такие ситуации среди моих знакомых и я понимаю, что это безумно тяжело. Люди скучают по детям, с одной стороны, с другой стороны, без вот этого навыка постоянного пребывания рядом с ними бывает порой и тяжело взаимодействовать. Какие советы Вы здесь можете дать?

Д.Березин

— Ну, да, причем зачастую дети проявляют по отношению уже к родителям и обиду, да, ну то есть как бы иногда для детей это целое мучение, для самих детей. Поэтому, ну, прежде всего, стараться, конечно, до этого не доводить.

А.Митрофанова

— Дай то Бог, понимаете – это идеальная ситуация.

Д.Березин

— А если уже это произошло, ну не знаю, здесь опять же, нет универсальных советов. Я насколько помню, у нас где-то 30% семей неполными числятся по статистике. Это огромная цифра, конечно, ну, вот с точки зрения, наверное, я сначала все-таки посоветовал бы маме, оставшейся… ну, тем, кто проводит время с детьми, помимо, действительно поддержания авторитета отца, может быть было бы хорошо найти какой-то пример мужской – тренер, священник, дядя, крестный, ну кто угодно, дедушка может быть.

А.Митрофанова

— Значимый взрослый это называется.

Д.Березин

— Да, значимый взрослый, а то может и не один, чтобы пример мужского поведения он всегда был где-то близко, был рядом. Это первый момент. А что касается пап, тут, ну не знаю, наверное тут опять же, встречаться или не встречаться, как часто, что делать с детьми, они растут. Бывает очень хорошие отношения сохраняются с детьми и они продолжают, дети взрослея общаются с отцом, у них даже бывают какие-то совместные проекты. Это мы в семьях известных людей видим, да, сохраняются хорошие взаимоотношения. А бывает, когда собственно этот контакт потерян, ну по разным причинам. На мой взгляд, по возможности, нужно пытаться этот контакт создавать, поддерживать, но как бы тут не быть искусственным.

А.Митрофанова

— Я хочу вернуться сейчас к женской части моего вопроса. Мне бы очень хотелось, чтобы Вы нам женщинам сейчас объяснили, а почему так важно авторитет папы в глазах ребенка поддерживать. Опять же, разные бывают ситуации, бывает, что мама в порыве чувств может наговорить такого, от чего потом ребенок сам не понимает, как страдает.

Д.Березин

— Да, на самом деле так часто и бывает. Но, зачем нужен авторитет отца, даже, если его нет рядом. Потому что, вот как знаете, если у страны, у жителей страны нет исторической памяти, то они получаются тоже такая некая безотцовщина, это некие младенцы – без корней, без традиций, без всего, просто оторванная такая вот в пространстве болтающаяся жизнь. А когда у нас есть корни, когда у нас есть история, если мы говорим о стране, мы ее знаем, то мы чувствуем, что за нами еще ого-го. Также и здесь, когда мы говорим об отцах, вот то самое чувство уверенности, чувство крепкого тыла, если оно… ну фактически уже отсутствует, отец в жизни семьи присутствует мало, но если мы и это чувство уважения к отцу разрушим, то тогда, в общем-то, ничего не останется. Тогда действительно остается один на один перед лицом этого мира. Спрятаться к маме – ну, вот некоторые находят такой выход. Или наоборот, озлобиться на маму, которая допустила такую ситуацию, еще и… тут очень много бывает побочных таких печальных последствий. Мы в прошлый раз тоже в передаче «Светлый вечер» вспоминали библейский пример Хама.

А.Митрофанова

— Да, очень яркая такая фактурная история.

Д.Березин

— Да, она очень яркая и там много интересных таких особенностей, но факт в том, что это действительно фактически он пытался этот образ отца разрушить, над ним надсмеяться, а для нас, мы с чего начали передачу, этот образ отца, он в определенном смысле проецируется и на Бога и наоборот. Поэтому здесь, конечно, мамы, которые заботятся о будущем своих детей, должны немножко через себя перешагнуть.

К.Мацан

— Вы сказали о примере отца, о мужском воспитании. Я бы к этому хотел обратиться сейчас. Я недавно читал одну статью, в которой содержалась такая мысль, что вот мужиком настоящим становится ребенок, который в детстве ходил в походы, разжигал костры, своими руками мастерил лодку, прыгал рыбкой в ручей, в речку, туда, где даже взрослые…

А.Митрофанова

— В ручей лучше не прыгать.

К.Мацан

— В речку, туда, где даже взрослые мужики осмеливаются прыгать только солдатиком. И вот такой мальчик вырастет и будет настоящим мужиком. Я сразу посмотрел как-то на других мальчиков, которые в детстве жили в городе, ходили в музыкальную школу, смотрели «Трех мушкетеров», читали книжки и так далее. И у них в этой логике, это тоже было некое полемическое заострение в статье, но тем не менее, такая логика есть, в этой логике им не суждено вырасти мужчинами, естественно, не суждено передавать потом опыт воспитания своим детям, что Вы об этом думаете?

