"Деятельность Императорского Православного Палестинского Общества на Ближнем Востоке" Светлый Вечер с Еленой Агаповой (15.12.2015)

Светлый вечер - Елена Агапова (эф. 15.12.2015) - Часть 1
Поделиться
Светлый вечер - Елена Агапова (эф. 15.12.2015) - Часть 2
Поделиться

Елена Агапова1У нас в гостях была заместитель председателя Императорского Православного Палестинского Общества Елена Агапова.
Разговор шел о том, какая гуманитарная помощь требуется в местах ведения боевых действий на Ближнем Востоке, как эта помощь организуется Императорским Православным Палестинским Обществом и другими российскими организациями.

______________________________________________________________

А.Пичугин

— Дорогие слушатели радио «Вера», здравствуйте! Это программа «Светлый вечер». Здесь в этой студии я – Алексей Пичугин.

К.Мацан

— И Константин Мацан. И мы приветствуем нашего гостя сегодня – это Елена Агапова – заместитель председателя Императорского православного палестинского общества и руководитель общественного центра этого общества по защите христиан на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Добрый вечер, Елена Александровна!

А.Пичугин

— Здравствуйте!

Е.Агапова

— Добрый вечер!

Наше досье:

Елена Агапова, родилась в Польше в семье военнослужащего. Окончила факультет журналистики Московского государственного университета имени Ломоносова. В разные годы работала заместителем главного редактора газеты «Красная звезда», пресс-секретарем министра обороны Российской федерации, помощником министра обороны по связям с общественностью и прессой. Сейчас заместитель председателя Императорского православного палестинского общества, руководитель общественного центра по защите христиан на Ближнем Востоке и в Северной Африке.

А.Пичугин

— И как, наверное, наши слушатели поняли, мы сегодня будем говорить о событиях на Ближнем Востоке, о том, что там происходит сейчас, в том числе, конечно и о защите христиан. Тем более, как мы уже сказали, Елена Агапова – руководитель общественного центра по защите христиан на Ближнем Востоке при Императорском православном палестинском обществе. Но для начала, давайте познакомимся с деятельностью общества, просто думаю, что многие наши слушатели могут не представлять себе о том, чем занимается Императорское палестинское православное общество. Многих может удивить название «императорское», кого-то может удивить «палестинское», «православное», в общем все эти слова.

К.Мацан

— А все это в России к тому же происходит.

А.Пичугин

— Это происходит в России.

К.Мацан

— Зарегистрировано в России.

А.Пичугин

— Расскажите, пожалуйста о деятельности общества и чуть-чуть о его истории.

Е.Агапова

— Спасибо, во всяком случае, действительно, вопрос названия, он не простой вопрос. И где бы мы ни бывали, особенно за рубежом, многих сразу интересует, почему палестинское общество. Ну мы естественно объясняем, что это историческое название, и что Палестина, и как мы знаем, традиционно называлась «библейский регион», «святая земля» в которую входили территории современного Израиля, и Палестинской автономии, и Сирии, и Ливана, и часть территории Иордании, Египта. Именно поэтому общество получило название палестинское. А императорское, также вопрос следует, почему императорское – ну, потому что оно было основано державным указом Александра III в 1882 году и учредители этого общества, и основатели были августейшие особы, 14 представителей семьи дома Романовых входили в общество изначально. А первым председателем был великий князь Сергей Александрович Романов, а после его трагической гибели, после его убийства террористом Каляевым в 1905 году, этот флаг взяла в руки его супруга – великая княгиня Елизавета Федоровна, причисленная к лику святых Русской православной церковью. И поэтому, это историческое название и мы очень уважаем это название и всячески пытаемся сохранять уникальную историю Императорского православного палестинского общества, которому в 2017 году 3 июня мы будем отмечать 135 лет.

К.Мацан

А.Пичугин

— Елена Александровна, ведь был длинный период, больше 70 лет, когда Императорское палестинское общество находилось либо в эмиграции, ну естественно не было представлено в Советском союзе, как дела обстояли?

Е.Агапова

— Ну, после 1917 года, конечно, деятельность общества была по известным причинам прекращена и было создано отделение при академии наук, которое занималось исключительно научными вопросами, вопросами изучения востоковедения, палестиноведения и это продолжалось… хотя туда входило много известных людей, и ученых, и историков – это продолжалось до периода уже новой России. В 1992 году было принято решение о возобновлении исторической деятельности этого общества и возвращении названия. Кстати сказать, нынешний председатель Императорского православного палестинского общества – Сергей Владимирович Степашин в то время был депутатом Верховного совета и сам участвовал в принятии этого постановления о восстановлении исторического названия и исторической деятельности ИППО. И, да, была и такая зарубежная как бы ветвь, которая по сей день считает, что они являются правопреемниками общества, что якобы деятельность ИППО не затухала в советский период. Сейчас это общество представляет, ну, мы его не называем обществом, мы не согласны с тем, что они являются правопреемниками, тем более, нет подтверждения никакими документами, что это правопреемники императорского православного общества. И некто Воронцов-Гофман, который живет в Мюнхене и сейчас бывает в Александровском подворье, они полагают, что они являются продолжателями. Но вы знаете, вот в подтверждение опять-таки того, что я уже говорила, я могу сказать, что буквально неделю тому назад Сергей Владимирович Степашин во главе делегации общества находился в государстве Израиль и в ходе этого визита власти Израиля, Министерство юстиции Израиля передали официальную регистрацию Императорского православного палестинского общества – документ, свидетельствующий о том, что ИППО, которое мы представляем, является официальной организацией, представленной на территории государства Израиль. Я думаю, что это лучший ответ на такие посягательства отдельных людей, отдельных личностей на то, чтобы историческая…

А.Пичугин

— Представлять историческое правопреемство. Вы ни по одному вопросу не сотрудничаете?

