"Классическая музыка детям". Светлый вечер с Дмитрием Бочаровым (12.04.2017)

"Классическая музыка детям" (12.04.2017) - Часть 1
Поделиться
"Классическая музыка детям" (12.04.2017) - Часть 2
Поделиться
Дмитрий Бочаров

Фото: vk.com

У нас в гостях был сказочник, музыкант, драматург, автор книг про котенка Бельканто Дмитрий Бочаров.

Мы говорили о деятельности фонда “Бельканто”, о сказках для детей, которые приобщают их к музыке, о филармонии, а также о том, чем важна для ребенка классическая музыка.

 

 

 

 

 

 

 


А. Пичугин

— В студии Светлого радио приветствуем Вас мы, Лиза Горская…

Л. Горская

— …и Алексей Пичугин.

А. Пичугин

— «Котенок Бельканто запрыгнул на клавиатуру рояля и задумался. В стоящих на пюпитре нотах большими красивыми буквами было написано: «Собачий вальс». Так начинается одна из книжек серии «Котенок Бельканто». Мы, конечно, будем сегодня говорить не только об этой серии, но и о том, чем занимается Фонд Бельканто. А в гостях у нас автор книжек про котенка Бельканто Дмитрий Бочаров. Здравствуйте.

Д. Бочаров

— Здравствуйте.

А. Пичугин

— Дмитрий Бочаров — музыкант, сказочник, поэт, драматург, фотограф и также еще и концертмейстер группы альтов Малого театра — вот сколько всего!

Д. Бочаров

— Оркестра Малого театра.

А. Пичугин

— Оркестра Малого театра, да, все верно. Но так как я процитировал несколько строчек из Вашей книжки «Котенок Бельканто» — это выпуск № 8… На самом деле, выпусков здесь довольно много, они такие маленькие, тоненькие книжечки — сказочки для детей, прекрасно оформленные, с отличными рисунками. Расскажите, пожалуйста, какое отношение Фонд, который занимается музыкой, имеет к детским книжкам.

Д. Бочаров

— Ну, Фонд имеет отношение, в первую очередь, к детям, которые приходят слушать музыку. А дети приходят слушать очень мнго сказок в Фонде Бельканто. Классических сказок, конечно же, в основном, известных сказок. Но в какой-то момент просто возникла мысль — а почему у нас нет своей сказки? Мы как-то подумали и решили, что, вообще-то, надо бы…

А. Пичугин

— И появился такой персонаж, как Котенок?

Д. Бочаров

— Да, как бы сама идея котенка Бельканто — это было как бы коллективное такое обсуждение, решение. Мы все решили, что нашим персонажем будет котенок.

А. Пичугин

— Мне очень нравятся такие кратенькие совсем, к каждой иллюстрации по несколько строчек пояснений. «Собачий вальс» был написан на нотах. Вот такую неожиданную музыку задали котенку выучить к следующему уроку. И никакие просьбы не помогли. Педагог из музыкальной школы был неумолим.

Именно это популярное произведение более всего подходит для предстоящего экзамена. Но как? Ведь «Собачий вальс» полагается лаять, а котенок умеет только мяукать.

Л. Горская

— Почему лаять?

А. Пичугин

— Это вот к автору вопрос. Вот автор.

Д. Бочаров

— Ну потому что (нрзб.). А дальше там в сказке, там почти все…

А. Пичугин

— Там дальше котенок знакомится со щенком, а щенок учит его лаять.

Л. Горская

— Это спойлер сейчас был!

А. Пичугин

— Я могу дальше читать! Книжка-то у меня есть!

Д. Бочаров

— Ну да, книжка есть! Но просто котенок решил, что надо иностранные языки изучить, раз такое дело. Попросил научить его собачьему.

А. Пичугин

— Давайте по порядку все-таки пойдем. Про фонд «Бельканто» — поподробнее. У нас уже была одна программа, посвященная этому фонду. Приходила Татьяна Ланская в тот раз. Ну, во-первых, прошло довольно много времени, и далеко, наверное, не все слушатели смогли познакомиться с фондом. Поэтому расскажите нам, чем занимается… Ну, мы поняли, что, в общих чертах, это все дети, детское такое музыкальное просвещение. Но давайте поподробнее: когда и как он возник, кто встал у истоков…

Д. Бочаров

— Ну, фонд возник лет 11 назад, и занимается он не только, естественно, детской аудиторией. Это просто детское — мы считаем, что очень важнейшее, особенно в сфере того, кто придет к нам на смену. Это очень важно. Учить музыке надо с раннего детства. И, в общем-то, в фонде «Бельканто» есть даже программы, где практически для ползающих уже детей… Можно прийти на концерт, послушать музыку. При этом можно ползать, можно потрогать инструмент, пообщаться с музыкантами. Есть и такие программы. Есть программы для детей, где, например, восточные… Там восточный танец — плюс к сказке «Аладдин» или «Синдбад-мореход», например. И при этом все еще — или песочная анимация, или анимация на воде — эбру(?), живопись на воде, очень древнее, кстати, искусство, которое сейчас, слава Богу, очень так стало популярным, необыкновенно красивое.

Но, помимо этого, фонд «Бельканто» ориентирован на людей, которые любят музыку, которые, помимо того, что… помимо вот этой традиционной аудитории, которая ходит в филармонии, наша задача во многом еще — показать вообще, открыть мир музыки и тем, кто в филармонию не ходит, для кого поход в филармонию слишком академичен, может быть.

А. Пичугин

— И это не обязательно дети — это могут быть вполне взрослые?

Д. Бочаров

— Да, естественно, нет. Фонд ориентирован на самую разную аудиторию — от самых маленьких до самых стареньких. Ходит очень много молодежи, кстати, это очень радует. Не только те, кто еще в советское время прошел через систему музыкальных школ, но и очень много молодежи. Это, я считаю, большое достижение фонда «Бельканто».