Д.Березин

— Опыт добывания мамонта, да. Когда говорят о ролях мужчины и женщины, я всегда вспоминаю, что мужчина должен добывать мамонта, то есть, начинается с этого.

К.Мацан

— Мне кажется, мамонтов уже скоро не останется…

Д.Березин

— Их уже к сожалению…

А.Митрофанова

— Их уже нет, Кость.

К.Мацан

— Вот поэтому их и нет, всех добыли.

Д.Березин

— Да, надо кого-то теперь снова добывать. На мой взгляд, опять же, это хорошо, это здорово, такие вот занятия, которые, позволяют развивать силу, ловкость, храбрость. Но, мне кажется, их нельзя абсолютизировать. С одной стороны мужчина должен все-таки желательно должен уметь делать что-то руками – это здорово. А с другой, он не обязан уметь делать что-то руками, если он умеет делать что-то головой. Поэтому… мне очень хорошую историю рассказал наш знакомый хороший, когда… он автомеханик и к нему приехал мужчина, там, ремонтировать машину, они ему починили и там что-то не доделали, ну, потому что не было времени и он говорит: «Ну, это ты сам доделаешь», – он говорит: «Я не могу» – «Ну как, ты что, ты не умеешь руками ничего делать что ли?» – «Да нет, почему… не умею, да, я не умею». Он говорит: «Ну ладно, тогда, а что ты умеешь?» – «Ну, я это умею, а еще петь умею» – «Ну, давай так, ты пой, а мы сейчас доделаем». И он пел, он говорит, что мы аж инструмент побросали, сидели и слушали, наслаждались, как он поет. Я думаю, все-таки мужественность, некое мужское поведение, оно не обязано зацикливаться на таких каких-то особых мужских занятиях. Опять же, ну это само по себе интересно, но мужчина не из этого состоит, наверное, так можно сказать.

А.Митрофанова

— А что важно – харизма, ответственность, любовь – что вот здесь должно быть, какие составляющие в этом смысле вы считаете важные?

К.Мацан

— Это важный вопрос, потому что вот этот пример, с одной стороны, с добыванием мамонта в сибирском лесу, и с другой стороны с походом за мамонтом в музыкальную школу, важен тем, что и там, и там подразумевается какой-то образ мужчины, какие-то качества, которые заложены в том, или том поведении, вот об этом Алин вопрос, мне кажется.

Д.Березин

— Ну, пожалуй, что да.

А.Митрофанова

— Думаю, да. Вы так на меня смотрите, откуда же я знаю.

Д.Березин

— Ну, я думаю, что некоторые мужские качества, которые должны, наверное, быть у всех мужчин, наверное, прежде всего – это ответственность. То есть, умение нести ответственность за свои поступки, за свои слова, умение попросить прощения, если чувствуешь, что не прав – это кстати важно для детей, да, что отец не всегда абсолютно прав, отец может ошибаться. И, но он, ошибаясь, умеет признаться в этом и исправить ситуацию, попросить прощения. То есть, прежде всего – это ответственность, ну и, наверное, надежность, если так кратко. То есть отец – тот, на кого всегда можно положиться. А вот чтобы на него можно было положиться, он должен многое уметь, многое знать – это как раз то, что может быть, ну не может быть, а точно нужно воспитывать в ребенке с самого начала, с детства. Ну, по идее, воспитание отца начинается в детстве, правильно?

К.Мацан

— Любознательность и любопытство ко всему.

Д.Березин

— Ну, вообще такой активный взгляд на мир, да, дети же любят разламывать что-то, изучать, машинки разбирать. И, наверное, это надо поддерживать и отец, соответственно, мужчина, который собирается стать отцом, как только он это понимает – кто-то пораньше понимает, кто-то попозже, кто-то уже постфактум осознает, да, что он стал отцом. Вот, наверное, он должен в себе все-таки эти все качества, и любознательность, и умения разные развивать с тем, чтобы ребенок увидел, что о, а у меня папа оказывается и вот это умеет. А вот, папа давай мы сделаем с тобой – а он и это умеет. То есть, папа умеет все – как хорошо.

К.Мацан

— Священник Димитрий Березин – руководитель журнала «Батя», настоятель храма Казанской иконы Божьей матери в селе Молоково сегодня в гостях в программе «Светлый вечер». В студии Алла Митрофанова и Константин Мацан. Мы прервемся и вернемся через несколько минут.

 

А.Митрофанова

— Еще раз добрый вечер, дорогие слушатели. Константин Мацан, я, Алла Митрофанова, это программа «Светлый вечер» на радио «Вера» и мы сегодня говорим с руководителем журнала «Батя» священником Дмитрием Березиным, настоятелем храма Казанской Божьей матери в селе Молоково, о том, кто такой настоящий отец и каким им стать, говорят сегодня в студии мои собеседники. А я сижу и с наслаждение их слушаю, мне так нравится.

