"Фестиваль уличного кино". Светлый вечер с Александром Щеряковым и Дмитрием Голиковым (15.02.2017)

«Фестиваль уличного кино» Александр Щеряков и Дмитрий Голиков (15.02.2017) - Часть 1
Поделиться
«Фестиваль уличного кино» Александр Щеряков и Дмитрий Голиков (15.02.2017) - Часть 2
Поделиться

Щеряков ГоликовУ нас в гостях были организаторы Международного фестиваля уличного кино Александр Щеряков и Дмитрий Голиков.

Мы говорили о том, как возник этот фестиваль, какие ценности его организаторы пытаются нести и как этот проект вырос до международного масштаба.

 


А. Пичугин

– В студии Светлого радио приветствуем вас мы – Алла Митрофанова

А. Митрофанова

– Алексей Пичугин.

А. Пичугин

– Сегодня мы будем говорить о кино, о необычном кино. Об уличном кино, что такое уличное кино сегодня будем разбираться с нашими гостями. Александр Щеряков, директор международного кинофестиваля уличного кинематографа, Дмитрий голиков, продюсер этого фестиваля. Здравствуйте, гости дорогие.

А. Щеряков

– Здравствуйте, добрый вечер.

Д. Голиков

– Здравствуйте.

А. Пичугин

– Этим летом, я так понимаю, даже весной начинается 4 ежегодный, несколько десятков стран мира принимают участие в нем, если не ошибаюсь, фестиваль уличного кино. С одной с стороны, мы все, наверное, слышали, что кино может быть уличным, оно может демонстрироваться на улицах, кино может быть, наверное, предельно любительским и не потерять от этого в качестве, и как-то относиться к уличному кино. А что же представляете вы? Вы директор международного фестиваля, вы человек, который, я обращаюсь сейчас к Александру, который и заварил в 60-ти странах эту кашу.

А. Митрофанова

– Как вам это удалось, простите за прямой вопрос.

А. Щеряков

– Ну, сразу два вопроса, давайте я попробую рассказать немного от нашей истории. Наша команда приехала с Владивостока, мы дальневосточники, мы уже лет 9, нервное, занимаемся всякой общественными, благотворительными, культурными, образовательными проектами по всей России, и вот в 2014-ом году совершенно случайно нас угораздило заняться кино. Дело в том, что в 2012 году во Владивостоке прошел саммит АТЕС небезызвестный, и в городе было построено большое количество уникальных, очень качественных объектов, в том числе мост.

А. Пичугин

– Да, мы это тоже все помним.

А. Щеряков

– И в числе прочих, на одной из наших красивых совершенно набережных был построен амфитеатр под открытым небом, удивительный, я таких мало, вообще, где видел в России, и он, к сожалению, целый год простоял пустой, потому что администрация его построила, но не наполнила его активностями, смыслами, людьми. И нам, как городским активистам, показалось, что это нее очень правильно, и мы взяли натянули между деревьями экран, поставили домашний проектор, шипящие колонки и начали для всех желающих показывать хорошее, доброе кино.

А. Пичугин

– Гараж-стайл такой.

А. Щеряков

– Совершенно да.

А. Митрофанова

– А какое, например, кино?

А. Щеряков

– Ой, мы показывали самое разное, начиная от советской классики, заканчивая «Форестом Гампом», мы экспериментировали, для нас этот проект был мало связан с кино, для нас это был проект скорее по оживлению улиц, по наполнению улицы людьми, смыслами, по пониманию, вообще, насколько эти американские технологии уличного кино могут быть востребованы в России, на Дальнем Востоке. И очень классно все получилось, мы начали собирать аншлаги, к нам начали приходить огромные толпы людей, уличный кинотеатр стал местом не только кино, но и любых городских активностей, к нам приходили некоторые музыканты, поэты, танцевальные студии, все хотели так или иначе перед публикой, которая собиралась на кино, выступить, это место по-настоящему стало собирать все самое яркое, самобытное, что было в городе.

А. Митрофанова

– А вас там легализовали?

А. Щеряков

– Безусловно, да, в какой-то момент это было поддержано администрацией города, и глава города к нам приходил инкогнито, и в капюшоне со всеми смотрел кино.

А. Пичугин

– Зачем же инкогнито?

А. Щеряков

– Потому что, по всей видимости, он хотел все-таки посмотреть кино, а не раздавать автографы или выступать с чем-то. И постепенно уличные кинотеатры появились в разных городах Дальнего Востока, как раз начали выходить городские активисты Сибири, с разных концов страны, исключая, конечно, Москву и Петербург, где с уличным кино и так все всегда было в порядке.

А. Пичугин

– Я бы не сказал, я помню, как я искал несколько лет назад, где можно на улице посмотреть кино, прошел два или три адреса, и то это не на постоянно основе, это были такие, как в Америке парки с кинотеатрами. Это прикольно на самом деле, это интересно, но хотелось бы чего-то большего.

А. Митрофанова

– Ну, сейчас-то уже гораздо больше вариантов в Москве, поэтому удивительно, что это не только у нас есть, но есть и во Владивостоке, но, как я понимаю, еще и в огромном количестве других городов не только России, но и 60 стран мира.

А. Щеряков

– Ну, мир начался не сразу, мы в начале начали обрабатывать заявки со всей страны: «Ребята, научите нас, как сделать что-то подобное у себя. Где найти деньги? Где найти аппаратуру? Как привлечь к этому внимание зрителей. И мы подумали, что было бы неинтересно – просто написать методичку, и просто раскидать ее по почтовым ящикам, куда лучше прийти показать своими руками, как это делается. Так возникло ручное кино, фестиваль ручного кино, фестиваль был не кинособытием, а возможной трансляцией своего опыта.

А. Пичугин

– Я, может быть, сейчас банальный вопрос задам: административный ресурс у вас какой-то был или вы все сами, руками активистов все делали? Или все-таки администрация города, как-то вы с ней связались с вами, и она вас поддерживала, давала деньги или, по крайней мере, не мешала, давала какие-то возможности новые открывались?

А. Щеряков

– Первый фестиваль 2014 года проходил с минимальной организацией администрации, почти на 99% он реализовывался руками тех самых городских активистов, неравнодушных людей, сподвижников. Понятно, что мы уведомляли заранее и губернаторов, и глав городов, у нас все соответственно законами делалось. Нам предоставляли и МЧС, и скорую помощь, и площадки.

А. Пичугин

– Ну, это как любое разрешенное мероприятие.

А. Щеряков

– Да, безусловно, но никаких денег мы не получали, и сейчас не получаем, к счастью или к сожалению. Мы проехали от Владивостока до Москвы: 15 российских городов, на несколько тысяч километров, собрали 11 или 14, по разным оценкам, тысяч зрителей, и, конечно, прошумели очень сильно и объединили вокруг себя целое семейство гражданских активистов со всей страны, и в какой-то момент мы начали получать заявки из Европы, на нас начали писать и главы городов, и главы русских центров, и режиссерские сообщества со всей Европы.

А. Пичугин

– а какие страны участвовали?