Фонд «Бельканто» — он… Сейчас я попробую сформулировать… Понимаете, человек обычный, не из фанатов музыки (кто ходит в консерваторию — он и так туда пойдет)… Обычный, среднестатистический культурный человек — ему тяжеловато бывает порой, что вот приходишь в зал, и вот там весь день один исполнитель сидит, играет. А сборные концерты — как правило, у нас привыкли к тому, что это эстрадные концерты — сборные. И классики там практически нет. Так вот в фонде «Бельканто», помимо того, что, естественно, есть и моноконцерты, то есть какие-то очень знаменитые, яркие исполнители (скажем, Дживан Гаспарян, предположим — ну, это же легенда, или…)…

А. Пичугин

— Младший или старший?

Д. Бочаров

— Старший. И младший тоже у нас выступал. Но помимо этого очень много вот таких концертов, которые собирают в одном концерте разного плана музыку, не разного даже стиля… Иногда и разные… сопоставление стилей. Бывает… То есть в одном концерте может звучать и классика, и джаз. И тут же, например, могут зазвучать волынки. То есть программа построена очень неожиданно, очень…

А. Пичугин

— Я сейчас смотрю — у Вас лучшие залы Москвы… Вот если зайти на странницу фонда «Бельканто» — http://belkantofond.com, раздел «Залы» — и здесь и особняк на Волхонке, и Петровский путевой дворец, и Консерватория, и Собор Петра и Павла в Старосадском…

Д. Бочаров

— Да-да.

А. Пичугин

— Тут устанет палец крутить колесико мышки, чтобы посмотреть все залы, и все они с замечательной акустикой. А как Вам всего удается добиться — и этих залов, и исполнителей? Подбор ведь шикарный совершенно.

Д. Бочаров

— Ну, знаете, тут во многом еще, конечно, я считаю, работает «сарафанное радио». Потому что, как ни занимайся рекламой, если продукт, скажем, рекламный очень средний, то, в общем-то, это однодневка получается.

Я в фонде «Бельканто» уже больше двух с половиной лет. Кстати, когда я пришел работать, рекламы почти не было — в традиционном понимании этого смысла, только «сарафанное радио». И залы все равно были полные.

А. Пичугин

— А это когда было?

Д. Бочаров

— Года два с половиной назад.

А. Пичугин

— Угу… Два с половиной года назад… Да, действительно! Если полные залы без всякой рекламы… Ну, и сейчас, в общем-то, особой рекламы и не видно, и не слышно — для людей, наверное, которые находятся вне поля классической музыки…

Д. Бочаров

— Нет, ну, сейчас созданы группы и в Фейсбуке, и в соцсетях, и ВКонтакте. То есть уже музыка должна быть, естественно, повернута к слушателям современными какими-то средствами общения для того, чтобы люди узнали о концертах, естественно, что…

Л. Горская

— Но это не отменяет книги?

Д. Бочаров

— Нет, ни в коем случае, это не отменяет книги, это не отменяет и просто музыки, как таковой. Но самое главное, конечно, это интересно построенные программы, неожиданные. То есть это может быть, например, монопрограмма, посвященная Моцарту. Предположим, звучит «Реквием» Моцарта. А может быть программа, где… Вот я, например, огромное удовольствие получил сам, хотя я, в общем-то, профессиональный музыкант и меня трудно чем-то удивить… Но когда в соборе Петра и Павла волынки начали играть с органом…

А. Пичугин

— Слушайте, это, наверное, прекрасно!

Д. Бочаров

— Это фантастика!

А. Пичугин

— Не могу даже себе представить этого сочетания!

Д. Бочаров

— Это волынки — вот представьте себе, стоят вот эти ребята в этих килтах…

А. Пичугин

— В килтах прямо…

Д. Бочаров

— Две волынки, у них еще ударные… И вот это все, и при этом еще начинает звучать орган — и просто ощущение какое-то космическое абсолютно. То есть вот сочетание классики и истоков каких-то — сочетание, казалось бы, несочетаемого, — вот это вот то, что очень часто бывает в фонде «Бельканто» и совершенно неожиданные какие-то ракурсы, которых никогда не увидишь в обычной традиционной филармонии.

Л. Горская

— Может быть, стоит рассказать о каких-то ближайших концертах, на которые наши слушатели еще могут успеть попасть?

Д. Бочаров

— Ой, Вы знаете, концертов очень много. Мне трудно так, на самом деле, выделить.

А. Пичугин

— Концерт бандонеона в Москве. Ну я просто очень люблю бандонеон. Это, Если кто-то не знает, такой духовой язычковый музыкальный инструмент — на гармошку похож. Я не знаю, как его еще правильнее описать, но если Вы представляете себе Астора Пьяццолу, то самые классические, наверное, его фотографии будут именно с этим маленьким инструментиком — бандонеоном. А вот чтобы услышать его в Москве, и услышать именно танго — я думаю, что произведения, конечно, Астора Пьяццолы… Да, я уже вижу даже на афише — тут и Пьяццола, и Барди…

Л. Горская

— «Либертанго»…

А. Пичугин

— Я и помимо «Либертанго» еще кое-что знаю! (Смеется.)

Л. Горская

— Ну, ты и сказал! (Смеется.)

А. Пичугин

— Барди… 22 апреля вот фонд «Бельканто» приглашает всех на «Passiona del tango Argentina». И будет это на Пушечной улице, 4, строение 2, Зеркальный зал. Я думаю, что… Я очень надеюсь туда попасть, именно потому, что тут бандонеон, который я очень люблю.

Мы напомним, что в гостях у радио «Вера» сегодня Дмитрий Бочаров — музыкант, сказочник, фотограф и концертмейстер группы альтов Оркестра Малого театра.

Л. Горская

— Фонд «Бельканто». Я бы хотела, может быть, подробнее поговорить об этих концертах, на которые можно ходить с детьми с малого возраста. Потому что в моих детских воспоминаниях, например, есть такие истории — Музыкальный театр Синей птицы, куда с детьми можно только с возраста 10 лет, не раньше. И родители врут про возраст своих детей — 7-летних, 8-летних, чтобы попасть как-то. Билетерши их вычисляют и выдворяют…

Д. Бочаров

— Ну да, сейчас еще был скандал недавно, когда в Большой театр не пустили девочку на балет. Причем, девочка занимается балетом, но из-за возраста ее не пустили на вечерний спектакль.