К.Мацан

— Вот, вопрос о том, как им стать. Отец Димитрий, Вы давно в этой теме работаете и журнал, и проект целый выпускаете, да, и наверняка общаетесь с огромным количеством людей на эту тему, видите разных молодых людей и старше и девушек, и можете как-то может быть нащупать какой-то такой нерв общественного мнения, вот. есть такое мнение, что сегодня чуть-чуть поменялись гендерные роли у мужчин и женщин. И в том числе это выражается в том, что, например, женщины-студентки очень хотят карьеры, самореализации, многие. А теми, кто думает скорее о семье, чтобы был дом, дети, радость, смех детский вокруг елки новогодней – это мальчики, ну, молодые люди будущие. Вот, Вы наблюдаете такую смену интересов или это все-таки как-то оторванная от реальности картина?

Д.Березин

— Ну, то, что многие девушки ищут карьеры – да, это я наблюдаю, но, мне кажется, вот, как раз той самой семейственности далеко не многие ищут. И даже, может быть, не столько мальчики. Я, вот, честно говоря, ну, не так уж и много встречал мужчин, наверное, да, которые вот именно хотели бы… да, точнее хотели бы создать семью, да, но чтобы жена – она была соответственно женой, матерью, да, и так далее, а сами они трудились. Но, на самом деле, очень многие девочки тоже учатся и собираются быть не матерями, то есть они, что удивительно, это не плохо само по себе, да, но они учатся всему кроме самого главного. То есть – как, собственно, быть матерью – нигде не учат этому. Вот, что тоже странно и удивительно. Поэтому я бы сказал, что скорее наоборот, ну, точнее не наоборот, а роли меняются за счет чего? За счет того, что очень, на мой взгляд, большой процент, его наверное измерить невозможно, но мальчиков и мужчин молодых и уже не молодых, поколение, которое росло в формате женского воспитания, вот. Вот здесь я думаю, что, ну, во-первых, статистику нашего времени знаем, да – треть не полных семей, то есть, ну, мы, наверно, не треть детей, да, но значительная часть детей воспитывается в семье женщинами, да, мамами, бабушками, в школе – учительницами, в саду воспитательницами. То есть получается, что роль воспитания детей, она возлагается во многом на женщин и мужчина тут, конечно, сами, ну, виноваты во многом. Да, то есть, могли бы они в этом больше участвовать, но, вот, к сожалению, на мой взгляд, во многих мальчиках формируется такая не мужская модель поведения, вот. и тогда в семье, а семьи так или иначе создаются, тогда в семье происходит так, что вот этот вот не мужской мальчик, там, разные, да, причины, ну, самое простое – это инфантилизм, то есть, вот, те люди, которые, ну, вот, не готовы нести как раз ту самую ответственность, те мужчины. А что делать? Женщина берет на себя всю ответственность, то есть возлагает на себя ее и в конце концов, мужчина, который, допустим, должен принимать решение, он с радостью перестает это делать. Да, увлекается, там, своими какими-то делами, вот, а женщина просто по факту берет на себя те роли, которые, в общем-то, не должна была бы брать.

А.Митрофанова

— Я такую модель поведения, простите, что вмешиваюсь, называю генерал в юбке. Знаете:

Ей жить бы хотелось иначе,

Носить драгоценный наряд…

Но кони – всё скачут и скачут.

А избы – горят и горят.

Наум Коржаин в свое время сказал, по-моему, очень точно. Это большой вопрос – действительно, кто виноват – мужчина или женщина. Вот, Вы сказали о том, что мужчины сами виноваты, я могу сказать, что мы, женщины, очень часто сами провоцируем ситуации, когда не даем мужчинам, да, проявиться в нашей жизни, реализоваться, вот, в полном смысле этого слова, понимаете, и реализовать, вот, свое мужское начало, харизму, да, и укрепиться в сознании своих детей как вот такие лидеры, да, как люди, которые несут ответственность за семью и так далее, так далее. Мы, женщины, во многом сами провоцируем ситуации, из которых вырастают колоссальные беды в наших семьях, вот, поэтому здесь, мне кажется, такой обоюдоострый меч.

Д.Березин

— Ну, я согласен, конечно, с этим. Я просто хотел сказать то, что в какой-то момент мужчина либо он не хотел, да, если он хотел, то – да, бывают ситуации, в которых он просто опускает руки, говорит: «Ну, вы хотите хозяйничать, хозяйничайте сами». Вот, и здесь, наверное, роль мудрой женщины, мудрой матери, опять же, в формировании этого образа отца, вот, то есть отец не может сам свой образ создать, да, это было бы неправильно. А, вот, мама, она может создать, дать ему возможность принимать решения. Это не значит, что он будет авторитарно принимать решения, которые он хочет, может со всеми советоваться, всех слушать, всех слушать, да, но, можно сказать, делегировать некую власть в семье, да, наделить этой властью мужа, может жена.