А. Щеряков

– Польша, Германия, Испания.

А. Пичугин

– вот Польша почему-то в киношном мире всегда всех обгоняет, я, конечно, не беру в расчет Голливуд, но, когда что-то в кино происходит, всегда почему-то в Польше.

Д. Голиков

– во многом это обусловлено культурой и единым культурным пространством, которое появилось в Советском Союзе, и со многими мы сейчас общаемся, мы понимаем, что мы в хорошем смысле можем продолжать эксплуатировать вот эту художественную инерцию культурную, которая нам досталась с советских времён.

А. Щеряков

– На самом деле, с тех же советских времен нам досталось очень много сложностей, и другие страны припоминают нам до сих пор какие-то вещи, в том числе и Польша. Но, так или иначе, нас пригласили, и учитывая, что, мы не представляли из себя никакие политические интересы, мы просто пытались внести в мир что-то доброе, хорошее через культурные молодежные форматы, и мы согласились, и мы нашли партнеров, нашли автомобильную компанию, которая предоставила нам несколько автомобилей, мы нашли несколько компаний, которые нам по знакомству, по дружбе, понимая, что мы делаем хорошие вещи, предоставили нам часть аппаратуры. Мы проехали от Владивостока до Лиссабона, от конца до конца евразийского континента, 15 тысяч км, 47 городов, включая почти все европейские столицы, включая почти все крупные российские города, мы собрали 110 тысяч зрителей, собрали огромное количество позитивных отзывов и среди зрителей, и в соц. сетях, и в СМИ российских и международных. Нас в один момент поддержал генеральный секретарь Панки Мун, опять же не финансово поддержал, а просто поддержал, и тоже спасибо.

А. Пичугин

– А как можно поддержать не финансово?

А. Щеряков

– Ну, он сказал: «Вы молодцы, классное дело делаете», учитывая, что мы…

А. Митрофанова

– Вы держитесь,- сказал он, наверное.

А. Щеряков

– Что-то вроде. На самом деле для нас это тогда было огромным комплиментом для ребят из провинции, дальневосточников, которые, вообще, в принципе не затеивали такую бучу, изначально для нас крайней задачей стояло растиражировать свой опыт по России и на этом закончить, а потом бац, и уже второй годы мы евразийский фестиваль. Мы вернулись во Владивосток.

Д. Голиков

– Это в 15-ом году.

А. Щеряков

– Да, мы вернулись во Владивосток и завертелось, на нас стали выходить гражданские активисты, представители городов, киносообщества из Америки, Латинской Америки, из Китая, и мы всем говорили – да, и постепенно уже к 16-ому году фестиваль стал такой большой социальной франшизой, которая объединила около трехсот городов мира, города их Афганистана, Сирии, то есть из тех стран, в которых практически ничего интересного в культурном смысле не происходит, и оттуда все, вообще, бегут, а мы там закрепились, и это вдвойне для нас лестно. У нас никогда не было ни протекции сверху, ни каких-либо больших денег, мы это делали на энтузиазме, и у нас, конечно, была очень классная идея. Об идее стоит говорить отдельно, потому что, когда мы поняли, что фестиваль – это уже не просто способ тиражирования наших идей, а уже кинособытие. Мы начали думать над его идеологией, философией, механикой, и посмотрели, вообще, что твориться на кинорынке в мире, каике есть кинофестивали и чем они примечательны. Мы заметили очень интересную особенность в том, что стандартный кинофестиваль – это такое очень глянцевое, элитарное событие.

А. Пичугин

– Ну, это если брать какие-то парадные, но их насчитывается не больше десятка, а все остальное, мне кажется, как раз инициатива снизу.

А. Щеряков

– Вы знаете, вот на самом деле те фестивали, которые для всех нас киношников по неволе являются эталоном: Канны, Венецианский фестиваль, Московский фестиваль – это всегда глянец, и даже если каике-то активисты в Челябинске хотят сделать свой фестиваль, они все равно загадывают себе Канны через 20-30- лет, они все равно идут туда, нет какого-то другого пути, не какого-то другого формата успеха именно кинофестивального.

А. Пичугин

– А пока есть Каннский фестиваль в городе Канск Красноярского края.

А. Щеряков

– Да, мы с ними тоже очень хорошо дружим, классные ребята, но суть в том, что стандартные кинофестивали – это всегда золотые статуэтки, красные дорожки, жюри в закрытой комнате, которое выбирает какой фильм победил, причем непонятно как выбирают, кто-то им платит, кто-то нет.

А. Митрофанова

– Поаккуратнее, пожалуйста, и, вообще, я бы по поводу Каннского фестиваля свою лепту бы здесь внесла помимо того, что это золотые статуэтки и красные дорожки, это еще и невероятная концентрация интеллектуальных ресурсов со всего мира, там действительно показывают лучшее интеллектуальное кино, которое снято. К нему можно по-разному относиться: оно может нравиться, не нравиться, это уже в конце концов для того оно и произведение искусства, чтобы каждый его по-разному оценивал, как помните, Довлатов говорил: «Одно дело, что автор хотел сказать, второе, что сказал, а третье, что сказалось». Пожалуйста, да, у всех может быть реакция разная, кто-то скажет, что это чернуха, кто-то скажет, что это что-то еще, кто-то скажет, что это острое социальное высказывание, а кто-то увидит в этом духовную проблематику, и все имеют право на свою точку зрения, но в Канны приезжают действительно очень серьезные режиссеры, поэтому я бы не стала так, что ну, там глянец, это гламур, это что-то еще. Я, конечно, понимаю, что у вас фестиваль уличного кино, и вы концептуально на другом полюсе находитесь по отношению к этим монстрам, но все-таки давайте как-то пиететом что ли.

А. Щеряков

– Намеренно начал с плохого.

Д. Голиков

– Я помогу тебе прежде чем ты продолжишь. Когда Александр начал об этом говорить, он хотел дистанцироваться от формата фестиваля, не от содержания фестиваля и того контента, который позволяет собрать в виде каких-то кинолент, а самого формата его проведения, всего, что ему сопутствует, в том числе методика определения победителей и зрителей.

А. Щеряков

– Когда мы это начинали, скажу честно, мы были такими революционерами, и мы на самом деле думали не о формате, а, вообще, все сравнять с землей, и на этом выжженном поле построить новое. Мы по-настоящему тогда не думали…

А. Митрофанова

– То есть разрушить до основания, а затем…

А. Щеряков

Да, да, да, то есть уличное кино – улицы. Конечно де, в какой-то момент мы поняли, что, да, статусное жюри, закрытая комната, жюри того стоит, это люди с соответствующим опытом, пусть выбирают, но захотелось попробовать как-то иначе, захотелось сделать фестиваль, который был бы более ориентирован на зрителя, на публику, на людей, которые сами бы приезжали к своей публике, а не заставлял бы ее лететь на другой конец мира, платить большие деньги за авиаперелет, за аккредитацию, что очень сужало ее диапазон, фестиваль, который был бы максимально бесплатен и максимально открыт.

