«Фестиваль Ремесленного хлеба». Светлый вечер с Кириллом Степановым и Александром Кузиным (15.06.2017)

«Фестиваль Ремесленного хлеба» (15.06.2017) - Часть 1
Поделиться
«Фестиваль Ремесленного хлеба» (15.06.2017) - Часть 2
Поделиться

У нас в гостях были основатель «Братства пекарей» Кирилл Степанов и директор парка 850-летия Москвы и парка Кузьминки Александр Кузин.

Разговор шел о русских хлебных традициях, о людях, которые стремятся эти традиции возрождать, а также о Первом Московском фестивале ремесленного хлеба «Русский пекарь».

 

 


А. Пичугин

– Здравствуйте, дорогие слушатели. В студии светлого радио приветствуем вас мы, Алла Митрофанова…

А. Митрофанова

– Алексей Пичугин.

А. Пичугин

– А сегодня вместе с нами и с вами эту часть «Светлого вечера», ближайший час проведут Кирилл Степанов, учредитель компании «Братство пекарей». Здравствуйте.

К. Степанов

– Добрый вечер.

А. Пичугин

– Александр Кузин, директор Парка культуры и отдыха 850-летия Москвы, парка Кузьминки. Здравствуйте.

А. Кузин

– Добрый вечер.

А. Пичугин

– Мы сегодня будем говорить о фестивале ремесленного хлеба, он пройдет совсем скоро с 17 по 18 июня…

А. Митрофанова

– В ближайшие выходные.

А. Пичугин

– Послезавтра, да, в ближайшие выходные в парке имени Артема Боровика, это на территории Восточного округа, в Марьино. Но об этом мы поговорим в течение программы – где, как, кто будет представлен. А я хочу начать с вопроса к Кириллу. Он, наверное, в меньшей степени относится к фестивалю Ремесленного хлеба, но в советское время у нас было очень много, ну сортов не так много, но хлеба было много и везде: развозные фургончики хлеба, булочные. Я недавно был в городе Галич, и в Галиче я впервые за, наверное, 20 лет вдруг почувствовал аромат тот самый, булочной московской, который в Москве уже, пожалуй, пару десятилетий не ощущал. А качество хлеба, который производился в советские годы? Могу говорить только о том советском хлебе, который я помню, это последние годы уже, перестроечные годы. А вообще качество советского хлеба и качество хлеба магазинного, который есть сейчас в супермаркетах, он сильно отличается и в какую сторону? Это скорее вопрос, который будет интересен, наверное, людям, которые, как и я, советский хлеб помнят только на излете или не помнят вовсе.

К. Степанов

– Ну на сегодняшний день технологии сыграли свою роль, и хлеб, который продается в магазинах, если мы возьмем упаковку большинства хлебов, мы увидим список где-то из 50 ингредиентов.

А. Митрофанова

– Из 50?

К. Степанов

– Ну да, то есть можно долго читать, то есть там очень много добавок. То есть есть хлеба, в которых полный список. На самом деле хлеб, он включает в себя только соль, воду, например, закваску, либо какие-то дрожжевые культуры и муку – вот это настоящий хлеб. В советские времена очень сложно было такие технологии использовать. То есть если сравнивать с сегодняшним химическим хлебом, то конечно, он был здоровее.

А. Пичугин

– Ну вот мне почему-то тоже так кажется. Потому что все-таки такого количества химических ингредиентов, которые сейчас добавляются, тогда не было, и ингредиенты все были более-менее натуральные.

К. Степанов

– И самое интересное, в советские времена хлеб раскупался. Мы же ждали теплого хлеба.

А. Митрофанова

– Да.

К. Степанов

– Вилочки такие лежали еще, походили, помяли, взяли, до дома идешь – ты уже чуть-чуть съел.

А. Митрофанова

– Кто чуть-чуть, а кто и все.

К. Степанов

– Цели у хлебокомбината, чтобы он лежал неделю или две, не было, нужно было печь здоровый хлеб. А сейчас цели другие. Хлебушек пока попал на РЦ – распределительный центр, там в какую-то сеть, пока до сети дошел, пока на прилавок мерчендайзер его выложил, пока он там полежал. То есть сейчас цель как раз его законсервировать, чтобы он полежал подольше. В советские времена все было проще. Это хлебобулочная машина проехала, хлеб скинули, люди съели, ждали завтра нового.

А. Пичугин

– Я езжу по регионам, и только два или три года назад я столкнулся с тем, что хлеб в магазине есть всегда. Два-три, четыре года назад еще в маленьких городках и сельпо, точно так же вот после 12-ти хлеба уже, естественно, не было. А я до сих пор вспоминаю булочную на Спартаковской, куда я требовал, чтобы меня водили за ароматным хлебом, булочную в Лефортово, куда я требовал, чтобы меня водили за булочками с корицей.

А. Митрофанова

– Маленький диктатор. Знаете, а я вспоминаю, с чем у меня связана ностальгия с хлебом того времени – там была хрустящая корочка. Поскольку он был теплый, а корочка, она уже успевала как-то слегка подостыть, вот это то, чего сейчас нет, потому что весь хлеб почему-то упаковывают в пакеты. Ну я понимаю, он так лучше хранится, все, но я не могу смириться с тем, что у вот этого кирпичного хлеба больше нет вот этой корочки, поэтому я покупаю другой.

К. Степанов

– Законодательная база. То есть любой хлеб сейчас обязаны упаковывать. Просто нельзя…

А. Пичугин

– Даже в крафтовые пакеты.

К. Степанов

– Хоть как, но он должен быть упакован. Запрещено в наше время, как в советское, вот так вот его выкладывать на прилавок.

А. Митрофанова

– Тем не менее, вы привезли нам хлеб в большой коробке. Это вообще диверсия была с вашей стороны – перед эфиром привезти коробку хлеба и такого потрясающего.

А. Пичугин

– За стеклом люди сидят его едят, нам не достанется.

А. Митрофанова

– Мы его буквально порвали уже перед началом записи – это, правда, очень вкусно. Хлеб, который делаете вы, он производится по каким-то другим технологиям, чем большинство вот того же самого продукта в наше время. В чем секрет?

К. Степанов

– Как раз мы возрождаем русские традиции хлебопечения, и здесь еще глубже корни уходят. Как правильно сейчас заметили, что в советские времена помнится этот аромат, а наш хлеб берет бабушка старенькая-старенька, говорит, можно понюхаю, попробую? Вот, у меня бабушка так пекла. То есть она еще глубже ароматы помнит. Она вот где-то те, глубокие, из печки, из деревни. И вот мы идем оттуда. И наш хлеб, он как раз свои корни берет в те времена, когда на заквасках, в дровяных печах ручной работы. Потому что все-таки, когда пекарь вкладывает туда душу, частичку души и работает с этим хлебом, он его ведет аккуратненько, нежно, долго, нудно в какой-то степени, то хлеб приобретает иной вкус. Поэтому как раз вот у нас индикатор хороший это бабушки. Я вот приезжаю там, под Торжком деревенька есть там, Большой Борок, я там даю бабушке хлеб, она первым делом его нюхает. Я ей сначала дал полбяной хлеб, она говорит, нет, мне ржаной. Я ей даю ржаной, она: а вот так у меня бабушка пекла.

А. Пичугин

– А сама не умеет печь?