Л. Горская

— Да, и аргументы, вроде, вполне здравые — дети будут плохо себя свести, они слишком малы, чтобы вести себя адекватно происходящему, будут мешать артистам, мешать другим зрителям. Как Вы вот умудряетесь это организовывать, чтобы всем было хорошо, и полезно детям, и комфортно другим детям и артистам?

Д. Бочаров

— Понимаете, просто надо, во-первых, любить детей, во-вторых, любить музыку. И понимать, что эти дети, которые сейчас будут ползать или, может быть, не очень хорошо себя вести, или танцевать, кто как, это наше будущее. Сегодня они ползают, завтра они придут сами уже на концерт, своими ногами, а через некоторое время они приведут своих детей. Я считаю, что это, в общем-то, очень важная миссия — то, что, в общем-то, никто, по-моему, особо не делает, к сожалению.

Л. Горская

— И им не обязательно даже самим вырастать музыкантами при этом?

Д. Бочаров

— Да, безусловно. Просто любить музыку.

Л. Горская

— И это важно. Почему это важно для детей, для формирующейся личности — любить музыку?

Д. Бочаров

— Это для всех важно — и для взрослых тоже.

А. Пичугин

— Ну, а что дает?

Д. Бочаров

— Музыка — во-первых, это ощущение гармонии. Человек, Который чувствует вообще, приобщился к гармонии, у него жизнь будет более гармонична. Он просто не сможет в дисгармонии, воспринимать дисгармонию. Что такое хороший вкус? Это человек, который просто не принимает плохого. А потом, музыка — ведь есть такой момент… Музыка — это международный язык, освобожденный от слов. Вот я сейчас сказал — «тара-та-та-там», понимаете, и вот на этом языке, когда это написано, естественно, гениальными композиторами и хорошими исполнителями исполнено, то, что, например, чувствовал и хотел сказать, ну, условно говоря, Иоганн Себастьян Бах, Йозеф Гайдн, Вивальди, вот мы просто общаемся с этими людьми. И вот из тех далеких веков к нам приходят речь, мысль, ощущение. То есть мы общаемся как бы с душами этих людей. Это не умерло, оно живо. Они смогли это зафиксировать в записи. Исполнитель оживляет это, и оно опять живет.

Л. Горская

— Мне иногда кажется, что я наблюдаю у музыкантов легкий снобизм, что ли, в отношении того, что они… по причине того, что они обладают вот этим неким языком, они приобщились к высокому и непонятному большинству простых смертных… Нет такого, нет?

Д. Бочаров

— Ну, Вы знаете, снобизм бывает везде. Он бывает у журналистов, которые приобщились…

А. Пичугин

— Да, всегда бывает, да. Мы знаем.

Д. Бочаров

— Он бывает у кого угодно. (Смеется.) Он бывает у шоферов, он бывает где угодно. Это просто уже люди. Нет, снобизм — ну, это личные какие-то свойства каких-то людей. Это может быть где угодно. Нет, музыка, наоборот, я считаю, и жизнь подсказывает, что музыка — это наиболее открытый вид творчества. Потому что музыка объединяет в себе и поэзию, и… Ну просто это жизнь. А самое главное — вот это ощущение, что ты общаешься… Вот они оживают. Когда играешь какое-то произведение, и вдрувг ты понимаешь, что вот — вот, оно живет. Вот эта душа композитора — вот она живая.

А. Пичугин

— Вот в Вене, кстати… Прости, я тебя перебил, наверное?

Л. Горская

— Ну, я привыкла…

А. Пичугин

— А, да. Ну, и ладно тогда. В Вене отчетливо понимаешь, когда идешь по улице, и везде играют оркестры — то тут, то там, в парке, на улице, в подземном переходе, чуть ли не в трамвае. И ты понимаешь, даже если ты ничего не понимаешь в классической музыке, ты понимаешь, насколько это важно.

Л. Горская

— А потом ты устаешь хъодить по улицам, заходишь в какой-нибудь костел посидеть — и там концет в этот момепнт начинается. И тебе программку приносят.

А. Пичугин

— Там тоже, да? Чего ж плохого-то?

Л. Горская

— Это замечательно. А когда мы говорили о детях, о том, что очень важно вообще людям как-то — как это сказать? — даже не приобщаться к музыке, даже не разбираться…

Д. Бочаров

— Ну, открывать мир музыки.

Л. Горская

— …а открывать мир музыки для себя, чтобы иметь вот эту прививку гармонии… Я вспомнила книжку… Кстати, по-моему, тоже армянского писателя — «Мастер Триоль».

А. Пичугин

— О! Я тоже ее вспомнил! Я попытался где-нибудь…

Л. Горская

— Абрамян Григорий.

А. Пичугин

— Да, я забыл название и никак не мог вспомнить его. Сейчас вот сидел, думал. Спасибо, что ты сказала!

Л. Горская

— Это великолепная книжка. Во времена нашего с Алексеем детства она была издана, видимо, единственный раз — про некоего злого волшебника Какофона.

А. Пичугин

— Вот! Я еще пытался вспомнить, и Какофон его зовут или вот как-то так!

Д. Бочаров

— Звучит страшно!

Л. Горская

— Какофон, который пытается побороть мир гармонии и музыкальные разные группы музыкальных инструментов — струнные, духовые. Там борются с ним всю книжку, и гармония, в итоге, побеждает. Кстати, может быть, Вам стоит ее и переиздать даже, Вашему Фонду. Это Ваша абсолютно тема. Во всяком случае, посмотрите.

Д. Бочаров

— Ну вот в «Котенке Бельканто», там же, помимо того, что это просто котенок, он тоже живет в мире музыки — оживают нотки, оживают какие-то произведения. Потом котенок — вот он учится музыке как бы вот. Поэтому все проблемы, с которыми сталкиваются дети, которые в музыкальной школе, он их знает, он на себе их почувствовал.

А. Пичугин

— Да, слушай, единственное издание — 1969 года, других нет. Я вот только что проверил.