А. Пичугин

– Напомню, дорогие радиослушатели, что в гостях у нас сегодня директор международного фестиваля уличного кино Александр Щеряков и Дмитрий Голиков, продюсер этого фестиваля.

А. Митрофанова

– Давайте вернемся к разговору о содержательной части вашего фестиваля. Вы сказали, что для вас было принципиально важно, чтобы фестиваль прошел к людям, поэтому вы ездите теперь по всему миру 15 тысяч км от Владивостока до Лиссабона. Это потрясающе, конечно, самые восточные точки и самые западные точки. Лиссабон самая западная точка евразийского континента, но это ладно. Вы начали говорить про то, что вы приезжаете к людям, а мне бы хотелось знать, что вы показываете людям: это фестивальное такое кино, которое снимают молодые режиссеры, про что они снимают. Я просто видела каике-то любительские фильмы молодых режиссеров на мероприятиях, которые назывались кинофестивалями, я, наверное, воздержусь от комментариев в эфире по поводу того, что это такое было, у вас, я так понимаю, подход несколько иной, расскажите, как у вас это происходит.

А. Щеряков

– У нас совершенно иной подход, то есть мы в начале определились с форматом, мы поняли, что мы не хотим, чтобы публика ехала к нам, мы сами приедем к ней, мы сделаем так, чтобы публики было очень много, чтобы фестиваль стал действительно народным, когда сотни тысяч людей на площадях, набережных и в парках по всей планете сами выбирают кино без посредничества, и затем мы задаем вопрос: а что же мы тогда показываем? Первый сбор работ нам в 2014-ом году нам прислали короткометражные фильмы со всей России, около 700 работ мы собрали.

А. Пичугин

– Мы еще не обговорили, что у вас только короткий метр, и это концепция.

А. Щеряков

– Это часть специфики, потому что, учитывая, что мы ездим из города в город, в каждом городе мы оказываемся буквально на один вечер, и за один вечер мы должны умудриться показать какое-то количество фильмов.

А. Митрофанова

– А какое количество фильмов вы в среднем показываете?

А. Щеряков

– Вы знаете, всегда по-разному: от 6 до 12, все зависит от самих фильмов.

А. Пичугин

– от погоды, я думаю, многое зависит.

А. Щеряков

– Мы как-то под Богом шли эти три года погода почти нас никогда не подводила, больше того мы часто приезжали в город, где несколько недель шли ливни, потому что это лето, у нас в российских регионах лето – это очень холодный и мокрый период, и мы приезжали, и ливни заканчивались, но возвращаясь к вопросу….

А. Митрофанова

– Это называется доставка погоды, обсудим это после эфира, у меня тоже есть несколько соображений на этот счет.

А. Щеряков

– Вот мы в 14 году отобрали из 700 работ 10 лучших, на наш взгляд, лент.

А. Митрофанова

– Ничего себе. 1 к 70.

А. Щеряков

– Конкурс был действительно 1 к 70, и понятно дело, что нам пришлось отсмотреть такое количество ровно того, что вы сейчас не стали говорить в эфире, но было действительно очень большое количество профессиональных работ, мы старались отдавать предпочтение молодым режиссёрам, потому что нет смысла показывать уже всем известным российским кинематографистам, они итак найдут возможность себя показать через кинотеатры, через крупные фестивали.

А. Митрофанова

– Это естественно, а молодые – это кто? Это сколько плюс? Или до скольки?

А. Щеряков

-Это ребята, ну, вот под словом молодые мы имеем в виду, что человек не так давно начал заниматься кино, то в 14-ом году это были молодые по возрасту ребята, самый старший из них был 27 лет, остальные были куда моложе, и большая часть этих ребят никому не была известна в нашей стране: они подавали свои работы на какие-то местечковые кинофестивали, там их смотрели полупустые залы по 50-70 человек, и на этом все заканчивалось. Понятное дело, что они безуспешно подавались также на Московский и на Каннский фестивали, но у них не получалось. И тут, бац, в их жизни для них возник фестиваль уличного кино, где они стали обсуждаемыми, оцениваемыми сотнями, ну, не сотнями, а 14 тысячами людей по всей России. В 15 году это было уже 110 тыс. зрителей, в этом году, в 16-ом году, это было уже полтора миллиона зрителей. ю

А. Пичугин

– Прежде чем мы продолжим этот разговор, я пытаюсь понять, а мизансценически это как выглядит?

А. Щеряков

– Мы приезжаем в город, натягиваем экран или проецируем на здании, или возводим его из панелей, в каждом городе своя конструкция, и если мы собираем в каком-то городе 25 тысяч зрителей за раз, то естественно конструкции будут просто гигантские, и заканчивается тем, что мы собираем на поляне 70 человек, тогда это просто баннер, который вешается на тросах между деревьями. В этом году, к сожалению, или, к счастью, такого не будет, мы переходим к масштабу, у нас в каждом городе будет собираться от пяти тысяч зрителей, но когда мы начинали, да, действительно мы показывали в автопарках.

А. Пичугин

– то есть вы сейчас выходите из состояния, вернее, входите в новое состояние, когда вы моете сказать: «Туда? Нет, мы не поедем, там надо натягивать экран между деревьями, мы сейчас поедем условно в город Н. и там-то 5 тысяч человек точно соберется».

А. Митрофанова

– То что сейчас Леша говорит, называется гламуризация.

А. Щеряков

– С одной стороны, мы действительно конвертировали количество в качество, потому что мы уже не растем географически, нам расти некуда, мы почти по всему миру есть, об этом я отдельно расскажу, и да, действительно, мы делаем упор на том, чтобы в те города, куда мы заезжаем, в тех городах все было очень классно, масштабно, чтобы там были главные площади, чтобы там было огромное количество людей, чтобы там было участие глав городов и губернаторов, но, с другой стороны, мы всячески именно в силу своей народной концепции далеки от гламура, мы на некоторые вещи не можем пойти, условно говоря. Мы как любой кинофестиваль, наверное, должны на открытии и закрытии собирать большое количество звезд российского кино: Михалков, Безруков и так далее..

А. Пичугин

– Оно вам нужно?

А. Щеряков

– А вот как бы мне, может быть, и нужно, а фестивалю – нет.

Д. Голиков

– Это СМИ более нужно.

А. Пичугин

– А вот на этот вопрос действительно пусть Дмитрий ответит, Дмитрий, во-первых, молчит у нас.