Е.Агапова

— Вы знаете, попытки были навести мосты и вести переговоры о том, чтобы как-то цивилизованно решить этот вопрос, но к сожалению, они не нашли вот такого позитивного отклика. Но я думаю, что вот это решение Израиля о признании ИППО официальным субъектом, оно дает ясный ответ всем сторонам, которые вовлечены в эту историю.

А.Пичугин

— Так как речь здесь идет все-таки о Палестине, на этих землях, как мы знаем, сейчас происходят не самые радостные события, я так понимаю, что какие-то проекты, которые поддерживает, или развивает ИППО, сейчас на территории Израиля, или других государств, которые входят, или примыкают к исторической Палестине, ИППО развивает какие-то проекты, или участвует в их реализации? Вот что вы сейчас там делаете, как вы представлены проектами на Святой земле?

Е.Агапова

— На самом деле последние годы настолько сильна активизация деятельности ИППО – это по сути возвращение того исторического формата деятельности, в котором всегда осуществляло свою деятельность ИППО, но я скажу достаточно сказать, что за эти годы построено при участии ИППО и на землях, принадлежащих, исторических землях ИППО – это музейно-парковый центр в Иерихоне, который открывал еще будучи президентом Дмитрий Медведев. В 2010 году, вы знаете, отмечалась дата 10 000-летия старейшего города мира Иерихона и вот к этой дате Россия подарила великолепное здание, теперь там археологическая есть экспозиция, которая силами ученых ИППО и археологов была создана на территории этого комплекса. Это лучшее здание в Палестине, как признают палестинцы. Более того, рядом же находится территория историческая ИППО, где растет библейское дерево смоковница. Вы знаете, когда мы впервые его увидели, мы были просто опечалены, потому что оно засыхало на глазах и мы привезли специалистов из Москвы и Санкт-Петербурга, специалистов из института растениеводства именно с узкой специализацией по семейству тутовых, а смоковница – это тутовое дерево. И они действительно определили, что этому дереву 2000 лет, и они произвели ряд работ по тому, чтобы жизнедеятельность этого дерева была обеспечена. Во-первых, там была борьба с термитами, они это дерево пытались уничтожить и вот сейчас мы увидели – дерево растет, произрастает, цветет. Более того, ученые из этого института сумели вырастить и теперь есть маленькие деревца на территории России, вот в этом институте мы видели…

К.Мацан

— Это дерево, которое могло застать Спасителя?

Е.Агапова

— Оно не просто могло, по библейской истории Иисус Христос, проходя мимо этого дерева, собрался народ, Он шел в Иерихон, а по дороге залез на это дерево мытарь Закхей, которого не уважали…

К.Мацан

— То есть, это то самое дерево?

Е.Агапова

— То самое дерево. И, увидев ее, сказал Закхей, спустись, я хочу зайти в твой дом, толпа зароптала, сказала, что это не тот человек – это сборщик налогов, мытарь, очень жадный человек… Ну я может быть несколько ушла от темы, но это один из проектов ИППО, просто за который нам не стыдно – мы возродили это дерево, мы дали ему фактически вторую жизнь и вот сейчас это место поклонения многих, кто приезжает в Иерихон. Это часть, это только часть, но, конечно, если говорить о Вифлееме, то в Вифлееме за это время появился центр науки и культуры Российской федерации с отделением ИППО – это была наша инициатива, естественно участвовал Владимир Владимирович Путин, он давал поручения – это не из бюджетных денег строилось здание. И сегодня там прекрасный центр функционирующий науки и культуры России, действует наше вифлеемское отделение, которое возглавляет Дауд Матар и это здание находится на улице, носящей имя Путина. А Сергей Владимирович у нас является пожалуй единственным почетным жителем Палестины. Махмуд Аббас – президент государства Палестины, такое почетное звание ему присвоил. И более того, в прошлом году в сентябре месяце здесь же в Вифлееме была построена образовательная школа на 500 человек, там обучаются мальчики, вы знаете, что в Палестине обучение раздельное и это прекрасный такой…тот, кто бывает в этой школе, все говорят – это очень современное здание, где есть вся инфраструктура и для занятий спортом в том числе. И вот Евгений Примаков (Сандро), которого все знают – внук Евгения Максимовича Примакова, который являлся известным еще к тому же ученым востоковедом, он был почетным членом нашего общества и вот Евгений Примаков он в партнерстве с нашим обществом, сейчас мы еще занимаемся с ним вместе сбором гуманитарной помощи для страдающего народа Сирии, он направил силами своей организации «Русской гуманитарной миссии», которую он возглавляет, русских учителей, которые сейчас в этой школе преподают русский язык. То есть, Россия приходит в последние годы на Ближний Восток и в частности в Палестину, о которой мы говорим – с русским языком, с русской культурой.

А.Пичугин

— Елена Агапова – заместитель председателя Императорского православного палестинского общества, руководитель общественного центра ИППО по защите христиан на Ближнем Востоке и в Северной Африке сегодня у нас в программе, Елена Александровна, а как ИППО удается налаживать контакты хорошие, одинаково хорошие и с руководством Израиля и с руководством Палестинской автономии?