К. Степанов

– Сама не умеет, конечно, технология уже утеряна. Ее бабушка умела. Причем у ее дедушки даже мельница была на речке.

А. Митрофанова

– Ничего себе. Так, вы сказали: полбяной хлеб. Давайте разбираться с тем, какие виды хлеба вообще были у нас и какие из них вы сейчас пытаетесь возродить. Потому что полба это тренд сейчас, это такое целое направление, и крупа из полбы, и мука из полбы. И чего только…

А. Пичугин

– Вот и объясните, что это такое для тех, кто не знает про тренд. Не, я знаю, кстати, да.

А. Митрофанова

– Это как сказка у Пушкина была о работнике Балде, который просил, чтобы его кормили: есть давай же мне вареную полбу. Это была очень насыщенная питательными элементами каша, насколько я понимаю.

К. Степанов

– Да, полбяная каша. Ну на самом деле полба это прародительница пшеницы. То есть это и есть пшеница, просто она гораздо старше, не претерпевшая каких-то изменений селекционных таких больших, как современные. И на Руси пекли и пшеничных хлеб, и ржаной хлеб, в том числе. Единственное, что его делали на закваске, и закваску вели, и перемалывали на каменных жерновах. Сейчас мы как раз на этом фестивале будем представлять и муку, ребята привезут те, кто печет хлеб, пекари, кто-то привезет каменную мельницу с жерновами, можно будет покрутить причем, перемолоть муку.

А. Митрофанова

– Мастер-класс.

К. Степанов

– Да, именно мастер-класс. Кто-то привезет свою муку уже с мельницы, которая стоит у него в пекарне. И вот здесь, конечно, получается та самая мука, которая на Древней Руси присутствовала. То есть она отличается от магазинной муки, соответственно и хлеб получается другой, и закваска получается другая совершенно, вкусовые оттенки хлеба другие. Поэтому если мы говорим о том, а какой хлеб все-таки был, какой мы возрождаем, мы возрождаем не просто сам хлеб как рецептуру, а именно технологию вот эту. То есть мы идем от зерна до хлеба. Нам важно, чтобы и зерно было чистым, и мука была перемолота на каменных жерновах, и хлеб был испечен все-таки по технологии квасной, и самое главное, в дровяной печи.

А. Митрофанова

– А почему в дровяной печи? Это так принципиально?

К. Степанов

– Ну дровяная печь состоит из шамотных плит, и камень…

А. Пичугин

– Из каких плит?

К. Степанов

– Ну это шамотные плиты, сейчас тоже вот многие спорят, есть камень, есть плита. На самом деле это один и тот же материал, который вот используется, кирпич, камень. Он набирает тепло и отдает инфракрасное излучение, которое стоит в спектре между там видимым темно-красным и где-то между микроволновым. То есть все-таки там другое действие идет на выпечку хлеба.

А. Митрофанова

– Слушайте, это же целое искусство.

К. Степанов

– Да, то есть хлеб пропекается изнутри, сверху покрывается как раз корочкой. Поэтому мы все-таки за то, чтобы хлеб именно по старой технологии, чтобы все было выдержано именно.

А. Митрофанова

– Александр, можно вам вопрос.

А. Кузин

– Да, конечно.

А. Митрофанова

– У вас в ближайшую субботу – воскресенье в парке будет проходить фестиваль, вы организуете там площадку для пекарей со всей страны. А что это будет вообще? И что вы таким образом хотите, я не знаю, у вас есть какие-то цели у этого фестиваля?

А. Кузин

– Ну знаете, в основном цель наших парков, и я представляю Департамент культуры города Москвы, создание как раз благоприятной среды нахождения или там, как говорят иногда, обитания, не только москвичей, гостей столицы. И задача в любом случае Департамента это возрождение, как мы сейчас уже говорили с Кириллом, возрождение традиций русских, именно русских, в том числе и хлебопечения. Задача показать, может быть, не только вот со стороны здорового образа жизни или здорового питания, но еще и действительно культуры хлебопечения, культуры русского народа, исконно русского. И вот как вы говорили, уйти от этих пакетиков, действительно, которые по ГОСТу, может, быть хотя бы на фестивалях, которые будет.

А. Митрофанова

– Не будет пакетиков?

А. Кузин

– Мы думаем, что нет. Потому что в рамках этих фестивалей мы хотим действительно делать не только как бы арт-объект, а реальный объект в форме там МАФов, как у нас называется, малые архитектурные формы. Но, возможно, это еще и по размещению нестационарный торговый объект, в котором будет локализовано и само производство в форме вот этих печей, из которых будет реально выходить горячий хлеб там и все его производные. И гости парков, в том числе и иностранцы, будут и наслаждаться вкусной здоровой пищей и в том числе в себя, как сказать, вдыхать часть русской истории и духовности.

А. Пичугин

– В условиях парка, в условиях полевых можно повторить то, что делается в пекарне, по качеству?

К. Степанов

– Ну это уже, наверное, вопрос к Кириллу, как локально нам это придумать. Это просто моя идея, вы спросили, что бы я хотел.

А. Митрофанова

– Вы про арт-объект печь сказали. Это вообще так, Емеля сразу представляется, путешествие из пункта «А» в пункт «Б» на печи…

А. Кузин

– Ну есть же вот у Руслана Байрамова представлен хороший объект в Калужской области. Поэтому я, чтобы не рекламировать, не буду называть. Но в любом случае, мы хотели бы то же самое видеть у себя в целом. Чтобы традиции не только хлебопечения, и другие ремесла, традиции и песенные, и танцевальные, и казачество, ну и все, что в принципе связано с русской культурой, было представлено в наших парках.

А. Митрофанова

– Кирилл, давайте поговорим про то, насколько возможно хлеб в полевых условиях произвести на свет. Что там будет на фестивале? То есть там прямо мастер-класс по изготовлению хлеба?

К. Степанов

– Мастер-класс по таковому, чтобы испечь хлеб то есть в печи живой, вот мы сейчас говорим, переносную, может быть, ребята привезут перевозную печь, достаточно сложно. Именно вот заквасочный хлеб вывести, потому что температурный режим, погодные условия, они, конечно, не способствует правильному ведению хлеба. А так как мы и за качество хлеба, не хотелось бы кормить запеченной мукой, да, людей.

А. Пичугин

– А еще говорят, горячий хлеб вреден.

К. Степанов

– Есть такой момент, потому что там ферментация до конца не прошла…

А. Митрофанова

– Зато это так вкусно.

А. Пичугин

– Совсем горячий нельзя.

К. Степанов

– Возможно построить арт-объект, возможно построить так называемую флагманскую пекарню, в которой возможно проводить мастер-классы, собирать людей, кормить этим хлебом. Конечно, это возможно, при определенных инвестициях можно это сделать. Но на этом фестивале мы расскажем о хлебе, об истории хлеба на Руси, мы дадим рецептуры людям, как можно в духовке дома, то есть каждый из производителей даст свою рецептуру определенную.

А. Митрофанова

– То есть не в шамотной печи, а дома в духовке.