К.Мацан

— Мне, вот, в этих ситуациях всегда интересно – все-таки давайте мы на практику немножко перейдем – о каком уровне проблем мы говорим, ну, потому что, вот, например, вот, семейная пара в магазине, и они решают, что купить – курицу или индейку. И муж говорит: «Покупай, что хочешь, ты же будешь готовить, не я. А я приму любое твое блюдо». Вот это инфантилизм? Это отход от проблемы? Это как бы один уровень проблем. Второй уровень проблем – а куда поедем отдыхать, а как проведем отпуск, потому что тут уже большие деньги имеют значение, да. И тут, как сказать, тут настоять на своем – это, вот, взять на себя бразды правления и не быть инфантильным? А может быть есть какой-то более высокий уровень проблем, на котором по-настоящему проверяется лидерство. Вот это вот – отдать бразды правления. делегировать полномочия – а какого рода выборах мы говорим. Вот, Вы смеетесь, отец Димитрий, а мне кажется, это реально важный вопрос, потому что, потому что, вот, на практике возникает именно он.

А.Митрофанова

— А я анекдот вспомнила.

К.Мацан

— Спасибо, Алла Сергеевна.

А.Митрофанова

— В нашей семье все глобальные проблемы решает мужчина – есть ли жизнь на Марсе, когда наступит конец света, а женщина – ну, так, по мелочи, по хозяйству – как вывезти детей на лето на каникулы, как купить подарок свекрови, где переобуть машину, ну, и прочая ерунда.

Д.Березин

— Очень хорошо, я думаю, что, во-первых, должны быть некие зоны ответственности, созданные в семье. Они не абсолютны, но тем не менее, я не знаю, там, за покупку продуктов отвечает, в основном, допустим, жена или, в основном, муж – это не важно сейчас, вот, и в семье обычно вот эти вопросы решает, допустим, жена, вот. ну, то есть по бытовым вопросам каждый раз советоваться с мужем, ну, наверно, смыла нет, да. С другой стороны, никто не мешает мужу тоже какое-то решение принять, там, о покупке, о поездке. Вот. у нас, например, вопросы поездок и летнего отдыха решает всегда супруга, вот, и брать меня или не брать – это уже тоже она решает.

А.Митрофанова

— Ну, Вы же не думаете – есть ли жизнь на Марсе.

Д.Березин

— Нет, думаю.

А.Митрофанова

— Думаете?

Д.Березин

—Вот, размышляю, но…

К.Мацан

— А в Вашем случае – это вы, как бы, об этом договорились с супругой?

Д.Березин

— Ну, это по факту так сложилось. То есть я, вот, как раз, витая в облаках, да, чаще, конкретно… но тем более все равно отдыхать же ей с детьми в основном, да, ну, у меня же отпуск, он очень лимитирован и поэтому они чаще вынуждены, видимо, отдыхать без меня, вот, поэтому, ну, естественно – зачем я буду за них решать куда им ехать. Но мы, естественно, советуемся, потому что она говорит – вот, туда, туда, туда можно поехать, да, и мы уже смотрим – есть ли возможность, есть ли желание, будет ли польза, например, для детей. Мы, вот, например, это лето дети провели в деревне в Белоруссии у родственников, да, в самой, самой, самой настоящей деревне. Они там воспитывали кур, свиней, уток, там, баня одна, то есть там не горячей воды, там колодец на улице, и они прекрасно там провели время. То есть им это было даже полезнее, чем курорт, да, интереснее, да, и живее, они с восторгом оттуда вернулись. То есть, на мой взгляд, это было хорошо им и я, собственно, поддержал эту идею, и дети сами поддержали, вот, то есть, мне кажется, здесь надо советоваться, ну, наверно, так – стратегические вопросы, так если опять на уровне высоких понятий перейти – должен решать мужчина и мужчина, наверно, как умный руководитель, он должен, семьи, разделить какие зоны ответственности у кого, там, ко, допустим, ребенок подрастает, а почему бы ребенку, допустим, не дежурить, там, я не знаю, по кухне, да. Почему бы, там, ребенку, ну, понятно, в свое возрасте, учитывая, там, реалии и так далее, но тем не менее, да, потом, вот те вопросы, которые, ну, и вообще. Как бы так сказать – последнее слово должно быть за мужчиной. А уже насколько он будет принимать, ну. кому-то, допустим, вопросы автомобиля близки, да, там, переобувать машину, ремонтировать, чинить, да, вот, кому-то они не очень близки, да, мужчинам, значит, женщине могут быть близки, да, смотря, кто ездит, ну, мне кажется, здесь…

А.Митрофанова

—Не бывает однозначных…

К.Мацан

— Важно договориться заранее.

Д.Березин

— Я думаю, да,

К.Мацан

— На берегу или внимательно смотреть, как сложилась жизнь.

Д.Березин

— Ну, в процессе.

К.Мацан

— Как она настроилась, да, как-то этому уделить внимание.

Д.Березин

— Ее надо просто подстраивать.

К.Мацан

— Просто потому что я, заканчивая, может быть эту тему, но все-таки предполагаю, что найдется семья, может быть, в которой, вот, ситуация, когда жена решает, как поехать детям, куда поехать детям, даже если муж потом соглашается и это, как бы, благословляет своей отцовской любовью, все равно будет сочтено как ну вот этот инфантилизм.