Л. Горская

— «Мастер Триоль», ну да.

А. Пичугин

— Да, и обложечка та самая.

Л. Горская

— Она желтая, она потертая…

А. Пичугин

— С оркестром таким карикатурным на обложке. Ну да ладно! Мы про…

Л. Горская

— И сутулый мрачный Какофон, который хочет все разрушить, да!

А. Пичугин

— Одна из любимых книг детства была!

Л. Горская

— Ну вот! А что же ты, Алексей?

А. Пичугин

— А что же… А потом меня выгнали из 1-го класса музыкальной школы — и понеслось.

Д. Бочаров

— Ну, теперь читайте «Котенка Бельканто»!

А. Пичугин

— Да, вот единственное, что остается!

Л. Горская

— (Смеется.) Ну, это тебе лет через лет 50 уже, Алексей.

А. Пичугин

— Скажите, пожалуйста, лет 15-20 назад, наверное, было очень мало молодых людей в залах, где исполняют классическую музыку. То ли немодно было, то ли считалось, что пускай бабушка ходит…

Л. Горская

— Или не до этого.

А. Пичугин

— Ну почему? Всегда до этого. До каких-то концертов всегда же было. А теперь у меня и друзья есть, которые выступают и приглашают, и периодически я сам хожу — и вижу, что, в основном, публика именно молодая.

Д. Бочаров

— Лет 15-20 назад и машины на зебре не останавливались.

А. Пичугин

— А что изменилось? Что изменилось качественно в классической музыке? Нет, простите, не в классической музыке…

Д. Бочаров

— В нас.

А. Пичугин

— В нас изменилось что качественно?

Д. Бочаров

— Ну, Вы знаете, я считаю, что, во многом, полезным оказалось то, что для нас открылась Европа, открылся мир, и люди, приехав туда, увидели, что, на самом деле, остановиться и пропустить человека на зебре — это круто. Что в Вене звучит классика. Что сходить на концерт, скажем, в Ла Скала — это круто. Я не люблю это слово, но это вот современный сленг…

А. Пичугин

— Ну, «это круто» — нормальное, хорошее слово.

Л. Горская

— «Престижно».

Д. Бочаров

— «Престижно», да. Ну, «престижно» — даже престижно… Престижно — это у нас было… У нас были…

А. Пичугин

— Это именно престижно, кстати, с той точки зрения, что «ух ты, смотрите, я сейчас доехал-таки до этого города, сделал селфи на фоне собора и пошел в оперу». Это не понимание, это именно… Это именно престижно. А вот то, что это…

Д. Бочаров

— Престижники-то и у нас были, которые на какие-то концерты, когда Горовиц приезжал. Я как раз тогда был студеном, и студенты сделали прорыв, а все билеты получили люди, которым это было престижно и которым это было не нужно. Нет, вот именно ощущение, что люди ощутили и поняли во многом, что это нужно, что это необходимо, что это признак того, что ты человек.

Л. Горская

— Но не все, далеко не все останавливаются на «зебре» до сих пор.

Д. Бочаров

— Ну, вообще, в основном, останавливаются все-таки. Но надо быть осторожным.

Л. Горская

— Ну, я тут могу поспорить. И…

А. Пичугин

— Да, Лиза свидетель. Но это другая история.

Л. Горская

— Да.

А. Пичугин

— Просто… Я пытаюсь проследить цепочку. В советское время… Ладно, хорошо, не в советское время, позднее дефицита с билетами не было, приезжало огромное количество исполнителей — классических исполнителей. И на них в 90-е годы было довольно просто попасть — именно потому, что не было такого вала молодежи. Потом что-то произошло. и теперь билеты на действительно звезд первой величины, которые выступают в классических залах, достать непросто, и они стоят дорого.

Л. Горская

— Абонемент в консерваторию раскупается молниеносно. На сайте его купить вообще невозможно, в кассе стоят очереди. Тоже феномен. Очередь на Серова, теперь в консерваторию. Кто-то шутил, но эти очереди появились гораздо раньше, чем очереди на Серова даже.

Д. Бочаров

— Ну, безусловно. Ну, вообще появилась эта тенденция, что культурным быть престижно.

Л. Горская

— Круто, модно. Почему? Что произошло? Мы тут любим какие-то обобщения или какие-то хотя бы тенденции в обществе определять.

Д. Бочаров

— Вы знаете, я как бы вот скажу такую вещь… Не знаю, может быть, кому-то она не понравится… Но чем больше именно государственности, чем больше именно вот государственности, как это было в советское время, даже, скорее, не времен застоя, а раньше, но, в общем-то, и в советское время, тем больше какой-то заботы о культуре. Когда люди все тянут на себя и живут одним днем, конечно, они не думают о завтрашнем. Мне кажется, что это связано во многом с тем, насколько вот сейчас у нас более сильным стало государство.

А. Пичугин

— Ну, тут… (Смеется.)

Л. Горская

— Слава Богу!

А. Пичугин

— И Лизавета сделала — раз! — и выключила всю дискуссию! Ну, мы не будем дискутировать. Конечно, тут, наверное, очень много факторов, которые могут повлиять на это.

Д. Бочаров

— Ну, это один из факторов.

А. Пичугин

— Мы очень снобистски говорим о больших городах. Я не знаю, Вам приходится вместе с фондом «Бельканто» или, может быть, именно по музыкальным делам гастролировать или ездить по небольшим городкам? Там ситуация с вниманием классической музыке как обстоит?

Д. Бочаров

— Вы знаете, честно сказать, я, поскольку в фонде «Бельканто» занимаюсь литературной частью, я не езжу с гастролями…

А. Пичугин

— Ага, ну с Малым театром.

Д. Бочаров

— На гастроли я езжу с Малым театром, но Малый театр не ездит по маленьким городам.

А. Пичугин

— Хорошо. Но по опыту все равно — Вам приходится бывать в городах с населением меньше 100 тысяч человек?