К. Степанов

– Можно не в шамотной, да, купив там камешек, положив то есть даже на противне, можно рассказать, как сделать все-таки подовый хлеб, подобие, что-то такое, чтобы все это было приятно, с детьми в выходной все это приготовить. То есть дадим рецептуру от каждого из пекарей, расскажем о закваске, как ее выводить. Причем там есть такой «Ё-Мазай», как раз вот он приедет, представит закваску, целый блок у него будет. Расскажем о печах, если кто-то захочет купить печь или собрать печь. Потому что будут ребята присутствовать, которые прямо своими руками под свой же хлеб собирали печи. То есть у людей будет куча информации о том даже, в комплексе, как создать свою пекаренку маленькую. Увидеть вот пекарей, увидеть продукт, увидеть, как они проходили этот путь, всех вместе вот здесь собравшихся – то есть это прецедент, в первый раз такое происходит.

А. Пичугин

– Напомню, что в программе «Светлый вечер» на радио «Вера» сегодня Кирилл Степанов, учредитель компании «Братство пекарей» и Александр Кузин, директор парка 850-летия Москвы и парка Кузьминки. Мы говорим о фестивале пекарей, который пройдет в ближайшие выходные, 17 и 18 июня в Москве на территории парка Артёма Боровика, это часть парка 850-летия Москвы, насколько я понимаю…

А. Пичугин

– Надо уточнить, кстати.

А. Кузин

– Нет, ну у нас юридическое образование это государственное автономное учреждение культуры, у нас их два, получается – 850-летия и Кузьминки, где я являюсь директором. А в рамках данных учреждений культуры есть подведомственные территории так называемые, это тоже парки. Вот в парке как в юридическом образовании 850-летия есть три парка – парк Артёма Боровика, где будет проходить данный фестиваль, парк 850-летия Москвы сам по себе, который вдоль набережной находится, большой и парк Братиславский.

А. Пичугин

– Вот парк, о котором сейчас идет речь, парк имени Артёма Боровика, он находится прямо у выхода из метро Братиславская.

А. Кузин

– Да.

А. Митрофанова

– Вот это важно как раз, так чтобы было понятно, куда ехать.

А. Пичугин

– Там, наверное, и на выходе из метро указано.

А. Кузин

– А его невозможно пропустить там просто.

А. Пичугин

– Ну там кольцо огромное и внутри парк.

А. Кузин

– Да, огромное кольцо, это такой единственный круглый парк в Москве.

А. Митрофанова

– Отлично. Кирилл, вы уж дважды употребили вот это словосочетание: вести закваску. То есть когда закваску выводят. Что это значит? Это какая-то ваша секретная терминология?

К. Степанов

– Это не секретная терминология, она широко представлена и в интернет-среде. Но когда ты начинаешь делать сам, то понимаешь, что на это требуется время. То есть сначала все радуются: первая пошла фаза, вторая, вроде все… А на третей фазе на третий день вдруг – раз, все умерло. Как так, почему?

А. Пичугин

– А что-то поясните, пожалуйста, как это бывает.

А. Митрофанова

– Что умерло?

А. Пичугин

– Вы как будто бы нам рассказываете о чем-то таком своем родном, чему надо сопереживать, но пока не очень понятно, почему.

А. Митрофанова

– Но мы уже сопереживаем.

К. Степанов

– Мы начинаем выводить бактерии, которые будут создавать кисломолочную среду, которая будет создавать вот этот эффект брожения. То есть дрожжи все-таки грибковые культуры, грибы, да, а закваска это бактерии – то есть совершенно разные вещи. Вот мы создаем штамм этих вот, колонию, скажем так, которая начинает развиваться, которая начинает ферментировать, питаться мучной средой. И для того, чтобы он был достаточно сильным, для того, чтобы он давал хороший подъем, требуется несколько дней на то, чтобы его вывести и убрать нежелательный штамм, бактерии, которые тоже там присутствуют. Поэтому здесь требуется навык, выдерживать температурный режим, выдерживать временные режимы, все циклы, выдерживать подкормку правильно – то есть это целый процесс. Хотя в интернете он представлен, но у меня в первый раз ушло где-то до четырех месяцев, когда я просто в первый раз столкнулся с этим, как вот выводить закваску. Чтобы вывести нормальную, ароматную, хорошо поднимающую хлеб закваску потребовалось где-то четыре месяца.

А. Митрофанова

– А когда вы впервые с этим столкнулись? Как вы вообще включились в эту тему настолько глубоко что сейчас производите хлеб, ну не в промышленных масштабах, но, во всяком случае так, чтобы большое количество людей им накормить?

К. Степанов

– Года четыре назад, наверное. Дочь мне сказала: пап, хорошо иметь калачную.

А. Пичугин

– Четыре года назад, когда все думали, куда бы приложить свои силы помимо основных работ, многие, да, мечтали что-нибудь открыть вроде пекарни-кондитерской.

К. Степанов

– Нет, она просто, я не помню то ли про Филиппова мы читали, какие-то исторические факт и тут вот как Филипповы несколько поколений вели вот эти вот свои пекарни. И она говорит: пап, а представляешь, если мы с тобой…

А. Пичугин

– Булочка с изюмом?

К. Степанов

– Да. Вот представляешь, калач. А, историю калача мы с ней почитали.

А. Митрофанова

– Закатать губу – вот это вот все, дойти до ручки…

К. Степанов

– Про Москву старую. Ну как-то вот с ней. И она говорит: ты представляешь, если бы мы смогли с тобой делать свои калачи, вот в эту среду окунулись. Я говорю: ну все от Бога, почему нет. Поэтому…

А. Митрофанова

– Она понимает сейчас, во что она вас втянула? Ей сколько лет-то?

К. Степанов

– Ну она тут присутствует периодически, когда я ей показываю. Поехали, покажу тебе, что такое настоящий труд? Она: поедем. И мы едем в пекарню на 14 часов.

А. Пичугин

– Она взрослая у вас?

К. Степанов

– 12 лет. И вот мы едем в пекарню на 14 часов. Она потом говорит: я стоять-то устала.

А. Пичугин

– А папа говорит: а кто виноват?

К. Степанов

– То есть она видит, что это такое, как это происходит и что такое настоящий труд. То есть одна из целей этого же фестиваля, в том числе и показать и рассказать. То есть вот непосредственно стоят люди, придут с детьми, можно будет пообщаться, а как печется хлеб – непосредственно у тех, кто это делает. Дети могут увидеть непосредственно ремесло. Сейчас утеряно воспитание детей. Сейчас мы либо даем направление там, точнее даем, талант какой-то развиваем, отдаем в музыкальную школу, а потом он поступает в юридический институт, то есть вектора не дали…

А. Митрофанова

– Ну почему…

К. Степанов

– А совместить вот эти две вещи, то есть отдали в музыкальную школу, может быть, на клиросе хорошо бы пел. Или хороший архитектор – может быть, церковь построил хорошую. То есть дать и направление, и раскрыть талант – вот это сложно. И детям это необходимо увидеть и посмотреть, как мука в каменные жернова опускается – с самых малых вот этих вот азов, – как мука перемалывается на каменных жерновах, а какие дяденьки пекут этот хлеб, а что они рассказывают об этом, а какой это труд. А что такое печка, рассказ. То есть им интересно тоже это будет увидеть, приобщиться. Может, кто-то из них захочет это ремесло развить. То есть это еще культурно-просветительская такая программа. Плюс ко всему, конечно, мы прививаем и традиции русские хлебопечения. И так произошло что на это фестивале, совместятся русские традиции не просто в хлебопечении, а есть еще ребята, которые будут и песенные традиции русские поднимать, и танцы, и игры русские народные тоже там будут присутствовать. То есть это отдельный фонд, который занимается именно вот поднятием русских традиций по направлениям семьи, танцев и музыки и игры русские – то есть это целый фонд. Поэтому мы там совместим все традиции. Как то есть я говорю, наша цель – поднимать и передавать это будущим поколениям, людям, которые живут в нашей столице, по крайней мере. Хотя приедут со всей страны, как вот сейчас выяснилось.