Е.Агапова

— Ну, я полагаю наша миссия такова – мы гуманитарная организация, причем с таким ярко выраженным характером, у нас высокая степень авторитета за все эти годы на Ближнем Востоке и в частности в Палестине, и в Израиле. Мы встречаемся с общественностью израильской и встречаемся с общественностью палестинской, осуществляем там культурные и гуманитарные проекты в одной стране и в другой. И вы знаете, у нас даже вопроса не стоит, почему мы находим общий язык – да потому что такова наша сущность, наша гуманитарная миссия. Вот сейчас, когда Сергей Степашин был на встрече с господином Махмудом Аббасом, которого кстати поздравил с 80-летием, хотя у арабов не принято отмечать дни рождения, но по русскому обычаю он его поздравил и как раз одной из тем обсуждения была – это тема той агрессивно настроенной молодежи, которая сейчас там с ножичками бегает и делает, вы знаете, то, что делает в отношении израильских граждан. Мы как раз предложили, мы могли бы быть, как представители народной дипломатии, той самой силой миротворческой, которая вела бы беседы с молодежью, вот хотя бы через эти школы, учебные учреждения, через молодежные организации, через наше отделение вифлеемское, то есть, мы не хотим, чтобы эти люди потом превращались в такую зловещую силу, а потом еще и пополняли ряды террористических организаций. Поэтому, вот, как в Палестине, так и в Израиле, на этой встрече был министр абсорбции Израиля и тоже самое, разговор шел о том, что ИППО могло бы, как неправительственная организация, которая имеет высокую степень доверия на этих территориях, выступить в роли миротворческой силы и вести такую постоянную работу с местным населением, я думаю, что это один из хороших методов и форм народной дипломатии в нынешних особенно условиях.

К.Мацан

— Самая горячая тема сегодня безусловно на фоне всегда продолжающегося, к сожалению, конфликта в Израиле в зоне израильско-палестинских отношений – это конечно сегодня Сирия – у всех на слуху, во всех новостях и я знаю, что ИППО давно и прицельно занимается сбором гуманитарной помощи и отправкой гуманитарной помощи в Сирию. И всегда в этих ситуациях возникает вопрос, когда эта помощь доходит до адресата – как ее распределять там, вот в местах боевых действий, кому она там попадает, несете ли вы… вернее так, следите ли вы за тем, чтобы она дошла до тех, ради кого вы ее собираете, кто ваши контрагенты там и как вообще можно эффективно распоряжаться гуманитарной помощью в регионе, охваченном войной?

Е.Агапова

— Да, это очень сложные вопросы и безусловно, когда мы только начинали вот эту деятельность –первое, что мы поставили во главу угла – это разработать механизм и вообще понять, каков должен быть механизм распределения, доставки и распределения гуманитарной помощи, чтобы не зря наши люди, может быть даже иногда отдавали последнее, а мы знаем даже такие случаи, когда пожилые люди приходили, приносили пачку чая, или пачку риса, чтобы отправить.

К.Мацан

— Здесь в Москве, или в России Вы имеете в виду?

Е.Агапова

— Здесь в России и в Москве – везде. Вообще, вот я сначала скажу о механизме. Механизм мы определили такой, он эффективен, он работает, у нас есть обратная связь. Мы решили, что мы не будем направлять эту помощь в правительственные структуры, а будем отправлять ее целенаправленно, разделив 50 на 50 патриарху Антиохийскому и всего Востока Иоанну X и верховному муфтию Сирии – Бадреддину Хассуну. Они в очень хороших отношениях между собой, у них братские отношения, муфтий даже приходит в Рождество в храмы сирийские на службу и вообще говорит о том, что солнце христианства встает в 2000 лет над Сирией и будет всегда восходить. Недавно он был в Москве, мы его приглашали на выставку «Русь православная» и вот услышали от него такие слова, после того, как он выставку эту осмотрел. И вот этот механизм работы, мы имеем контакты с Красным крестом сирийским, который также участвует в этом процессе, ну и безусловно с министром социальной защиты Сирии и руководителем структура, которая отвечает – Гуманитарный совет Сирии, который отвечает за всю получаемую помощь и по линии международных организаций, общественных организаций, ООН, Юнисеф и так далее. Поэтому опыт есть, хотя начинали мы с нуля, не понимая как бы некоторых нюансов и тонкостей, но это уже сейчас мы собираем 13-ю партию помощи и мы уже знаем, кто у нас партнеры, на кого мы можем полагаться, на кого не надо полагаться. И поэтому помощь идет целенаправленно. Вот когда в Кесабе была история, когда ИГИЛ пришло и разрушило, и убило очень многих армян, которые проживали и проживают в Кесабе. Вот тогда по просьбе армянской общины Кесаба, мы отправляли одну из партий целенаправленно в Кесаб. И мы знаем, что это ушло именно тем, кто нуждается в этой помощи.

А.Пичугин

— А как распределяется все-таки, интересен механизм и как доходит до тех людей, которым действительно нужна помощь в Сирии, где очень многие территории контролируются, понятно, что и свободной армией, и различными группировками, и запрещенным в России Исламским государством?

Е.Агапова

— Ну, конечно, мы не можем, мы не имеем такой возможности проследить, какие конвои идут в места боевых действий, но есть смельчаки, например, такая матушка известная, она стала правозащитницей сирийской, католическая монахиня матушка Агнес Марйам ас-Салиб, которая бесстрашно с такими конвоями ходит уже не единожды. Мы с ней и по Скайпу разговариваем, кстати сказать, иногда видим такие зловещие картины, которые она нам показывает – где она находится. И я вообще воздаю ей долг ее мужеству и она была даже номинирована на Нобелевскую премию мира в 2014 году, ее номинировала Маргарет Маквайр – лауреат Нобелевской премии мира из Ирландии, с которыми мы кстати на одной из конференций, которую ИППО созывала на полях 25 сессии ООН по правам человека, вот они приехали и рассказывали о том, что они видели, Маргарет Маквайр тоже бывала в Сирии, мне приходится бывать в Сирии. И матушка Агнес, как свидетель того, что происходит в районе боевых действий, где ей удавалось бывать не раз, вот она представила такое досье на одной из первых конференций, которые мы проводили – это был 2013 год в Женеве, и вы знаете, это имело такой грандиозный диссонанс, я даже не предполагала, что Императорское православное палестинское общество, которое проводило одно из мероприятий на полях, может стать площадкой для решения такого высокого уровня вопросов международной политики. Она представила досье, видеоматериал и в этот же день позвонили нам от верховного комиссара ООН, тогда была Нави Пиллэй и попросили представить эти документы. А также небезызвестная Карла дель Понте, ну мы ее знаем, как фигуру зловещую по югославскому трибуналу…