Д. Бочаров

— Нет, ну, естественно, бывает, но когда, например, приезжает Малый театр. практически всегда…

А. Пичугин

— Ну, хорошо, это плохой пример — с Малым театром, я согласен, потому что это Малый театр и всегда будет полный зал. Но я думаю. что если в небольшой город приедет очень хороший классический исполнитель… Наверное, никто поэтому и не ездит, что не будет зала. Вот на «Дип пепл» соберется — «Дип пепл» приезжали, у них были такие опыты — они приезжали в небольшие российские города. Билеты стоили очень дорого. Но в зал попасть было невозможно.

Д. Бочаров

— В советское время музыканты просто ездили по этим маленьким городам, и тоже как бы не всегда были полные залы, и были случаи, когда тот же Рихтер выходил на сцену, а у рояля педалей нет. И такое случалось.

Л. Горская

— Но это зависит, мне кажется, от информации. Потому что если…

Д. Бочаров

— От информации, от как работают на местах люди культуры…

Л. Горская

— Да-да!

Д. Бочаров

— Потому что где-то, в небольшом городе, наоборот…

Л. Горская

— А когда мы, кстати, будем слушать музыку? Мы о ней говорим, говорим уже полчаса почти.

А. Пичугин

— Прямо сейчас будем. Ну, мы сразу напомним, что в гостях у нас сегодня Дмитрий Бочаров — он концертмейстер группы альтов оркестра Малого театра, сказочник, поэт, драматург, фотограф, и представляет у нас здесь фонд «Бельканто», в студии Светлого радио. Мы будем слушать Мусоргского, как я понимаю, сейчас.

Д. Бочаров

— Да. «Старый замок».

А. Пичугин

— «Старый замок». Давайте послушаем.

Д. Бочаров

— Там Оркестр Малого театра, Ну и, вначале большое соло альта — вот как раз Ваш покорный слуга…

А. Пичугин

— Замечательно. Будем слушать.

(Звучит «Старый замок» М.П.Мусорского.)

А. Пичугин

— Возвращаемся в студию Светлого радио. Напомним, здесь Дмитрий Бочаров, концертмейстер группы альтов Оркестра Малого театра, сказочник, представитель фонда «Бельканто», автор серии книжек, которые называются «Котенок Бельканто». «Нужно срочно учить язык», — предположил котенок, спрыгнул с рояля и решительно отправился к будке барбоса. «Научи меня, пожалуйста, говорить по-собачьи!» — попросил он. «Зачем это тебе?» — спросил барбос, выронив кость от удивления. «Чтобы правильно сыграть «Собачий вальс». — «Молодец! — кивнул барбос. — Мне нравится серьезность твоего подхода!» И гавкнул так грозно, что Бельканто отскочил, вздыбив шерсть.

Л. Горская

— Мы предупреждаем котят, чтобы они не пытались повторить это самостоятельно.

А. Пичугин

— (Смеется.) Очень милый вырисовывается образ котенка Бельканто — у него разные глаза, один такой сине-голубой, другой зеленый. Маленькие выпуски, совсем тоненькие книжечки, в несколько страниц. Они где распространяются — на концертах «Бельканто»?

Д. Бочаров

— На детских концертах. Не распространяются — они дарятся.

А. Пичугин

— Дарятся. Еще чудеснее.

Д. Бочаров

— Нашим маленьким…

А. Пичугин

— Но они настолько классно проиллюстрированы… А у Вас не было желания выпустить книжку потолще, где все собрать — все истории про котенка?

Д. Бочаров

— Ну, наверное. это желание возникнет, но еще пока не все тоненькие книжки вышли. Потому что на данный момент вышло 13 выпусков, а написано 18, они иллюстрируются. Некоторые уже проиллюстрированы, некоторые в работе.

Л. Горская

— А кто иллюстрирует их?

Д. Бочаров

— Ой, это самые разные художники. То есть как бы идея была такая, что каждая книжка не похожа на соседнюю. Были задействованы разные художники, в основном. Или если это, например, один художник, то стиль совершенно разный. Вот, скажем, здесь есть Люси Чарского(?) как раз у Вас в руках — такой вот великолепный акварельный котеночек. А вот в книжке, которая сейчас готовится, это будет графика, например, совершенно изумительная.

Л. Горская

— Графика, ага.

Д. Бочаров

— Причем, я вот уже видел эти картинки — у меня ощущение, что это как из старых книг детства, когда с иллюстрациями Доре, например, XIX какой-то, XVIII век, что-то вот такое, понимаете? Совершенно другая стилистика.

А. Пичугин

— У меня Елизавета отобрала все книжки, оставила только одну — из которой я…

Л. Горская

— Две я отобрала.

А. Пичугин

— Отдай.

Л. Горская

— (Смеется.)

А. Пичугин

— Потому что я еще не видел графику.

Д. Бочаров

— Графики здесь нет.

Л. Горская

— Никто не видел еще графику.

Д. Бочаров

— Графика еще пока…

А. Пичугин

— Мне, правда, очень нравятся иллюстрации. Мы не можем показать нашим слушателям, но если они придут со своими детьми на концерт Фонда «Бельканто»… За афишей можно следить по адресу: www.belcantofond.com — после «эф» «у» идет «фонд»(?). Там есть расписание, и также по инструментам прямо расписано, где, в какой день, в каком зале, что будет исполняться. Там, где детские программы, если Вы придете с детьми, Вам подарят эти чудесные книжки, автор которых Дмитрий Бочаров у нас здесь, в студии. Мне, кстати, иллюстрации эти напоминают позднесоветские, тоже из детства, когда такой акварельный реализм стал преобладать. Ну, здорово, здорово…

Д. Бочаров

— Ну, кстати, найти в Интернете проще в каком-нибудь там поисковике типа Яндекса. Просто набрать «фонд «Бельканто», и Вы тут же попадете на сайт фонда.

А. Пичугин

— Про орган хотели спросить. Вы стараетесь сделать органную музкыу более популярной среди детей. Мне кажется, орган очень сложен для восприятия ребенка, хотя кто его знает… Кто их знает, вернее! «Дорога в Рождество», «Детские сказки с органом» — что это за акции?