А. Пичугин

– Как хлеб везти со всей страны? Ну как везти хлеб из Екатеринбурга, например?

К. Степанов

– Нет, приедут люди посмотреть. То есть пекари соберутся – Москва, Подмосковье, естественно.

А. Пичугин

– А сколько по Москве и Подмосковью ваших коллег?

К. Степанов

– Ну десяток наберется.

А. Митрофанова

– Ну не так много, с одной стороны, а с другой стороны, это же начало.

К. Степанов

– Это начало. Более того, ребята в Нижнем подхватывают, ну они как, они первые, конечно, эту эстафету, в Нижнем запланирован фестиваль на 27-е тоже по хлебопечению.

А. Митрофанова

– Июня?

К. Степанов

– Августа. Да, I Московский пройдет вот 17-18 июня. А идея развить это все во всероссийский фестиваль. В общей сложности, объединив там регионы и так далее. И привлечь, как мы сказали, все идет от зерна, то есть хлеб должен тянуть за собой производителей.

А. Пичугин

– А вы изучаете, где вырастает в России лучшее зерно для хлеба?

К. Степанов

– Ну всех производителей зерна практически экологически чистого мы знаем.

А. Пичугин

– О, тогда ответьте мне, пожалуйста, на вопрос, давно мне интересно. Мне всегда казалось, что в основном, наверное, так и есть, хлеб у нас растет в южной части – Краснодарский край, Ставрополье, так, нет? Житницы России, как еще в советское время громко заявляли. Украина, да, житница еще, да, точно.

К. Степанов

– Южные регионы хорошо взращивают пшеницу, там хорошая клейковина. Рожь может расти и у нас здесь, в центральном регионе. Здесь даже севернее можно ее засеивать. У нас вот будут пекари из-под Торжка, ну скажем так, это Тверская уже область. Ну вот там семейная пара не то что даже печет хлеб, так она еще и рожь начала выращивать. И на каменных жерновах ее еще и перемалывает.

А. Митрофанова

– Как они все это успевают?

К. Степанов

– Они строят вот эту цепочку, бизнес-цепочку.

А. Пичугин

– У них работники есть.

К. Степанов

– Да. Причем вот я в регион приезжаю, под тот же Торжок, там есть община ребят молодых, которые из Москвы уезжают, делают фермерские хозяйства. И я как с московским своим акцентом приехал, ну после литургии с ребятами общаюсь, говорю, ну у нас-то, понимаете, у нас бренд. Они так на меня косо: а у нас что не бренд здесь? У нас тут еще какой бренд! И я смотрю, там такая же программа идет: ребята договариваются с администрацией Тверской области, что на любом фестивале, будь то День молодежи или День города, фермеры будут выставляться. Даже вот так.

А. Митрофанова

– Молодцы.

К. Степанов

– И есть прецеденты, что рожь там ребята тоже выращивают и делают полный цикл по хлебу. Поэтому в южном регионе, конечно, все сорта растут. Но рожь лучше растет в нашем, умеренном, пшеница с хорошей клейковиной – южнее.

А. Пичугин

– А фермеры, которые работают на периферии, в небольших селах, которые делают свой хлеб в маленьких городах, они, я так понимаю, что свою продукцию могут реализовать только по таким же фермерам, как они. Потому что цена буханки хлеба для крестьянина из их села неподъемная. Или нет?

К. Степанов

– Ну, как правило, они возят в большие города хлеб, естественно. Если это Москва, Подмосковье, то в Москву. Второй момент, ты всегда можешь сделать хлеб, там бюджетную линию какую-то для своих, для односельчан, скажем так. И, конечно же, фестивали. Но основной поток идет, да, в города все-таки привозят хлеб. Причем и за 200 километров возят спокойно.

А. Митрофанова

– А как можно сделать бюджетную линейку и произвести бюджетный вот этот вот хлеб, о котором вы говорите, при этом сохраняя все те технологии и ингредиенты, набор продуктов исходных, которые необходимы для производства вашего вот этого ручного хлеба? Я просто поясню, мы недавно с друзьями заходили в одни модный магазин, может быть, проблема в том, что он только-только открылся и поэтому для того, чтобы набрать обороты, там подняты цены. Мы купили там хлеб, и когда посмотрели на чек, он стоил как подержанный чугунный мост. И я не готова каждый день покупать хлеб за такие деньги. Но это был именно ручной хлеб, он подавался как… Ну практически как арт-объект, да.

К. Степанов

– Ну в принципе сейчас это и есть практически арт-объект. То есть ремесленный хлеб, люди прежде всего видят, говорят: вот, это интересно. То есть кто-то из наших пекарей даже сказал, а я умею играть на балалайке – у него тоже там длинная борода, – вот я сейчас его запакую, и вот вариант: пойду на Арбат, говорит, сделаю упаковку красивую-красивую, и его будут покупать как сувенир, но за тысячу рублей. Ну цель у нас чуть-чуть другая на самом деле.

А. Митрофанова

– Но это же нечеловеческие какие-то цены.

К. Степанов

– Но это была как шутка его, да, то есть в принципе, вот, говорит, балалайка, она потянет для иностранцев этот хлеб как сувенир. Вот мы сейчас говорим о сувенирном хлебе. Наша же задача все-таки да, действительно сделать его доступным, популярным, чтобы люди знали, что это тоже хлеб. Это не хлеб в пакетике, как вы правильно заметили, а хлеб, которым необходимо питаться для правильной жизнедеятельности организма.

А. Пичугин

– Мы сейчас продолжим, через минуту буквально. Есть еще один вопрос со стоимостью хлеба, через минуту. Александр Кузин, директор парка 850-летия Москвы и парка Кузьминки Кирилл Степанов, учредитель компании «Братство пекарей» – гости программы «Светлый вечер». Напомню, что с 17 по 18 июня в парке Артёма Боровика, это неподалеку от парка 850-летия Москвы, будет проходить I Московский фестиваль ремесленного хлеба «Русский пекарь». Об этом мы сегодня говорим и будет продолжать через минуту. Алла Митрофанова, я Алексей Пичугин.

А. Митрофанова

– Еще раз добрый светлый вечер вам, дорогие слушатели. Алексей Пичугин, я Алла Митрофанова, и напомню, что мы сегодня говорим о фестивале хлеба, фестивале хлеба ручной работы, такого, который можно назвать произведением искусства в каком-то смысле. И у нас в гостях Александр Кузин, директор парка 850-летия Москвы и парка Кузьминки, где будет проходить фестиваль, это недалеко от станции метро Братиславская. Правильно, Александр?

К. Степанов

– Да, парк Артёма Боровика.