А.Митрофанова

— Кость, мне кажется, что здесь самое главное – какое-то творческое отношение. Я просто прошу прощения, сейчас вспоминаю себя в супермаркете – у меня не стоит вопрос, что купить – курицу или индейку, да, я думаю, так, чем я больше порадую – ну, вот, наверное… то есть. Причем, иногда потому что у меня вдохновение приготовить курицу, иногда потому что вдохновение приготовить индейку, а иногда потому что, вот, мой милый больше любит индейку, да, и я знаю, что вот сейчас я сделаю то-то, то-то, то-то, я его порадую, когда он в супермаркете, он думает чем порадовать меня и, как-то, я не знаю, проблемы особой нету. Ну, просто, это не знаю, может быть, какая-то настроенность друг на друга, вот что-то такое.

К.Мацан

— Ну, это проблема, ее, наверно, все-таки с курицей и индейкой не должно быть – совсем уже запредельно, но….

А.Митрофанова

— Ну, это просто пример, который ты привел, поэтому.

К.Мацан

— Мне кажется, такие вот мелкие проблемы, они же вырастают из некоего общего фона семейной жизни, они его просто проявляют, они какие-то проявляют более крупные, может быть, ну, не проблемы, а узлы во взаимоотношениях. Поэтому, я рад, что мы это обговорили.

Д.Березин

— Ну, я думаю, что когда люди друг другу не безразличны, да, это можно назвать высоким словом «любовь», но хотя бы вот в семье, то, вот, та самая любовь, она будет регулировать, на мой взгляд. Вот, если любви нет, да, есть просто некое такое совместное жизнь, тогда вот это печально, и тогда, действительно, возникает на пустом месте, по большому счету, да, какие-то совершенно странные вещи. Вот, человек ходит, должен ходить на двух ногах, да, также и семья, она должна ходить на двух ногах, вот. если эта одна нога хромает, это одно дело, если она, там, болеет, страдает, вот, вторая берет на себя тяжесть. Но если эта нога просто болтается в воздухе, приходится скакать на одной, вот, тогда возникает та самая ситуация.

А.Митрофанова

— Хорошее, да, кстати говоря, сравнение.

К.Мацан

— А Вам известны, когда в семье, где так сложилось, что, вот эти вот роли социальные распределены, скажем так, не верно, где очень активна женщина и инфантильный, пассивный мужчина. Примеры, когда в этих семьях что-то исправлялось. Вот, жил мужчина, пять-десять лет вот таким, вдруг – встал с дивана, ну, сейчас опять-таки, я штампами говорю

А.Митрофанова

— Тридцать три года лежал на печи.

К.Мацан

— Там, встал с дивана, в одно утро он проснулся другим: «Ну, все, дорогая, теперь вот это я беру на себя, об этом ты не беспокойся» или, все-таки, когда мы говорим о таких семьях, это уже приговор, и, вот, мы тут ничего кроме как посетовать не можем.

Д.Березин

— Да, нет, ну, почему же приговор? Люди меняются, это очень хорошо. Я знаю семьи, где активные женщины очень пассивны, но не инфантильны, то есть тоже это интересный момент – есть просто люди очень спокойные, очень тихие.

К.Мацан

— Это важно.

Д.Березин

— Мужчины, да.

К.Мацан

— Это важно, что Вы это говорите.

Д.Березин

— Вот, то есть инфантилизм все-таки – это безответственность, а здесь просто другой характер совершенно, да, и тогда женщина, как более активная в данной семье, в хорошем смысле более активная, она действительно. какие-то вопросы решает и так далее. Но, вот, если она будет помнить о том, что, вот, есть муж, да, что чтобы он не сказал, даже если он согласился, что он должен сказать последнее слово и у них вот это вот есть взаимоотношения – пожалуйста, вот. инфантилизм, все-таки, наверно, это безответственность, вот так. Это не мягкость характера, это все-таки безответственность, что, конечно очень печально.

К.Мацан

— Священник Димитрий Березин, руководитель журнала «Батя», настоятель храма Казанской иконы Божьей матери в селе Молоково сегодня в гостях в программе «Светлый вечер».

А.Митрофанова

— Мне кажется, что самое главное, вот, отец Димитрий, Вы сказали о громком слове «любовь», да, мне кажется, что самое главное, в чем она может проявляться в жизни в отношениях между супругами, в отношении к собственным детям – это творчество. Вот, не зацикливание, да, на том, что тянешь на себе какой-то, вот груз, какую-то ответственность и прочее, прочее, а как-то из любви естественным образом начинают прорастать многие вещи. И компромиссы находятся, и конфликты как-то сглаживаются, потому что оба несутся быстрее – как же, вот, там, зачем же так, давай-ка мы подумаем, как все исправить. И тогда и, собственно, к детям, поскольку у нас тема сегодня отцовства, вот это тоже творческое отношение, созидание, оно дает какие-то очень хорошие результаты и плоды. Не то, что мы сейчас с тобой обязаны сесть и, там, заняться, уроками, да, а как-то иначе. Я не знаю, правда, у меня нет опыта занятия уроками. Я понимаю, что это очень тяжело, я понимаю, что это безумно тяжело, но я понимаю, что, вот, просто среди моих друзей, у кого дети в таком возрасте, я вижу, что это бывает по-разному, да, и у кого-то это проходит легко, а у кого-то это проходит тяжело. И легко это проходит там, где у родителей, какое-то вот такое, знаете, больше развито творческое созидательное начало.