Д. Голиков

– Давайте я все-таки немножко расскажу вам очень кратко важную техническую информацию, чтобы вы понимали, как физически происходит фестиваль, то, что Александр начал говорить. Мы занимаемся. Мы занимаемся тем, что на сегодняшний день мы собираем в ответ на те фильмы, которые нам передают те, кто хочет их показать, мы определяем шорт-лист из 10-12 фильмов, фактически таким образом мы формируем фестивальную программу, которая едет физически по всем городам. То есть мы собираем для просмотра нашими друзьями, нашими партнерами все фильмы, которые нам присылают, но в шорт-лист, который едет по городам, попадает только 10. В этом году, может быть, будет 12 фильмов. Далее процедура такова, что физически мы, как оргкомитет фестиваля едем с нашим фестивалем по определенным городам, которые с 16-ого года уже для себя определяем, где нам физически важно быть самим лично, но помимо этого, то, что ранее говорил Александр, да, мы превратились в некую социальную франшизу и поэтому те города, которые обращаются к нам с просьбой, чтобы мы их включили в города, где идет фестиваль, мы даем им такую возможность, передавая права на демонстрацию этих фильмов, ну, и на некоторые процедурные наши способности, и таким образом, когда фестиваль прошёл и в прошлом году, и в этом году, когда мы указываем то количество людей, которые посетили фестиваль, мы указываем и те города, в которых мы были лично, и те города, где фестиваль прошел, но без нашего участия, как физического оргкомитета. Вторая особенность: в этом году мы впервые превращаемся в более масштабную экспедицию, чем это было в 2015 году, когда мы проехали от Владивостока до Португалии, и будет это выглядеть фактически как большая экспедиция, внутри которой мы будем решать много задач, но помимо этого ряд регионов, в том числе Московская область, обратились к нам с просьбой, чтобы мы включили те или иные регионы в нашу фестивальную программу в те города, которые покажут фестивальные фильмы, и будет вот такая особенность, к чему мы вот, воспользовавшись, предлагаем городским активистам, чтобы они более активно использовали ресурсы. Мы даем возможность, проезжая по нашей большой стране, дать старт некоей большой региональной истории, например, так будет в Московской области, проезжая технически от Владивостока в Европу, мы дадим старт, возможно, мы сейчас рассматриваем такой формат, мы сейчас это обсуждаем с администрацией Московской области, мы дадим старт фестивалю по городам Московской области. Мы же с основной группой поедем дальше в Европу, когда же фестиваль закончит свое шествие по всей планете, мы его очень хотим закончить, конечно, в Москве, тот город, который мы считаем достойным этого.

А. Пичугин

– На Красной площади?

Д. Голиков

– Как один из вариантов. Мы не откажемся от такого предложения. Таким образом, заканчивая этот фестиваль в Москве, закончится та часть фестиваля, которой мы дадим старт в Московской области, когда мы поедем в Европу, таким образом, закончится фактически два больших фестивальных тура: большой всемирный тур и тур по Московской области. Возможно, такой тур будет и в регионах.

А. Щеряков

– Таких туров планируется большое количество, вплоть до того, что сейчас императорским православным палестинским обществом с руководителем молодёжной секции, нашим хорошим другом, Павлом Карпухиным, мы рассматриваем вопрос о проведении спец тура от Москвы до Иерусалима вдоль старого паломнического пути с показом фильмов, если не на православную тематику, то во всяком случае еще более светлых, чем мы показываем сейчас. Отдельно идет диалог с несколькими крупными компаниями, включая Норильский никель и Газпромнефть, о проведении тура по северным городам нашей страны, и параллельно о съемке фильма о российском севере, о том, как люди там живут, насколько они пассионарны, насколько они удивительны, и планируется совместно с фондом «Русский мир» и Россотрудничеством отдельный тур по Европе. В общем, фестиваль, хотим мы этого или нет, превращается в глобальный проект, на базе которого вырастают отдельные спецпроекты, которые реализуются местными гражданскими активистами, сообществами, киношколами без нашего участия. Такая по-настоящему большая, если не социальная франшиза, то глобальное движение, которое существует весь год. Вот так, и это всего за три года, конечно, лет через 5 мы хотим, чтобы фестиваль уличного кино стал по социальному выхлопу, по имиджевым эффектам, по всему остальному не меньше, чем Канны или Венеция, только для улиц.

А. Пичугин

– Такие планы, мы через минуту про них подробнее поговорим, Александр Щеряков, директор международного фестиваля уличного кино, Дмитрий Голиков, продюсер этого фестиваля, Алла Митрофанова, Алексей Пичугин, через минуту в этой студии снова встретимся, не уходите.

А. Митрофанова

– Еще раз добрый «Светлый вечер», дорогие слушатели, Алексей Пичугин, я – Алла Митрофанова, и напомню, сегодня в студии мы общаемся с Александром Щеряковым, директором международного фестиваля уличного кино, и Дмитрием Голиковым, продюсером этого фестиваля. То, о чем нам рассказали наши гости в первой части программы – это заявка на какое-то глобальное такое событие, нечто такое масштабное, невероятный проект. У меня в руках график движения фестиваля уличного кино на 2016 год во Владивостоке открытие на спортивной набережной 2 июня, а дальше вплоть до 28 октября тут движение по 56 городам, причем это пространство России советской и постсоветской, тут Самарканд, Ташкент, Бишкек, Ашхабад, Баку, Ереван, Тбилиси, Грозный, Махачкала и так далее, Казань и все это постепенно двигается на Запад, дальше начинаются города: Брест, Варшава, Берлин, Прага, Вена, Будапешт, Сараево, Рим, Гонконг, Маврикий, Нью- Йорк, и завершается все 28 октября в Буэнос-Айресе, это значит что вы лично, организаторы фестиваля, со второго июня по 28 октября находитесь в столь длительной командировке, путешествуете по всему миру, фактически совершаете кругосветку такую?

А. Щеряков

– Ну, да.

А. Пичугин

– Мне очень нравится, что здесь через запятую идут: Саратов и Буэнос-Айрес, Сараево и Ташкент, Дубровник и Ижевск. Такие штуки мне очень нравятся.

А. Митрофанова

– неформальность.

А. Пичугин

– Да, когда через запятую сегодня где-нибудь в Новосибирске, а завтра где-нибудь в Афинах.

А. Митрофанова

– А вы режиссерам вашим даете возможность точно так же, как и вам поехать с вами, увидеть людей, которые смотрят их кино?

А. Щеряков

– к сожалению, большая часть режиссеров не готова, даже если мы предложим им поехать с нами, потому что по-настоящему на 4 месяца покинуть дом – это сложная задача.

А. Митрофанова

– ну, куда-нибудь в Рим, например, к вам прилететь.

А. Щеряков

– Прилететь возможно, тем более по евразийской части мы будем ехать на машинах, сейчас, Слава Богу, дорабатывается вопрос о том, чтобы нам одна из компаний, которую пока не могу упоминать, предоставила 4 автомобиля, 2 из которых мы укомплектуем журналистами, которые будут ежедневного освещать наш тур, потому что это совершенно удивительное приключение, а еще две машины будут укомплектованы составом организаторов, и, возможно, режиссерами, которые с нами захотят ехать. Тут такой момент, что, мы же непредвзяты, мы показываем кино, не понимая до конца, кто победит, потому что все решает толпа, все решает публика, а если мы с собой повезем какого-нибудь одного режиссера, и не повезём другого, то это может быть очень двусмысленно воспринято.

А. Пичугин А. Митрофанова

– Понятно. А у вас голосование проходит в каждом городе, и вы потом суммируете голоса по всем городам?

А. Щеряков

– Все так. Да. Больше того, скажу, что голосование у нас проходит очень интересно, люди поднимают над головой, фонарики, телефоны, зажигалки и светят за понравившееся кино, а мы специальным устройством, которое везем с собой, замеряем уровень света и понимаем предпочтение публики в каждом городе.