А. Митрофанова

– Парк Артёма Боровика. И Кирилл Степанов, учредитель компании «Братство пекарей», который как раз является идейным вдохновителем всего этого фестивального движения. Первый раз будет такой фестиваль хлеба происходить. Мы уже привыкли, что у нас бывают фестивали фермерской еды, фестивали меда, что-то там еще. И вот наконец-то у нас появляется фестиваль того, без чего собственно мы жить не можем.

А. Пичугин

– Кстати говоря, думал, что уже были, оказывается, не было. Расскажите, если у кого-то вдруг возникнет идея стартапа, начать заниматься хлебом, что для этого нужно, сколько денег нужно вложить и вообще стоит ли овчинка выделки.

К. Степанов

– Был такой прецедент, уже мы говорили цифру, да, где-то под миллион рублей.

А. Митрофанова

– Сколько души надо вложить.

А. Пичугин

– Ну это тогда мы говорили, в прошлый раз.

К. Степанов

– Да, сейчас это не изменилось. И чтобы понять вот как раз, стоит ли овчина выделки, мы предлагаем вот вниманию всех людей фестиваль I Московский, то есть где будут непосредственно люди, которые прошли за много лет от и до весь путь. От вложения первой копеечки там, кто-то вручную строил, кто-то вкладывал свои деньги, то есть каждый проходил свой путь. Кто-то делает цех серьезный, кто-то делает более ремесленный цех. То есть можно увидеть будет весь калейдоскоп этого бизнеса, пообщаться с людьми. То есть будут непосредственно владельцы, будут непосредственно пекари. И вот на этом фестивале люди могут увидеть полную картину, абсолютно полную по данному вопросу. Сколько вложить, какая прибыль будет в том или ином случае идти, сколько хлебов человек сможет выпекать, опять же в том или ином случае, будет зависеть от цеха, от печей, которые человек поставит. Вот там человек сможет увидеть ведь калейдоскоп, все вариации. Потому что там будут представлены люди, которые реализовали все вариации в этой сфере.

А. Митрофанова

– Но здесь еще, мне кажется, важный момент, с каким настроением ты хлеб делаешь. То есть не только, сколько ты денег в это вложил, но и то, насколько у тебя душевных сил хватит для того, чтобы этим производством заниматься. Это же важно. Я помню наш с вами предыдущий разговор, мы с вами говорили о том, что вообще-то хлеб зависит от того, каково внутреннее состояние человека в этот момент, когда он его выпекает.

К. Степанов

– Очень сильно зависит. И здесь необходимо быть энтузиастом своего дела. То есть невозможно просто так, что тебе в голову пришло, вот я захотел, и у меня это получится. То есть у тебя что-то должно быть Богом данное, тебе должно это нравиться, ты должен это любить. Потому что даже плохое настроение – ну хлеб подгорает, хлеб не расстаивается – мы это проходили на всех уже неоднократно на всех. Я говорю, там соберутся энтузиасты своего дела, там не будет лишних людей, ну по крайней мере, тех участников, которые будут представлены на выставке.

А. Митрофанова

– Александр, вы смотрите на Кирилла и улыбаетесь. И я прямо хочу у вас спросить: вы у себя в парке организуете вот это все действо волшебное, фестиваль пекарей. Получается, вы там среду формируете определенную профессиональную?

А. Кузин

– Это в принципе основная наша задача – сформировать не только профессиональную среду, а просто благоприятную для нахождения и обитания. Я сейчас просто слушаю Кирилла и восхищаюсь. На самом деле я как бы сопричастен, а вместе с вами узнаю все подробности всего этого и восхищаюсь, как человек православный, находясь на наших огромных территориях, сейчас это агломерация наших парков более 500 гектар. И вот знаете, мы сейчас говорили о том, что формируется с хорошим, правильно сделанным хлебом, с его ингредиентами духовность. В принципе, как человек, представляющий Департамент культуры, мне бы хотелось, чтобы в целом вот эти очаги возрождения всего, они занимали каждый участок наших огромных территорий парков, которые сейчас не совсем все еще представляют законченным таким, да, проектом реализации всего. Каждый уголочек должен для чего-то быть предназначен. Вот, например, хлеб, он же ведь тоже подразделяется на какие-то производные, да. Вот мы начали от зерна, которое нужно посадить, которое нужно обработать, потом кому-то продать, кто-то это съел, что это передает человеку. Я немножко отвлеченно, в рамках нашей уставной деятельности могу сказать, что нам, в принципе, на наших территориях позволяется сделать даже и мини-фермы и мини там, не знаю, ну мини-ферму, связанную там и с рыбоводством, и с растениеводством, и с животноводством, это было бы интересно. Никто не отменял еще ту, скажем так, статью доходов для парков, как то же самое увеличение трафика, популяризации. Мы тоже должны в определенное время уходить от субсидий, и парковая деятельность должна выходить на самоокупаемость. Ну я извиняюсь, вот то что немножко от духовного к меркантильному, но на самом деле это должно быть. А это, вы сами понимаете, реклама бог торговли либо еще что-то, да, и хлеб всему голова. Вот мы как бы с этой головы сейчас и начинаем. Ну закончить свою мысль хотел, что просто в принципе, если больше будет таких идей интересных, творческих, русских, культурных, к нам будут приезжать еще и иностранцы, вот во время всемирного фестиваля футбола, мировой чемпионат…

А. Митрофанова

– Это в следующем году.

А. Кузин

– Да, ну мы к этом подготовимся как раз, расширим, и другие территории введем, вот и создадим эти арт-объекты. Поскольку в рамках постановления, которое существует сейчас в Москве, это тоже требует определеного времени согласования предпроекта и проекта, это уходит от трех месяцев до полугода. Если мы все эти вещи реализуем, то нашим гостям столицы, в том числе будет очень интересно.

А. Митрофанова

– Мне все-таки нравится, то что вы не только гостей столицы ориентируетесь, но и на жителей. Ну я имею в виду не только, вот это слово вы произнесли, иностранцы. У нас как-то, знаете, комплекс что ли такой, что вот перед иностранцами обязательно надо, чтобы все было хорошо. Для себя надо делать, мне кажется, тогда и всем остальным тоже будет хорошо. Людям будет нравиться сюда приезжать, потому что здесь другим хорошо жить. Мы, по-моему, очень далеки еще от этого.

А. Кузин

– Это обязательно, я даже не исключаю. Для своих это в особенности. Потому что люди, знаете, у нас тем более не парк Горького, восток, юг и Марьино тоже, и Кузьминки это определенный кластер людей, это жители бывшие из общежитий ЗИЛа и так далее. И традиционно люди себе не могут позволить там хлеб за 150-200, может быть, да, и за полторы тысячи тем более. Но в парк люди приходят отдыхать, да. И иногда мы сами видим, что сосиска в булочке, которая по себестоимости, может быть, стоит 20 рублей, а человек покупает за 250, это как бы уже среда парка, где человек приходит и не то что последнее потратил, но он пришел туда…

А. Митрофанова

– Отдохнуть, переключиться.

А. Кузин

– Да, отдохнуть, переключиться.

А. Митрофанова

– Кирилл, а мы с вами начали говорить про ценные свойства того хлеба, который вы производите. Я вот когда сказала, что мы без этого продукта не можем жить, поймала себя в этот момент за язык: ведь многие сегодня выводят хлеб из рациона, потому что боятся поправиться. Я прошу прощения, что задаю этот вопрос. Мне он не актуален, но я знаю огромное количество людей, которые говорят: нет, хлеб я есть не буду, вот только не это. А мне так жаль, потому что, во-первых, это очень вкусно, а во-вторых, мне кажется, это какое-то, не знаю, ну это же не обязательно так.