Д.Березин

— Ну, любовь, она, в принципе, такая штука, когда она появляется. Здесь, кстати, очень интересный момент – у отца Ильи Шугаева эта мысль наиболее ярко выражена – он всегда начинает беседы со старшеклассниками в книге своей о том, что нельзя выйти замуж по любви и жениться нельзя по любви, то есть, не возможно.

А.Митрофанова

— А что он вкладывает в слово «любовь»? Это же зонтичное слово такое, слово-контейнер.

Д.Березин

— Ну, да, к сожалению, оно… ну, он говорит о том, что любовь – это то, что рождается в браке лет через десять.

А.Митрофанова

— Ну, понятно.

Д.Березин

— Вот, то самое, что должно возрасти и, так сказать, родиться в семье и, наверное, вот то, о чем мы сейчас разговариваем – это творческое начало, да, оно во многом есть следствие этой любви. Потому что когда между родителями эта любовь есть, она совершенно спокойно передается детям, совершенно естественно, да, не нужно пытаться их как-то особым образом любить, они уже в этой атмосфере. Они уже в атмосфере, где мама с папой не ругаются, да, а хотя. Для многих семей, к сожалению, это норма жизни – ругань, вот. иногда просто в ужасе – вроде кажется, что этого нету, а это ж все внутри семьи происходит, это есть, да, и постоянно ругань, укоры. Вот, кстати, то, что разрушает любовь, наверно, в высоком смысле этого слова, оно как раз и не должно быть в семье, да, по возможности, это надо изживать. Это как раз самое, на мой взгляд, ядовитая штука, это укорение друг друга. Как только супруги начинают друг друга укорять, в плохом, да, смысле, можно пошутить, конечно, но тогда начинает разрушаться любовь, разрушаться фундамент, вот, и фактически, те самые ноги, которые должны друг другу помогать, они начинают друг друга пинать. В результате, конечно, человек упадет, да.

А.Митрофанова

— А еще, кстати, очень вредят отношениям, мне кажется, когда, особенно, нам, женщинам, это свойственно, пожаловаться на мужа кому-нибудь – маме, подруге и так далее, так далее. Я не знаю, как это работает, но это каким-то метафизическим образом начинает вбивать гвозди в гроб семейной жизни. И это просто какая-то чудовищная катастрофа, это какие-то вынесение сора из избы, я не знаю, что, но я просто нутром чувствую, что это неправильно, так не надо делать. Вот, это бывает, что наблюдаешь такие вещи.

Д.Березин

— Но, вот, наверное, это тот самый, я вот так сейчас пытаюсь анализировать, да, наверно это и есть тот самый… вот, есть какие-то вещи святые, да, в жизни, которые нельзя трогать, над ними нельзя смеяться, да, и над ними нельзя потешаться, да, у них должен быть всегда какой-то статус. Это отношение к родителям, да. Собственно, из десяти заповедей, мы помним, это отношение друг к другу и, вот, в данном случае, это как раз отношение к мужчине в семье, наверно, вот так.

А.Митрофанова

— Но, это если… при условии, конечно, что речь идет о нормальной семье, да, а не о патологических каких-то ситуациях, когда просто надо выплакаться, да, потому что такое тоже бывает, вот, это другая грань.

К.Мацан

— Вы сказали об укорах, да, как о самой страшной опасности для семейной жизни. Меня в свое время очень повеселил один такой афоризм о том, что ближние – это те, кого нам заповедано любить и те, кто делают все возможное, чтобы сделать эту любовь не возможной. Вот, легко на самом деле, легче, скажем так, говорить о том, чтобы не позволять себе укоры в отношении коллег, друзей, но, когда речь идет о человеке, который с тобой все время, вот, рядом, ты от него никуда не денешься, по не воле приходит мысль – ну, почему же я должен это терпеть? Ну, потому что от коллег можно сбежать, от друзей можно сбежать, а это то, откуда ты не сбежишь. Как вот тут, по-пастырски, что Вы отвечаете? Как все-таки в себе воспитывать эту кротость по отношению к самым близким, которых тяжелее всего любить на самом деле.

Д.Березин

— Ну, по сути, это следствие христианской жизни, должно бы быть, то есть наша любовь, наше терпение. Здесь, дело в том, что, если мы говорим о ситуациях, как Алла правильно сказала, патологических, да, здесь, скорее нужно какое-то может, это не универсальный совет. Здесь любовь, она может выражаться, конечно, и в терпении, да, но, возможно, здесь что-то надо делать как-то, вот, по-другому решать. Если говорить о ситуациях, ну, скажем так, бытовых, всегда нужно помнить о том, что в жизни важное, что не важное. Я всегда привожу, очень часто привожу пример как напоминание о том, что Господь не за результат человека хвалит, а за его намерения.