Д. Бочаров

— Ну, это звучит… Действительно звучит орган, звучат детские сказки с органом. То есть звучат сказки — самые обычные сказки («Бременские музыканты», «Золушка»), ну, огромное количество сказок, это вот просто зайти на сайт и посмотреть. И звучит орган. Орган, на самом деле, далеко не так страшен, как может показаться, потому что это инструмент с огромным количеством тембров. Вообще-то, хороший орган как оркестр звучит. А помимо этого, в этих детских сказках часто бывает, например, орган и, скажем, фортепиано.

Л. Горская

— Какую музыку любят дети? Какая ими лучше воспринимается? Какие музыкальные инструменты, может быть?.. Я говорю о совсем маленьких детишках в возрасте двух-пяти лет, может быть, шести.

Д. Бочаров

— Ну, вот, скажем, я был на сказке «Аладдин». Посмотреть глаза детей, которые смотрят, это дорогого стоит. Кто-то из детей там танцевал. Кто-то из детей, естественно, как и всякие дети, вдруг захотел выйти. Ну, вышел — с родителями. Потом пошел обратно. Дети есть дети. Никто на них не рычал, не цыкал: «Как ты смеешь?» и так далее. Ну, нормально. Это же детская сказка. Но большинство детей — вот они слушают, широко открыв глаза и прост не отрываясь. В основном, когда там еще на сцене, плюс к этому, восточный танец, совершенно изумительный, и плюс еще живопись по воде… То есть, понимаете, это же не только орган. Орган — это одна из составляющих. Вот если привести ребенка только на орган, наверное, ребенку будет скучно. И поэтому так сложно бывает ввести детей в мир музыки, что вот приведешь его в филармонию на орган — он посидит-посидит — вроде, одно и то же. Он же пока еще не привык улавливать вот эти все оттенки с непривычки. В это надо втянуться, это надо почувствовать. А когда звучит орган, звучит слово, при этом совершенно изумительные рисунки — действительно совершенно великолепная живопись или песочная анимация совершенно фантастическая…

А. Пичугин

— Песочная анимация такая модная сейчас стала.

Д. Бочаров

— Да, безусловно. Но это здорово, это же…

Л. Горская

— Красиво.

А. Пичугин

— Да, конечно, очень красиво.

Д. Бочаров

— Очень красиво. Тут вот сам момент того, что ты видишь, как на твоих глазах рождаются рисунки… И как вот этот рисунок вдруг превращается постепенно в совершенно другое. Это все вот одновременно идет с рассказом, с музыкой. Ну… Создается определенное действие, которое… В том числе, там звучит и орган, скажем, для детей. Но через это в дальнейшем уже орган не будет новым.

Л. Горская

— Это же очень важно — в каких обстоятельствах ребенок первый раз в жизни сталкивается с тем или иным явлением, будь это музыка или шахматы. Важно, чтобы ему все остальное понравилось.

Д. Бочаров

— Это должно быть, что вот он пришел в сказку, частью которой является орган, а не насилие, что «меня заставили слушать эту классическую музыку».

А. Пичугин

— Да, я помню, в детстве это было мукой, конечно.

Л. Горская

— Я знаю человека, который сейчас взрослый, которого от фортепиано оттолкнуло то, что у его преподавательницы по фортепиано, которое было второстепенным предметом в музыкальной школе…

Д. Бочаров

— Общее фортепиано?

Л. Горская

— Да, общее фортепиано… Первым был какой-то струнный инструмент… У преподавательницы по фортепиано всегда были шершавые обветренные руки, которыми она брала, расставляла маленькому человеку пальцы. И вот это неприятное ощущение воспитало у него, у уже взрослого мужчины, отторжение от инструмента на всю жизнь. Вот как так, да? Я думаю, мало кому из взрослых в голову придет, что такая побочная, совершенно не важная, с точки зрения взрослого человека, вещь на ребенка может произвести негативное впечатление до такой силы, что ого-го.

Д. Бочаров

— Я думаю, что тут дело не только в пальцах. Пальцы могут быть на самом деле какие угодно. Может быть, шершавая была душа у этого педагога.

Л. Горская

— Ну, тут мы не можем сказать.

Д. Бочаров

— Потому что когда педагог способен увлечь, уже не имеет значения, какие у него руки. Ну поверьте, много лет в педагогике, тут уже…

Л. Горская

— Ну, наверное. Дай Бог, чтобы…

Д. Бочаров

— Это психология, в первую очередь. Если вот у тебя есть контакт, то дальше уже иногда руки могут быть и шершавыми. Иногда с дачи приедешь — куда денешься?

Л. Горская

— А может быть такое, что вот отдали ребенка в музыкальную школу, а ему на плавании самое место, и вот нечего ему вообще делать в музыкальной школе — ой, нечего-нечего? Или вот зря Алексея из 1-го класса выгнали?

А. Пичугин

— Меня одновременно на плавание отдавали, чего ты думаешь.

Д. Бочаров

— Нет, выгнали, безусловно, зря, потому что музыкальная школа — это же не место, где учат на профессионалов. То есть кто-то может стать профессионалом. Вот я, кстати, учился в обычной районной музыкальной школе, не в спецшколе. А дочки мои в спецшколе уже учились. Но я занимался — и занимался. Мне это нравилось. Потом, когда мне уже пора было заканчивать школу, я вдруг понял, что я без музыки не могу. Мои одноклассники крутили у виска — ты что, с ума сошел? — тебя же в армию заберут. А я окончил 10 классов…

Л. Горская

— А почему в армию? Нет военной кафедры в музыкальных, да?..

Д. Бочаров

— В училище. Я же, окончив 10 классов, пошел в музыкальное училище.

А. Пичугин

— А в армию забрали бы в оркестр, наверное? Не обязательно?..

Д. Бочаров

— Мне повезло, меня взяли в оркестр, да. Могли… Моего однокурсника взяли охранять зэков.

А. Пичугин

— А могли в Афганистан. Или тогда не было Афганистана?

Д. Бочаров

— Был тогда Афганистан. И, в принципе, я был на грани того, что мог туда попасть.

А. Пичугин

— Вот.