К. Степанов

– Вовсе не обязательно. Человек либо поправляется, либо нет. То есть он может поправляться с картошки, но не есть хлеб. Может поправляться там, потому что в принципе много ест и мало двигается, а думать о хлебе, что он не ест хлеб. Я сталкивался с людьми, которые забегают там в магазин вегетарианской еды, прямо вот это воочию видел…

А. Пичугин

– Еле протискиваясь в дверь?

К. Степанов

– Нет, они достаточно худощавы, ну это понятно, там с кругами под глазами…

А. Митрофанова

– Это по-разному бывает.

К. Степанов

– А мы предлагаем свой хлеб в этот момент, стоит, говорим: ну вот это здоровый хлеб, естественно, он к вегетарианцам подходит, попробуйте. И вот такой худощавый человек, он говорит: я не могу этого есть. Говорю: почему? -Вы знаете, если я начну есть хлеб, я начинаю видеть буквально, как за два с половиной часа я прибавляю килограммы, – такое мне на полном серьезе. То есть здесь есть грани такие, сто… Причем молодому человеку, по его внешнему виду, достаточно далеко до того, чтобы поправиться в принципе. Поэтому говорить о том, что именно с хлеба поправляются, ну это нужно веские обоснования. Вообще как работает организм, а то, что ремесленный хлеб разминают, так как у него мякиш достаточно плотный, то кишечная мышца начинает работать в тонусе, значит, и кишечник начинается работать в тонусе, а вот этот фактор мы почему-то упускаем. А здесь у тебя кишечник расслаблен, ты съел этот гамбургер там заел, он тебе все застелил там, и вроде нормально. То есть это настолько вопрос сложный. У меня есть прецеденты, что, например, с нашего хлеба худеют. Потому что он чистит кишечник, очищает, потому что он цельнозерновой, там включены все и отруби, то есть все, что есть в зерне. Он заставляет работать кишечник в тонусе, соответственно тебе меньше требуется еды потреблять, потому что кишечник начинает правильно функционировать. Если человек еще ведет активный образ жизни достаточно, то он в принципе, наоборот, худеет с этого хлеба.

А. Митрофанова

– Вот я тоже думаю, что здесь скорее это вопрос, связанный с культурой питания. У нас вообще с этим не очень все хорошо, как мне кажется. Мы же, как часто бывает, в центрифуге в своей вращаемся и живем, и точно также питаемся. Когда получится или быстренько там что-то на ходу перехватить и так далее и так далее. А то что это в общем тоже не то чтобы искусство, да, но это некий процесс, который должен не только тебя насыщать, но и радость какую-то приносить, это же важно. И тогда не будет никаких проблем.

К. Степанов

– Ну вот здесь еще такой вопрос о муке возникает. Мы привыкли все воспринимать этот белый хлебушек, который у нас на прилавках лежит, но это сердцевина зерна. То есть на самом деле все полезное мы отдаем скоту почему-то, ну так у нас повелось.

А. Митрофанова

– Домашним животным.

К. Степанов

– Домашним животным, да, совершенно верно. А наша же мука делается на каменных жерновах – используется все, что есть в зерне, то есть все минеральные вещества. Этот хлеб в итоге работает правильно, он заставляет твой тракт кишечный работать правильно. На этом фестивале также будет представлены ребята, которые кто-то вручную делает на каменных жерновах муку, то есть там она тщательнейшим аккуратным образом перемалывается.

А. Митрофанова

– Какие же у них руки, у этих ребят?

К. Степанов

– Ну у кого-то стоят большие мельницы с каменными жерновами, причем восстановленные старинные жернова.

А. Пичугин

– Ой, я видел такие, откапывал из-под земли.

К. Степанов

– Ну там привозили из сарая, то есть все это реставрировалось и делалась замечательная мука. И многие, кстати, рестораны московские покупают эту муку.

А. Пичугин

– Неужели это так важно? Вот мне всегда казалось, что это какой-то понт.

К. Степанов

– Очень важно. То есть мука в хлебе это важное звено. Мука это…

А. Пичугин

– Нет, это понятно, что мука важное звено. Но неужели этот каменный жернов, которому 250 лет, перемелет лучше, чем современный какой-нибудь?

К. Степанов

– Здесь да, не имеет значения, 250 лет этому жернову, либо сейчас. Просто сейчас создать такой жернов не каждый возьмется. Сейчас создать, взять породу правильную для каменного жернова не каждый возьмется, еще достать надо.

А. Митрофанова

– А какая правильная порода?

К. Степанов

– Здесь целые баталии идут.

А. Митрофанова

– Серьезно?

К. Степанов

– Кто-то кварцит использует в этих жерновах и говорит, что он вечный, и не фонит, и слюду не отдает. Кто-то гранитные жернова изыскивает и говорит, что мы здесь изучили, этот сорт гранита как раз тоже не дает слюду и так далее.

А. Митрофанова

– Фантастика.

К. Степанов

– Мы за все, кроме композита, и чтоб действительно было это направление. То есть мы на сегодняшний день, помимо печи своей вот, зеленая волна, которая у нас есть, будем восстанавливать и мельницу, в том числе. То есть если нам удастся, у нас будет полный цикл по оборудованию хлебопекарному, вот этому ремесленному. Но жернов на сегодняшний день это тоже утерянная составляющая, которую воссоздать не каждый возьмется. Это деньги.

А. Пичугин

– Я правильно понимаю, что это совсем не актуальные картинки у меня сейчас в голове всплывают, таких мельниц уже нет: водяная, где там крутится колесо, и жернова мелятся…

А. Митрофанова

– Ветряная, где лопасти…

К. Степанов

– Сейчас этого нет уже, нет. Это стоит двигатель, привод, каменные жернова – все то есть работает с привода, естественно. Сейчас вот этих вот таких нет мельниц на тяге водяной. Но мука выходит, при правильной работе каменного жернова, совершенно другая, не промышленная. Даже промышленные предприятия сейчас пробуют делать муку цельнозерновую, по качеству значительно отличается от ремесленной муки, которая, кстати, тоже будет представлена на фестивале. И вот если говорить о парках, то такую мельницу поставить, чтобы люди могли эту муку себе дома покупать, печь блинчики из нее, здоровую муку приобретать – это самой простой вариант, который может быть. То есть привозить мешками туда зерно, она работает, люди приезжают, смотрят, детям радость. А если еще из этого пекут, так это…

А. Митрофанова

– Александр, ну что, поставите вы у себя в парке мельницу?

А. Кузин

– Знаете, это просто не то чтобы мечта, а сейчас стать, скажем так, законодателем не то чтобы моды, а вот это идея – хлеб всему голова, – сейчас родилась. Действительно, Коломна – это мед уже. Почему же наш парк не был законодателем в области вот действительно хлеба? Поставим, конечно, поставим.

А. Митрофанова

– А мы будем к вам приезжать.

К. Степанов

– Обязательно.