А.Митрофанова

— Намерения целует…

Д.Березин

— Да, да, да, да. Намерения целует, то есть, это о чем говорит, о том, что не всегда важно в семье достичь какого-то результата. Мы иногда ссоримся, действительно, из-за результата, да, вот нужно это сделать вот так вот, вот так, да. Нужно сделать вот то, а на самом деле, вот, конечный результат, он не очень важен. То есть, мы приедем, не знаю, на пятнадцать минут раньше или вовремя приедем, да. Ну вот, если брать бытовые – мы купим, там, это или то, мы пойдем туда или туда, мы с детьми, там, сделаем то-то или это. Это не так критично, вот, но если мы достигаем, так сказать, хорошего результата путем шагания по головам друг друга, то это печально, то есть тогда и результат смысла не имеет. А если же мы помним, что важно все-таки намерение, наше как бы отношение и ставим его выше, тогда многие эти проблемы не возникают, вот, на простом. На самом деле, из-за всяких мелочей часто вырастают очень большие горести, потому что они как снежный ком постепенно наваливаются. Если не умеют родители, а у нас сейчас мало друг с другом общаются, мама с папой, если не умеют разговаривать друг с другом по душам, ну, нету опыта такого, да, ведь действительно, не у каждого есть желание, опыт, а тогда эти проблем в постепенно, круг за кругом, шарик растет, растет, растет и приходит на исповедь, там, через какое-то количество лет брака – мы хотим развестись. А что вы эти годы делали? Вот этот комочек накатывали постепенно, и теперь он уже такой огромный, что его так просто не уберешь. Поэтому, да, я советую, во-первых, учиться друг с другом разговаривать, вот, и, все-таки понимать, правильно расставлять приоритеты. Что в жизни важно, а что ну, как бы, так.

К.Мацан

— Спасибо, это важно. По моим ощущения, если все психологические книжки по воспитанию детей привести к общему знаменателю, он распадается на две очевидные части – важно, чтобы у ребенка были и папа и мама, но, в частности, делают упор на папу, потому что именно его отсутствие что становится проблемой и важно, чтобы они жили в любви. Очень легко сказать, тяжело исполнить, наверно – это путь длиной в жизнь, чтобы этому научиться, но и более практические советы, которые часто от психологов звучат в отношении пап, в частности, которые я слушаю, понимаю всю их правильность и очень страшно как это все исполнять, в частности – говорят психологи, что до десяти лет папа должен успеть стать для своего ребенка лучшим другом. Потому что тогда, когда наступит тяжелый переходный возраст, с этим возрастом будет проще справляться. Ребенок может чуть-чуть отшатнется от мамы, от привычки с ней… быть под ее крылом и прилепиться в каком-то смысле к папе, которому не стыдно будет о чем-то рассказать, какими-то сомнениями поделиться или какими-то тайнами поделиться и так далее. Вот, как вы это понимаете – как стать лучшим другом своему ребёнку?

Д.Березин

— Ну, мне эта мысль тоже очень нравится и я ее, можно сказать, поддерживаю. Я думаю, что когда мы друг другу не безразличны и когда мы находим время для общения друг с другом, с детьми, тогда мы, естественным образом, для них являемся близкими людьми. То есть, у нас этого разрыва не происходит. И, это с одной стороны, мы должны уделять время, ну, вот, как мы уже об этом говорили, это должно быть более или менее естественным, не надо из себя выдавливать – три часа в день я должен заниматься с ребенком. Иногда даже, вот, я по себе вижу, вот, я прихожу домой, каждому ребенку важно две минуты уделить буквально, да, что-нибудь сказал, рассказал, показал – все. мы встретились, обменялись – ребенок довольный и уходит, занимается своими делами.

К.Мацан

— Ну, у него в сердце это осталось.

Д.Березин

— У него осталось то, что папа его, как бы, принял, да, может быть так громко сказано.

А.Митрофанова

— Побывал на его планете.

Д.Березин

— Да, да, побывал на его планете, мы с ним поговорили, все обсудили, все, больше не нужно. Мне не нужно, там, часами сидеть зачастую, просто достаточно то, то что мы поговорили, обсудили какие-то там вопросы, да, если они возникают. Вот, и постепенно, я думаю, что делясь, в том числе какими-то своими наблюдениями, по мере возрастания ребенка, мы становимся близкими людьми. Близкими не только по родству, но еще и чувственно, ментально, да, то есть в таком, в более высоком смысле. Но здесь есть еще очень важный момент – это, я его называю опять, да, страшные слова – делегирование ответственности. То есть по мере вырастания ребенка. Мамы этим часто грешат, они пытаются оградить его от всего, пытаются за него все вопросы решить, да, там. У меня, вот, не один пример детей, которые вырастают – мама их в институт устроила, да, или папа, да, там, от армии его отмазали. да, там, еще что-то за него сделали, машину ему купили.

А.Митрофанова

— Катастрофа это.