А.Пичугин

— Ну, она уже давно не в удел там в трибунале, поэтому…

Е.Агапова

— Она не в удел в трибунале, но она член независимой комиссии по нарушению прав человека в Сирии в Совете ООН по правам человека, и она тоже заинтересовалась этими документами и буквально через несколько дней, через пять дней она сделала публичное заявление о том, на основании документов, представленных ей вот этой матушкой Агнес Марйам, что сирийские правительственные войска не использовали химическое оружие, зарин в районе Алеппо 19 марта 2013 года, а это было, мы все помним, одним из предлогов начала ракетно-бомбовых ударов по Сирии. Так вот, эта матушка у нас одна из тех наших партнеров ИППО, которая ведет мониторинг, которая нам поставляет эти данные, как собственно еще несколько таких активистов в Сирии, скажем, в Маалюле у нас есть такой Абдо Хаддад – человек, который постоянно, когда происходили эти трагические события захвата монастыря, он находился в это время там, он житель Маалюле, он и присылал нам и фотографии, и я связывалась тогда с матушкой Феклой, пытаясь понять, что происходит внутри монастыря, потому что мы знаем, как развивались события – был захват, в том числе девочки, которые находились послушницы, но к счастью их вывезли в Седнаю и они не пострадали, поэтому, вот за это время, достаточно непродолжительное, когда мы начали заниматься гуманитарной миссией с 2013 года, нам удалось установить очень много контактов с представителями различных общин, в том числе и с мусульманскими. Вот я могу сказать, что один из тоже также людей, которых мы приглашали на сессию Совета ООН по правам человека, был шейх за которым три миллиона мусульман стояло, он возглавлял такое общество Муссалаха, что в переводе с арабского «примирение» и его звали шейх аль Бутарада, я говорю звали, потому что к сожалению боевики, представители так называемой умеренной, потому что его уже нет в живых, его совершенно зверским образом заманили в ловушку так называемые представители сирийской умеренной оппозиции, он приехал с ними на переговоры, он пытался… и он много сделал для того, чтобы эти люди, неопределившиеся, они переходили на сторону правительственных войск и уничтожали христиан, у этого человека осталось четверо детей. Вот лицо так называемой умеренной оппозиции…

А.Пичугин

— А его миссия имела какой-то успех среди умеренной оппозиции так называемой?

Е.Агапова

— Да, были случаи, когда ему удавалось чуть ли там не 70 человек обратить как бы, что называется в другую веру, они перешли, они вышли из этих отрядов. Он был очень уважаемый человек в Сирии, я говорю, 3 млн человек стояло за ним, такая община мусульманская, то есть это был мусульманин, который защищал христиан. И я считаю, что… мы очень дорожим связями с этими людьми и у нас часто бывают они в ИППО, вот сегодня здесь находится в Москве, кстати сказать, представитель партии православной, есть в Ливане партия православная «Машерик», Родерик Хури, мы будем встречаться с ним 30 числа в нашем центре ИППО, он очень активную ведет деятельность. Он молодой человек – это молодой политик, который мыслит очень в правильном направлении, он занимается также и защитой христиан, но что любопытно, когда они например собираются, а я была однажды на их конференции, они поют гимн «Боже, царя храни» и в их домах находятся иконы и портреты Николая II. Но они совершенно абсолютно занимают здравую позицию, потому что мы знаем, что происходит в Ливане сейчас. Ливан – это по сути последний оплот христианства на Ближнем Востоке, где еще как бы мы видим – хрупкий межрелигиозный баланс сохраняется, но обстановка настолько взрывоопасная и арабская весна готовилась там, теми же силами, которые готовили эту арабскую весну и в других ближневосточных странах, и вот эти контакты помогают нам чувствовать этот нерв, чувствовать реальность, которая происходит в Сирии и пытаться на различных международных площадках доносить устами этих свидетелей правду о Сирии. Причем они не все почитатели Асада, что очень важно для восприятия международной общественности, есть люди, далеко не приветствующие его.

А.Пичугин

— Но которые понимают, что его наличие сейчас просто необходимо для сохранения баланса…

Е.Агапова

— Да, есть такие, которые понимают, что сегодня и особенно после того, как Россия взяла на себя эту миссию наведения порядка и справедливости на этой земле и была вынуждена защищать не только территориальную целостность Сирии, как государства, но и национальные интересы своей страны – России…

А.Пичугин

— Мы продолжим эту тему после небольшого перерыва.

К.Мацан

— Елена Александровна Агапова – заместитель председателя Императорского православного палестинского общества и руководитель общественного центра ИППО по защите христиан на Ближнем Востоке и в Северной Африке сегодня в гостях в программе «Светлый вечер». В студии Алексей Пичугин и я – Константин Мацан. Мы прервемся и вернемся через несколько минут.

А.Пичугин

— Еще раз здравствуйте, друзья – это программа «Светлый вечер» на радио «Вера». Здесь в этой студии Алексей Пичугин.

К.Мацан

— И Константин Мацан.