А. Митрофанова

– Интересно.

А. Пичугин

– И аудиторию таким образом измеряете.

Д. Голиков

– Очень сложно, мы измеряем не количество, если говорить технически, а измеряем насколько увеличивается интенсивность, на каждом фильме, таким образом мы определяем насколько тот или иной фильм больше понравился людям. Мы не мерим количество людей.

А. Щеряков

– Да, и в этом смысле Саратов сопоставим с Буэнос-Айросом, хотя там не сопоставимое количество публики, это, наверное, немного не честно, но так.

А. Пичугин

– Ну, почему бы и нет.

Д. Голиков

– В этом году не вы первые об этом говорите, мы с Александром изначально, когда я только с ним познакомился с этим проектом, мы понимали, что придёт определенный этап, когда и мы-организаторы, и наши партнёры захотят, чтобы фестиваль не прекращался, шоу должно продолжаться, и тут есть такой хороший смешной термин: «Цирк уехал, клоуны остались», мы хотим, чтобы они остались, то есть мы понимаем, что технологии на сегодняшний день достигли такого этапа, когда мы можем дать такие инструменты, которые мы сейчас создаем, нашим друзьям и партнером для того, чтобы они всегда позволили нашим гостям и участникам, нашему фестивалю оставаться на связи, и таким образом мы дадим возможность нашим творческим личностям донести до большей аудитории в том числе то, что они создают. Или более того, дать им возможность для профессионального, вообще, им между собой. То есть мы создаем такой ресурс, который будет и для зрителей, который позволит им и дальше наслаждаться прекрасными работами, которые попадаются среди наших фильмов, по крайней мере, которые оказываются в шорт-листе, и мы хотим дать возможность для профессионального общения для тех, кто создает эти фильмы.

А. Щеряков

– В общем, Дима говорит о том, что мы хотим создать свой ютуб, не совсем пока понятно как..

Д. Голиков

– Это не ютуб это некий вэп-интрейфейс.

А. Щеряков

– Ну, это некая платформа, которая…

А. Пичугин

– Как вы еще раз это называете?

Д. Голиков

– Мы называем это вэп-интрефейс, что это в итоге будет.

А. Митрофанова

– А образованием вы не думали заниматься?

А. Щеряков

– Вот, да

А. Митрофанова

– Потому что, мне кажется, что огромное количество людей, которые считают, что они умеют снимать кино, на самом деле с удовольствием бы, наверное, а может быть, и без удовольствия, некоторые считают, что им это не нужно, но многие не лишенные самокритики решают, что они с удовольствием могли бы позаниматься, чтобы дорасти до уровня более профессионального, и тогда уже в другому качестве и состоянии принимать участие в подобных фестивалях. Вы что-нибудь подобное делаете?

А. Щеряков

– Это одна из наших главных задач на сегодня. Дело в том, что очень многие маститые режиссёры нас упрекают в том, что у нас голосует толпа, объективно говоря, толпа – это то, с чего мы начинали, это не жюри Каннского фестиваля, они не образованы, не компетентны.

А. Митрофанова

– Ну, слушайте, толпа бывает очень разная.

А. Щеряков

– Вот, видите. И нам всегда хочется ответить: «Ну, слушайте, да, публика, наверное, не очень образована, но вот именно в кино ипостаси, с другой стороны, она очень честная, ей хочется высказаться, чего у неё не получается на большей части вот этих глянцевых мероприятий, как раз ее хотя бы раз надо послушать. Но, с другой стороны, мы все-таки слушаем эту критику, мы понимаем, что, действительно, публика, если ей не ставить рамки, если ее не образовывать, она наголосует так, что победит, может, не самый лучший фильм, может быть, более популистский, может быть, более, я не знаю, забавный, шаблонный, но не по-настоящему стоящий, поэтому мы почти в каждом городе перед показом устраиваем большие образовательные акции, выступают люди, хорошо связанные с кино, с лекциями под открытым небом, в рамках которых они рассказывают: «вот, друзья, вы сегодня собрались здесь не как пассивные наблюдатели, а от вашего мнения зависит сегодня, кто победит, поэтому обратите внимание на эти акценты, думайте об этом и об этом». И люди, ощущая свою новую активную роль, ощущая свою сопричастность с большим событием, довольно по-настоящему, ответственно подходят к голосованию, и у них появляется запрос на образование в области кино и культуры, у них появляется запрос на то, чтобы узнавать: а из чего же, вообще, кино делается, как, и это та важная миссия, которую мы выполняем.

А. Митрофанова

– А это все в рамках одного дня происходит? Я пытаюсь себе представить то, что Леша назвал мизансценой фестиваля. Это происходит: вот вы приехали утром, развернули «цирк», экран развернули, аппаратуру поставили, где-то в парке это происходит, очевидно, или на городской площади по договоренности с администрацией города…

А. Щеряков

– Спасибо большое за этот вопрос, потому что еще хотел сказать по этому поводу. У нас в течение дня, а иногда и не одного дня проходит огромное количество активностей: ярмарки, велопробеги, театрализованные шоу, события, лекции под открытым небом, и вечером. Когда эта огромная толпа устает, мы показываем ей кино. Таким образом для многих городов и регионов наш фестиваль – это такой фестиваль фестивалей.

А. Пичугин

– А на кино силы-то остаются?

А. Щеряков

– Да, безусловно, есть те, кто приходит только на кино, но есть такие, которые приходят с самого утра, и это еще одна наша задача, которая возникла совершенно естественно – это объединения вот этих городских активистов и организаторов в регионе на базе одного большого проекта. Ну, какая у нас сейчас есть одна большая проблема в русских регионах? С культурой все не очень хорошо, я имею в виду с каким-то уникальным форматом, почти все форматы изъезжены, уже наскучили, и очень большое количество людей, которые там что-то делают, они либо между собой не знакомы, либо они знакомы на конкретных началах: они бьются за внимание власти, за деньги бизнеса, за внимание прессы, и мы для них становимся поводом собраться и начать делать что-то сообща, мы фактически приходим к ним и говорим: «Ну, либо наш огромный и мировой тур к вам в город приезжает, либо мы едем мимо, и вы остаетесь без нас», и для них это становится классным поводом для того, чтобы объединяться и начать делать фестиваль вместе, искать классные площадки, придумывать самобытные уникальные активности. В итоге мы приезжаем на один-два дня, устраиваем показ, и едем дальше, а они остаются и уже в диалоге, и это очень круто, что мы их таким образом активировали, и иногда это даже резюмируется в каких-то инфраструктурных решениях, допустим, в городе Омске специально под наш приезд в 2015 году был построен амфитеатр под открытым небом в самом центре города.

А. Пичугин

-Ничего себе.

А. Щеряков

– Да, дело в том, что активисты очень долго думали, а где нас принять, поняли, что в городе нет классных площадок, чтобы все это сделать очень хорошо, взяли и построили амфитеатр, мы приехали, сделали показ и поехали дальше, а амфитеатр остался, и будет стоять еще лет 10 и будет работать на благо города.