Д.Березин

— Да. И получается вот это вот, то, что называется любовью, на самом деле портит человеку жизнь, она не учит его той самой ответственности, да, получается безответственность. А ребенок, мне кажется, и отец, в первую очередь, он должен постепенно давать, учить своего ребенка нести ответственность за те решения, которые он принимает, вот. и шаг за шагом, в три года, когда там уже с двух начинается, да, ребенок начинает все делать сам. Да, то есть, в какой-то момент он перерастает, да, все, это я сам буду делать. Ну, малыши – есть такой кризис трехлетний.

К.Мацан

— Да, я сам буду есть суп и вся кухня в супе.

А.Митрофанова

— Да. И пусть.., кстати говоря, пусть она вся в супе.

Д.Березин

— То есть вот эти моменты, я не знаю, то есть, я хочу, ну я, вот, избитый пример, наверно, уже неоднократно его привожу, но он простой и понятный – «я хочу пойти в этой куртке на улицу, да». – «Там холодно» – «Нет, я пойду в этой куртке» – «Хорошо, иди, но ты замерзнешь, и, может быть, простудишься» – «Хорошо, я пойду в этой куртке». Вот, замерз – потом напомнить, твое решение. Или, там «Я не хочу ложиться спать» – «Не ложись, но с утра, чтоб встал». Я, кстати, у меня Федору шесть лет, а скоро будет, он уже периодически начинает понимать, что вроде спать не хочется вечером, хочется столько всего интересного, но с утра-то он встать уже не может, вот, я его так, периодически подбадриваю.

А.Митрофанова

— И никто не виноват.

Д.Березин

— Да, и никто не виноват и трудно очень разбудить. Значит, вот, периодически, уже сейчас, буквально, несколько дней назад я к нему подошел, говорю: «Помнишь, ты мне вчера что-то обещал? Обещал встать» – вскочил. То есть уже буквально недавно эта перемена произошла, когда он начал нести ответственность за свои слова опять же – я даю обещание, и я его должен выполнить. И родители, кстати, этим тоже грешат. Иногда родители наобещают чего-то ребенку, ну, так, чтоб отстал, а потом об этом забывают. А потом удивляются почему дети также ведут себя.

А.Митрофанова

— Вы знаете, спасибо Вам огромное за тот пример, который Вы привели. А я сейчас вспоминаю как, вот, я наблюдаю отношения одного замечательного отца со своим девятилетним сыном, то есть там еще не достиг того критического возраста десяти лет, о котором Костя сказал. И самое главное, что есть в этих отношениях, прямо, знаете, такой сквозной сюжет – это трансляция сыну той мысли, что ты всегда можешь на меня положиться. Ты всегда, в любой ситуации можешь ко мне прийти, я тебя всегда выслушаю, пойму и я смогу тебя защитить. Вот это вот какая-то такая, знаете, мощная такая отцовская любовь, которая не лишает ребенка ответственности, то есть не исключает того, что он сам должен помнить о своих уроках и много чего еще делать, но вот эта такая, знаете, ну, какая-то мужская какая-то очень хорошая любовь. И я прямо вот…,

Д.Березин

— Надежность.

А.Митрофанова

— Надежность, да, да, и я любуюсь на это, мне это очень нравится.

Д.Березин

— На мой взгляд – очень хороший вариант.

К.Мацан

— Меня поразило в одной книжке про отцовство, написанная священником отцом Андреем Логрусом, мысль, которая тоже красной нитью проходит через эту книгу, что как бы… у вас могут быть разные дела, вы можете быть более креативным отцом или менее, это я своими словами пересказываю, но ваша задача хотя бы просто быть рядом с ребенком. Вот, просто быть у ребенка отцом. Со всеми своими, может быть, слабостями, и неправильностями и неумением, это я в том числе и про себя сейчас говорю. Но просто быть рядом и это уже очень много и очень важно для ребенка Это такое снисхождение к нам, папам и то, что Вы сейчас говорите про то, что Вы, там, допустим, даже две минуты уделить ребенку, это уже очень важно и это уже нужно, это уже некий поступок отцовский, тоже такое снисхождение, конечно, лучше больше, но спасибо Вам за это снисхождение. Я как-то тоже для себя еще раз убеждаюсь, что быть папой это здорово, это такая очень радостная и посильная ноша для любого, наверное, мужчины.

А.Митрофанова

— Естественная.

К.Мацан

— Вот, да. Отец Димитрий, спасибо огромное за беседу. Тема отцовства необъятная совершенно, я надеюсь, что мы сегодня, все-таки, более или менее пощупали такую ее практически, там, не философский, не богословский, а такой семейно-психологический аспект, за этим мы Вас, как знатока, и звали. Отец Димитрий Березин, руководитель журнала для пап «Батя», отец четверых детей, настоятель храма Казанской иконы Божьей матери в селе Молоково сегодня был в гостях в программе «Светлый вечер», делился обильно с нами своим опытом, спасибо Вам огромное.

Д.Березин

— Спасибо Вам.

К.Мацан

— Алла Митрофанова, Константин Мацан, радио «Вера». До встречи в эфире.

А.Митрофанова

— До свидания.

 

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (8 оценок, в среднем: 4,50 из 5)
Загрузка...