А.Пичугин

— У нас в гостях Елена Агапова – заместитель председателя Императорского православного палестинского общества, руководитель общественного центра ИППО по защите христиан на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Ну и говорим конечно же о событиях на Ближнем Востоке, в Сирии и защите христиан на этих землях.

К.Мацан

— Елена Александровна, кроме отправки гуманитарной помощи и сопровождения ее на территории страны, охваченной войной, есть еще одна грань проблемы – это конечно культурное наследие этого региона и я знаю, что вы тоже этим занимаетесь. Что вообще возможно сегодня сделать для того, чтобы памятники культуры, памятники сирийской цивилизации, христианской и исламской цивилизации…

А.Пичугин

— Не только исламской, там еще задолго… еще греческой огромное количество.

К.Мацан

— Всей древней цивилизации, которая на этой земле вообще представлена, что сегодня можно сделать, чтобы это наследие было сохранено, из того, что еще пока можно сохранить?

Е.Агапова

— Ну, вы знаете, это настолько для меня лично болезненная тема, я как бы бывала везде еще до военных событий и видела, и Пальмиру, и проводила несколько ночей, не могла уехать из Пальмиры, правда, еще был мир, покой на сирийской земле, я никогда не могла предположить, видя это великое наследство, что это исчезнет с лица земли. Я даже помню, что учебник у меня был пятого, по-моему класса История древнего мира и на обложке этой книги была триумфальная колонна.

А.Пичугин

— Да, в Пальмире – это на протяжении многих лет и до сих пор, по-моему, эти учебники в школе.

Е.Агапова

— Лично я, и я так думаю люди моего поколения, они как раз изучали и понимали, начинали любить Сирию именно с этой картинки на этом учебнике.

А.Пичугин

— Самое…

Е.Агапова

— И поэтому сейчас, ну, во-первых, я скажу, что это тема и зона нашей ответственности.

А.Пичугин

— Вот просто заканчивая тему, может быть, с Пальмирой, тут в России может быть нам сложно немножко представить всю ценность Пальмиры, просто потому что не так много почему-то россиян туда приезжало, но когда оказываешься в этом городе – гигантское количество туристов из всех стран, там европейцы, американцы, японцы, китайцы – кто угодно, кроме почему-то россиян, так было еще несколько лет назад, когда Сирия была доступна для туризма.

Е.Агапова

— Не знаю, мне не приходилось такой статистике… мне кажется русские были везде.

А.Пичугин

— Немного, очень немного.

Е.Агапова

— Русские были везде и Пальмира – это центр был притяжения в Сирии – это одна из главных достопримечательностей была во всех туристических путеводителях, это же… эта колонна… это памятник настолько поздний античный, настолько потрясающий воображение, особенно вечером, если бы вы видели ночную Пальмиру подсвеченную…

А.Пичугин

— Видели.

Е.Агапова

— То вам бы казалось, что вы действительно свидетель той цивилизации.

А.Пичугин

— Да, безусловно…

Е.Агапова

— Что вы не нынешнего времени человек. Поэтому они пришли туда, куда они и хотели прийти. Они решили уничтожить эти главные символы, это… снести с лица земли этот цивилизационный весь слой и мне кажется, что это не просто потому, что они вандалы, вот сейчас говорят о том, что это вандализм, что это фанатики религиозные. Мне кажется, это целая стратегия заложена в их действиях для уничтожения цивилизации, столкновения этих цивилизационных миров и мое такое личное ощущение от того, что я вижу. И как известно, Императорское православное общество, в которое всегда входили известные археологи, на счету которых всемирного значения открытия археологические, например, порог Судных врат в Александровском подворье, если вы сейчас приедете, то это один из высочайших свидетелей истории христианства – порог Судных врат и безусловно и мы когда увидели, что происходит, что страдают не только люди, что убивают и вырезают не только людей, но и рушат памятники, то первое наше желание было объединить свои усилия с ЮНЕСКО и спросить, почему же идет одна фиксация только того… сегодня разрушили арку, завтра разрушили колонну, послезавтра идет сжигание манускриптов древних в этих зловещих кострах ИГИЛ, поэтому седьмого октября мы приехали с целым планом, Сергей Степашин во главе нашей делегации, привез план по спасению памятников культуры прежде всего Сирии – музей под открытым небом – Сирия, как и Ирак собственно, и вы знаете, Ирина Бокова – генеральный директор, она просто была поражена размахом нашей деятельности, она не предполагала даже о том, что мы делаем. И мы передали этот план, он включает спасение как самих памятников археологических, так и памятников нематериального культурного наследия, например, сохранение манускриптов древних, языков – древнеарамейского языка, культур и наше предложение сейчас таково, там, где есть угроза разрушения боевиками, мы готовы взять на себя миссию при поддержке ЮНЕСКО и при поддержке естественно сирийского правительства о том, чтобы вывезти на временное сохранение эти памятники на какие-нибудь известные музейные площадки, не обязательно в Россию, чтобы нас не уличили в том, что мы посягаем на это наследие, с гарантией того, чтобы эти памятники были возвращены. Безусловно мы не можем вывезти колонны, но манускрипты, иконы мы могли бы вывезти.

А.Пичугин

— Причем, я вспоминаю, как в 2001 году в Афганистане были разрушены Бамианские статуи Будды, причем еще самое первое, что тогда исламисты тогда начинали уничтожать из культурного наследия, было очень много возмущений, но казалось, что дальше этого дело не пойдет. И то, что мы сейчас видим в Сирии, когда там, например, обезглавливают Халеда Асаада – главного археолога Пальмиры.

Е.Агапова

— Да, 82-летнего уважаемого во всем мире человека.

А.Пичугин

— Но вот то, о чем говорят очень многие эксперты, о том, что под прикрытием, уничтожая памятники Пальмиры, под прикрытием этого идет какая-то нелегальная черная торговля различными артефактами.