Д. Голиков

– И без поддержки, без разрешения власти.

А. Щеряков

– Ну, скажем так, не без разрешения власти…

А. Митрофанова

– А как же они его построили?

А. Щеряков

– а без финансовой поддержки власти.

А. Митрофанова

– А, без финансовой поддержки.

А. Щеряков

– То есть фестиваль – это еще и повод заговорить о третьем секторе, о силе объединенных гражданских усилий, именно не революционных усилий, когда все собираются под знаком там: давайте президента долой, а под знаком созидания: давайте все вместо что-то сделаем, объединимся, начнем работать над благом нашего города. Фестиваль – это просто инструмент, фестиваль – это яркая обертка, под которой мы заходим в любой регион России, объединяем людей, настраиваем их на единый дух и едем дальше.

А. Пичугин

– Сейчас люди скажут, сидя у приемников, что у вас есть какая-то не озвученная цель в рукаве, которую вы держите, а фестиваль – это прикрытие.

А. Митрофанова

– Во т я тоже об этом думаю, как раз. Либо есть какие-то сложности, о которых вы тоже у микрофона сейчас не хотите говорить о взаимоотношениях с властью или с бизнесом, или с кем-то еще, кто-то обязательно вам вставляет палки в колеса или что-то еще, ну, не может быть, что все так гладко, как сели на воздушный шар и по Фаренгейту поплыли.

А. Щеряков

– Безусловно, очень много сложностей, учитывая то, что мы два года делали этот проект вдвоем с моей супругой, и у нас не было никаких денег, и азарт сделать этот проект на международном уровне возник у нас раньше, чем финансы, ресурсы на это. Мы мотивировали огромное количество людей по всему миру помогать нам, у нас трудилась целая армия людей над переводом, субтитрированием, контентом, и всех принимающих сторон. У нас в каждом городе…

А. Митрофанова

– Бесплатно?

А. Щеряков

– Бесплатно, безусловно, в каждом городе у нас создавались оргкомитеты из числа директоров телеканалов, представителей прессы, представителей гражданской среды, организаторов событий, которые искали аппаратуру в каждом городе свою, искали площадки, организовывали все, привлекали огромные толпы людей, и это по-настоящему огромная работа, которая велась в течение года, которую агентство стратегических инициатив насчитало 42, 5 миллиона рублей. То есть они сказали: «Если бы в 2015 году фестиваль делали не вы, а нормальные люди…

А. Пичугин

– Нормальные люди.

Д. Голиков

– За бюджетные деньги.

А. Щеряков

-Да, за бюджетные деньги, то это вышло бы в такую сумму. Мы это сделали за гораздо-гораздо меньшие деньги, за личные деньги, все остальное мы взяли бартером или по дружбе, и это, наверное, то, что у нас классно получается: делать без денег, делать, что хочется.

А. Пичугин

– А кто из великих мира кинематографа вас поддерживает? Ну, Кустурица…

А. Щеряков

– Смотря что имеется в виду под словом «поддержали».

А. Пичугин

– Ну, от «похлопали по плечу» до чего-то там значимого.

А. Митрофанова

– Сказали: «давайте я прочитаю у вас лекцию».

А. Щеряков

– Нас поддержало большое количество деятелей кино, начиная от Эмира Кустурицы, заканчивая, не знаю, Дмитрием Нагиевым. В настоящий момент мы записываем видеообращение с известными людьми в поддержку фестиваля. В них уже приняли участие «Квартет И», Елизавета Боярская.

А. Пичугин

– А где Спилберг?

А. Щеряков

– Стивен? Стивен…кстати, мы ведем с ним диалог, может быть, запишем видеообращение с ним лично, когда будем проезжать через США , но, как всегда, с американцами, там все очень сложно.

А. Пичугин

– Я не вижу США в этом списке.

А. Щеряков

– они есть там.

А. Митрофанова

– Нью-Йорк там есть, 21 октября.

А. Пичугин

– А, вижу.

А. Щеряков

– Да, мы там будем проводить показ, никто нам не мешает съездить на другой берег страны и там записать пару видеообращений с интересными нам людьми. Со штатами сложно все. Потому что штаты привыкли, что за площадку надо платить деньги, если в России мы никогда в жизни не платили деньги за предоставление площади, парка или набережной, потому что это в интересах города принять наш фестиваль по разным причинам, то в штатах даже такие ребята как мы, какие-то городские активисты, благотворители, волонтеры, они все находят там 10-15 тысяч долларов на аренду какого-нибудь парка на вечер, и для них это не составляет труда. У них очень классно организован фаундрайзинг, краундфайндинг, все эти системы. Мы пока не наловчились собирать 10-15 тысяч долларов за один вечер, и те немногие российские спонсоры, которые нам сейчас помогают не заинтересованы в том, чтобы вкладывать деньги на показы где-то в штатах. Собственно им резона никакого нет. Но мы трудимся, мы находим идеи, подвижников в разных странах мира, которые по-разному нам помогают.

А. Пичугин

– Но вы чувствуете относительную свободу материальную я имею в виду не вашу личную, а именно как фестиваля? То есть у вас уже не стоит одна из тех проблем материального, бытового характера, которая перед вами стояла, когда вы впервые натягивали экран где-то в районе моста на остров Русский?

А. Щеряков

– первые три года у нас были очень серьёзные проблемы, именно бытовые, потому что фестиваль очень дико рос, и у нас просто не было возможности остановиться и начать заниматься партнерами. Ну. Условно говоря, в 14-ом году фестиваль прошел через 15 российских городов, если бы в 15-ом году мы бы проехали через те же 15 городов, то у нас не было бы проблем ни со спонсорами, ни с классными площадками, ни с наполнением людей, но у нас же было не 15 городов, а 47, и вместо того, чтобы заниматься поиском партнеров, мы занимались расширением сетки, организации, работой с городами и так далее, в 16-ом году городов было уде 300, и мы бегали взлохмаченные, думали, как это все организовать. Слава Богу, у нас потихонечку набиралась команда наши подвижников, которые сидели и вместе с нами это все делали, но все равно было очень сложно. И в этот год мы впервые зашли в совершенно новом качестве. Наша география постоянно увеличивается, и мы сейчас впервые можем задуматься над развитием профессионализма и качества проведения мероприятий и над поиском титульных партнеров в лице коммерческих компаний, в лице фондов, в лице административных учреждений, которые нас поддержат и будут поддерживать еще ближайшие лет пять.

А. Митрофанова

– Напомню, что в программе «Светлый вечер» на радио «Вера» сегодня Александр Щеряков, директор международного фестиваля уличного кино, Дмитрий Голиков, продюсер этого фестиваля. Дмитрий, у меня к вам вопрос по поводу географии. Я так понимаю, что этим длинным списком занимались вы, или во всяком случае руку к нему приложили.

Д. Голиков

– Да.