А. Митрофанова

– Это же так интересно – наблюдать за процессом изнутри. Но вот знаете, Кирилл, я вас слушаю и понимаю, что вообще это такой невероятно творческий процесс. Вот вы говорите по поду того, какими должны быть жернова. В первой части программы мы с вами говорили о том, что печь, в которой хлеб выпекается, это тоже, в общем-то, своего рода произведение искусства, то есть это то, что человек своими руками складывает от первого кирпичика там или камня и до последнего. Он вкладывает в это не только свои силы физические и свое время, но и вкладывает в это себя. То есть вообще люди, получается, они были другими по сравнению с нами, они же чувствовали себя в этот момент настоящими творцами, когда они с нуля начинали этот процесс, а потом на стол подавали хлеб, которые испекли.

К. Степанов

– Я вам больше того скажу. Ну по воле Божией, наверное, сейчас вот у меня домик такой с колодцем, есть там печечки русские. И вот я дочери дал коромысло понести…

А. Митрофанова

– Это вот той, которая зачинщица всего?

К. Степанов

– Да, я ей дал коромысло понести с двумя ведрами.

А. Пичугин

– Так это же наука целая!

К. Степанов

– Да, целая наука. Во-первых, как идти, когда на тебя это повесили, чтобы не расплескать.

А. Митрофанова

– Как это полезно для осанки.

К. Степанов

– Да. А когда с утра проснулся, еще весна и так зябко, надо за дровами сходить, дров положить, все это растопить. И когда вот этот весь цикл: воду принеси, воду слей, дрова поставь, а еще надо поработать на поле, а еще надо испечь хлеб. То есть я могу сказать, что люди раньше жили, ну по нашим меркам, это были спортсмены. Это был настолько физический труд серьезный, и он был ежечасный, то есть остановки не было. Съездить на море было некогда. То есть совершенно другие люди жили. И нам хотелось бы вот этим фестивалем и нашим примером все-таки доносить до людей наши традиции и в этом аспекте.

А. Митрофанова

– Не ездить на море?

К. Степанов

– Нет, не то что ездить на море. Что такое настоящий труд, что такое настоящее ремесло, когда ты действительно должен учитывать все факторы, начиная от зерна, заканчивая процессом печения. Как ты должен вкладывать душу, кем ты должен быть. То есть нам хочется донести это, хотелось бы донести до всех людей и до детей – это есть это самое главное. То есть чтобы то поколение уже ориентировалось не то, что я буду работать менеджером, не то что буду сидеть юристом и мне будут денежки приносить, ориентировалось там не на дорогую машину. А у него было интерес внутренний к тому, чтобы что-то создавать, что-то выращивать. Неважно, может быть, он будет хороший архитектор, как я сказал вначале. Неважно, может быть, он хороший художник будет, тоже создавать, но он будет…

А. Митрофанова

– Хороший юрист, в конце концов.

К. Степанов

– Хороший юрист, который будет помогать, да. Но он будет развивать все свои навыки в определенном векторе и смотреть не поверхностно, а глубоко. И все-таки хотелось бы побольше ремесленников. Потому что ручной труд у нас уходит на второй план. Никто не хочет работать каменщиком профессионально, да, мало печников, хотя академии есть.

А. Пичугин

– Мне кажется, печников сейчас навалом, потому что у нас в стране до сих пор большая часть страны отапливается печами, дома.

К. Степанов

– Ну спросите вот поколение, которое сейчас перед выбором, куда поступить, хочет ли он стать печником. Я думаю, один из десяти скажет – ну это уже хороший результат. А хочешь ли ты стать пекарем – наверное, уже будет один из тысячи.

А. Пичугин

– Прошлые выходные во Владимирской области видел шикарную картинку. Стоит дом разваливающийся, вросший по окна в землю, из него торчит шикарная печная труба, которая стоит дороже, чем пять таких домов, и огромная растяжка поверху: печник – телефон такой-то.

К. Степанов

– Вот. Это тоже ремесло, это также работа руками. То есть вот целый цикл проходят ребята: вот глина, понимать, какая глина, там как это все собрать. То есть хотелось бы донести именно ремесленный труд, приобщить поколение к тому, чтобы они были готовы впоследствии тоже заняться, может быть, каким-то направлением.

А. Митрофанова

– Напомню, что Кирилл Степанов, учредитель компании «Братство пекарей» и Александр Кузин, директор парка 850-летия Москвы и парка Кузьминки, сегодня в программе «Светлый вечер» на радио «Вера». И мы говорим о фестивале ремесленного хлеба, который пройдет в парке Артёма Боровика – это один из парков, которые входят в комплекс парка 850-летия Москвы, в ближайшее выходные, 17 и 18 июня. И, в общем, сейчас мы уже о философии хлеба говорим. И мне кажется, что это невероятно важно, потому что, знаете, ведь все хорошо в промышленном производстве в промышленных масштабах, прекрасно и замечательно. Это удешевляет конечный продукт, и Генри Форд вообще гений, что изобрел конвейер. Но Генри Форд изобрел конвейер, а человек престал быть творцом, он стал винтиком в системе. И нам сейчас, мне кажется, очень не хватает вот этого творческого начала в нашей собственной жизни. Кирилл, вы киваете, согласны, да?

К. Степанов

– Да. Вот именно об этом как раз и хотели сказать, что фестиваль, он для этого тоже и организован, чтобы люди посмотрели, что можно быть не винтиком. Вот сейчас в точку сказали как раз.

А. Митрофанова

– А я просто вспомнила фильм с Чарли Чаплином «Новые времена», мне кажется, мы здесь его вспоминали уже в студии, прекрасный, где вот этот вот маленький бродяга, вот эта постоянная роль Чарли Чаплина, как он там в буквальном смысле попадает внутрь конвейера, и как его там перемалывает, ну фигурально выражаясь. Но он попадает между этими шестеренками и он действительно человек, который стал винтиком в системе. А у него внутри все против этого бунтует, потому что он человек, он личность, он творческая личность. И вот мне кажется, мы рискуем сейчас оказаться в такой же ситуации. Но, слава Богу, у нас есть масса возможностей этому тренду как-то противостоять.

К. Степанов

– Ну а самое главное, что у нас есть возможность, по крайней мере, появилась с этим фестивалем, выражаем благодарность, что все-таки нас поддержали площадкой, парк 850-летия Москвы. Появилась возможность собрать всех – это прецедент, посмотреть, как это будет развиваться. А ведь дальше целая цепочка. Есть люди, которые хотели бы выращивать эту рожь и уехать, может быть, там в ту же Тульскую область. Они готовы к этому, они не хотят быть винтиком. Если это получит развитие, мы будем дальше развивать эту отрасль, то мы можем, давайте вот, ребята, мы готовы забирать рожь по таким-то ценам, спокойно езжайте, мы здесь реализуем хлеб, мы его печем. Но мы уже даем толчок к следующей отрасли, которая, ну может быть, это громко сказано, но к следующему ремесленному делу. Кто-то будет выращивать рожь, кто-то будет перемалывать эту муку и ставить свои мельнички где-то. Может, кто-то на речке поставит рядом с тем, кто будет выращивать рожь. То есть мы все-таки надеемся, что реализуется эта идея – на реке там мельничка.

А. Пичугин

– Хочу мельницу.

К. Степанов

– Да, может быть, вот это будет первый толчок к тому, что людям дать шанс выходить из винтиков вот этих вот, выкручиваться потихонечку и начинать творить, начинать созидать, начинать чувствовать себя человеком.