Е.Агапова

— Это также, как происходит с этой кровавой нефтью, то же самое происходит и это идет давно и вот скажу вам, мы, например, на своем уровне в совете по правам человека не единожды говорили о том, почему мировое сообщество оглохло и ослепло, почему на глазах всего мира идет вывоз контрабандной и торговля, также, как и нефтерейдерство идет и эту нефть покупают и эти памятники всемирного культурного наследия продаются на черном рынке.

К.Мацан

— Знаете, что меня в этих ситуациях всегда интересует, особенно в Ваших словах, Вы говорите о том, что памятники можно вывезти, но временно, чтобы потом вернуть в Сирию, в музей, туда где это было, а эта перспектива тем, с кем Вы разговариваете в ООН, например, кажется реалистичной, то есть, кто-то предвидит, что война закончится, будет какое-то другое состояние в регионе и можно будет эти памятники возвращать?

Е.Агапова

— Вы знаете, ну идея не показалась утопичной, скажу вам так, более того, мы встречались с послами ближневосточных государств, аккредитованных постпредов, это постоянные представители Иордании, Сирии, кстати, Сирию представляет Ламия Шакур, вот мы с ней сейчас в прямом таком контакте и они считают, что если есть возможность сейчас спасти что либо, надо спасать. Чем мы бы смотрели, как по-голливудски уничтожают очередной памятник…

А.Пичугин

— Главное, чтобы не произошло, как в Египте.

Е.Агапова

— То, почему мы не могли бы вывезти, скажем, какую-то библиотеку, представляющую интерес, чтобы ее не сожгли и не вывезли на черный рынок.

А.Пичугин

— В конце концов все помнят историю с Дрезденом, никто же не верил, что можно восстановить его исторический центр и вернуть какие-то ценности, которые были оттуда вывезены. Но исторический центр практически полностью восстановлен из руин и картины, и огромное количество дрезденских ценностей возвращены туда.

К.Мацан

— В Ваших словах просто улавливается надежда, что кто-то думает не только о войне сейчас, но и обретении мира, а это важно.

Е.Агапова

— Конечно, и я верю в то, что если Россия пришла на эту землю, то мир наступит. Потому что Россия всегда приходила к униженным, обездоленным на Ближнем Востоке и только в России сейчас они видят спасение.

А.Пичугин

— Елена Александровна, а может быть Вы можете рассказать нашим слушателям, просто, как вывозится нефть из запрещенного в России Исламского государства, мы представляем по различным журналистским расследованиям, ну есть какое-то общее представление, а как исторические культурные ценности оттуда вывозятся? По каким каналам и куда, самое главное.

Е.Агапова

— Ну, Турцию мы сейчас часто упоминаем, да, название этой страны, к сожалению. Конечно, многое уходит через Турцию, причем, они даже заказчиками некоторые представителя являются вывоза этих артефактов. То есть, уже заранее есть планы по вывозу какого-либо артефакта и есть заказчики и в Европе, рынки есть и в Европе черные – все известно, всем известно – это совсем не секрет, это секрет полишинеля, это делают вид, что ничего не знают. И вот если бы еще несколько лет назад, когда ИГИЛ, два года назад, когда ИГИЛ расцветал пышным цветом на ближневосточной земле, был бы решен вопрос прекратить… наложить арест на источники их финансирования, чтобы они не имели доступ в этом плане и если бы прекращено было это нефтерейдерство, если бы вот эти хотя бы меры были бы использованы, то я думаю, что сегодня ситуация была бы несколько иной в Сирии.

К.Мацан

— Елена Агапова – заместитель председателя Императорского православного палестинского общества сегодня в гостях в программе «Светлый вечер». От тех, кто занимается сегодня гуманитарной помощью региону, слышна мысль, мне кажется, очень важная, что именно гуманитарные проекты важны еще и тем, что мы показываем, что Россия не только бомбит, не только с оружием пришла и не только негодяев там преследует. Намного важнее… вернее, также важно, позаботиться о мирных жителях, которым там жить потом. Вот если, во-первых, понимание этой идеи у тех, с кем вы в этих проектах сотрудничаете, эта идея общепринятая, о ней слышат, о ней задумываются? И какие проекты и усилия ИППО сегодня на это направлены?

Е.Агапова

— Безусловно, наши интересы чисто гуманитарные, мы хотим, чтобы люди вернулись в свои жилища, чтобы у них были эти жилища, чтобы работали школы, чтобы дети не были беспризорниками. И вот наша сейчас, например, задача – построить образовательную школу с русским языком, русскую школу в центре Дамска, предположим.

А.Пичугин

— А для кого?

Е.Агапова

— Для местного населения, кстати сказать, в Дамаске со школами просто беда.

А.Пичугин

— Нет, нет, русский язык для кого? Я понимаю, что огромное количество жителей Дамаска из так называемой интеллигенции, технической интеллигенции, в основном люди учившиеся в Советском союзе еще и в России потом, но неужели настолько русский язык в Сирийской столице…