А. Митрофанова

– Объясните, пожалуйста, как так получается, что куда бы вы ни обратились, администрация города, за исключением Нью-Йорка, про который мы узнали, что там все на коммерческой основе, вы обращаетесь в администрацию города, вам говорят: «Конечно, мы только вас и ждали! Прям вот не могли дождаться, когда вы к нам приедете, прям вот не могли дождаться! Вот вам лучшая площадка, чем мы можем вам помочь?». Это, знаете, из области фантастики ненаучной, по-моему, если речь идет о России, как вам это удается.

Д. Голиков

– Дело в том, что мы же предлагаем этот проект, как большой социальный проект, и пере тем, как ответить на ваш вопрос, дополню, что Александр начал говорить про наших партнеров и наш подход к поиску партнеров. На сегодняшний день мы ищем партнеров, мы уже пришли к такому формату, это не только те. Кто нам поможет в чем либо, мы ко многим, к кому сейчас приходим с нашим обращением о сотрудничестве, часто нас воспринимают, как тех людей, которые что-то просят, но мы с самого начала со многими некоммерческими организациями и государственными органами мы можем себе позволить вести диалог таким образом, предлагая им нас. Как инструмент решения каких-то собственных задач и вопросов. Это касается и социального бизнеса, который себя считает социально ответственным, это касается и тех некоммерческих организаций, у которых есть собственные программы – это и образовательные программы, и программы по защите экологии, по развитию общества, многие другие, поэтому когда мы обращаемся в регионы. Администрации многих регионов, конечно, не все, мы покривим душой, если скажем, что во всех регионах, куда мы обращаемся, нас встречают с распростертыми объятиями, но они видят в нас тот формат, ту нестандартную, может быть, форму мероприятий, которые мы им предлагаем, потому что все-таки в нашем фестивале, я тут хотел бы вернуться к одному моменту, когда мы говорили об этом, что кино является лишь способом объединить людей. Собственно, мы в данном случае кино используем как некий инструмент, само кино является неким таким синтетическим искусством, которое объединило в себе музыку, художественное какое-то искусство, актерское и многие другие, поэтому мы и предлагаем собственно использовать всем нашим друзьям, кому опять же в том виде, как оно есть. Это некий инструмент, который может объединить людей.

А. Пичугин

– А объединяют ради каких-то целей, вот у вас конкретно какая цель стоит? Объединить людей ради чего?

Д. Голиков

– Я не побоюсь все-таки сказать, может быть, это банально, но сделать мир лучше. Просто мы понимаем, что у нас есть определенный инструмент, который может сделать мир лучше, и если все-таки отойти и сказать один из моментов, например, почему и каким способом? Мы на сегодняшний день уже пришли к такому формату, что, да, мы являемся мероприятием, которое позволяет объединять тех людей, которые социально активны, но помимо этого мы можем себе позволить и мы должны задать некий уровень для общества, к которому оно должно стремиться по крайней мере, пусть, если не прийти, то стремиться. Поэтому мы, например, говорим и о том, что люди должны задумываться о том, что они создают, тое есть вы в какой-то из моментов нашей беседы говорили о том, что люди непрофессиональны или еще что-то, но это же во многом зависит от того информационного поля, в котором люди живут, от того культурного поля, в котором они живут, поэтому мы на сегодняшний день видим одной из своих задач, вот в 2016 году и на ближайшее время, в том, чтобы стать неким таким тренд-центром, тое есть задать некий тренд в том числе и в создании контента, что кино должно быть не только красивым, не только веселым или еще что0то, но оно должно нести некий глубокий смысл, и не важно о чем будет этот смысл. Я имею в виду, что не важно, их же много может быть этих смыслов, все они имеют значение. Это может быть некое чувство: о любви к ближнему, о любви к родине, о любви к экологии или еще что-то, если кратко может быть, потому что все-таки мы стараемся, чтобы наши фильмы, все работы, которые были, они были про любовь. И еще один из моментов, о котором мы говорили, как раз с Александром, что в этом году впервые фестиваль пришел к такому моменту, когда помимо того, что мы можем транслировать, что кто-то создал и мы это объединили в себе, мы можем поставить некую задачу перед творческим сообществом в первую очередь, что-то создавать, и вот фестиваль этого года, превратившись в некий такой караван, который будет идти таким большим путем, одна из его задач будет собрать некие истории, которые будут встречаться ему на пути. Будет одна из задач, которую мы стараемся решить – это собрать истории в тех регионах, куда мы даже не приедем, то есть жизнь на сегодняшний день, да и, вообще, жизнь по своей сути, но она настолько уникальна, что в жизни могут быть такие истории, которые даже придумать нельзя.

А. Митрофанова

– а пример приведите, пожалуйста. А то вы говорите истории, а о чем речь?

Д. Голиков

– Я как раз сейчас повел разговор наш к тому этапу, на котором мы как раз с Александром два года назад познакомились. У него был такой проект, который в этом году перерос в нечто большее.

А. Щеряков

-В 2013 году у нас был проект «Фигура неумолчания», я ездил автостопом по разным городам России и знакомился с людьми, которые мне представлялись интересными, допустим, баба Галя из города Сасово, которая всю жизнь проработала в школьном бассейне гардеробщицей, а потом записалась на секцию метания ножей и стала трёхкратной чемпионкой Европы и мира по метанию ножей.

А. Пичугин А. Митрофанова Д. Голиков

– Так ее гардероб достал?

Д. Голиков

– Там она натренировалась, наверное, когда уходили школьники.

А. Щеряков

– Не знаю, захотелось острых ощущений. Еще небезызвестный вам, наверное, Евгений Гвоздев, который на балконе собственного дома построил лодку длиною 3, 5 метра и совершил на ней кругосветное путешествие.

А. Пичугин

– Да, слышали.

А. Щеряков

– Вот таких людей, наших современников, героев бытовых очень много, они делают совершенно какие-то невероятные вещи, которые по-своему мотивируют, и про таких людей, к сожалению, и в федеральных СМИ, и в информационном потоке мало слышно. И мы решили про таких людей рассказывать, придумали проект «Фигура неумолчания», я про таких людей писал короткие истории, достаточно яркие, я мой товарищ Дима Демиденко – один из лучших в мире векторных художников, официально лицо компании CorelDRAW, рисовал в своем фирменном стиле иллюстрации, и мы делали уличные инсталляции, оформленные в стиле известной социальной сети в рамках которой каждый мог поставить понравившейся истории лайк стикером, написать комментарий, а самое главное – вдохновиться тем, что реальные люди прямо сейчас, может быть, даже в твоем городе что-то такое делают, а ты сидишь и ничего не делаешь, ты можешь что-то поменять. Мы этот проект закончили, начали делать фестиваль уличного кино, и в 16-ом году поняли, что волей не волей мы снова вспоминаем про «фигуры неумолчания», потому что люди на улицах и площадях к нам подходят и говорят: «А чего вот вы кино показываете? Классное, конечно, хорошее, снято замечательно и актерская работа, и режиссерская, но истории каике-то выдуманные, сразу видно. Почему бы вам не рассказать про моего соседа, вот я вам расскажу сейчас» и начинают, и таких историй набралось так много, что мы подумали, собственно, а прочему бы и нет. И в 2017 году мы впервые запускаем сбор лучших историй, часть этого сбора пройдет в Интернете в формате такой видео эстафеты а-ля Баскетчелендж. Только люди вместо того, чтобы обливаться холодной водой, будут исповедоваться на камеру: рассказывать истории из жизни, из детства на 1-2 минуты, и передавать эстафетную палочку своим друзьям. Вторая часть этого сбора пройдет офлайн в рамках нашего фестивального тура. В каждом городе, который мы проедем, мы будем создавать такие платки, в которых каждый желающий сможет рассказать свою историю, то есть параллельно с кино, параллельно с другими активностями, которые будут разбросаны по городу, будут стоять такие палатки, и каждый желающий смоет рассказать про себя, про своего друга, родственника. Мы планируем к концу нашего фестивального тура собрать хотя бы 10 тысяч таких историй, из них отобрать 10 лучших, если у нас все получится, то по 10 лучшим историям мы к началу следующего года снимем короткометражный фильм, таким образом у нас получится очень мотивирующий, сильный, честный, актуальный альманах о людях, которые живут прямо сейчас, и фестиваль уличного кино станет абсолютно автономным проектом.