А. Пичугин

– У меня у прадедов по обеим линиям были мельницы. Пора, мне кажется, возвращаться к истокам.

А. Митрофанова

– Поэтому Леша и сказал: хочу мельницу. Я еще удивилась, знаете как, обычно мужчины все равно где-то глубоко внутри хотят вертолетк или что-нибудь еще.

А. Пичугин

– А Леша хочет мельницу.

А. Митрофанова

– Вот почему, оказывается.

К. Степанов

– Ну первую муку мы готовы у вас приобрести прямо сразу.

А. Пичугин

– Все, договорились. Сейчас после эфира я пойду гуглить, какие там бывают мельницы и сколько это стоит.

А. Митрофанова

– Наверняка у тебя прямо под окнами студии.

А. Пичугин

– Нет, на этой не хочу, хочу где-нибудь на экологически чистой реке. А вопрос к Александру. Помимо хлеба, что еще могут найти на празднике люди, которые придут. Вы начали нам рассказывать про то, что будут концерты, будет и самодеятельность, и что-то профессиональное, казачество, еще всякое разное. Еда какая еще, кроме хлеба, будет?

А. Кузин

– Ну еда у нас традиционная, там стационарные торговые объекты есть. В принципе лучше, конечно, ремесленного хлеба там ничего не будет.

А. Пичугин

– Ну может, к нему будут продавать какие-то наполнители.

А. Кузин

– Чай, фастфуд, пончики – то есть это, я думаю, что с традиционным хлебом мы традиционно русскую еду будем вводить.

А. Пичугин

– То есть бургеров там рядом не будет.

А. Кузин

– Ну они где-то в стороне там есть у нас. Они ни в коем случае не смогут затмить это, ни в коем случае.

А. Митрофанова

– А получается, что вы всей семьей ждете гостей и к вам можно приходить с детьми. И во сколько все начнется, и как долго будет продолжаться – можно такие подробности организационные?

А. Кузин

– Ну у нас начало, в принципе, там традиционно все к 12 собираются. Начало у нас Кирилл, во сколько там?

К. Степанов

– В 10.30

А. Кузин

– С 10, к 12 подтягивается основная аудитория, если это местные, мамы с детьми там. Ну да, с 10.30 ближе к 12. В принципе, здесь основная программа будет развиваться таким образом. Там вот как раз Кирилл уже объяснил, что фонд «Святослав» подключился к этой ситуации, они познакомились как раз на площадке нашего парка и объединили интересы. Это традиционные русские игры, там борьба за вороток, сбивать рюхи – это что-то похожее на городки.

А. Митрофанова

– Рюхи?

А. Кузин

– Рюхи, да. Там тоже это ребята, которые изыскивают русские традиции в области игр, развлечений различных.

А. Митрофанова

– Я сразу поэта Рюхина вспомнила из Булгакова.

А. Кузин

– Да. Все смогут попробовать, побросать, попрыгать, там пометать стрелы из луков. Но основная задача, конечно, это что я сейчас вижу, это начало этой традиции положить и потом это все реализовать в некоем проекте. Это уже моя мечта: в парках сделать представительства. в принципе, всех наших территорий, всех субъектов, так называемую малую Россию. Это секрет говорю, но вот хотелось бы. Потому что сейчас Кирилл затронул: воспитание начинается действительно с детей. Первые впечатления, которые они видят от живой там, извинюсь, козы, коровы, от хлеба, от того же мини-поля, которое мы можем сделать, ржи, пшеницы. Показать, как традиционно, может быть, серпами срезали, как его обмолачивали. Понятно, дойдя там уже до высоких технологий, но объясняя то, что действительно, как это трудом своим ручным давалось.

А. Митрофанова

– Но одно дело, когда речь идет о реальном производстве, а другое дело, когда в парке это такой, ну как сказать, такой инкубатор что ли, или в форме игры это все подается.

А. Кузин

– Ну у нас летние лагеря как культурно-досуговое формирование, есть форма образования такая для детишек, ну и в принципе это просто как некий образец. Потому что иногда у меня тоже было в детстве, я в Тульской области родился как раз, и приезжали ребята из Москвы – я не знаю, но так было в детстве, – некоторые не представляли, где картошка растет. Ну это у меня так было.

А. Митрофанова

– В магазине.

А. Кузин

– Да, в магазине, на деревьях.

А. Пичугин

– Я все выяснил: полтора миллиона стоит оборудовать мельницу под ключ.

К. Степанов

– С жерновами с каменными?

А. Пичугин

– Ну вот тут я, понимаете, быстро смотрел, какие тут жернова, я не совсем понял.

А. Митрофанова

– Нам надо завершать программу, к сожалению. Я тут на самом интересном месте, когда Алексей Пичугин наконец-то определился со своим будущим, чем он собирается заняться в ближайшее время.

А. Пичугин

– Сейчас еще краудфандинговый проект создадим после эфира.

А. Митрофанова

– Давайте напомним, о чем будет фестиваль хлеба ручной работой, ремесленного хлеба, как его принято называть, кого вы ждете, когда и чем будете нас радовать.

К. Степанов

– Значит, фестиваль, I Московский фестиваль ремесленного хлеба будет проходить в парке имени Артёма Боровика, он относится к системе парков 850-летия Москвы. Это метро Братиславская. Начало фестиваля 17 июня в 10.30. Там соберутся основные ремесленники по хлебопечению Москвы и Московской области и в радиусе 200-300 километров от Москвы, некоторые приедут из Тверской области. Приедут люди, которые непосредственно пекут хлеб, которые прошли все циклы от строительства пекарен и печей до хлебопечения самого. Кто-то строил свои мельницы даже. Поэтому мы готовы представить и продукцию, и ремесло. Рассказать о хлебе, рассказать о рецептурах, рассказать о заквасках, рассказать о том, как это строится, показать. Можно будет потрогать жерновую мельницу ручную руками, попробовать весь хлеб. Также как будет представлен фонд «Святослав», который занимается традиционными играми, традиционными песнопениями, традиционными семейными какими-то ценностями – то есть это фонд, который займет культурную программу полностью.

А. Кузин

– Рукоделие.

К. Степанов

– Да, и в общей сложности все-таки мы опять же устраиваем вектор возрождении русских традиций. То есть люди, которые хотят приобщиться к ним, увидеть это все, пощупать руками и даже попробовать на вкус, мы приглашаем именно 17 июня в 10.30 в парк Артёма Боровика.

А. Пичугин

– Спасибо большое. Мы надеемся, я, по крайней мере, про себя надеюсь, что на велосипеде туда доеду. Наконец-то надо открывать велосезон, а то что-то уже лето таки наступило, а я никак. Александр Кузин, директор парка 850-летия Москвы и парка Кузьминки, в этот комплекс входит и парк Артёма Боровика у метро Братиславская, где будет проходить 17-18 июня фестиваль ремесленного хлеба. Кирилл Степанов, учредитель компании «Братство пекарей», участник этого фестиваля. Мы говорим вам спасибо большое, что пришли, что рассказали и до новых встреч в эфире. Алла Митрофанова…

А. Митрофанова

– Алексей Пичугин.

А. Пичугин

– Всего хорошего.

А. Митрофанова

– До свидания.

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (3 оценок, в среднем: 4,00 из 5)
Загрузка...