Е.Агапова

— Очень востребован русский язык на Ближнем Востоке. Говорю это совершенно ответственно. Почему – почему я об этом могу говорить, во-первых, у ИППО было более ста школ в конце XIX века под патронатом, это так называемые московские школы, о них до сих пор помнят и в Ливане, и в Сирии, потому что 77 школ было только в Ливии и в Сирии, которые, кстати, благодаря Елизавете Федоровне Романовой в 1912 году, ей удалось, подписали Николай II при одобрении Государственной Думы подписал указ о том, чтобы строка была в бюджете российском и выделялись деньги на финансирование деятельности этих школ. Вот это, знаете, это заложено ни одним поколением. В том же Ливане к нам всегда подходят люди, которые говорят: мой дедушка, прадедушка, или прабабушка учились в московской школе. И они, кстати сказать, эти люди составили интеллигенцию, элиту этих стран в Ливане – это абсолютно точно, об этих школах говорят по сей день и одна из таких школ сохранилась в православном городе, считается центром православия неофициальным в Ливане город Амьюн, мы сейчас создаем там центр русского языка по их просьбе. Кстати вот Евгений Примаков (Сандро) мы с ним обсуждали эту тему, он говорит, что они постараются сделать все, чтобы направить учителя русского языка. Ну если я вам говорю, что поют гимн «Боже царя храни» молодые люди в Ливане, у них портреты царя Николая II, то это вот, я считаю, что это результаты воздействия того русского присутствия, которое благодаря ИППО утверждалось на Ближнем Востоке в то время. И сейчас президент Башар Асад, мы встречались с ним, и вот на последней этой встрече он сказал, что его сын изучает русский язык и знает его хорошо, 12… уже, наверное, 13-летний сын и что с прошлого года во всех образовательных учреждениях и начальных школах Сирии русский язык введен в обязательную программу. То есть, ну это тоже, я думаю, ответ на тот вопрос. Это не насаждение – это такая потребность. И я полагаю, вот эти наши предки, основатели, подвижники Императорского православного палестинского общества заложили вот это зерно, которое сегодня произрастает. А с приходом России в роли миротворца на Ближний Восток, эта тенденция, она еще более усиливается. Люди хотят знать русский язык.

К.Мацан

— Вы бывали, я так понимаю, в Сирии и не раз, и само собой, на Ближнем Востоке в целом, в Палестине, в Израиле. Но если сейчас говорить именно про самый взрывоопасный сегодня регион, хотя надо полагать, что в зоне боевых действий, Вы, слава Богу, не оказывались, но тем не мене, мы смотрим про Сирию репортажи по телевидению, слушаем программы по радио, читаем, а Вы там были и видели как минимум глаза тех людей и разговаривали с теми людьми, которых это касается, намного ближе чем нас. Что Вас поразило? Что самое главное Вы вынесли для себя при посещении этого региона в такой непростой ситуации?

Е.Агапова

— Да, впечатление очень эмоциональное, я вам скажу, мне приходилось бывать в Дамаске и в пригородах Дамаска, я не была ни в Алеппо, ни Хомсе по известным причинам. Но вот Дамаск на меня произвел, знаете, такое двоякое впечатление. То есть, я одновременно не чувствовала войны в этом городе и даже как бы дыхания войны. Очень много людей, город перенаселен, это бросается в глаза, видимо очень многие бежали, вынуждены были бежать из других населенных пунктов в Дамаск, как в зону более, или менее безопасную. Но сказать, что она безопасна, вот в тот день, когда мы находились, после минометных обстрелов, они почти каждый день бывают, к сожалению, погибло 44 человека.

А.Пичугин

— В Дамаске?

Е.Агапова

— В Дамаске, только в Дамаске.

А.Пичугин

— И часто так гибнут люди?

Е.Агапова

— Часто, вот минометные обстрелы бывают достаточно часто. Сейчас мне говорят – лучше ситуация, безусловно, после того, как Россия начала активную фазу действий. Сейчас лучше, безусловно, но город производит мирное впечатление. Я видела розы, понимаете, розы и война. И мы общались с очень многими детьми, причем с детьми, которые потеряли родителей. Есть в Дамаске школа, которую патронирует президентская чета, это школы для детей у которых папы погибли военнослужащие. Конечно, глаза печальные у многих детей, но им сейчас для них делается все. У них есть все, и музыкальные классы, и спортивные площадки, и еда, и форма, и вообще большой дефицит школьных принадлежностей, мы знаем и мы сейчас стараемся в этой гуманитарной помощи передавать школьные принадлежности, канцелярские принадлежности. Но возвращаясь к ситуации в Дамаске и о том, как люди воспринимают – очень стоически. Вы знаете, сирийцы очень стойкие люди и я не видела никакой даже паники, несмотря на то, что катастрофа гуманитарная, перспективы… потеря близких, очень много погибших. Вот то что ООН дает данные – погибло более 250 000 человек в Сирии за годы конфликта. Я не верю в эти цифры, я знаю, что цифра значительно больше. Я не знаю из каких соображений даются такие цифры, потому что почти пять лет войны, а то, что происходит с христианами – это ответ на вопрос, касающийся, сколько погибших и сколько перемещенных лиц, сколько беженцев. Почти 700 000 христиан вынуждены были покинуть территорию Сирии, многие не хотели этого делать.

А.Пичугин

— Что самое интересное, для мне например было очень удивительным в свое время, будучи в Дамаске, что Дамаск сам по себе гораздо более светский город, чем тот же Стамбул сейчас, хотя все привыкли к тому, что Стамбул – это такая очень светская столица светской Турции. Все меняется, Дамаск несколько лет назад был гораздо более светским городом, чем Стамбул.

Е.Агапова

— Абсолютно, это здесь я подписываюсь, я и сама как бы это наблюдаю, и вижу, и в общении с самими жителями Дамаска и та атмосфера, о которой я вам говорила. Работают и кафе, и ресторанчики, и пахнет пряностями в воздухе, восточный базар, ну, конечно не в том масштабе, как это было в другие времена, в довоенные. Люди как-то поддерживают друг друга. И вы знаете, сколько бы не пытались говорить, вот эта вот пропаганда западная о том, что это межрелигиозный конфликт…

А.Пичугин

— Не было там межрелигиозных конфликтов.