Д. Бочаров

— Мне просто очень повезло. Как потом я выяснил, в общем-то, на самом деле, если бы меня не взяли в оркестр, то я был в папочке в Афганистан.

Л. Горская

— Ой-ей-ей.

А. Пичугин

— У Вас…

Д. Бочаров

— Мой однокурсник попал в Афганистан.

А. Пичугин

— Вернулся?

Л. Горская

— Музыкант?

Д. Бочаров

— Вернулся. Музыкант, скрипач. Ну, он сейчас скрипичный мастер — Володя Калашников. У него… Он даже долгое время носил как амулет пулю, которая ему попала в пряжку.

Л. Горская

— Ну это «в рубашке родился»…

Д. Бочаров

— «Родился в рубашке», да.

А. Пичугин

— Немного сменим тему. Вы проводите благотворительные концерты…

Л. Горская

— Совсем ты тему меняешь!

А. Пичугин

— …в детских домах, в разных таких учреждениях, для малообеспеченных людей тоже фонд проводит концерты. Что это такое, для чего это нужно? Где это проходит?

Д. Бочаров

— Ну, вообще у нас просто все концерты, я считаю, благотворительные, потому что и цены на билеты очень относительны, не сравнить с теми ценами, которые во многих филармонических…

А. Пичугин

— А бесплатно есть что-то?

Д. Бочаров

— Ну, где-то что-то и бесплатно, естественно, какие-то бывают и благотворительные программы.

Л. Горская

— Но это все на сайте, да?

Д. Бочаров

— Но орган не может приехать к детям, к сожалению.

А. Пичугин

— Орган не может приехать к детям, но детей можно привезти к органу.

Д. Бочаров

— Да.

А. Пичугин

— Понятно, что это определенные затраты.

Д. Бочаров

— И я считаю, что (нрзб.).

А. Пичугин

— А орган — где лучший орган в Москве, кстати?

Д. Бочаров

— Сложный вопрос, потому что смотря для чего.

А. Пичугин

— Ну, может быть, в костеле Непорочного Зачатия? Может быть, в Святом Людовике или в Петра и Павла?

Л. Горская

— В консерватории тоже есть, между прочим.

А. Пичугин

— Спасибо. В Консерватории.

Д. Бочаров

— Причем, и в Большом зале, и в Малом зале.

А. Пичугин

— Но как-то, мне кажется, естественнее его слушать под сводами храма.

Д. Бочаров

— Мне нравится… Ну, я, как классический музыкант, я, конечно, безусловно, люблю орган Большого зала Консерватории. Но когда орган звучит в той акустике, для которой он, собственно, и создан, когда музыка Баха исполняется в акустике, для которой она писалась, и на органе, — ну…

А. Пичугин

— Напомним, дорогие слушатели, что в гостях у нас сегодня Дмитрий Бочаров, концертмейстер группы альтов Оркестра Малого театра, сказочник, поэт, драматург и фотограф. Фотограф — интересное в этом списке. Это хобби, или это тоже часть профессии?

Д. Бочаров

— Нет, это профессия. Я член Международного художественного фонда, фотохудожник.

А. Пичугин

— Как Вы это совмещаете?

Л. Горская

— С чем?

А. Пичугин

— С занятиями музыкой.

Д. Бочаров

— Великолепно. Я работаю… служу в театре — не работаю, а именно служу в театре. У меня отсняты все спектакли за последние лет где-то 10.

А. Пичугин

— То есть Вы именно театральный фотограф?

Д. Бочаров

— Нет, в том числе театральный фотограф. То есть я снимаю спектакли, я снимаю закулисную жизнь театра, актерские портфолио — ребята обращаются ко мне, сделать.

А. Пичугин

— В Интернете где-то представлены Ваши работы?

Д. Бочаров

— Да, конечно.

А. Пичугин

— Есть какой-то специальный сайт, где можно?

Д. Бочаров

— Ну, на сайте http://gallery.ru наберите «Бочаров Дмитрий С.»…

А. Пичугин

— А, ну сайт http://gallery.ru — да, естественно, это я знаю. Думаю. что слушатели тоже знают такой интересный фотопортал. А вне театра Вы что-то снимаете?

Д. Бочаров

— Вне театра тоже снимаю. Ну вот и какие-то мероприятия случается снимать, и были танцы звезд в Кремле, например, — снимал, очень интересные получились фтографи.и И снимаю какие-то э страдные концерты периодически.

А. Пичугин

— Это старое увлечение? Или оно возникло как-то в совмещении?..

Д. Бочаров

— Ему лет… Нет, я вообще всегда любил фотографировать, но просто как-то получилось так, что совершенно неожиданно для меня у меня тогда родная сестра в «Работнице» писала статьи, и ее попросили…

А. Пичугин

— …проиллюстрировать.

Д. Бочаров

— …ну, принести свою фотографию. Она принесли фотографии, ей сказали: «А еще работы Вашего брата есть?» — «Есть». Ну, и…

Л. Горская

— «Работница» — это надо напомнить нашим слушателям.

Д. Бочаров

— Это журнал такой — «Работница». Он, по-моему, кстати, до сих пор существует.

Л. Горская

— Кстати вот, не знаю, давно он мне не попадался.

Д. Бочаров

— Ну да. Но сейчас, к сожалению…

Л. Горская

— …не лучшее время для печатных изданий.

Д. Бочаров

— …не все можно найти, да. Ну, и вот, и просто они сами в фонд мои работы отнесли. И потом мне позвонили и говорят: «Придите в Международный художественный фонд». Я с большим удивлением спросил: «А что это?» — «Приходите, узнаете». Ну, а дальше получилось как-то — снимал спектакли, в которых участвовал. Потом Юрий Мефодьевич Соломин — ему показали фотографии — дал разрешение снимать за кулисами, только без вспышки, естественно. Ну, вот начал с этого, потом отснял все спектакли. В театре было семь моих персональных выставок — вот именно театральной направленности. Ну, и вот как-то пошло-поехало. Это одна из моих профессий, которую я очень люблю.

Л. Горская

— А в чем специфика съемки в театре — ну, кроме того, что там, понятно, ограничено освещение, они все всё время двигаются?