Д. Голиков

– Возможно, это один из наших путей развития.

А. Щеряков

– Да, не только потому что мы сами выбираем куда мы едем и сами едем, и сами показываем, но и потому что то, что мы показываем, мы сами генерируем на площадках фестиваля, и тогда мы обзаведемся какой-то идеологией в хорошем смысле этого слова. В том смысле, что мы будем показывать не просто всякое кино, мы будем показывать кино с совершенно понятными смыслами и совершенно понятно откуда взятыми. Вот такая идея.

А. Митрофанова

– Интересная идея, конечно. Я сразу представлю себе , что в этой очереди в палатку, где будет установлена камера, где люди будут, как вы сказали, исповедоваться перед камерой, а на самом деле просто рассказывать свои истории, мне кажется, в этой очереди будет немало людей, не скажу, что много, но скажу, что немало, которым просто очень важно получить хоть немного внимания к себе. Вот, знаете, бывает такое, что человек никому не нуден, и вот ему от этого больно, он страдает, а тут он услышит, что кому-то интересна история из его жизни, может быть, там и история-то не то чтобы невероятная, не про Незнайку на Луне, а просто история человека, который почувствовал, что он кому-то стал интересен, и это, как мне кажется, тоже очень важно. Правда, конечно, это существенно увеличит ту самую очередь, но что делать, если вы для себя выбрали такой путь, придется этим путем идти. Вообще, все это движение, которое вы описали вокруг фестиваля… Я не видела ваши фильмы, побаиваюсь, очень бы хотела посмотреть, надеюсь они действительно настолько хороши, как вы о них рассказываете.

А. Пичугин

– Чего ты побаиваешься.

А. Митрофанова

– Ну, много видела фильмов любительских, я уже говорила об этом, не суть, не хочу даже вспоминать.

Д. Голиков

– Мы постараемся вас разубедить в этом.

А. Митрофанова

– Я буду рада.

А. Пичугин

– прости, что перебиваю. В Москве на рубеже нулевых был такой фестиваль любительских фильмов «Стык», может быть, слышали.

Д. Голиков

– Да.

А. Пичугин

– Он проходил в несуществующем ныне доме Ханжонкова, он каждый раз был в конце года. И фильмы там были совершенно любительские и зачастую плохо снятые, но один из самых лучших фильмов, которые я видел в своей жизни, плохо снятый, кстати говоря, был на этом фестивале.

А. Митрофанова

– Ну, у нас вкус с тобой немого разный. Обсудим это потом.

Д. Голиков

– Вы знаете, есть такой момент, Александр, может быть, еще не отдает себе отчет, но я в рамках других проектах сталкивался, и я понимаю, что это тоже хорошо. Одна из ситуаций, с которой, я уверен, мы столкнемся в рамках таких историй – это же будут не только какие-то героические истории или светлые, но будет и много грустных историй, которые, если мы говорим, как многие воспринимают, фестивальное кино, очень часто это некие такие драмы, истории, некоторые страшные по-своему, которые очень часто эксплуатируют в рамках социальной рекламы в том числе, и я понимаю, что такие истории тоже будут, будут помимо светлых и великих историй, будут страшные истории из жизни, связанные с равнодушием, чёрствостью и какими-то ужасными вещами.

А. Щеряков

– В ответ на вашу реплику, хотелось бы, конечно, сказать, что нам было бы стыдно показывать огромной публике, которая с каждым годом все больше, в конце концов полтора миллиона живых людей – это не мало, фильмов, в которые мы сами не верим, которые были бы сделаны хоть чуть-чуть не профессионально, поэтому. Конечно же, благо у нас есть выбор, мы из этих сотен работ отбираем по-настоящему сильные фильмы. Они короткие, и это, наверное, единственное, что их отличает от большого хорошего зрительского кино. Ну и второй момент, мы уже столько говорили, конечно, сейчас с каждым нашим новым словом, все сложнее понять, что же такое фестиваль уличного кино. С одной стороны, это проект, который рассказывает о России в мире и Европе, показывает европейцам тех россиян, которых они не видели по телевизору, молодых. Позитивных, задорных, с другой стороны, это проект, который объединяет неравнодушных людей в разных городах России, создает запрос на новую самобытную культуру, с третьей стороны, это лифт для молодых, талантливых режиссеров, у которых просто нет возможности пробиться, с четвертой стороны, это проект, который рассказывает об удивительных людях современности. И вот каждый, наверное, по-своему решит, что же такое мы, но у нас все получается, мы решаем целый спектр задач, и пусть получается дальше.

А. Митрофанова

– Я бы очень хотела, чтобы у вас это дальше получалось, потому что, судя по тому, что вы рассказываете, есть еще одна очень важная функция, которую выполняет ваш фестиваль, – вы вытаскиваете нас из домов, где мы, знаете, закуклились: либо в офисе на работе, либо в квартире, либо где-то еще, вы вытаскиваете людей на улицы и даете возможность общаться, это очень здорово. И мне кается, поскольку сейчас у нас тенденция к разобщению очень ярко проявляющаяся с учетом того, что у нас гаджеты и соц сети, то, что делаете вы – это возможность оторваться от гаджета и посмотреть в глаза, например, соседу по поляне, который на этой поляне сидит и смотрит ваше кино, и это здорово.

А. Пичугин

– Я предлагаю еще как-нибудь тут собраться обсудить, вот у вас будет этот большой тур, закончится какой-то его этап, и мы подведём некоторые итог. Давайте так договоримся. А сегодня наше время истекло. Я напомню, что сегодня в программе «Светлый вечер» были Александр Щедряков, директор международного фестиваля уличного кино, и Дмитрий Голиков, продюсер этого фестиваля, спасибо большое.

А. Митрофанова

– До свидания.

А. Пичугин

– Алла Митрофанова, Алексей Пичугин. Всего доброго.

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (3 оценок, в среднем: 5,00 из 5)
Загрузка...