Е.Агапова

— Абсолютно, до сих пор сохранилась та атмосфера толерантности, которой всегда отличалась Сирия. И семьи дружат, и поддержка идет. Я вам говорю, я уже смотрю на отношения более высоких духовных лиц, патриарх и муфтий, верховный муфтий Сирии – это лидер сунитов сирийских, это отношения братства и понимания того, что они обязаны сделать все, чтобы сохранить во то межрелигиозное… тот баланс и межрелигиозное согласие, которые веками существовали на древней земле Сирии.

А.Пичугин

— Причем самые… не хочется говорить исламизированные, самые такие… самые мусульманские города Сирии Хама и Хомс, я помню, что они были полны европейцев и никто не боялся там выходить на улицы, работали кафе и рестораны. Да, местные жители, преимущественно это исламское было население, но ничего за несколько лет до конфликта не предвещало никакой беды.

Е.Агапова

— Абсолютно, это были города, я бывала в Сирии до того, и в части официальной делегации с комитетом советских женщин, в свое время побывала и даже нас принимал отец Башар Асада – Хафез, такая была краткая встреча. Можно было вечером ходить свободно, общаться, тебе все были рады, тебя зазывали попить кофе незнакомые люди на улицах, то есть была атмосфера полного дружелюбия и конечно ничего не предвещало, что придет такое зло и Сирию превратят в военный полигон, в арену межэтнических столкновений, что будут страдать неизмеримо христиане, что они станут мучениками, и мы сегодня говорим прямо, что да, мы подтверждаем, мы свидетели того, что в Сирии геноцид христиан. Ведь эта тема замалчивалась долгое время и это было частью политики многих западных государств, об этом же не говорили…

К.Мацан

— А сейчас?

Е.Агапова

— Вот хорошо у нас владыка Илларион – митрополит Илларион, он уже несколько лет назад очень методично стал поднимать эту тему на всех международных площадках, но в ответ было молчание.

К.Мацан

— Я как раз был на одной такой площадке, я был корреспондентом несколько лет назад на Всемирном совете церквей, где был его доклад, где одна из тем, которую митрополит Илларион поднимал была именно необходимость во весь голос говорить о преследованиях христиан, о том, что каждую минуту в мире умирает христианин сегодня и удивительно, что на фоне других тем, которые вызвали бурнейшее обсуждение даже на межхристианском форуме, эта тема как-то прошла не очень отмеченной дискуссиями, да, все покивали, но реакции бурной не было.

Е.Агапова

— Это, я считаю, что это заведомо умышленная политики. СМИ были слепы и глухи долгое время, пока не пошло публичное…

К.Мацан

— А сейчас меняется ситуация, судя по тому, с кем Вы общаетесь?

Е.Агапова

— Да, я считаю…

К.Мацан

— То есть, западные спикеры более активно говорят об этом?

Е.Агапова

— Я была не так давно на конференции, летом этого года, на конференции по христианофобии в ОБСЕ. И была спикером на этой конференции и меня попытались, кстати сказать, модератором была американка, немножко так притормозить. Я естественно говорила о Ближнем Востоке, о мученической судьбе христиан, о том, что политика известных государств – США, Саудовской Аравии, Катара, вмешательство во внутренние дела суверенных государств на Ближнем Востоке – это как раз привело к результату того, что мы видим и наблюдаем сейчас на Ближнем Востоке. И меня пытались остановить, мне сказали, что это не тема ОБСЕ, это не в зоне ответственности ОБСЕ. На это я ответила, что это два сообщающихся сосуда, как же можно разделять, как можно обсуждать ситуацию в Европе вне контекста ближневосточной тематики? Ведь к вам идут сейчас потоки беженцев, они еще только начинали идти, что с ними идут эмиссары, которых посылает ИГИЛ, что ваши молодые люди едут воевать на стороне ИГИЛ, почему же вы закрываете глаза на эту тему. И вот когда я была в Варшаве, также это была ежегодная конференция ОБСЕ, то произошел полный разворот, они заговорили о Ближнем Востоке. То есть, нельзя закрывать глаза, когда уже весь мир прозрел, скажем так.

А.Пичугин

— Да, конечно, но здесь нельзя говорить только о межрелигиозных конфликтах, здесь конечно очень важны еще и реформы, которые были проведены в Сирии, кстати, очень важные реформы, которые провел Асад в начале 2000-х, когда только пришел к власти. Но которые подтолкнули огромное количество провинциального населения сирийского в города и которое потом составляло костяк этой оппозиции, но это уже совершенно другой разговор. Наше время, к сожалению, уже подошло к концу нашей программы. Напомним нашим слушателям, что в гостях у радио «Вера» в программе «Светлый вечер» сегодня была Елена Агапова – заместитель председателя Императорского православного палестинского общества, руководитель общественного центра ИППО по защите христиан на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Спасибо Вам большое, что пришли к нам сегодня!

Е.Агапова

— Спасибо!

К.Мацан

— Спасибо за беседу, удивительная конечно такая острая тема и мы едва ли, наверное, к ней чуть-чуть прикоснулись. Очень радостно, что в студии был человек, который своими глазами это видел и который с этой темой постоянно работает и в охваченном конфликтом регионе, где бесчинства творит запрещенное в России Исламское государство, конечно…

А.Пичугин

— Я думаю, мы еще не раз вернемся к этой теме в наших эфирах, потому что события развиваются и надо реагировать. Спасибо! Я – Алексей Пичугин.

К.Мацан

— И Константин Мацан, спасибо, до новых встреч в эфире!

А.Пичугин

— Всего доброго, будьте здоровы!

Е.Агапова

— Спасибо!

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (1 оценок, в среднем: 5,00 из 5)
Загрузка...