Д. Бочаров

— Нет вспышки, и ты никогда не сможешь сказать артисту: «Повернись, вот с этого ракурса… Нет, замри, пожалуйста, я не успел тебя поймать». Нет, тут надо ловить, тут надо уметь поймать мгновение. «Остановись, мгновение, ты прекрасно!», как сказал великий в свое время. Это вот относится к фотографам. А специфика портфолийной съемки — ну вот портретной… Я, в общем-то, — портретист, — я считаю, что так же, как и в педагогике, в первую очередь, это психология. Если ты, общаясь с человеком, смог… А иначе никак нельзя сделать так, чтобы он тебе верил, чтобы он был естествен и раскован. Если ты к человеку искренне расположен, любишь его в момент съемки — кстати, не только в момент съемки… У меня с теми, кого я снимаю, дружба продолжается на многие годы потом. И они потом еще ко мне обращаются очень часто. Понимаете, если смог, ну, значит, тогда получатся живые фотографии.

Л. Горская

— Угу.

Д. Бочаров

— Я снимаю, в основном, бекз вспышки. Не люблю все эти имитации дневного света. Зачем? Можно использовать дневной свет… Но если надо со вспышкой, безусловно, тоже снимаю, она у меня есть.

А. Пичугин

— Сейчас все реже снимают со вспышкой — кстати говоря, только какие-то очень протокольные мероприятия, когда (нрзб.) никакую обработку…

Д. Бочаров

— Ну это правильно. Вспышка — она меняет пространственное ощущение. Она меняет пропорции. Вот сегодня вечером я как раз буду в театре снимать спектакль — ребята попросили прийти, поснимать.

Л. Горская

— У меня как-то тоже теперь очень плохо сочетается в голове… С одной стороны, Вы — сказочник. Вы издаете книги, но их иллюстрируют художники. При этом сами Вы тоже фотохудожник, но почему-то никак не участвуете в оформлении книжек. Кстати, у котенка Бельканто есть прототип какой-нибудь? Какой-нибудь котенок, который уже в кота вырос, и, в общем, он Бельканто?

Д. Бочаров

— Ну, конкретного прототипа нет, но есть коты, которые у меня в жизни были, которых я очень люблю… (Смеется.)

Л. Горская

— «Коты моей жизни».

Д. Бочаров

— Да, у меня был кот, который принял меня как главного кота в квартире, очень ко мне так уважительно относился… Буля. Я даже сделал его персонажем своей сказки, но не этой, а у меня есть сказка «Дерево и Змей-Горыныч», которую я в пьесу адаптировал.

Л. Горская

— Сколько всего у Вас сказок? И планируется ли какой-то сборник, может быть?

Д. Бочаров

— Ну, вот этих сказок о котенке написано 18 пока, на данный момент. Сборник… Не знаю. Пока надо, чтобы вышли все вот эти сказки до конца… Ну вот уже… Потом, может быть, еще будет продолжено. Посмотрим, как… Это же от многого зависит, в том числе от желания тех, кто будет приходить на концерт.

А. Пичугин

— Мне кажется, это очень здорово, когда человек занимается такими разными, на мой взгляд, вещами.

Д. Бочаров

— Это помогает не уставать.

А. Пичугин

— Да, это переключает с одного на другое.

Д. Бочаров

— Это переключение. Понимаете, вот долго-долго снимаешь — уже приелось. А в этот момент взял, написал стих. Пописал стихи — чего-то как-то не идет, а в этот момент тебя вызывают — надо играть.

А. Пичугин

— Концерт.

Д. Бочаров

— Концерт.

Л. Горская

— И это не прокрастинация.

А. Пичугин

— Да, совсем не прокрастинация. Тут уж даже речи о ней, по-моему, не идет.

Л. Горская

— Как при этом сохранять целостность? Что позволяет?

Д. Бочаров

— Зачем распадаться на фрагменты? (Смеется.)

Л. Горская

— Ну…

Д. Бочаров

— Целостность — это мое восприятие мира, мое ощущение мира. Оно как бы едино. Просто это отдельные грани, которые я знаю, которыми я владею, которые мне дороги. Я никогда в жизни не смогу отказаться от музыки. Вот у меня был период, когда я травмировал руку очень сильно, года полтора назад плечо выбил, упал на даче. Очень тяжело было, когда у меня сразу две профессии моих — на какое-то время я был их лишен. Играть на инструменте…

А. Пичугин

— Играть невозможно на альте с выбитым плечом.

Д. Бочаров

— Ну да. Ну, я где-то месяца два не мог играть…

А. Пичугин

— Правая рука, да?

Д. Бочаров

— Правая рука, причем. Слава Богу… И очень долго, кстати, восстанавливался. Ну, к сожалению, не 18 лет.

А. Пичугин

— Ну что ж, спасибо Вам большое! Мы будем прощаться, заканчивать программу. Но у нас еще музыка впереди. Мы напомним, что наш сегодняшний гость — концертмейстер группы альтов Оркестра Малого театра Дмитрий Бочаров. А также мы сегодня говорили про сказки, про книжку «Котенок Бельканто», про серию маленьких детских книжек, которые распространяются…

Л. Горская

— Давайте, может быть, напомним, где можно найти информацию о детских концертах.

А. Пичугин

— Вот я и говорю — во-первых, которые распространяются на детских концертах, которые проводит фонд «Бельканто». Ну, информацию Вы можете найти на сайте фонда http://belcantofond.com. Это адрес в Интернете, там вся информация о детских, о взрослых концертах. На детские придете с детьми — получите книжки про котенка Бельканто, автор которых — Дмитрий Бочаров.

Л. Горская

— А мы будем слушать музыку — «Концерт для альта с оркестром» Георга Телемана. Соло на альте — Дмитрий Бочаров…

Д. Бочаров

— …в сопровождении Оркестра Малого театра.

Л. Горская

— Замечательно.

А. Пичугин

— Лиза Горская!

Л. Горская

— Алексей Пичугин.

А. Пичугин

— Будьте здоровы!

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (3 оценок, в среднем: 5,00 из 5)
Загрузка...